...лишь тень на стене

Виктор Панкратов

Когда я умер, ты был так рад:

Ты думал, я не вернусь назад,

Но я пробрался однажды в щель между строк,

Я взломал этот мир, как ржавый замок,

Я никогда не любил ворожить, но иначе не мог…

Канцлер Ги «Дитя Анэма»

Правильно подметили когда-то умные люди, что нет ничего хуже, чем ждать и догонять, но именно сейчас Виктор предпочел бы куда угодно ехать или бежать, и кого угодно преследовать, мчась, задыхаясь и рискуя сломать ноги, да вообще хоть что-то предпринимать, чем вот так сидеть сиднем в помещении следственного отдела и дожидаться вердикта дежурного патологоанатома, от которого зависело их будущее.

Мерно тикали настенные часы с утолщенными стрелками со скругленными концами, напоминавшими… напоминавшими, в общем, из-за чего штатный остряк опергруппы Вовочка Гладышев когда-то метко окрестил их «хренометром». И ведь приклеилось название, с хлоркой не отскребешь. И сейчас, по мнению хренометра они и ждали-то всего ничего, какой-то час, а напряжение в комнате ощущалось уже на уровне нервных клеток. И было отчего.

Будучи сегодня дежурным следователем, Виктор понимал, что этот труп отдадут ему, вопрос был в том, станет ли это тело единственным. И этим же вопросом задавались остальные сослуживцы, которых это могло коснуться. Потому что по Москве и области с разницей в два с половиной года уже «прошли» два дела об убийстве, совершенными очень похожим способом. И оба так и остались нераскрытыми. И если сейчас судмедэксперт подтвердит идентичность почерка убийцы в третий раз, деваться будет некуда: придется признать, что это серия, и объединять дела. И отвечать за их раскрытие и ловить маньяка придется тому, на кого «повесят» сегодняшний труп.

И не надо быть Вангой, чтоб предсказать, с каким облегчением коллеги свалят на него свои «глухари»! И Вольфом Мессингом не надо становится, чтоб сообразить, насколько подобная ответственность за поимку маньяка никому не нужна. Виктор и без того слышал в курилке как служивый народ чуть ли не ставки делает на то, какому райотделу «повезет» стать крайним в этом расследовании.

По всему выходило, что их. И лично ему, старшему следователю Панкратову.

И тут раздался звонок его телефона, от резкого звука которого все чуть не подпрыгнули. Звонил судмедэксперт Панаев, которого все мало-мальски знакомые с творчеством Булгакова, упорно именовали Скабичевским.

- Извини, Виктор, - виновато сказал он, отчего у самого Панкратова немедленно заныли зубы. – Это серия. Мои соболезнования. Одежду, подногтевое содержимое, смывы и пробы я уже упаковал для передачи экспертам.

Что-то в этом роде Виктор и без того подозревал, поэтому только рассеянно кивнул на соболезнования Панаева. А напряженно ожидавшим сослуживцам мрачно буркнул:

- Приплыли. У нас маньяк.

Получив материалы теперь уже по трем эпизодам, Виктор заперся в кабинете, потребовав не трогать его несколько часов, и углубился в подробности.

Первый случай нападения произошел в поселке городского типа Вербилки Талдомского района. На тело весной наткнулись собачники, когда начал сходить снег, поэтому точное время смерти установить не представлялось возможным. Личность погибшего тоже осталась не установленной, но, поскольку, судя по зачуханной и вонючей одежонке, он явно принадлежал к лицам без определенного места жительства, с расследованием никто особенно не напрягался. Без энтузиазма опросили местных жителей, настрочили формальные отписки, а через год труп, как невостребованный, спихнули в общее захоронение бесхозных тел.

В чем-то Виктор их понимал, толку-то колотиться ради какого-то никому не нужного бомжа, списали все на пьяные разборки бездомных маргиналов и выкинули из головы. Тем более, что никаких следов нападавшего не осталось. А остались только фотографии ран. Странные фотографии. И раны странные. Сам Виктор так с ходу бы сказал, что несчастного бомжа кто-то переехал, а потом покогтил. Причем этот кто-то привел с собой для экзекуции не иначе как тигра или льва, иначе откуда еще такая лапища могла взяться? Главное теперь, к начальству не сунуться с версией, что по Вербилкам рассекает ненормальный укротитель на грузовом транспорте, вывозящий по ночам крупного хищного питомца порезвиться и поохотиться на местных бездомных. Его быстро отправят проверить мозги!

И что у него в сухом остатке? Что у него есть? Да почти ничего: личность погибшего – неизвестна, мотив – неизвестен, время смерти – неизвестно, известно только, что убийца тот еще затейник. Так что здесь точно «глухарь».

Второй случай нападения произошел уже в Москве, в парке Сокольники. На сей раз труп обнаружила группа пенсионеров, занимавшихся скандинавской ходьбой. Еще бы они его не обнаружили, когда тело лежало аккурат поперек «тропы здоровья», по которой они обычно совершали свои променады! Что характерно, среди престарелых спортсменов не нашлось желающих упасть в обморок, наоборот, они немедленно отзвонились и в скорую, и к ним, и до приезда опергруппы бдительно охраняли территорию места преступления, не приближаясь, и не позволяя зевакам затаптывать следы. За что Виктор мог сказать им искреннее спасибо, поскольку на сей раз хоть какие-то следы убийцы обнаружить удалось.

Только вот следы эти ни к кому конкретному не вели. Ну сняли оперативники следы обуви, ну исследовали эксперты одежду погибшей, и что? Ни посторонних отпечатков, ни чужих потожировых, ничего! Такое ощущение, что погибшая пришла сюда зачем-то (зачем, кстати?), наткнулась на убийцу (которого тоже непонятно зачем в Сокольники понесло!) и немедленно была отправлена им в лучший мир. Потому что следов сопротивления тоже не было. А вот следы порезов, напоминавших когти, были. Оставалось думать, что некто бродил по парку с целью замочить кого ни попадя и в результате напал на эту молодую девушку с букетом, которой не повезло подвернуться ему под горячую руку.

Ага, а тело оказалось полу раздавленным, потому что с собой он принес бетонный блок, весом в центнер, каковой и уронил на девушку. Которая в этот момент смирно стояла и ждала, когда же ее лишат жизни. Потом он этот блок поднял и держа его в одной (одной, Карл!) руке, другой полосовал то ли уже умершую, то ли умирающую жертву.

Бред. И на прогулку с хищной кисой на поводке а-ля Казимир Алмазов такое не «списать», поскольку в парке обнаружились только человеческие следы. А следы обуви… а что следы обуви? Если у преступника есть мозги, а они у него явно есть, он ту пару обуви, в которой был во время убийства, давно испортил и выкинул, причем подальше от парка и в разные помойки, чтоб даже бомжи побрезговали ею воспользоваться. Одежду тоже.

А камеры? А камер вокруг парка немного, и, что характерно, подавляющее большинство тех, кто на них попал, облачены в спортивную и прогулочную одежду. То есть нечто полусвободное и порой даже слегка мешковатое. А поскольку с учетом прохладной и дождливой погоды у многих появилось желание набросить на головы капюшоны курток и худи, а за неимением оных напялить кепки, то возможность точной идентификации посетителей парка этим утром стремилась к нулю.

Но на сей раз данных было все-таки побольше, поскольку эту жертву опознали. Гаркушева Маргарита, двадцать три года, проживала с матерью на улице Кибальчича, 14. После школы пыталась поступить в Финансовый Университет при Правительстве РФ, но не добрала баллов. Трудилась кассиршей в сетевом супермаркете. Не была, не состояла, не участвовала. Средненькая внешность, средненькие способности, обычная, ничем не выделяющаяся жизнь. Матушка, трудящаяся уборщицей в детском саду № 271. Отец, умерший три года назад от инфаркта. Никаких сомнительных или криминальных знакомств. С бывшим парнем мирно рассталась примерно полгода назад, он давно уже в отношениях с другой девушкой, и они даже вроде как готовятся к свадьбе. Вот за что тут зацепиться?

Но одна ниточка все-таки нашлась. Слабенькая, сомнительная, но тут уж хоть какая, не до жиру, некоторым образом! Ее сослуживицы в супермаркете припомнили, что в последнюю неделю Ритка ходила какая-то вся из себя загадочная, туманно намекала на большие перемены в жизни и фантастическую любовь. Был, значит, у девушки какой-то сторонний марьяжный интерес, явно был! Вот только подробностей, кто именно этот человек, не было. Не захотела девушка делиться подробностями ни с матерью, ни со знакомыми. Как она сама сказала «чтоб не сглазить». Вот и не сглазила…

А у них по-прежнему толком ничего… кроме неавторизованного номера в телефонной книжке. Надо отдать должное, оперативники Алексеевского района Северо-Восточного автономного округа прочесали все возможные места в округе, где потерпевшая хотя бы теоретически могла «засветиться» со своим таинственным кавалером: кафе, рестораны, гостиницы, кинотеатры, ну не по парку же Сокольники он ее постоянно таскал на прогулки! Никого и ничего. Отсмотрели километры записей из цветочных, кондитерских и ювелирных магазинов, и снова ничего не обнаружили.

Так бы и это дело «зависло», но нашелся один упертый участковый, капитан Широков, который додумался до простой, но интересной мысли: если никаких следов встреч на камерах не просматривается, а встречаться Маргарита со своим хахалем где-то была должна, значит у искомого ими мужчины есть квартира или доступ в нее. В которой, скорее всего, нет посторонних свидетелей. И он начал методично отрабатывать все квартиры в округе, где проживали одинокие мужчины. И в процессе опроса ему повезло, нашлась съемная квартира в Зубаревом переулке, которую в интересующее оперативников время снимал немногословный мужчина непримечательной наружности. Ушлый капитан даже изъял запись камеры у одного из пунктов доставки маркетплейса, на которой видно, как девушка направляется именно к этому дому.

Но в квартире их снова ждало разочарование, все поверхности были буквально вылизаны с применением хлорсодержащих средств. А попытка составить фоторобот жильца напоролась на плохое зрение очень немолодой хозяйки, которая и видела-то его один-единственный раз, когда отдавала ключи и получала деньги. Наличными, что характерно.

Купюр не осталось? Какое там, махнула сухонькой ручкой бабулька, в тот же день все отдала, чтоб закрыть долг внука. Я ведь почему квартирку-то сдаю, пояснила она, внучок, Лешенька, бизнес пытался открыть, но прогорел, теперь мы всей семьей пытаемся его долги погасить.

А связывались Вы с жильцом как? Так он позвонил, удивилась бабулька. Сослался на то, что один из прежних жильцов ему мой номер дал, очень мою квартирку рекомендовал, вот я ему жилплощадь и не побоялась сдать.

А номер в контактах остался? Бабулька с сомнением пожала плечами и протянула операм свой допотопный мобильный аппарат чуть нее прошлого века, разве что не кнопочный.

Номер звонившего в контактах остался. Но одноразовый, без регистрации. И кроме хозяйки квартиры по нему больше ни с кем не связывались. Так что, даже несмотря на все усилия сообразительного участкового, здесь тоже получался «глухарь».

Строго говоря, все рассуждения той опергруппы были малость того…, притянуты за уши. То, что девушка направлялась к этому дому, совершенно не означало, что она шла в ту самую съемную квартиру. То, что в ней проживал человек, решивший не оставлять своих следов, совершенно не означало, что он был с Маргаритой знаком и решил ее убить.

И вот тоже: а с чего бы ему приспичило ее убивать? Ну, познакомился ты с девушкой, ну, запудрил ей мозги грядущей женитьбой, чтоб была ласковей и покладистей, ну, в какой-то момент надоела она тебе, так объяви ей о разрыве или просто без лишних слов съезжай со съемной хаты, в чем проблема-то? Зачем лишать ее жизни, да еще таким необъяснимым способом? Зачем оставлять на «тропе здоровья» тело в такой позе, как будто она распята? Зачем рассыпать на груди красные гвоздики?

Хотя, конечно, маньяки, они такие маньяки, у них бывают свои причины как для совершения преступления, так и для оформления последующего антуража, нормальному человеку не понятные. Но списывая все непонятные факты на чью-то извращенную логику, сильно он в расследовании не продвинется, это факт.

Была и еще одна странность: что общего у этой кассирши с ранее убиенным безымянным бомжом? Не совпадают ни пол, ни возраст, ни место обитания, ни социальное положение… только сам способ убийства. И почему его тело постарались припрятать, завалив снегом, а ее труп выставили как на витрине? Да еще в таком странном месте. Возможно, его спугнули спортивные и бесстрашные пенсионеры?

Может и к лучшему (Виктора аж передернуло от этой внезапно пришедшей в голову мысли), что «нарисовалось» еще одно тело, и появятся хоть какие-то новые закономерности? И расследование сдвинется, наконец, с воистину мертвой точки?

Так что у нас по третьему эпизоду? А вот тут все было куда интереснее: третья жертва оказалась достаточно известной личностью, ну, во всяком случае, в узких кругах. Березкина Лариса, двадцать четыре года, ландшафтный дизайнер, и по совместительству блогер. Вот у нее и оба родители были живы, и бойфренд наличествовал, и подруги имелись, и подписчиков оказалось несколько тысяч, и вообще девушка вела невероятно активный образ жизни в отличие от тихой непримечательной Маргариты. Только вот закончили жизнь обе одинаково: лежа на спине с раскинутыми руками и гвоздиками на груди. И со сломанными ребрами и непонятными как процарапанными ранами под букетом.

Обнаружили тело соседи в палисаднике дома, где девушка снимала квартиру, по адресу Раменский бульвар, дом 25, корпус 3. Вышедший рано утром на работу электрик Викентьев как из подъезда вышел, так больше никуда и не дошел, потому что сначала вызвал по телефону стражей порядка, а потом их дисциплинированно ждал. Саму девушку он припомнил смутно, потому что знаком с ней не был, а поскольку жила она в доме недавно, не более двух месяцев, сильно примелькаться другим проживающим не успела. «Вроде видел в лифте», — вот и все, что свидетель сумел сообщить при первичном опросе. А когда на него попытались надавить, мол, неужели не замечал в своем подъезде симпатичную молодую девушку, огрызнулся, что у него по жизни проблем и без того хватает, ему только неприятностей с разными там… тут он неопределенно покрутил в воздухе рукой… не доставало!

А почему с разными там, немедленно вцепились оперативники? А вы видели в чем она одета, хмыкнул в ответ немолодой электрик? А я вот разглядел, пока вас ждал: в таком виде только вип-клиентов горизонтально принимать, а не к ранней литургии собираться!

Ну… вообще-то да, нехотя согласились опера, повнимательнее приглядевшись к жертве, такое бельишко можно на себя нацепить с одной-единственной целью: чтоб его с тебя побыстрее сняли. А раз уж оно осталось на теле, это свидетельствует только о том, что убийца не собирался с ней сливаться в экстазе. А, значит, целенаправленно шел убивать.

Раз уж все три эпизода объединены в общее дело, Виктору предстояло наметить розыскные мероприятия с учетом прошлых дел. Дактилоскопическая экспертиза – пробить по базам снятые в квартире жертвы отпечатки и потожировые. Механоскопическая – проверить замки на наличие следов взлома. Транспортно-трасологическая – исследовать следы обуви и инструментов внутри квартиры, а также следы транспортных средств у подъезда, молекулярно-генетическая – на предмет обнаружения посторонней ДНК, и, наконец, компьютерно-техническая для проверки телефона, цифровых носителей и электронных документов.

И, разумеется, поквартирный обход. Ему как воздух сейчас нужна любая зацепка, которая сможет пролить свет на обстоятельства смерти третьей жертвы. В идеале – получить фоторобот предполагаемого преступника. Или нащупать хоть какую-нибудь связь между погибшими девушками. Потому что надежды на телефон жертвы не было, ее общение с убийцей происходило через мессенджер с исчезающими сообщениями.

А пока… он вправе своей волей «расписать» проведение экспертиз по делу именно их территориальному экспертно-криминалистическому центру, потому что иметь дело с задаваками из Центральной ЭКС МВД России, заседающих на улице Космодемьянских, ему было совершенно не в тему. Пользуясь тем, что экспертно-криминалистическая служба хоть и находилась в подчинении МВД, но представляла собой систему структурно самостоятельных подразделений, не зависящих в своей судебно-экспертной деятельности от органов дознания и предварительного следствия, эти умники никогда не снисходили к просьбам «с земли» ускорить проведение того или иного исследования, даже когда от их заключения зависело не просто расследование, а чья-то жизнь.

Твари высокомерные, одно слово. А вот шансы договориться с сотрудниками ЭКЦ, расположенном на их территории, были. Там обитало не начальство, а такие же работяги, которые могли пойти навстречу и ускорить проведение требуемых экспертиз по их делу, и даже поработать сверхурочно, если в том была необходимость. Вот теперь можно и телефон разблокировать и пойти посовещаться с сослуживцами из своего отдела, глядишь, ребята чего умного подскажут, вдруг он что-то упустил…

Посовещаться, да… мрачно думал Виктор, глядя на сослуживцев: его коллеги по следственному отделу вместо того, чтоб заниматься делами, яростно спорили какое прозвище следует дать «проклюнувшемуся» маньяку. Ну да, это давняя неписанная традиция, но как послушаешь, что они несут, ушки же вянут! «Давитель», «Крушитель», «Цапок», и даже «Шкрабун» и «Коготун». Так вот посмотришь, вроде взрослые люди, специализирующиеся на расследовании тяжких преступлений, в частности уголовных дел об умышленных убийствах, а ведут себя как прыщавые подростки, спорящие о фигуристых достоинствах соседских девчонок.

Виктор, конечно, попытался призвать расшалившихся коллег к порядку, но наладить конструктивное обсуждение удалось не сразу. Но удалось. Сосредоточившись на деле, сослуживцы напрягли мозги и подкинули для начала мысль о цветах: где-то же убийца их покупал? Или заказывал? Не на подоконнике же он букеты для будущих жертв в горшке выращивал! Логично, значит следует проследить путь гвоздик от магазина к убитым, и он даже знает, кого из опергруппы этим озадачить.

Вторую идею подбросил Юра Рассказов, предложивший тщательно промониторить всю Интернет-активность последней жертвы. Если у предыдущей кассирши был только полузаброшенный аккаунт в «Одноклассниках», то блогерша по его меткому замечанию «по любому светилась в соцсетях как лампочка Ильича в избе без окон». Именно там можно было получить все данные о ней, чтоб потом «подъезжать» к ней максимально подготовленным. Опять правильно, кивнул сам себе Виктор, делая очередную пометку, наверняка их продуманный убивец не сразу к ней подкатил, а тщательно подготовился к контакту, просмотрев всю предоставленную ей же самой информацию. И мог оставить свои следы в сети.

Третий путь вероятного обнаружения следов подсказал Морошкин Валя. Камеры. Подъездная, уличные, да вообще расположенные во всех местах, где бывала блогерша в последнее время, согласно геолокации ее телефона. Может, хоть где-то рядом с ней и мелькнет их неуловимый маньяк? Иначе непонятно, как и где он ее охмурял и склонял к интиму, а он однозначно это делал, раз уж она даже фривольное белье нацепила, готовясь к близкому контакту с ним!

Свою лепту в обсуждение внес и Федя Доронин, предложивший прошерстить все гостиницы и съемные хаты в округе, аргументируя это тем, что серийники, насколько он знает, предпочитают не менять удачный модус операнди, и, если уж он для укромных встреч с предыдущей жертвой догадался снять жилье, наверняка и сейчас так же подстраховался, вряд ли он рискнул бы «светить» свое истинное место проживания в данном случае.

А простодушный Саня Логовой брякнул:

- И надави заодно на ребят из нашего ЭКЦ, чтоб не тормозили с исследованиями! У тебя же там был какой-то блат у экспертов!

Блат ему, мысленно огрызнулся Виктор. Ну, была у него возможность подкатить с просьбой к одной из служащих их экспертно-криминалистического центра, но именно что была! А вот уже две недели как ее нет. Нет, он, разумеется, пойдет на поклон к их начальству, «настоящий полковник» Сутормина Юль-Дмитна тетка понимающая и своих сотрудников напряжет по максимуму, чтоб не облажаться в таком резонансном деле, как поимка серийного маньяка. И Глаша честно проведет порученные ей экспертизы, но… именно что по долгу службы. А не для того, чтоб ему помочь.

Потому что не так давно право просить ее, о чем бы-то ни было, он утратил.

Но кто же знал, что все так по-дурацки вывернется?!

То, что его семейная жизнь катится под откос, Виктор отчетливо понял где-то через пару лет после свадьбы. Собственно, звоночки о том, что не уживутся они с Машей и раньше были, взять хотя бы тот факт, что его когда-то «подловили» на беременности, при том, что он не был намерен расставаться со свободой. Так что, когда его временная, как он думал, партнерша внезапно сообщила ему о том, что срок у нее уже десять недель и надо что-то решать, он малость растерялся. А кто бы на его месте не растерялся?

Нет, он быстро сгреб в кучку последние мозги, и немедленно попросил матушку найти хорошего гинеколога, к которой и потащил свою девушку на прием, только вот ответы врача Маскаевой были… скажем так, не особо утешительными.

Потому что период развития плода соответствовал третьему месяцу первого триместра беременности. Виктора оглушило объяснением, что в этот момент зародыш уже достигает четырех сантиметров в длину, и у него начинают формироваться некоторые внутренние органы. А это в свою очередь значит, что он плотно прикреплен к стенкам матки. И аборт на данном сроке является очень рискованной процедурой, непоправимыми последствиями которой для женщины могут стать: бесплодие, дисбаланс иммунной системы, непроходимость маточных труб, гормональный сбой, нарушение почечно-печеночных функций и циркуляции крови.

Вот так, мужик, и давай, принимай теперь решение насчет хирургического вмешательства, которое не просто приведет к гибели этого… у которого уже формируются внутренние органы, а может еще и крепко навредить матери.

Кстати! А как насчет медикаментозного аборта?

А не получится, врач только и развела руками. Он возможен на сроках до шести-семи недель, а у вас, сами понимаете…

Виктор пообещал Маше подумать, купил по дороге бутылку коньяку, и поехал к родителям. Где и рассказал им о происходящем, предварительно накатив пару рюмок горячительного. Услышав про длительный пропуск момента, пригодного для проведения аборта при помощи таблеток, матушка только понимающе усмехнулась и прямо сказала Виктору:

- «Поймали» тебя, сыночек. Впрочем, может, все к лучшему, сам бы ты еще лет пятнадцать тянул со свадьбой и детьми, а тут все поднесли на блюдечке. Квартира у тебя есть, втроем в двушке жить можно, только свою девушку не торопись к себе прописывать, мало ли как судьба обернется…

- Так ли это хорошо, - усомнился отец, - женитьбы по залету, как правило, самые непрочные. И, кстати, кто сказал, что она беременна именно от нашего сына? Может просто нацелилась захомутать молодого-перспективного с жилплощадью и небедными родителями, а сама ребенка от кого-то другого нагуляла?

— Это элементарно проверяется, - успокоила его матушка, - но есть у меня нехорошее подозрение, плавно переходящее в уверенность, что она не врет.

— Это еще почему? – полюбопытствовал отец. И ехидно прищурился:

– Никак тебе видение свыше было насчет кристальной честности этой девицы?

- А тебе бы все зубоскалить! – шутливо замахнулась на отца полотенцем мать. – Нет, просто раз уж она оказалась достаточно пройдошливой, чтоб своевременно залететь, и достаточно терпеливой, чтоб не проболтаться нашему сыну до того, как выбор будет простым – либо хирургическое вмешательство, либо роды, именно поэтому я думаю, что она сказала правду. Не могла такая продуманная девица не понимать, что проверка на отцовство последует и я думаю, она покажет, что это витин ребенок. При наличии хоть капли мозгов, а у нее их, похоже, всяко побольше, подсовывать ему чужой плод и так рисковать она бы не стала…

- И как это можно проверить? – отец деловито перешел к уточнению деталей.

- Да та же Наташка Маскаева не откажется провести анализ биопсии ворсин хориона, такой анализ делается именно с девятой по двенадцатую неделю беременности. Позвоню-ка я ей прямо сейчас и договорюсь, когда можно будет к ней еще раз подъехать… Кстати, надо начинать думать, где проще отпраздновать свадьбу…

И тут Виктора прорвало:

- Слушайте, дорогие родители, вы тут так замечательно все мои будущие действия расписали, а меня самого спросить никто ни о чем не хочет?!

Родители посмотрели на него с одинаковым жалостливым выражением лиц.

- О чем нам следует тебя спросить, сынок? – ласково пропела матушка.

- О том, хочу ли я вообще связываться с Машкой!

- Я уже поняла, что не особо хочешь…, но выхода из этой ситуации ровно два, - терпеливо, как маленькому, объяснила мать. – В первом случае ты женишься, и вы дружно воспитываете общую детку. Если не получается ужиться, разводитесь, но потом. Во втором случае ты сразу отказываешься, но тогда просто прикинь возможные последствия - эта шустрая и целеустремленная девочка все равно рожает вне брака, а потом устраивает тебе веселую жизнь: подает в суд на признание отцовства и выплату алиментов, начинает натуральную травлю тебя в соцсетях, где плачет на камеру крокодиловыми слезами, что она тебя любила, а ты, подлец этакий, поматросил и бросил ее с ребенком, и симпатии окружающих, поверь мне, будут не на твоей стороне! У тебя подходит время к получению очередного звания, так вот, можешь с ним заранее распрощаться! И вообще с работой будут проблемы: твои же сослуживцы после такого афронта могут руки тебе не подать. Осуждение обществом, штука, к сожалению, очень предсказуемая…

- И, кроме того…, - мать слегка замялась, - Вить, сколько мы тебя знаем, ты всегда был человеком ответственным. Ты точно сможешь спокойно жить, зная, что где-то там растет твой ребенок без тебя?

Тушѐ. Не сможет. Цепляясь за последнюю призрачную надежду, Виктор спросил:

- А если этот… как его там… анализ покажет, что я ни при чем?

- Тогда и разговаривать будет не о чем! Так я звоню Наталье?

- Звони…

И да, взятая у Маши БВХ подтвердила отцовство Виктора. И проведенный на шестнадцатой неделе неинвазивный пренатальный тест ДНК также свидетельствовал о том, что это его ребенок. И Виктор перестал сопротивляться. На свадьбе невеста выглядела прекрасно, а чуть оттопыренный животик неплохо скрадывался фасоном платья, выполненного в греческом стиле. Линия пояса располагалась высоко под грудью, а юбка спадала складками, так что факт не самого маленького срока беременности особо в глаза не бросался.

И до рождения ребенка Маша вела себя безукоризненно, как и полагается молодой счастливой жене и будущей матери. Неприятности начались, когда Виктор привез их из роддома домой.

Первое, что Виктор дома от нее услышал, что в квартире полно пыли, и почему он не вызвал клининговую службу? Отмахнувшись от его объяснений, что клинеры были аккурат вчера, Маша кинулась в дебри Интернета, чтоб найти такую клининговую компанию, которая специализируется именно на уборке помещений для грудных детей или аллергиков. То есть использует только те моющие средства и порошки, от которых у малышей гарантированно не будет кожных высыпаний или, не к ночи будь помянут, отека Квинке. Ему пришлось отныне оплачивать очень недешевые услуги уборщиков, но тут он возникать не стал. Даром что у дочери никакой аллергии не наблюдалось, а его зарплата вполне выдерживала подобные расходы.

А в конце первого месяца ее жизни пришло время подавать в ЗАГС заявление о ее рождении и выбрать, наконец, девочке имя. Маша старательно пропускала мимо ушей все, что ей советовали родственники с двух сторон и умудрилась назвать дочь Анжеликой. И плевать ей было на то, что пик моды на это имя прошел еще в прошлом веке.

Но неприятности только начинались. Сначала у нее не хватало сил на приготовление еды. Ну, ладно завтрак, Виктор, чай, был не безрукий, и уж как-нибудь самому себе сварить кофе и настрогать пару бутербродов был вполне в силах. На работе была столовая, так что вопрос с обедом решался просто, но вот ужин… ужин в доме отсутствовал как класс. При этом на намеки, что муж голодный, Маша огрызалась, что весь день возится с дочерью, стирает, гладит, устает и не успевает с готовкой. Его матушка начала приезжать к ним по субботам и готовить пятилитровую кастрюлю супа на неделю. Ее маманя, наоборот, предпочитала приезжать исключительно в будний день и привозить торты или пирожные.

И если готовить жена не успевала, то по телефону трепаться она прекрасно успевала. Позвонив несколько раз домой днем и нарвавшись на «занято», Виктор потихоньку проверил ее мобильный: по пять-шесть звонков в день ее подругам. Причем длительностью не менее получаса каждый. Понятно, что с такой общительностью о приготовлении еды речь не идет, какая такая готовка, тут бы поговорить успеть!

На его вопрос почему вместо выполнения домашних обязанностей время тратится на трындеж по мобильнику, Маша устроила затяжную истерику с битьем посуды и швырянием вещей. Виктор узнал много интересного и неожиданного. И зачем он полез в ее телефон, как проверяющий жандарм и держиморда, и как ему хорошо и удобно сбегать от проблем на работу, бросая все на нее, и что она уже не помнит, когда спала больше трех часов подряд, и почему от него по дому никакой помощи, и когда она, наконец, сможет отдохнуть?!

Виктор успокаивал ее как мог, пытаясь напомнить, что все через это проходят с грудными детьми, но услышан, как ему показалось, не был. Но настоять на сокращении времени общения по телефону с подругами ему все-таки удалось.

Потом у нее начало в нервах пропадать молоко, и дочку пришлось переводить на смеси. А вот на них у Лики началась та самая крапивница. Покраснения, зуд, волдыри, хорошо хоть до ангиоотеков дело не дошло. Но теперь дочь просыпаясь начинала скулить и плакать.

- Ищите раздражитель, мамочка, - сказали Маше в детской поликлинике. – И постарайтесь его исключить.

Найти-то они его нашли, но на то, чтоб подобрать вместо него гипоаллергенную детскую смесь без лактозы и пальмового масла ушло не меньше двух недель, в течение которых они юлой крутились вокруг хнычущей дочери, поочередно укачивая ее на руках и не зная, чем еще помочь. И первую же спокойную ночь с началом подкорма дочки безопасной смесью оба восприняли как милость небесную, не меньше.

Потом Лика подросла, начала ходить, и ее уже можно было подбрасывать на выходные бабушкам и дедушкам, освобождая время на то, чтобы самим молодым родителям сходить в гости или в театр. Казалось бы, живи и радуйся, но Маша и здесь умудрялась найти нечто, ее не устраивающее. Поэтому после очередного похода в гости к его сослуживцам она снова устроила ему разборки на ровном месте. И готовит-то жена Морошкина невкусно, окончательно помешавшись на своем веганстве, и относится-то жена Доронина к ней отвратительно, даже не скрывая при общении своего презрения, а сам он, оказывается, давно заглядывается на Юрину Светку, поэтому и к Рассказовым в гости она тоже больше не пойдет!

Вот тут уже Виктор взбрыкнул и проорал, что с него хватит, и он немедленно подает на развод! Выскочив из дому, он отключил телефон и уехал к родителям, благо на машине до их коттеджного поселка было ехать не более часа. Проведя на природе двое суток в блаженной тишине, с родителями и Ликой, которую с утра пятницы забрали бабка с дедом, он ехал на работу с твердым решением развязаться, наконец, с этим постылым браком, но не тут-то было.

Маша маячила у входа на его работу и немедленно кинулась ему на шею, заливаясь слезами. Она самозабвенно рыдала, что была уверена в том, что он попал в аварию, потому что его телефон не отвечал, а она волновалась, и что обзвонила на всякий случай все больницы и морги, и его нигде не было, и что она уже потом сообразила, где он может быть, и что нельзя же так ее пугать, потому что она за малым делом не заработала инфаркт… Тогда ей удалось убедить его, что ничего еще не потеряно, и они смогут ужиться вместе хотя бы ради Лики.

Но в гости к своим сослуживцам он ее больше не брал, выслушивать шпильки в сторону их жен ему удовольствия не доставляло. Зато теперь шпильки начали доставаться ему, как человеку, бросающему жену ради удовольствия лишний раз полюбоваться на физиономии коллег.

- Тебе их на работе мало? – раздраженно спрашивала Маша, стоило заикнуться, что они с мужиками собрались в пятницу в боулинг. – Что у вас там за кубло такое странное, собирающееся без жен? Может, вы тайком по бабам ходите?

А вот тут она почти угадала, потому что холостой Саня Логовой периодически зазывал их в сауну с девочками, и если Юра с Валей неизменно отказывались, то они с Федей не реже двух раз в году соглашались на его предложение, но при этом шифровались со страшной силой, потому что никому из них огласка была не нужна. Правда и не чаще, потому что такие «побеги» должны были быть именно редким праздником, а не превращаться в рутину.

Поэтому он с честными глазами отрицал все ее подозрения, хотя мысль о том, что его не слишком тянет спать с женой, стала очередным тревожным звоночком в их семейной жизни.

Доучиваться в своем строительном техникуме после выхода из декретного отпуска Маша не захотела, но выйти на работу, когда Лике исполнилось три года, согласилась, видимо, очень ее достала «привязка» к дому. А кем можно трудиться без особого образования? Официант, бариста, администратор – все эти варианты ее не устроили. Очень ей хотелось устроиться на «чистую» и «престижную», по ее мнению, работу, например, флористом, но тут уже не согласились потенциальные работодатели в округе, им в свои «точки» требовалось работники, способные проявить хоть какую-то фантазию при составлении цветочных композиций, а не просто складывающие стебли с цветами в одинаковые букеты.

Единственной работой, которая не потребовала от Маши лишних усилий, оказалась работник торгового зала в ближайшем к дому супермаркете, а что? Ходьбы – пять минут от подъезда, обязанности несложные: выкладка товаров на полках, контроль актуальности ценников и сроков годности продукции. Между прочим, теперь можно было не бояться за появление в доме испорченных или просроченных товаров: для «своих» в магазине существовала целая система предупреждений о сроках свежести, акциях, а иногда даже уценки абсолютно пригодных к употреблению продуктов в связи с минимальным нарушением условий хранения.

И можно было теперь гордо писать в соцсетях, что она типа замзав крупного магазина, проверить-то такое по любому сложно.

Казалось бы, теперь можно сэкономить на продуктах и тебе еще платят зарплату, но Маша продолжала ныть, что им ни на что не хватает денег. Потому что он не может купить ей приличную иномарку, как у одной из ее знакомых (хотя, казалось бы, куда она на ней будет ездить?), что они отдыхают в Турции и Греции, а не в Парижах и Лондонах, как семья другой ее знакомой (а как она, интересно, представляет себе отдых в столичном регионе? При том, что в связи с ковидом и визу особо не получишь, и лететь надо с несколькими пересадками!), что ей нечего надеть (хотя в доме полки шкафов ломились от тряпок, заказанных на разных маркетплейсах!), и что его родители не соглашаются совершить с ними родственный обмен и переехать вдвоем жить в его двушку, оставив им на троих свою трешку. Одним словом, не жизнь у нее, а полный мрак, и все из-за мужа-недотепы. Который мог и бы и постараться, чтоб они жили не хуже других!

Виктор устал объяснять ей, что он, как герой Луспекаева «мзду не берет», потому и не гребет деньги лопатой, но все объяснения отлетали от нее как тот самый горох от той самой стенки. Она смотрела на него как на недоумка и продолжала методично выклевывать ему мозг на тему денег. Он продолжал надеялся, что она сумеет его понять, что все как-то обойдется, как-то стерпится-слюбится, но время шло, список требований рос, и становилось только хуже.

Апогей пришелся на первый день весны 2024. Придя в пятницу после тяжелой трудовой недели домой, Виктор настроился на спокойные выходные, и поначалу именно так и было. И голубцы были вкусные, и пиво оказалось с приятной горчинкой, и сказку с Ликой они почитали с перед сном с удовольствием, и, уложив дочь, с приятностью «вспомнили» с женой о супружеском долге. Но на этом приятности закончились, и именно с этого момента все пошло наперекосяк.

Маша, даже не дав себе труда встать с постели, недовольно высказалась о том, что вам, мужикам, только одного и надо, нет бы подумать о том, что у семьи до сих пор нет четкого понимания о том, как они проведут наступающее лето, а пора бы уже озаботиться покупкой путевок куда-нибудь в приличное место, а не в какой занюханный санаторий МВД имени Ленина, забитый старперами, куда, судя по всему, «любимый» муж в очередной раз вознамерился их с Ликой законопатить. И где из всех развлечений предполагается только допотопный телевизор в номере, и то, если повезет.

Но где ж ему подумать о семье! У него на уме только работа!

Виктор чувствовал себя тем бревном на лесопилке, в которое с методичным визгом и скрежетом вгрызается пила, оставляя после себя груду опилок от их бывших отношений. И попытался посмотреть на ситуацию со стороны: кто эта вечно недовольная женщина с не рассасывающейся морщиной между бровей в его постели? Ах, жена! А что ж она ведет себя как какая-нибудь старая, сварливая, всегда и всем недовольная ведьма? Где все то хорошее, что когда-то их связывало? Он ведь даже спать себя с ней буквально заставляет!

И чуть не в первый раз за последние годы подумал, а почему он все это терпит? Почему вообще он должен с этим мириться? Ради Лики? Достаточно ли ребенка, чтоб удержать его рядом с опостылевшей бабой?

А, пожалуй, больше нет.

И, одеваясь, он сообщил Маше, что теперь уже он устал, что с него хватит, и пообещал немедленно подать на развод. И уже не слушая ее криков в спину, оделся и выскочил за дверь, впервые за много лет ощущая себя свободным. Опомнился только на улице, когда холодный, пока не разу не весенний ветер, отрезвляюще хлестнул его по разгоряченному лицу.

И куда он пойдет? Нет, о возвращении домой речь не идет, но все-таки, к кому лучше попроситься на ночлег? Номера родителей были заблокированы, и тут он вспомнил, что они собирались на какое-то торжественное заседание, куда, кстати, приглашали и его отдел, и его самого, после которого намечался «отрыв» в ресторане. Виктор пролистал присланные сообщения, ну да, вот оно приглашение – сегодня отмечается «День криминалиста», приуроченный к моменту создания сто пять лет назад в столице Кабинета судебной экспертизы. Хм, а он ведь вполне успевает, еще десяти вечера нет, официальная часть, разумеется, давно закончилась, но в ресторации небось только самый разгар веселья. Там он и поговорит с родителями с глазу на глаз. И он решительно вызвал по телефону такси. Заодно заблокировав номер жены.

Веселье и впрямь имело место быть, так что Виктор с походом на корпоратив не прогадал. Но к родителям напрашиваться на ночевку не стал, потому что в мозг, бурлящий от ощущения свободы и принятого на грудь алкоголя, пришла свежая мысль, а чтоб ему, свободному мужчине, не соблазнить ли кого-то из присутствующих девушек? И если уж природа «повернула» на весну, то почему бы и ему не начать новый виток жизни? Благо служащих дам из их районного экспертно-криминалистического центра было заведомо больше, чем представителей сильного пола…

А тут еще он столкнулся на танцполе с Глашей. Они были до этого знакомы, но в основном на уровне от «Драгоценная, как бы Вас попросить не затягивать с проверкой потожировых наших подозреваемых, а с меня шоколадка» до «Держите, вот распечатки по запрошенным Вами экспертизам». Но да, она ему нравилась. Нравилась вообще, приятная, спокойная девушка, могущая помочь и побыстрее провести то или иное исследование, а тут его на ней прямо «заклинило». Он же теперь ничем не связан? Значит, может себе позволить вспомнить, что он не просто унылая рабочая и семейная функция, он прежде всего привлекательный самец. Он высок и спортивен. Харизматичен и обаятелен. Хорош и остроумен. Он, черт побери, капитан команды КВН в недалеком прошлом! Умеет смешить собеседницу, незаметно вплетая при этом в речь цветистые комплименты. Неужели все это так и пропадет втуне, не оцененное девушкой?

Девушка оценила, и утром второго марта Виктор проснулся не у себя дома, и не у родителей, а в чужой квартире, вдыхая запах незнакомых, но нежных духов, и чувствуя под рукой шелковистую кожу. Не зря он вчера припомнил все, что мог из полузабытого ритуала обольщения, не зря! Эта весна для него началась отлично! Он развяжется, наконец, с надоевшим браком, а наличие постоянной партнерши в его холостяцкой жизни – это отдельный приятный бонус, которого ему так давно не хватало.

И, пообещав проснувшейся Глаше устроить на эти выходные праздник, он первым делом поехал в районный ЗАГС. Это, может, какие другие заведения по субботам и воскресеньям не работают, а вот ЗАГСа это не касается! У них самая работа в выходные. И заявление на развод у него приняли без звука, правда, когда о причине развода Виктор буркнул «задолбала», ему мягко посоветовали изменить формулировку на «не сошлись характерами».

Не сошлись, кивнул он, и формулировку послушно изменил. А потом позвонил родителям и признавшись в своих действиях, попросился пожить с ними с вечера ближайшего понедельника. Мудрая матушка поахала насчет того, как развод отразится на Лике, но, что характерно, задавать вопросы о том, где он провел эту ночь и где намерен провести две последующие, задавать не стала. Видимо, заметила его вчерашние маневры вокруг Глаши.

А Виктор отбил Маше СМС-ку о том, в каком ЗАГСе принято его заявление и что о времени явки на суд ей пришлют повестку, и окончательно загнал ее номер в «черный список». Потому что теперь его волновали совершенно другие заботы: он обещал своей девушке праздник? Он его устроит! И если, заехав на рынок, он быстро накупил вкусных фруктов и ягод, решив, что приобрести шампанское в алкомаркете не проблема, а горячее можно будет и с доставкой заказать, то вот по поводу цветов он растерялся. Надо бы… положено… а какие?

Отец матери всегда дарил исключительно пионы, это Виктор помнил, сам он раньше приходил на свидание с розами, не интересуясь, какой цветок у девушки любимый… а вот сейчас очень захотелось угадать и угодить. Ну, или хотя бы сильно не промахнуться, потому что не монтировалась у него мягкая Глаша с колючими высокомерными розами. И он снова позвонил матушке.

Та даже не удивилась, а деловито просветила сынишку насчет того, что март – сезон тюльпанов, нарциссов и гиацинтов. Тюльпаны – так вообще идеальны для подарка в начале весны и легких, необременительных отношений. При этом не следует останавливать выбор на слишком ярких или темных цветах. И что для первого подарка подходит не огромный веник, а именно небольшой букет.

Виктор окинул взглядом цветочные ряды и задумался. Дарить нарциссы ему почему-то не хотелось. Они вызывали у него странную ассоциацию с яичницей. Тюльпаны… уже лучше, но их как раз в начале марта и без того куда ни плюнь. А вот гиацинты, это не так заезжено, и он сумеет претендовать на оригинальность. И нарезанный ему букетик из трех веточек: бледно-лиловой, кремовой и белой показался ему вполне подходящим подарком для Глаши.

Он угадал, цветы ей понравились. Впрочем, ей понравилось и то времяпрепровождение, которое Виктор ей предложил. Он и сам с удивлением сообразил, что отвык от того, что партнерша, оказывается, совершенно не обязательно должна быть всем недовольна и постоянно пилить окружающих. Что оказывается, с некоторыми из них можно разговаривать и даже спорить о достоинствах очередного бояръ-аниме.

Хорошо, что Глаше в голову не приходило читать столь любимые Машей сопливые лав-стори о землянках-попаданках и драконах. И смотреть она предпочитала фильмы о приключениях или космосе.

Он приезжал к ней на выходные и на двое суток выбрасывал из головы проблемы и неприятности. С ней ему было спокойно и тепло, и хотелось, чтоб так было всегда. Ни истерик, ни скандалов, ни требований. И готовить еду у нее получалось с удовольствием, а не из-под палки. Только иногда он вспоминал о том, что впереди у него бракоразводный процесс, но предпочитал пока не засорять этим мозг, вот когда придет время проходить через это, тогда он и напряжется, а пока надо радоваться тому, что есть.

То, что просто не будет, Виктор понимал. То, что на первые два судебные заседания Маша не пришла, его не удивило, мотать ему нервы она научилась хорошо. Но вот на третьем заседании, когда он уже надеялся на то, что в этой ситуации будет поставлена точка, его поджидал сюрприз. Судья разглядывала его с на редкость суровым видом и чуть не сразу ошарашила его заявлением о том, что их паре не следовало тратить зря время суда, поскольку в их случае о разводе нее может быть и речи!

А это еще почему?

А потому, зачитала ему судья, что «…при принятии искового заявления о расторжении брака судье необходимо учитывать, что согласно статье 17 Семейного Кодекса РФ муж нее имеет права без согласия жены возбуждать дело о расторжении брака во время беременности жены и в течение одного года после рождения ребенка. При отсутствии согласия жены на рассмотрение дела о расторжении брака судья отказывает в принятии искового заявления, а если оно было принято, суд прекращает производство по делу (п.1 ч.1 статья 134, абзац 2 статьи 220 ГПК РФ)».

Чего? Какая беременность? Опять? А Маша стояла в зале суда с видом несчастной заблудшей овечки и глазами котика из «Шрека» и разве что ламинат на полу ножкой не ковыряла, демонстрируя всю степень своей беззащитности и беспомощности. И прикрывалась справкой об одиннадцатинедельном сроке.

А ведь тогда, в начале весны, жена сказала ему, что у нее безопасный день, и он даже не подумал о предохранении. Кой черт его вообще в тот день дернул трахать изрядно надоевшую Машку? Тебя, дурака, опять обманули, с горечью сказал самому себе Виктор. Она опять провернула то же самое, как в первый раз. Вторая попытка покончить с не радующей его семейной жизнью сорвалась.

Надо было возвращаться домой, а домой не хотелось. Потому что следовало еще объясниться с Глашей, чего не хотелось еще больше. Виктор трусливо думал, что, он не успел рассказать ей о своих чувствах, что, собственно, впрямую он ей ничего не обещал, только говорил о том, что после его развода все изменится и они будут вместе, а что он мог сказать ей теперь? Что все его обещания были ни о чем? Что намеки на их общее светлое будущее оказались погребены под грузом ответственности, от которой так просто не отмахнешься? Что ему теперь отвечать за воспитание двоих детей?

Поэтому, сообщая новость Глаше, он очень старался ей в глаза не смотреть. Было неприятно. Было неловко. Было стыдно. Было… плохо ему было. Только вот и продолжать оставаться с ней он не мог. Не тогда, когда ему не было, что ей предложить.

А пребывать на должности временной любовницы без перспектив, Глаша не согласится. Поэтому, пряча глаза, Виктор мямлил, что сам не знал, что так выйдет, а теперь ему придется вернуться в семейное болото, и что он постарается со временем что-то придумать, а сам чувствовал, что зря он это делает.

Ой, зря!

Она ведь даже не устроила ему истерику, пока он собирал вещи. Что Виктора, с одной стороны, порадовало, а с другой, даже покоробило. У них же расставание, так почему она так спокойно на его слова реагирует? Нет бы проораться со слезами, обвинениями, битьем посуды и мольбами ее не бросать, а вот фигушки! Ничего похожего даже близко! Аж закралась неприятная мыслишка, а, может, и не было их общение для нее столь же важным, как для него, потому и не пытается она сейчас его ни обвинить, ни задержать?

Как бы то ни было, покинул он ее квартиру без скандала, в очередной раз подумав, что от такой гири на ноге, как его жена, он, похоже, не отделается никогда.

Так что блат у экспертов, на который так надеялся наивный Саня Логовой, как говориться, был, да сплыл. А что оставалось, так это возможность посоветоваться с отцом. Непростым человеком был Герман Панкратов, чуйку имел такую, что к нему генералы и министры прислушивались. И ярче всего это проявилось во время событий 1993 года, когда перманентно нетрезвый президент попытался нарушить Конституцию и распустить Съезд народных депутатов и Верховный Совет. Когда 3 октября протестующие прорвали оцепление вокруг Дома Советов России, захватили здание московской мэрии и телецентр Останкино, именно его подразделение встало на защиту будущего руководителя России Александра Руцкого. Именно тогда часть руководства силовых структур страны (МВД, Министерство обороны и Министерство безопасности) предпочло иметь во главе государства более трезвую и вменяемую фигуру.

И танки были остановлены. И порядок в стране наведен. А все, кто сражался на стороне законной власти, получили свои бонусы. Отец Виктора по итогу сделал блестящую карьеру в МВД, умудряясь всегда выбирать правильное решение. И сыну в свое время тоже посоветовал связать будущее с силовыми структурами, чтоб иметь в своем распоряжении возможность хоть как-то влиять на происходящее.

И сейчас, выслушав новость о том, что именно на Виктора «повесили» дело маньяка, отец только покивал головой, и предрек сыну славу и почет по результатам раскрытия. Знает? Чует? Предвидит? Да какая, в сущности, разница?! Если отец так уверен в успехе, то и ему самому следует не кукситься, как нервная институтка, а впрягаться в работу!

И для начала постараться выстроить схему поведения этого деятеля, отталкиваясь от уже имеющихся данных. Возможно даже привлечь специалиста по маньякам, чтоб тот изложил ему свои умозаключения.

Рекомендованный ему знающими людьми сторонний специалист-профайлер Тихон Альбертович Стрельников больше всего внешне напоминал уютного домовичка. Этакий возрастной «божий одуван», у которого вокруг блестящей лысины развевались седые кудри. Только взгляд выбивался из общей картины, для милого дедули он был слишком цепким.

И мозг оказался таким же. Старичок заранее прочел присланные ему материалы и в личной беседе подтвердил то, что Виктор уже осознал: они имеют дело с серийником. Тихон Альбертович даже предложил для него кодовое название - «Цветочник», потому что эта зацикленность на букетах для жертв не может быть случайностью, она часть некого, пока неизвестного им, но обязательного для маньяка, ритуала.

- И что эти букеты на телах могут означать?

- Символизировать! – поднял сухонький указательный палец специалист. – Например, прощание с чем-то, что ему было дорого, скорбь из-за невозможности больше увидеться, сожаление о том, что пришлось так с ними поступить, возможно, обещание помнить о них.

- А к чему тогда укладывать их в определенную позу?

- Видите ли, Виктор Германович, этому тоже есть объяснение: некоторым маньякам свойственен патологический перфекционизм. Проще говоря, они сначала тщательно выбирают жертву, а потом скрупулезно обставляют и декорируют «поле смерти», чтоб некий обдуманный ими заранее антураж не был нарушен. Соблюдение декорирования до мельчайших подробностей – одна из тех «фишек», по которым маньяки, в частности, и определяются. Им зачастую присуще этакое любование очарованием смерти. Они от него, грубо говоря, ловят кайф.

Виктор почувствовал сильное желание сломать чью-то челюсть, и лучше не в одном месте. Кайф они ловят… ур-роды! Не просто норовят убить, а еще и поглумиться над телом, выстраивая какую-то свою, блин, эстетическую сценку. Но пока он не до конца понимал, при чем тут закопанный в снег бомж.

- Я готов допустить, что в случае с девушками сработал некий ритуал с декорированием этого… как Вы его назвали? «Поля смерти», но что произошло в случае с неопознанным телом? И где букет?

Стрельников неопределенно поводил в воздухе пальцами, как будто пытался поймать мелкую, но назойливую мошку.

- Этот случай резко выбивается из обшей картины, - признал он. – Могу ошибаться, но полагаю, в данном случае имела место трагическая случайность, этот несчастный как-то подвернулся под руку нашему убийце… со смертельным исходом, и тот счел дурно пахнущего мужчину… недостойным его стандартного… ммм… последующего оформления. Отсюда и попытка избавиться от тела, просто закопав его. Как говориться, с глаз долой – из сердца вон.

А это имеет смысл, думал Виктор. Действительно, при зацикленности маньяка на девушках, попадание такого «репейника» в тщательно собираемый им цветник, это фу. Это явное снижение высоко задранной им планки. Так что, возможно, этот психолог прав, случайно этого бомжика убили, а потом спихнули бедного бездомного в ближайший сугроб с глаз долой, и постарались забыть о таком малоприятном промахе…

Следующий специалист-историк, к которому его направили, без колебаний классифицировал по фото следы на телах как применение «кумадэ».

Это еще что?

- Ну как же! – аж всплеснул пухлыми лапками профессор Ариничев. – Это zokushō tetsukumade, железные грабли, или, как ее еще называли, Ryũda kumade, то есть «медвежья лапа», легендарное древковое холодное оружие, родом из средневековой Японии. Обычно представляло собой бамбуковый шест с наконечником, напоминавшим растопыренную медвежью конечность. Придумали его в горах Оямы кланы Момоти, а затем оно перекочевало в арсенал Асигару, пеших самураев. Использовалось на полях сражений, помогало стащить с коня всадника. Впоследствии взято на вооружение самурайской полицией для поимки преступников. Кумадэ наносило страшные рваные раны на теле, не приводящие к летальному исходу для противника. Первое письменное упоминание о них относится аж к 1156 году!

Профессор еще бухтел что-то сожалеющее насчет ныне исчезнувшей школы кумадэдзюцу, но Виктора больше заинтересовало несовпадение средневековых и современных следов.

- Профессор, но судя по Вашим рисункам, эта… кумадэ… симметричная, а то, что мы видим на сегодняшний день – абсолютно нет!

- Правильно подмечено! - обрадовался профессор. – Поскольку в нашем случае использовался вариант не длинно-древкового оружия, а булав кумадэ. Это как раз яркий пример слияния стилей японского и китайского оружия! В этом случае наконечник булавы делался в виде когтистой лапы, и удар по врагу наносился именно выступающими прочными и острыми отростками! Именно китайцам свойственно применение булавы-кумадэ для дробящих и разрывающих ударов!

И даже показал ему фото и того и другого видов этой самой «медвежьей лапы».

Виктор крепко задумался. Это что же получается, какой-то психопат не просто убивает женщин, а еще использует для создания посмертного антуража средневековое оружие? Или современное, но выкованное по древним образцам. А на кой? В смысле зачем? Он фанат древней Японии, то есть Китая? Он фанат нестандартного оружия? И как сочетается применение этой самой кумадэ с оставлением цветов на телах? Даже после консультаций у специалистов сильно понятнее поведение этого преступника не стало.

А потом подоспели результаты экспертиз, и Виктору стало резко не до средневековых изысков.

Потому что обнаружилось, что на теле Березкиной Ларисы есть посторонние потожировые. А, главное, есть совпадение с имеющимися образцами в базе. Только вот база была закрытая, и без санкции начальника управления получить доступ к информации не представлялось возможным. Виктор немедленно кинулся к начальству, потому что шанс в кратчайшие сроки раскрыть дело и схватить маньяка неожиданно стал реальным, но… генерал Воропаев мрачно предложил ему присесть и огорошил заявлением, что смежники просто так предоставлять инфу отказались, а вместо этого сейчас приедет их представитель для личной беседы.

Виктор аж кулаки сжал, ну, понятно, сейчас припрется весь такой важный хмырь из ФСБ, прикроется нужной бумажкой, заявит о необходимости сохранить государственную тайну, и отберет практически раскрытое дело, в первый раз, что ли, а они и сделать ничего не смогут. Но все оказалось не так. Вернее, не совсем так. Прибывший майор Лучко с ходу заявил, что не посягает на их лавры, если таковые, конечно, будут, но он должен сразу их предупредить: обнаруженное совпадение «осалило» данные кланов.

Перекосило всех.

И немудрено, лишний раз иметь дело с клановыми не рвался никто. Тогда, тридцать с лишним лет назад, именно они, вынырнув из тени, стали той ударной волной, позволившей переломить силы сторонников зарвавшегося пьяницы-президента. Именно их десант не пустил танки к Белому дому, зданию московской мэрии и телецентру Останкино. Не знали нападавшие, что им будут противостоять не просто бойцы, а те, кто имеет вторую, звериную ипостась. Оборотни. Перевертыши. Трансформеры. Короче, не совсем люди. Нелюди.

Многие из них так и сложили при этом штурме головы, но отстояли то, что считали правильным. Но за свое участие в кровавой замя́тне кланы двуипостасных потребовали у союзников свою плату. Нет, их представители не клянчили денег или высоких должностей, наоборот, они сразу предупредили, что им все это сто лет неинтересно, хотя клановый спецназ для охраны высших чиновников они предоставить не отказываются. Нет, им не требовались девственницы на алтарь, или кровь некрещеных младенцев, как с опаской предполагали самые пугливые или самые отмороженные. Они как предпочитали обитать относительно обособлено, так и не собирались ничего менять. Они, наоборот, хотели, чтоб обычные люди о них что-то если и знали, то по минимуму, заранее боялись и лишний раз не лезли в их упорядоченное существование.

И, что характерно, если отталкиваться от той скудной информации, которую людям удалось получить, вернее, которую им соизволили предоставить, все оборотни были представителями, во-первых, хищных, во-вторых, сухопутных животных. Псовые, кошачьи, медвежьи, гиеновые и иже с ними. Никаких сведений о кланах трепетных ланей или пугливых зайчиков не было, не иначе этих их плотоядные соседушки до того пожрали. Никаких сведений о ком-то летающем или плавающем, что, возможно, к лучшему, потому что факт существования человека-стервятника или человека-косатки обывателю «переварить» было бы куда сложнее.

А так… ну, объявились во плоти ожившие фольклорные персонажи, про которые нам рассказывали еще бабушки на сон грядущий: славянский Серый волк и Царевна-лягушка, японские кицунэ и тануки, индийские скинуокеры… так большинство людей их в чем-то так и воспринимали, как ожившую сказку. Миф. Легенду. Предание.

Но эти, вполне себе реальные персонажи, потребовали невмешательства в свои дела. А, самое главное, они настояли на том, чтобы случись что, им принадлежало право внутри кланового суда над своими преступниками. И получили подобное обещание.

А ведь смежник-то даже пытаться не будет отхватить свой кусочек славы в случае удачи, неожиданно сообразил Виктор. Он сейчас сидит здесь не как захватчик чужих лавров, а как гарант того, что данное клановым ребятишкам обещание будет выполнено, и не более того. Потому что даже после поимки маньяка его придется отдать его же клану. И присутствующий сейчас здесь майор Лучко как миленький плюнет на все принципы осуществления правосудия и лично, собственными руками передаст душегуба в руки его собратьев по обороту. Вне зависимости от своих желаний.

Виктор ему даже было посочувствовал, но потом собрался, и деловито поинтересовался, какой из кланов предположительно «замочил хвост» в этом деле. Ответ хмурого майора многое объяснил, поскольку потожировые принадлежали кому-то из кланов бурых медведей.

О как! Медведики, значит. Потому что теперь все сходилось и минус на минус дал плюс: стало понятно происхождение и дикой силищи, с которой ударили жертв вплоть до перелома ребер, и появление следов на жертвах, которые были ни от какой не средневековой кумадэ, а от самой настоящей лапы с когтями.

«Перекинулся, получается, и вдарил, будучи в звериной ипостаси, - думал Виктор, - с этим понятно, про измышления историка можно смело забыть, но вот соображения психолога так просто отбросить не получится. Пусть он и клановый, он по любому психопат и убийца, да еще склонный к каким-то непонятным ритуалам, так что отловить его жизненно необходимо, пока он еще кого-нибудь не того… не убил, возложив на труп цветочки».

- И где именно «засветились» потожировые этого бурого медведя? – светским тоном осведомился он у смежника.

- Там… - аж поморщился майор Лучко, - вообще дурацкая история была. Драка в ресторане по пьяному делу.

- А поконкретнее?

- Не поделила что-то пара юнцов, не то девушку, не то машину, короче, сначала они словесно разбирались, кто из них неправ, потом кинулись прилюдно месить друг друга, перевернули мебель, поколотили посуду, а заодно прилетело еще и тем, кто пытался их разнять.

- А наш фигурант там как отметился? – не понял Виктор.

- А он не дал себя ударить, оттолкнув одного из участников драки.

- А потожировые зачем сняли?

- Их со всех участников потом сняли, потому что зачинщику драки проломили череп, и потребовались экспертизы, чтоб точно установить степень вины каждого активного фигуранта.

- Но нашего не задержали?

- Нет, он тихо сидел за своим столиком и в этот замес угодил случайно.

- Но его следы почему-то попали в базу? – Виктору все казалось, что степень участия «их» маньяка в драке была куда выше, чем рассказывал сейчас ФСБэшник.

- Случайно, его вызванный на безобразия патруль опросил при задержании драчунов, не усмотрел состава преступления и отпустил.

- Кстати… а съемка в ресторане не велась? Как он выглядел – известно?

- Велась, но там ракурс был такой, что его не опознать, мужик и мужик средних лет без особых примет, главное, что она подтвердила его непричастность.

- Но если его опрашивали, то они должны были как минимум зафиксировать его данные!

- Должны… - не стал спорить майор. – Но он потребовал неприкосновенности как клановый и поскольку ни в чем не был виноват, ушел не предъявляя документы. Уже потом, когда фиксировали следы на одежде участников драки, у одного из экспертов получилось выделить постороннюю ДНК. Методом исключения получился этот, отметка осталась в базе.

- А если он соврал патрулю про принадлежность к клану вообще и к клану бурых медведей в частности?

- Не соврал. У него был жетон.

Тогда да, не соврал. Клановые, конечно, предпочитали уединенное существование, селясь порой отдельными деревнями и поселками, но совсем-то от внешнего мира не отгораживались. А в последние годы начали активно заселять пригороды крупных районных центров, а то и целые городские районы. Вели совместные дела с обычными людьми, периодически заключая контракты на поставку сельскохозяйственной продукции. Но это общение после стольких лет изоляции им не просто давалось. Привычка вести уединенную жизнь могла сыграть в незнакомом месте с таким выходцем «из ниоткуда» злую шутку в плане отсутствия знаний чужих правил и обычаев. Именно на этот случай существовали «выходные» жетоны со схематичным изображением тотема клана. Их брали под расписку у представителей местных органов правопорядка. Случись что – можно обратиться к ближайшему представителю власти, показать пластину и обрести защиту.

- А жетон был просто «выходным» или именным?

- Обычным «выходным», - вздохнул майор Лучко, уже понявший к чему клонит Виктор, - ни конкретного клана, ни региона проживания по нему не определить. Вот разве что…

- Что?!

- Он был очень потертый. Такое ощущение, что чело… фигурант много разъезжает, потому и вынужден таскать его с собой.

- А хоть что за ресторан-то был? – не забыл уточнить Виктор.

- «Мансарда». Это в питерском бизнес-центре Quattro Corti.

А недешевое местечко! Пафосное. Там одна бронь столика на первой линии очень отдельных денег стоит! Значит, фигурант у нас как минимум не бедствует.

- И когда это событие имело место быть?

- Осенью 2018 года.

Шесть лет назад… что мы по итогу имеем? Часто выезжающий, состоятельный, хладнокровный оборотень из медвежьих. Прекрасно мимикрирующий под обычного человека: не понадобилось бы предъявлять жетон, он так бы и ушел неопознанным никем. Умеет держать себя в руках: даже попав в драку, не начал оборачиваться. Либо заядлый турист, либо имеющий деловые интересы в столичных регионах: тогда Питер, теперь Москва. И Виктор принял решение запросить у питерских коллег все дела, могущие иметь отношение к «вынырнувшему» способу убийства.

А майор Лучко предложил не ограничиваться только этими регионами, а объявить розыск совпадений по всем российским базам. Медвежьи кланы разбросаны по бόльшей части территории России, мало ли, где этот «Цветочник» за столько лет еще мог отметиться…

И действительно, нашлось еще два похожих случая: в Омске пять лет назад и четыре года назад в Барнауле. Понимание того, что это серия, находило подтверждение. Правда, были и отличия: тело девушки-омички было найдено изуродованным и практически превращенным в смятку, но цветы на нем присутствовали, а жительнице Барнаула, считай, повезло: она была убита одним ударом и выложена у себя на участке почти как две москвички после нее.

Он на них тренировался, внутренне похолодев, понял Виктор, «отрабатывал», так сказать, методику убиения, а смерть двух столичных барышень прошла уже по «вылизанному» варианту.

Настропаленные Виктором опера тоже рыли землю носом: проверялись столичные торговые точки, торгующие гвоздиками сорта Гренадин знамя Победы, мониторилась Интернет-активность Березкиной Ларисы, просматривались съемки всех камер, где бывала блогерша в последнее время, а также сквозь мелкое сито просеивались брони гостиниц и съемных квартир вокруг ее места жительства.

И билеты. Если из Москвы в Питер еще можно попробовать добраться на машине, то представить себе автоперегоны Омск-Москва или Барнаул-Москва намного сложней. Должен был этот оборотень пользоваться либо самолетом, либо поездом. Ну не пешком же он пересекал полстраны! И не в звероформе. А раз так – его фамилия точно осталась в общей билетной базе. Тем более, что вычислить даты его пребывания в этих городах было несложно – достаточно оттолкнуться в нужную временную сторону от дат смерти его жертв.

И уже вот этот частый гребень позволил резко сузить круг подозреваемых. Сначала до шестнадцати человек, потом до пяти, а потом и вовсе осталась единственная кандидатура. Но какая!

Никодим Степанович Колычев, пятидесяти восьми годков от роду, значимая фигура в третьем по величине городе России, местный мини-олигарх, совладелец ООО «Сибирская нива», владелец швейной фабрики «Ко-Ник» и крупнейшей птицефермы всей новосибирской области.

- Он еще и депутат, - мрачно прокомментировал майор Лучко, - трындец нам.

Трындец, мысленно согласился Виктор. Потому что депутаты, язви их в пятку, Государственной, чтоб ее, думы, обладают неприкосновенностью в течение всего срока их полномочий, кроме случаев задержания на месте преступления. И чтоб их этой неприкосновенности лишить, сначала нужно генерального прокурора додавить на выдачу соответствующего представления, которое может быть утверждено решением этой же Госдумы. А может и не быть.

- Нам что, с учетом статуса фигуранта, чтоб привлечь его к ответственности, нужно его над теплым трупом застать?

- Не все так плохо, - примирительно объяснил майор, - он не думец, он депутат парламента субъекта России.

Счастье-то какое! Виктор чуть руками не всплеснул. Нет, конечно, это их задачу облегчает, но не на много.

- А, кстати, кто он там в этой их оборотнической… структуре? Иерархии? Диаспоре? Как оно хоть правильно?!

- Общине, - вздохнул собеседник. – То-то, что именно глава.

Подстраховался, сволочуга, со всех сторон! И как его, такого скользкого, теперь выковыривать и брать?

- А не рано ли мы вообще на него зубки точим? – резонно спросил майор Лучко. – У нас пока кроме вычислений на него ничего нет.

- Нам кровь их носу нужны его образцы, - сообразил Виктор. - Если не ДНК, то хоть потожировые. Вот когда обнаружится совпадение с уже имеющимися, тогда нам будет с чем идти к генералу.

Добыча образцов фигуранта вылилась в отдельный квест. Пришлось им с майором лететь в Новосибирск и, заручившись помощью коллег, пытаться добраться до шкуры Колычева. Ситуация осложнялась тем, что делать это надо было в неявном виде, а просто так соприкоснуться со столь важной персоной ни у кого из них не получалось. Виктор сначала надеялся на поликлиники, сохраняющие образцы крови, но местные его быстро обломали: у оборотней наличествовали свои и больницы, и поликлиники, куда у обычных людей доступа не было.

А как насчет пошукать на месте жительства? И тут тоже случился облом. Нет, у него была роскошная квартира в центре Новосиба, только вот бывал он там крайне редко, при том, что тщательную уборку там проводили еженедельно и надежда наткнуться на пригодные следы была слишком эфемерной. А постоянно проживать Никодим Степанович изволили вместе с семьей на юго-западе города в коттеджном поселке «Морская тишь», построенном на берегу Новосибирского водохранилища. И проникнуть в эту цитадель местных оборотней возможным не представлялось: вооруженная охрана, электронные пропуска, камеры, сигнализация, короче, все на уровне, приблудным «фигвам» и «но пасаран»!

И подловить фигуранта на выездах на его предприятия или в городе, куда он регулярно наведывался, тоже получалось… а не получалось. Машина Колычева с сопровождением выезжала из-за одного забора, мчалась по шоссе, исчезала за другим забором и все. И вот как в таких условиях прикажете «привязывать» его к столичным трупам?

Помог случай. Местные ребята подсказали, где глав-оборотень завтра должен обязательно появиться: на приеме у губернатора области. Ага. Замечательно! А кто туда их с Лучко пустит? Но вот именно у майора и нашлись через тамошних сослуживцев хитрые ходы аж к самым сливкам здешнего общества и пропуск им в особняк в центре, пусть и со скрипом, но оформили. А чтоб их вообще туда пустили, пришлось Виктору срочно обзаводиться пристойным костюмом, из-за чего его кредитка практически опустела в ноль, и, скрипя зубами, тащиться на прием, еще не зная, как он будет добывать потребные следствию образцы.

А на приеме ситуация оказалась не менее безнадежной: фигурант прибыл с тремя «быками» охраны, которые плотно опекали его с трех сторон, позволяя приблизиться собеседникам исключительно с фасада. Хотя какие «быки»? Медведи, судя по размерам тушек!

И вот что теперь? Этот депутат прятался за охраной и даже не выходил на балкон покурить, и не оставлял там окурки, на что была их главная надежда. Может, опустошенный им бокал упереть? Или вилку, которой он изволил канапѐ вкушать? Не кидаться же ему теперь этому оборотню на грудь, ну в самом-то деле! Хотя Виктор уже дозревал и до столь отчаянной мысли и столь же неадекватных действий, и будь, что будет, пусть его потом сочтут психом, или, того хуже, каким бирюзовым не традиционалом, главное – добыть нужный образец.

Но тут майор Лучко подметил интересную деталь и не преминул чувствительно ткнуть Виктора в бок. Тот сначала не понял, на что майор намекает жующими движениями, но потом присмотрелся… и тоже заметил не самую обычную привычку фигуранта: тот меланхолично пожевывал зубочистку после ее использования по прямому назначению.

Вот оно! Если воровать бокалы или вилки – верный путь к малоприятным объяснениям с местной службой безопасности, то кому интересна судьба деревянной шпажки? Особенно использованной? И таких дентальных палочек, пожеванных Колычевым, они умудрились насобирать за время приема аж три штуки, чтоб наверняка. И первым же самолетом вылетели в Москву.

А после проведения экспертизы уже можно было идти к генералу, теперь им было, что ему предъявить. Потому что совпадение образцов фигуранта с уже имеющимися в деле оказалось сто процентов. И потому что, согласно купленным на его имя билетам, можно было «привязать» его к местам преступлений. Оставалось только принять решение о его задержании.

Но генерал Воропаев радоваться не торопился.

- Колычев, значит… - бурчал он, пролистывая их совместный рапорт. – Совпадение, значит… А что насчет мотива?

Виктор с майором синхронно потупились, вот как раз подвести действия фигуранта под хоть какую-то причину ни у одного из них не получалось. Ну, не понимали они зачем нужны все эти смерти! А заявлять, как тот специалист, что маньяки ловят кайф при любовании очарованием смерти, было чревато. Это, может, и «тянуло» бы на мотив в высоко учёных рассуждениях, а вот в качестве записи в официальном документе… смотрелось бы, мягко говоря, странно. Если не сказать больше.

— Это, во-первых, – припечатал генерал. – А, во-вторых, поведайте-ка мне, умники, как вы собираетесь этого медведя брать? Особенно с учетом наличия у него охраны и собственных возможностей при обороте?

И выдержав Мхатовскую паузу, заключил:

— Это вам не хухер, и даже не мухер!

Виктор с майором боязливо промолчали. Вступать в споры с человеком, умудрившемся так извратить простенькое выражение «хухры-мухры» не рискнул никто из них. Ибо чревато. Мало ли, что ему в головушку стукнет на их уже счет. И сделает он теперь из них какой хухер. Или мухер. Тут уж как повезет. Но вообще-то он прав насчет сложностей с захватом существа, способного обернуться много килограммовым медведем, этот момент они явно не продумали…

- Мотив можно будет и потом выяснить, когда возьмем его и допросим! – после недолгого, но напряженного раздумья «выдал» Виктор. – Черт его знает, что он там себе в протекшей башке в качестве причины для убийств сварил… Самим нам до его маньячных мозговых завихрений вовек не додуматься!

- А брать его придется с поличным, поэтому предлагаю ловлю на живца, - поддакнул майор Лучко. – Тогда все, что нам нужно - дождаться, когда он снова выйдет на охоту и начать слежку. На дело он с собой охрану по любому не возьмет! А уж справиться с одним оборотнем – пусть и трудно, но возможно. В конце концов килограмм-другой свинца в организме – как раз и есть та критическая масса металла, которая способна усмирить кого угодно! Даже медведя.

Виктор был с ним полностью согласен. И даже предложил для захвата использовать группу ребят-оперов, с которыми он успел сработаться. Гладышев, Корсун, Шаповалов, Тищенко – уже представляли собой спаянный коллектив тех, кто ни бога, ни черта не боялся, и готовых пойти хоть бы и на медведя. А понадобится – и на тигра. И даже на динозавра, буде возникнет нужда.

И мысленно отметил, что никому из них, даже майору Лучко, и в голову не пришло предложить просто вывалить все имеющиеся доказательства перед представителями этих самых оборотнических общин и спокойно умыть руки, отдав им своего представителя для соответствующего наказания… Возможно, каждый из них в глубине души подозревал, что и наказания-то никакого для своего у них особо не предусмотрено, так, формально пожурят ипогрозят пальчиком, а значит… а значит, убийства продолжатся. Между прочим, людей. Между прочим, невинных. Именно тех, кого они обязались защищать. Так что, нет, господа перевертыши, нам еще перепуганной общественности предстоит предъявить изловленного супостата и своевременно отчитаться по инстанции, а уж потом будем посмотреть, как вы планируете своего маньячилу наказывать… Глядишь, удастся и вмешаться в этот процесс… правильно вмешаться.

- Но с момента последнего убийства прошло всего ничего времени, - своевременно напомнил генерал Воропаев. – Если убийца соблюдает установленный им самим временной интервал, нам придется ждать его очередной активности чуть не целый год!

- Не факт… - задумчиво протянул Лучко. – Если вспомнить, что промежуток между первыми московскими трупами составил пару с лишним лет, можно смело говорить о сокращении периода ожидания, это раз. И мы можем попробовать его спровоцировать на активные действия, это два.

- Другими словами, подсунув ему не просто живца, а подставленную жертву? – хмыкнул генерал. – Рискованно…

- А у Вас есть предложение лучше?

- То-то, что нет… ладно, ищите кого можно в этой схеме задействовать, только не из гражданских!

И вот тут Виктор с майором Лучко крепко задумались. Допустим, отыскать оперативницу, способную к игре с потенциальным убийцей, можно. Допустим, «сделать» ей похожий на двух последних пострадавших образ тоже получится. Дело за малым: как можно аккуратно и не вызывая подозрений фигуранта подсунуть ему «своего» живца раньше, чем у него перемкнет в мозгу и инстинкт позовет его на охоту еще на кого-то?

Или не инстинкт. Или мания. Это не важно, важно понять, как подставить ему нужного человека? Потому что он пока безвылазно торчит в Новосибе, и придется поломать голову над тем, как выманить его оттуда раньше времени. Кое-что по его вкусам понятно уже сейчас: рост – средний, размер – 46-48, возраст – чуть за двадцать, обе жертвы – блондинки, пусть одна и крашеная, но на брюнетку он точно не клюнет, только этого недостаточно, нужен еще некий объединяющий фактор, чтоб наверняка.

- Кто у тебя смотрел подключения к соцсетям Гаркушевой и Березкиной? – внезапно «отмер» майор. – Нужно не просто подобрать правильную кандидатуру, а сначала догадаться, как и чем они его зацепили на расстоянии. И только тогда создавать из блесны живца.

- Тогда нам к программерам, есть у меня там один гений Мотя…

Главный программист Паршуткин, науськанный Виктором на поиск совпадений, не подвел.

— Вот оно, - поведал он, - тыкая пальцем в экран. – Смотрите, если убрать прическу и проигнорировать макияж – обе девчонки практически на одно лицо. Чует моя чуйка, искал он их по базе совпадения лиц.

- А ты?..

- Уже прогнал, в Москве похожих лиц еще двенадцать.

Виктор с майором только переглянулись: значит, следующая жертва должна быть из этого списка.

- И все?

- Нет, не все! - хитро прищурился Мотя, - эти убиенные и еще три из обнаруженных имеют интересную общую черту: все они что-то коллекционируют. Или коллекционировали. Гаркушева – плюшевых котков, Березкина – стеклянных лягушек, Тарбеева – «куриных богов», Сутаева – этикетки от алкоголя, а Мышкина – крышки от бутылок с пивом.

Просмотрев содержимое аккаунтов всех трех собирательниц, сыщики приуныли. Обычные домашние девочки: одна – аспирантка, другая – секретарша в маленькой фирмешке, третья – медсестра… таких в операции не используешь. А, главное, у них есть запрет генерала задействовать гражданских, поэтому…

- Поэтому мы ее создадим! – в приливе вдохновения сказал Виктор. – Сами!

- В смысле?

- Найдем нужную девушку-оперативницу, проинструктируем, подгримируем, Мотя сделает для нее такой аккаунт, что этот урод обязательно ее выберет и начнет подкрадываться. Тут-то мы его и цап!

- А почему он ее выберет? – удивился майор Лучко.

- А потому, что она окажется самой интересной из его вероятного списка! Мы, во-первых, подкинем ей необычные вещи для коллекционирования, например, бутылочные открывашки из разных городов и стран. А, во-вторых, она у нас по легенде будет сирота, а одиночку, понятное дело, окучивать завсегда проще, чем ту, у кого уйма разной родни под ногами шарится.

- В первых случаях ему наличие родственников не помешало к девчонкам подобраться!

- А теперь их отсутствие только поможет! Но да, надо еще какую хитрую замануху придумать… подогнать ей, например, интересный и нестандартный вид спорта, чтоб не просто бегала по утрам, а там… не знаю, занималась бейсджампингом. Мимо такого он точно не пройдет.

- Пожалуй… - протянул майор.

- Так, а открывашки-то где возьмем? – «проснулся» Паршуткин.

- Свои отдам, - отмахнулся Виктор, - я их много откуда привозил, родители тоже пополняли коллекцию, но никогда раньше их не фоткал и не выкладывал, вот теперь и пригодятся. Мотя, а ты перерой базу наших оперативниц с упором на внешность. Нам нужна та, которая сыграет роль подсадной утки.

И уже к вечеру следующего дня старший лейтенант Наталья Соловьева перекрасила волосы, стала Кураевой Стеллой и переехала в одну из специально стоящих для таких случаев на балансе ведомства майора Лучко гостевых квартир. А в соцсетях появился аккаунт девушки-переводчицы с корейского языка.

- Почему с корейского? – удивился Мотя.

- Потому что она у нас полетит на переговоры в Сеул, - объяснил Виктор.

- И какая связь?

- Такая, что обратный рейс у нее будет пересадочный. Инчхон-Толмачево-Шереметьево.

- И что?!

- Толмачево – аэропорт Новосиба, - сжалился над Паршуткиным майор.

- А-а… а-а-а! А этот ваш… он точно сумеет проникнуть в зал транзитников?

- Чтоб депутат да не смог? Но сначала… Мотя, на тебе поддержание ее аккаунта, и мониторинг любой посторонней интернет-активности. Наша Стеллочка никуда не полетит, пока фигурант ее не заценит.

Подождать пришлось. Но уже через пару недель Мотя радостно доложил, что аккаунт псевдо-Стеллы кем-то регулярно просматривается. А вот подобной нездоровой активности вокруг страничек Тарбеевой, Сутаевой и Мышкиной не наблюдается.

Вот тут и настало время поместить на страничку Стеллы сообщение о деловой поездке переводчицы в Сеул для участия в переговорах компании МТС с представителями концерна Самсунг. Мотя в течении недели аккуратно размещал за нее предвкушающую трескотню человека, собирающегося повидать новые места, интересных людей и приобрести необычные экземпляры для своей коллекции открывашек. Его подчиненные, активно имитировавшие «друзей» хозяйки аккаунта, как бы вскользь и невзначай осведомились о сроках командировки, и получили ответ вместе с описанием маршрута. Теперь оставалось только ждать.

За две недели якобы напряженной работы с корейской делегацией новости «высыпались» на страничку их приманки крайне скупо. Пара фото, сделанных из окна автомобиля, комментарии типа «устала как собака» или «это не корейцы, это, в натуре, евреи, иначе откуда такая культура торговаться за каждую копейку?!», одинокое старательно сфотошопленное селфи якобы со смотровой площадки башни Н-Сеул, чтоб подогреть интерес фигуранта к возможной встрече вживую. И, наконец, радостное «Завтра – домой!»

Понятно, что ни в каком Сеуле их сотрудница не была, но на следующий день смирно сидела загримированная на третьем этаже сектора С аэропорта Толмачево Новосибирска в стерильной стыковочной зоне для ожидания посадки на свой рейс в столицу. Ее страховали трое местных оперативников, двое из которых не приближаясь, следили за окружающими, а одна нагло плюхнулась в соседнее с псевдо-Стеллой место и завела разговор ни о чем. Плюс у их приманки в ухе был наушник, с которого ее ориентировали насчет тех, кто клубился вокруг и подсказывали правильные ответы и действия.

Колычев появился из какого-то служебного выхода почти незаметно. И как бы невзначай прошелся за спиной беседующих девушек. Даже остановился послушать, как их девушка убеждает случайную попутчицу в том, что Александр Покрышкин, в честь которого назван здешний аэропорт, был куда более талантливым и результативным летчиком, чем считающийся таковым Иван Кожедуб, потому что в отличие от многих других авиаторов, мог отказаться от «авторства» сбитого самолета противника в пользу своего ведомого, если они побеждали в воздушном бою вместе. И одобрительно покивал в такт каким-то своим мыслям.

А потом отошел, но наблюдавший за этой сценой через камеру транзитного зала Виктор выдохнул с облегчением: зацепило. Есть поклевка! Теперь надо возвращаться домой и ждать ответных действий фигуранта. А пока поддерживать его интерес через новости в соцсети. Куда кто-то с неидентифицированной сим-карты лазил каждый день.

И через две недели Колычев не выдержал, и прилетел в Москву. Вот на сей раз его «опекали» плотно, а чтоб и не опекать, если многие его действия были заранее просчитаны, а в каблук его ботинок помещен GPS-трекер? Поэтому и их со Стеллой якобы случайная встреча в фитнес-центре прошла так, как они запланировали: девушка демонстрировала к нему минимальный интерес, не проявляя желания продлевать знакомство. Они рассчитывали, что такая «холодность» должна его только раззадорить и не ошиблись.

Да еще и подчиненные Моти «подогрели» ситуацию, щедро выставляя под ее новыми фото из тренажерного зала восторженные лайки сразу от трех мужских имен.

Мужчина оказался вынужден не просто понемножку форсировать общение с ней во время тренировок, а поскольку сам он обязан был периодически возвращаться в Новосиб по делам, в периоды своего отсутствия сообразительно подключил дополнительные средства обольщения: начал присылать ей приветственные сообщения в аккаунт с левой симки, а также букеты с курьером. И опять выбрал уже отслеженную оперативниками с прошлого раза цветочную фирму, где можно было заказать и растения, и посыльного без личного контакта, путем оплаты со счета. Потом добавилась доставка сладостей. Потом бутылка недешевого вина. Что характерно, деньги приходили с карты, оформленной на давно уехавшего на родину в Казахстан гастарбайтера.

- Как думаешь, на что клевали его предыдущие девицы? – задумчиво спросил майор у Виктора. – Ну, подтянутый, ну, не бедный, ну, льстило им ухаживание по всем правилам, но ему же почти шесть десятков! И какие могут быть у их отношений с женатым мужичком перспективы, если такого ни разу не юного ухажера может в самый неподходящий момент хватить удар, и он загнется прямо на тебе? В процессе, так сказать?

- Так он, поди, не афиширует факт своего нахождения в браке, видишь, даже кольцо не носит, - ехидно хмыкнул Виктор. – Не исключено, что как раз и закидывал дурочкам удочку на счет возможной свадьбы, вспомни ту же Риту Гаркушеву, которая намекала подругам на фантастическую любовь и большие перемены в жизни, вот они и цепляются за шанс после его скорой смерти остаться молодой обеспеченной вдовой.

- Стелле до сих пор не намекал…

- Соберется прикончить – намекнет, - отрезал Виктор. – Он пока вываживает добычу, но чую, скоро не выдержит и сорвется.

- А как мы это поймем? И когда?

- Когда он закажет для нее не просто какие-нибудь цветы, а те самые гвоздики сорта Гренадин знамя Победы. Это и будет знаком для нас. Да и наша Стелла не промолчит насчет его желания устроить ей эротиссимо вульгарис.

Нужный момент наступил почти через три недели. Колычев в очередной раз прилетел в Москву. В мессенджер Стеллы «упала» просьба о встрече с вполне явными матримониальными намеками. В цветочную фирму поступил заказ на гвоздики. И стало ясно – пора. Убийца готов прикончить очередную жертву.

Но его ждал сюрприз: четверка оперативников Гладышев, Корсун, Шаповалов и Тищенко все это время проходили дополнительный цикл тренировок, заточенных на удержание не человека, а зверя. Пришлось привлекать команду сибирских звероловов, у которых наличествовали и нестандартные навыки, и оригинальная экипировка. Пришлось переучиваться. Пришлось заказывать металлическую сеть, порвать которую не в силах будет даже потуторацентнеровая туша.

И кроме стандартного ярыгинского «Грача» вооружаться еще и АКС-74У. Для быстрого набора той самой критической массы свинца внутри этой атакующей туши, если что.

И отдельно пришлось ждать, когда им изготовят нейтрализатор запахов, потому что обоняние у оборотней всяко лучше человеческого. А уж если брать медведя! Как Виктору объяснили зоологи, обонятельная луковица в мозге медведя в пять раз больше, чем у человека. Но это бы еще ладно, а вот обонятельная мембрана в носу у медведя по некоторым данным в сто раз больше человеческой! Так что мажемся нейтрализатором и не пищим, а то спугнем еще эту нюхливую сволочь! А Стелла в ожидании кавалера заранее подожгла в прихожей ароматические палочки, чтоб по максимуму замаскировать даже остатки запахов спрятавшихся бойцов.

И включить три заранее установленные камеры, чтоб зафиксировать момент оборота и нападения. А дальше оставалось только ждать. И когда раздался звонок домофона, Виктор ощутил, что нервы у него натянуты как скрипичные струны в ожидании первого касания смычка, так что тронь - зазвенят.

А само задержание занял буквально минуту: как только Колычев начал трансформацию, Стелла мгновенно отскочила, давая возможность ранее прятавшимся оперативникам спеленать медвежью тушу специально укрепленной сетью, даже предусмотренное шпигование свинцом не понадобилось. И явившись на следующий день пред светлые очи начальства для доклада не оценил хмурого вида генерала Воропаева. Который с ходу неприязненно поинтересовался:

- Фигуранта, как я погляжу, брали твои архаровцы?

- А что сразу архаровцы?! – возмутился Виктор.

- Ну, анархисты-разбойники, разве ж я спорю? Что это у взятого вами Колычева ребра сломаны, и чуть не половина зубов отсутствует?

— Это он сам… того, упал. В смысле оказал сопротивление при задержании.

- Ах, опять сам! И опять упал! Еще раз твоя зондер-команда на задержании повредит объект задержания, не посмотрю на ваши показатели, а натравлю на вас службу безопасности!

Виктор прямо обиделся за парней, они, между прочим, накануне крепко своими шкурками рисковали, равно как и Наташа-Стелла, их поощрять надо, а не чихвостить! А что малость попортили фейс этому убивцу, так кто бы на их месте удержался? Тем более, что регенерация у оборотней, говорят, на высоте, так что… очухается и оклемается. Как огурец будет в отличие от своих жертв.

- Ладно, так что он там сказал насчет причины, почему он это делал?

- А ничего. Сослался на 51-ю статью Конституции и потребовал адвоката.

- М-да… что ж, наше ведомство свое дело сделало, теперь очередь судейских.

Виктор не стал ему говорить, что с учетом договоренности о внутри клановых наказаниях никакого суда может и не быть, потому что вариант, при котором этого маньяка просто заберут свои, очень не исключен. И ошибся. Суд состоялся, уж больно резонансным оказалось дело, но проходил в закрытом режиме. Даже его туда не позвали, хотя, казалось бы, как можно обойтись без его показаний? А вот и обошлись! Сообщили только приговор – пожизненное. Но расспрошенный им майор Лучко уже потом по секрету поведал, что на вопрос о мотиве подсудимый на процессе как-то невнятно заявлял, что изничтожал девушек, похожих на его не сложившуюся и отвергнувшую его чувства любовь, и что обследовавший его психиатр «выдал» ему такой диагноз, с которым его на свободе никак бы не оставили. А потом его собратья по общине упаковали Колычева в клетку и куда-то увезли.

- Будет теперь жить в своей сибирской глуши безнаказанно! – возмутился Виктор.

- Я бы не торопился думать о его безнаказанности, - очень серьезно объяснил майор. – Мы многого не знаем о перевертышах, и, если я правильно понял слова главного из их «делегации» … короче, вариант «живые позавидуют мертвым» — это как раз наш случай.

Ну, если майор ФСБ в это верит… или что-то знает… то, собственно, ему-то чем быть недовольным? И он, и его сослуживцы свои плюшки за успешное и бескровное раскрытие дела получили, сам Виктор был удостоен внеочередного звания, денежной премии, грамоты от руководства и фото на доску почета. Ну и слава человека, поймавшего «Цветочника», это тоже не комар плюнул. Отец так прямо и сказал, что это почти подвиг и что он гордится им.

Но во всей этой бочке меда была даже не ложка, а целый половник дегтя. Увесистый такой и соответственно пахнущий. Имя ему было – Маша. Вынужденный вернуться к жене Виктор этому факту не радовался, его раздражало все, что с ней было связано. Как говорит, как готовит, как ведет себя с ним и с Ликой, все! И выхода из этой ситуации он не видел ровно до того момента, как отвез ее в роддом, а дочь к своим родителям. Потому что в щебетании по телефону медсестры по поводу веса и роста новорожденного сына он внезапно уловил одну интересную деталь. Которую немедленно кинулся раскручивать со всей мощью своего опыта.

В день выписки им с женой предстояло получить так называемый «президентский сертификат» на право выплаты семье материнского капитала, но именно эту бумагу ведущий Машины роды врач отдавать отказался, ссылаясь на запрет заведующего отделением Кузовкина П. Ю.

Естественно, Маша, кипя и булькая, как кастрюля с кашей, вместе с ним немедленно кинулась к завотделением Кузовкину.

- Павел Юрьевич, в чем дело?

- А дело, Мария Андреевна, в том, что получается у нас с Вами неувязочка. Не могу я Вам выдать «президентский сертификат» на получение материнского капитала, никак не могу!

— Это еще почему?

- А потому, что такой документ должен выдаваться в ответ на заявление обоих родителей, а подписи Виктора Германовича, что он согласен признать новорожденного своим ребенком, у Вас нет, и не будет.

- Почему это?!

- Потому что Ваш ребенок – не его сын, у новорожденного первая группа крови.

- И… что?

- А то, что у Вас – вторая группа, положительная. А у Вашего мужа – четвертая, отрицательная. А у ребенка – первая группа, положительная. Вы до сих пор меня не понимаете?

- Не понимаю!

- Хорошо, я освежу в Вашей памяти школьные уроки генетики: у отца с четвертой группой крови, которая маркируется как АВ, и матери со второй группой крови А в 50% случаев появляется на свет ребенок со второй группой крови А, в 25% случаев он может унаследовать третью группу В, а в 25% случаев четвертую АВ. А вот чего у него быть не может в принципе, так это первой группы 0, потому что такого гена у родителей просто нет. Теперь Вы понимаете, к чему я клоню?

- Но как же… я же его рожала…

- Не сворачивайте с темы, драгоценная Мария Андреевна, Вы – безусловно его мать, но вот Ваш муж никак не может быть его отцом. Собственно, потому Виктор Германович и протестует против выдачи документа, что Ваш ребенок – его сын. И я его негодование даже где-то понимаю.

— Это Ваша ошибка! Вы что-то перепутали, а теперь пытаетесь меня сделать виноватой! Витя! А ты что молчишь, когда твою жену грязью поливают!

Но попытка переорать завотделением не удалась. Тот не смутился, а продолжал:

- Видите ли, уважаемая Мария Андреевна, мы не ограничились обычным исследованием крови, мы провели анализ ДНК ребенка, и он подтвердил, что рожденный Вами мальчик не является биологическим сыном Вашего мужа.

И выложил на стол перед его женой бумагу с результатами анализа.

- С чего вдруг такая предусмотрительность? – подозрительно прищурилась Машка. Но тут же опомнилась и обратно перешла в режим «несправедливо обиженная молодая мамочка». - Виктор, я долго буду терпеть эти оскорбления?

- С того, что ситуация складывалась уж очень щекотливая, и мы сочли нужным все перепроверить по просьбе Вашего мужа. Он, надо Вам сказать, оказался очень… эээ… убедителен.

Виктор аж хмыкнул про себя. Еще бы ты, трубка клистирная, отказался все перепроверить! Когда тебе доходчиво объяснили, что вариантов у вашего распиаренного заведения ровно два: либо Машка сына где-то нагуляла, и тогда ни к тебе, ни к клинике нет никаких претензий, либо у вас тут вовсю процветает подмена детей. О чем он молчать не будет ни по линии закона, ни в соцсетях, устроив вашей шарашкиной конторе тот еще бэнц. И тогда для вас это пахнет не просто потерей репутации, для вас это уже воняет уголовным делом с далеко-о идущими перспективами! Которым он займется сам и лично пересажает всех причастных на максимальные сроки. Ясное дело, ты из кожи вон вылез, но организовал проведение анализа ДНК в кратчайшие сроки!

- Виктор, но я…

- Маш, я еще и в наш экспертно-криминалистический центр обратился. И, ты представляешь, у них по принесенным пробам ребенка получается такой же результат: первая группа крови и никаких общих аллелей с моим биоматериалом.

И Виктор в свою очередь выложил на стол перед женой еще один бланк с результатами анализа.

- Но… может быть… «вылез» какой-то рецессивный ген?

О, да благоверная все же помнит школьный курс генетики! И цепляется сейчас за соломинку, надеясь как-то выскользнуть из всей этой неприглядной ситуации. Но Павел Юрьевич только покачал головой:

- Даже при наличии у ребенка полного набора рецессивных генов, закон Менделя неумолим: этот ребенок не сын Виктора Германовича. И он не желает его признавать.

- На развод я уже подал, разговаривать будем в суде, - буднично проинформировал Виктор жену.

- Ты уже забыл, что не имеешь права без согласия жены возбуждать дело о расторжении брака во время беременности и в течение одного года после рождения ребенка?!

- Я надеюсь, факт измены заставит суд посмотреть на ситуацию более трезво. А если нет… значит, я подожду этот год. Но вдали от тебя.

- Так... мы разве не поедем домой?

- Нет, мой дом отныне не твой дом, и замки я тоже сменил. Звони своему отцу, пусть он вас забирает, в мою квартиру ты чужого ублюдка не повезешь.

- Как?!

- А вот так. Мой адвокат уже обратился к руководству клиники с заявлением об отказе в признании чужого ребенка. Кстати, я подал в суд прошение о лишении тебя родительских прав на нашу старшую дочь. Не должна шалава вроде тебя детей воспитывать, мало ли что она им внушить сможет… и какой пример подать.

- Где Лика?!

- Ну как где, у моих родителей на даче, ты же сама настояла на том, чтобы мы ее им спихнули на время родов.

- Я это так не оставлю!

— Это пожалуйста, встретимся в суде, пусть и через год. Чао, бамбино, сорри!

И третья попытку покончить с опостылевшей ему семейной жизнью Виктор до конца довел. Ему, конечно, советовали некоторые из знакомых остыть и не рубить с плеча, но его было уже не остановить. Его несло как красноармейский бронепоезд на вражеские танки или как горящий самолет Гастелло на механизированную колонну фашистов. Больше это хитрая тварь не сумеет сделать из него дурака.

Особенно, если учесть, что на суде его адвокат сумела по точкам геолокации машиного телефона доказать, что та, в начале марта 2024 года, отдав Лику родителям и пользуясь отсутствием мужа, преднамеренно неделю подряд посещала клубы и иные злачные места, и что, возвращаясь домой, вместе с ее номером телефона обязательно фиксировался еще чей-то посторонний номер. Который и оставался в районе квартиры Виктора на час-другой. И каждый раз этот номер почему-то зарегистрирован на мужское имя. Вот когда до судьи и присяжных дошло, что именно она пыталась провернуть, сознательно собравшись "залететь" на стороне, и намеренно подсовывая ему «кукушонка», тут их симпатии немедленно оказались на стороне Виктора. И родительских прав Машу на дочь лишили, пусть и позволили ей с Ликой видеться.

И только после этого, чувствуя себя свободным, Виктор рискнул набрать номер Глаши. Только абонент оказался не абонент. Как сказали ему в компьютерном отделе уже давно. Тогда он дозвонился до Суторминой Юль-Дмитны и попросил позвать Глашу.

- Так Аглая Михайловна еще в прошлом году того… уволилась.

- Как уволилась?!

- Ну… вот так, написала заявление по собственному желанию и уволилась.

- В нашей системе просто так не увольняются!

- Просто так, Виктор Германович, у нас не увольняются опогоненные, и то… возможны варианты. А Аглая Михайловна работала у нас по контракту, как делают многие врачи, патологоанатомы, эксперты, курьеры, работники пищеблоков и даже уборщицы. Так что имела полное право подыскать себе более приятное место работы. Чем, видимо, и занялась.

Глашина квартира оказалась продана, счета в банках закрыты, билетов на ее имя из Москвы в кассах ни на тот период, ни позднее не нашлось. Значит, решила исчезнуть. Не во всероссийский же розыск ее теперь объявлять? И Виктор понял, что своим поступком Машка когда-то отняла у него не просто любимую женщину, она лишила его права на счастье. И что теперь у него не осталось от нее ничего, кроме воспоминаний. Нечто вроде бесплотной тени, скользящей по сумеречному покрову прошлого…

Никита Свиридов

И мне нисколько тебя не жаль:

В моей крови закипает сталь,

В моей душе скалят зубы страсть и порок,

А боль танцует стаей пестрых сорок.

Я никогда не любил воскресать, но иначе не мог…

Канцлер Ги «Дитя Анэма»

Те, кто когда-то подметили, что нет ничего хуже, чем ждать и догонять, были не совсем правы, ждать – да, это не самое приятное занятие, а вот вынюхивать запах добычи, идти по ее следу, загонять лакомую жертву, собираясь, нагнав, вцепиться зубами ей в холку, – это Никите нравилось. Их клан по натуре своей состоял из охотников, и нынче ему предстояла самая интересная из всех видов охот – на человека. Вернее, на свою возможную будущую пару.

Потому что вчера отец вызвал его в свой кабинет для беседы. Грехов за собой Никита не чуял, потому и пришел спокойно, а вот отец явно нервничал и мялся, не зная, как подступиться к какому-то неприятному разговору. Но начал он издалека, поинтересовавшись, помнит ли сын об исчезнувших кланах их соплеменников. Сын если что-то и помнил, то достаточно смутно, поскольку сгинувшие в прошлом кланы это как динозавры или реликтовые рыбы, вымерли когда-то и вымерли, видать, оказались не жизнеспособными по сравнению с ныне живущими, чего о них вспоминать? Это к каким-нибудь антропологам… или кто там ими занимается?

Но отец тем не менее напомнил ему об одном интересном исчезнувшем клане. Клане Призрачной рыси. Был тот клан невелик, но представители его славились своей редкостной свирепостью. Не зря одним из названий рыси на Руси было «лютый зверь». И была у этого клана одна особенность: если их бойцы-мужчины периодически соглашались перейти в чужой клан, то вот своих дочерей Рыси не отдавали чужакам никогда. Мало их у них было и все на вес самого дорогого, что можно себе представить. Но однажды взятая к ним в клан женой девушка из клана Тибетских лисиц умудрилась овдоветь и не родив детей, не сумев дальше прижиться, вернулась домой к родителям. Вот как раз ее откровения и приподняли завесу над тем, почему Призрачные рыси так тряслись над своими дочерями.

Оказывается, все дело было в наследственности. Как-то хитро природа распорядилась генами женщин этого клана, что оказались они способными к передаче наследникам лучших качеств предков отдельной семьи по мужской линии. Никита его не понял.

- Так все могут передать наследственные качества потомкам, из-за чего такой крик поднимать?

- Э-хе-хе, - вздохнул отец, - так я и думал, что ты меня не внимательно слушал. Никита, ключевое слово – лучших! Если твой прадед, к примеру, быстрее всех бегал, дед выше всех лазил, а ты сильнее всех сверстников, то твой сын от представительницы клана Призрачной рыси унаследует все эти качества! Все, понимаешь! Их квинтэссенцию. В одном, мать его, флаконе!

Ах, вот оно как! Тогда понятно, почему Призрачные рыси наотрез отказывались отдавать кому-то своих девчонок. Это ж как взять и своими руками вручить вероятному противнику стратегический запас! Чтоб она потом в чужом клане настолько мощных врагов Рысей нарожала. Вот про жестокость клановых войн прошлого Никита помнил куда лучше, крови тогда пролилось – мама, не горюй! Тем не менее один вопрос по существу у него возник.

- Но процент родившихся девочек и мальчиков у оборотней пусть и не абсолютно одинаков, но составляет примерно сорок на шестьдесят, так почему клан оставался малочисленным?

- А это вторая особенность Рысей, их женщины рожали только одну девочку, причем, как правило, первой, а только потом мальчишек. Понимаешь, почему от них только парни иногда уходили?

Это Никита понимал. Но не спросить не мог:

- И что, прямо никогда никаких исключений?

- Было одно. Плохо кончилось. – недовольно буркнул отец. – Собственно, именно тогда клан Рысей и вырезали под корень.

История оказалась грустной. Никита аж хмыкнул про себя, насчет того, что классические сюжеты не меняются веками, вот и опять перед ним история Ромео и Джульетты, но с поправкой на клановую действительность. Потому что встретились однажды юноша из клана Снежного барса, и девушка из дружественного клана Призрачной рыси и полюбили друг друга. Так и сказали своим родителям, мол, любим, жить друг без друга не можем, не хотим, и не будем. Либо вместе, либо синдзю, и все тут.

— Это еще что за зверь? – неподдельно удивился Никита.

- А… это японцы такое удумали: совместное самоубийство для двух влюбленных, которые не видят другого способа быть вместе. Вроде как их души потом где-то там соединятся и будет им астральное счастье после жизни.

Никита с ходу высказался насчет умственных способностей как тех, кто до этого додумался, так и тех, кто решил последовать столь «мудрому» совету. Отец даже не стал его одергивать насчет мата, только согласно кивнул:

- Вот-вот. Но, поскольку ребятишки были настроены серьезно, пришлось их родителям как-то договариваться.

- И до чего договорились?

- Девочка уходит женой в клан Снежного барса, но свою дочь когда-нибудь отдает обратно в клан Призрачной рыси.

Никита аж присвистнул:

- Сурово… и девчонка согласилась?

- Я так думаю, она по молодости лет еще не осознавала, что значит отдать своего новорожденного ребенка кому бы-то ни было… пусть и родственникам. Опять же никакой дочери еще нет, а жених уже есть, вот он, и его ой как хочется, аж гормоны пляшут польку-бабочку, ну, она и дала согласие.

- А дальше?

- Дальше… дальше все пошло… по бороде. Во-первых, муж-барс как-то уговорил свою жену-рысь родить сначала сына. О деталях мы можем только догадываться, но я подозреваю, что это произошло это с подачи его родичей. Наверняка нашлись те, кто считал этот брак мезальянсов, а пришлую девицу – наглой и бесполезной захватчицей, прибавь к этому еще ревность местных девушек… парень-то был сыном главы общины… короче, психологическое давление на мальчишку они точно оказали. Думаю, очень уж хотелось ему утереть им нос и доказать, что его сын, рожденный Призрачной рысью, способен превзойти всех сверстников.

- А во-вторых?

- А, во-вторых, именно в этот момент бесплодная вдова вернулась от Рысей в свой клан Тибетских лисиц, ну, и начала мести языком насчет их особенностей!

- А зачем ее вообще выпустили?!

- Клятву она, видите ли, дала не разглашать!

Ну да, тут Призрачные Рыси, прямо скажем, лопухнулись, не мог не присоединиться к отцовскому возмущению Никита. Кто ж, будучи в своем уме, верит Лисицам? Да, они прекрасные юристы, дипломаты и переговорщики, но исключительно в свою пользу! И давая Рысям клятву, эта хвостатая дрянь наверняка предусмотрела какую-то в ней прореху, лакуну или лазейку, позволившую ей выложить тайну их клана своим сородичам… Опять же наверняка предварительно выторговав у них для себя за предоставленную информацию некие преференции.

- Ну, выложила она своим про эту особенность Рысей… и что?

- А то, что такое не может оставаться в одних руках! Ну, или по крайней мере, не должно. И Лисицы начали обрабатывать соседние дружественные кланы насчет явной несправедливости и подводить их к мысли о том, что надо делиться. В смысле заставить Рысей поделиться таким ресурсом, а то, как это так: им все, а другим ничего?!

Никита подумал, что может себе представить как на перспективных девочек из клана Призрачных Рысей могли начать облизываться представители других кланов.

А вот что они могли реально сделать? Именно это он и озвучил отцу.

- Ну как что? – аж удивился отец. – Предложить раздать, в смысле выдать замуж в свои кланы их незамужних девчонок. Причем желающих набралось немало, первыми выдвинули требования родственные Лисицам Монгольские волки и Азиатские шакалы… можно подумать мнение этих чекалок вообще кто-то когда-то принимал во внимание, а потом по слухам, начали на что-то намекать в письмах даже Тундровые волки!

- То есть на тот момент информацию получили только свои, псовые, да еще обитающие поблизости? Получается, ни кошачьи, ни медвежьи, ни гиеновые, ни тем более куньи в их раскладах изначально не учитывались?

- Именно.

А что, резонно, клан Рысей малочисленный, тут хоть бы по одной бабе себе заиметь, на кой им конкуренты?

- И что они предприняли?

- Для начала сделали так, что жена-рысь Снежного барса почему-то прихворнула и погибла.

- А с учетом здоровья и иммунитета клановых… ты намекаешь, что это была не случайность?

- Я не намекаю, я прямо говорю, что таким действием Барсов сразу вывели из игры: теперь в случае нападения на Рысей, у них отпал мотив заступаться за тех, с кем они больше не были связаны.

Никита прикинул, что это как в шахматах, пожертвовать качество, чтоб получить выигрыш темпа, позиционное преимущество или развитие атаки. В данном же случае можно было говорить о перехвате инициативы.

- И что, вдовый Барс так и не собрался мстить?

- А кому? Чую, там был замешан кто-то из своих… с кем-то же его планировали поженить, пока эта Рысь на горизонте не нарисовалась! Только ничего им не перепало, парень впал в депрессию, сначала целыми днями просиживал на ее могиле, а потом вообще ушел умирать в горы, плюнув на обязательства перед кланом.

- А потом?

- А потом Волки с Шакалы скоренько предъявили Рысям ультиматум насчет отъема девушек детородного возраста. Ну и Тибетские лисицы подсуетились и «благородно» взвалили на себя тяжесть переговоров. На что были посланы Рысями вместе с родственниками далеко-далеко. Так, чтоб больше их не видеть.

- Но они не пошли, - догадался Никита.

- Нет, вот они как раз пошли, - возразил отец. – Войной на клан Рысей.

— Это когда ж такое было? Что-то я не помню по нашим хроникам настолько масштабных событий…

- Ты и не сможешь вспомнить, это прошло вскользь. По официальным документам это подавалось как приграничный конфликт, год-то был 1939! Вторая мировая ожидалась. С учетом напряженности исторической ситуации в Европе нам удалось замять происходящее на востоке страны и втюхать людишкам версию разборок местного населения с китайскими контрабандистами.

- Ли-ихо… главное, весело.

- Куда уж веселее, - мрачно согласился отец. – Только вот, начиная войну, к их сожалению, псовые не учли, что наличие тех самых лучших качеств бойцов Призрачных Рысей, унаследованных ими от всех своих предков, превратят предполагаемый ими легкий набег «за зипунами» в кровавый замес.

А ведь точно! Никита сам себя обозвал балбесом за невнимательность, отец же говорил про наследование мужчинами-Рысями всего спектра боевых способностей клана, вот такие стойкие оловянные солдатики и сказали «нет!» всяким там покушающимся Волкам и Шакалам. Рыси, конечно, помельче их будут, но, как воины, возможно, и получше, а уж если учесть, что им навязали драку за свое, кровное… Не факт, что у псовых нашлись настолько же элитные и отчаянные бойцы. Понятно, почему случился настолько крутой замес, так чем все-таки все закончилось?

- Говорю же, плохо закончилось. Тогда клан Рысей «заперли» с двух сторон в Лунной долине и вырезали под корень.

- И женщин?

- А у них и женщины наравне с мужчинами воевать умели, и дрались как те самые черти, насмерть. Ты вот точно уверен, что справишься со своей сестричкой, когда она войдет в боевой раж?

Никита, подумав, кивнул, но тут же признал, что с трудом. Только ведь и сестричка Полинька в звероформе ни разу не мелкая рысь, а куда крупнее и мощнее. Там такие лапки, что «ховайся, пипл!», а кто не спрятался, печально отпоем.

- И что, даже захватить никого не смогли? Забыли ради чего все это вообще затевалось?

- Почему? Смогли. Две подраненные девочки-подростка примерно 14-15 лет и одна годовалая соплюшка.

- А дальше, дальше!

- По одному подростку забрали кланы Монгольских волков и Азиатских шакалов, а Лисицам осталась совсем мелкая Рысь.

- Отец, не тяни кошака за причиндалы, явно же это не все!

- Не все… некоторые думают, что одного мужского авторитета априори достаточно, чтоб женщина тебя беспрекословно слушалась, некоторые полагают, что нужно применить к ней силу, а еще есть теория, что работает комбинированный метод… только вот ничего из вышеизложенного на девчонок-Рысей не подействовало. И когда их насильно выпихнули замуж, каждая сумела и выбранному мужу глотку порвать, и сама умереть, навсегда уйдя из жадных лап ненавидимого ими клана.

Никита только кивнул с уважением, молодцы девушки, что еще сказать. Но тут же прищурился:

- Так, а с той последней соплюшкой что дальше было?

- В корень зришь, - одобрительно хмыкнул отец. – Лисицы больше всех от этой ситуации выиграли: будучи зачинщиками, и сами в драке не участвовали, и маленькую Рысь пригрели, которую с учетом грудничкового возраста можно было воспитать в традициях собственного клана. Чтоб потом продать подороже.

- А почему не себе оставить?

- Кто б им дал?! – оторопел отец. – Пройдохам этим?! Их заранее предупредили, чтоб готовились к передаче последней Рыси самому достойному, и когда пришло время, наступил 1956 и ей стукнуло восемнадцать, самые мощные кланы материка вступили в спор за ценную будущую жену!

- И кому такое сокровище досталось?

- А никому. Сбежала она. А должна была достаться… твоему деду.

Ух ты, как интересно складывается! Почему деду – понятно, все-таки их клан Уссурийских тигров один из сильнейших в России. То есть Никита на собственные кондиции и так не жаловался, но, если представить, что отцу, ему и братьям могло достаться от предков все… да, понять стремления деда можно.

- Но как он допустил ее побег?

- Ошибся он малость. А уж как после ее побега лютовал!

Да уж, разгневаться у дедули отродясь не застревало.

- А в чем он ошибся, после чего она вообще собралась в бега?

- Да Лисицы пообещали ему скромную тихую девушку, воспитанную в правилах домостроя, вот он при первой же встрече с ней и постарался расставить все точки над «ё», мол, теперь я – муж, и мое слово – закон, а тебе то нельзя, и это запрещено, а будешь нарушать – я тебя плетью! А она не стала спорить, согласно кивнула, а ночью ушла из крепости Лисиц Небесное Гнездо по практически отвесной скале.

Это да, дед мог. И застращать, и плетью отходить. Никита его плохо помнил, тот ушел в заповедник, когда ему было около четырех лет, но воспоминания о нем, как о крутом мужике, не склонном к компромиссам, остались.

- И что… ее так и не нашли?

- Нет. Сначала думали, что она двинула на Рассветное плато и с него в пропасть сорвалась, неделю метались по всему Ржавому ущелью, искали, но тела не было, а потом уже поняли, что она ушла восточнее, на Заоблачную тропу. А там ищи, не ищи… горы не отдают того, что сочли своим.

Никита уважительно кивнул. Видеть он сам ту «злую» тропу не видел, далековато она была от их ареала обитания, но знал, что жизней этот маршрут забирал ежегодно много, почитай, каждую вторую. Причем жизней обученных альпинистов и с соответствующим снаряжением, а тут молоденькая девчонка в чем была. Видимо, очень сильно ей в семейную клетку к деду не хотелось.

- И он так с этим и смирился?

- Пришлось, - отец пожал плечами. – Годы идут, наследники нужны, он в конце концов женился, детей завел, но в отличие от тех же Лисиц, всегда был твердо уверен, что она не сгинула тогда в горах Сихотэ-Алиня, а дошла до перевала Кару-Хонг.

- То есть она все-таки выжила?

- Она абсолютно точно выжила, иначе бы я тебе сейчас все это не рассказывал.

Так-так-так, а вот это уже интересно!

- Отец, а ты откуда об этом знаешь?

Нет, ну интересно же! Ладно дед там в чем-то был уверен, но откуда отцу точно знать о том, что случилось, вернее, не случилось задолго до его появления на свет?

- Дед недавно приходил… повидаться.

Никита кивнул, такое тоже бывало, люди многого не знают о перевертышах, обычно оборотни, ушедшие в заповедник, чтобы дожить и закончить свою жизнь в звероформе, не были редкостью среди клановых, скорее те, кто предпочитал стариться в человеческом обличье вызывали у соплеменников недоумение, но при чем тут недавний визит деда?

- Он в наш охотничий домик явился, и мы под чаек одним глазом в телевизор поглядывали, а там как раз передача шла о семнадцатом городе-побратиме Владивостока – Цхинвале. Так-то непонятно на кой черт нам вообще эти ребята на другом конце страны сдались, это мы им нужны, чтоб диаспору местных осетинов в количестве меньше тысячи особей не обижали, но интересно не это. Программа была нацелена на жителей нашего города, мол, поглядите, с кем братаетесь, вот что было, и вот что стало. И когда показали старую хронику времен 59 года, дед аж подпрыгнул, потому что ту самую Рысь углядел.

И отец запустил на ноутбуке так взволновавшие деда кадры. В ролике шла речь о восстановлении городской больницы, и если на старой съемке наличествовали кучи мусора, облупившиеся стены с трещинами и потеками и общая разруха, то ныне новенький ремонт буквально радовал глаз.

- Ну, и где она?

— Вот сюда смотри, - прокрутил и приблизил картинку отец, - вот тут в процессе съемки персонал на заднем плане «зацепило», и она среди них!

- А дед не мог ошибиться?

- Не мог. И дело тут не только в доверии к его зрению, просто это еще одна особенность женщин-Рысей: у них и в звероформе, и по жизни палево-дымчатый окрас. Кто бы ни был их отцом, девочки этого клана всегда пепельноволосые и светлоглазые. Вот такой генный… или генетический выверт.

«Далеко-то как девочка забралась, удирая от дедова гнева, - думал Никита, - через весь СССР драпала, аж до столицы Южной Осетии добежала, хотя, стоп, что я несу? Это сейчас Цхинвал – столица не пойми чего, а тогда был заштатный городишко где-то в Грузии. Кажется в Грузии. Или нет? Ладно, это элементарно выясняется, сейчас важнее другое».

И очертив пальцем женскую фигурку н экране, Никита вкрадчиво поинтересовался:

- Мы сейчас об одном и том же думаем?

Отец только кивнул, явно испытывая гордость за сообразительность старшего ребенка. Впрочем, тут особой сообразительности и не требовалось: пепельноволосая девушка в кадре была, во-первых, в белом халате, а, во-вторых, беременна. Уже знаем время, место работы и положение. Ну и что, что конец пятидесятых прошлого века, по бумагам из архивов кого угодно можно выследить.

- Кстати, а как она раздобыла новые документы? Чтоб и выучится, и на работу устроиться?

- Ой, да элементарно, Ватсон! – отмахнулся отец, продолжавший что-то искать среди файлов. – Прикинулась засланкой на учебу из колхоза.

— Это как?

- Никита, колхозники в СССР до 1974 года вообще не имели паспортов, понимаешь? Считалось, что оно им не надо, поскольку они все равно в том колхозе сидят безвылазно. А для визитов в города существовали справки от председателя колхоза со стандартным сроком действия тридцать дней. И ежели написано в той справке, что ты есть Маня Пупкина или Дуся Тютькина, то изволь той писульке верить, ибо докýмент!

- Что-то мне все это идею крепостничества сильно напоминает, - пробормотал ошарашенный таким откровением Никита.

- Где-то да, - согласился отец. – И раздобыть такую «бамазюку» было куда проще, чем настоящий «книжного» образца паспорт. Приезжаешь в какую деревню, ставишь пузырь сторожу в сельсовете и добываешь нужный бланк. Тебя с такой ксивой даже проверять не будут, потому что кому интересны те колхозники?

Да, пожалуй, что и никому.

- Если, согласно дате, упомянутой в ролике, эта съемка проходила в ноябре 1959 года, - медленно произнес Никита, — значит, весной 1960 года она должна была родить ребенка.

- И, скорее всего, дочь, причем в той же больнице, где работала, - немедленно подхватил отец.

- Может и мальчика, если это не первая ее беременность, - ехидно отпарировал Никита. – Время ей позволяет.

Видимо такая мысль не приходила отцу в голову, потому что он малость подзавис, переваривая факт возможного наличия у сбежавшей Рыси не просто дочери, а детей. Но подумав, отец помотал головой:

- Двое – слишком рискованно, ей бы с одним спрятаться. С одной.

- Допустим, я поеду и найду ее, вернее, следы ее и дочери, - еще медленнее произнес Никита, - только зачем?

Он догадывался, почему отец завел этот разговор, причем именно сейчас, но ему нужно было услышать подтверждение своим догадкам. Отец не стал юлить и прямо высказался:

- Потому что для передачи власти над кланом наследнику существует одно непреложное условие.

Ну, да, существует, а то он не в курсе! Наследник должен быть женат и иметь хотя бы одного ребенка. Желательно мужского пола. Дед вон, отцу согласился главенство в клане Тигра передать только когда у того уже двое котят было! А что касается его собственной свадьбы… Никита знал, что отцу не нравится выбранная им девушка по причине ее слишком слабой звероформы, но до сих пор его сопротивление было скорее пассивным, а тут… а тут он углядел возможность проследить линию Призрачных Рысей и подталкивает его заняться поисками более подходящей, по его мнению, жены. Во всяком случае, более перспективной.

Никита крепко задумался, понять отца он очень даже мог, подгрести под себя такие преференции, которые дает потомство от Рысей, никто бы не отказался, достаточно вспомнить как в свое время самые мощные кланы оборотней целого материка из-за нее чуть не схлестнулись! Понятно, что заполучить возможность передать детям все лучшие качества предков по мужской линии – это как сорвать тот самый джекпот, но… вероятность всего этого конкретно для него была не слишком высока. То, что на пленку 1959 года попала беременная Рысь – это, конечно, жуть как интересно, но нынче на дворе – 2025, и кто может гарантировать, что эта семья дожила до наших дней, а не пресеклась за все эти годы? И, кстати, даже если дожила, из чего следует, что именно сейчас в ней имеется подходящая ему по возрасту для женитьбы девушка? А даже если таковая и имеется, с чего он решил, что она ему понравится вплоть до женитьбы?

Вывалив все это на отца, Никита с интересом ждал, как именно тот будет выкручиваться. Тот врать не стал и прямо ответил, что как каждый любящий родитель хотел бы для своих детей самого лучшего, а если уж подворачивается такой интересный шанс в виде возможности подгрести под себя последнюю на Земле Призрачную Рысь, то грешно будет его упустить. И, кстати, прищурился отец, раз уж Никита такой привередливый в плане дамского пола, так есть еще его младшие братья, Стасу двадцать восемь, Косте – двадцать пять, глядишь, они, в отличие от первенца, окажутся более гибкими, и не начнут харчами перебирать!

С чего бы это ему младшим братьям уступать!… Никита чуть не взвился, но вовремя взял себя в руки. Тихо, спокойно, отец абсолютно прав, сначала надо убедиться в том, что это гипотетическая Рысь где-то вообще имеется, а уж потом начинать делить ее палево-дымчатую шкурку. Или не делить. Он, может, и сам сумеет справится с такой ответственностью.

Осталось понять как в этом случае быть с Инкой. Расставаться с которой не хотелось.

А отец уже весело поглядывал на него, судя по всему, прекрасно понимая, какие мысли посетили его старшего сына. Переиграл он его, понял Никита, подкинув такую приманку, от которой почти невозможно отказаться. С другой стороны, никто не гарантирует, что у него мало того, что получится найти потомицу той сбежавшей Рыси, так они с ней еще и совпадут по требуемым параметрам. Поэтому никаких кардинальных решений он пока принимать не станет, найдем, будем думать, что делать, не найдем – оставим как есть. Осталось обговорить технические моменты.

- Как мы оформим мое отсутствие на работе? Вполне возможно долгое?

- Пока я твой начальник… легко! Выпишу тебе командировку с целью… а, придумаем что-нибудь, - весело отмахнулся отец, явно довольный, что нравного сынулю удалось сговорить на предлагаемую авантюру, - ты, главное, помни, привлекать для розысков ты можешь кого угодно, кроме наших. Если кто-то из клановых поймет кого ты разыскиваешь… мне продолжать?

Никита только головой мотнул, не надо! В драке за такой приз он и до Призрачной Рыси не доберется, и сам может сгинуть, спасибо, обойдется он без такого счастья. И вернулся к обсуждению насущных проблем:

- Перед тем как куда-то кидаться… у нас есть контакты на телевидении? Сначала надо выяснить, откуда взялся этот осетинский ролик и связаться с цхинвальским киноархивом. Потом найти на наших предприятий кого-нибудь из их диаспоры и понять, что мы можем им интересного предложить. И только потом думать об отъезде, имея четкое понимание «прикрышечной» цели путешествия. Это сейчас что, Грузия или уже Южная Осетия? Туда хоть виза-то нужна?

Отец глянул одобрительно и немедленно приступил к делу, связался со знакомым с телеканала и начал обрабатывать его на предмет уяснения пользы от связей с представителями далекой южной не то страны, не то республики, упирая на то, что зачем-то же с ними братались городами, ну так в чем состоит высший смысл этого нарисовавшегося братства? Через десять минут он закончил разговор, покачав головой:

- Для наших предприятий там ничего интересного нет. Разве что… прикинуться инвесторами и подумать насчет оказания помощи при развитии их винно-водочной промышленности. Есть там у них по слухам какой-то выдающийся ликер «Ронг» … может, еще какие местные вина найдутся… Респект и уважуха при встрече тебе будут обеспечены, а разочароваться в их напитках и денег не дать никогда не поздно. И, да, он мне обещал перекинуть ссылочку на авторов ролика.

- Но прямо туда ехать нельзя, мой визит в Цхинвал должен быть как бы случайным и пройти по принципу: время осталось, так что б и не сунуть по окрестностям любопытный нос! Поэтому ищем поблизости на российской территории что-нибудь из подразделений наших партнеров и командировку тоже оформляем туда.

Отец уже просматривал список населенных пунктов, находящихся на территории России поближе к этому мелкому и на редкость несуразному гособразованию, где у их концерна были деловые интересы, после чего определил:

- Ставрополь. АО «Монокристалл». Достаточно известный мировой бренд. Давно, кстати, нужно с ними переговорить и возобновить поставки искусственных корундов и сапфиров для нашего завода потребительской электроники.

Идея понемножку обретала плоть, и Никита начал прикидывать какие семейные качества могут достаться его сыновьям от Призрачной Рыси, а также с кем лучше договориться насчет пристроить когда-нибудь замуж гипотетическую дочь, когда отец сбил ему все настроение коротким предупреждением:

- Никита, перспективы – это, конечно, замечательно, только учти, что с ней может выйти, как у классика: «Жена – не рукавица: с белой ручки не стряхнешь, да за пояс не заткнешь!» Я к тому, что, когда ее встретишь, помни: силовые методы твоего деда, а моего папеньки с такой точно не пройдут! Придется уговаривать.

- Да ладно, - не поверил Никита, опираясь на собственный опыт. – Все бабы от крепкой мужской руки млеют!

- Тебе напомнить про тех Рысей, которые сражались наравне с мужьями в Лунной долине? Или про тех, кто собственноручно и бестрепетно прикончил навязанных мужей? Или про ту, которая предпочла пройти Заоблачной тропой, только чтоб с твоим дедом не жить?

Так вот если подумать… пожалуй, он не хочет быть зарезанным в супружеской постели… а Рыси, получается, такое практикуют, если попытаться их заставить… Кстати, а вот еще вопрос!

- Отец, а девушки из этого воинственного клана, случаем, не склонны к доминированию в отношениях? Потому что оно мне тогда «и даром не нать, и с деньгами не нать»!

- Ты не путай, - чуть не подавился от такой перспективы отец, - кошачьи – это тебе не гиеновые, у Рысей как у всех нас матриархата нет! А вот характер есть.

Характер, говорите, есть… Ладно, сейчас важнее ее обнаружить, а уж потом изучать характер и искать к ней подходы. И, кстати, насчет поисков… что там вездесущий Интернет нам имеет сказать насчет этого Цхинвала?

А Интернет таки имел сказать много интересного: несчастный город в прошлом веке неоднократно подвергался изменениям в названии. В 1934 году он был переименован в Сталинир, в 1961 – обратно в Цхинвали, а в 1991 утверждено название Цхинвал. Да уж, задали за эти годы сначала советские, а потом местные политики работу паспортным учреждениям! Но это ладно, значит, у его добычи в 1959 году местом прописки должен был числиться Сталинир, вот отсюда и будем «танцевать».

И да, сейчас он чувствовал азарт, собираясь вынюхивать запах добычи, идти по ее следу, загонять лакомую жертву, готовясь, нагнав, вцепиться зубами ей в холку, – это Никите нравилось. Их клан по натуре своей состоял из охотников, и нынче ему предстояла самая интересная из всех видов охот – на человека. Вернее, на свою возможную будущую пару. Вот только… что он скажет Инке?

А сказать придется хоть что-то. Потому что гипотетическая Рысь – это, конечно, интересно, престижно и со всех сторон полезно, но сам-то он к своей девушке прикипел так, что не оторвать, и не собирался от нее отказываться. И как эти два полярных и взаимоисключающих обстоятельства совместить? Потому что ни гордая Инка, ни упертая Рысь не согласятся участвовать в паритетном дележе его тушки. Каждая потребует стать единственной и что ему с этим делать?

Отказаться ради блага клана тигров от Призрачной Рыси в пользу Стаса? Да его внутреннее старательно взлелеянное земноводное задавит быстрее, чем он успеет «ква» сказать!

Отказаться от Инки? Да пошли вы все в бурое болото! Комаров кормить и кикимор ублажать! Не приучен Никита отдавать свое, так и запишите себе! Хоть где, хоть на лбу. Не приучен и не отдаст.

Хотя, конечно, обстоятельства знакомства с ней оказались до того нестандартными, что он до сих пор с недоумением пытался понять, как оно вообще так могло получиться. Потому что первое его мнение о ней было резко отрицательным.

А началось все с заскоков их матушки, сверх меры пекущейся о младшем сыне. Нет, Никита Косте не завидовал, упаси предки от такого «счастья», лично ему ни на фиг не уперлось становится объектом подобной гиперопеки, но дело иногда доходило до смешного! Мать, например, никогда не пыталась ограничивать его и Стаса занятия спортом, при том, что оба они выбрали ни разу не ванильные разновидности контактных единоборств: Никита, предпочитавший бой руками, – каратэ, а Стас, любивший драться ногами – тхэквондо. Но как только зашла речь о физическом развитии подросшего младшего сына, немедленно выяснилось, что грубые драки, в которых можно получить по мор… в смысле по лицу, мальчику в силу утонченности натуры не подходят. И младший Свиридов для развития мышц был с девяти лет записан в секцию бальных танцев.

Бальных. Танцев. Это ж всем окрестным курям на смех! Но мать уперлась, и Костя послушно начал разучивал всякие самбы, румбы и прочие пасадобли. И даже мотался на какие-то танцевальные фестивали и соревнования.

Мало того! Когда пришло время идти в армию, Никита попал в воздушно-десантные войска, Стас в ракетные войска стратегического назначения, а для Кости мать спецом «выбила» назначение в научную роту. Даром что до того момента особой склонности к проведению научных исследований за младшеньким не замечалось.

А уж если вспомнить, что даже самую мелкую в семье Полюшку так не опекали! Почему мать так была уверена в том, что и Никиту, и Стаса и Полину никто даже подумать обидеть не посмеет, а вот Костика следует от всего защищать? Правда, с учетом их спортивного и жизненного опыта обидеть их и впрямь было проблематично, особенно сестричку, успешно завоевывавшую очередные ранги в джиу-джитсу, но все-таки: почему такое разное отношение?

А отношения с противоположным полом? Это им троим ничего особо не запрещалось, хотя лекцию на тему: гуляйте, детки, черт с вами, но осторожно, без громких скандалов, и до свадьбы «не плодитесь и не размножайтесь!» прочли в свое время каждому из них, но что касалось Кости… начиная с определенного возраста, в семейных беседах не реже, чем раз в полгода раскручивалось очередное торнадо под лозунгом «На мальчика опять положила глаз какая-то шалава! Она хочет женить его на себе и змеей вползти в нашу семью!»

Чаще всего под эту категорию попадали его молоденькие партнерши по танцам, порой искренне влюбленные в братика, но, справедливости ради, следует отметить, что пару раз мать не зря била тревогу, поскольку исподволь окучивавшие Костю девицы с прицелом на брак или хотя бы деторождение от одного из наследников клана и впрямь оказывались из разряда «оторви и брось».

Но бороться с хищными щучками старшие братья давно наловчились: в ход шло либо соблазнение их Стасом, чтоб они переключились на более перспективную добычу и отлипли от младшенького, либо в игру вступал Никита и тогда в ход шли угрозы и компромат. Обычно либо старший, либо средний брат преуспевали в том, чтобы отвадить очередную нежеланную кандидатуру от младшенького, поэтому проблем в данном случае не ждали.

Пока они оба не споткнулись об Инку.

Поэтому, когда их матушка в который раз завела знакомую по прошлым разам печальную шарманку насчет очередной шалавы, из-за которой бедный Костенька бросил секцию бальных танцев и ушел в акробатический рок-н-ролл, ни один из них не усмотрел в этом знак судьбы. Или перст. Или символ. Или… что там еще у судьбы бывает? Вот этого никто из них тогда и не учуял. Потому и неправильно среагировали.

А матушка, прижав изящную ладошку ко лбу, продолжала страдать, что эта наглая девица сбивает Костеньку с пути истинного, и он с ней повадился не только танцевать, но и в бассейн ходить, даром что плавать никогда не любил, и в секцию арбалетной стрельбы, а вчера, не поверите, они потащились на аэродром с парашютом прыгать! А такое надругательство над здоровьем и жизнью младшенького должно быть наказано! Чтоб неповадно было!

После матушкиных сетований они с братом переглянулись, и Стас понятливо прикрыл глаза, а смысле «понял, принял, пошел на трюк». Тем более, что Никите в преддверии переговоров в Иркутске с представителями компании «Полюс» ну совсем ни с руки было оставаться в городе и гонять ссаными тряпками очередную костину пассию, много чести, знаете ли! Но заказ на «просветку» этой девицы он начальнику СБ оставил и с легким сердцем улетел. Кто же знал, что за время его отсутствия события с подачи Стаса примут угрожающий здоровью брата характер?

Потому что для начала девица высокомерную попытку Стаса к сближению с ней в стиле министра-администратора «В полночь. У амбара. Приходите, не пожалеете. Вы привлекательны, я – чертовски привлекателен, чего зря время терять?» не оценила. Вот прямо до такой степени не оценила, что нахамила в ответ тому в лицо. В частности, ехидно посоветовала лучше зарабатывать, потому что с ее точки зрения спать с ним можно было только за деньги. За большие деньги. И даже подсказала в каком конкретно районе города кучкуются те, кто сделал из этого профессию, а потому обязательно сочтут необходимым пойти ему навстречу.

Такой плюхи братик не получал… наверное, никогда. И, ожидаемо, разозлился. А поскольку разозленный Стас равнялся небольшому стихийному бедствию, то дальнейшие события покатились как снежный ком с сопки. Он решил наглядно продемонстрировать братику все отрицательные черты его девушки и уговорил Костю сводить свою знакомую на квест. А владельцем компании, предоставлявшей услуги квестов-бродилок, был его знакомый со школы, Макс Баглюк. Но далеко не все были не в курсе, что Макс в душе был поэтом салютов и фанатом от пиротехники и с радостью согласился на предложение Стаса проверить на вшивость «эту зарвавшуюся стерву».

И когда Костя с Инкой ушли в тоннель искать сокровище, используя найденные подсказки, они не подозревали, что именно их квест обречен стать эксклюзивным. Они успели пройти почти три четверти маршрута, разгадав девять загадок, когда внезапно погас свет, раздался грохот, с потолка посыпались камни, ударной волной их сбило с ног и протащило несколько метров.

Когда впоследствии Никита смотрел видео с уцелевших при обвале камер на батарейках, ему больше всего хотелось превратить морду братишки в фарш. Потому что в этом случае, как водится, все пошло не так, как предполагали заговорщики. То ли пиротехнические умения Макса оказались не на высоте, то ли старое здание не выдержало мощности заложенного им заряда, но на ногу Кости рухнула одна из несущих колонн, обеспечив ему перелом голени. Хорошо, хоть закрытый.

Когда грохот обвала стих, а Инка включила выданный ей фонарик и осветила стонущего Костю, она сказала. Потом подумала и еще сказала. А потом начала разбирать завал, уговаривая их младшенького потерпеть.

- Вы почему сами их не вытащили, самоделкины хреновы? – предельно ласково спросил Никита у Стаса, останавливая запись.

- Там не получалось подобраться, только изнутри можно было, - невнятно оправдывался Стас, - да никто ж такого и не планировал!

- Еще б вы это планировали! – рявкнул Никита. – Ты можешь мне внятно объяснить, чего вы добивались?

- Мы думали, она растеряется и начнет истерить… или обвинять… или бросит Костика и сбежит…, и он поймет, что не с той связался…

- А она не сбежала, - хмыкнул Никита, нажимая на кнопку воспроизведения записи видео. – Она попыталась исправить то, что вы, два долбодятла, натворили.

А на экране скрючившаяся в три погибели Инка медленно волокла Костю под мышки в направлении выхода.

- Ты потерпи, Костик, - пыхтела она, - мы, когда выберемся, подадим в суд и нагнем эту поганую шарашкину контору на нехилые бабки. Половину из которых цинично пропьем.

- А вторую половину? – со слезами в голосе уточнил Костя.

- Потратим на врачей, чтоб восстановить посаженную в процессе пития печень!

И ведь доволокла же братика, зараза мелкая! И не тупая, увидев кроме Макса еще и Стаса, она что-то сообразила и с ходу спросила у него:

- Так ты это специально подстроил?!

А потом, развернувшись к стонущему Косте, агрессивно уточнила:

- Ты знал?

И по тому, как тот начал прятать глаза, все поняла и припечатала:

- Чтоб вам обоим сдохнуть, семейка ублюдков.

И ушла, не оборачиваясь.

Зато потом!

Потом она неприятностей их семье и впрямь устроила целый ворох: получив из камеры хранения свой телефон она немедленно позвонила и стражам порядка, и журналюгам. И обвинения выкатила не поскупившись, тут было и групповое заранее спланированное нападение, и нанесение травм разной степени тяжести, и моральный ущерб, а бедные менты даже возразить не могли, поскольку рядом уже терся самый скандальный журналист города, чей оператор с упоением фиксировал все на камеру, и самая пронырливая блогерша, которая вела стрим с задорными комментариями. И замять это случай никак не удалось. А Инка, вооружившись копией протокола, в тот же день подала на Макса и Стаса в суд.

Большого труда им стоило приглушить тот скандал. Весь город бурлил и обсуждал, как семья Свиридовых облажалась! Сколько крови и нервов ему это попортило – лучше не вспоминать! Они, конечно, с отцом все Стасу высказали, но толку-то? Фарш обратно не провернешь…

А Инку он зауважал. И за то, что даже не пыталась захомутать Костика, как ему доложил СБшник Астраханский, и за то, что не купилась на подкаты Стаса, и за то, как старалась вытащить младшего из зоны обрушения, и даже за то, сколько сумела с них содрать за самоуправство среднего брата.

А особенно за то, как потом страдал Костик, понимая, что его и раньше держали исключительно во френдзоне, а теперь и вообще отказали в общении, переведя в разряд «дурачье обыкновенное, никому не интересное». Анатолий Астраханский предоставил Никите достаточно видео- и аудиоматериалов, чтоб он понял, что за костикову нравственность в данном случае можно было не опасаться, не нужен он был Инке в качестве телесного утешения, ни разу не нужен.

И просматривая в очередной раз кадры с их с младшеньким выступления на дне города, Никита поймал себя на мысли, что ему нравится. Нравится то, как ритмично двигаются партнеры, как под композицию группы Металлика выполняются такие разные элементы: дюлейн, фус, сальто с плеча прямым телом, диагональ, солнце, беттарини, тодес… Сам-то он, понятно, знать не знал как все это выкаблучивание называется, ну так его жалобно вздыхающий над записью Костик просветил. И он любовался как буквально летит в воздухе выполняющая очередной непонятный пируэт девушка, весело встряхивая копной стриженых рыжих волос, в которых просверкивают разноцветные прядки. И внезапно он подумал…

А ведь если попробовать приручить ее… заставить есть с ладони… это может оказаться интересно. Это Стас с Костей сопляки, которым кроме национальной индейской избы ничего от Инки не перепало и не перепадет, а вот он мог бы такую девушку и покорить. Тем более, что она не человечка, а ощущается как их полукровка. Какой-то зверек из некрупных там есть, пусть и слабый. Во всяком случае это может стать реваншем за учиненный ею скандал. Заодно и братья утрутся, и самолюбие свое можно будет потешить, что уж там…

Но он снова не угадал.

Потому что Инка и его встретила в штыки. И отказалась от всех его предложений.

Вот как так-то? И ничего на нее не действовало, не цепляло, ни рестораны, ни приглашения сходить на премьеру фильма, а больше всего Никиту выбесило, что она догадалась о его желании почесать за ее счет свое самолюбие и не преминула ткнуть его в это носом.

Нельзя женщине иметь мозги, нельзя! Опасно это. И нежелательно. Потому что иначе как бедным мужикам существовать в привычном им амплуа сильной личности? Их же общение с эдакими умницами может довести и до… так, не будем поминать призрак импотенции всуе! И про себя не будем, не надо нам такого!

Помог ему случай. Как-то выдался у него день тяжелее некуда, и авария на заводе, и эвакуация пострадавших, и объяснения «как это могло выйти» с кучей паразитов от городской администрации… и к вечеру окончательно озверев, поехал Никита в свое любимое место медитации, где появлялся только тогда, когда его окончательно доставали окружающие - на пляж бухты Стеклянная. Берег он это исключительно место для себя, потому и не рассказывал о своей любви к нему никому.

А вот когда приехал он в это поистине сказочное место, где темный песок «тонул» а разноцветной стеклянно-фарфоровой гальке, то неожиданно обнаружил, что не он один сегодня решил полюбоваться закатом. У моря сидела маленькая фигурка в не по размеру большой штормовке и смотрела на заходящее солнце. И если сначала он почувствовал раздражение, и даже намеревался прогнать лишнего, то подойдя ближе, невероятно удивился.

Инка! Откуда ей вообще знать про это место? И что, собственно, она здесь делает? А, с другой стороны, что бы ни делала, насладиться зрелищем тонущего в море солнца она ему помешать не сможет! И Никита решительно уселся в паре метров от нее на заранее припасенный кусок туристической «пенки». И где-то с час два человека умиротворенно молчали вместе, наблюдая, как солнце, постепенно приобретая все более яркий? или темный цвет, полощет брюшко в океане. И было это молчание таким уютным, что на язык просилось слова «домашнее», хотя о каком доме или тем более уюте на берегу океана вообще можно говорить?

А потом она незаметно ушла. Никита даже не заметил, когда и куда именно она исчезла, но с этого дня после «сеанса» совместного молчания в их отношениях произошел сдвиг. Он перестал рассматривать ее как способ щекотки эго. Она молчаливо согласилась воспринимать его, как человека, не чуждого восприятию красот природы.

Нет, она не кинулась в его объятья, или, упаси все святые, а также проклятые, в постель. Но они перестали быть врагами, а это, с точки зрения Никиты, уже был прогресс. Кстати, именно она подкинула ему вариант сокращенного имени, о котором он ранее не задумывался. Друзья звали его Кит, и ему это нравилось, а Инка рассказала ему о том, что оказывается есть и английская его версия, пригодная для употребления - Ник.

И, между прочим, OldNick у них является синонимом дьявола, а не кого-нибудь.

Опа. А это интересно.

- Но я же пока не old!

- Но уже тот еще Nick!

И такое прозвище с ее легкой руки постепенно заменило его прежнее в их компании. Хотя далеко не все его знакомые обрадовались инкиному в ней появлению. Скорее, наоборот: парни, с учетом разразившегося с ее подачи скандала, были настороже, и при первой же встрече попытались сразить ее искусственным высокомерием. Поэтому на ее «здравствуйте», Олежка Лакрицин преувеличенно обрадовался и громким шепотом сообщил остальным:

- Оно даже разговаривать умеет!

- Оно еще и думать способно. – немедленно парировала Инка. - Вы сами-то такое практиковать не пробовали?

На лице всех присутствующих было написано крупными буквами: нарывается, стервочка. Ну, вот точно, нарывается. А как на такое отвечать?

- Ты… - зашипел пришедший в себя Олежка, - не долго проживешь с таким отношением к окружающим!

Инка только хмыкнула:

- А хочешь мы по народной примете выясним, сколько тебе лет жить осталось?

- Так… кукушек здесь не водится… - растерялся Лакрицин.

- А мы у во-он той вороны на дереве спросим, тоже вещая птица! – и высунулась в окно. - Каркушка-каркушка, сколько ему жить осталось?

Ворона ожидаемо промолчала. Инка ухмыльнулась. Олежек обиделся. А девушки из их компании ощетинились. Понять их было можно: с чего Никита притащил к друзьям врага своей семьи? Чем ему может быть интересна эта слабая полукровка на фоне сильных звероформ остальных?

Ответ напрашивался сам собой: разве что тем самым местом, которое у женщин принято нещадно эксплуатировать в горизонтальном положении. Значит, можно попробовать сыграть именно на этом. И попытавшись выразить ей свое отношение из серии «очередная временная подстилка», девушки получили вежливый, но максимально жесткий отпор. Чему сильно удивились, примерно, как если бы сначала намеренно отдавили хвост королевской кобре, а потом корчились от впрыснутого ею яда, не понимая за что с ними так. А за хвост!

Никиту эти потуги, кстати, невероятно забавляли. Наверное потому, что Инка резко отличалась от его двуипостасных друзей, в компании с которыми он рос. Ноблес, как говориться, оближ, и родители самых сильных в регионе кланов постарались создать в свое время все условия, чтоб их дети начинали общаться друг с другом с младых, так сказать, когтей. Чтоб подрастая рядом, знали друг друга, устанавливали крепкие связи для будущего взаимодействия, а там, чем черт не шутит, и пару себе подыскивали в своем кругу для укрепления деловых связей правильными браками.

И Никите уже поступали намеки от родителей, что неплохо было бы присмотреться к Быркасовой Свете из клана Белогрудого медведя, с которым у его семьи давняя дружба, к Чугуевой Тамаре из клана Уссурийского кота, или к Южаковой Люде из клана Дальневосточного леопарда. Нет, они ни на чем не настаивают, и не пытаются его заставлять, но… «ты же понимаешь, сынок, что будущую пару надо подыскивать тщательно. В идеале из своих и равных по силе и положению. Из тех, кого ты хорошо знаешь и можешь на них в трудную минуту положиться… а Люда такая милая девочка…»

Ага. Знали бы родители что милая девочка Люда последние три года так и норовит обосноваться у него в штанах, не нудели бы так на ее счет. Нет, Никита их в теории понимал, и даже в чем-то смирился с тем, что однажды ему придется сделать выбор среди представительниц более-менее равных им по положению кланов, но сейчас, приведя в компанию Инку, он чувствовал себя ставящим эксперимент укротителем, который подбросил в клетку с большими, но изначально одомашненными зверушками, мелкую, но хищную особь из дикой природы.

Он заранее предвкушал противостояние, которое не может не получиться забавным: кто-то, пусть и крупный, привык всю жизнь неторопливо хрупать приготовленную еду из заботливо подставленной родителями кормушки, а кто-то привык охотиться и давить добычу самостоятельно. Масса против ловкости, покой против агрессивности, одомашненность против склонности проливать чужую кровь, вот интересно, кто кого одолеет?

Никита поставил на Инку и не прогадал. Просто потому, что она изначально была не такой, как его достаточно изнеженные знакомые, она была более самостоятельной, более зрелой, вот она-то как раз не боялась вступить в бой, и эта ее четко ощущаемая окружающими готовность к драке вплоть до отгрызенных лап заставляла их боязливо поджимать хвосты и отступать. Чуяли они, что не выстоять им в прямом с ней столкновении, ой, чуяли!

Никита тогда достаточно отстраненно, но все-таки подумал, что стойкий человек рядом предпочтительнее каши-размазни. А насчет в трудную минуту положиться, как намекали родители… а на кого? На беззубых знакомых девчонок? Которые, не залюбив новенькую в их компании, поделать все равно ничего не смогли. И все, что им оставалось, это бессильно шипеть за ее спиной. На что Инке было откровенно и безусловно плевать. На его вопрос не раздражают ли ее все эти шепотки, она только плечами пожала, да ладно, чего раздражаться, шастает тут кто-то, голосом интонирует, хочет чего-то… наверное… ну, и пусть себе дальше на периферии взгляда мельтешит, ее-то какая наплевать на всяких шипунов?

Кстати, именно искренность такой наплевательской позиции, похоже, бесила девчонок больше всего. Когда привыкаешь к тому, что твои слова почтительно ловят, а к мнению внимательно прислушиваются, внезапно нарваться на чей-то полный игнор это… как ведро помоев на голову получить на балу в Дворянском собрании, вот!

И больше всего ярилась Люда Южакова.

Мало того, что ее оттеснила от Никиты какая-то полукровка, так она еще и плюет на нее с высокой колокольни! Ее не боятся! Ее… презирают? За неумение сдерживаться, за нежелание себя достойно вести, за попытки мелочных уколов… вот как так-то?!

И Люда объявили Инке войну. Только не учла, что методы, которыми она собиралась воспользоваться, радикально отличаются от тех, которые нашлись у Инки в арсенале. Та тоже не была сильно белой и пушистой и в отместку обрушила на Люду тонны подколок и сарказма.

Вот, к примеру, прискакала как-то Южакова в гости к Давыдовой Олесе, где вся их компания уже с час как сидела, поедая вкуснющие пирожки олесиной бабушки, и радостно их поприветствовала:

- Привет, люди-верблюди!

Кто б сомневался, что Инка немедленно с милейшей улыбкой отзеркалит ее приветствие:

- Привет, Людка-верблюдка!

Опаньки. Народ изобразил собой зависшие компьютеры. Потому что вроде просто так же ответила, а не оскорбляла. А вроде и гадость безнаказанно выдала, и теперь непонятно как на это реагировать. Люда решила обидеться и уйти. Никита, конечно, попытался потом разъяснить Инке, что может и не следовало так вот, и что теперь Южакова станет к ней хуже относиться… А Инка с ходу ответила, что каков вопрос, таков ответ, и что лично она любое мнение о себе этой двугорбой образины в таком месте видела, что прилично обрисовать не получится. А представить – так и вообще стыдно. Поэтому пусть она продолжает сидеть там, где сидит, а Никита даже не пытается на сей счет «делать ей мозги». Припозднился он с этим.

Это да… но не отметить ее умение не лазить в карман за словом Никита не мог. И снова подумал, что сообразительный человек рядом предпочтительнее тупого и исполнительного. Нет, такие тоже нужны, но именно как исполнители. Рабочие муравьи. Их много, их не жалко, их вообще не принято вводить в ближний круг. Пусть работают где-то там, а он рядом с собой предпочитает видеть кого поумнее.

Следующее столкновение у девушек произошло буквально через неделю. На сей раз Люда влетела в их любимый бар вся на нервах, и не переводя дыхание, начала жаловаться на какую-то наглую чиновницу, которая такое посмела учудить, такое, мерзавка этакая, да за это увольнять надо! Санчес, ты же у нас в комитете по недвижимости заседаешь, ну, так сделай что-нибудь со своим распустившимся донельзя персоналом!

Быстро подсунув ей бокал с Мартини, удалось ее слегка утихомирить и стребовать подробности: кто, что и как. Оказалось, что Южаковой позвонила какая-то мелкая сошка чуть ли не из налоговой, и упрекнула ее в том, что прошлогодний налог за дачу Южакова И. Р. не был уплачен вовремя, а потому это следует исправить, пока не начала начисляться пеня.

- Так у тебя же отец умер… - несколько обалдел Никита, - дай бог памяти… пару лет назад!

— Вот именно, а эта поганка требует, чтоб он восстал из могилы, куда-то там пошел и что-то там заплатил! Как язык-то повернулся!

Конечно, Люде все посочувствовали, а Санчес даже начал просматривать телефонную книгу, прикидывая, к кому лучше обратиться, чтоб наказать нерадивую служащую, как вмешалась Инка:

- Санчес, ты б эту тетку не наказывал, а лучше поощрил.

За что?! Этот вопрос был написан крупными буквами на всех лицах.

- За своевременное выполнение своих обязанностей, - ласково объяснила Инка. – Люда, когда твой батюшка умер, ты о его смерти налоговую в известность поставила? Нет. Ты дачу на себя переоформила? Опять нет. Ты обязательный к уплате налог перечислила? Тоже нет. Вот теперь ты пожинаешь плоды всего тобой не сделанного.

Теперь о чиновнице. Она твою семью знать не знает, ибо не обязана. Она в своей пыльной норке с документами работает, а не с персоналиями, и что она в этих бумажках видит? Что за неким Южаковым И. Р. числится дача, за которую в прошлом году не был уплачен налог. Она тебя и ставит в известность, чтоб денежка была вовремя уплачена, пока крупный штраф не набежал. Так за что в нее камень кидать?

- Да я!..

- А ты сейчас истеришь, потому что какая-то канцелярская крыска причем из презираемых тобой людишек посмела ткнуть тебя носом в твои же промахи. Так что, Санчес, ты, конечно, можешь эту бдительную тетку наказать, осталось только понять за что?

А ведь правильно Инка подметила! Регулярную склонность Люды к манипуляциям Никита и до этого видал, но относил за счет особенностей характера и воспитания. А сейчас со своим требованием наказать честно выполняющего свои обязанности человека просто потому, что ей не нравится выслушивать правду, она и впрямь перегнула палку. А если учесть, что наказать его она планировала чужими руками… это наводило на очень нехорошие размышления.

Так что Санчес решительно убрал мобильник в карман, а ехидная Тома Чугуева вполголоса прокомментировала: «В матче Танеева-Южакова счет стал 3:0». Что, естественно, обозлило Люду еще сильнее, и она, обозвав всех гадами, специально сговорившимися ее унизить, вместо того, чтоб пожалеть, фурией вылетела из бара. А Инка подумала и выдала:

- Чё-та добрый боженька при моем создании явно схалтурил.

— Это еще почему? – не мог не уточнить Никита.

- А не выдал столько самомнения, как у этой… двугорбой плевательницы.

Зато уверенности в себя выдал в достатке, что, пожалуй, лучше. И прозвище двугорбой плевательницы начало периодически звучать у Южаковой за спиной, приводя ту буквально в неистовство.

А Люда с тех пор начала все активнее намекать в их компании, что вся ценность Инки сосредоточена исключительно в том самом сакральном месте, которым она готова щедро поделиться с кем угодно. Некоторые верили и пренебрежительно фыркали в инкину сторону. Зато сама Инка не реагировала на людины подколки, разве что однажды презрительно бросила что-то насчет тех, кто меряет поведение окружающих по себе.

Собственно, Никита понимал источник людиной ненависти к Инке: сильный и внутренне свободный человек всегда будет стоять поперек горла тем, кто позволил связать себя… да хоть чем! Семейными установками, правилами приличия, а хоть бы и мнением окружающих. Каково это – ощущать себя в добровольно напяленных цепях на фоне того, кому они не помеха?

Вот именно. А у Инки этих запретов нет.

И Никита снова задумался какие именно человеческие качества ему бы хотелось видеть в близких людях. Пожалуй, верность, пожалуй, умение не предавать, о, пожалуй, все-таки наличие ума. Чтоб было о чем поговорить! Точно! Нет, все-таки наличие у женщины мозга не отрицательная черта. А вполне себе приемлемая, позволяющая что-то с ней обсудить. Сам Никита пока видел в Инке надежного и умного собеседника. И перечисленные нужные для близкого оборотня качества он в ней видел. А вот в Люде – нет. И почему-то сильного желания общаться с кем-то вроде Южаковой в себе не ощущал.

И напрасно Люда старательно сплетничала об инкиной якобы неразборчивости, его СБшник исправно доносил, что никаких амурных контактов у нее как не наблюдалось, так и не появилось. Да и когда? После работы у нее то бассейн, то секция стрельбы из арбалета, то рок-н-ролл, тут выспаться бы успеть!

И вот, кстати, интересный разговор у них вышел насчет ее занятий спортом. Когда он спросил почему она на себя столько всего разного взвалила, она спокойно объяснила, что ее покойные родители были люди весьма консервативные в смысле определения стиля жизни единственной дочери. Твое дело учиться, учиться и учиться. На счет занятий по дому: готовить, вязать, шить. На счет спортивных секций: никакого «дрыгоножества и рукомашества». На счет мальчиков: никаких свиданок и разврата! На счет излишеств: никакого алкоголя и сигарет! А вот когда они умерли… наверное, ей захотелось наверстать все то, чего она была когда-то лишена.

Хотя выпивку и курево так и не полюбила.

Никита понимающе кивнул: тогда понятна такая жадность к тому, чтоб и поплавать, и пострелять, и с парашютом прыгнуть, и танцам обучиться, короче, получить все то, чего когда-то в юности не досталось. И кстати… если у нее не образовалось пристрастия к выпивке и куреву, то как насчет других возбуждающих средств? И как-то в клубе Ник предложил ей облизать марочку для достижения пущего веселья. Инка отказалась, мотивировав это тем, что «у ней собственной дури достаточно». Что немедленно и доказала, когда полезла на пилон и начала выпендриваться на нем в стиле шестового спорта. Действительно, на кой ей дополнительные химические стимулы, если она и без них способна что угодно выкинуть?

Но отсутствие у нее вредных привычек Никита тоже уложил в закрома памяти со знаком плюс.

А вот когда они собрались из клуба домой, события завертелись так, что куда там той карусели! Инка бодро направилась в район туалетов, а Никита решил пока подышать свежим воздухом, и чтоб не потеряться в толпе желающих посетить место развлечений, заранее предупредил Инку, что отойдет за угол здания, где его и следует искать. И отошел. Кто же знал, что там кучкуются местные гопники, высматривавшие добычу полегче? И определив для себя Никиту как подходящий для экстренного потрошения объект, они подобрались поближе и аккуратно вырубили его ударом по затылку, после чего начали обыск карманов. И подошедшая пара минут спустя Инка наткнулась на яростный спор двух подозрительных индивидуумов над лежащей на асфальте никитиной тушкой о том, кому именно достанутся его часы.

Нет, кричать и звать на помощь она не стала. Она молча врезала одному из них по голове какой-то подобранной не то веткой, не то палкой. А когда второй вознамерился проучить мелкую, но наглую девицу, просто перешла в звероформу и со всей дури вцепилась ему в лодыжку. Если вас никогда не кусали собаки, вы о таких ощущениях не знаете! Потому что нанесенный в этом месте рваный укус повреждает не только кожу, но и сухожилья, не говоря уже о кровеносных сосудах и нервах. И вот уже второй мазурик, в отличие от тихо лежащего первого, начал максимально громко оглашать окрестности не самыми цензурными предположениями об инкином происхождении.

Хорошо, что они не успели далеко отойти от выхода из клуба. Хорошо, что охранников позвали быстро. Хорошо, что клуб был для своих и двуипостасных охранников зрелище судорожно одевающейся и отплевывающейся от крови Инки никого не удивило.

Плохо было другое. Залетных парнишек охранники профессионально скрутили, а покусанному даже оказали первую помощь, предварительно выложив из их карманов на стол никитино имущество, стараясь не оставить лишних отпечатков пальцев, но как с ними следовало поступить дальше? Рассадили горе-грабителей по разным комнатам и если судьба оглушенного Инкой была проста и понятна – раз уж он ничего лишнего не успел увидеть, сдать в участок, и поедет он через некоторое время отрабатывать срок в тайгу, то будущее покусанного оставалось туманным. Все упиралось в то, что он видел Инку в звероформе, а это ломало стандартный сценарий. Получалось, что договор о ненападении двуипостасных на обычных людей нарушен, пусть и в результате самообороны, а этот гаденыш, чтоб смягчить возможное обвинение против себя, точно молчать не будет, и шанс, что скандал он поднимет на весь город был очень высок. Если не на весь регион.

Передав приехавшему наряду одного нападавшего и посетовав, что второй удрал, охранники вместе с Никитой и Инкой подписали протокол и оставшись в помещении с камерами, крепко задумались. Попавшийся человеческий грабитель был опасен именно тем, что мог растрепать лишнего и привлечь к оборотням города нездоровое внимание. Мало того, что чуть не обнес одного из своих, так теперь еще и оглаской угрожает, сволочь какая! Воистину, мал клоп, да вонюч.

- Просто так выпускать его нельзя, - наконец разродился умной мыслью начальник охраны клуба. - И что теперь делать?

Брать на себя ответственность за чужую смерть желающих не нашлось. Как вдруг тишину нарушила его девушка:

- Допустим, что делать, я знаю… - протянула Инка, - а куда потом труп девать – вот это вопрос!

Пробрало всех. Даже начальника охраны из бывших военных.

- Для начала было бы неплохо стереть лишние записи с камер, а этого… отдайте его нам, - умильно попросила Инка, - и мы разберемся!

Охранники переглянулись. Собственно, а что они теряли? Не самим же им предлагается лапы марать. Если так подумать, то, не отдав представителям власти второго грабителя, они уже попали в разряд соучастников. А как именно будут Никита с Инкой «решать проблему» им сто лет не интересно. И отмазка для кого угодно у них железная: не было никакого второго нападавшего, а молодые люди после всего произошедшего поехали из клуба домой. Все.

Увязанного почище колбасы грабителя поместили в багажник вызванной Никитой машины. Водителя он отпустил, сказав, что хочет покататься по ночному городу. Тот не усмотрел в этом желании ничего необычного и спокойно вызвал себе такси. А Никита сел за руль и с интересом спросил у примостившейся на переднем сиденье Инки:

- Так куда мы его?

- Давай к цирку, там есть те, кому он пригодиться.

Никита аккуратно (не хватало еще ГИБДДшникам попасться!) вел машину к владивостокскому цирку и пытался сообразить кому там и зачем может пригодиться подраненный грабитель. Ну, не цирковым животным же его скармливать? А кому?

Он крепился и не задавал вопросов, когда Инка выскочила у цирка из машины, и бросив короткое «Погоди пять минут!», умчалась в темноту. Он молчал, когда вынырнувшие вместе с ней словно из ниоткуда два бравых парня явно из оборотней открыли багажник, осмотрели привезенную тушку и одобрительно кивнув, куда-то унесли. Он ни слова не сказал, когда она устало предложила ехать домой. И только затормозив у ее подъезда, он потребовал подробностей. Потому что его эта ситуация тоже касается, и он хотел бы понимать, чего ему ждать.

- Тренировочное мясо, - коротко объяснила Инка. – Для натаскивания молодых оборотней перед боями без правил.

Слышал он про такую забаву, слышал. И оборотни против оборотней, и оборотни против людей, и люди против собак, и что ставки там достигали порой сумм с несколькими нулями, знал. Как знал и то, что это противникам после боя с арены уйти никто не препятствует, а вот сбежать тренировочному мясу не позволят. Но вот как Инка на них вышла? Та только вздохнула и грустно сказала, что ему лучше остаться в неведении.

И он понял, у всех есть свои секреты, и, возможно, ему и впрямь лучше не знать как и где Инка умудрилась познакомиться с теми, кто на подопытном мясе натаскивает молодых бойцов.

Но эта ночь не спешила заканчиваться, потому что Инка пригласила его к себе. Впервые пригласила! И да, когда он спешно стаскивал с себя одежду, он понимал, что именно это им обоим сейчас и нужно. Потому что нерастраченный адреналин в их крови не просто бродил, он там фонтанировал! И такого дикого взрыва эмоций с ним за всю его тридцатилетнюю жизнь не случалось. И партнерши у него до сих пор такой не было. Чтоб не бревном лежала, а двигалась как смерч, чтоб угадывала желания и провоцировала на дальнейшие подвиги.

А уже утром Никита проснувшийся раньше сладко посапывающей Инки и попробовал оценить свои ощущения от произошедшего. Сначала его кинулись спасать, хотя, кончено, тут он сам сплоховал, расслабившись под «кислотой», не услышал, как эти бравые ребятишки к нему со спины подкрались. Но чтоб за него нападавших колотили и кусали, это было… да никогда такого не было! Ладно, охранники, но чтоб ему на помощь кинулась мелкая девчонка! Потом это предложение разобраться, продиктованное четким пониманием, что делать, чтоб нападавший раз и навсегда перестал быть для них угрозой. Именно для них, не надо прибедняться, его семью тоже бы зацепило. А она не растерялась и нашла выход.

Жесткий, возможно даже жестокий, но выводивший их из-под удара. И, между прочим, этих парнишек никто его грабить не звал! А что касается умения искать выход, читала ему, помнится, матушка детскую сказку про лягушку в молоке. И была ему вложенная в нее мораль чем-то близка, уважал он тех, кто подобно той лягушке не собирался тонуть, что бы не случилось, а начинал лапками бить, чтоб выбраться. Так вот, они выбрались, а этот грабитель на весь остаток жизни запомнит, что оборотни – не пушистые пуфики с лапами. Когда те лапки по нему пройдутся.

И ураганный секс, ну, тут Инка оказалась вне конкуренции. Возможно, дело в том, что они оба вчера были на взводе, возможно, сказалось вынужденное воздержание с обоих сторон, возможно, сработали гормоны, но такого с ним раньше никогда не происходило. Так что отдавать такую женщину-ураган он никому не был намерен, и то, что когда-то начиналось с желания пощекотать самолюбие неожиданно для него самого переросло в нечто бόльшее. Как там дальше сложится – а кто ж его знает, но пока… пока ему с ней хорошо. Поэтому будут они просто жить в свое удовольствие, а дальше… дальше поглядим, как фишка ляжет. И раз уж Инка вроде как собралась проснуться, самое время напомнить ей, что у нее под боком имеется оголодавший тигр. Оголодавший по ее персоне.

Следующий квартал года прошел для Никиты буквально в каком-то угаре. Только сейчас он оценил мудрость предков, придумавших идею медового месяца. Обязательно должен быть у тех, кто с удовольствием, наконец, дорвался друг до друга, такой сладкий период, когда только вы вместе, а все остальные дела воспринимаются исключительно фоном совместного счастья. А все недовольные этим счастьем – мелкими комарами, зудящими за сеткой в окне.

А зудящие были, как не быть. Та же Южакова Люда разве что на фекалии не изошла, когда углядела их с Инкой довольные мордашки. Тот же Лакрицин Олежка аж с лица сбледнул, поняв, что теперь Инка на нем за все его предыдущие подколки отыграется. Те же троюродные брательники с материнской стороны, которых черт совершенно не ко времени принес из Хабаровска, так вообще чуть не облизывались на его девушку! И больше всех из них бесил Дениска, прямо предложивший Инке выйти за него замуж, когда Никита ей надоест. Никита кузена, конечно, предупредил насчет оторванных без наркоза лап, хотя понимал, что в драке в человеческом обличье он против шкафообразного Дениса не вытянет. Вот в звероформе порвет наверняка. Так что… не тяните конечности, а то он за себя не сможет поручиться.

И в семье Никита понимания не нашел. Когда он представил родителям Инку как свою невесту, мнения… скажем так, разошлись, причем резко. Костик разобиделся, Стас разозлился, матушка растерялась, отец тоже в восторг не пришел. Нет, впрямую он его не отговаривал, хотя, конечно, посетовал, что все плюшки от семейств Быркасовых и Чугуевых теперь пролетят мимо него.

На что Никита возразил, что черт с ними с плюшками, когда в кои веки ему попалась женщина, идеально совпадающая с ним во всем.

Отец осторожно выяснил, готов ли он рисковать будущим детей с учетом слабого инкиного зверя. Никита был готов. И семье пришлось смириться с его выбором.

И чтоб не видеть лишний раз кислых рож братьев, он все чаще зависал в квартире у Инки, которая, как оказалось, очень вкусно готовит. Он понимал почему, если ее матушка с детства натаскивала дочь на ведение домашнего хозяйства, он не ожидал другого, что список рецептов в ее памяти окажется настолько многонациональным! Потому что, если вчера это было чашушули (такое слово без разбега не выговорить!), то сегодня его кормили пельменями с начинкой из трех сортов мяса, а на завтра обещали темпуру из креветок.

Если так дальше дело пойдет, придется ему почаще посещать тренажерный зал, хотя пока все лишние калории со свистом улетали в процессе их ночных баталий.

Они уже запланировали свадьбу, и все было хорошо, пока отец не повесил у него перед носом эту клятую приманку в виде Призрачной Рыси. И Никита начал разрываться на двое. Какой дурак сказал, что делать выбор просто?! Никита б того умника пригласил на свое место и предложил его не просто совершить, а еще взять на себя все возможные последствия! Особенно, если выбор предстоит между настолько разными категориями. Потому что синица в руках и журавль в небе это таки две ну очень большие разницы!

Потому что есть Инка, которая его со всех сторон устраивает, и которую он… любит? Да, пожалуй. А есть… ну, возможно где-то есть последняя на свете Рысь, затрофеить которую - мечта любого клана двуипостасных. Нельзя отдавать такое генетические преимущество врагам, да он сам себя сожрет без соли, если упустит такую возможность!

И извечный вопрос «Что делать?» превратился для Никиты в неразрешимый конфликт. Хотя… одна интересная мыслишка у него периодически мелькала: а если попробовать обойтись без выбора и как-то их двоих совместить? А как? Он же не мусульманин, чтоб заводить четырех жен! Да и уголовный кодекс России на сей счет решительно против… А если завести жену и любовницу? Ага, и кому из них какую роль отвести? А потом еще и огрести за такое предложения с двух сторон. Прямо хоть товарища Саахова цитируй: «Да, плохо мы еще воспитываем нашу молодежь! Очень плохо.»

Вот когда невольно вспомнишь старый анекдот про несовпадение менталитетов разных народов. Когда русская заявляет: «Если бы мой муж посмел привести вторую жену, я б его своими руками убила!», а узбечка ей неодобрительно отвечает: «Какая ты дикая, Маша!»

Поганая все-таки штука выбор… Потому что врагу не пожелаешь вот так метаться, не зная, что для тебя окажется лучше. И Никита предпочел на грустных мыслях не зацикливаться, сначала он постарается найти эту Рысь, а там разберемся. Если девушка ему не подойдет, он женится на Инке как собирался, а если подойдет… вот тогда и настанет момент сушить мозги! А пока он отправляется в командировку в Ставрополь. В АО «Монокристалл».

Прощание с Инкой выдалось грустным. Были у Никиты нехорошие предчувствия, что при определенных обстоятельствах эта встреча может оказаться последней. И вместо обычного фейерверка эта ночь с ней прошла под знаком какой-то щемящей душу нежности. Он как будто пытался сохранить в памяти шелковистость кожи, густоту волос, мягкость губ и податливость тела. Но утром ему все равно хватило сил попрощаться с ней и поехать в аэропорт.

Ставропольский завод его разочаровал. Нет он договорился с ними о разовой поставке искусственных корундов и сапфиров для их завода потребительской электроники, но отцу отписал, что больше им с АО «Монокристалл» лучше не связываться. Ребятишки явно находятся на грани банкротства и могут потянуть с собой много кого! Так что нет, он свое дело сделал, и теперь направляется в Цхинвал.

Осетины ему не понравились еще больше. Понятно, что появление этой их псевдо-страны стало результатом чьих-то там политических амбиций, только кто вам сказал, что окружающие эти ваши амбиции разделяют? И просто из штанов выпрыгивают, мечтая дать вам, не спрашивая отчета, дохреллион денег на все ваши вытребеньки, вернее, помочь вашему карликовому образованию не загнуться с голоду?

Нельзя считать всех вокруг глупее себя, опасное это занятие! Можно ошибиться.

Но пока Никита старательно прикидывался дураком с бабками на кармане, посещал винно-водочные производства и потихонечку изучал добытые в горбольнице за небольшую денежку копии архивных документов.

Фотографий у них с тех давних пор, понятно, практически не осталось, но хотя бы имена и фамилии он проверить мог! Опять же дата рождения – 1938 год, но он быстро сообразил, что вот как раз ее она могла и поменять. Попросила начирикать ей в той сельской справке на год-другой больше или меньше, и пожалуйста, тычься теперь при розыске не в ту папку! Но есть то, что поменять было проблематично, если не невозможно. Дату рождения дочери. Вряд ли она могла фальсифицировать весь архив местной больнички, да и чего, собственно, ей было опасаться? Кто б ее додумался под новым именем здесь искать? Где Сихотэ-Алинь, а где Цхинвал?

И вот вам, пожалуйста, перед ним медицинская карта сотрудницы горбольницы Зайцевой Нины Ивановны. Если учесть, что остальные женские фамилии имели написание вроде Царгасовых, Калоевых и Хетагуровых, единственная русская фамилия в списках мгновенно бросалась в глаза. Да, он рисковал, делая подобное предположение, но вряд ли бегущая со всех ног Рысь рискнула бы пользоваться документами на фамилию, не соответствующую внешности и знанию языка. Белокожая, светловолосая – и вдруг казашка? Или туркменка? Не знающая ни слова на этом языке, равно как и обычаев? Не смешите его тапочки! Да и на территории РСФСР ей добывать ту самую справку было всяко сподручнее.

Так что вот она, Рысь, и теперь его путь лежит в паспортный стол, или как там эта контора у местных называется.

Скрывать свой интерес от бабули из архива Никита не стал. Честь по чести изложил легенду про родственницу бабки, пропавшей во время Великой Отечественной войны, и попросил поискать документы с фамилией Зайцева, пропавшей девочке в 1944 году было шесть лет, возможно она сумела сказать нашедшим ее свою фамилию?

Бабулька немедленно пообещала послать запрос, и нет, Никита не боялся огласки. Потому что под столом у бабки важно расхаживал кот. А это значило, что пожилая женщина точно обычный человек, которым она и ощущалась. Это людишки многого не знают об оборотнях, а вот сами они никогда не заведут домашнее животное. Взрослых оборотней животные боятся до истерики, трясучки и наделанных луж, а для подрастающих хищников это законная добыча при первом же обороте, а потом слезы, сопли, стресс… вот и зачем? Нет, не надо им такого!

Получив от бабульки справку, Никита мгновенно покинул Цхинвал, больше его здесь ничего не держало. И уже на территории России начал прикидывать свои дальнейшие действия. Из документов следовало, что родилась Нина Ивановна Зайцева в 1938 году (ага, значит, год рождения менять не стала!) в деревне Нижняя Любовша Орловского района (эк ее занесло!). Поступила в 1956 году в медучилище в Орле, которое и закончила в 1958 году, получив специальность «фармацевт». Взяла направление в сталинирскую горбольницу, где и отработала почти два года.

В апреле 1960 года родила девочку, названную Еленой.

Интересно от кого? От местного или от заезжего? Должна была понимать, что нужно лечь только под оборотня! Хотя, какая разница, на то, что могут генетически передать потомству Рыси, это, скорее всего, никак не повлияло. Так, родила и что?

Больше ничего.

Больше нигде никаких упоминаний о семье, состоящей из Нины Ивановны Зайцевой, 1938 года рождения, и Елены Константиновны Зайцевой, 1960 года рождения.

Вот же сучка побегайная… Можно, конечно, предположить худшее, но Никита сомневался, что такая изворотливая девица могла просто сгинуть вместе с дочерью. Скорее всего ей могли начать пенять местные жители за рождение ребенка вне брака, а то и пообещать вымазать дегтем ворота… или что там патриархальные осетины практикуют для замеченных в блуде? поэтому она снова решила сбежать, окончательно запутать следы и еще раз обновить документы. А как?

Вариант замужества Никита отбросил сразу, и не потому, что сомневался в способностях Нины Ивановны, а потому что тогда в паспортном столе отметка о регистрации брака в ЗАГСе осталась бы, а ее нет. Еще раз пытаться достать колхозную справку она бы тоже не стала, с грудным ребенком на руках это рискованно. Значит, она нашла другой выход. И ему, если уж он вознамерился ее выловить, надо понять ее логику.

Поворожить что ли? Нет, это не наш метод, будем уповать на логику.

Способ, пришедший ему в голову, был спорным, но вполне возможным. В каких случаях у нас экстренно меняют паспорта? В случае утери или… вот именно, порчи документа. А если предварительно поправить в том документе пару буковок, а потом прикинуться несчастной погорелицей с грудничком на руках и обожженным серпасто-молоткастым в зубах, так еще и свою порцию сочувствия получить.

Дело было за малым, угадать место обмена документа. Никита задумчиво смотрел на карту СССР 1960 года. Направление движения понятно – север, ей предстояло выбраться на территорию РСФСР, где и нравы помягче, и с языком попроще, но вот куда именно?

Из ближайших городов глаз зацепился за Владикавказ, Нальчик, возможно, Пятигорск или Ессентуки. Но подумав, Никита отказался от этой мысли, там паспорта выдавали отделы милиции и проверку ей устроили бы по любому. А вот мелкие городки, или даже поселки… такие, в которых больше одного паспортного стола отродясь не бывало, потому что просто ни к чему, но запасные «книжечки» паспортов хранятся, ее бы устроили. Причем если учесть, что тогда никто о печатных буковках в документе и не мечтал, а паспорта выписывали от руки, да, это бы ей подошло.

Сам он, разумеется, прочесывать ничего не стал, а нанял троицу девиц из сыскного агентства в Пятигорске, поручив им отследить все паспорта, выданные на женские фамилии в очерченном им регионе с апреля по декабрь 1960 года.

Вот совершенно не собирался он им докладывать, кого именно он ищет! Пусть они ему список добудут, а там уж он разберется как она могла «поиграть» с фамилией.

И, получив список и не найдя в нем никого похожего, он поначалу загрустил, но потом внимательно изучил каждую фамилию… и внезапно захохотал, да так, что соседи сверху по его съемной квартире в Пятигорске начали возмущенно стучать по трубам. Что, понимаешь, за веселье такое посреди ночи! А ну, заткнитесь! Приличные люди в это время десятый сон видят!

А Никита, отсмеявшись, с уважением глянул на одну из фамилий в списке. Ай да Нина Ивановна, ай да придумщица! Была гражданка Зайцева, да вся вышла. А вместо нее в августе 1960 года новенький паспорт получила прописанная в Сталинире гражданка Вайцевадзе Нина Ивановна. И в тот же паспорт была вписана ее дочь, Вайцевадзе Елена Константиновна.

Теперь, зная фамилию, искать будет проще. Особенно если учесть ее специальность. Да и не думал Никита, что Рысь пойдет на то, чтобы резко сменить поле деятельности: одно дело, когда ты дипломированный специалист со стажем работы, тогда и устроиться проще будет, а другое дело, когда ты соглашаешься на должность подай-принеси на стройке при наличии маленького ребенка, которому к тому момента не то, что года, полугода не было! Не стала бы она так рисковать, значит, ищем по медучреждениям фармацевта Вайцевадзе Н. И.

А как насчет получившегося расхождения фамилий в паспорте и дипломе? И трудовой книжке? А элементарно, достаточно зачеркнуть в трудовой прежнюю фамилию, и вписать сверху новую, объясняя это изменение вступлением в брак. Тогда логично получается, что диплом выдавался на девичью фамилию, а паспорт на замужнюю. А если грустно поведать, что ее, несчастную вдову родня мужа после его смерти выперла на мороз голую и босую, никто не станет придирчиво копаться в том, что у тебя в прошлом приключилось. И вопрос об отсутствии алиментных выплат будет задавлен в зародыше. Максимум, пожалеют. И даже не задумаются откуда в Осетии мог летом взяться мороз.

А неплохо врачи следят за своими архивами, вынужден был признать Никита. Потому что для нанятых им работников очередного сыскного агентства получить данные о том, где проходила трудовая деятельность фармацевта Вайцевадзе Н. И. оказалось легко. В областной клинической больнице города Ростова. А потом в каком-то почтовом ящике № 7 там же. Интересно, почему именно в Ростове? Но, прошерстив в уме все факторы, которые могли бы этому способствовать, Никита понял, это одна из наиболее безлесных областей России. Более того, как с прискорбием сообщил ему Интернет, ростовская область довольно давно отнесена к числу районов, склонных к опустыниванию. Ну, тогда понятно!

Чем меньше в регионе растительности, тем сложнее устроить там лесной заповедник, и тем меньше оборотней, желающих там поселиться! Все продумала, даже это, хмыкнул Никита. А вот спросить, какие мысли у нее водились насчет будущего дочери? Нет, в том, что она ее всячески оберегала, он даже не сомневается, рысь даже в легендах выступает именно как мать-воительница, а как насчет размножения? Если уж она сама когда-то от Лисиц сбежала, чтоб иметь право выбора в этом вопросе, то как она объясняла грядущую задачу подрастающей Елене Константиновне?

А она должна была это сделать, тем более довести до сведения девочки всю степень ответственности продолжения рода Призрачной Рыси. И мягко посоветовать выбрать самца из соответствующего клана. И кто им мог стать? Не любят рыси псовых, ни волков, ни шакалов, ни лисиц, последних особенно. А уж если учесть кто и как эту Нину воспитывал, для дочери она наверняка постаралась подобрать кого-то поприличнее. Кого?

Нет, это не принципиально, это просто интересно. Потому что согласно отчету сыщиков, в 1980 году студентка Ростовского государственного медицинского университета Вайцевадзе Е. К. летом проходила практику в Москве, во время проведения там Олимпиады-80. А в конце весны 1981 года родила дочь Любовь Романовну.

Никита только мог уважительно присвистнуть, ну, конечно же! Где еще можно было приглядеть себе подходящего оборотня, причем так, чтоб он потом не сел тебе на хвост? В Москве! Именно там во время Олимпиады было дикое скопище гостей, бегающих по столице, причем таких гостей, которые все равно не задержатся в СССР, а свалят по своим странам после окончания соревнований, то есть папа-донор даже не узнает о том, что его пребывание имело далеко идущие последствия. Вот где-то там юная Елена и выцепила будущего отца своей дочери.

Видимо нежелание попадать не в те лапы и привело к тому, что в течение двух поколений этой семьи Рыси старались обойтись без наличия в семье самца. Понять их опаску можно, стоило кому-то из клановых сообразить кто им попался, и все! Под замок, в клетку! Потому и держались они подальше от двуипостасных, потому и не выходили они замуж.

А как складывалась жизнь семейства Вайцевадзе дальше? А вот дальше начались изменения, которые Никите не понравились. Сначала Вайцевадзе Елена Константиновна выходит замуж за Петра Александровича Пинса, в браке с которым в 1986 году рожает сына Павла Петровича. Дочь ее Петр Александрович удочеряет, и девочка получает фамилию и отчество отчима. Интересно, этот Пинс, вот же дурацкая фамилия, из наших или обыкновенный человек? Скорее, обыкновенный, не могла она позволить себе рисковать…

Но вот дальше! В 1999 году Любовь Петровна Пинс, студентка все того же Ростовского государственного медицинского университета выходит замуж за Гордеева Арсения Викентьевича и переезжает к нему в Новосибирск. И переводится в Новосибирский государственный медицинский университет.

Та-ак! Почему следующая Рысь изменила тактике матери и бабки? Что должно было такого случиться, чтобы она не просто согласилась выйти замуж, а рвануть из Ростова к мужу в Новосиб? И насколько добровольным был этот переезд? Ему придется туда лететь и все выяснять на месте. И, кстати, если вспомнить факт ее замужества в 1999 году, то у нее вполне может оказаться дочь, прекрасно подходящая ему по возрасту. Если учесть, что сам Никита 1995 года рождения, то… то все может для него очень правильно сложиться! Какой у нас ближайший рейс отсюда на Новосиб? Ах, в Пятигорске даже аэродрома нет?! А где рядышком есть? В Минеральных водах? И что там с билетами? Говорите, есть билеты на завтрашний рейс в 13.45 из Минвод в Толмачево? Забронируйте и спишите оплату с карты!

Отправив отцу здоровенный файл с результатами своих поисков, и присовокупив к нему просьбу проверить нет ли каких-то данных об этом таинственном Гордееве и его семье, Никита принялся неторопливо собирать вещи. Возможно, уже завтра он увидит ту, ради которой он битых полтора месяца то носится по стране как подорванный, то обитает черт знает где. Но это завтра. А сейчас – спать.

И устроившись назавтра в новосибирской гостинице «Аванта», Никита с удовольствием растянулся на кровати с ноутбуком и открыл в электронной почте присланное отцом сообщение. Лучше б не открывал. Потому что Гордеев Арсений Викентьевич оказался не кем-нибудь, а главой местной общины Уральских медведей. Да еще деканом фармацевтического факультета НГМУ. Приплыли.

А ведь это конец его чаяниям, помрачнел Никита. Не мог глава оборотней, да еще медик не понимать, кого берет в жены, никак не мог. А, значит, и дочь, его и Рыси, если таковая имеется, будет пристроена за кого-то из его же ближников. Если уже не пристроена. И что, что его клан Уссурийских тигров один из сильнейших в России? Медведи вторые и они не слабее будут. А уж на своей территории они и вовсе вправе напомнить пришлым старую истину, мол, здесь закон – тайга, прокурор – медведь. Причем, именно вот этот конкретный медведь, Арсений Гордеев. А его, при попытке на чем-то настоять, ждет судьба белки-летяги: быстро и далеко.

Ну, как же так! Он ведь так хорошо все рассчитал! Ага, только местный глава опередил тебя на хороших четверть века. Ладно, нет, значит, нет. Хотя и жаль. Но нанести визит вежливости и по крайней мере полюбоваться на то, чего он лишился, можно? Нужно! Вот завтра же он и попробует попасть к нему на прием.

А вернувшись назавтра в гостиничный номер из коттеджного поселка «Морская тишь», и просмотрев очередные присланные отцом сведения, Никита буквально забегал по свободной от мебели площади номера. Больше всего хотелось многозначительно протянуть слово «Та-ак!» или «О как!» Потому что визит вышел… неожиданным. А с учетом дополнительно подкинутой отцом информации к размышлению и вовсе странным. Начнем с того, что у четы Гордеевых кроме трех сыновей была и старшая дочь. Пока все укладывалось в стандартную схему. Но ключевое слово – была! Умерла, оказывается, Гордеева Е. А. в пятнадцатилетнем возрасте, такая жалость. Но семья ее помнит, могилку обихаживает, и скорбит, а как же. До сих пор скорбит, да!

Никита бы, может, в это и поверил, но не при тех обстоятельствах, которые сопутствовали моменту смерти девочки, и не при том, что было дальше, о чем ему сообщили из Владивостока. Потому что главой общины местных оборотней дражайший Арсений Викентьевич стал совсем недавно, чуть менее года назад, выйдя из заместителей. А до этого им был Никодим Степанович Колычев, предприниматель, олигарх, депутат, короче, владелец заводов, газет, пароходов. И очень этот самый глава общины по слухам был неравнодушен к жене Гордеева. Никита даже специально полазил по городским сайтам, чтоб увидеть фотографию этой самой жены. И сам себе кивнул головой, ну да, волосы пепельные, глаза серые, она это, она! Призрачная Рысь.

А Колычев сначала подбивал к ней клинья, но получил жесткий укорот. И, поняв, что ему не отломится, потому что отобрать у ближника общины жену – это сразу навлечь на себя гнев всего клана Уральских медведей, решил подождать, когда подрастет их дочь. А если глава общины потребует себе жену из свободных совершеннолетних девушек клана, тут уж Гордееву было бы не отвертеться. Только вот ведь какая неприятность – скончалась его дочь. Прямо накануне первого оборота и скончалась, такой кошмар. Такое горе. Такая утрата.

И памятник на кладбище имеется, все честь по чести. Но пока семья Гордеевых оплакивала дочь, Колычев, похоже, крепко сдвинулся кукушечкой на фоне потери, и не нашел ничего умнее, как начать с горя убивать: сначала несколько человек в разных регионах страны, затем еще трое в столице, а потом напал на похожую на покойную девушку там же, в Москве. Был задержан людишками, осужден, передан членам клана, нет, не для вынесения приговора! Для проведения этого приговора в жизнь.

Никита хорошо знал, как карают его обезумевших соотечественников. Ошейник-блокиратор и весь остаток жизни преступник будет вынужден провести в звероформе. Знаете, что такое сознание человека, запертое в шкуре зверя? Страшное существование. Страшная участь. И, как правило, страшная смерть в одиночестве.

Но черт бы с ним, с Колычевым! Насколько можно верить в смерть молодой Рыси? Почему ее отец в беседе с ним вел себя так странно? Как будто на что-то намекал? А если… ну, так в порядке бреда… предположить, что, не желая в свое время отдавать дочь всесильному на тот момент клановому вожаку, Гордеев десять лет назад попросту фальсифицировал ее гибель? Он врач, у него возможностей – пара возов, не меньше. И патанатомы, и прочие диагносты хором подтвердили ее кончину и выдали «безутешному» отцу какое-то тело. А визит в крематорий нынче штука недолгая, задвинули гробик в печь и привет! Ничего не докажешь.

Но если Никита правильно расшифровал его намеки, то дочь он где-то спрятал. И теперь ему предстоит понять где. И лучше поторопиться, намекнуть о ней Гордеев мог не только ему. Конечно, он наследник один из сильнейших в России кланов, но кто знает, не захотелось ли ее отцу устроить соревнование между претендентами на руку дочери для определения самого достойного? Кажется, этот квест «поймай Рысь!» еще не окончен!

А значит… включаем голову! Нельзя человека просто где-то поселить. Тем более пятнадцатилетнюю девочку, которую могут искать. Ей нужно где-то жить. Где-то учиться. За ней нужно присматривать, воспитывать и охранять. И кому ее можно доверить? Так, с ходу, только хорошо знакомым людям, вернее, оборотням. А если подумать? Всех хорошо знакомых семьи могут проверить, и тогда все усилия отца пойдут медведям под хвост! Нет, Гордееву нужны были знакомые знакомых, причем как можно дальше от Новосиба!

Допустим, найти нужную семью могли его «должники», те, кому он когда-то оказал врачебную услугу, допустим, но привести вдруг к себе в семью взрослого ребенка без документов – значит, нарваться на вопросы. И какой самый простой путь легализации девочки в этом случае? Удочерение из детского дома. Пока все складывается…

Как они могли действовать? Берутся документы реально умершей девушки из какой-нибудь глухомани, по ним дочь Гордеева поступает в детдом, где на пороге уже притоптывают ногами от нетерпения будущие удочерители, и вуаля! Девочку в тот же день под новым именем увозят в другой город и все шито-крыто.

Но то, что он догадался о том, как могла быть и скорее всего была выстроена схема пристройства молодой Рыси, его к ней самой не приближает ни на шаг. Потому что тайну удочерения пока никто не отменял. Понятно, что, заплатив некоторых денег, он сможет ее выяснить, но сколько времени он на этом потеряет? Не зная, в каком именно детском доме провернули эту аферу, он может проверять их до пенсии, а то и до смерти, Россия большая, не пристроенных детишек много, а мест, куда их можно перевезти – и того больше!

Значит, должен быть другой путь. И, пожалуй, он даже знает какой. Нужно «танцевать» от поступков обезумевшего Колычева. Почему он плодил трупы в столице? Почему напал на очередную девушку именно в Москве? Это и есть Рысь? Он не поверил в то, что его возможная жена мертва и тоже разыскивал ее втихаря? Разнюхал ее след в столице и решил прибить? Тоже мне, Карандышев на максималках! Все равно не вяжется…

Что мы имеем: причины убийств – не понятны. И эта его привязка к столице… почему? Он что-то знал? Зачем он упорно возвращался туда? В Новосибе с ним отказались откровенничать, но кто-то же наверняка может его просветить насчет действий Колычева. Кто-то, кто вел следствие. И этот кто-то находится в Москве. Решено, завтра же он вылетает в столицу. И окончательно раскрутит этот клубок.

Москва встретила его ветром с дождем. Ничего, он не сахарный, не растает, ему по улицам не бегать, ему документы изучать. И первым делом он направился к Арбитрам. Многого, очень многого голокожие не знают о двуипостасных! Большинство людишек полагает, что те бόльшую часть жизни проводят в лесах в звероформе, лишь иногда обращаясь в человеческий вид! Справедливости ради следует заметить, что перевертыши сами поддерживают среди них настолько дикие слухи. А на самом деле они давным-давно проживают в городах, просто стараются лишний раз не светить своими способностями. Заключенный с людьми в девяностые договор о не причинении вреда – это просто способ наконец заявить о своем существовании!

Но любой договор – штука обоюдоострая. И в тех населенных пунктах, в которых или около которых проживают оборотни, обязательно есть те, в чью задачу входит действия по соблюдению условий договора. Система Арбитров, которые следят за тем, чтобы столкновения людей и перевертышей не перерастали по итогу в крупный конфликт. Вот именно они и смогут его просветить.

От рассказанного московскими Арбитрами Никита чуть не оторопел. Силен Колычев, столько народу угробить, да еще с соблюдением ритуальных плясок! Явно напрашивается вывод о проблемах с головушкой. И определенное Арбитрами наказание представляется более чем справедливым. Но вот насчет способа поимки, тут возникают некоторые вопросы. Просматривая копию дела, он не мог не отметить, что приманка была подобрана грамотно, но вот допущенный медведем прокол… тут что-то не складывалось.

Не мог этот хитрый и осторожный зверь так по-глупому наследить… а что могло быть? Его могли элегантно подставить и слить следствию. Но тогда этого «троянского коня» нужно искать среди тех, кто был хоть как-то причастен к расследованию последнего убийства. И его данные обязаны остаться в материалах дела. Никита тщательно изучил предоставленную папку и выписал себе несколько фамилий тех, кто чисто технически мог приложить к подставе шкодную лапку. Их обязательно нужно проверить.

Электрик Викентьев – мимо. Следователь Панкратов – опять мимо. Заведующая ЭКЦ Сутормина – не то! А кто у нас, собственно, проводил ту самую экспертизу и обнаружил следы Колычева?

Вот она – эксперт Старжич Аглая Михайловна. Странная фамилия, в родне какие-то чешские корни завалялись? Впрочем, это неважно, важно, что он понял, с кем ему следует поговорить.

А разговора не получилось, уволилась Аглая Михайловна из ЭКЦ, вот прямо как поймали Колычева, так и уволилась. Похоже, мавр ушел, когда сделал свое дело, сообразил Никита. Осталось только на ее фото глянуть, а где? К документам МВД его не подпустят, а что насчет соцсетей? Проплаченный им хакер восстановил уничтоженный ею в прошлом году аккаунт, но большой ясности это не внесло, не было у гражданки Старжич ни одной пригодной для последующего опознания фотографии. То полубоком, то чуть ли не спиной, то в притемненных очках, но общее Никита уловил: белая кожа, пепельные волосы. Она.

И подставила Колычева тоже она. Ну, правильно, когда обезумевший медведь как-то (кстати, как?) вышел на ее след в Москве, и начал мочить ее двойников, ей пришлось сделать все, чтоб его как можно быстрее поймали. Потому что следующей могла пострадать и ее шкурка. А уж осуществить это чисто технически – да как два байта об асфальт: в процессе проведения исследования что-то капнуть или подсыпать во взятую с места преступления пробу. Никто даже не чухнулся проверить, а к трупам она его этой добавкой «привязала» намертво.

«Не дура», с оттенком уважения был вынужден признать Никита. А и славно, зачем ему тупая спутница жизни? Он и сам не заметил, как постепенно перестал вспоминать об оставленной во Владике Инке, сосредоточив все внимание на погоне за Рысью. Потому что одно дело то, что у тебя и так есть, а другое – убегающая добыча! Понимать надо!

И где сейчас обитает эта Рысь Аглая? А вот мы хакеру еще одну зеленоватую банкноту дадим, и он нам все, что надо вскроет в смысле ее передвижений. А билетная база выдала неожиданный результат: последний раз авиабилет на имя Старжич А. М. приобретался в прошлом году. И ведь, что интересно, не из Москвы, а из Нижнего Новгорода! А куда? До Новосиба! А больше она что, никуда не ездила, не летала?

- Она не просто больше не летала, - неожиданно просветил Никиту копающийся в ноутбуке щуплый хакер, - у нее вообще после этого перелета закончилась любая активность. Переводов по картам и счетам – нет, недвижимости тоже больше нет, билеты никуда не брались… растворилась как сахар в горячем чае.

Да не растворилась она, мысленно фыркнул Никита, просто любящий папаня ее под свое крыло пригреб, тогда-то, после поимки Колычева он уже мог его не бояться и начать претендовать на его место! И молодой Рыси теперь тоже ничего не грозило!

Стоп, а вот тут он чуть не допустил ошибку, это со стороны Колычева ей больше ничего не угрожало, а как насчет желающих загрести последнюю Рысь в свой клан? Никита наверняка не один такой умный, и прятал ее отец после этого именно от женихов.

А где именно он мог подыскать ей убежище? В Новосибе он оставить ее не мог… пришлось бы слишком много объяснять… да и такую новость в кармане не утаишь, все бы знали, и хоть кто-то да проболтался бы, а все тихо. Значит, он должен был справить ей новый паспорт и запрятать… куда?

Надо возвращаться к Гордееву. И объяснять ему, что, сказав «а», не будь «б»! Начал намекать, так продолжи это делать, потому что самому Никите не проникнуть в хитросплетения разума драгоценного Арсения Викентьевича. Вот никак.

А точно не проникнуть? А если подумать? Думай, Ник, думай, как Old Nick! А ведь напрасно он предположил, что Гордеев постарается отдать дочь ближнику-медведю! Кто ж ему позволит жадничать? Узнав про ее происхождение, а этого уже не скрыть, все кланы материка встанут против такой узурпации ценного ресурса как один! И снова повторится ситуация 1956 года, и снова будет принято решение – самому сильному и достойному! И если тогда, почти семьдесят лет назад, это был его дед, то теперь очередь Никиты. Вот почему Гордеев ему намеки кидал, мол, сумеешь найти – приз твой. Раззадоривал Никиту, психолог хренов! Значит, он должен понять, где отец весь этот год прятал дочь.

Если Гордеев понимал, что отдавать молодую Рысь все равно придется клану Уссурийских тигров, значит, он должен был сделать так, чтоб она изначально оказалась на подконтрольной им территории, чтоб ее не сумели умыкнуть какие Волки с Шакалами, или, тьфу, не к ночи будь помянуты, Лисицы. А это однозначно центр Дальневосточного федерального округа – Владик! Так что никакого Новосиба, он летит домой!

Потому что если он правильно рассчитал, тогда его задача упрощается, берем дату прилета Старжич А. М. в Новосиб, и отслеживаем всех новых девиц, которые после этого дня перебрались во Владивосток. Не так уж много их будет и где-то в этом списке она и прячется!

А интересно, какими могут быть ее паспортные данные? Не мог же Гордеев отправить дочь под ее настоящей фамилией, это понятно, огласки он первый не хотел. А с другой стороны, это уже не столь важно, он тщательно пройдется по списку девушек, осевших в городе за последний год, и не позднее чем через неделю найдет свою Рысь.

Предупредив отца о необходимости сбора данных на новые женские лица в их городе за последние десять месяцев, Никита с облегчением полез на сайты, заказывать обратный билет домой. От его сообщения о том, что пропала Южакова Люда, он просто отмахнулся, куда она денется, небось опять с новым любовником где-то зависает, как уже неоднократно случалось. Кому она вообще интересна, та Людка? Его ждет добыча покрупнее… и остановиться в этом забеге он уже не сможет.

Арсений Гордеев

Убив меня много сотен раз,

От смерти ты не уйдешь сейчас,

Но ты от злобы устал и от страха продрог,

Я тебе преподам твой последний урок.

Я никогда не любил убивать, но иначе не мог…

Канцлер Ги «Дитя Анэма»

И почему вроде как умные люди решили, что нет ничего хуже, чем ждать и догонять? Лично Арсений Викентьевич ощущал себя в состоянии ожидания вполне комфортно. Карты розданы, фигуры расставлены, информация вброшена, правила определены, осталось сидеть и наблюдать как люди и оборотни доиграют эту заранее спланированную им игру до конца.

И ведь не собирался он ничего подобного устраивать, но, судьба повернулась так, что пришлось влезать во всякие пошлые интриги на старости лет.

А насчет догонять… ну, нет, он свое уже отбегал по молодости, пока искал на территории России ответы на вопросы, с него хватит. А ведь началось-то все с мелочи!

Хотя, с другой стороны, то, что он счел мелочью, для кого-то вылилось в трагедию. А тогда, осенью далекого 1988 года, молоденький аспирант Гордеев мирно сидел в библиотеке НГМУ, собирая материал для своей первой статьи. И не надо удивляться факту обучения оборотня в ВУЗе, они всяко не глупей людишек, а во многом даже умней, и предусмотрительней.

Воистину, многого не знают люди о перевертышах! Это раньше те предпочитали существовать изолированными поселениями, но время-то идет! Сначала начали заключать браки между разными кланами, чтоб добавить приток свежей крови, потом налаживать взаимовыгодные связи по обмену товарами, а потом и вовсе договорились о внутристрановой координации двуипостасных. Потому что то, чего не сумели выцарапать для себя Волки, смогут осуществить Медведи. А там, где у Медведей нет к кому-то ходов, могут пригодиться знакомства Лисиц. Но для этого надо активно внедряться в человеческое сообщество, стараясь забраться повыше и получить побольше власти в интересах кланов.

Люди-то тоже не идиоты. Если раньше оборотни были для них страшноватой сказкой, то ныне, с их упорство вырубать леса и осваивать новые территории, они однажды доберутся до их поселений и тогда жутковатая для людей сказка станет для оборотней кошмарной действительностью. По итогу их просто сомнут числом. Самых агрессивных самцов запрут в зоопарках, а то и пустят на коврики, а самочек, особенно тех, что помоложе и посимпатичней, разберут по гаремам. Вы точно хотите такого исхода, клановые?

Или все-таки возьмемся за ум?

Ответ был очевиден и политика тупого отгораживания от людишек однажды навсегда закончилась, сменившись в начале двадцатого века на ассимиляцию. Да, со скрипом, да, со скандалами, да, через нежелание стариков принимать изменившуюся действительность, но все-таки оборотням пришлось принимать правила игры тех, кто представляет на планете большинство. Некоторые самые древние и упертые так не смогли с этим смириться и приняли решение уходить из кланов и доживать в заповедниках и резервациях в звероформе, по возможности, не контактируя с человечками, а самые умные быстро сообразили, что, если не интегрироваться в эволюционирующую жизнь на своих условиях, есть шанс дождаться, что однажды их туда насильно втащат за шкирёнку как щенят. Забыв спросить их мнение.

Поэтому лучше войти в новые условия как готовые к ним особи, и самим начинать определять отношение окружающих к себе и своим соотечественникам.

И с начала шестидесятых годов все больше молодых оборотней озаботилось поступлением в высшие учебные заведения. Понятно, что преуспели не все, но те, кто сумел прорваться через вступительные экзамены, мертвой хваткой, зубами и когтями вцепились в предоставленную возможность, и старательно и вникали, и зубрили, понимая, что за знающими – будущее, что при дόлжных усилиях у них в руках когда-нибудь окажется некий сегмент власти, нужной клану, что клан надеется на то, что эту власть можно будет употребить с толком для родных.

В итоге часть подрастающего поколения из клана Медведей по-прежнему с облегчением уходила в силовые ведомства, предпочитая по жизни больше надеяться на собственные мускулы, чем на мозги, но все больше юношей, а за ними и (ранее неслыханное дело!) девушек поступали учиться не просто на агротехников и селекционеров, а всерьез «замахивались» на геологический, почвоведческий и даже юридический факультеты. И не только! Кто-то вгрызался в особенности бухгалтерских проводок, кто-то изучал типографское дело, кому-то по душе пришлось копание в механизмах, а Арсения по совокупности его склонности к определенным школьным предметам клановое начальство «определило» в медицинский ВУЗ.

Нет, не отвело за ручку, а хладнокровно прикинуло, в какой ВУЗ с бόльшей степенью вероятности может поступить парнишка, имеющий с юности явную склонность к биологии и химии. Не то, чтоб Арсений сопротивлялся, но его тревожила одна сложность, которой в процессе обучения было не избежать. И которая могла поставить жирный крест на его обучении. Нет, он не боялся крови, да никому из регулярно участвовавших в настоящей охоте и пожиравших добычу сырой, но еще теплой, двуипостасных и в голову бы не пришло на сей счет заморачиваться, вот еще! У крови свежей добычи даже вкус слаще любого самого изысканного блюда! Чего здесь боятся?

А что до трупов в морге – так, а здесь чего пугаться? Они уже ни для кого не представляют опасности. Это именно что не живые тела. Они просто молча лежат. Они не кусаются.

Проблема была в запахах.

Даже многие люди не переносят резкие запахи, что уж говорить об оборотнях? Особенно о медвежьих и псовых. Но если хороший нюх собак те же люди научились использовать по прямому назначению, то предложить медведю пройти по следу в качестве служебно-розыскной зверушки… такое себе предложение. И Арсений справедливо подозревал, что если уж одной формалиновой вони бывает более чем достаточно, чтоб он начинал блевать дальше, чем видит, то что ж будет, если его пребывание среди раздражающих запахов станет ежедневным? Вернее, когда.

Придется выкручиваться с помощью затычек в ноздри или как-то еще, постановил глава их общины. Пойми, ждать, когда в клане народится медведь с аносмией, которой пока ни у кого ни разу не наблюдалось, мы не можем. А свои люди в медицине нам нужны как воздух уже сейчас, чтоб не даваться для лечения в руки людям. Способы исследования не стоят на месте, и при углубленном изучении анализов кого-то из клановых однажды может вылезти некое отличие, после которого открывший его загребет себе лавры, а нас молниеносно переведут в разряд мутантов, причем мутантов опасных для общества, и доживать нам свой век потом не в резервациях, а в лабораториях.

В качестве подопытных крыс.

Но почему я? А потому, что в этом году среди нашей молодежи, закончившей десять классов ты самый перспективный абитуриент именно для медвуза, биология и химия, припоминаешь? Так что прекращай ныть и садись за учебники. Вопросы для экзаменов прошлых лет мы тебе уже достали.

Поступить-то Арсений поступил, но его мучения не прекращались все время обучения, когда дело доходило до практических занятий в морге. Но ведь справился же! И специальность себе выбрал такую, чтоб поменьше контактировать с живыми, а побольше с бумагами и химреактивами. И диплом получил красный, а не такой, чтоб его засунули при распределении в какой Тьму-скарабейск. И даже сумел сдать на все пятерки вступительные экзамены в аспирантуру своего университета.

Именно поэтому сенью 1988 года еще аспирант Арсений Гордеев сидел в библиотеке НГМУ, собирая материал для своей первой статьи, посвященной борьбе с холерой. Собственно, все основные данные об этой болезни были открыты задолго до него. Возбудителя холеры открыл в 1883 еще Роберт Кох, в честь которого бактерию и назвали «запятой Коха». Механизм передачи тоже был давно известен – фекально-оральный. Не будешь мыть руки, будешь употреблять необеззараженную воду – получишь шикарный шанс помереть на редкость неприятной смертью.

Арсений, будучи фармацевтом по диплому, интересовался не столько этологией того или иного заболевания, сколько вопросами применения лекарств для ее излечения: видов, дозировки, побочных эффектов. Потому что самым первым методом лечения при холере отродясь было употребление как можно большего количества жидкости со средствами, позволяющими восстановить в организме баланс электролитов.

Но молодой аспирант считал необходимым добавить к стандартным методам исцеления еще и антибиотики. А потому особенно тщательно прописывал актуальность развития методов борьбы с этим страшным заболеванием. Потому и искал в литературе примеры понагляднее. Например то, что в девятнадцатом веке от холеры погибло более десяти миллионов населения планеты. И что болезнь эта полностью не пропадает, а просто затаивается до поры до времени.

Хотите примеры из нашего времени? Извольте! В 1970 году крупная вспышка холеры выкосила многих жителей Астраханской области. В 1971 году печально знаменитый возбудитель холеры Эль-Тар был обнаружен в водохранилище под Новосибирском. Тогда потенциальную эпидемию удалось предотвратить, но какими усилиями врачей и спасателей! Общий пафос статьи сводился к тому, что раз уж эта зараза периодически так и норовит проявиться, давайте попробуем лечить ее более прогрессивными методами, нежели просто восстанавливать в организмах пострадавших водный и солевой баланс.

Научный руководитель тогда только головой покачал и предупредил Арсения, что сама идея у него, может, и хорошая, но как он себе представляет ее проверку на практике? Он прямо сейчас достанет из воздуха волшебный эликсир для лечения этой страшной болезни и потребует поверить в его эффективность? А потом подорвется и, прихватив непроверенный Фармкомитетом и не одобренный им же препарат, поедет во время очередной вспышки болезни ставить опыты на умирающих? И кто ж ему такое позволит? Времена карательной медицины вроде как прошли…

Тогда статья осталась не дописанной, а разочарованный Арсений забыл сообщить милейшему Валерию Ильичу, что не все там было просто с той вспышкой холеры в Астраханской области. Потому что среди почти тысячи трехсот заболевших тем летом погибло тридцати пять. А из тридцати пяти умерших тридцать два принадлежали перевертышам из клана Азиатских шакалов. Случайность? Совпадение? Но принимая во внимание повышенную регенерацию его собратьев… странное совпадение. Скорее всего речь могла идти только о диверсии.

Но сочувствовать Шакалам Арсений не собирался, так уж исторически сложилось, что не любили медвежьи псовых, никогда не любили, а потому… туда им и дорога. И тогда он никому ничего не сказал. Но запомнил.

На второй похожий случай Арсений наткнулся через семь лет. Тогда он уже давно защитил кандидатскую и готовил доклад на международную конференцию, когда ему в поисках материала попалось на глаза исследование, посвященное эволюции лекарств при заболевании чумой. И кое-что в нем показалось ему странным. Собственно, сама чумная палочка новостью не была, ее еще в 1894 году описали Йерсен и Сибасабуро. Но вот сам случай заражения… он пришелся в 1980 году на территорию Забайкалья. И когда Арсений прочитал название вымершего поселения, он понял, что именно ему не понравилось. В ныне заброшенной деревне Казариновке ранее обитал клан Монгольские волков. Это тоже совпадение? Или…

И вот тут Арсений мысленно заметался. С одной стороны, что ему те псовые, гавкучие и неприятные существа? С другой стороны, если это целенаправленное уничтожение пусть противных и не родных, но все-таки представителей клановых, надо что-то делать! Два раза такой геноцид «прошел» безнаказанно, кто сказал, что третьими не будут Уральские медведи?

А, кстати, почему никто, кроме него не обратил внимания на эти вопиющие случаи? Или обратил, но промолчал? Допустим, ситуация в Астраханской области была тяжелой, и врачи тогда больше думали о том, как купировать вспышку болезни, не вникая в то, кого удалось или не удалось спасти. И, потом такая «перекошенная» статистическая выкладка могла вызвать удивление не у людей, а только у клановых. Подавляющему большинству которых Шакалы были не близки.

А как насчет Монгольских волков? Там клан был поразвесистее и посильнее Шакалов, так почему никто тревогу не поднял? Арсений посмотрел на дату и понял, почему в тот момент это было никому не интересно, все внимание СМИ было обращено на Олимпиаду-80 в Москве!

Интересно, это случайно получилось или кто-то умный и жестокий специально подгадал чужую смерть под момент, когда все сидят у телевизоров и смотрят как разыгрываются комплекты олимпийских наград? Потому что, если да, то среди людей и не только людей бродит кто-то похуже обыкновенного хищника, тот не режет скота больше, чем может съесть, а этот… этот хладнокровно обрекает на смерть целые поселения двуипостасных.

Причем до чего интересно выбирает способ их умерщвления! Так чтоб после даже массовой гибели населения искать виноватых никому в голову не пришло. И ведь был на сей счет какой-то полузабытый рассказ… кажется у Честертона… Арсений даже специально в районную библиотеку прогулялся, чтоб освежить свою память.

Рассказ назывался «Пятерка шпаг». Там главный злодей, чтоб прикрыть отравление одного из персонажей, наносит трупу удар шпагой в сердце, представляя случившееся как «разборки чести» между благородными мсье, дабы никто не усомнился в обыденности причины его гибели. Да еще целую философию разводит на ровном месте относительно первых приходящих в голову «стандартных» причин смерти, которые никого не удивят. «В Англии он бы погиб на охоте, в России - при взрыве бомбы, а во Франции он убит на дуэли». Ага, а в СССР он помер от эпидемии, занесенной из Ирана или Индии, вспышки которых иногда случаются в юго-восточных регионах страны, что ж, бывает, дело житейское.

Потому что периодические вспышки что чумы, что холеры имели место быть именно в этих местах еще в девятнадцатом, и начале двадцатого веков. И когда случилась очередная, ее легко списали на размытое местным ручьем кладбище. А вторую на оползень могильника с зараженными животными. Так что все эти происшествия легко укладывались в рамки теории случайного невезения. А тем временем где-то бродит у нас кто-то очень умный, чтоб подстроить подобную «случайность». Очень умный. И абсолютно безжалостный.

Прав ли он в своих подозрениях? Связаны ли эти два случая? И в чем причина такой поистине нечеловеческой жестокости?

Ответа у Арсения не было. Зато была мысль как можно проверить свои подозрения, опираясь на собственные профессиональные навыки.

Даже если Волки с Шакалами кому-то совместно насолили, этого ему не расскажут, внутренняя политика кланов – их личное дело, не подразумевающее лишней откровенности. Значит, этот путь для него закрыт. Но есть и другой.

Ни холера, ни чума ниоткуда не берутся, правильно? На сегодняшний день их штаммы можно найти только в спецхранах узкоспециализированных лабораторий. Значит есть где-то тот, у кого наличествует доступ к обеим культурам. А таких мест не то, чтобы очень много, скорее наоборот. Их по всей России раз, два и обчелся. И контроль там такой, что проще ядерную боеголовку выкрасть, чем вынести нужную пробирку.

Интересно, как этот кто-то сумел обойти запрет? Хотя нет, не интересно, скорее, страшно подумать о том, что он еще способен из спецхрана вынести. И для кого.

Это точно надо пресечь! Ну да, ну да… только сказать легче, чем сделать. Он не знает ни кто в этот замешан, ни как он это делает, ни куда может быть нацелен следующий удар, у него вообще ничего нет, кроме подозрений! А, значит… кто из мальчишек в детстве не грезил лаврами Шерлока Холмса? И, хотя Арсению было двадцать девять, мысль о том, чтоб расследовать это дело, подзуживала его действовать. И делиться своим соображениями он пока ни с кем не хотел.

Найти перечень городов, где были спецлаборатории, он мог. Получить списки тех, кто там трудится, было сложнее, но он сумел выбить из руководства командировки в эти города под предлогом тщательной проверки того, как их вакцины испытывают на уже известных человечеству штаммах микроорганизмов. Потому, что на данный момент присланные ими результаты испытаний их продуктов не соответствуют ожидаемым. Причем в худшую сторону! А, значит, практическая часть пары-тройки пишущихся на кафедре диссертаций под угрозой… Тогдашний завкафедрой перепугался и ринулся к декану, декан тоже встревожился и согласился, что проверка необходима, и Арсений получил «добро» на проверку. Других-то желающих и вовсе не нашлось, кому охота работать в отпускное время, поэтому лето 1995 года он провел, мотаясь по бункерам и внимательно наблюдая как там организована система охраны. И обнаружил возможное место утечки. Такую потенциальную «дырку» в системе безопасности.

Кто-то другой ее, возможно, и не заметил бы. Потому что не знал, куда смотреть.

Да и он никогда бы ее не заметил, если бы не знакомство с Захарычем.

Захарыч был в определенной степени достопримечательностью их общины перевертышей. Медведи, обычно, если чем и выделяются среди прочих клановых, так прежде всего силой в любой из ипостасей, а Захарыч и в человеческом облике, и в звероформе был мелким и не внушающим почтения или страха.

Строго говоря, он вообще был не из Уральских медведей, он происходил откуда-то из южных медвежьих кланов, и когда-то приблудился в их общину крепко подраненным и с перебитой передней лапой, после чего долго отлеживался, несмотря на регенерацию любого оборотня. А потом так и прижился в роли охранника поселка, да еще периодически потешал детвору умением показывать карточные фокусы. Сам-то Захарыч рассказывал, что когда-то был учеником и помощником аж самого Амаяка Акопяна, что по возрасту было вполне вероятно, потому что оба они были 1956 года рождения, но вот в реальности поверить в то, что престидижитатор с мировой известностью, актер, режиссер, ведущий телепередачи «Утренняя почта» и телепрограммы «Будильник» обучал этого мелкого прощелыгу секретам фокусов... как хотите, а не получалось.

И правильно не получалось, потому что позднее, как-то под настроение Захарыч сознался однажды Арсению, что жизнь его прошла далеко от цирковых представлений и прочих огней рампы, она оказалась, с одной стороны, куда более интересной, а с другой - суровой.

Захарыч хоть и родился в медвежьем клане, но мать его была когда-то взята в семью из енотовых, и ребенок в результате оказался мельче и слабее своих сверстников, зато унаследовал от родни по материнской линии изумительно гибкие пальцы. А в умелых руках это редкое преимущество!

Которого собратья-медведи ожидаемо не оценили. Более того, над хилым подростком так и норовили посмеяться, а то и поиздеваться более мощные и юноши, и девушки. И разобиженный на весь свет мальчишка начал думать, как им отомстить и доказать всем свою состоятельность. Тут-то на его пути и встретился профессиональный картежник Шотландец из людей.

- Почему вдруг Шотландец? – не понял тогда Арсений. Действительно, где они, а где та Шотландия.

- Девятка бубей известна в картах как «шотландское проклятье», - объяснил Захарыч. – А уж почему именно к нему оно прилипло, он никогда не рассказывал…

Вот он-то как раз и оценил по достоинству руки Захарыча. И сманил парнишку на вольные хлеба. И много чему его научил, готовя себе смену. Так оборотень-медведь стал изгоем в клане и каталой по профессии. И каталой удачливым, потому что ему не нужен был крап. С его нюхом он еще при раздаче по запаху определял у кого какая карта на руках, и мог позволить себе играть честно. Ну, относительно честно, не используя меченую заранее колоду. А его наставник только диву давался, как малец чувствует карту, как будто видит насквозь, ей-богу! И неоднократно хвастался среди своих его способностями как талантливого игрока, ну, и своими, как гениального учителя, как же без этого! И однажды дохвастался.

Недовольные конкуренты как-то подловили его на очередном воспевании своих и Захарыча успехов, и Шотландец, будучи в подпитии, сдуру согласился на матч своего ученика с карточными «зубрами».

Уже потом, протрезвев, он ругательски ругал себя за то, что не удержал в пьяном виде язык за зубами, но «отработать» назад уже не мог, слишком высоки были ставки. Ему пришлось выставить своего ученика на большую игру с известными каталами из Сочи, Одессы и Ростова. Хорошо, что там не было ни Евгения Хавича, ни Татьяны Верменич, ни, тем более, Анатолия Барбакару. Зато были Калач, Князь и Джокер. «Магистры игры», если вспоминать высокопарное определение Германа Гессе из «Игры в бисер». И, как выяснилось впоследствии, никто из них не планировал ни проигрывать, ни, тем более, отдавать удачливому «желторотику» выигрыш. Преподать урок – да, раз и навсегда отучить от хвастовства – да, отнять бабки – всенепременно! А то, понимаешь, понавырастили тут выскочек-скороспелок, не уважающих старших, непорядок, однако.

«Катка» по мнению маститых катал должна была закончиться разгромом не в меру разрекламированного сопляка, и выплатой языкатым Шотландцем крупной суммы, но Захарыч, пользуясь своим нюхом, выиграл. И никто из присутствовавших наблюдателей так и не усмотрел, как ни старался, в его действиях ни картежных финтов, ни использования крапленых карт. Поэтому свой выигрыш они с наставником получили полностью. Что Шотландца не обрадовало.

- Помяни мое слово, Кузя, отольется нам этот твой выигрыш горючими слезами, - нервно причитал он после игры в номере гостиницы, - а то и кровавыми! Знаю я этих деятелей, они нам такой позор не спустят!

- Так Калач же не проиграл, - Захарыч никак не мог понять причину стонов наставника. – Почему отольется-то?

- Учит тебя еще и учить, - только вздохнул Шотландец. – Это их общий проигрыш, они изначально договорились играть «на лапу» друг другу, поэтому в доле все трое. А ты своим выигрышем их «опустил» перед всем сообществом! Такого в наших кругах не прощают. Жди гостей…

И гости не замедлили пожаловать. В самый темный час, час Тигра, наступающий в три часа ночи, в их номер бесшумно проникли четыре тени. Изначально их не планировали убивать, в среде катал «поставить на ножи» могли исключительно в случае неуплаты долга, а это был не их случай, но вот сломать пальцы, а то и руки фартовому конкуренту… такое иногда практиковалось. И позаимствовать неправедно выигранные деньги тоже предполагалось. И нипочем не смогли бы двое шулеров отбиться от четверки «быков», если бы не вторая ипостась Захарыча.

Очень, к слову, недовольная наглым вторжением в свое жилище посреди сна.

Арсений, представляя себе эту картину, чуть не захихикал. Лезут такие уверенные в себе бандюганы к двум хлипким терпилам с мыслью их немножечко попинать и заодно разжиться деньгами, а тут встает им навстречу внезапно меховой Захарыч и издает рык, как бы говоря: «Я тетушка Чарли из Бразилии, где в лесах много-много диких обезьян!» Ну, то есть медведей. Но все равно – диких!

Это ж полный сюр. Не снившийся даже Дали с его абсентовыми глюками.

И вот как на это реагировать? Да тут как бы исподнее не пришлось после такой задушевной беседы менять!

Только вот «быкам» и в голову не пришла версия о перевертышах, они с ходу решили, что ушлые провинившиеся что-то заподозрили или пронюхали, и умудрились заранее притащить в номер настоящего медведя. Не иначе местный зоопарк ограбили, ага. Ну, или цирк. А умыкнутый (интересно, как?) ими Михайло Потапыч, прямо так и согласился тихо посидеть в незнакомом помещении и подождать, когда придут незваные гости. Чтоб потом гостеприимно раскрыть им объятья.

Хотя понятно, что ждать от людей логичных умозаключений в подобном случае несколько самонадеянно. Свойственно пугаться им, знаете ли, завидев вблизи такую не мелкую тушку. И пускать в ход все попавшиеся под руку подсобные приспособления, чтоб отмахаться от разозленного зверя.

Не так и много было подобных предметов в номере заштатной гостиницы, но отломать для обороны от стула ножку или спинку сил у нападавших хватило. Жить хочется всем, и какая к черту разница чем от разъяренного хищника отбиваться, да хоть тряпками, главное – отбиться!

Только вот не получилось. Кто не видел атакующего медведя, тот ничего не потерял. А вот приобрести мог многое: и энурез, и заикание, и седину, и вечный тремор организма. Если выживал.

А выжили не все. Двое нападавших «быков» навсегда перестали тревожить этот мир своими чаяниями, еще пара лежала, изредка издавая слабые стоны, но тут уж не растерялся Шотландец. Не зря говорят, что у шулера должна быть змеиная выдержка и стальные нервы, вот они старого каталу и не подвели. Он выволок получившего многочисленные ушибы и перелом левой конечности Захарыча из гостиницы и прямо объяснил ему, что надо бежать. Причем далеко.

- Сейчас быстро двигаем на вокзал, и я беру тебе в кассе билеты на сколько получится ближайших поездов дальнего следования. На какой сесть – выберешь сам, чтоб я даже не знал, что ответить, когда меня об этом спросят.

- А рука?

- Перемотаем, обезбол вколотим… нельзя тебе сейчас к лепилам, это след. Береги лапу, не двигай ею лишний раз, в идеале вообще будешь прикидываться инвалидом детства, тебя попутчики еще и пожалеют, и помогут. Выигрыш заберешь с собой, тебе еще на новом месте устраиваться… что еще? Забейся в глубокую нору и ближайшие годы сиди тихо, забыв про карты!

- А Вы как же?..

- А у меня найдется, о чем с ними поговорить! – ухмылке Шотландца сейчас позавидовал бы даже тигр-людоед. – Кого это к нам в ночи прислали, почему прислали, зачем прислали, откуда такую славную зверушку раздобыли… я с них за все спрошу!

И Захарыч, внимательно посмотрев на наставника, понял, что этот спросит. За все спросит, да еще свалит наличие в номере медведя на инициативу нападавших. Ну, как минимум, постарается свалить, потому что, если так подумать, то кому проще раздобыть такую скотинку: местным костоломам или залетным каталам? У приезжих и связей таких нет, и в силу профессии и ручки нежные, и пальчики тонкие, куда им справиться с хозяином тайги…

И еще раз глянув на его решительное лицо, поверил в то, что не сдаст его учитель в благодарность за спасение, и что сам сумеет выкрутиться, тем более что яблоко раздора в его лице исчезнет вместе с выигрышем. А страшилки… так они на то и страшилки, что те, кто их рассказывают, зачастую сами не верят в то, что несут. Одной рассказкой больше, одной меньше… ну появится еще одна о пробравшемся к людям звере, и что? Наставник напавших либо обвинит, либо высмеет.

Из предложенных им на выбор пяти билетов Захарыч предпочел поезд до Красноярска, но до конца не доехал, сошел раньше, в Новосибе, где и обратился за медицинской помощью к общине Уральских медведей. А потом так и осел у них, раз и навсегда зарекшись куда бы-то ни было выезжать. Как он сам говорил в ответ на предложения совершить путешествие в другие города:

- В Елец, Гороховец, Череповец – я больше не ездец!

- Не ездюк! – подхватывали смешливые клановые юноши.

- Не ездун! – скалили зубки ехидные клановые девушки.

- Не езжу я туда больше, короче… - привычно бурчал Захарыч под хохот окружающих. Так вот именно благодаря ему и знал Арсений, как именно выглядят движения шулера, когда он собирается «передергивать» карту. Кто другой, может, и внимания бы не обратил, а вот он углядел и узнал. И этот факт тоже лег в копилочку его подозрений.

Вернувшись в родной город, Арсений сдал заведующему кафедрой отчет о проводимых испытаниях их вакцин, не преминув в личной беседе намекнуть, что часть вины лежит на них самих: температурный диапазон был изначально задан слишком широко, поэтому работники лабораторий и проверяли эффективность присланных им суспензий на «крайних» точках, вместо того, чтоб выяснять как они себя поведут при среднем температурном режиме. И предложил пока приостановить масштабные испытания, проверяя предложенное им изменение на одном объекте. А то так недолго и выговор схлопотать за халатное отношение к работе.

Перспектива получить по шее за среди прочего собственный недосмотр милейшему Валерию Ильичу крайне не понравилась, и он немедленно благословил Арсения на еще одну командировку, теперь для проверки эффективности их вакцин при изменившихся условиях. Но на сей раз ему удалось настоять на выборе конкретного города и конкретного места проверки. Потому что наиболее подозрительной ему казалась именно ростовская лаборатория № 7.

Во-первых, там наличествовали не просто интересующие его микроорганизмы, а именно что те самые их штаммы, которые были использованы когда-то против Шакалов и Волков. Во-вторых, только там кроме обычных людей работала единственная дама-оборотень, что само по себе было удивительным, учитывая их звериный нюх и нелюбовь к резким запахам. А, в-третьих, именно у этой дамы Арсений подметил наличие тех самых шулерских ухваток, применявшихся при подмене карт. Всего этого было достаточно, чтобы резко сузить круг подозреваемых.

Когда он прикидывал кто из сотрудников лаборатории мог заниматься вредительством, он ту немолодую тетеньку чуть не прозевал. Потому что рассматривал как подозреваемых основной состав работников, и не сразу обратил внимание на лаборантов. Моет там колбы, пробирки и чашки Петри какая-то невнятная кошелка, ну, и пусть занимается своим делом, какой интерес она может представлять для него и его расследования?

Но потом Арсений принюхался получше и буквально «сделал стойку». Оборотень! Что здесь делать оборотню? А, главное, почему он не может по запаху точно определить ее клановую принадлежность? Это кто-то не крупный… но кто? Не куницевые, не медвежьи, псовые вообще отпадают в полуфинале… кошачьи? А какой именно клан кошачьих? Почему он не находит в своей памяти аналога ее запаха?

Но зато может точно сказать, что если кто и мог вынести нужные штаммы из лаборатории, то именно эта неприметная тетенька. С ее ловкими, пожалуй, слишком ловкими пальцами.

Но вот тут Арсений забуксовал. Допустим, он установил кто это делал. Допустим, он догадался как это было проделано. Оставался последний вопрос – причина, по которой скромная лаборантка пошла по трупам. А вот с этим был затык, ну не мог Арсений представить себе причину по которой, например, он сам бы собрался принимать участие в массовых убийствах своих же собратьев по обороту, ну, не укладывалось у него такое в голове!

А у нее получилось, ты смотри… как же ее «вскрыть»? Арсений завершил командировку, и в свой заслуженный отпуск снова вернулся в Ростов. Снял квартиру и приступил к скрытному изучению родственников и знакомых подозреваемой лаборантки. Скрытному, потому что не хотелось ему пока ни с кем делиться своими выводами, чувствовал он, что кроется там какая-то тайна, тяжесть которой еще надо будет постараться вынести.

И через две недели он смог суммировать свои наблюдения. Итак, что у нас есть? У нас есть неприметная тетенька-вдова. Совершенно асоциальная личность, не контактирующая практически ни с кем, кроме сослуживцев и родных. У тетеньки имеется дочь Елена, у которой в свою очередь, двое детей, дочь Любовь, прижитая неизвестно от кого и сын Павел, рожденный в браке с обычным человеком. И больше ничего. Ни единой зацепки. Ни единого странного знакомства. Ни единого намека на то, с чего вдруг эта старая грымза могла начать убивать соотечественников.

И что он может ей предъявить? Только то, что они старательно избегают общаться с другими клановыми?

А есть ведь еще не проясненная клановая принадлежность семьи, которая до сих пор оставалась под вопросом. Никак не получалось у Арсения определить конкретное семейство кошачьих, к которому они принадлежали, сколько он не пытался в транспорте как бы случайно принюхаться к не знающей его в лицо дочери Елене. С другой стороны, никакой сильный клан за ними не стоит, успокаивал он сам себя, так, какие-нибудь мелкие кошки, которые даже вступаться за удравшую соотечественницу с потомством не соберутся.

Арсения разбирали одновременно злость и азарт. Вроде все на виду, а как ее ухватить? Скользкая как рыба-ведьма… Ну, положим, кое до чего он додумался… но все это не более, чем догадки. Однако если он правильно рассчитал, больше всего она боится не столько наказания, сколько огласки, а вот на этом уже можно сыграть. Ну, и на любви к ближним, чего уж там…

Только ему придется пойти в прямую атаку. Интересно, с учетом ее картежного прошлого, насколько хорошо ей знакомо понятие «блеф»? И насколько она способна ему противостоять? Вот и выясним.

И следующим вечером он перехватил лаборантку Вайцевадзе Нину Ивановну на полпути к ее дому. Нет, он не стал таиться по подворотням, зачем? Он догнал и окликнул ее в Покровском сквере, место людное, отовсюду просматриваемое, никто не удивиться тому, что двое граждан вознамерились мирно побеседовать на скамеечке.

Пока мирно. А там уж как пойдет.

Тетенька его узнала и не удивилась желанию поговорить. Может чуть крепче сжала губы, но кивнула и молча расположилась на краешке скамьи. Мол, начинай, а я послушаю тебя, проверяющий из университета. Правильно себя ведет, мысленно одобрил ее тактику Арсений, чего раньше времени дергаться, сначала надо выслушать, чего от тебя хотят, а только потом выбирать свою на чужие слова реакцию. Он тоже выбрал край скамейки, но противоположный, не собираясь садиться близко к этой опасной даме, не то, чтоб он подозревал, что она постоянно таскает с собой в кармашке пиджака контактный яд, но… мало ли?

И, тщательно подбирая слова, рассказал ей о незавидной судьбе двух кланов двуипостасных. Как пострадали в Астраханской области от холеры члены клана Азиатских шакалов, как вымер от чумы клан Монгольских волков в деревне Казариновке, и какие именно болезни на них обрушились. Нина Ивановна Арсения внимательно выслушала, но никак его речь не прокомментировала. Как сидела с медной мордой, так и продолжала сидеть, всем свои видом демонстрируя не заинтересованность в чьей бы то ни было судьбе. Непробиваемая, типа… ладно, зайдем с козырей.

- И ведь как интересно получается, уважаемая Нина Ивановна, что потравлены эти кланы оказались продукцией именно Вашей лаборатории!

Та только презрительно на него посмотрела. Действительно, с чего ей начинать каяться и посыпать голову пеплом? Доказательств-то нет! А если нажать посильнее?

- Я вам больше скажу, почтеннейшая, как по мне, именно Вы озаботились доставкой нужных штаммов к чем-то не угодившим Вам кланам! И действовали на зависть любому диверсанту. В поселении Шакалов Вы отравили какой-то общий источник питьевой воды, а в Казариновке предпочли выпустить зараженных крыс. Соберись я их уничтожать, наверное, и сам бы так же действовал.

Нина Ивановна даже не дрогнула в ответ на обвинение, только иронично приподняла левую бровь, мол, какую еще небылицу поведаешь?

— Вот я и думаю, какое нынче предусмотрено наказание за массовые убийства согласно УК РФ?

Собеседница молча поднялась со своего места и собралась уходить.

- Вы зря так торопитесь, Нина Ивановна, - ласково промурлыкал Арсений, - Вы не обратили внимания, где мы с Вами находимся?

Та только удивленно на него посмотрела. Ну да, она может об этом не знать…

- За Вашей спиной проходит улица Суворова. На которой расположен приемная отделения Арбитров в Ростове. Вы не хотите общаться со мной, что ж, это Ваше право, но тогда я прямо сейчас обращусь к ним и передам им всю собранную на Вашу семью информацию. А игнорировать Арбитров у Вас не получится. Это пока еще ни одному представителю клановых не удавалось! Впрочем, я не собираюсь Вас задерживать, с кем Вам общаться – это только Ваш выбор!

И спокойно откинулся на спинку скамейки. Не хочет она с ним откровенничать, да и пусть ее, громкие дела об убийствах, к которым имело отношение их сообщество, все равно всплывают, хотя бы в виде слухов, так что рано или поздно он сумеет удовлетворить свое любопытство. А вот ей и ее родственникам придется ой как не сладко. Арбитры в такие дела вцепляются зубами посильнее бойцовых собак. И наказывать умеют соответственно проступку. Поэтому Нина Ивановна, подумав о последствиях, уселось на прежнее место, и даже соблаговолила сквозь зубы процедить вопрос о том, чего ему надо.

- Ну как что?! Я хочу знать мотив такого изничтожения псовых. Так-то мне на них плевать, но уж очень интересно, чем они Вам так не угодили! Если Ваша причина мне покажется уважительной, я, может, и не пойду на Вас «стучать». Вдруг они Вам и впрямь задолжали, так чтоб даже шкурками не расплатиться…

- Я вам расскажу… но, если можно не сейчас. Мне нехорошо…

И тут Арсений разозлился. Не сейчас! Да она его не иначе как за лохобана чилийского держит! От которого можно так просто отвязаться простым «не сейчас» и понестись организовывать отъезд семьи куда подальше. А если и встретиться с ним, то только затем, чтоб угостить его перед своим побегом, например, мышьяком или цианидом.

— Значит так, драгоценнейшая, - отбросил Арсений политесы, - Вы, кажется, до сих пор не поняли, что Ваша очередь решать, что и когда Вы будете делать, не то уже прошла, не то еще не наступила! Поэтому либо Вы беседуете со мной, причем прямо сейчас, либо с Арбитрами, но через час. Выбирайте.

- И, кстати… - не мог не предупредить он явно задумавшуюся над чем-то собеседницу, - копия материалов осталась у меня в клане, поэтому если со мной произойдет нечто фатальное, и я не перезвоню домой в оговоренное время, конверт с компроматом на Вас будет вскрыт, и Вы получите себе на хвост кроме недовольных Арбитров еще и разозленный клан Уральских медведей.

Он прямо видел, что бабку знатно корежит, но сочувствовать ей не собирался. Убивать силенок хватило, значит и с ним побеседовать сумеет.

И недовольной Нине Ивановне пришлось поведать ему и о необычной наследственности женщин клана Призрачной рыси, способными к передаче наследникам лучших качеств предков отдельной семьи по мужской линии, и о желании некоторых оборотней завладеть таким преимуществом, и о злосчастной судьбе ее клана, и о том, какую роль в этом сыграли Тибетские лисицы, Азиатские шакалы и Монгольские волки. А также о том, что выбранные ею специальность и работа как раз и дали ей шанс поквитаться с теми, кто уничтожил когда-то всех ее родных.

Выговорившись, она замолчала, а Арсений задумался. Он пока еще не сообразил, что конкретно по этому поводу следует предпринять, но некие интересные идеи по поводу услышанного уже крутились у него в голове. Наследственность Рысей – она же на вес золота, да какое золото, на вес бриллиантов! И если он не сваляет дурака…

И Арсений принял решение. Которое и озвучил собеседнице. Он промолчит и не пойдет к Арбитрам, но! Во-первых, она прекратит свою мстю и не тронет Лисиц, даже если уже успела упереть из лаборатории подходящую отраву. Во-вторых, она представит его своей семье как сослуживца и будет всячески нахваливать при визитах. И втолковывать всю выгоду от присоединения ко второму по силе в России клану. Как-то же она сумела в свое время объяснить дочери необходимость скрытного продолжения рода Рысей? Вот теперь она наверняка сумеет найти нужные слова, чтобы объяснить внучке преимущества официального продолжения рода в сильной общине. Чтобы через четыре года, когда Любови Петровне Пинс исполниться восемнадцать, он мог жениться на ней.

Бабка ожидаемо не пришла в восторг и посыпались возражения.

Во-первых, шипела она, почему это прекратить мстить? С остальными же получилось и только заварившие эту кашу Лисицы еще не получили свое!

Да потому, объяснил Арсений, что два случая массовых смертей уже имели место, стоит произойти третьему, и это превратиться из случайности в систему. А сообразить кому выгодно, ну, или приятно устроить неприятности кланам, приложившим руку к исчезновению клана Призрачной рыси, большого ума не надо! Вот тогда визита Арбитров к их семье точно не избежать.

А, во-вторых, пузырилась бабка, с чего он решил, что его в их семье прямо ждут в качестве мужа для единственной внучки? Может, она себе кого помоложе найдет?

Ах, ты ж, зараза переборчивая! Арсений почувствовал, что медленно, но верно закипает. Сказать или спросить хотелось много чего.

Например, как Люба собирается находить двуипстасного в условиях скрытного существования своей семьи? Так как ты когда-то нашла, чтобы максимально быстро овдоветь? Или как твоя дочь, которая вынуждена была заводить ребенка неизвестно от кого, а потом прозябать с человечишкой? И знать, что ее сын как полукровка никогда не сможет ужиться с клановыми? И такую же судьбу она заранее уготовила внучке?

Или попытка от него отделаться, намекая на разницу в возрасте, Нина Ивановна действительно полагает, что она сейчас пофыркает и Арсений немедленно устыдится и не использует имеющую у него информацию, а отпустит ее вместе с членами семьи на все четыре стороны по доброте душевной? Дав им право выбора и упустив такой шанс? Да она что, наивная или и впрямь дура?

И не собираясь сдерживаться, рыкнул, не приходит ли ей в голову, что, если бы сейчас здесь был не он, а кто-то у кого «крыша» из тех, кто стоит ближе к руководству клана, с ней бы вообще бесед не вели?! Ее саму сдали бы людишкам, а судьбу что дочери, что внучки решили бы всем миром.

Так, как посчитали бы правильным. Для себя.

И просто возможности выбора мужа из сильнейших кланов, как когда-то для нее, для них может и не быть! Зато превращение в инкубатор с насильственным оплодотворением от наиболее перспективных самцов некой общины – вот этот вариант куда более жизненный. Во искупление, так сказать, грехов бабули-отравительницы. Она очень хочет на старости лет увидеть расписанную заранее очередь к своим дочери и внучке с членами наперевес?!

А, хотя нет, с сожалением протянул Арсений, вот как раз этого она-то не увидит. Просто не успеет. Потому что Арбитры к тому времени успеют не только вынести ей приговор, но и привести его в исполнение.

Кажется, только сейчас до Нины Ивановны дошел весь ужас ситуации, потому что принцип «жизнь за жизнь» существовал у двуипостасных всегда, и вариант насильного восполнения поголовья уничтоженных ею оборотней за счет дочери и внучки мог оказаться более чем вероятным. При этом предъявлять претензии за уничтожение ее собственного клана было особо некому… об чем она в свое время сама же и позаботилась.

С какой же ненавистью она посмотрела на Арсения! Понять ее было можно, жила бабулька себе тихо, радовалась успехам своего мини-клана, мстила потихоньку обидчикам, а тут нарисовался какой-то хрен с горы и с места в карьер начал требовать еще не подросшую внучку в жены, в противном случае шантажируя ее тем, что сообщит о ее художествах сообществу оборотней.

А дело-то, похоже, не только в этом, иначе почему она так дергается? До Арсения неожиданно дошло, что скорее всего ни дочь, ни тем более внучка не в курсе того, как именно Нина Ивановна обошлась что с Волками, что с Шакалами. И если она сама готова ответить за свои действия, то перспектива перекинуть ответственность на родственниц ее не прельщает. Она ее страшит. А еще больше ее страшит, что они однажды выяснят степень кровожадности своей мамули и бабули.

Да при дополнительной угрозе проговориться семье она у него шелковая сделается! Мягонькая, как ошпаренная. И постарается внушить что дочери, что внучке, самое к нему положительное отношение! А насчет разницы в возрасте, которая ей не нравится… пятнадцать лет для перевертышей – это не разница в возрасте. Это гарантия крепости будущего брака. И вот еще аргумент:

- Нина Ивановна, а Вы не задумывались о том, что Ваша внучка по возрасту находится на пороге своего первого оборота? И Вам чуть не завтра придется ей как-то объяснять кто она и почему ей нельзя общаться с себе подобными! Вы сами откололись от клановых, это был Ваш выбор. Вы загнали в подполье дочь, потому что не хотели ей своей судьбы, принимается. Но почему Вы возражаете сейчас, когда для внучки появилась возможность нормального легального существования среди своих?

Бабка начала что-то бухтеть насчет опасности в случае опознания и повтора давней ситуации с ней самой, что Арсений расценил как склонность к выбору правильной тактики, но неумению стратегически мыслить.

И ведь этой эгоистичной бабке даже в голову не приходит, что проблемы с легализацией неучтенной Рыси будут как раз не у Любы, а у Арсения! Если он не хочет общеклановой драки, как это уже было за последнюю Призрачную рысь, ему придется это обстоятельство скрыть, и представить общине Любу потомком кого-то из обычных кланов Рысей, Байкальских или Алтайских, это еще предстоит обдумать. Нет, дело не в запрете на смешение крови с кланами других двуипостасных, этой глупостью давно никто не заморачивается, наоборот! Памятуя о том, что они второй по силе клан в России, медведи как раз привыкли с некоторым пренебрежением посматривать на взятых в клан представителей других, более слабых перевертышей. Так что это ему за эти четыре года придется попотеть, чтоб доказать свой статус и свое право привести в клан заведомо менее сильную самку.

А уж если кто-то докопается до того, что он знал о проделках этой мстительной старухи Шапокляк и молчал, покрывая ее! Такое не одобряется не то, что людишками, а паче того, двуипостасными! Если резня в клане Рысей когда-то была воспринята сообществом оборотней как внутриклановая войнушка, унесшая жизни с обеих сторон, то в этом случае и оснований для вмешательства и наказания и без того мощно прореженных кланов Волков и Шакалов никто не усмотрел. И действия Нины Ивановны по их уничтожению в этом случае с точки зрения правоохранительных органов могут трактоваться однозначно: как злостный геноцид. Наказание за который положено по верхней планке закона страны.

Да черт бы с ним, с их УК РФ, хрен эти людишки что докажут, но вот реакция клановых на его молчание может оказаться для него на редкость неприятной, вплоть до изгнания в резервацию в звероформе. Впрочем, для этого им следует разнюхать все обстоятельства, а ни он, ни эта Рысь, трясущаяся за свою шкурку, точно не проболтаются. А там, с течением лет, она и помереть может… как тот ишак Ходжи Насреддина, и никого, посвященного в эту тайну, кроме него не останется…

И Арсений сразу предупредил ее, что после свадьбы он заберет Любу к себе в клан, и настоятельно попросил бы, чтоб остальные члены ее семьи продолжали смирно сидеть в Ростове и не лезли в их совместную жизнь!

Бабка что-то залепетала о невозможности разлуки и желании лицезреть кровиночку, но Арсений на провокацию не поддался:

- Мадам, вы не луковица, не ждите, что я над вами расплачусь!

Ему в семье только сентиментальных убийц не хватало!

Кроме того, его интересовал еще один вопрос. Если он правильно понимает, чтоб не терять преимущества генетической составляющей, и сама Нина Ивановна, и ее дочь Елена когда-то заводили детей именно от оборотней. А не будет ли уважаемая собеседница любезна просветить его, из каких кланов были любины что дед, что отец? Не то, чтоб Арсений горел желанием копаться в их прошлом по причине излишнего любопытства, но сейчас речь идет и о его будущих детях, поэтому хотелось бы заранее понять, какая у них может оказаться наследственность.

Ах, кавказский барс в роли отца Елены! Это приемлемо. А Елена кого нашла? Мужчинку-хорвата из клана Евразийских рысей? Где ж она так умудрилась? На Олимпиаде-80? И что, он прямо так и гулял по столице? Ах, он был одним из тренеров команды Югославии, поэтому обладал определенной свободой передвижения по Москве в отличие от спортсменов с их строгим режимом. Тоже неплохо…

В чем-то даже иронично получилось, хмыкнул Арсений, пока дочь ищет в столице самца кошачьих для продолжения рода, ее матушка старательно травит обидчиков в Забайкалье. В смысле, в одном месте прибыло, зато в другом убыло. Был бы он циничнее, выдал бы сейчас что-нибудь о соблюдении закона равновесия в природе. Пусть и в несколько исковерканном виде.

Он понимал, что проблема легализации Призрачной рыси одним замужеством за членом не самого слабого клана в стране не решается. Даже годами скрывая любину звероформу, он однажды столкнется с неизбежностью проявления этой формы у дочери, которая в их браке появится первой, вот тогда и начнутся проблемы устройства ее будущего, но пока до этого неприятного момента оставалось хороших двадцать с лишним лет, а потому он решил беспокойство на сей счет отложить. Пока.

Ему и без того есть о чем волноваться.

— Значит, завтра вечером я прихожу к Вам на ужин для официального знакомства, и Вы представляете меня семье как сослуживца и рекомендуете с самой лучшей стороны. – уточнил Арсений порядок действий для Нины Ивановны. - По основным вопросам мы договорились?

Бабулька неохотно кивнула. Тем не менее, она еще пыталась трепыхаться и требовала каких-то там гарантий. Но под его насмешливым взглядом замолчала, потому что сообразила, что по итогу ее действия сильно напоминают попытку натянуть хищную ночную птицу на трехмерную модель планеты. Причем, попытку достаточно беспомощную.

И знакомство с семьей Нины Ивановны на следующий день прошло на высшем уровне. Хозяйка дома была радушна и гостеприимна. Ее дочь обрадовалась случаю развеяться и пообщаться со свежим человеком из знакомого ей медицинского мира. Дети демонстрировали знание столового этикета, воспитанность и умение не вмешиваться в разговоры взрослых. Сам Арсений был остроумен, но при этом тактичен и предупредителен.

Пожалуй, только человеческий муж Елены чувствовал себя несколько сковано, но это никому не испортило настроения. А Любу гость сумел разговорить, аккуратно задав вопрос о ее планах после школы. Та сама не заметила, как выложила мечту о поступлении в тот же Ростовский государственный медицинский университет, где когда-то училась ее мать.

Арсений всемерно поддержал эту идею и даже пообещал со своей стороны поискать в научном мире знакомства среди ростовчан, чтоб отыскать материалы, по которым следует готовиться. А там, глядишь, отыщется кто-то, кто и со сдачей экзаменов сможет ей поспособствовать…

После этого Люба начала смотреть на него с восхищением, чего Арсений, собственно, и добивался. Так что расстался он с семьей будущей жены на самой приятной ноте, получив приглашение бывать у них почаще. И потом, наезжая в Ростов каждые два месяца, продолжал понемножку приручать к себе юную девушку, демонстрируя ей свои исключительно положительные стороны.

Качественный прорыв в их отношениях произошел в момент ее первого оборота.

Нет, ее бабка и мать внимательно отслеживали изменения в организме девушки, и при первых же признаках проявления второй ипостаси немедленно вывезли ее на дачу, где на такой случай был выкопан подпол, но… обернуться-то она обернулась, а вот обратно не у нее не получалось никак. Так она и сидела в выкопанной яме, отказываясь от еды, и выла от ужаса.

И тогда Нина Ивановна в панике позвонила ему. Арсений примчался так быстро, как только смог, матерно выругал любиных бабку с матерью за непредусмотрительность, и решительно полез в подземелье в звероформе. Он-то понимал, что человеческая ипостась сейчас может сыграть против него, Люба ему в ней не поверит, попросту не признает и порвет на ленточки для бескозырок, а с медведем этот номер не пройдет. Он ее, если что массой придавит, не дав совершить непоправимого.

И пока ее рысь не успокоилась, его медведь сидел, обнимая ее, как большой и теплый плед. И даже уговорил попить. А потом и поесть. А потом вернуться обратно в человеческую ипостась. И выбравшись с измученной этими перипетиями девушкой на руках обратно из-под земли, Арсений строго предупредил ее родственниц, что теперь он сам будет объяснять своей невесте возможные будущие расклады, раз уж на них самих положиться не получается.

И завернув ее в теплый халат, а поверху еще и в шерстяное одеяло, он, укачивая получившийся сверток, мягко изложил ей варианты ее будущего.

Нет, всего он ей, разумеется, не выложил. Но то, что касается ее происхождения и генетической составляющей, утаивать не стал. Равно как и возможные осложнений в случае обнародования ее принадлежности к клану Призрачной рыси. Конечно, она может пропрятаться всю жизнь, как ее бабка и мать. Но если вспомнить о том, что самый простой способ что-то спрятать – это положить на самое видное место, то он предлагает ей наглый, но вполне реальный выход из подполья. Для чего ей следует принять его предложение лапы и сердца.

И ждут ее тогда сплошные плюсы. С его помощью она поступит в свой РГМУ, откуда после свадьбы переведется к нему под крыло в медицинский университет Новосиба. А уж он позаботится о том, чтобы с учебой и карьерой у нее все сложилось наилучшим образом. И потом… ей не придется в тайне искать возможного партнера для полуподпольного оплодотворения, не придется скрываться от своих собратьев по крови, не придется повторять одинокую судьбу своих родственниц.

Минусы есть, но их не так много, как кажется. Ну, придется ей свести контакты с матерью и бабкой к минимуму. Ну, не придется ей публично оборачиваться при клановых, и что с того? Зато у нее будет устоявшаяся жизнь в прекрасных условиях. И сыновья у них, с учетом способности Рысей к передаче наследникам лучших качеств предков семьи по мужской линии будут самыми сильными медведиками среди сверстников. Что позволит им выбрать себе когда-нибудь самых привлекательных партнерш.

А дочь… даже с учетом ее происхождения можно будет что-то придумать. Тем более, что думать придется не прямо сейчас, а через хороших лет двадцать. Неужели она не заслужила двадцать лет спокойной и сытой жизни? Когда не придется оглядываться и бояться?

Дурой Люба, несмотря на молодость, не была. И предложенные ей преимущества оценила правильно. В конце концов не каждой пятнадцатилетней девчонке предлагают не вульгарный быстрый перепихон, а руку и сердце взрослый солидный мужчина. Вполне себе симпатичный. С положением. Со статусом. С перспективами. Готовый помочь с устройством на учебу и ее дальнейшей судьбы. Вытащивший, кстати, ее из оборота, когда облажались мать с бабкой.

И Люба сказала «да». Она подождет до своего восемнадцатилетия и выйдет за него замуж.

А пока Люба росла и взрослела Арсений тоже не сидел сложа руки. Теперь, имея конкретную цель, он должен был продвинуться в клане как можно выше, чтоб его действия вызывали у главы их общины не вопросы, а исключительно одобрение. И он приложил все усилия, чтоб его работы заметили в научном мире. В ближайшем будущем он намеревался заменить своего научного руководителя Валерия Ильича на посту заведующего кафедрой, а для этого следовало для начала защитить докторскую. И опубликовать по ее теме несколько статей и монографий.

Поэтому он удвоил и утроил старания по продвижению на факультете и на внешних конференциях своих идей о реформировании подходов к созданию новых лекарств. Будущие дивиденды стоили потраченных сейчас сил. Своего он добился, имя Арсения Викентьевича Гордеева начали произносить с уважением и прочить ему в будущем основание собственной научной школы.

Видимо поэтому, когда летом 1999 года, после отдыха в Сочи, Арсений вернулся домой с молодой женой, списав все на внезапно вспыхнувшую на юге страсть, никто не рискнул его осуждать. Мало ли кому страсть в голову не ударяла? Тем более, что Любовь Петровна Гордеева, в девичестве Пинс, была невероятно хороша: юная, трепетная, очаровательная, и тоже влюбленная в своего тридцатитрехлетнего мужа.

И уж тем более никого не удивил перевод Любови Петровны из РГМУ на учебу в Новосибирский государственный медицинский университет. Не учиться же ей не понятно, где, когда можно это делать на факультете у мужа?

А меньше, через год после свадьбы Люба родила дочь, названную в честь матери Арсения Екатериной.

Все попытки ростовских родственниц навестить и поздравить его жену и дочь Арсений пресек в зародыше. Он жестко напомнил им о невмешательстве в их жизнь, но пообещал, что Люба с ребенком приедут к ним сами, как только Катя чуть-чуть подрастет. Обещание сдержал, и в августе 2000 они втроем навестили Ростов. И тут перед Арсением встал интересный филологический вопрос. Ну ладно любины мать и отчим, они ему, получается, приходятся тестем и тещей, а как правильно называется бабка жены? Пратеща? Или нет?

Задавать этот вопрос самой Нине Ивановне он не стал. Обидится еще, кошелка старая… бухнет от души стрихнинчику ему в вишневый компот… нет уж, лишнее это. Он и про себя на сей счет похихикать может.

Их с Любой жизнь постепенно вошла в размеренную колею, жена закончила НГМУ и через три года после Кати родила Артема, потом Матвея, потом Даниила. Сам Арсений к этому моменту успешно защитил докторскую, стал заместителем заведующего кафедры и неспешно продвигался к тому, чтобы исполнить свою задумку насчет поста завкафедрой, но одна неприятная мысль никуда из подсознания деваться даже не думала. Наоборот, с каждым годом она вела себя все нахальнее и назойливее. Что он будет делать, если обнаружится принадлежность Кати к Рысям? Вернее, не если, а когда.

А их дочери было уже десять лет.

И момент ее первого оборота был уже не за горами.

Только сейчас Арсений в полном объеме осознал прошлые терзания ныне покойной пратещи и даже посочувствовал бы ей, если бы она давно не покоилась на ростовском кладбище. Он уже начал прикидывать, как будет действовать, когда Катя явит миру свою ипостась и на нее начнут претендовать клановые. Самым простым вариантом ему представлялся договорной брак с представителем сильного клана из первой десятки, причем было понятно, что самим Уральским медведям ее не оставят, посчитав, что свои сливки с особенностей Рысей по причине наличия у них Любови их клан уже снял. Так что извольте поделиться!

Так что как ни крути, а им скорее всего когда-нибудь придется с дочерью расставаться. Единственное, чем он мог своему ребенку помочь, это заранее закалить ее перед переездом в другой клан. Причем закалить как физически, так и психологически. И скормив Кате более-менее приемлемую байку о необходимости дополнительной подготовки, он начал ее втихаря тренировать. Нет, кое-что для окружающих было выложено на поверхность: акробатика и плавание. Но вот стрелять из арбалета и ружья он ее учил, уводя подальше в лес. А в секции самообороны она занималась под чужим именем. И там им преподавали как техники релаксации, так и учили управлению эмоциями и развитию стрессоустойчивости.

Арсению казалось, что он предусмотрел все, что мог, но беда подкралась откуда не ждали. Беда носила имя Никодим Колычев. Его же ровесник и член клана, который предпочел в свое время получить юридическое образование, и двинул впоследствии по практической части. Наработав опыт по осуществлению рейдерских захватов предприятий, Дима потихоньку пригребал под себя и под клан все больше производств в Новосибирской области. И такой заимел в клане авторитет, что к сорока пяти годам занял место заместителя главы их общины.

Допустим, на его растущий авторитет Арсению было все равно, но вот протащенные им предложения, поддержанные главой общины, заставили его испугаться. Дима предложил больше не отдавать слабых девушек-медведиц в чужие кланы, а оставлять их себе в качестве дополнительного ресурса. Им была уготована судьба даже не вторых жен, а наложниц, годных только для производства запасных потомков. Нет, сама система гаремов в кланах в случае гендерного перекоса новостью не была, случалось такое, что после войн при нехватке клановых мужчин у одного самца образовывалось несколько самок, но нынче же не война. Тогда зачем ему такое нововведение?

И Арсений догадывался зачем. Вернее, почему.

Еще когда он привез с югов юную Любовь, Никодим уже тогда начал на нее облизываться. Даже намеки всякие кидал, а не поторопился ли он со свадьбой, а не хочет ли он развестись, а не кажется ли Любе, что ее судьба вовсе не этот погрязший в науках книжный червь, когда рядом есть весь такой красивый он.

И ведь даже наличие у него семьи его не остановило. Как еще не начал шипеть Любови в след «Моя прелесссть!» не понятно, хотя, может, он и это проделывал, когда его никто не видел.

Арсений ему, понятно, напомнил, что ждет любого кланового, покусившегося на жену сородича, и Колычев временно отступил. Но поглядывать на Любу не перестал. А когда начала входить в возраст Катя, перенес свой интерес на нее, и начал выжидать. Арсений догадывался, чего он ждет. Он надеялся, что Катя унаследует ипостась Любы. Арсений потому за дочь и боялся, что знал, что она ее точно унаследует! И в момент первого ее оборота всем станет понятно, что она не медведица! А, значит, подпадает под сформированное Никодимом определение слабых самок, пригодных только для гарема. И понять, чей именно это будет гарем – большого ума не надо!

Арсений пробовал до него достучаться, напоминая, что такая его активность обязательно привлечет внимание Арбитров и начнется разбирательство:

- Ты понимаешь, что это злостное нарушение традиций двуипостасных?

- А в морду? – ласково поинтересовался Колычев, чувствуя поддержку главы.

И Арсений с не меньшей лаской оскалился в ответ, намекая, что хозяин морды в долгу не останется и вернет присланное ему с процентами. Но это ничего не изменило.

А время шло.

Арсений утешал себя тем, что все не так страшно, что в нужный момент он откроет клану правду, и присвоить себе единственную на свете Призрачную рысь Колычеву не позволит клан… но судьба преподнесла ему новый удар.

В момент первого оборота из Кати не получилась рысь. То, что пищало на полу, больше всего напоминало барханную кошку. Даже, скорее, ее котенка.

Нет, они с Любой от этого не разлюбили свою единственную дочь! Но поняли, что теперь им никто не поверит, даже если они расскажут правду о ее происхождении. А отдавать ее Колычеву они тем более не планировали. Значит, следовало искать новый выход из положения.

И Арсений его нашел. И, вернув Катю из оборота, объявил жене с дочерью, что Кате придется умереть. Но, посмотрев на их ошарашенные лица, успокоил, что не по-настоящему. Но для всех в клане – обязательно. Ему пришлось подождать пока они нарыдаются, Катя боялась сбегáть в неизвестность, Люба боялась за нее, но потом ему надоело, и он прямым текстом, не выбирая выражений, объяснил им какая именно жизнь ждет Катюшу на цепи в небезызвестном ей коттедже. Если не удрать.

Это кое-как подействовало. Катя разозлилась, Люба подуспокоилась. Потребовав от своих дам молчать о неудачном обороте, Арсений начал действовать. У него почти не было времени, но все-таки оно было. И он постарался успеть сделать все, чтобы грамотно обставить «смерть» дочери.

Собственно, с этим-то при его профессии проблем не было. А вот как обеспечить ей надежное укрытие в дальнейшем, он пока точно не знал. Но уже начинал прикидывать варианты.

И первым шагом стало посещение секретариата факультета. Кто-то когда-то правильно подметил, что именно там работают люди, посвященные во все местные секреты. Сегодня Арсения интересовал только один из них: папка с обращениями граждан, жаждущих получить экспериментальное лечение в рамках полиса ОМС.

Бывают случаи, когда некие недуги не лечатся имеющимися препаратами. Ну, не придумали пока против них ни микстур, ни таблеток. А в случае орфанных заболеваний никто особо и не торопился придумывать лекарства, поскольку на это не выделялись деньги. Но зная, что прототипы будущих снадобий уже находятся в стадии разработки, потерявшие надежду люди соглашаются, чтоб на них испытали даже незавершенные лекарства, с неизвестными побочными эффектами, только бы прожить еще немножко.

Конечно, это запрещено.

Разумеется, это строго карается.

Понятно, что нарушившему это правило не поздоровится.

Но… те, кто хотят жить все равно будут пытаться убедить изготовителей лекарств испробовать на них то, что может продлить их дни. Потому что они еще не все сделали для детей и внуков. Потому что они не успели завершить некую важную работу. Потому что они еще не прожили отмеренное им время и хотят жить! Жить!!!

Поэтому черт с ними, с побочками, только пустите их испытать новый препарат на себе! Они подпишут любые документы, они согласны даже шерстью или листвой обрасти, но живыми!

Именно эти обращения, адресованные в возглавляемую им экспериментальную лабораторию, интересовали Арсения в первую очередь. Из наиболее перспективных кандидатов, против болезней которых существовали почти готовые препараты, разработанные в его подразделении, он отобрал троих. Но подумав, отмел первых, однокомнатная квартира в Ханты-Мансийске не отвечала его планам. А еще подумав, отмел третьих, из Тюмени, у них были дети, внуки и еще прорва родственников на их жилплощади. А вот вторые… здесь все было куда более радужно. Вернее, перспективно.

У этой семьи пенсионеров наличествовала четырехкомнатная квартира в Кемерово. Пара была бездетной, какой-то там многоюродный племянник не в счет. Вот с ними уже можно было разговаривать. И он первым же рейсом вылетел к ним.

Пара оказалась понятливой, и готовой к диалогу. Он еще не успел покинуть их квартиру, как глава семьи уже размещал в Интернете объявление о продаже их жилплощади. Причем они заверили его, что провернут все это в максимально сжатые сроки. Что ж… они честно заслужили свою первую упаковку ампул. И постараются заслужить их набор на весь курс инъекций.

Любу с Катей он отправил на это время в пансионат «Луговичок», славившийся своими СПА-услугами, строго наказав выключить телефоны заранее. Не следовало им в поселке клана маячить, пока он все не устроит.

Следующим шагом стали документы. И вот тут Арсений порадовался правильному выбору профессии в свое время. Кто ж будет ссориться со врачом? Годы идут, болезни атакуют, а здоровье – оно одно. И если тебе не к кому обратиться, так и помрешь без помощи. А если тебе когда-то помогли, ты такому человеку останешься по гроб жизни обязан, и долг постараешься отдать. Ибо мало ли как дальше жизнь сложиться? Вот к одному такому должнику Арсений и отправился.

Хорошо, что до России не докатилось эта дурацкая мода называть милицию полицией, хотя и нашлись идиоты, вносившие такое предложение в Государственную думу. Чем думали, спрашивается? Одно дело, родная милиция, старательно берегущая покой граждан, и совсем другое – какие-то полицаи, отношение к которым еще не забыли со времен Великой Отечественной войны.

Так вот, за начальником одного из отделений милиции Лисицыным был должок. Когда-то Арсений спас ногу его сыну, а Макар Пантелеевич был не из тех, кто добра не помнит. Сейчас ему предстояло рассчитаться за прошлую услугу, потому что Арсению требовался паспорт. Причем не абы какой, а женский. Да еще на особу очень определенного возраста и статуса, которую не будут искать.

И Лисицын не подвел. В ответ на его просьбу он подумал и, не задавая лишних вопросов, сел на телефон. Уже через час у Арсения был нужный документ и адрес морга, где следовало забрать труп.

Третьим шагом была договоренность со знакомыми патологоанатомами, которые без звука выписали ему и протокол вскрытия, и собственно свидетельство о Катюшиной смерти от травмы после падения с высоты. Купить гроб и арендовать катафалк при наличии таких бумаг уже проблемы не представляло.

Потом были долгие переговоры с директрисой одного из детских домов в Бердске, которая тоже была ему кое-чем обязана.

После этого уже можно было смело звонить в Кемерово и давать людям отмашку на вылет.

Последним шагом стал визит в крематорий, где служащие за три такие славные голубовато-зеленые бумажки с номиналом «100» согласились предать огню гроб с телом Гордеевой Е. А. вне очереди.

А в Толмачево уже приземлился рейс из Кемерово, и одна немолодая семейная пара направилась прямиком в бердский детский дом, где ударными темпами прошло оформление документов по удочерению ими некой Аглаи Игнатовны Стародубцевой с переменой ей фамилии и отчества. На рейс в Москву в сопровождении приемных родителей садилась уже Аглая Михайловна Старжич.

А Арсений с Любой вернулись в поселок «Морская тишь» и объявили сидящим с няней сыновьям о смерти сестры. Им не хотелось причинять боль мальчишкам, но и сказать им правду было нельзя. Артему двенадцать, Матвею девять, Даниилу пять, кто может дать гарантию, что они не проболтаются? Лучше пусть сейчас отплачут, но не дадут лишнего повода для подозрений.

Конечно, Арсению дали отпуск на работе. Конечно, им помогли купить участок на кладбище и даже выделили материальную помощь от общины. Конечно, им все сочувствовали.

А нет, не все. Никодим Степанович Колычев вместо сочувствия прибежал и устроил скандал. Не поверил он в катину смерть и угрожал вывести семью Гордеевых на чистую воду. Правда, остальная община подвергла его осуждению, но таким толстокожим на чужие чувства, как правило, наплевать.

Очередные коробки с ампулами «метапротеина-LF-4» регулярно передавались в столицу через одного из пациентов, который исправно приезжал на процедуры в их экспериментальную лабораторию, и был не в курсе что именно, кому и зачем он возит. Попросил врач, он передаст, не проявляя излишнего любопытства.

А самому Арсению оставалось только надеяться, что он все сделал правильно, и Катя сумеет выжить и вырасти, пусть и вдали от них. Он даже жене не сказал, ни как ее теперь зовут, ни куда он ее отправил, полагая правильной поговорку «знают двое, знает и свинья». А их дочь Екатерина умерла, и все тут.

И был вынужден тосковать в течение всех последующих лет, даже не имея возможности наблюдать за тем, как она взрослеет и меняется, какие у нее появляются новые увлечения, чтоб не спалиться, потому что Колычев по-тихому начал ее искать. Сообразил ведь, гад, что он спрятал дочь, но возможности к ней подобраться не нашел. Да и то, пойди найди человека в огромной России, не зная ни его имени, ни места проживания. То, что искать следует женщину, конечно, сокращает количество возможных кандидатов аж в два раза. То, что женщину молодую, тоже позволяет отбросить из этой половины еще три четверти кандидаток, но и оставшегося населения страны настолько много, что поиски могут затянуться до второго пришествия.

Если не дольше.

Поэтому единственной возможностью для обнаружения оставался он сам, если, конечно, он проколется и даст понять, что знает где она. Арсений мог использовать только редкие командировки, чтоб находясь подальше от Новосиба через очередную левую симку посмотреть катин аккаунт в соцсетях. И каждый раз убеждался в том, что дочь свято выполняет их договоренность, выкладывая сплошных мимимишных котиков и цветуёчки, никаких селфи, все выложенные фото сделаны с такого ракурса, который не дает возможности ее уверенно опознать. А с учетом притемненных бликующих очков опознание вообще становится невозможным.

Но как же хотелось ее хоть ненадолго увидеть!

А нельзя. Нельзя одним махом загубить все приложенные для ее укрытия усилия. Поэтому Арсению оставалось ненавязчиво увиливать от командировок в столицу, чтоб не сорваться и не кинуться к ней. Все что он мог, только мысленно пожелать ей счастья и иногда написать с левого аккаунта какую-нибудь приятную глупость. И надеяться, что ей после ее прочтения станет чуточку теплее. Она будет знать, что родители о ней помнят и ее любят.

А между тем обстановка в клане накалялась. Колычев подгребал под себя все новые и новые производства, последним его приобретением стала известная на весь регион швейная фабрика имени Крупской, переименованная им в «Ко-Ник», и забирал таким образом все больше власти в общине.

Арсению пришлось напрячься, чтоб в нужный момент суметь оказать ему хоть какой-то отпор. Защищенная им в кратчайшие сроки докторская диссертация дала ему право претендовать на пост завкафедрой, сменив на этой должности старенького Валерия Ильича, чем он резко поднял свой авторитет не только в университете, но и в клане. Глава общины начал охотнее прислушиваться к его соображениям, но мнение Никодима он по-прежнему считал более весомым.

Через два года в аккаунте Кати появилось сообщение о ее поступлении на химфак. Арсений только порадовался: в столице пока все шло по обговоренному им с дочерью плану.

А вот в клане ситуация к этому моменту начала выходить из-под контроля, Арсений с тревогой начал наблюдать у Колычева явные признаки душевной болезни. Хотя насчет названия «душевная» можно было бы и поспорить, до сих пор никто не смог ни доказать, ни опровергнуть факта наличия у перевертышей души. Справедливости ради следует заметить, что никто до сих пор не сумел этого сделать и для людей, но люди его интересовали мало.

Что же касается взаимоотношений двуипостасных с религией… Арсений искренне считал, что наиболее правильно ее когда-то назвал Остап Бендер – «Опиум для народа»! Кто-то из людишек желает оказаться под действием этого наркотика – так это их личное половое горе. А перевертыши в излишнем богопочитании отродясь замечены не были. У них есть тотемы со зверями рода, это да, покровитель рода как раз и заменяет нишу высшего существа в их восприятии. Для любого оборотня. А человеческие боги… а зачем они им? Какой с них толк? Да если еще учесть дикую разницу в существующих религиях, когда дозволяемое одной из них порицается и запрещается другой… да ну их начисто, запутаться легче легкого.

Так что к бесам ее, ту религию. Любую.

Но те симптомы, проявление которых он наблюдал у Колычева, его настораживали и пугали. Потому что, имея медицинское образование, он, даже не будучи психиатром, прекрасно знал, что они означают.

По всем признакам у Никодима развивалась шизофрения.

Надо сказать, что болезнь эта – «расщепление ума», чаще поражает мужчин, а не женщин. Разные эксперты полают, что связано это с особенностью их неодинаковых ролей в социуме. Женщина испокон веку спокойно сидит в пещере, занимаясь приготовлением пищи и присмотром за детьми, а самец регулярно подвергается стрессам, поскольку вынужден то бегать за мамонтом, то отбивать нападения на свое племя, а в современном обществе еще и служить в армии, а то и воевать. Отсюда возможна склонность к более частому употреблению им спиртного и наркотиков.

Вот только ни в любви к спиртному, ни тем более к туманящим разум препаратам как раз двуипостасные-то и не склонны. Для них с их нюхом это чистый яд. На них и наркоз-то не всегда действует, так что перед операциями на перевертышах дозу оглушающего следует рассчитывать крайне осторожно.

Поэтому, не имея возможности как-то замаскировать свое стрессовое состояние, оборотни, как правило, демонстрируют его окружающим более чем явно. И Колычев не стал исключением.

Бесчувственность по отношению к близким – было, отсутствие сопереживания к окружающим – налицо, отказ от былых увлечений – имеется. А, главное, он стал невероятно подозрительным и передвигался теперь исключительно в сопровождении охраны, а вспышки яростной агрессии начали сменяться периодами холодного безразличия. Эти симптомы, взятые по одному, могли и не внушать беспокойства, но наблюдаемые в комплексе давали однозначную клиническую картину.

Через два года Катя мельком отписалась об угасании своего приемного отца. Арсений уменьшил количество отправляемого в столицу «метапротеина-LF-4» вдвое. Пока все шло так, как он рассчитывал.

Колычев тем временем стал владельцем крупнейшей птицефермы всей новосибирской области. И начал регулярно куда-то отъезжать в область, вроде как для проверки ее работы, возвращаясь спокойным и довольным. Пусть и ненадолго. А Арсений, к тому времени проконсультировавшийся со своим старым другом Скворцовым, специализирующемся как раз в области психиатрии, с ужасом ждал наступления у него следующей стадии, характерной для больных этим недугом в возрасте пятидесяти лет: у 70 процентов из них проявляется параноидальная форма шизофрении, характеризующаяся появлением систематизированного бреда, не поддающегося переубеждению.

Другими словами, если он что-то вбил себе в голову, да еще подвел под это некие основания, доказать ему ошибочность его воззрений будет практически невозможно. А с учетом того, какую власть он забрал в клане – попросту опасно.

Осенью 2020 года Арсений отправил в Москву последнюю упаковку с ампулами, потому что и приемная мать Кати к тому моменту благополучно упокоилась рядом с мужем на пока еще открытом Хованском кладбище. И нашел способ по-тихому передать ей денег, чтоб дочь, лишившаяся «родителей», не считала копейки до стипендии.

И, видимо, на этом все-таки прокололся.

Потому что встреченный им буквально через три дня Колычев каким-то особенно неприятным голосом выразил ему свое сочувствие по поводу очередной годовщины смерти дочери, и при этом как-то предвкушающе разулыбался.

Арсений похолодел. Неужели Никодим выследил его гонца в столице? Вполне возможно, его пациент же обычный человек, а не профессиональный шпион… и что ему делать?

Ну, для начала прекратить панику. Соглядатаи Колычева, наблюдая за посланцем, могли отследить пункт назначения, но не больше. Там такая хитрая система передачи, которая не предусматривает личного контакта. А значит, ему известен город, но не конкретный адрес.

Тем не менее, сообщение о том, что у Никодима Степановича Колычева появились деловые интересы в столице, чуть не придавило Арсения.

Он, конечно, утешал себя тем, что Москва многомиллионный город, что Катя ведет себя максимально аккуратно, но… ему было страшно. Еще и потому, что стало известно о смерти еще одной наложницы Никодима. Официально от простуды, только вот хоронили ее в закрытом гробу. И ритуальная контора, которая этим занималась, была какая-то явно левая…

Он воспользовался очередным посещением Томска и в завуалированном виде послал Кате предупреждение, но этого было мало. Если Колычев так зациклился на том, чтоб заиметь ее себе, он, с учетом диагноза, не остановится ни перед чем. Может ли он как-то снивелировать его поползновения? Или контратаковать? Что он вообще может сделать для спасения дочери?

Просто убить зама главы общины у Арсения не получится. Он и сам сторожится, и в охране у него не лопухи. Но у него не может не быть слабых мест! И одно из них — это женщины как раз любиного и катиного типа. А клановых девушек из гарема ему явно стало не хватать, то-то очередное тело отправилось на кладбище! Значит, возможно где-то еще есть те, кому приходится терпеть его «владычество». И если никто из клановых не осмеливается даже пикнуть против его обращения с наложницами, то кто сказал, что такое обращение потерпят все остальные родственники девушек?

Арсений вздохнул. Рассуждает-то он логично, но как это выяснить? А тем более доказать? А если он ошибается в своих умопостроениях?

Летом 2021 года Катя получила красный диплом и блестяще сдала экзамены в магистратуру своего факультета. Тогда же Арсений получил предложение выдвинуть свою кандидатуру на пост декана своего факультета. А Колычев стал совладельцем ООО «Сибирская нива», и его поездки в столицу участились.

Время – штука неумолимая, оно не станет ждать, даже если на коленях просить его замедлиться, и к концу 2022 года Арсений, понимая, что сам он сделать ничего не может, дозрел до просьбы о помощи.

Ну как о помощи… он намекнул… разумеется, с кучей оговорок и просьб сохранить пока все в тайне, подполковнику Лисицыну, что, судя по письмам одного анонима, присылаемых в психиатрическое отделение горбольницы, у них в регионе орудует сексуальный маньяк. Макар Пантелеевич, естественно, потребовал подробностей. Арсений «прикрылся» другом-психиатром Скворцовым и объяснил, что все довольно зыбко, но данный тип, если доктор правильно расшифровал его намеки, склонен к похищению с целью дальнейшего насилия девушек определенного типа: невысоких, светловолосых и светлоглазых. А, возможно, и не только насилия.

Лисицын потребовал письма, Арсений честно предупредил его, что в них сам черт ногу сломит, и вообще, это пока только предположение, так что не мог бы уважаемый Макар Пантелеевич аккуратно проверить, имеют ли его намеки под собой хоть какое-то основание? Может, это просто безвредный хвастун?

Не хвастун. Лисицын обнаружил по сводкам «висящий» с 2019 года труп в Омске, и второй, похожий на него в 2020 в Барнауле. А потом по секрету поделился с Арсением информацией, что сейчас фигуранта с похожим почерком разыскивают в столице, он с тех пор успел «наследить» и в Подмосковье, и в Москве.

Ну, правильно, с ужасом подумал Арсений, как раз осенью 2020 года колычевские прихвостни вычислили катино убежище в столичном регионе и теперь он убивает там. И будет продолжать убивать, пока до нее не доберется.

На требование Лисицына предъявить письма, Арсений отвертелся, наскоро слепив объяснение, что там понятные только психиатру намеки, и потом, они давно перестали приходить, видимо искомый псих сменил их область на столичную. Пусть там его и разыскивают.

В начале 2023 года Арсений занял кресло декана фармацевтического факультета НГМУ, а Колычев стал депутатом парламента субъекта России. И главой их общины. А его с издевкой позвал в качестве зама и главного советника. И вот тогда перепуганный и обозленный Арсений, опять же полунамеками, предложил дочери устроиться после магистратуры на работу по специальности в какое-нибудь из подразделений милиции. А, кроме того, прислал ей уже через другой канал посылку, в которой были: пара принадлежащих Колычеву мелочей, ручка и брелок, а также запаянный в вакуумный пакет носовой платок с его потожировыми следами. Потожировое вещество-то строго индивидуализировано! И такой след менты не прохлопают!

Он рассчитывал, что Катя на месте прикинет чем лучше воспользоваться, но хоть тушкой, хоть чучелом, а Колычев будет «привязан» к уликам с места преступления. И когда в 2024 в их город заявилась теплая компания, состоящая из милиционера и ФСБшника, и начала как бы невзначай нарезать круги вокруг Никодима, он прямо чуть не по рукам сам себя колотил, до такой степени его подмывало подкинуть им еще какую улику на этого упыря. И когда Арсений увидел, как на приеме у губернатора области эти два сыскаря старательно своровали использованные Колычевым зубочистки, он понял, что его задержание – исключительно вопрос времени.

А сразу после того, как его взяли в Москве, им в общину позвонили. Конкретно ему позвонили столичные Арбитры как заму главы общины. И настоятельно предложили, во-первых, пока помалкивать насчет всего произошедшего, во-вторых, прибыть в столицу вот по этому адресу, прихватив с собой нескольких доверенных лиц для последующей транспортировки в Новосибирск их главы, Никодима Степановича Колычева.

Но первое, что Арсений после этого сделал, были не сборы в дорогу. И даже не вызов доверенных лиц. Силой удержав себя от победного индейского танца с томагавком, он отнес несколько заранее припасенных веток в соседний дом. А потом без лишних эмоций сообщил личной охране Колычева, что состояние готовности отменяется, Никодим Степанович задерживается в столице, поэтому у них – выходной до последующих объявлений.

Те радостно завопили и чуть не гурьбой понеслись в свое любимое место отдыха по соседству – баню. Хорошо, что они не видели, с какой улыбкой Гордеев смотрел им вслед. А то бы задумались, с чего вдруг такие послабления. А все было просто, преданные лично Никодиму охранники могли как к моменту его транспортировки в клан, так по прошествии времени превратиться в проблему, а зачем ему лишние проблемы? Поэтому он не стал мешать неудобным соклановцам прогуляться в баню и насладиться паром от можжевеловых веников. И уж тем более не стал делиться с ними информацией, что он лично добавил туда ветки багульника.

Багульник, он же лесной розмарин или клоповник. Красивое растение. Цветет такими розово-лиловыми цветами, комаров отгоняет. Мало кто в курсе, что само его название происходит от старославянского «багулить», что переводится как «отравлять». Запах багульника на деле обладает отравляющим действием, поражая нервную систему живого существа. Содержащиеся в нем эфирные масла сначала возбуждают, а потом угнетают организм, появляются апатия, сонливость, головокружение, и у надышавшихся есть шанс не выйти из этого состояния.

Недаром мед из багульника болотного считается ядом, да еще его запрещено добавлять в веники для бани! Но поскольку другого более простого способа нейтрализации личной охраны Колычева Арсений не нашел, он предпочел воспользоваться тем, что было под рукой. Дешево, как говориться, и сердито.

А сам пошел оповещать тех, на кого мог положиться и кто не станет выпускать их бывшего, теперь уже точно бывшего, главу общины на волю. Отбытие их немногочисленного коллектива утренним рейсом на Москву, конечно, несколько омрачилось тем фактом, что бойцы личной охраны Колычева угорели в бане, но большой печали у клановых не вызвало, все-таки редкую мразь Никодим к себе в бодигарды подобрал. Под стать себе, не иначе.

А им еще предстояло добраться до столицы и выяснить, в чем обвиняют Колычева, и зачем так старательно столичные Арбитры настаивали на их отряде сопровождения.

Суд прошел в закрытом режиме и в максимально краткие сроки.

Арсений по первости, когда Арбитры ему рассказали о «подвигах» Колычева, недоумевал: зачем все эти реверансы, когда приговор и без того понятен? И кто будет отвечать за его исполнение – тоже. Но потом понял, что, собственно, само судилище было результатом сделки, достигнутой перевертышами с людишками. Раз уж они его сумели задержать, по их законам полагалось устроить подобное представление, на котором оглашались все детали дела, предъявлялись доказательства, выслушивались свидетельства, и объявлялся вердикт.

Все это по итогу напоминало компромисс в стиле поведения придуманного ими же поручика Ржевского, который сначала залихватски требует искупать коня в шампанском, а узнав, что денег на это нет, предлагает хотя бы кота облить пивом…

Выплывшие на суде подробности того, как Колычев плодил трупы девушек по городам и весям, по мнению Арсения, отличались какой-то маниакальной кровожадностью. Зачем? Зачем убивать такое количество народа, которые ни в чем перед тобой не провинились?

Вот зачем он сам хладнокровно отправил на смерть приспешников бывшего главы общины, он понимал. Ему только их бунта не хватало или попытки вырвать этого мерзавца из лап правосудия. А они могли попробовать… Именно они охраняли его гарем. Именно они поставляли туда новеньких медведиц. Именно им перепадали остатки, когда очередная наложница главарю надоедала. Нет, ему не было их жалко. Он полагал, что они получили по заслугам. Но понимание, что он недалеко от того же Никодима ушел, было неожиданно неприятным. Особенно если учесть, что он приговорил не посторонних людишек, а собратьев-оборотней.

А в процессе суда его больше всего заинтересовал мотив, которым руководствовался убийца во время совершения этих преступлений. На заданный ему судьей вопрос о причинах его поступков Никодим заявил, что считал правильным лишать жизни девушек-обманщиц, слишком похожих на отвергнувшую его чувства любовь. Любовь он произнес так, чтоб всем было понятно – с большой буквы.

Намекает, сволочь, скрипнул зубами Арсений, интересно, в подробности начнет вдаваться? Не начал, а обследовавший его до процесса психиатр из людей огласил ему такой «букет» диагнозов, с которым на свободе не оставляют. Приговор был ожидаем – пожизненное. А вот потом Арбитры потребовали от Арсения и его собратьев по общине упаковать Колычева в клетку и доставить под их присмотром в московскую надзорную процедурную палату. Там приговор будет проведен в исполнение.

Неужели оно того стоило, думал Арсений, возвращаясь домой спецрейсом, куда погрузили клетку с Колычевым, который уже находился в ошейнике-блокираторе и мог только рычать и кидаться на тех, кто рисковал подойти ближе. Столько бессмысленных смертей, и ради чего? Чтоб всю оставшуюся жизнь провести в звероформе в новосибирской резервации?

Ответа у него не было. Во всяком случае такого, который бы все объяснял.

А дома их встречали слегка растерявшиеся члены общины, которым успели вкратце описать ситуацию. Больше всех, понятно, возмущалась семья Никодима, которая разом теряла статус и возможность влияния на собратьев по клану. Факт помещения их отца семейства резервацию в ошейнике-блокираторе чуть не вызвал истерику у его жены и возмущение у его детей. Разозленный Арсений не выдержал и прямо там, на центральной площади, зачитал список его жертв. Услышав в ответ пренебрежительное «да кто тех людишек считает!», он на серьезных щах порекомендовал семье написать жалобу в Арбитраж, только подыскать для них аргументы получше. А сам громко предложил всем присутствующим прогуляться и осмотреть коттедж Колычева.

Вот тут они и взвыли. Неприкосновенность жилища и частной жизни, и вообще, какого х… хабаровского края! А такого, проникновенно объяснил Арсений, что общество желает ознакомиться с условиями жизни гарема нашего бывшего главы. Вот тут-то мы и выясним что там насчет их частной жизни. В отсутствии колычевских прихвостней осмелевшие родственники забранных им для развлечения медведиц его горячо поддержали. А попытавшихся не пустить их в дом сыновей Никодима аккуратно, но крепко придержала пара прихваченных с собой наиболее здравомыслящих медведей.

Ну что сказать… если роскошная спальня а-ля Луи надцатый на половине Никодима вызвала у оборотней целую гамму чувств: от восхищения до насмешки, то обнаруженный в подвале аналог карцера с вмурованными в стену цепями и ошейниками привел толпу в негодование и даже неистовство. Не желая терять этот накал, Арсений предложил немедленно провести собрание общины и раз и навсегда искоренить подобное уродливое… эмм… нововведение в их уставе. Он сознательно распалял присутствующих, потому что после единогласного голосования об отмене гаремов, выбор его полноправным главой общины Уральских медведей прошел как по маслу.

А ему этого и было надо. В этом качестве он сможет спустить на тормозах нелепую гибель отряда личной колычевской охраны, выдав ее за несчастный случай, и укрепить собственный статус, дающий ему в клане реальную власть. Потому что это в своем здравомыслии Арсений не сомневался, а отдавать что судьбу семьи, что целый клан в руки очередного шизофреника… нет, на это он пойти не мог!

А право принимать решения как главе клана, ему было жизненно необходимо, потому что в одном из номеров пансионата «Луговичок» его уже ждала Катя. Нет, он не боялся, что персонал ее через столько лет узнает, разница между подростком пятнадцати лет и девушкой в двадцать четыре года о-го-го какая! Но, прежде чем начинать процесс воскрешения, следовало обсудить проблемы ее «выныривания» из небытия. А они, эти проблемы, были, и касались отнюдь не проживания под чужими документами!

Они напрямую касались катиной наследственности и ее будущей жизни. Арсений даже жене пока не сказал, что дочь прилетела домой, ограничившись успокаивающем «с ней все нормально» и попросив пока не будоражить этой новостью сыновей. Потому и приехал в пансионат один, чтоб не оставлять свидетелей их разговора. Который обещал быть как минимум не легким.

Потому что и ситуация была не из простых. Свежеобретенная над кланом власть и отцовство, конечно, давали Арсению некоторое преимущество в разговоре, но вот именно, что некоторое. Потому что реальных рычагов воздействия на дочь, характер которой долгое время выковывался где-то вдали, с чужими даже не оборотнями, а людьми, и мог оказаться тем еще крепким орешком, у него было не так уж много.

Потому что ждет его встреча не той с перепуганной пятнадцатилетней девчонкой, а вполне взрослой девушкой двадцати четырех лет, о которой он кроме общих фактов не знает почти ничего. Что она любит? Какой у нее характер? Как она отнесется к нему после девятилетней разлуки? Она его вообще помнит и узнáет?

Волновался он зря, дочь при встрече практически сразу кинулась ему на грудь. И вдоволь наобнимавшись после долгой разлуки, всплакнув, и сумбурно выложив друг другу все основные новости, отец с дочерью, наконец, присели и приступили к конструктивному диалогу.

Арсений не стал скрывать от нее, что пока он никому не сообщил о ее прибытии. Мало ли что они решат вместе, такую информацию о появлении дочери клана Уральских медведей с наследственностью Призрачных рысей надо подавать максимально осторожно, сто раз все взвесив и обсудив. Ему понравилось то, что она с признательностью отнеслась к его готовности обсуждать свое будущее, а не пытаться объявлять свое решение в приказном порядке, значит, он действует правильно. И поинтересовалась, как он это ее будущее видит?

Он честно признался, что вариантов ровно два. В первом случае она продолжает существование под уже имеющимися документами, скрываясь всю оставшуюся жизнь, как когда-то ее бабка и прабабка, и обрекая на то же свою будущую дочь. Или детей. И сразу понял, что ее это не устраивает.

Есть второй вариант, утешил он Катю, она выходит из подполья, но тогда она должна быть готова к тому, что ее происхождение скрыть не получится, и кланы за нее опять передерутся. И достанется она самому сильному. И гарантировать, что ее замужество ее устроит, он не может.

Дочь подумала и предложила третий, комбинированный выход из положения. Сначала скрытно присмотреться к возможным кандидатам, и уж потом попробовать выбрать. Если брать ситуацию на брачном рынке двуипостасных… кто там нынче из молодых мужиков свободен у самых сильных кланов?

Арсений к этому разговору был готов и перечислил наиболее вероятные варианты: не женаты сыновья главы клана Уссурийского тигра, можно обратить внимание на свободных перевертышей из клана Бурых медведей с Камчатки, есть холостые оборотни у Снежных барсов и Восточносибирских рысей, потом еще Волки… «нет!» тут же возмутилась Катя, и Арсений завершил список кланом Белых медведей. Он даже показал ей заранее сделанную подборку их изображений в человеческой ипостаси на планшете, чтоб она понимала с кем придется иметь дело.

- Па-ап… - задумчиво протянула Катя, разглядывая фото, - как ты полагаешь… а если я просто тихонько поживу рядом с кем-то перспективным, присмотрюсь и прикину, сумеем ли мы вообще ужиться как семья? А уж потом совершу свой типа «каминг-аут»? А то, если я достанусь кому-то просто так, за силу клана, он и относится ко мне будет соответственно, как к чему-то, ему и так по жизни положенному, знаешь же, отродясь никто не ценит то, что досталось само собой, без приложения усилий!

Арсений призадумался. Резон в словах дочери был. Действительно, выдадут Катю замуж за выбранного общим собранием кланов двуипостасного, а он воспримет это не как удачу, а как должное, и станет она для него не партнером, а ценным имуществом, которое следует держать под замком, не забывая регулярно ее брюхатить. А привыкшая к вольной жизни Катюша такого не потерпит. Даже если не вскроет ему глотку в брачную ночь, как ее предшественницы из клана Призрачных рысей, то, как минимум, морду точно расцарапает. И какая тогда это будет семейная жизнь? А то еще и сбежит… как ее прабабка… что грозит осложнениями уже его клану…

- А как ты себе представляешь это присмотреться… чисто технически?

- А это будет зависеть от конкретного кандидата! Которого мы с тобой выберем как наиболее перспективного. Или хотя бы приемлемого.

То, что дочь собирается полагаться нее только на свое, но и на его мнение, Арсения порадовало. Но вопросы оставались.

- Кать, вот ты убедишься в том, что выбранный кандидат тебя устроит, а дальше?

- А дальше надо сделать так, чтоб он у меня с ладони ел, и готов был назвать женой! Как думаешь, если к этому приложить еще и мое происхождение, кандидат сразу поволочет меня сочетаться браком, или сначала малька полежит в обмороке?

Ну-у… допустим. Интересно, задумался Арсений, как она собирается превратить оборотня в домашнего питомца, готового есть с руки и жениться? Не иначе успела нахвататься в столице каких новомодных сексуальных извращений!

- Если я правильно тебя понял, свадьба будет, считай, тайная, чтоб потом перед общим собранием кланов двуипостасных, возмущенных этакой несправедливостью, можно было невинно развести лапками и сказать «у нас лубофф!» И вообще, супруга уже беременна, куда сучки корявые тянете? А насчет нашей дочери – приходите этак лет через двадцать!

- Типа того…

- Так кто с твоей точки зрения наиболее перспективный кандидат? Это, во-первых. И сколько времени ты собираешься потратить на приглядывание, тебе уже двадцать четыре! Это, во-вторых.

- Давай выбирать. А по времени… максимум – год. Если не срастется, будем признаваться общему собранию и воспитывать уже того, кого мне кланы подсунут…

Отец с дочерью старательно перерыли все имеющиеся у Арсения данные на холостых перевертышей сильнейших кланов. Возраст, внешность, привычки, наклонности, имущество. Самым перспективным в итоге был признан старший сын главы клана Уссурийского тигра – Никита Свиридов.

— Это, кстати, и самый сильный российский клан, - одобрил Арсений. – Возмущения от остальных не будет. Только помни, Тигры – это тебе не котики из мультфильмов! Именно от его деда-домостроевца когда-то во все лопатки удрала твоя прабабка! Там характеры еще те!

- Так и меня не в отделе мягкой игрушки на распродаже нашли, - фыркнула дочь. – Ну так что, под каким именем я буду внедряться к Тиграм? Как Гордеева или как Старжич?

- А ни так, ни эдак. У меня есть дубликат твоего свидетельства о рождении, выписанный на добрачную фамилию твоей матери. Ты сможешь абсолютно законно получить новый паспорт как Пинс Екатерина Арсеньевна. Так тебя никто не свяжет ни с нашим кланом, ни с твоей московской жизнью. Вернуться к документам Аглаи Старжич или воспользоваться свои старым паспортом десятилетней давности на Екатерину Гордееву ты всегда сможешь…

- Поняла. Куда к Тиграм ехать?

- В центр Дальневосточного федерального округа – Владивосток!

- А это разве не Хабаровск?

- А хабаровчанам – хрен без соли, у них это звание еще в 2018 году отобрали…

Они обговорили последние детали. Катя получит дубликат своего свидетельства о рождении, выписанный на фамилию Пинс, и официально обратиться за паспортом. Чтоб уже по нему прибыть во Владик. Тогда же она пошлет запрос в Москву с тем, чтобы ей выписали дубликат диплома на новые паспортные данные. Знает он в канцелярии ее факультета нужного человечка, который не будет излишне любопытствовать… С трудовой книжкой… да ну ее ту книжку, всего-то год работала, вот устроится на работу на новом месте, там новую и заведет.

Что касается семьи… она передаст для матери письмо, но пока им лучше не видится, Люба после личной встречи не сумеет такую новость скрыть, слишком эмоциональна, так что с этим следует обождать. Ее братьям тоже пока лучше не знать. Они расскажут им правду, но позднее, через год, когда все устаканится.

Денег на жизнь от продажи московской квартиры ей хватит. А для связи она заведет новую почту и новый аккаунт в соцсетях, теперь-то им скрываться особо не от кого.

И Арсений запасся терпением. Но на сей раз это было не тревожное ожидание фатальных новостей, а такое благодушное предвкушение с оттенком интереса: как-то там дочь сумеет «вползти» в окружение Уссурийских тигров? Как справится с приручением самого крупного в России котика?

А новостей от Кати все не было и не было. Разве что короткие сообщения, типа «Присматриваюсь», «В процессе» и «Работаю над этим».

А вот аккуратно расспрошенные где-то через полгодика после ее отъезда общие знакомые из Владика выразились четко: никакой пепельноволосой девушки они рядом с Никитой не заметили, зато чуть не в один голос сообщили, что крутится рядом с ним какая-то мелкая рыжая стерва, совсем, говорят, парнишке голову задурила! Вот какого, спрашивается, хвоста лешачьего?

И Арсений понял, что, скорее всего, план дочери полетел ко всем чертям, потому что Катя явно переоценила свои способности и возможности, и самый «лакомый» перевертыш вот-вот достанется ее сопернице.

А как бы это поломать?

А очень просто, надо перенаправить интерес Свиридова-младшего, причем не на конкретную девушку, а на абстрактную носительницу гена Призрачных рысей, пусть побегает, поищет, добытое тяжким трудом, оно завсегда ценнее просто свалившегося на голову. Заодно и от этой своей рыжей… кто она там? Лисица? Волчица? Панда? Неважно, главное - отвлечется.

И дозированная информация о том, что Призрачные рыси не вымерли, была аккуратно подброшена… нет, не самому парнишке, а отцу Никиты. Нынешний глава Тигров был мужик тертый и цепкий, и пройти мимо такого шанса не мог. Он и не прошел. И Арсений с интересом выслушал новость о том, как Свиридов-младший мечется по стране и ближнему зарубежью. Ставрополь, Цхинвал, Пятигорск, мальчик взял след, какой умный зять у него будет! И следующей остановкой в его забеге по логике вещей должен стать Новосибирск.

И Никита ожидаемо заявился к нему, в «Морскую тишь». В беседе с ним Арсений специально повел себя максимально подозрительно и уклончиво, как будто на что-то намекал. Собственно, он и намекал, что Рысь есть, и дело за малым – ее отыскать. Пока ее не ухватил кто-нибудь другой. Желающих зацапать такой приз и без тебя хватает, так что торопись! И распаленный охотничьим азартом парнишка полетел в Москву. До вожделенной цели ему оставалось совсем немного.

И правильно, пусть охотится, это же такой кайф – не жевать подсунутую кем-то несвежую убоину, а самому бежать по следу, загонять лакомую жертву, собираясь, нагнав, вцепиться зубами ей в холку.

Вот такая добыча покажется намного ценнее!

Поэтому сейчас Арсений Викентьевич ощущал себя в состоянии ожидания вполне комфортно. Карты розданы, фигуры расставлены, информация вброшена, правила определены, осталось сидеть и наблюдать как люди и оборотни доиграют эту заранее срежиссированную им игру до конца.

А сам он как-нибудь и со стороны на это все посмотрит.

Екатерина Зимина

Я никогда не любил ворожить,

Я никогда не любил воскресать,

Я никогда не любил убивать,

Я никогда не любил, но иначе не мог…

Канцлер Ги «Дитя Анэма»

Интересно, почему считается, что нет ничего хуже, чем ждать и догонять? Лично Катя с ходу могла бы назвать штук десять видов занятий, куда неприятнее этих двух, мало ли паршивого в нашей жизни может найтись! Например, оказаться вынужденной принимать участие в уборке прорвавшейся канализации. Или вскрывать и бальзамировать трупы. Или уничтожать крыс и тараканов. Или обеззараживать помещения от радиоактивных веществ и ядерных отходов.

Или вообще попасть в лапы маньяку.

А что касается неприятия пословицы лично ею… так это возможно потому, что заниматься по жизни догонялками ей особо не пришлось, а ждать… а ждать, знаете ли, можно и чего-то приятного. А если уж это ожидание обставить с комфортом! То оно вообще превращается в на редкость приятный процесс, подслащенный предвкушением.

Катя вытянула перед собой ступни и полюбовалась на свежий педикюр с нюдовым покрытием. Аккуратно, неброско, стильно, все лучше, чем мазать коготки каким-нибудь агрессивно-алым колером. А чтоб дополнительно поднять себе настроение, можно еще подать сигнал местной прислуге, чтоб принесли попить чего-нибудь вкусного. Забавные тут у них девочки-служанки, бегают в нарочито-национальной одежке, потешают своим анимешно-патриархальным видом понаехавших гайдзинов. И к ней обращаются интересно – Кохэйри-сан. Она сначала чуть не обиделась на такое коверкание, но потом ей объяснили, что многие иностранные имена для японцев или сложны, или смешны, или вовсе не выговариваемы, поэтому и называют ее имя в переводе. А поскольку с греческого Екатерина переводится как чистота или непорочность, то японский аналог перевода как раз и будет Кохэйри.

Ну… почему бы и нет. Звучит приемлемо. К тому же уж кому-кому, а ей к новым именованиям не привыкать.

Катя-Кохэйри полюбовалась на лиловые побеги цветущей в саду глицинии. Какой дурак вдолбил большинству людей, что в стране Восходящего солнца цветет только сакура? Как так, чтоб в стране с достаточно теплым климатом больше ничего красивого не произрастало? А как насчет азалии? Или гортензии? Или сливы-умэ? Или немофилы? Или персика момо? Или мохового флокса? Что уж говорить о таком цветке как лотос, который царствует на здешних прудах!

Нет бы приехать в сезон и самим полюбоваться! Ну, или хотя бы открыть фото в Интернете, тоже, между прочим, завораживающее зрелище.

Катя потянулась и неожиданно задумалась над тем, как интересно может сложиться наша жизнь. Кто-то как родится, например, в какой-нибудь деревне Гадюкино, так там же и школу закончит, и на местной ферме проработает всю жизнь, там же женится, там же наплодит детишек, там же и будет похоронен после неумеренного потребления местного самогона.

А кому-то судьба предназначит постоянно перемещаться и по стране, и вообще по всему глобусу, позволяя увидеть как можно больше из того, что есть вокруг нас. Жаль только, что заранее выяснить, что именно нам перепадет, не получается. Зато может получиться так, что эти изменения окажутся связаны не с приятной туристической поездкой для ознакомления с достопримечательностями, а с необходимостью прятаться как таракан за кухонным плинтусом, тьфу!

Так, как произошло когда-то с ней самой.

Нет, сначала она как любой подросток жила вполне обыкновенной жизнью. Даже, пожалуй, более обеспеченной, чем многие ее одноклассники. Родители неплохо зарабатывали, отец так вообще был уважаемым человеком, потому что возглавляемая им экспериментальная лаборатория занималась разработкой лекарств от наиболее известных человечеству болезней. И жили они не в загазованном городе, а в элитном коттеджном поселке «Морская тишь», расположенном на берегу Новосибирского водохранилища, иногда называемого за свою ширь Обским морем.

Ну, допустим, замечала она иногда в поведении взрослых нечто странное, но списывала как любой ребенок на некие взрослые дела, о которых ее когда-нибудь тоже поставят в известность. Когда она подрастет. И, между прочим, не факт, что она обрадуется, когда эти самые взрослые дела обернутся взрослыми же обязанностями.

А пока она росла, радовалась жизни, училась плавать, ориентироваться в лесу при сборе грибов и ягод, и ничто, как говориться, не предвещало. Пока ей не исполнилось десять лет.

Видимо этот срок был установлен для просвещения всех двуипостасных, во всяком случае, в их общине. В этот день отец взял с нее клятву молчать, отвел в лес и показал ей свою вторую ипостась. Катю тогда за малым делом саму чуть «медвежья болезнь» не настигла! Ну вот, представьте, рядом только что был отец, знакомый, любящий, привычно пахнувший чем-то хвойным, и вдруг вместо него появляется здоровенная мохнатая туша с непонятными намерениями. И открывает пасть, полную нехилых таких зубов. Среди которых особенно выделялись клыки, со страху Кате показалось, что они длиной не меньше десяти сантиметров.

Правда, отец сразу же обернулся обратно, оделся и объяснил дочери, что бояться не надо, просто они не люди. Они оборотни. Или перевертыши, как уж ей будет воспринимать удобнее. Потому и живут отдельной от голокожих общиной. Чтоб лишнего не показывать.

Катя подумала и попросила отца еще раз перекинуться. И еще. А на третий раз даже рискнула потрогать жесткую шерсть на морде. После чего у нее закономерно появились вопросы.

То есть все, кто живет в поселке… такие? И мама? И наши соседи? И я с братиками такая же буду? И отец подтвердил, что да, все. Да, и мама, и ты, и братики, и соседи, это селение оборотней, зачем им тут людишки? Катя тогда в силу возраста не сообразила, что отец обошелся только признанием об их принадлежности к двуипостасным, но не уточнил, что мама – не медведица. И она тоже.

И с этого дня нормальная жизнь закончилась. Нет, Катя по-прежнему посещала школу, а также занятия акробатикой и плаванием. Но теперь в ее жизни появилась Тайна с большой буквы. С одной стороны, такое знание приятно щекотало самолюбие, но с другой несколько нервировало. Потому что отец прямо предупредил ее о том, что оборотни больше всего уважают силу. Нет, наличие мозга приветствуется, но так уж сложилось исторически, что уверенность в том, что сильный перевертыш достоин бόльшего, была, есть и будет. Она, можно сказать, генетически у них у всех прописана. Вне зависимости от того, к какому клану он принадлежит.

- А что, есть еще какие-то кланы? – удивилась Катя.

- Есть, и их много, есть и Волки, и Лисы, и Тигры, и Леопарды, сейчас это не важно, с возрастом все постепенно выяснишь, - отмахнулся отец. - Важно другое, все перевертыши оценивают друг друга, отталкиваясь от их умения противостоять окружающим. Видела, как мальчишки периодически схлестываются? До кровавых соплей и переломов. А теперь представь, что они могут сделать с противником, будучи в звероформе?

Катя представила и ее слегка замутило.

- Но то ж мальчишки…

- А из мальчишек потом вырастают юноши и мужчины. Мало того, что они начинают друг с другом силушкой меряться, они со временем начинают себе и самку подыскивать под стать. И выбор их зачастую зависит от того, сумеет ли девушка за себя постоять и заставить с собой считаться, или окажется на поверку тряпкой, об которую не грех и ноги вытереть. Видела, как себя с женой ведет Толя Кострецкий?

Катя видела. Дядя Толя ни в грош супружницу не ставил, орал на нее постоянно, все ему было не так. Нет, пожалуй, без такого она обойдется…

- И… что делать?

Так вот, чтоб не оказаться слабой к моменту такой оценки своими же клановыми, или чужими, если она попадет как жена в другой клан, нужно готовиться заранее, объяснил отец. Причем как физически, так и психологически. И пока не демонстрировать никому последствия такой закалки.

И он начал ее втихаря тренировать.

Причем акробатику и плавание никто не отменял. Но дополнительно он, уводя ее подальше в лес, научил Катю стрелять из пистолета, ружья и арбалета. И пристроил под чужим именем в секцию самообороны. Где им преподавали как техники релаксации, так и учили управлению эмоциями и развитию стрессоустойчивости.

Отец объяснял, что это в жизни пригодиться, и Катя верила, глядя на то, как иногда практически на пустом месте срываются в ссоры и драки подростки чуть постарше ее.

- Предоборотный психоз! – фыркал отец. – Дурацкая хлопель!

Эта склонность отца экономить буквы Катю всегда невероятно забавляла, ну выговори ты слово полностью, жалко тебе что ли, так ведь нет же! Если у остальных в применении к компьютеру были термины мышка, флешка, ссылка, то у ее отца обязательно получалось экономное: мышь, флешь, ссыль и т.д. А юшка мз-под сваренного куска коровьего мяса величалась гобуль. А тот длинноухий, мясо которого для пущей вкусности принято тушить с морковкой и лавровым листом, тоже имел в интерпретации отца отдельное звание - кроль.

К пятнадцати годам она все чаще начала ощущать накатывание какого-то странного состояния, когда тебя как будто трясет в ознобе и хочется… а чего, собственно, хочется? Непонятно, но при этом маятно, муторно, и кости как будто выламывает, как при высокой температуре.

- Успокойся, это нормально, - утешала ее мать, - ты вот-вот войдешь в свой первый оборот.

Ну-у… ладно, она подождет, тем более, что ей самой интересно, какая она будет. Понятно, что до размеров отца она не дотянет… кстати, а чем звероформа вообще определяется? Наверное, видом и размером родителя твоего пола? И чуть не впервые она сообразила, что мать-то она до сих пор в этом виде не наблюдала. Ни разу. И, естественно, спросила, почему?

Родители объяснили ей, что мать принадлежит к оборотням другого клана, и посоветовали себе голову заранее не забивать. Чтоб не сбиться, когда придет ее время входить в оборот. Катя и не стала. Она тогда не догадывалась, что проблемы у нее еще впереди.

И, однажды, когда тело начало ломать изнутри совсем уж зверским образом, родители сказали «пора!» и отец на руках отнес ее в подвал. Мучительная это оказалась штука – первый оборот! Когда ты толком не понимаешь, что именно с тобой происходит, а тебя выкручивает, как белье в барабане стиральной машинки, так же методично и безжалостно.

И когда боль, наконец, отступила и Катя смогла перестать кричать и попыталась свернуться в клубок на полу, она не сразу поняла, почему молчат родители. Где радость, где одобрение, где, в конце концов, поздравления, у нее же получилось! А потом она увидела свое отражение в специально принесенном отцом в подвал большом ростовом зеркале. И не смогла сначала понять – это вообще что? Вернее, кто? Это… она?!

Осознать, что в момент первого оборота из нее не «вылупилась» медведица, не получалось. А воспринимать то, что из нее получилось, она тем более не могла. Не укладывалось оно в голове вообще! Потому что больше всего это напоминало котенка. Котенка, а не медвежонка! Как так-то?!

Видимо, с ней приключилось нечто вроде истерики, или как оно там правильно называется у зверей. Катя смотрела на это недоразумение в зеркале и выла от ужаса. Ну не понимала она, как такое может быть, вот никак! И, глядя на нее, рыдала мать.

Единственным, кто не потерял хладнокровия, оказался ее отец. Вернув Катю из оборота, он унес ее наверх, засунул в горячую ванну, практически в кипяток, и потребовал лежать до тех пор, пока она не согреется и не придет в себя. И только потом, ей, укутанной в два одеяла, и отпоенной чаем с облепихой, рассказали историю ее клана. Теперь уже можно было смело говорить о ее принадлежности к клану Призрачной рыси.

Катя только глазами могла хлопать, эвона, чего творится-деется, какой пердюмонокль, какие страсти! Правда, как она позже поняла, рассказали ей далеко не все, но самое основное выложили. В частности то, почему молчали до момента ее оборота, боялись возможной драки за последнюю Призрачную рысь, и не хотели трепать ей нервы заранее. Потому что понимали, что как только новость вылезет наружу, а всех свежеобернувшихся положено предъявлять клану для предварительной оценки кондиций, начнутся переговоры об ее отдаче чужому клану. И мать снова захлюпала носом.

- Погодите! – взмолилась Катя. – Так я же не Рысь!

Родители помрачнели.

- Я вообще не понимаю, что произошло, - пробормотал отец, - Люба, у твоих проблемы с этим были?

- Насколько я знаю, нет! – помотала головой мать. – Ни у бабки, ни у матери, ни у меня…

- А как я хоть должна была выглядеть? Ма-ам, покажи! – Катю распирало любопытство, да и кто бы на ее месте удержался?

Мать скинула халатик и перетекла в неприлично красивую звероформу. Кошка. Но какая! Короткое плотное тело, небольшой хвост, широкие в основании уши, заканчивающиеся длинными кисточками, общий палево-дымчатый окрас, только на груди, брюшке и внутренних сторонах лап шерсть практически чисто белая.

- Я тоже такая буду? – с восхищением спросила Катя.

- Должна… - неуверенно протянул отец. – Откуда взялся сбой?

Катя еще дважды в тот вечер пробовала оборот, но получался по-прежнему котенок, похожий на барханную кошку. И родители начали думать, что делать. Потому что предъявлять ее клану Медведей они почему-то не рвались. Выход из положения предложил отец. И объявил жене с дочерью:

- Кате придется умереть.

Чего?! Но посмотрев на их ошарашенные лица, успокоил, что не по-настоящему. Но для всех в клане – обязательно. А уж где дочери теперь придется жить – он придумает. Но покинуть клан ей придется в любом случае.

Заревели они с матерью практически мгновенно. Катя боялась сбегать в неизвестность, Люба боялась за нее, отцу пришлось подождать, пока они нарыдаются, но потом ему надоело, и он попросту, не выбирая выражений, выдал:

- Иначе она сдохнет на цепи у Колычева в подвале.

Это еще почему?

- А потому, - рыкнул отец, - что Димуля, скотина такая, сумел-таки пропихнуть в общине положение о гаремах!

Катя с матерью непонимающе переглянулись. А отец разъяснил, что обычно такое положение вступает в силу в чрезвычайных обстоятельствах, например, во время войн, когда «выбиваются» самцы, и на тех немногих из них, кто выжил, распределяются все оставшиеся самки. Чтоб рождаемость не падала, и можно было численность клана со временем восстановить.

- Так сейчас же не война?!

- Не война, - мрачно подтвердил отец, - а только главу нашего он «продавить» как-то смог. Он предложил больше не отдавать слабых девушек-медведиц в чужие кланы, как было раньше, а оставлять их себе в качестве дополнительного ресурса.

- И они…

- Из них начали делать даже не вторых жен, а наложниц, годных только для производства запасных потомков.

- Я не собираюсь… - начала Катя.

- Тебя не будут спрашивать, - отрезал отец. – Фомину Надю помнишь? Училась на пару лет старше тебя…

Катя кивнула, Надю, полноватую хохотушку, она пусть и смутно, но помнила.

- У нее еще медведица такая смешная и косолапая получилась!

- Тебе смешно… а ее медведица оказалась с врожденным вывихом задней лапы, да еще и с повреждением тканей сустава, оттого и косолапость повышенная. Единственный выход – протезирование в звероформе, только кто это делать будет для медведя? А этот недостаток, как выяснилось, является препятствием для того, чтоб она продолжала считаться полноценным членом клана и могла рассчитывать на пристойное замужество! И все, выбраковка. Но поскольку рожать здоровых медвежат она может, ее Диме и отдали. Вот теперь она и кукует на цепи в небезызвестном тебе коттедже.

- Так… - Кате пришлось вспомнить основы управлению эмоциями, несколько раз вдохнуть-выдохнуть, постараться успокоиться и только тогда спросить:

- А я-то ему со своим котенком на кой могу понадобится?

- А, это… - сморщился отец. – Тут дело не совсем в тебе. Никодимчик когда еще глаз на твою матушку положил. Но поскольку она мне досталась, тебя он воспринимает в качестве возможной замены.

Это подействовало, Катя немедленно разозлилась, и не выбирая выражений объяснила кто он такой и что может с собой сделать. Но с предложением отца о «смерти» она уже внутренне согласилась. Лучше удрать и будучи на свободном выпасе получить право самой выбирать себе партнера по жизни, чем оказаться в полном распоряжении этого старого гада с масляными глазками.

Да и ее мать к этому моменту слегка подуспокоилась. Потребовав от них молчать о неудачном обороте, отец начал действовать. Как он сам объяснил, времени мало, но все-таки оно есть. И он постарается успеть сделать все, чтобы грамотно обставить «смерть» дочери.

И для начала он нашел возможность обеспечить ее приемными родителями с приличной жилплощадью. Что конкретно он для этого предпринял, Катя поняла не сразу. А ларчик просто открывался: от каких недугов обычно изобретают лекарства? Правильно, от тех, от которых страдает бόльшая часть человечества. Потому что рынок для последующей торговли этими снадобьями будет огромен. А что делать тем, кому не повезло заиметь орфанное, то есть редкое заболеваний? Причем, как правило, генетическое. Которое и встречается-то один раз на тысячу человек, а, может, и того реже? Ответ опять же прост – страдать.

А почему? Да потому что никто не торопится придумывать от них лекарства, поскольку никто на это не выделял деньги. Зачем искать снадобье для какого-то меньшинства, которое особо и покупать-то будет некому? Правильно, расходы на это не отобьются, значит, это в план исследований не ставим.

Но бывают и исключения. Если государство соизволит выделить денежку на подобную деятельность, тогда да, конечно, поищем лекарство. Либо находится достаточно богатый человек, готовый финансировать подобное исследование по личным причинам, например захворала единственная внучка, или любимая женщина, либо… можно получить грант от какого-то частного фонда и начать исследование некой редкой хвори по их заданию. Катя знала, что экспериментальная лаборатория отца периодически занималась разработкой лекарств от каких-то орфанных заболеваний, пусть и не вникала от каких именно.

Но именно эта его деятельность и оказалась невероятно полезной. Бывает так, что некоторые редкие заболевания не являются генетическими. Иногда, после воздействия определенных вирусов у людей может развиться заболевание, у которого нет предрасположенности в семье. Предрасположенности нет. А болезнь есть.

И отцу мало того, что удалось урвать иностранный грант на розыск лекарства от какой-то вирусной заразы, поражающей мышцы, так еще и добиться определенных успехов в деле ее ликвидации. Вакцина была готова, разве что еще не прошла испытания на людях. Повторить название заразы Катя не смогла бы даже под дулом автомата, но какая, в сущности, разница? Главное, нашлись те, кто в обмен на не доведенный до ума препарат согласен за ней приглядывать. Цепочка простая, как лопата: проявляете заботу = получаете лекарство = проживете дольше.

А пока отец отправил ее с матерью в пансионат «Луговичок», славившийся своими СПА-услугами, строго наказав выключить телефоны заранее. Катя понимала зачем, ему в это время предстояло устроить ее «смерть».

А потом он вернулся и отвез ее в детский дом в Бердске, где уже ударными темпами проходило оформление документов по удочерению Михаилом Аркадьевичем и Елизаветой Тимофеевной некой Аглаи Игнатовны Стародубцевой с переменой ей фамилии и отчества. На рейс в Москву в сопровождении приемных родителей садилась уже Аглая Михайловна Старжич.

А в столице через неделю проживания в гостинице они переехали в только что купленную приемными родителями двушку.

Нет, приемные предки были люди хорошие, но из людей. Точно о ее второй ипостаси они не знали, но на что-то такое им отец, похоже, намекнул. Иначе почему они периодически на нее с таким страхом смотрели, как на дикую тварь из дикого леса, не меньше! Не иначе боялись, что она кинется и покусает. Дикари.

Михаил Аркадьевич и Елизавета Тимофеевна очень старались и даже нашли ей приличную школу поблизости, чтоб она могла продолжить углубленное изучение английского языка. И записали ее в бассейн. И вообще всячески вокруг нее скакали, чтоб она не чувствовала себя обделенной. Но было и то, что никакой заботой не исправишь.

Как же она ненавидела доставшееся ей по жребию судьбы имя! Понимала, что это самые подходящие документы какой-то никому не нужной маргиналки, и что не в ее случае воротить нос от такой удачи, но ненависть к нелепому и дурацкому имечку от этого меньше не становилась. Кой черт дернул родителей той девахи назвать ее Аглая? Нет бы какой Аней или Маней, но нет, выбрали для дочери такое претенциозное наименование!

Его даже выговаривать полностью было сложно, язык постоянно спотыкался об это несуразное образование «гл»! Даже Карла с ее «рл» и то была бы предпочтительней. А теперь вот это «гл» торчит посреди ее имени как риф в проливе, не дающий шанса спокойно проскользнуть кораблям. В ее случае – языку. И начинаются коверкания, причем как правило, неприятные. Само имечко-то «говорит» не то о наглости, не то о склонности объясняться как собака. Думаете, приятно, когда тебя пытаются звать Лайкой? Или, того хуже, Агой? Это, между прочим, такая австралийская жирнющая жаба! Она в свое время немало драк и скандалов в школе выдержала, чтоб раз и навсегда вбить в особо тупые головы одноклассников свое новое имя - Глаша.

Уж лучше так, чем Лайка. Или тем более Ага.

О способе связи они с отцом договорились заранее. Понятно, что в наше время ни одна молодая девушка не обходится без аккаунта хоть в одной соцсети, появился он и у нее. Но вот наполнение может быть разным. У ее были сплошь мимимишные котики и цветочки, и никаких селфи! А все выложенные фото с ней делались с такого ракурса, который не дал бы возможности ее уверенно опознать. А с учетом бликующих очков-хамелеонов так даже и не уверенно.

Сколько за те маскировочные очки пришлось выложить – лучше не вспоминать! Но оно того стоило. Раз уж она собралась прятаться, не следовало с самого начала глупо рисковать.

А пока в ее аккаунте обновлялись записи об участии в олимпиадах по химии, такая информация была не опасной, поскольку у себя в Новосибирске она в них не участвовала. А еще через два года в аккаунте Кати появилось сообщение о ее поступлении на химфак МГУ. И когда с какой-то левой симки пришел ответ с поздравлением, Катя поняла, кто ее поздравил, но ответить не имела права…

Когда ей исполнилось девятнадцать, Катя поместила в соцсетях новость о смерти своего приемного отца. Она знала, что ее настоящий отец это прочел и принял к сведению, поскольку количество отправляемого из Новосибирска в столицу «метапротеина-LF-4» уменьшилось вдвое. А она по завещанию Михаила Аркадьевича стала владелицей его доли в квартире.

А осенью 2020 года и приемная мать Кати благополучно упокоилась рядом с мужем на пока еще открытом для захоронения Хованском кладбище. Ее доля в квартире также досталась приемной дочери. Что ж, они были неплохие опекуны, пусть и люди, но старались заботиться о ней, и прожили дольше, чем могли бы, расплатившись за это пристойной жилплощадью. На приличные похороны и последующее переоформление документов она наскребла с трудом, хорошо, что отец нашел способ по-тихому передать ей денег.

А ближе к Новому 2021 году ей позвонил из Кемерово Вова Меркулов. Из его слов она поняла, что он приходится Старжичам, вернее Елизавете Тимофеевне, какой-то дальней родней. Многоюродный племянник, ну или как-то так. Короче, нашему забору двоюродный плетень. И если раньше он настырно названивал Михаилу Аркадьевичу и Елизавете Тимофеевне, но они его старательно отфутболивали, то теперь он решил приняться за нее. И с места в карьер начал ныть насчет разжиться у нее деньгами.

Попадаются же иногда такие неприятные люди-пиявки, которые так и норовят к кому-нибудь присосаться. Вова был именно из таких. Казалось бы, ты взрослый мужик, у тебя неплохое образование, что тебе спокойно не живется, не работается? А вот и нет, Вова был из прожекторов. Из таких, у которых всегда есть очередной прожект, способный принести в перспективе неописуемую прибыль, только вот для запуска этого стартапа ему не хватает совсем чуть-чуть – пары-тройки миллионов. Поэтому профинансируйте его начинание, а потом Вова обязательно поделится с Вами прибылью, да вот вам крест на пузе!

Катя-Аглая вежливо ответила, что, к сожалению, она не располагает данной суммой, и ничем помочь ему не может. После чего сбросила вызов и занесла номер надоедалы в черный список. Она полагала инцидент исчерпанным, но ошиблась. Потому что аккурат 30 декабря была внезапно поймана каким-то индивидуумом за руку около своего подъезда. Настырный Вовчик приперся аж в Москву, как, интересно, адрес-то раздобыл? Наверное, через адресное бюро, фамилия-то редкая! Может, вообще одна на столицу!

Но вот стоит теперь перед ней этот длинный, тощенький и сутулый типа «родственник». Засранец, то есть, пардон, конечно, засланец. Осталось уточнить, с какого фрик-конвейера он сошел. А он с ходу попытался напроситься к ней в гости. Катя холодно отказалась под предлогом «не убрано».

Вова начал давить на жалость словами «прямо с самолета, устал, замерз и проголодался», отчего она сразу насторожилась. Как только тебе начинают «давить» на эмоциональную сферу, рупь за сто – собрались надуть! Катя молча ткнула пальцем в направлении ближайшей бигмачечной. Если, судя по всему, этот халявщик вознамерился еще и пожрать за ее счет, он может на это не рассчитывать.

А он, похоже, рассчитывал, потому что явно обиделся и попытался спихнуть расплату за пошлую котлету с булкой на нее. А когда не вышло, засопел и начал делать выражение лица. Такое специальное, укоризненное. Дочавкав бургером, он перешел к делу. Она получила наглое предложение продать доставшуюся ей от его родственников квартиру и отдать ему половину денег.

- Так-то она вся должна была мне достаться, - доверительно объяснил ей этот… вежливых слов для него нет, – потому как тете Лизе я прихожусь единственным кровным родственником, но так и быть, я готов с тобой поделиться.

Он. Готов. С ней. Так и быть. Поделиться. Нет, ну, Вы подумайте! Да Вашу ж рыбу об калитку! Пусть ей только дадут такую возможность, уж она ему продемонстрирует, таки почем в Одессе бычки на Привозе! Но пока она спокойно поинтересовалась что будет, если она от столь щедрого предложения откажется. Хотя больше всего ей хотелось громко определить его место в иерархии по типу тюремной и послать этого козла трудиться секс-меньшинством в шведскую семью.

Вовчик пригрозил походом в милицию. Катя обрадовалась и предложила не тормозить, а навестить стражей порядка прямо сейчас. Для убедительности указав направление местонахождения ближайшего отделения – за углом. Почему-то Вовчику это не понравилось, странно, почему бы это?

Следующим этапом стало его обещание подать в суд. Катя немедленно согласилась, поскольку в отличие от этого деятеля она была в своем праве. Причем Вова пообещал через суд отобрать у нее не половину, а всю квартиру. На что получил хладнокровное разъяснение, что, если бы он мог у нее хоть полметра в судебном порядке оттяпать, он бы именно этим и занялся. А поскольку по закону сделать он этого не может, то и пытается сейчас у нее хоть что-то вымогнуть на шару.

Вова начал в неявном виде угрожать, что с особо непонятливыми может, например, что-то случиться. Катя вынула из кармана включенный в режиме диктофона мобильник и пообещала, что тогда к этой записи отнесутся всерьез и будут сразу знать виноватого.

И вот тут Вова растерялся. Оставлять против себя такую улику было нельзя. На людях отбирать у нее телефон тоже было нельзя. Катя прямо видела, как в его черепушке медленно прокручивается внутренняя зубчатая передача, почему-то она представляла себе его мысленный процесс именно так, в виде открытого часового механизма, где жирно смазанная шестеренка подталкивает одну из стрелок указать на действие, призванное укоротить несговорчивую девицу.

Только для этого придется выйти за пределы зоны действия камер заведения. А уж там…

Он мужчина, а, значит, наверняка сильнее какой-то хлипкой девчонки. Скрутить ее, заткнув рот доволочь до квартиры, а там на месте заставить, например, написать отказную от жилплощади в его пользу, делов-то! И компрометирующую запись стереть, а лучше мобильный вообще разбить. Может получится еще поиграть с этой заразой как кошка с мышкой…

Похоже, попутал Вова кто здесь кошка, а кто мышь. И попытавшись схватить ее при проходе под аркой, получил удар растопыренными пальцами в глаза, а по ушам страшным женским оружием - Истеричным Боевым Визгом. Действует, между прочим, не хуже ультразвукового удара, или он и есть его разновидность? Впрочем, это было уже неважно, поскольку пара интересантов немедленно к ним сбежалась, и Катя со спокойным сердцем вызвала милицию.

Пришлось, конечно, проторчать в отделении милиции часа три, рассказать всю историю про удочерение и последующее совместное проживание с приемными родителями, и даже сбегать за копиями документов, чтоб стражи порядка авторитетно разъяснили Вовчику что ему ничего не светит. И почему.

Квартира покупалась после удочерения, ты, удод понаехавший! После! На троих! И права несовершеннолетнего ребенка на часть жилплощади неоспоримы. А после своей смерти родители завещали свои доли в квартире дочери, так чего тебе надо? Ах, кровного родства нет! Зато завещание есть. И поддержка престарелых родителей была. Вот только не говори, что ты им как-то помогал аж из Кемерово! Если суд действительно начнет разбираться, очень быстро выяснится, что ни билетов на твое имя, ни переводов денег в Москву нет и не было, а все твои претензии гроша ломаного не стоят.

И, кстати… диктофонная запись, сделанная гражданкой Старжич… очень эта запись интересная. Прямо свидетельствующая о том, что ты перешел от разговоров к угрозам. Мы тебе прямо сейчас ничего кроме хулиганства оформить не можем, но протокол по месту жительства обязательно перешлем. Чтоб, значит, страна знала своих героев. И попросим там за тобой приглядывать. Так что добрый совет: быстро-быстро отваливай по месту прописки и не отсвечивай нам здесь! Никогда.

Вовчик, конечно, хоть и был не великого ума, спорить с милицией не рискнул, но взгляд, которым он ее на прощанье наградил был ну очень выразительным. Обещавшим ей просто-таки все муки ада.

А то, что она ему в ответ даже средний палец не показала, следует расценивать как высшую степень ее сдержанности и самообладания, вот.

И, выкинув из головы недовольного Вовчика, Катя устало поплелась в квартиру. Самое смешное, что она ему ни одним словом не соврала, у нее действительно квартира была в стадии генеральной уборки. Потому что завтра был Новый год, который она планировала встретить с Пашей. Пора было переходить от конфетно-букетного периода к чему-то более… скажем так, определенному.

Она не то, чтобы прямо боялась оказаться с ним в постели, но несколько опасалась собственной реакции на первую в жизни близость. Черт его знает, как оно это у оборотней происходит?! А вдруг она по дороге непроизвольно перекинется в звероформу? Или сделает это сразу после? Ей ведь даже спросить об этом не у кого!

Ладно, пусть будет как будет, там поглядим.

Волновалась она напрасно, никаких самопроизвольных трансформаций с ней в процессе не произошло. Ну и славно, а то так вся многолетняя маскировка могла пойти тем самым котам под тот самый хвост. Так что можно позволить себе успокоиться и получать удовольствие.

Несколько омрачило ее радость только получение завуалированного предупреждения от отца, о том, что ее по некоторым причинам могут начать прицельно искать именно в столице, и что меры предосторожности и скрытности следует усилить.

Куда их еще-то усилять, разозлилась Катя, если она и так существует как запечный клоп?! Хотя отец-то ее не видит, и видимо поэтому излишне паникует… А ей надо не отвлекаться, а дописывать выпускную работу, у нее в мае защита.

Получив свой честно заработанный красный диплом, летом 2021 года Катя сдала экзамены в магистратуру своего факультета сплошь на отлично. И начала задумываться о выборе работы. Химик, конечно, профессия востребованная, но уж больно неприглядными являются большинство мест работы, которые им предлагаются. В основном это промышленное производство аммиака, серной и соляной кислот, щелочей, метанола… провоняешь на такой работенке аж до внутренних органов. Да и опасные это занятия, как ни соблюдай технику безопасности, можно крупно нарваться…

С другой стороны, а куда вообще могут взять ее, как выпускницу магистратуры? На что она сможет претендовать? Разве что отсидеться в какой-нибудь лаборатории, делая анализы крови и мочи… вот тоска-то. Катя продолжала присматриваться к потенциальным работодателям, когда в январе 2023 года отец полунамеками предложил ей устроиться после магистратуры на работу по специальности в какое-нибудь из подразделений милиции.

А вот это был тревожный звоночек! Видимо дома происходило нечто такое, из-за чего отец счел, что ей может потребоваться дополнительная защита в лице бравых оперов или спецназовцев и призывал дочь влиться в их ряды хотя бы таким образам. Чтобы стать своей.

А, кроме того, прислал ей уже через другой канал передачи посылку, в которой были: пара принадлежащих Колычеву мелочей, ручка и брелок, а также запаянный в вакуумный пакет носовой платок с его потожировыми следами. И тут она окончательно поняла, что дело плохо. Значит, этот самец акулы уже кружит где-то неподалеку от нее. И мимикрия под свою в милицейской среде может оказаться чуть ли не последнем ее козырем, когда он за ней придет.

Но она тоже может попробовать его подставить, не зря же у нее теперь есть его личные вещи. Только для этого нужно оказаться в нужном месте, в нужное время. И Катя приложила все усилия, чтоб чуть-чуть скорректировать направление исследования своей магистерской диссертации. И направить ее в более практическое русло. Иначе кому она будет нужна там, куда она хотела бы попасть?

А хотела она попасть в экспертно-криминалистический центр МВД, вернее, в одно из их районных подразделений. Она уже выяснила, что выпускников с ее специальностью туда могут взять по договору, что ее бы более чем устроило.

В территориальном ЭКЦ ей понравилось. Эксперты в массе своей оказались вполне доброжелательными и охотно подсказывали ей всякие практические тонкости, которым их на факультете не учили. А их начальство, «настоящий полковник» Сутормина Юль-Дмитна вообще была тетка душевная и, если не было срочных «горящих» экспертиз, могла и отпустить подчиненных с работы пораньше. Даже то, что именно ее, как самую молодую регулярно гоняли сбегать передать операм или следователям результаты исследований, ее только радовало, возможность завести знакомства среди тех, кто возможно будет напрямую заниматься поимкой ее недоброжелателя, она дорогого стоит! И чем ближе будут эти знакомства, тем лучше ее будут защищать.

И в первый день весны 2024 года эту возможность удалось реализовать. Тем более, что шапочно знакомый с ней до того следак Виктор сам активно напрашивался на сближение. Опять же, корпоратив в честь «День криминалиста», шутки, танцы… она не стала возражать, когда он напросился в гости. Как она поняла, он собрался расставаться с женой, так что совесть ее не укоряла. Более того, она даже не вышла из вечной спячки. Да и с чего, собственно? Это она свободная женщина Востока, может себе позволить завести партнера, а уж как он там будет разбираться со своей благоверной, до нее не касаемо…

Правда, в какой-то момент времени ухажер решил вильнуть и вернуться в семью, что-то лепеча об обязанностях и долге, но главного она достигла: теперь ей, как «своей» доверялись в ЭКЦ более сложные экспертизы и шанс подставить при случае Колычева ощутимо возрос.

Однажды она им воспользовалась.

Я никогда не любил ворожить…

И, главное, что там было особенно ворожить? Всего-то добавить каплю в пробы, которые ей достались для исследования. Не зря же у нее был припасен вакуумный пакет с носовым платком подозреваемого с его потожировыми следами. Потожировое вещество-то строго индивидуализировано! И такую улику следаки не прохлопают!

Они и не прохлопали. По слухам именно Виктору поручили задержание маньяка, уже игриво прозванного «Цветочником».

После чего можно было смело дожидаться окончания указанного в ее договоре срока работы – год и мирно писать заявление об уходе.

А дальше оставалось сидеть на попе ровно и дожидаться, когда окончательно распоясавшегося Никодима Степановича отловят, и выставлять квартиру на продажу. Больше ее в Москве ничего не держало.

Но брать билет напрямую на Новосиб она не стала, мало ли что Витеньке в голову стукнет, еще искать ее начнет… так пусть и ищет в столице. А она добралась на такси из Москвы до Дубны, где села на круизное судно до Нижнего Новгорода, чтоб уже оттуда вылететь домой. Там и плечо подскока самолета покороче.

За время ее отсиживания в квартире прошел суд и Колычев получил вполне ожидаемое наказание. Теперь на нем запаянный ошейник-блокиратор и весь остаток жизни преступник будет вынужден провести в звероформе. Один из самых страшных видов растянутой казни: помещение сознания человека в шкуру зверя. Поскольку с этой стороны ей больше ничего не грозило, можно было увидеться с семьей. Или хотя бы с отцом, прощупать ситуацию, мало ли что там в клане происходит, может ей еще не пришло время выходить из подполья.

Повторяется история, думала Катя, сидя в одном из номеров пансионата «Луговичок», все как девять лет назад. Только ситуация другая, да и она уже не та. Где тот перепуганный подросток пятнадцати лет? Нету. Вместо него вернулась молодая женщина двадцати четырех лет. Интересно, как отец сейчас выглядит? Небось постарел со всеми этими переживаниями? Она его вообще узнáет? Как там мама, как братья? Смогут ли они снова начать общаться как семья после столь долгого перерыва?

Волновалась она зря, отец почти не изменился, и Катя при встрече практически сразу кинулась ему на грудь. И вдоволь наобнимавшись после долгой разлуки, всплакнув, и сумбурно выложив друг другу все основные новости, они с отцом, наконец, присели и приступили к конструктивному диалогу.

Отец не стал скрывать от нее, что пока он никому не сообщил о ее прибытии. Понятно, что ей можно возвращаться, но, прежде чем начинать процесс воскрешения, следовало обсудить проблемы ее «выныривания» из небытия. А они, эти проблемы, были, и касались отнюдь не ее проживания под чужими документами! Они напрямую касались как катиной наследственности, так и ее будущей жизни.

Мало ли что они решат вместе, такую информацию о появлении дочери клана Уральских медведей с наследственностью Призрачных рысей надо подавать максимально осторожно, сто раз все взвесив и обсудив. Кате понравилось то, что отец готов обсуждать с ней ее будущее, а не пытается в приказном порядке навязать ей свое решение, и поинтересовалась, как именно он это будущее видит?

Он честно признался ей, что вариантов ровно два. В первом случае она продолжает существование под уже имеющимися документами, скрываясь всю оставшуюся жизнь, как когда-то ее бабка и прабабка, и обрекая на то же свою будущую дочь. Или детей.

Катя фыркнула, такой расклад ее точно не устраивал.

Есть второй вариант, утешил Катю отец, она выходит из подполья, но тогда она должна быть готова к тому, что ее происхождение скрыть не получится, и кланы за нее опять передерутся. И достанется она самому сильному. И гарантировать, что ее замужество ее устроит, он не может.

Так что только ей выбирать как она будет жить дальше.

Он поддержит любое ее решение.

Катя подумала и предложила третий, комбинированный выход из положения. Сначала она скрытно присмотрится к возможным кандидатам, и уж потом попробует выбрать. И вообще… кто там нынче из молодых мужиков свободен у самых сильных кланов?

Отец с готовностью перечислил наиболее подходящие варианты холостых оборотней: сыновья главы клана Уссурийского тигра, перевертыши из клана Бурых медведей с Камчатки, Снежные барсы и Восточносибирские рыси, потом еще Волки…

- Нет! - тут же возмутилась Катя, и Арсений завершил список кланом Белых медведей. Он даже показал ей заранее сделанную подборку их изображений в человеческой ипостаси на планшете, чтоб она понимала с кем придется иметь дело.

Катя задумалась. Если она начнет между всеми ними распыляться, толку не будет. Значит, надо выбрать одного, самого перспективного кандидата, тихонько пожить рядом с ним, присмотреться и прикинуть, сумеют ли они вообще ужиться как семья? И только потом совершать «каминг-аут»! А то, если она достанется кому-то просто так, за силу клана, он и относится к ней будет соответственно, как к чему-то, ему и так по жизни положенному, ибо отродясь никто не ценил то, что досталось само собой, без приложения усилий!

Вот выдадут Катю замуж за выбранного общим собранием кланов двуипостасного, а он воспримет это не как удачу, а как должное, и станет она для него не партнером, а ценным имуществом, которое следует держать под замком, не забывая регулярно ее брюхатить. А она к вольной жизни привыкла и такого не потерпит. Даже если не вскроет ему глотку в брачную ночь, как ее предшественницы из клана Призрачных рысей, то, как минимум, морду точно расцарапает. И какая тогда это будет семейная жизнь? А то еще и сбежит… как ее прабабка…

Собственно, именно это она отцу и выложила. Тот покивал, но сказал, что не совсем понял, как именно она собралась неизвестно к кому присматриваться чисто технически. Катя предложила сначала определиться с конкретным, наиболее перспективным кандидатом, и в зависимости от этого прикидывать, как именно к нему лучше подбираться.

- Кать, - уточнил отец, — вот ты убедишься в том, что выбранный кандидат тебя устроит, а дальше?

- А дальше надо сделать так, чтоб он у меня с ладони ел, и готов был назвать женой! – лихо ответила Катя. - Как думаешь, если к этому приложить еще и мое происхождение, кандидат сразу поволочет меня сочетаться браком, или сначала малька полежит в обмороке?

Отец быстро сообразил насчет ее планов по тайному бракосочетанию, чтоб потом было поздно переигрывать, а перед общим собранием кланов двуипостасных, возмущенных этакой несправедливостью, можно было бы невинно развести лапками и сказать «у нас лубофф!» И вообще, я уже беременна, куда сучки корявые тянете? А насчет моей дочери – приходите этак лет через двадцать!

И спросил на штурм кого именно она пойдет. Они с отцом старательно перерыли все имеющиеся у Арсения данные на холостых перевертышей сильнейших кланов. Возраст, внешность, привычки, наклонности, имущество. Самым перспективным в итоге был признан старший сын главы клана Уссурийского тигра – Никита Свиридов.

— Это, кстати, и самый сильный российский клан, - одобрил отец. – Возмущения от остальных не будет. Только помни, Тигры – это тебе не котики из мультфильмов! Именно от его деда-домостроевца когда-то во все лопатки удрала твоя прабабка! Там характеры еще те!

- Так и меня не в отделе мягкой игрушки на распродаже нашли, - фыркнула Катя. – Уж как-нибудь разберусь!

- Кстати, а сколько времени ты собираешься потратить на приглядывание к Никите, тебе уже двадцать четыре года!

Катя клятвенно пообещала, что год – это максимум. Ну, а уж если не срастется, тогда она пойдет признаваться общему собранию и воспитывать того, кого ей кланы соизволят подсунуть…

Насчет будущего внедрения к Тиграм отец подсказал интересный выход. Никаких Гордеевых или Старжичей, мало ли кто догадается сравнить фамилии! Зато у него остался дубликат ее свидетельства о рождении, предусмотрительно выписанный когда-то на девичью фамилию ее матери. Так что теперь она могла абсолютно законно получить новый паспорт как Пинс Екатерина Арсеньевна. Тогда никто не сможет ее связать ни с кланом Медведей, ни с ее московской жизнью. А вернуться к документам Аглаи Старжич или воспользоваться свои старым паспортом десятилетней давности на Екатерину Гордееву она всегда сможет…

Они обговорили последние детали. Катя получит дубликат своего свидетельства о рождении, выписанный на фамилию Пинс, и официально обратиться за паспортом. Чтоб уже по нему прибыть во Владик. Тогда же она пошлет запрос в Москву с тем, чтобы ей выписали дубликат диплома на новые паспортные данные. Знает он в канцелярии ее факультета нужного человечка, который не будет излишне любопытствовать…

- А с трудовой книжкой… - призадумался отец, - а, может, ну ее ту книжку, ты всего-то год работала, вот устроишься на работу на новом месте, там новую и заведешь.

Что касается семьи… он договорились, что Катя передаст для матери письмо, но пока им лучше не видится, отец опасался, что та после личной встречи не сумеет такую новость скрыть, слишком эмоциональна, так что с этим следует обождать. Ее братьям тоже пока лучше не знать. Они расскажут им правду, но позднее, через год, когда все устаканится.

Денег на жизнь от продажи московской квартиры ей хватит. А для связи она заведет новую почту и новый аккаунт в соцсетях, теперь-то им скрываться особо не от кого.

А потом ее ждет центр Дальневосточного федерального округа – Владивосток!

Только Катя не стала тупо следовать отцовским инструкциям. Она смотрела на свое свидетельство о рождении с материнской фамилией и вспоминала бабку, Елену Константиновну. Пусть она и видела ее пару раз в жизни, не считать же свой визит в Ростов в грудничковом возрасте, но помнила, как та рассказывала всякие интересные байки. И один из рассказав касался того, как ее прабабка, то есть бабкина мать исхитрилась подделать документы.

Воспользоваться отцовскими контактами нужно обязательно, но кто сказал, что именно на вписанную фамилию? Бояться вроде было уже нечего… но почему-то не хотелось Кате, чтобы ее могли легко найти. Пусть даже отец. Значит, берем ручку, бумажку и начинаем думать. Или ворожить? Нешто она глупее прабабки? Ставим вертикальную палочку, и заглавная «П» превращается в «Т». Закрываем верхушку буквы «и», и вот у нас буква «а». К маленькой «с» пририсовываем аккуратную петельку, и вот у нас уже буква «е». А потом добавить «ева» и готова новая фамилия. Была Пинс – станет Танеева. Это еще придется сильно голову поломать, чтоб догадаться как она теперь может именоваться.

А, между прочим, фамилия известная. Дворянская. Считающаяся таковой аж с семнадцатого века, пожалована роду кем-то из царей за службу и храбрость. И паспорт на имя Танеевой Екатерины Арсеньевны ей очень подойдет. Равно как и магистерский диплом на это имя. Она получит новые «корочки» и поедет сражаться сама. Одна. Как привыкла.

Отцу Катя не сказала и еще кое-чего. Знакомство с Пашей состоялось когда-то не просто потому, что ей хотелось испробовать что это такое – сексуальные отношения. Пашу она выцепила намеренно, потому что учился он на соседнем психфаке, а конкретно на кафедре психологии личности. И знал то, чего не знала она. С учетом ее пряток и, как итог, пробелов в общении с людьми, ей жизненно необходим был вот такой наставник в межличностных отношениях.

Как правильно себя позиционировать в паре и коллективе? Чем можно людей к себе привлечь, или, наоборот, оттолкнуть? В каком случае можно попробовать спихнуть с занимаемого места лидера некого сообщества? Когда лучше постараться затаиться и мимикрировать под безобидное растение в кадке? А Паша, чувствуя себя по сравнению с ней умудренным мэтром, с удовольствием ее просвещал и даже таскал нужные учебные пособия. И позволял подключаться к своим вирт-семинарам на интересующие ее темы.

Великая вещь – образование! Особенно методически выверенное. Зато теперь она была готова открыть профессиональную охоту на амурскую кису.

Я никогда не любил воскресать…

А пришлось. Владик встретил ее теплой, но пасмурной погодой. Что ж, на ближайший год ей придется привыкать к морскому климату. Но для начала нужно заселится в снятую по Интернету квартиру и начать искать подходы к Никите Свиридову. Перерытые городские новостные сайты, а также аккаунты семьи Свиридовых убедили ее в том, что этот орешек так просто не разгрызть. Тут целый Кракатук! Или, если оставаться на почве реальности – макадамия, не меньше. Но ведь и они поддаются. Значит, надо понять с какой стороны этот орех проще вскрыть. И Катя решила зайти со стороны младшего поколения.

Если два старших сына в этой семье были теми еще мачо, то младшенького старательно кутали в папиросную бумагу и махали над ним крылами. Даже вместо спорта ему определили бальные танцы. Похоже, Костя несколько тяготился этим, но послушно исполнял всякие самбы и румбы. И чтоб оторвать его от исполнения очередных вальсов и прочих пасадоблей, пришлось вспомнить собственное прошлое. Не так и сложно было договориться, чтоб мальчишку как бы случайно задержали после его тренировки, и он увидел их постановочные номера.

Мало кто может устоять перед акробатическим рок-н-роллом, это ж такой адреналин, даже если просто смотреть! А если поразить внимание еще и внешностью, то человек может захотеться присоединиться. Катя специально сменила имидж: теперь вместо длинных пепельных волос ее голову украшала копна стриженых рыжих, в которых просверкивали дополнительно прокрашенные разноцветные прядки. И когда Свиридов-младший, проторчав в зале три тренировки подряд, и чуть не сломав глаза о ее… ну, пусть будут ноги, все-таки решился на переход в их секцию, привлечь его внимание окончательно большого труда не составило.

И имя. Мало ли что у нас написано в документах! Каждый из нас вправе выбрать то от него сокращение, которое нам больше по вкусу. Вон как извращаются всякие Елизаветы! Элиза, Элизабет, Бесси и Бесс… стишок помним? Вот и она пойдет их неверной дорогой. Катеринка – Ринка – Инка! Она заставит его родню дергаться от одного упоминания ее хлесткого имечка!

Рассчитала она верно: ее, как и любую девицу, появляющуюся около младшенького, семья мгновенно классифицировала как охотницу за приданым. А, значит, момент, когда кто-то из старших братьев приступит к ее нейтрализации, должен был вот-вот наступить.

И первым в бой пошел средний брат. Катеринка не ждала от него ничего сложного, и угадала. Все, на что Стас оказался способен, это вальяжные барственные подкаты в стиле «да я тебе делаю одолжение!» Она ему с ходу посоветовала опробовать такие заявы на местных проститутках, глядишь, кто и купится!

Ну да, она его нарочно разозлила. Ей было интересно, как этот не привыкший к отказам петушок отреагирует на лобовое хамство. Наверняка же выкинет что-нибудь неадекватное! Но такой глупости она даже от него не ждала.

Стас не нашел ничего умнее, как организовать ей проверку в экстремальных условиях, и подговорил Костю сводить ее на квест. А квест-бродилка оказалась «заряженной». Его знакомец, владелец квест-компании, специально для их с Костей похода приготовил настоящее обрушение помещения.

И когда они с Костей ушли в тоннель искать сокровище, используя разбросанные по дороге подсказки, внезапно погас свет, раздался грохот, с потолка посыпались камни, ударной волной их сбило с ног и протащило несколько метров. Сама она отделалась ушибами, но ей пришлось сначала разбирать завал над Костей, а потом еще и волочь его к выходу.

А увидев там не только устроителя, но и Стаса, она сообразила, что тот это специально подстроил. Да еще Костя не смог соврать, что был не в курсе этой подставы. Ну, она этим гадам и устроила! Получив из камеры хранения свой телефон она немедленно позвонила и стражам порядка, и журналюгам. И обвинения выкатила не поскупившись, тут было и групповое заранее спланированное нападение, и нанесение травм разной степени тяжести, и моральный ущерб, а бедные менты даже возразить не могли, поскольку рядом уже терся самый скандальный журналист города, чей оператор с упоением фиксировал все на камеру, и самая пронырливая блогерша, которая вела стрим с задорными комментариями. И замять это случай никак не удалось.

А сама Катеринка, вооружившись копией протокола, в тот же день подала на Макса и Стаса в суд.

Ух, как они засуетились! Большого труда семье Свиридовых стоило приглушить тот скандал. Пока они с ней за все не расплатились, фиг она согласилась отозвать исковое заявление.

И вот тут ею, наконец, заинтересовался старшенький, Никита. И тоже осуществил подкат, более осмысленный, чем у младшего, менее наглый, чем у среднего, но тоже нацеленный на то, чтоб ее в оконцовке унизить. Пришлось прямо объяснить, что чесать свое самолюбие за ее счет у него не выйдет.

Конечно, она рисковала. Конечно, он мог плюнуть и не связываться с настолько сложным случаем. Но где-то внутри она чувствовала – зацепило. Потому и зацепило, что при проявлении его интереса вместо полного отсутствия сопротивления и подъема лапок кверху, у дамы пошло автоматическое включение режима атаки. А это непривычно. Это нестандарт.

Да еще она с помощью прикрепленного к его машине трекера для собак отследила все его обычные маршруты, особо выделив один крайне интересный. Оказывается, не реже раза в месяц Никита наведывается на пляж бухты Стеклянная. Катеринка поехала туда осмотреться и пришла в полный восторг - сказочное место! Разноцветная стеклянно-фарфоровая галька, темно-синий песок! Пожалуй, вот тут и кроется возможность просочиться к парню в ту самую душевную щелку, которую потом можно будет расширить до размеров парадного входа.

Осталось дождаться его следующего визита туда и слегка опередить. И когда он в следующий раз приехал он в это место, то неожиданно обнаружил, что не он один сегодня решил полюбоваться закатом. У моря уже сидела Катеринка в не по размеру большой штормовке и смотрела на заходящее солнце.

Хорошо, что он догадался не лезть с вопросами и дал спокойно помедитировать.

Она ему в тот вечер устроила «сеанс» тишины не двоих. И своевременно сбежала, чтоб не спугнуть получившееся настроение.

Но после этой безмолвной встречи что-то в их отношениях изменилось. Он перестал рассматривать ее как способ щекотки эго. Она молчаливо согласилась воспринимать его, как человека, не чуждого восприятию красот природы.

И он пригласил ее бывать в своей компании. У Катеринки было интересное ощущение, что он таким образом ставит эксперимент, подбрасывая ее как хорька в клетку с курами. И не жаль ему было тех, кому от нее прилетит? При этом далеко не все его знакомые обрадовались катеринкиному появлению. Если мужская часть просто никак не могла взять в толк с чего Никита вдруг притащил к ним врага семьи, то девушки сразу почуяли в ней соперницу и попробовали понадкусать. И больше всего ярилась Люда Южакова.

Они начали сплетничать, шипеть и злословить за ее спиной, и все это даже без перерыва на пожрать. На что Катеринке было откровенно и безусловно плевать. И чхать она хотела на их желания в сторону Никиты, потому что она понимала, что как только речь зайдет о таком призе, как наследница клана Призрачной рыси, парень помчится ее хватать, ломая ноги.

И Людка эта еще, селедка вареная. Ну просто исходила на компост при виде ее. Катеринке иногда казалось, что изойди она на него полностью, никто бы особой разницы и не заметил, но озвучивать ей этого не стала.

Даром что раздражала ее эта фифа неимоверно, что высокомерием, что какой-то пугающей безграмотностью. Знаете, бывают такие существа, которые любое непонятное слово типа «пипидастра» или «страпонтена» обязательно трактуют в какую-то неприличную сторону. Вот ту самую, да. Катеринка ей хотела посоветовать пару раз пересмотреть фильм «День радио», чтоб, наконец, запомнить, что «слова креативщик, саундпродюсер, точно так же как гомеопат и педиатр никакого отношения к человеческой ориентации не имеют!»

Или подсунуть почитать толковый словарь Ожегова, чтоб раз и навсегда удостовериться, что гонобобель – это не заболевание, передающееся половым путем! А вовсе даже ягода.

Нормальные ровные отношения у нее сложились только с Давыдовой Олесей, единственным неэмоциональным человеком в этой компании. Впрочем, возможно именно потому, что та на Никиту, в отличие от Южаковой, никак не претендовала. И мнение Катеринки по поводу Люды разделяла. Пусть и с оговорками. Могла, например, меланхолично сообщить ей, что:

- Эта опять на твой счет слухи грязные распускает. А остальное дурачье верят.

Катеринка ответила ей классическим:

- Когда меня нет, они могут меня даже бить! Все-таки вот же… гадюка в сиропе…

- Не оскорбляй приличную пресмыкающуюся! – немедленно возмутилась Олеся.

Катеринка прямо устыдилась:

- Да… ты права, пресмыкающуюся не буду.

А Олеся еще подвела под чужое поведение грамотную астрологическую базу, назидательно сообщив:

— Это на нее так Ретроградный Меркурий влияет, который как раз находится под знаком Рака, не иначе.

Катеринка предпочла промолчать, хотя всю эту якобы привязку что характера, что судьбы к положению звезд искренне считала идиотизмом. Но лезть со своим мнением в данном случае сочла неправильным. Потому что свои убеждения они потому и свои, тщательно выпестованные, что они чем-то тебе близки, ну и пусть собеседник ими наслаждается, лишь бы ей это жить не мешало.

Потому что у всех окружающих мнения, увлечения и даже манера выражения могут не совпадать. И выливается это в то, что даже хорошо знакомые люди друг друга понимают не всегда. А иногда не понимают совсем. Что за примером далеко ходить, когда тот же Лакрицин, правильно переименованный ею когда-то из «эффективного» в «дефективного менеджера», недавно выдал:

- Я тут был пробегом в вашем Фрунзенском районе и, представляешь, встретил твоего Лёлика…

Уши в компании немедленно навострили все. Какой-такой Лёлик? Почему он ее? Может не так уж не права Люда, когда рассказывает о распущенности Катеринки? Никита напрягся, а сама она вытаращила на Олежку глаза и переспросила:

- Моего… кого?!

- Ну, твоего Лёлика!

Люда уже успела обрадоваться, ну как же, вот и всплыло то, о чем она неоднократно Никиту и остальных предупреждала, но дикое недоумение на ее лице не позволяло Южаковой кинуться и начать немедленно когтить проколовшуюся соперницу.

- Олег, - решительно произнесла Катеринка, - единственный известный мне Лёлик – это персонаж фильма «Бриллиантовая рука», сыгранный ныне покойным Папановым. Знакомых с таким именем у меня нет. Так что давай, рассказывай откуда у меня образовались знакомства, о которых я сама не в курсе!

- Ну, как же, - упорствовал Олежка, - Лёлик твой! Ну, Лёлик, Лёля Баринова, соседка твоя!

«Тьфу!» они произнесли хором. Правда, вкладывая в это слово абсолютно разный смысл: Никита – облегчение, Катеринка – возмущение, Люда – разочарование. Опять не удалось вымазать эту мерзавку грязью! А сама она мысленно Олежке пообещала разных кар. И чтоб на него налоговая окрысилась! И санэпидемслужба! И Роспотребнадзор! И пожарная охрана! И… да все, кто можно и нельзя!

А когда Никита как-то спросил ее насчет «жадности» в смысле занятий спортом, она легко отговорилась консерватизмом покойных родителей в смысле определения стиля жизни единственной дочери. И о своем желании после их смерти наверстать все то, чего она была когда-то лишена.

Собственно, она ему и не соврала, скорее слегка сместила акценты. Девять лет пряток без возможности в приличный фитнес-центр сходить, чтоб даже случайно на камеру не попасть, даром не проходят. И осознание, что на развлечения у нее не больше года – тоже. Потому и кидалась она от возможности к возможности, оттого и жрала адреналин горстями. Потому что понимала она, что эта передышка коротенькая, потом замужество, дети, и сиди себе с пузом и не рыпайся.

Прорыв в их с Никитой отношениях случился после посещения ими ночного клуба. Она вышла из дверей всего-то на пару минут позже него, чтоб обнаружить его за углом, лежащего тушкой на асфальте, и стоящих над ним двух хмырей, яростно сцепившихся на тему о том, кому именно достанутся его часы.

Можно было, конечно, закричать и позвать на помощь… но это же не наш метод! Первому она молча врезала по голове какой-то подобранной доской. А чтоб нейтрализовать второго, просто перешла в звероформу и со всей дури вцепилась ему в лодыжку. Цапнутый за это место человек, и даже оборотень мгновенно выводится из строя, не будучи способным встать, потому что у него оказываются поврежденными не только мягкие ткани, но и сухожилья, не говоря уже о кровеносных сосудах и нервах.

И пока лежачий укушенный громко излагал малоприятную и абсолютно нецензурную версию о близких знакомствах ее матушки, Катеринка быстро подозвала охрану. Клуб-то был для своих и двуипостасные охранники быстро и скрытно доставили всю четверку к начальству. И даже догадались растащить связанных человеческих горе-грабителей по разным комнатам. А потом призадумались.

Оглушенного доской, как ничего лишнего не увидевшего, предполагалось сдать в участок, но вот что делать со вторым? Его, понятно, предупредили «Сиди молча, молчи, сидя!» и даже вставили для надежности кляп, но гарантий, что он будет держать язык за зубами не было никаких. Наоборот! Он видел Катеринку в звероформе, а договор о ненападении двуипостасных на обычных людей никто не отменял. Такая огласка была никому из оборотней не нужна. Даже версия о самообороне могла в данном случае не сработать. А то, что этот гаденыш, чтоб смягчить возможное обвинение против себя, точно молчать не будет, это понимали все. Скандал мог получиться громким. На весь город. Если не больше.

А оно нам надо? Оно нам, натурально, не надо!

Поэтому передав приехавшему наряду милиции одного нападавшего и посетовав, что второй удрал, охранники вместе с Никитой и Катеринкой подписали протокол и оставшись в помещении с камерами, крепко задумались. Понятно, что попавшегося человеческого грабителя просто так выпускать было нельзя, но что конкретно с ним теперь следовало делать?

Все угрюмо молчали. Потому что брать на себя ответственность за чужую смерть желающих не нашлось.

Поняв, что ничего умного мужики сейчас не вымолчат, Катеринка решила брать разрешение ситуации на себя. Она предложила охранникам для начала стереть лишние записи с камер, и отдать укушенного им с Никитой для дальнейших разбирательств. Те охотно согласились.

Увязанного почище батона колбасы грабителя поместили в багажник вызванной Никитой машины, одобрительно определенной ею как «мощный шушпанцер», после чего они отвезли его к владивостокскому цирку. Где и передали тушку двум незнакомым оборотням. Ну, это Никите они не были знакомы, а Катеринка общалась с ними еще с тех пор, как они однажды помогли ей отбиться от парочки торчков, пытавшихся насобирать на дозу. И, забрав уже не дергающуюся добычу, намекнули-подсказали, где, случись что, требуются лишние излишне бόрзые особи. В качестве свежего тренировочного мяса для натаскивания молодых оборотней перед боями без правил. Так что, вези, нам все пригодится.

Чего она не могла не отметить, так это выдержку Никиты, ни слова не сказавшего, пока машина не затормозила у ее подъезда. А вот тут он уже потребовал подробностей. Потому что его эта ситуация тоже касалась, и он хотел бы понимать, чего ему ждать. От него Катеринка отделалась откопанной когда-то где-то цитатой:

- Романтизировать я дам, увы, не буду,

Из нас любая, сколь бы милой не была,

Всегда сумеет сделать куклу вуду,

И точно помнит, где стоит метла…

И, чтоб уж точно отвлечь его от ненужных мыслей, пригласила его к себе домой. Впервые, попрошу отметить в протоколе! И дело было уже не столько в расчете, сколько в том, что именно это им обоим сейчас и было нужно. Какая там одежда, какая там кровать, это были несущественные мелочи на фоне той волны адреналина, которая грозилась их накрыть и погрести под собой! И все выплеснулось по итогу в дичайший эмоциональный шторм. Или гормональное цунами.

Потому что останавливаться им не хотелось. И они не стали.

А, проснувшись, хотелось продолжать. И, только слегка подустав, Катеринка не отказала себе в удовольствии лукаво поинтересоваться у Никиты:

- Овсянка, сэр?

И он не сплоховал, ухмыльнувшись в ответ:

- Лучше пожрать, мэм!

Следующий квартал года прошел для них в режиме фейерверка. В определенном смысле они прожили за это время этакий растянутый медовый месяц. Месяц, когда двое, наконец, с удовольствием дорываются друг до друга, наплевав на возможное осуждение остальных, такой поистине сладкий период, когда на все плевать, важно только то, что вы вместе.

Они старались проводить друг с другом как можно больше времени. Никита показывал ей город, окрестности и необычные места, в которых она до сих пор не бывала, и обещал, как станет теплее, свозить ее в необыкновенное место, на какой-то остров, где можно ловить креветок в мелких заводях и жарить их над костром, и купаться, не заморачиваясь купальными костюмами.

А в конце апреля ее ждало совершенно необыкновенное зрелище. Кто никогда не видел, как цветет рододендрон остроконечный – много потерял! Сиренево-розовая волна буквально обнимала Приморские сопки. И напрасно неучи называют его багульником, да еще умудрились протащить эту ошибку в шлягер прошлого века! Это отдельное растение! Точнее, листопадный кустарник из семейства вересковых, означающий в переводе «розовое дерево», которое насчитывает возраст не менее 50 миллионов лет. И все это время радует по весне живущих на планете своими цветами.

А еще он сводил ее на концерт «Мумий Тролля», и Катеринка вместе со всем залом радостно орала «Владивосток – две тыщи!» Молодец, все-таки мужик, не поперся в одну из столиц как большинство музыкантов, а остался творить дома, и даже песни пишет, прославляя родной город. Между прочим, даже стал представителем России в международной коалиции по защите амурских тигров. И книгу «Я Тигр» выпустил в рамках этой своей деятельности. А вот, кстати…

- Почему именно Амурских тигров, а не Уссурийских? – с интересом спросила она у Никиты. – И от кого вас, крупнейших хищников страны, собственно, вдруг потребовалось защищать?

И Никита объяснил, что есть самоназвание их зверя – Уссурийский тигр, чаще используемое в разговорной речи, а есть и официальное название их подвида, утвержденное человеческой классификацией, вот тут людишки и используют термин Амурский тигр. А насчет защищать… если раньше старики из их клана чаще уходили доживать в резервации, то с годами таких отверженцев все меньше, и получается, их популяция по непонятным причинам вроде как уменьшается, вот всякие зоологи, экологи и прочие -ологи бьют тревогу. и так и норовят их защитить.

Хар-рашо устроились! Не могла не признать Катеринка. Ловко. Молодцы.

- А как вы на участие в этом аж самого Лагутенко раскрутили?

— Это отец с ним как-то на тему патриотизма договорился. Кстати, насчет отца…

Тон при этом у него был как у человека, который звонит Вам после наступления темноты, конспиративным шепотом просит после звонка выключить мобильный, сложить в багажник пару лопат и скрытно приехать в известную Вам сельскую местность.

Не иначе зовет закапывать криминальный труп.

Но все оказалось куда проще:

- Может, хватит прятаться, пора уже тебя родителям официально представить?

С одной стороны, она этого и хотела, но с другой, еще раз видеть его папашу после переговоров о возмещении в рамках досудебного соглашения… И обиженных братиков… И мамашу его – с ее до миллиметра выверенными движениями, лощеную, холеную… выхолощенную от проявления любых эмоций вусмерть!

А придется.

И однажды Никита представил перед ужином Катеринку семье как свою невесту. Если вся эта семейка не подавилась, то это исключительно по причине повышенной выдержки. Костик обиделся, Стас злобно засопел, их отец выразил неодобрение всем собой, одна мамаша сумела сохранить пластмассовую, ничего не выражающую, морду. Ужин прошел в недружественной обстановке. Катеринка понимала, что они обязательно начнут Никиту от брака с ней отговаривать, причитая сначала об упущенных бонусах от семейств всяких Быркасовых и Чугуевых, но в основном упирая на то, что не дело это, рисковать будущим детей с учетом ее слабого зверя.

И чтоб их лишний раз не видеть и не слышать, Никита все чаще начал зависать у нее в квартире, что дало ей шикарный шанс подтвердить на нем правдивость пословицы через что лежит пусть к сердцу мужчины. Дамы, помните, беспрерывный секс – это великолепно! А не подпитываемый секс – это невозможно. Даже если вы представляете из себя самую совершенную на свете лав-машин, после какого-то момента общения с вами партнер все равно ощутит необходимость в восполнении потраченной энергии. И его неудержимо потянет туда, где кучкуются необходимые его истощенному организму белки, жиры и углеводы.

И не потому, что он вас не любит и не хочет, а просто потому, что потребность жрать - она тоже из тех самых, базовых! И нечего фыркать, Вы и сами, поди, не фотосинтезом пробавляетесь. Так что, если у вас нет склонности к готовке, заучивайте наизусть телефоны доставки из ближайших кафе и ресторанов. А то Ваш самец начнет беспрестанно косить глазом в сторону той кухни, где его наверняка вкусно накормят. Вот трахнет Вас, а потом удерет к привычной кормушке.

Сама Катеринка готовить умела. Тут в свое время постарались и ее родная мать, и приемная, и разнообразие рецептов в Интернете во время ее самостоятельной жизни тоже сыграло не последнюю роль. Ибо постоянно рассчитывать в деле подпитки организма неизвестно на кого, готовившего неизвестно из чего, да еще не факт, что моющего при этом руки… оно опасно. Хочется человеку на себе опробовать настолько экзотический вид самоубийства – так кто ж ему доктор? Тут уж проще самой уметь что-то приготовить, но при этом быть уверенной в том, что не отравишься.

И девиц из никитиной компании, которые кичились свои неумением готовить, она по-тихому презирала. Демонстрировать окружающим пятисантиметровые нарощенные ногти и надменно заявлять, что «я женщина, а не кухарка!», конечно, смотрится эффектно. Она на всякий случай при этом не озвучивала так и просившиеся на язык ехидные вопросы насчет того, как эта гордая женщина с такими когтями ухитряется пользоваться туалетной бумагой без ущерба для того места, где спина теряет свое благородное название. Или как она умудряется не пропороть кожу на спине партнеру в самый патетический момент.

А как насчет захвата бегунка молнии? А набора текста на клавиатуре компа? А последствий в виде возможных микротравм, трещин, а то и отслоения ногтевой пластины от ногтевого ложа? Нет уж, не надо ей такого счастья. Ее коротенькие коготки позволяют ей спокойно готовить, а выпендривается пусть кто-то другой.

Они уже запланировали свадьбу, и тут Никита сообщил, что должен поехать в какую-то длительную командировку по поручению отца. Сначала в Ставрополь, потом еще куда-то... И что будет отсутствовать в общей сложности полтора-два месяца. Катеринка было уверена, что это его отец специально тянет время, чтоб успеть что-то предпринять, пока она не стала его женой.

Прощание с Никитой выдалось грустным. Царапало ее почему-то нехорошее предчувствия, что эта встреча может оказаться последней. Видимо и он ощущал нечто подобное, потому что эта ночь прошла под знаком какой-то щемящей душу нежности. Они оба как будто пытались сохранить побольше подробностей друг о друге. Но утром ему все равно хватило сил попрощаться с ней и поехать в аэропорт.

Что побудило ту же противную Южакову немедленно активизироваться и раззвонить по всем соцсетям, что Никита покинул город, отложив их с Катеринкой свадьбу на неопределенный срок. Видать, очень уж у нее под хвостом чесалось во всех смыслах: и Ника трахнуть и ей нагадить. Лучше на голову. Потому и не смогла она удержаться от очередного вброса лопаты дерьма не вентилятор, даже не дожидаясь, когда самолет с Никитой взлетит.

Пожалуй, она на нее даже не обиделась. Обиды – удел слабых, а она, слава наличию мозга, делает выводы.

И вывод был таков, что, кажется, они с этой гангреной в одном городе не уживутся.

Никита когда-то поинтересоваться у нее насчет отрицательного отношения к Люде. Понимал, что не может оно быть положительным, после всех ее фокусов, но, видимо, хотел уточнить для себя причину. Катеринка еще тогда заморочилась, как же ему объяснить, чтоб не слишком лезть в дебри препарирования характера…

— Вот смотри, та же Олеся Давыдова– она как та скала Встречи, стоит себе и считает себя тверже и устойчивей любого бегающего вокруг существа. У нее на свой счет есть давно устоявшееся твердокаменное мнение, которое она менять не планирует, ибо зачем? И если какой-то мягкотелый человечек попытается ее в чем-то переубедить, она на него даже реагировать не станет. Ну, бегает кто-то, ну, верещит, может даже попробовать скалу пнуть и отбить себе ногу, ей плевать. Но при этом, заметь, свое мнение она никому не навязывает, ей это сто лет не интересно. А Людка…

Катеринка задумалась, подбирая слова:

- Знаешь, как по мне, тут больше сходства с какой-то суетливой птицей. Не хищной, но крупной и в чем-то даже опасной: не то индюк, не то страус… и вот эта птичка вполне себе агрессивная, так и норовит свое мнение всем, до кого дотянется навязать. Вне зависимости от желаний окружающих. Наверное, отсюда и склонность к манипуляциям, если дара убеждения оказывается недостаточно.

И ведь та пыталась несколько раз проделать именно это, буквально требуя, чтоб кто-то что-то сделал, потому что ей, видите ли, надо.

Ага. То есть вотпрямщас мы все встали и стройными рядами промаршировали сполнять ейные приказания. Сколько Катеринка смотрела на окружающих, столько удивляюсь, ну откуда у некоторых из них берется такая чистая, ничем не замутненная уверенность в том, что все образуется так, как им надо и мир обязательно «прогнется под них»? Просто потому, что они и есть тот самый земляной пуп. А окружающие-то видят ни разу ни пуп. А, скорее, прыщ. А то и фурункул, образовавшийся на максимально неудобном, вот на именно том самом седалищном месте. С которым как надо поступать? Правильно, ликвидировать его, причем тем самым радикальным, сиречь, хирургическим путем.

Я никогда не любил убивать…

Тех, кто такое любит, надо сразу в поликлинику сдавать, для опытов. А вот тех, кто просто хочет какое смертоубийство совершить, со стороны так просто заранее не распознать. Но по ее глубокому убеждению, практически каждый человек, за исключением, конечно, каких-нибудь закоренелых пацифистов, не говоря уже об агрессивных по натуре оборотнях, хоть раз в жизни да мечтал кого-то прикончить.

И даже начинал прикидывать как это ловчее сделать, чтоб не попасться.

И первое, что приходило в голову, был яд.

Когда говорят, что яд – чисто женское оружие, мало кто задумывается почему так получается. А тут не иначе, как срабатывает чистая психология. Во-первых, женщины изначально слабее мужчин, и полагаться на силу своих хилых дамских лапок, собираясь кого-то отправить в лучший мир, им куда сложнее. Это мужик может смело рассчитывать на то, что сейчас быстренько придушит хлипкую бабенку, а вот чтоб наоборот – этот номер не проходит, граждане! Поэтому и изыскиваются дамами всякие подручные средства и изобретаются какие дополнительные преимущества для совершения убийства.

Но есть и, во-вторых. Не так много людей способны на осознанное нанесение вреда себе подобным, тем более на умышленное умерщвление, глядя будущей жертве, так сказать, в глаза. Потому что понимание, что тебе самому придется тыкать в него острым предметом, слушая этот чавкающий звук, с которым нож входит в плоть, самому ощущать чужую теплую кровь на своих руках, самому видеть, как жизнь уходит из тела, и понимать, что ты, именно ты ее отнял…

Сташненькое ощущение, однако. Сломаться от этого можно, говорят психологи. Кукушечкой поехать далеко-далеко. И если вспомнить, что мужчины себя испокон веку позиционируют как воины, для них сам акт отъема у кого-то жизни вроде бы должен даваться легче. Ну, хотя бы в теории. Ага. То-то после войн уйма народу мужского пола по мозгоправам бегает, мается от разных посттравматических расстройств, не в силах отделаться от мысли, что совершали нечто уголовно вроде как не наказуемое, но по всем божеским и человеческим законам предосудительное.

А для женщины, самой природой «заточенной» под продолжение, а не прерывание рода, мысль о совершении убийства вообще должна быть изначально прошита в мозгу как неприемлемая. Априори. И если уж женщину «припекло» так, что только чья-то смерть сможет стать единственным выходом из положения, понятное дело, она не захочет ни пачкать руки, ни тем более любоваться на результат своих противоправных действий, предпочтя «дистанционное» воздействие.

А теперь складываем внутреннее сопротивление сознания с физической слабостью и получаем на выходе в качестве основного средства воздействия на будущую жертву снотворные и яды. Вполне, знаете ли, логично. В небезызвестной семейке отравителей Борджиа, кстати, применение их знаменитого яда было, между прочим, исключительно мужской прерогативой! Так что не надо все валить на баб, и вполне себе здоровенные мужики не гнушались использовать отраву на врагах.

Да понятно, какие могут последовать возражения, а как насчет зарезать или проломить голову в состоянии аффекта, так о подобном состоянии речь и не идет! А исключительно об обдуманном и хладнокровном убийстве. А вот тут да, количество умышленных преступлений, совершенных женщинами, когда в ход расчетливо шел «контактный» способ их совершения, минимально.

Эх, чем бы таким токсичным эту козу как бы невзначай накормить?

Вытяжку из белены черной ей, что ли, подлить? Там и надо-то совсем чуть-чуть, чтоб немедленно пошла интоксикация организма с элементами безумия… а то и с параличом дыхательного центра… Не получится, нюх оборотня распознает практически любую отраву… жаль.

Но что-то делать надо, потому что поднятая Людкой волна негатива медленно, но верно проникала в сознание окружающих и заставляла их думать об их с Никитой разрыве. Тот издалека, конечно, помещал в аккаунт сообщения, что у них с Катеринкой все статус-кво, но любители «жареных» новостей с Южаковой во главе уже успели приписать ему если не заведенный во время путешествия гарем, то нечто близкое к этому. Ник злился и обещал поотрывать языки и уши особо злостным сплетникам, но на расстоянии это действовало слабо.

Катеринке иногда хотелось сказать ему, ты лучше приезжай, лови особо языкатых, вскрывай им брюшину и начинай искать там их совесть. Длительное будет занятие, потому что абсолютно бесполезное.

Она даже не думала, что вся это истерия с шепотками за спиной будет настолько ее нервировать. Особенно гнусные людкины ухмылки во всю пасть. Но уже дозрела до соображения, что на всякую сильно зубастую морду может найтись и ухватистая бита. Она только не ожидала, что ее опередят.

И что после полутора месяцев никитиного отсутствия и методичного поливания ее грязью, Южакова пойдет в прямую атаку. Она подловила Катеринку как-то вечером на пляже бухты Стеклянная. Та пристрастилась периодически туда наведываться и без Никиты, уж очень вид там был завораживающий. Особенно вечером, на закате. Главное было правильно одеться, чтоб ветром не прохватило, и запастись туристической пенкой, потому что сидеть пятой точкой без подстилки на всеразличных каменно-фарфорово-стеклянных обломках то еще удовольствие.

И однажды во время такого расслабленного времяпрепровождения кто-то из-за спины спросил ее неприятным «квакающим» голосом:

- Сидишь?

Нет, блин, канкан отплясываю! Вот что за манера у некоторых уточнять то, что они и сами прекрасно видят? Катеринка медленно развернулась. В наплывающих сумерках Людка выглядела как-то непривычно. Падающие на лицо тени изуродовали ее и так не самую привлекательную внешность, заставляя ее быть похожей на… ой, на кикимору, точно! И что ж ей этот сказочный персонаж говорит человеческим голосом?

- Что, скучно, поди, одной-то?

- Да, - не стала отрицать Катеринка.

- Ждешь, когда Ник вернется?

- Да, - так же кротко подтвердила Катя.

- Может, и замену ему уже присмотрела?

- Нет, - мягко ответила она неприятной собеседнице.

Та растерялась, а Катеринка мысленно ухмыльнулась. Хрен тебе, Верблюдка, а не поймать ее на правиле трех согласий!

Не ожидавшую этого Южакову перекосило, у нее как-то внезапно заострился нос и на Катеринку полился поток оскорблений, в основном касающихся ее незавидного будущего, и направления куда именно после возвращения Никиты ей, поджав хвост, придется убраться, потому что она теперь отыгранная карта. Осталось только пафосно добавить «Триписчи, нищасная!»

Катеринка ей сначала отвечала, как здоровой, пока не вспомнила, с кем имеет дело. И перестала напрягать связки, решив, что эту ей все равно не перекричать, и не убедить. Разве что применить активацию головного мозга скалкой. Ну, а тогда смысл напрягаться?

А смысл, оказывается, был, потому что Люда решила перейти от слов к делу. И начала трансформироваться в звероформу. И вот тут до Катеринки дошло, что просто разговором Южакова ограничиваться и не планировала, что все это была разминка для разгона злости, а сейчас она перекинется и просто порвет ее на конфетти. Прекрасно понимая, что мелкая звероформа собеседницы, напоминающая детеныша барханной кошки, против леопарда «не танцует».

Не повезло ей в том плане, что она кое-чего не знала. Того, о чем, кроме самой Катеринки в курсе был только ее отец: первый сексуальный опыт когда-то даровал ей, наконец, полноценную клановую звероформу, не отняв при этом ее мелкого маскировочного варианта. А потому шансы у Людки были как у человека, пришедшего с ножом на перестрелку.

Подумаешь, леопард! Мало кто знает, что рысь совсем немного уступает ему по размерам, а по некоторым параметрам даже превосходит, потому что обладает более сильными лапами с мощной мускулатурой. Так что мы сейчас выясним, кому тут едопотреблялка и шляпоноска на позвоночник излишне давит! И, увидевшая такую метаморфозу Южакова, мягко говоря, обалдела и начала мотать головой, не иначе желая развидеть, как у Катеринки внезапно повысилась лохматость.

Ух, как же у нее чесалось брякнуть «Усы, лапы и хвост – вот мои документы!», но терять время и упускать момент обалдения противника не следовало, поэтому она сделала бросок и со всей силы рванула леопардиху лапой по месту с самой нежной кожей, на брюхе, оставляя глубокую проникающую рану. И отскочила, чтоб не замараться кровью самой.

Умирать Южакова не хотела. Долго не хотела. Хотя и понимала, что с вывалившимися кишками без своевременно оказанной помощи она не жилец, тут даже хваленая регенерация перевертышей не поможет. Поэтому сначала она истерично орала и требовала у Катеринки помощи. Потом просила. Потом перешла к угрозам. Потом к обещаниям. Потом к рыданиям. Потом к жалобам.

Эх, всю б лапшу, навешанную Южаковой Катеринке на уши, – да в голодающие страны! Не получалось у нее Людку жалеть, ну, никак! Она вообще-то примчалась сюда ее убивать, так с чего она решила, что после этого может рассчитывать на ее снисхождение? У Катеринки аж лапки чесались притопить эту ноющую дурынду, и прекратить уже поток льющегося из нее словесного поноса. Но сначала следовало кое-что проверить…

Как она узнала, где ее искать? Кто ей с этим помог? Кто в курсе ее местопребывания? На чем она сюда добралась? Где остался ее пепелац?

Люда не хотела колоться, вызывая у Катеринки сильное желание перейти к более… хм… доходчивым методам убеждения, но потом все-таки рассказала, что отследила ее сюда еженедельные визиты с помощью дрона. И что хотела с ней окончательно разобраться, потому что, если ее не будет, она выйдет за Никиту замуж, как когда-то договаривались их родители! А машинка ее стоит там, за скалами…

Явная клиника, подумала Катеринка, и вот что теперь делать? Она, конечно, могла бы вызвать сюда кого надо, дождавшись, когда Южакова сдохнет, но зачем? Это приведет к тому, что придется «открываться» раньше времени, выдавать свою реальную клановую принадлежность, скармливать им правду про самооборону… в которую еще не факт, что поверят, переходить в противостояние с кланом Дальневосточного леопарда, и все это при отсутствии Никиты, могущего ее прикрыть!

А если… Зря она, что ли, в своей жизни столько детективов и перечитала, и пересмотрела? Почти стемнело, место с учетом времени суток не самое посещаемое, свидетелей нет, кровь смоет водой… тело утопить подальше от берега, машину угнать и сжечь, с людкиным смартфоном разобраться… и тем самым выиграть время до момента своего реального «каминг-аута».

Заподозрить ее в людкиной пропаже, конечно, могут, но с учетом ее якобы слабенькой звероформы… сомнительно. А руки уже сами собирали ошметки разорвавшейся при обороте одежды, приматывали к телу ее же шарфом удачно подвернувшийся «божий глаз», и спихивали тушку в щель на краю мыса. Подкатить пару валунов, чтоб понадежнее прикрыть труп и… Кто там в бухте водится, говорите, крабы? Вот пусть они и проверят, каковы кошечки на вкус.

Ее смартфон она раздолбала камнем и разбросала составляющие в воду подальше друг от друга по дороге от бухты к автомобилю. Не хватало еще на такой мелочи спалиться. Машину было жалко, но кому, как не бывшему эксперту знать, что можно «вытащить» даже из самых мелких обломков? Поэтому отлить часть бензина из бака, расплескать по салону и «гори-гори ясно!»

И возвращаясь домой кружным путем, не забыв прикупить в каком-то секонд-хенде за наличные майку взамен пошедшей по швам при трансформации, Катеринка успела мысленно хмыкнуть, а как она, кстати, собиралась вызывать Скорую и ментов к телу? Если свой телефон она умудрилась оставить дома? Послать телепатему?

Впрочем, это к лучшему. Может, она вообще в этот вечер рано заснула и звонков не услышала.

Неделю все было тихо и спокойно, Людку если и искали, то как-то вяло, во всяком случае с Катеринкой никто ее пропажу не связал. Хотя на всякий случай она еще перед входом в подъезд сняла и выбросила обувь в мусорный ящик, стараясь не попасть в зону охвата камеры, и все вещи с себя сразу содрала в прихожей, сложив в три пакета, чтоб раскидать потом по помойкам, и полы не поленилась трижды выдраить с помощью самых зверских кислотных отбеливателей. Ибо, на Аллаха надейся, а верблюда привязывай!

И тут к ней заявился отец Никиты. Вот же не было печали… а ее и впрямь не было, потому что папенька его лучился такой неприкрытой радостью, что у Катеринки чуть глаз не начал дергаться. Потому что ничего хорошего эта его радость ей по определению сулить не могла. Так и вышло.

Невероятно довольный собой Савелий Кузьмич просветил ее, что о свадьбе с Никитой она может забыть! Потому что его сын нашел-таки более подходящую ему по всем параметрам девушку, которую они с удовольствием примут в семью! И ипостась у нее Рысь, а не мелочь пузатая, как у некоторых! А ей лучше собирать вещички и валить из Владика до возвращения Ника, пока лично он не применил для пущего ее вразумления подвластный ему административный ресурс. У нее есть два дня. Так что цигель, цигель, ай-лю-лю!

И, довольный собой, убрался. Катеринка сначала хотела побежать за ним, чтобы объяснить, что это она и есть, но потом включила мозг и постаралась начать соображать. И основным вопросом стало: как так вообще могло получиться? Почему Никита где-то отсутствует, не иначе в ее же (ха!) поисках, а его отец готов ее из города поганой метелкой гнать? Кто их настропалил?

Да понятно, кто. Потому что, если подумать, сдать ее Свиридовым мог один-единственный человек. Ее отец. Причем, сливал информацию он им, скорее всего, не напрямую, иначе бы тот же Савелий Кузьмич сейчас ее душил от счастья в объятьях, а опосредованно, мол, есть где-то наследница Призрачных рысей, так ты побегай и постарайся отыскать.

Она догадывалась даже почему он это сделал, ничего же определенного о своих успехах она ему не сообщала, а слухи о скорой свадьбе наследника клана Тигра до него могли дойти. Видимо, решив, что ей перешли дорогу, он и занялся исправлением ситуации так, как счел правильным.

Катеринка только кулаки сжала так, что чуть не пропорола себе когтями ладони, ну папенька, ну, молодец, вот уж воистину, медвежья услуга! Которая, между прочим, переворачивает всю ситуацию с ног на голову. Нет, она, конечно, может сознаться Никите, что не надо никого искать, но хочет ли она этого? Он ведь уже погнался за журавлем в небе, решив, что синицы в ее лице ему недостаточно. Он где-то там уже отказался от их планов, променяв ее на потенциально более подходящий вариант. Иначе бы его папаша не прискакал сегодня с видом победителя.

А раз так, надо ли оно это ей? Она ведь такого не забудет и не простит.

Два дня у нее, значит… ей хватит времени, что собраться и уехать. Она знает куда.

Я никогда не любил, но иначе не мог…

Вот тянет же людей периодически на абстрактные размышления! Видимо, это возможно только тогда, когда отсутствует лихорадочное скакание как у белки в колесе, а есть неторопливое полудремотное существование, способствующее появлению всяческих философских измышлений. Вот прямо как у нее в этом ухоженном месте. И сейчас Катя полулежала в шезлонге и лениво прикидывала, какое место в ее жизни вообще занимало такое понятие, как любовь.

Она ведь разная бывает, в зависимости от выбора предмета. Нельзя сравнивать любовь к родственникам, и, допустим, к еде. Или пытаться ответить на вопрос, кого ты больше любишь: папу или маму? Но вот если выбирать между сравнимыми… единицами? Или субъектами? Можно попробовать сопоставить свое отношение к ним с позиций больше-меньше.

Было в ее жизни несколько мужчин, с которыми у нее устанавливались близкие отношения. Внимание, вопрос? А она их любила? Или как? Попробуем разобраться.

Паша. Ее первый мужчина. Был когда-то выцеплен ею намеренно, потому что являлся аспирантом кафедры психологии личности. Чтоб полноценно пройти через этап постепенного узнавая партнера перед тем, как научиться полностью доверить себя кому-то. Выбор пал на него по нескольким причинам: он жил с родителями в однушке и не отказался бы временно переехать в более комфортные условия, он был на четверть оборотнем, о чем сам не подозревал, но Катя чуяла в нем кого-то из кошачьих, и мог оказаться ее наставником в сфере межличностных отношениях.

Поэтому она постаралась с ним познакомиться и трогательно хлопала ресничками на его ввинчивания в разговоре специальных терминов. А Паша, чувствуя себя по сравнению с ней умудренным жизнью и образованием мэтром, сначала галантно за ней ухаживал, потом раскрывал секреты интима, а, переехав, с удовольствием просвещал ее по вопросам межличностной коммуникации, разъяснял непонятные ей выражения, таскал нужные учебные пособия и даже позволял подключаться к своим вирт-семинарам на интересующие ее темы. Этакое покровительство, такая «любовь-забота». А у нее? «Любовь-благодарность»?

Нет, подумав, помотала Катя головой, это была, максимум, обоюдная симпатия, и взаимовыгодное использование. И когда она решила, что их отношения себя исчерпали, они сообщила ему об этом. Так что расстались они без малейшего напряга.

Виктор. На чье присутствие в жизни она согласилась тоже не совсем из соображений «просто понравился». Нет, он был забавный и ей действительно понравился, но немаловажным был и тот факт, что ей не помешала бы в тот момент дополнительная защита кого-то из профессиональных сотрудников МВД. Кстати, у него в предках тоже затесался кто-то из двуипостасных, судя по запаху, не то из виверровых, не то из мангустовых, точнее она сказать затруднялась, слишком «далеким» был кто-то из отметившихся когда-то в его роду перевертышей.

Пожалуй, с ним она прошла через этап отношений «приходящий бой-френд». Он приезжал к ней вечером в пятницу, и выходные принадлежали только им, и на двое суток из головы выбрасывались проблемы и неприятности. С ним можно было обсуждать достоинства очередного прочитанного бояръ-аниме и, забравшись под плед, смотреть в обнимку фильмы о приключениях или космосе под попкорн. Он с удовольствием наблюдал, как она для него готовила. Им было вместе спокойно и тепло, ни истерик, ни ссор, ни скандалов. Такая «любовь-дружба». Правда, когда потом он самоликвидировался в семью к беременной жене, Катя плакать не стала. Не судьба, и все тут.

Нет, пожалуй, и это не то. Привязанность, чувство защищенности, душевное тепло, дружеская поддержка – все это было. А любви… нет, не было.

Никита. Н-да, вот тут сложно. Препарировать собственные отношения с персоной, на которого когда-то сделала едва ли не основную ставку в жизни, непросто. Так что у них все-таки было? Расчетливое противостояние. Жесткое столкновение характеров, когда никто из них не собирался уступать позиций. Постепенная притирка в общении, занявшая не один день. Падение в постель на самом накале страстей. Наверное, их роман можно охарактеризовать как «любовь-война».

И ведь у них все могло получиться. Они уже «притерлись» друг к другу, научились заранее сглаживать возможные шероховатости поведения, договорились об общих границах в общении, сумели найти общий язык практически по всем жизненным позициям. И если бы не отцовское вмешательство… впрочем, нет, пожалуй, отец не так уж виноват. Вот если бы не желание Никиты изловить добычу пожирнее, они бы сейчас были вместе. А теперь будет как в сказке: «Ах, Иван-царевич, что же ты наделал! Три дня нам переждать – и я была бы навек твоею… А теперь – прощай!»

Не по пути ей с предателями. Так что, нет, это тоже не то. Настоящую любовь не меняют на перспективную. И то, что она со своей стороны не сумела его простить… значит, это была не любовь. А нечто другое.

Ее нынешний муж. Вот тут Катя призадумалась очень крепко. Ей нравился клан ее мужа. Это вам не высокомерные Тигры, не давящие мощью Медведи, не пронырливые Лисицы… Росомахи! Которые не зря носят прозвище «хитрых дьяволов Севера». Говорят, у них тело медведя, голова кошки и сердце льва. Их в природе даже стая волков предпочитает почтительно обойти, боясь нарваться на агрессию. Этот зверь не имеет привычки делиться, и даже самые грозные лесные хищники предпочитают уступать ему дорогу.

И Дэн, при первой же встрече предложивший Катеринке выйти за него замуж, тоже не собирался отказываться от своих слов.

- Ты – моя женщина, я это чувствую, - заявил он ей, - даже если сейчас и думаешь по-другому. Но когда-нибудь ты осознаешь, что я прав, и мы будем вместе.

Интересно, что его тогда в ней привлекло, то, как она ножкой этак игриво сделала – эть! Нет, вряд ли… Но вот юмор запредельного левела – вполне возможно!

Дэн и сам был не из хмурцов, посмеяться над чем-нибудь с ним всегда получалось замечательно. Именно к нему в Хабаровск она тогда и уехала из Владика. Надо сказать, повел он себя более чем решительно, и на вопрос, не передумал ли он еще на ней жениться, твердо ответил, что Росомахи своего не отдают!

Пять дней ушло на замену ее детского просроченного паспорта на Екатерину Гордееву, и вот она уже Екатерина Зимина. Только после этого она показала ему свою настоящую звероформу и честно изложила обстоятельства, вынудившие ее скрываться. Денис только глазами мог хлопать, а потом, подумав, выдал, что вот, он так и знал, что не мог он влюбиться в неподходящую девушку, а сразу оценил, какое она сокровище.

Эээ… тут даже у Кати дар речи временно пропал. Нет, ну приятно, конечно, но чересчур ли такая беспардонная лесть? Хотя уж лучше так, чем если бы его родня и знакомые кривили морды, глядя на ее мелкую маскировочную ипостась.

Особенную пикантность их браку придавал тот факт, что когда-то после побега ее прабабки, сестра бабки Дэна когда-то вышла замуж за дела Никиты, и оба молодых оборотня приходились друг другу троюродными братьями. Иначе они с Денисом и не познакомились бы.

Интересно, Никита громко орал, когда проверил всех девушек, которые могли оказаться Рысью, и выяснил правду? Интересно, его папаша сильно сокрушался, когда понял, кого своими лапами из города выпер? Если уж о чем сожалеть, так это о том, что она их рожи в тот момент не видела, зрелище, наверняка, было незабываемое!

А из Хабаровска - самого южного поселения клана Росомах они с мужем после быстрого оформления документов улетели в Японию, где Дэн заменил своего дядю на должности представителя совместного русско-японского концерна «Зим-Юки Энтерпрайз».

Сразу ее не найдут, нет у нас общей базы данных по ЗАГСам, нету! Вот когда начнут интересоваться подробностями женитьбы Дэна, тогда смогут что-то сопоставить и начать рыть землю. Удачи им, потому что будет поздно. Уже поздно. И теперь даже если кто-то из прежней жизни соберется с ней поговорить, ему придется оформить загранпаспорт, получить визу Страны восходящего солнца, и прорваться через охрану в представительство совместного предприятия. Потому что мобильника у Кати уже практически год как нет. А звать ее к своей трубке муж не будет. По ее же просьбе, рубить концы, так рубить!

Не хочет она ни с кем из прошлой жизни разговаривать. Слишком давно она существует одна, чтоб вдруг начать испытывать нежные чувства к тем, кого мысленно давно вычеркнула из круга своего общения. Может, только мать жалко… но та уже за десять с лишним лет так привыкла заботиться только о трех сыновьях, так что не факт, что они даже с ней сумеют найти общий язык и взаимопонимание.

Отец… а не надо было за нее решать, что для нее лучше! И пусть даже не надеется, что сумеет на нее хоть как-то надавить!

Что касается остальных… считайте, что Призрачная рысь потому так и называется, что умеет проскальзывать по жизни, не оставляя после себя материальных следов. Может была, может, показалось, а только если вы не сумели ее удержать, все, что вам останется лишь воспоминание о промелькнувшей когда-то мимо вас тени…

А возвращаясь к теме, как она могла бы для себя определить, что их с Дэном связывает? А, пожалуй, доверие. Как-то так получилось, что он единственный, кому она может доверять, зная, что он никогда не предаст, не обманет, и всегда поддержит. Может, она этим и не воспользуется, но знать о наличии у тебя такой опоры – само по себе дорогого стоит!

То самое «сильное мужское плечо», которое так воспевается в бабских романчиках, оно ведь не про мышечную массу! Этого и у всяких бодибилдеров навалом, толку-то с них. А именно про поддержку в трудный момент! А то бывают вроде как близкие, с которыми стоит только расслабиться, отвернуться – и получи удар в спину. И спасибо, если кованым сапогом, а не хорошо заточенным ножом.

Она, в свою очередь, постарается, чтоб он никогда в ней не разочаровался. Наверное, только свои отношения с Дэном она впервые может назвать любовью без того, чтоб добавлять к ним какое-либо пояснение.

Почувствовав, что ей, кажется, нужно в туалет, она попыталась встать с шезлонга, и тут поняла, что что-то не так… Примчавшиеся на звонок местные куколки немедленно засновали вокруг и зачирикали нечто успокаивающее, а их главная – Кумико-сан уже куда-то звонила и судя по отдельным словам, договаривалась о немедленном приезде кюю кюмейши, эти слова Катя уже выучила – техника экстренной медицинской помощи.

И принесшемуся в сад ошалевшему Денису сумела относительно бодро сообщить:

- Слушай, я, кажется, рожаю.

Все мужики в этот момент, ну, наверное, кроме гинекологов, выглядят презабавно. Вот он знал, что ребенок у них будет, видел, как у нее живот растет, понимал, что рано или поздно и роды наступят, а время пришло, и растерялся.

Пока ее везли в госпиталь, отсчитывая время между схватками, Катя думала, что в конце концов все получилось, как задумывалось: тайное бракосочетание, чтоб было поздно переигрывать, а перед общим собранием кланов двуипостасных, возмущенных этакой несправедливостью, они с мужем невинно развели лапками и сказали «у нас лубофф!» И вообще, жена уже беременна, куда сучки корявые тянете? А насчет нашей дочери – приходите этак лет через двадцать!

Какие по времени года для детеныша получаются приметы? Ну то, что июнь в Японии зовется минадзуки, или месяц воды, он помнила, это ей успели сообщить из каждого фена и утюга, интересно, для новорожденного это хорошо, или как? Во всяком случае, огонь ей понравился бы ей куда меньше. А вот с датой у нас что? Если она родит сегодня, это будет как раз последний день знака Близнецов, что ж, неплохой момент для появления на свет Зиминой Ульяны Денисовны.

Пусть у ее маленькой Призрачной рыськи все сложится лучше, чем у нее.

21.06.2026