Красный, Серый, Голубой

Пролог

«Голод… боль… убийство… кровь… тьма… а потом свет в глазах… и эйфория. Безумная, бескрайняя эйфория, как огромная чёрная дыра где-то внутри. И снова тьма. Тьма, апатия, безразличие и… снег? Почему снег? Зима? Кажется, минуту назад было тепло… Или это не снег?

Я теряюсь во времени. Постепенно угасают чувства и ощущения. Остался только голод. И тьма. Разве тьма – это чувство?

Мысли медленные и тягучие. Я не могу заставить себя думать быстрее. Мне всё сложнее осознавать, что происходит вокруг. Кажется, я понемногу отключаюсь. Так и должно быть? Мой брат говорит, что да. Что бы я не сделал, что бы со мной не случилось – он говорит, что так и должно быть, что это нормально. Откуда он знает? Он говорит – причин для беспокойства нет. Но они есть. Просто это неважно. Кому какое дело?

Зачем я это пишу?

Прошло пять… или шесть месяцев с того момента, как… откуда я считал? Я уже не помню, с какого момента я решил вести отчёт. Да и зачем? Ничего не меняется. Закрываю глаза, открываю – прошёл год. Или два. Или три… секунды?

Обычно я слышу только тишину… но сегодня в голове внезапно возникла мелодия. Кажется, я слышал её раньше. Попробовал напеть – не смог заставить себя издать звук. Я ещё умею говорить? Почему-то не хочу проверять. Брат со мной не разговаривает. Кажется, ему со мной скучно… У него новые друзья. Он встречается с девочкой. Зачем?

Он сказал, она умерла. Может, это он её убил? Зачем полгода общаться с девочкой, если всё равно хочешь её убить?

Новые города… такие же, как и раньше. Ничего нового. Ничего?..

Снова ночь. Ночь… темнота… глаза… светящиеся глаза в темноте… кошка?.. когти… царапины… лай собак… В голове, как разряд электричества, сверкает картинка. У меня когда-то была собака? Да… Лохматая… Снова вспыхивают старые чёрно-белые картинки. И снова эти голоса в моей голове… Они мне не нравятся. Они делают мне больно.

Голод… боль… убийство… кровь… тьма… снег… эйфория… чёрная дыра… разве я уже это писал?»

Глава первая. Пропавшая собака

Было тёплое, по-летнему светлое утро. Хотя лето только-только наступило, казалось, что оно уже в самом разгаре. В восемь утра солнце было уже очень высоко и пекло, как в полдень. На ярко-зелёной траве серебрилась утренняя роса, похожая на маленькие блестящие слезинки. Солнечные лучи не спеша прогуливались по окнам домов, по очереди стуча в каждое из них. Редко какое окно солнце обходило стороной. Лучик утра получил почти каждый обитатель этого города. В их числе был и тот, с кого началась вся эта история – Алик Григорьев, ученик шестого класса «б». Это был голубоглазый, рыжеволосый мальчишка с торчащей вверх чёлкой и длинным ресницами. Он был обыкновенным двенадцатилетним мальчиком, ничем не отличавшимся от других. Можно даже сказать, что он был более обыкновенным, чем все другие ребята. Случайные прохожие, увидевшие его в толпе, никак не выделили бы его среди других ребят. Однако, как всегда и бывает, самые необыкновенные истории случаются как раз с самыми обыкновенными мальчишками. Первого июня 197..-го года в восемь часов девять минут по московскому времени этот обыкновенный мальчишка спокойно спал, пользуясь тем, что школа закончилась, и можно было не вскакивать по будильнику ни свет ни заря.

Наконец, солнечный луч добрался и до него. Он проник в его комнату через окно на десятом этаже, и слегка прошёлся по его щеке. Алик сквозь сон почувствовал этот утренний свет, и понял, что будильник будильником, а вставать всё равно пора. Неприлично валяться в кровати, когда уже само солнце пришло тебя разбудить. К тому же, с кухни до Алика доносился лёгкий запах корицы, а это означало только одно – его мама печёт булочки.

Он медленно потянулся, встал с кровати и направился на кухню с мыслью о том, что, кажется, отсутствие будильника и запах булочек – это не всё, что должно его радовать. Сегодня произошло что-то ещё.

Вдруг он вспомнил о том, что сегодня, наконец-то, наступили каникулы. Очень часто так бывает – за неделю до каникул ты о них помнишь, за два дня до них помнишь, а как только они наступают – напрочь забываешь.

На кухне Алика действительно ждала целая куча булочек. Они стояли на столе в огромном белом блюде с голубыми цветочками по краям, и распространяли вокруг такой сладкий запах, что было просто невозможно удержаться и не взять штучку-другую.

Рядом с плитой стояла мама и мыла посуду после готовки. Она стояла спиной к Алику, и, казалось, даже не видела, что он вошёл, но, как только Алик протянул руку к блюду, мама повернулась к нему и улыбнулась.

- Доброе утро, - сказала она. – Булочки на сладкое, а пока что только каша.

Алик хотел было обидеться за то, что такой хороший день начинается с такой плохой вещи, как каша, но решил всё же не обижаться. Маму всё равно не переубедить, уж это-то он точно знал.

Сразу после завтрака Алик выбежал на улицу. Он решил, что в такой хороший день нужно обязательно хорошо погулять с друзьями. Он знал, что хотя бы один из его друзей сейчас гуляет во дворе. Многие из его одноклассников были ранними пташками – даже в дни каникул они вставали с первыми петухами и сразу же шли гулять.

Но сегодня почему-то никого не было. Во дворе гуляла только какая-то женщина с коляской и несколько бабушек. Алик не хотел гулять с бабушками, поэтому решил вернуться домой и кому-нибудь позвонить. Но, как только он так решил, перед ним сразу же появился неизвестно откуда взявшийся Витя.

Витя Голубев был его лучшим другом. Они очень часто играли вместе, и уже несколько лет сидели за одной партой. Почему-то все взрослые, когда видели их вместе, говорили: «Одного поля ягода» Но это было не так. Витя ничуть не был похож на своего друга. Алик был довольно хрупким для своего роста, тогда как Витя казался довольно крепким. У него были маленькие добрые серые глазки, очень светлые волосы, короткая чёлочка и небольшие, круглые очки, как у профессора. Он увлекался точными науками, и считался чуть ли не самым умным в классе. Он всегда был твёрдым, уверенным и рациональным. А Алик, в отличие от него, отличался рассеянностью и очень любил помечтать. Среди одноклассников за Аликом и Витей закрепились прозвища Мечтатель и Профессор. Они всегда были вместе, и всегда были друг за друга горой. А если кому-то из них было скучно, он в первую очередь думал о своём друге. Поэтому Алик был несказанно рад встрече с Витей.

- Привет, дружище! – радостно воскликнул он. – Как тебе начало каникул?

- Такое себе, - серьёзно ответил Витя. Алик только сейчас заметил, что у него очень озабоченное лицо.

- А что случилось? – с тревогой спросил он.

Витя помолчал.

- Понимаешь, тут такое дело… в общем, у Лены пропала собака.

- Как пропала? – поразился Алик. – Когда?

Лена была их с Витей лучшей подружкой. С ней они тоже часто играли. А ещё они часто играли с её собакой, овчаркой по имени Никки. Это была очень весёлая, умная и добродушная собака. С ней любили играть все ребята, которые дружили с Леной. И все до одного завидовали ей, потому что ни у кого, кроме неё, не было такой умной собаки. Все ребята уже давно привыкли к Никки. Они играли с ней каждую неделю, кормили её сахаром, а отправляясь всем классом на озеро, брали Никки с собой. И сама мысль о том, что она могла пропасть, казалась нелепой и странной.

- Как пропала? – переспросил Алик. – Как такое возможно?

- Сейчас расскажу по порядку, - начал Витя. – Значит так, слушай внимательно и вникай. Вчера Лена с семьёй ушла гулять в лес, естественно, вместе с Никки. Они возвращались поздно вечером через старый пустынный район. Никки сорвалась с поводка и убежала. Лена с родителями искали её там до поздней ночи, но не нашли. А полчаса назад она позвонила мне и всё рассказала.

- Кто? Собака? – уточнил Алик.

- Да нет, Лена, - отмахнулся Витя. – Конечно же, это Лена мне позвонила. Она сказала, что пока что не может продолжить поиски. Она будет искать Никки позже.

- М-да… - нерешительно протянул Алик, не зная, что сказать. – История…

Витя замолчал и задумчиво огляделся.

- Слушай, Алик, может, нам самим пойти её поискать? – предложил он.

Алик пожал плечами.

- Почему бы и нет. Я не против. Как раз собирался погулять. К тому же, было бы здорово помочь Лене. А где тот район, в котором она пропала?

Витя по-дружески хлопнул его по плечу.

- Самое главное, что ты согласен. Я тоже считаю, что было бы здорово ей помочь. А до того района надо ехать на автобусе. У тебя есть деньги на проезд?

Алик пошарил руками в карманах. Он обнаружил только три фантика от конфет и большую блестящую пуговицу.

- Кажется, нету, - признался он. – А у тебя?

Витя тоже пошарил в карманах, и, спустя пару секунд, вытащил горстку монет.

- Думаю, этого хватит, - кивнул он. – Пошли.

Они взялись за руки и пошли к автобусной остановке. Там они сели на подъехавший автобус и отправились в путешествие к старому пустынному району, в котором, по слухам, жили только бабки-цыганки и всякие бандиты.

Спустя сорок минут автобус остановился перед покосившимся столбом. Алик сначала не понял, почему они остановились. Ему даже пришло в голову, что автобус сломался. Но Витя сказал, что этот столб – это и есть их остановка.

Они с Аликом вышли из автобуса, и тот сразу же укатил в неизвестном направлении. Алик огляделся. В этом районе он ни разу не был. Вокруг стояли старые серые дома, состоявшие из двух-трёх этажей, и кое-где торчали, как свечки в торте, фонарные столбы. Всё было ужасно серым и блёклым, и все дома казались заброшенными. В некоторых окнах отсутствовали стёкла. А несколько домов были то ли разрушены, то ли не достроены, в общем, у них не хватало некоторых стен. Но редкие потёртые занавески в нескольких окнах и красиво оформленные клумбы свидетельствовали о том, что тут всё же кто-то жил. В целом, это место было похоже на результат какой-то ужасной катастрофы. Казалось, что здесь несколько лет назад прошёл страшный ураган, или было наводнение. Стихия нанесла серьёзный ущерб людям, и большинство из них покинуло свои дома. Но были и те, кто решил остаться и выживать среди следов недавних разрушений.

Алику вдруг пришло в голову, что, возможно, этот район пострадал во время войны. Может быть, именно здесь проходила вражеская армия во время сражений. Люди или умерли, или ушли, оставив свои дома. И лишь немногие остались здесь. Наверное, им больше некуда было идти. Но никто этого точно не знает. Может, война, может, наводнение. А может быть, просто недостроенный район, строительство которого решили забросить.

Среди всех этих серых бетонных коробок с квадратными дырками без стёкол виднелось здание, которое резко выделялось на общем фоне. Это был большой жёлтый дом, состоящий из пяти этажей. Его стены были облезшие и старые, и сквозь жёлтую краску тут и там проглядывали серо-бурые кирпичи. Его стены немного покосились, видно, от старости, и казалось, что дом слегка сгорбился, как уставший старик. Но несмотря на это, он выглядел куда нарядней своих соседей. Во всех его окнах блестели стёкла, и почти за каждым стеклом виднелся старенький тюль, а кое-где даже цветы в горшках. Дверь его подъезда была крепкой, блестящей. Казалось, её покрасили совсем недавно. Около этого дома было несколько клумб с маленькими, но красивыми цветами, а неподалёку от них стояла маленькая голубая скамейка, тоже недавно выкрашенная. Этот дом казался пришельцем, яркой золотой рыбкой, приплывшей в царство сонных серых крабов, павлином среди уличных голубей. Конечно, этот павлин не был идеально красивым, но этого и не требовалось. В окружении мрачных серых коробок сгорбленный жёлтый дом казался архитектурным произведением искусства. Им хотелось любоваться, сравнивая его с соседними домами без стёкол.

- Интересно, почему за этим домом ухаживают, а за другими нет? – задумчиво спросил Алик.

Витя равнодушно пожал плечами.

- Честно говоря, понятия не имею. Да мне и неинтересно. Мы ведь пришли не дома смотреть, а собаку искать.

Алик огляделся по сторонам. Как только он отвернулся от жёлтого дома, у него сразу же закружилась голова от обилия серого цвета и чёрных квадратных дырок в домах.

- Где же её тут найдёшь? – растерянно проговорил он. – Район хоть и заброшенный, но большой. К тому же, все дома такие одинаковые… мы обязательно тут заблудимся, говорю тебе.

Витя беспечно махнул рукой.

- Ничего, я тут был несколько раз. Раньше здесь жила моя бабушка.

- Правда? – удивился Алик. – А я думал, что тут живут только бандиты и цыгане…

Витя сердито воззрился на него и ничего не ответил. Алик смущённо помолчал, затем сказал:

- Ну, давай искать Никки.

Витя кивнул.

- Давай. Пожалуй, стоит начать с обхода района.

- А потом? – на всякий случай уточнил Алик.

- Потом будем обходить дома. В большинстве из них никто не живёт, поэтому никто не будет нам мешать.

Алик не на шутку встревожился.

- Мы ведь двести лет будем всё тут обходить, - сказал он. – А я хотел вернуться домой к обеду.

Вите это, видимо, не пришло в голову. Он задумчиво поджал губы и скрестил руки на груди, что-то прикидывая в уме.

- Тогда я не знаю, - сказал наконец он. – Как же нам найти Никки?

- Может, мы будем звать её по имени? – предложил Алик. – Если она действительно где-то здесь, она услышит и прибежит.

- А если она где-нибудь застряла? Если её чем-нибудь завалило? Тогда она не сможет к нам прибежать.

- Ну, тогда она залает, - ответил Алик. – Она залает, мы её услышим и придём.

- А если не залает? – продолжал напирать Витя. – А если её чем-то придавило, и она потеряла сознание?

Теперь уже Алик сердито посмотрел на друга.

- Ну, тогда я не знаю! – воскликнул он. – Но мы всё равно не сможем обыскать все дома. На это уйдёт лет двести.

Витя вздохнул и согласился. Он согласился с другом, сказав, что тот прав, и все дома им всё равно не обыскать, и для начала лучше будет обойти район, зовя Никки по имени.

Мальчики так и сделали. Они обошли весь район, обошли все эти одинаковые квадратные дома, громко зовя Никки. Они потратили на это полтора часа, и несколько раз чуть было не заблудились. Но Никки нигде не было. Никто не выбегал из-за угла с радостным лаем. Было тихо, как в пустыне. Казалось, жизнь действительно замерла в этом забытом уголке города. Из окон не высунулась ни одна ворчливая бабка, и не заявила, что нельзя так громко орать, ибо она хочет дожить остаток жизни в тишине. Казалось, замерли даже те немногие обитатели этой глуши, которые здесь жили.

Витя высказал предположение, что Никки могла убежать в лес. Дело в том, что этот район находился далеко от города, рядом с лесом, с тем самым лесом, где вчера гуляла семья Лены. Это был достаточно тёмный хвойный лес, в котором мало кто из детей отваживался гулять в одиночку. Конечно, там росло очень много грибов и ягод, но среди школьников ходили нехорошие слухи про этот лес. Поговаривали, что иногда там пропадают люди. Кто-то утверждал, что лично видел в этом лесу волков. А некоторые одноклассники Алика рассказывали, что в этом лесу жестоко убили одного человека. Он, мол, разлюбил свою жену и стал встречаться с другой девушкой. Его жена про это узнала и решила отомстить. Тёмной-претёмной ночью, в новолуние, она заманила его в лес и убила топором, которым рубят дрова. Она разрубила его на мелкие куски и спрятала под кустом. А потом его останки нашла какая-то бабка-колдунья, и решила ему помочь. Она сшила его тело волшебными нитками и посыпала на него каких-то специальных магических трав. Мертвец ожил, и с тех пор бродит по лесу, ища свою жену. Но дело в том, что жена, когда убивала его, ещё и выколола ему глаза, а глаза ведь ниткой не сошьёшь. Так и остался мертвец без глаз. Поэтому он не может разобрать, кто перед ним – жена его или какой другой человек. Сразу набрасывается и душит. Потом он снимает с человека кожу и приносит бабке-колдунье, чтобы она из кожи варила ему специальное зелье, благодаря которому он не умирает.

Алик никогда не верил всем этим сказкам и считал, что все эти страшилки подействуют разве только на пятилетнего малыша, и то не факт. Но всё же ему было как-то не по себе, когда они с Витей входили в лес. Высоченные сосны как будто расступились перед ними, а затем сомкнулись за их спинами. Они были похожи на длинные, острые пальцы, готовые схватить в любую минуту. Их макушки слабо качались от ветра, гуляющего где-то вверху, и, казалось, это не деревья качаются, а кто-то очень большой и грозный грозит пальцем.

Алик боязливо поёжился.

- Может, нам не стоит тут ходить? – спросил он у Вити.

Его лучший друг усмехнулся.

- Чего ты испугался? Это обыкновенный лес с самыми обыкновенными соснами и ёлками. Тут никого нет.

Ребята направились прямо в центр этой тёмно-зелёной лесной массы, похожей на большой омут, который с каждым шагом становился всё глубже и глубже. Где-то вдалеке завывал ветер, а откуда-то из глубины веяло гнилью и тошнотой. Эта глубина находилась там, где сосны стояли так тесно друг к другу, что, казалось, обнимались. Эта глубина находилась в самой середине омута, в самом глубоком месте. Там был сосредоточен весь мрак, вся темнота и жуть. Наверняка, там и жила та самая колдунья. Никто, конечно, не знал об этой глубине, но Витя и Алик догадывались о её существовании. И они чувствовали, что с каждым шагом приближаются к ней.

Они бродили по лесу, месили ногами липкую чёрную грязь и громко, надрываясь, звали Никки. Им отзывался только ветер и скрип сосен-пальцев.

Так они бродили около двух часов. Ничего не менялось. Всё так же выл ветер, грязь под ногами противно причмокивала, а сосны не переставали угрожающе покачиваться. Никки не появлялась.

Алик вдруг остановился и встревоженно посмотрел на Витю.

- Слушай, а тебе не кажется, что мы заблудились?

Витя тоже остановился и с беспокойством огляделся.

- Блин, а ведь вполне возможно…

Мальчики переглянулись и стали тревожно оглядываться по сторонам, пытаясь вспомнить, сколько раз они поворачивали.

- А я хотел, чтобы каникулы начались хорошо, - пробормотал Алик.

- Спокойно! – скомандовал Витя. – Будем идти строго назад. Вдруг сработает?

Они развернулись и пошли назад, изо всех сил пытаясь различить свои следы на земле. Однако земля состояла из жидкой грязи и травы, поэтому различить следы не представлялось возможным. Алик с Витей шли, крепко держа друг друга за руки, и молчали.

Казалось, скрипучие сосны ехидно смеялись. Что, мол, заблудились?

Спустя ещё полчаса Алик и Витя, наконец, кое-что нашли. Нет, они не выбрались из леса. Но зато они вышли к пересекающей лес железной дороге.

- Ух ты! – обрадовался Алик. – Кажется, мы находим следы цивилизации!

- Я знаю, что это за дорога, - сообщил Витя. – Это заброшенная ветка. До войны по ней ездили поезда, но потом с ней что-то случилось, и её закрыли. Теперь она пустует.

Алик раздражённо всплеснул руками.

- Как же так! И район заброшенный, и дорога заброшенная!

Они снова помолчали. Вдруг Алик воскликнул:

- Слушай, но ведь раньше она была соединена с основной линией, так? Ты говоришь, что её не стали разрушать, её просто закрыли. Значит, она до сих пор соединена с дорогой, ведущей в город, просто теперь по этой ветке не ездят поезда.

Витя с сомнением покачал головой.

- Я не говорил, что её не стали разрушать. Я ничего про это не слышал. Может быть, стали.

- Всё равно идти вдоль железнодорожных путей лучше, чем просто вперёд, - настаивал Алик. – Пошли, может быть, она действительно приведёт нас в город.

Витя согласился, и дальше они пошли по шпалам заброшенной ветки.

Долгое время мальчикам казалось, что эта дорога бесконечна. Но внезапно перед ними предстала огромная территория, свободная от деревьев. А посреди этой территории располагалось большущее здание, внутрь которого уходила железная дорога. Алик понял, что это закрытый железнодорожный вокзал. Но его ужасно удивило то, что, кроме вокзала, тут ничего не было. Вообще.

- А зачем здесь вокзал, если кроме него больше ничего нет? – спросил он у Вити.

Витя задумчиво пожал плечами.

- Насколько я помню, так и задумано. Вроде бы эта станция называлась «Лесная» Тут ничего и не было. Просто вокзал. И всё. Наверное, для грибников и охотников.

- Давай посмотрим, что там? – предложил Алик.

Витя покачал головой.

- Мне кажется, туда лучше не ходить. Никки всё равно не стала бы там прятаться.

Алик удивлённо оглянулся на друга. Обычно Витя выступал противником всяких необоснованных страхов, потому что не верил в страшные истории, которые ходили среди их одноклассников.

- И почему же тебе так кажется? – спросил он.

Витя немного помолчал.

- Понимаешь, я привык доверять своей интуиции. А сейчас она подсказывает мне, что туда лучше не ходить. Мало ли что может случиться.

Алик насмешливо покрутил пальцем у виска.

- Ты чего, Вить? Там же никого нет, ты сам это говорил.

- Говорил, - подтвердил Витя. – Но я всё равно не хочу туда идти. Не надо. Да и бесполезно это. Никки там всё равно нет.

Алик оглянулся на здание вокзала. Ему наоборот ужасно хотелось посмотреть, что там внутри. Как будто кто-то тянул его туда.

- Я пойду и посмотрю, - уверенно заявил он. – Ты со мной?

- Нет, - категорично отказался Витя. – Я туда не пойду. Иди сам, если хочешь.

Алик насупился и обиженно взглянул на Витю исподлобья.

- Тоже мне, верный товарищ! – воскликнул он. – Товарищ, а боится ходить по заброшкам!

- Ты меня не переубедишь, - твёрдо ответил Витя. – Даже не пытайся.

Алик хмыкнул. Он решил, что всё равно посмотрит, что там, даже если Витя с ним не пойдёт. Одному идти, конечно, страшнее, но Алик ведь не трус.

- Я не трус, - сказал он вслух. – И я туда пойду. А от тебя я такого не ожидал, Витя. Ты ведь всегда опирался только на научные факты и никогда не верил в необоснованные страхи. Почему ты боишься туда идти? Неужели ты веришь в призраков? Я думал, это я мечтатель, а ты рационалист.

Витя пожал плечами.

- Наука наукой, но что-то мне подсказывает, что не стоит ходить на этот вокзал.

- Ну и стой тут! – воскликнул Алик, резко развернулся и быстро пошёл в сторону вокзала. – Ну и будешь трусишкой! – крикнул он Вите. – И все будут над тобой смеяться, так и знай!

- Смеётся тот, кто смеётся последним, - сказал Витя ему вдогонку. – Посмотрим, кто потом окажется прав.

Глава вторая. Красноглазый

Алик медленно подошёл к зданию и остановился. От вокзала как будто веяло чем-то странным и тревожным. На секунду Алику пришло в голову, что Витя, возможно, прав. В самом деле, всё это очень странно – заброшенная железная дорога, станция, на которой кроме вокзала ничего нет. Такое место не может быть обыкновенным. Но отступать было уже поздно.

Алик стал медленно подниматься по ступеням. Это были серые каменные ступени цвета подвальной кошки. Кое-где они потрескались и покосились. Со стен здания слезала краска. Этот вокзал выглядел таким же заброшенным и забытым, как и дома в том районе.

Алик уже почти вошёл в здание, он уже занёс ногу над последней, самой верхней ступенькой, но вдруг его пронзило чувство, что за ним кто-то наблюдает. Как будто кто-то знает о его присутствии. У Алика по спине пробежал холодок. Он никогда не верил в то, что у него есть интуиция, которая может ему что-то подсказывать, но сейчас он ясно её слышал. Ему снова пришло в голову, что Витя мог быть прав, и что лучше туда не ходить. Но он подавил в себе эту мысль, решив, что интуиция – это всё глупости и самовнушение.

Он решительно распахнул большие, тяжёлые двери вокзала и вошёл внутрь. Его встретил зал ожидания со старыми, некрашеными скамейками и покосившимися автоматами с газировкой, в которых наверняка уже давно не было никакой газировки.

За залом ожидания и кассами находился перрон. По окнам, расположенным вдоль стен, медленно сползала почти сухая грязь. Эти окна были мутными и серыми, и почти не пропускали света. По полу стелился лёгкий холодок. Весь этот вокзал казался маленьким кусочком города, непонятно как попавшим в эту глушь.

Алик вышел на перрон и огляделся. Чувство, что за ним кто-то наблюдает, всё усиливалось. Стояла завораживающая тишина.

Вдруг где-то позади Алика метнулась едва заметная тень. Алик резко оглянулся, но никого не заметил. Он стал оглядываться по сторонам, тщетно пытаясь кого-то обнаружить.

Внезапно кто-то прыгнул на Алика из-за угла. Алик почувствовал, что в руки вцепились чьи-то острые пальцы. Нападающий повалил его на пол и крепко прижал к серой каменной плитке. Было ужасно темно, и Алик не мог разглядеть того, кто на него напал. Он отчётливо увидел только пару огромных, светящихся ярко-красных глаз.

Алик, оказавшись прижатым к полу острыми сильными пальцами, в ужасе зажмурился, ожидая чего-то страшного. Либо его застрелят, либо зарежут, либо загрызут, либо задушат. А может, ещё чего почище. Но нападавший не предпринимал никаких действий, он просто замер, всё ещё держа Алика за руки.

Алик медленно открыл глаза. На него всё так же смотрели два огненно-красных лазера. Нападавший смотрел ему в глаза, не отрываясь, не отводя взгляда и не моргая.

Алик некоторое время тоже смотрел на нападавшего, а потом осторожно попытался вырваться. Он не стал брыкаться изо всех сил, он просто напряг правую руку и попытался вытащить её из цепких пальцев красноглазого.

Совершенно внезапно красноглазый его выпустил. Он медленно разжал свои острые пальцы, встал на ноги и отошёл от лежащего на полу Алика на пару шагов.

Алик приподнялся на локтях и со страхом посмотрел на красноглазого. Теперь он смог разглядеть его немного лучше. В темноте стал проглядывать довольно хрупкий силуэт и растрёпанные волосы.

Алик внимательно всмотрелся в лицо нападавшего. И с огромным удивлением он обнаружил, что красноглазый выглядит как мальчишка примерно того же возраста, что и Алик.

Алик поднялся на ноги и медленно подошёл к красноглазому. Тот отодвинулся от него и недружелюбно сверкнул глазами.

- Кто ты такой? – спросил он.

Алик промолчал, продолжая разглядывать красноглазого. Тот вдруг схватил его за шиворот и крепко ударил спиной об стену.

- Я тебя спрашиваю, кто ты такой!? – прикрикнул он.

- Полегче, полегче! – закричал Алик, пытаясь вырваться. – Что тебе от меня нужно? Я ничего тебе не сделал!

Красноглазый, помедлив, отпустил его и снова отошёл на несколько шагов. Алик, теперь уже совсем ничего не понимая, подошёл к нему. Теперь он мог ясно разглядеть красноглазого. Это действительно оказался мальчишка лет одиннадцати, очень худой, с грязной серой кожей, впалыми скулами, растрёпанными светло-рыжими волосами и ярко-алыми глазами, которые светились, как ночные светофоры. Он весь был какой-то тёмный и серый, как чья-то тень. Алику показалось, что вид у него какой-то больной. Мальчишка бросил на Алика недружелюбный взгляд, и у него слегка дрогнули тёмно-серые губы.

- Откуда ты взялся? – тихо спросил он.

- Из дома пришёл, - загадочным шёпотом ответил Алик. – А ты откуда?

Красноглазый мальчик слегка оскалил зубы.

- Я тебя серьёзно спрашиваю. Откуда ты взялся? Кто ты такой?

Алик вдруг увидел, что при разговоре за тонкими губами мальчика проглядывают длинные кошачьи клыки. Алик вытаращил глаза и протянул руку, чтобы потрогать мальчика за плечо.

- Постой, постой… А ты, собственно, кто такой? - спросил он, но так и не получил ответа.

- Ты ведь не человек, да? - неуверенно спросил Алик после нескольких секунд молчания. - Ты... вампир?

Мальчик отодвинулся от его руки и сверкнул ярко-красными глазами.

- Вот здорово! – воскликнул Алик. – Это же клёво!

Он снова протянул к мальчику руку, но тот опять отодвинулся, оскалил зубы и зашипел на змеиный манер.

- Я всё ещё хочу тебя убить, - угрожающе произнёс он.

- Почему же ты до сих пор этого не сделал? – поинтересовался Алик. - Решил сжалиться?

Мальчик бросил на него мрачный взгляд и ничего не ответил. Алик подошёл к нему и дружелюбно посмотрел ему в глаза.

- Слушай, давай познакомимся! Как тебя зовут?

- Как твоя фамилия? – тихо ответил вопросом на вопрос красноглазый мальчик.

- Обычно знакомство начинают не с фамилии, а с имени, - несколько удивлённо заметил Алик. – Впрочем, если тебе очень интересно, моя фамилия Григорьев. А твоя?

Мальчик вытаращил глаза и посмотрел на Алика, как на крокодила.

- Григорьев? – шёпотом переспросил он.

Он вдруг снова прижал Алика к стене и закричал:

- Отвечай сейчас же! Отвечай, иначе я убью тебя! Как ты связан с Пашей Григорьевым!? Отвечай!

Он схватил Алика за волосы и с силой тряхнул. У Алика всё качнулось перед глазами, и он попытался вырваться, но у него не получилось.

- Я знаю только одного Пашу Григорьева, - сказал он. – Это мой папа. Но я не понимаю, какое отношение он может иметь к…

Алик вдруг замер, внимательно вглядываясь в лицо мальчика-вампира. Неожиданно для себя он заметил, что этот мальчик удивительно напоминал ему кое-кого.

Дело в том, что отец Алика часто показывал ему фотографию своей семьи, сделанную пятнадцать лет назад. На ней был изображён он сам – ему тогда было шестнадцать, его родители и его младший брат, которому было около двенадцати. Все они погибли при страшном пожаре, произошедшем как раз пятнадцать лет назад. Выжил только папа Алика. Алик часто видел эту фотографию, и теперь он не мог не отметить, что стоящий перед ним красноглазый мальчик удивительно похож на младшего брата его отца, изображённого на той фотографии.

- Как тебя зовут? – спросил он у мальчика.

- Паша Григорьев – твой папа? – тихо спросил мальчик. – Сколько ему лет?

- Ему тридцать один год, - ответил Алик. – Так как тебя зовут?

Мальчик посмотрел на него с таким ужасом, что, можно было подумать, Алик вдруг превратился в огромного зелёного инопланетянина.

- Тридцать один?.. – переспросил он. – Он что-нибудь рассказывал о своей семье?

Алика уже начало раздражать, что этот странный мальчик упорно не хочет отвечать на его вопрос.

- Как тебя зовут? – громко спросил он, давая понять, что во что бы то ни стало добьётся ответа.

- Меня зовут Саша, - помедлив, ответил мальчик. – Но мой брат зовёт меня Аликом.

- Вот здорово! – восхитился Алик. – Я ведь тоже Алик. Только не Саша, а Алёша. Нет, ты всё-таки очень прикольный.

Он стал внимательно рассматривать Сашу со всех сторон.

- Знаешь, я никогда не считал себя толстым, но ты… ты же просто скелет! Кощей Бессмертный!

- Я вампир, а не Кощей, - мрачно ответил Саша.

- Да знаю я, - рассмеялся Алик. – А сколько тебе лет? Сто? Сто пятьдесят?

- Двадцать восемь, - так же мрачно ответил Саша.

Алик взял его за руку и заворожённо провёл пальцами по его коже.

- Такая холодная кожа… просто фантастика! – воскликнул он. – А клыки покажешь?

Он протянул руку к Сашиному лицу, но тот больно ударил его по пальцам и снова негромко зашипел.

- Не смей меня трогать, - тихо сказал он. – Отвечай, что твой папа рассказывал о своей семье?

- На что тебе сдался мой папа? – спросил Алик. – Какая тебе разница, что он мне рассказывал?

- Отвечай, что он рассказывал? – так же тихо, но настойчиво потребовал Саша.

- Да не буду я тебе отвечать. Может, это моё дело, что мне рассказывал мой папа.

Саша еле заметно дёрнул своими тонкими и острыми пальцами, и вдруг вцепился ими в горло Алика, снова прижимая того к стене. Алик тихо захрипел, беспомощно открывая рот. Сашины глаза ярко засветились, он оскалил зубы, и Алик увидел, как по ним стекает прозрачная слюна.

- Отвечай, - медленно сказал он. – Отвечай! Я могу тебя убить!

- Хорошо, - прошептал Алик. – Хорошо, я расскажу…

Саша разжал пальцы и отошёл на шаг, пристально смотря Алику в глаза.

- Рассказывай, - потребовал он.

Алик, кашляя, провёл рукой по шее, на которой остались тёмные следы от Сашиных пальцев.

- Хорошо, я расскажу, - всё ещё задыхаясь, повторил он. – Папа рассказывал, что… вся его семья погибла во время пожара пятнадцать лет назад. Спасся только он. Вот и всё. А… зачем тебе это знать? Что тебе за дело до моего папы?

Саша долго и неподвижно смотрел в глаза Алика, а потом зажмурился, сжал кулаки, и по его щекам потекли слёзы. Он прижался плечом к стене, сжав зубы и тихонько скуля. У него сильно дрожали пальцы, и он изо всех сил прижимался лицом к стене, дёргая плечами.

Алик растерянно смотрел на него, не зная, что всё это значит. Он нерешительно подошёл к Саше и тихо спросил:

- Что с тобой? Что случилось?

Саша не ответил. Он продолжал негромко скулить, прижимаясь к холодной серой стене и не обращая внимания на Алика.

Алик растерялся ещё больше. Теперь он абсолютно не понимал, что всё это значит. Он совершенно не понимал, почему этот странный мальчик так непредсказуемо себя ведёт. Но почему-то он был твёрдо уверен, что ему нужна помощь.

- Тебе чем-нибудь помочь? – прямо спросил он.

Саша умоляюще посмотрел на него блестящими красными глазами.

- Да! Да! – закричал он, схватил Алика за плечи и начал трясти. – Да! Да! Помоги мне! Прошу тебя! Помоги! Помоги!

Алик снова попытался вырваться.

- Подожди, успокойся! – закричал он. – Что случилось? Как я должен тебе помочь?

Саша посмотрел на Алика таким отчаянным взглядом, что Алик решил, что обязательно должен ему помочь.

- Паша Григорьев – мой брат… - прошептал Саша. – Все эти пятнадцать лет я думал, что он погиб… но, как только я увидел тебя… Пожалуйста, помоги мне увидеть его! – закричал он, и по его телу пробежала дрожь. – Пожалуйста! Помоги! Помоги!

Он зарыдал ещё сильнее, его прямо трясло от плача. Алик заметил, что его ярко-красные глаза довольно сильно потемнели, а сам он как будто сжался, вздрагивая костлявыми плечами.

- Хорошо, хорошо, - поспешил успокоить его Алик. – Я постараюсь тебе помочь. Успокойся, ладно? Я помогу тебе, слышишь? Я помогу тебе встретиться с твоим братом.

Саша быстро помотал головой.

- Нет, нет, я не могу просто встретиться с ним, - прошептал он. – Он не должен знать, что со мной произошло.

- Почему? – удивился Алик. – Думаешь, он тебя не узнает?

- Нет, дело не в этом, - покачал головой Саша. – Ты не знаешь, как мой брат ненавидел убийц. Он как-то говорил мне, что ненавидит всех людей, которые хотя бы в мыслях допускают, что причинять людям боль – это можно. Ты не знаешь, что он говорил… Если он узнает, он меня возненавидит.

- Ты… ты действительно убийца? – спросил Алик.

Саша облизал губы и медленно и отрывисто засмеялся.

- Я… ты спрашиваешь, убийца ли я? Ты не знаешь, кто я… видимо, мои клыки и бледная кожа ни о чём тебе не говорят… даже сейчас я борюсь с желанием тебя убить…

Он опёрся о стену и, вцепившись в неё пальцами, громко и безумно засмеялся.

Алику в который раз стало не по себе. Ему совсем не нравилось, что у Саши так быстро меняется настроение. Уж очень непредсказуемо ведёт себя этот маленький вампир. К тому же, тот факт, что он, судя по всему, является братом его папы, совершенно выбил Алика из колеи. Он так растерялся, что напрочь забыл о том, что Саша несколько раз чуть его не убил.

- С тобой всё в порядке? – с тревогой в голосе поинтересовался он.

Саша захохотал ещё безумнее, обнажая длинные белые зубы.

- Нет! Нет! Не всё! – кричал он. – Ты спрашиваешь, убийца ли я? Хочешь, я тебе кое-что покажу?

- Может, не стоит? – боязливо поёжился Алик.

Саша, не обращая внимания на его слова, схватил его за руку и куда-то потащил. Алику пришлось идти за ним. Он решительно запутался в том, что сейчас происходит, и совершенно не понимал, чего ещё ждать от Саши. Этот красноглазый вовсе не внушал ему доверия. Но он сразу же поверил в тот факт, что Саша – брат его папы. Это не могло вызывать сомнений. Во-первых, Саша знал его имя. Во-вторых, он был очень похож на папиного брата с фотографии. А в-третьих, Саша, судя по всему, с самого начала хотел убить Алика, но не убил, вероятно, потому, что узнал в нём своего брата. Поэтому Алик беспрекословно в это поверил. И он знал, что ни в коем случае не должен убегать или отказываться разговаривать с Сашей, кем бы он ни был. Если он действительно связан с его папой, значит, Алик должен узнать о нём как можно больше. А ещё лучше – ему надо поближе с ним познакомиться и устроить встречу с братом. А то, что его папа кого-то там ненавидел – это всё чушь собачья. Бред.

Саша подтащил его к большой металлической двери, встроенной в стену около перрона и запертой на какую-то странную защёлку.

- Угадай, что за этой дверью? – спросил он Алика.

Алик стал внимательно разглядывать дверь. Она была старой, облезлой, немного помятой, но очень прочной, как в каком-нибудь военном бункере. Алик сказал бы, что там какой-нибудь сейф мафии, но ведь это вокзал, а не банк…

- Не знаю, - пожал плечами он. – Сейф?

У Саши хищно загорелись глаза.

- Да! – сказал он. – Ты угадал!

Он стал перебирать хитрую защёлку своими тонкими паучьими пальцами. Защёлка вдруг застонала, щёлкнула, и между дверью и стеной появилась тонкая щель.

Саша потянул за ручку двери, и та медленно поехала в сторону. Изнутри пахнуло темнотой и какой-то странной гнилью. Алик с любопытством всмотрелся в эту темноту.

Дверь открылась до конца, и свет стал медленно разливаться по тёмному пространству. Сквозь темноту стала проглядывать небольшая комната с зелёным диваном и небольшим лакированным столом. Но Алика поразил не стол. В этой комнате лежали люди.

Их было шестеро. Пятеро из них лежали на полу, и один на диване. Их руки и ноги были страшно вывернуты и раскинуты в разные стороны, кожа была сухая и серая, как старые обои. Алик, вытаращив глаза, переводил взгляд между этими людьми. Четверо мужчин, женщина и мальчик. Их одежда была помята и испачкана кровью. Их лица, казалось, свело в каких-то жутких гримасах.

Алик пронзительно закричал и инстинктивно схватился руками за Сашу, стоящего рядом с ним. Тут же он в ужасе отдёрнул руки, увидев, что кожа у Саши такого же пепельно-серого цвета, как у мертвецов.

- Посмотри на них, - прошептал Саша. – Посмотри на их лица. Им было больно умирать. Они знали, что их убивают. Они это видели. И им было больно.

В его глазах снова загорелись хищные огоньки, и он улыбнулся едва заметной кровожадной улыбкой.

- А знаешь, как они умерли? Я их не преследовал, не выслеживал, не охотился за ними. Я вообще не знал об их существовании. Они просто пришли сюда.

Саша странно посмотрел на Алика и рассмеялся. Похоже, ему действительно стало смешно.

- Представляешь, они сами ко мне пришли. Мне не пришлось даже гоняться за ними, - смеясь, сказал он. – Они сами пришли! Сами!

Алик схватился за стену. Он буквально остолбенел от ужаса, он не мог пошевелиться. Если бы мог – сразу бы убежал куда-нибудь подальше.

Саша засмеялся ещё громче.

- Они остались бы в живых, если бы не совали нос, куда не следует, - сказал он. – Как ты. Я ведь до сих пор хочу тебя убить.

- Ты псих, - выдавил Алик, с трудом удерживаясь, чтобы не упасть. – Ты ненормальный.

Саша улыбнулся до ушей.

- Да-а-а, а ты думал, что вампир – это круто? Ты прав, я ненормальный! Я уже давно это понял. Мне было интересно, как на меня посмотрит кто-нибудь «нормальный» Всегда было интересно, насколько я от него отличаюсь. Ну, что ты можешь мне сказать, «нормальный» человек?

- Меня сейчас стошнит, - пробормотал Алик. У него ужасно кружилась голова, и он из последних сил держался за стену.

Саша внезапно перестал улыбаться. Его лицо резко приобрело очень озлобленное выражение, и он пронзительно посмотрел Алику в глаза.

- Ты считаешь меня крутым? – спросил он и схватил Алика за руку. – Ты даже не знаешь, кто я! Ты ничего не знаешь! Ты совершенно ничего не знаешь, тупица! Тупоголовый любитель мультяшных потасовок, чтоб ты провалился!

- К-каких ещё п-потасовок? – заикаясь, спросил Алик, пытаясь освободить руку из цепких Сашиных пальцев. Тот сжал её ещё сильнее и встряхнул.

- Ненавижу тебя за твои слова, ясно тебе? Ты абсолютно ничего не знаешь и не понимаешь! Ты хоть знаешь, кто такие вампиры? А хочешь узнать?

Он сжал руку Алика так сильно, что тот тихо вскрикнул.

- Не надо меня трогать! – отчаянно закричал он.

- Хочешь узнать, что чувствовали эти люди? Хочешь узнать, что чувствуют люди, когда умирают? А хочешь узнать, что чувствую я?

- Отпусти меня! – завопил Алик и изо всех сил попытался вырваться.

Саша резко дёрнул его руку вниз и злобно сверкнул глазами.

- Не-ет, теперь я не могу тебя выпустить, - сказал он.

- Не надо меня трогать! Отпусти меня! – продолжал кричать Алик.

- Я не могу тебя отпустить, не могу! Если ты сможешь уйти, я тебя потеряю! Я не смогу тебя найти!

- Отпусти меня, я ничего тебе не скажу! – Алик отчаянно, но безрезультатно вырывался. – Я всё равно ничего тебе не скажу! Отпусти меня сейчас же!

- Не могу! – крикнул Саша. – Я не могу тебя отпустить, понимаешь? Ты же потом не вернёшься!

- Да! Не вернусь! – воскликнул Алик.

Они оба вдруг замерли и посмотрели друг другу в глаза. Так они несколько секунд неподвижно смотрели друг на друга, словно ожидая, кто первый опустит взгляд. Первым опустил взгляд Саша. Он медленно разжал пальцы и освободил руку Алика. Алик облегчённо выдохнул и стал аккуратно пятиться к выходу.

- Да, ты прав, - сказал он. – Я не вернусь.

- Я понимаю, - кивнул Саша.

- Зачем ты это сделал? – тихо спросил Алик и снова посмотрел Саше в глаза. – Зачем?

Саша сглотнул, сжал кулаки и отвёл взгляд.

- Я никогда ещё так не злился, - сказал он. – Я несколько раз хотел тебя убить. Я хотел разорвать тебя на части, растерзать, чтобы тебе стало как можно больнее.

- Но почему? – поражённо спросил Алик. – Почему, зачем?

- Потому что я убийца. Убийца, понимаешь?

- Нет, - помотал головой Алик. – Я всё ещё не понимаю, чего от тебя ждать. Так что я лучше пойду. От греха подальше.

Он стал боком двигаться в сторону выхода.

- Ладно, - кивнул Саша. – Наверное, так действительно будет лучше. Убирайся отсюда. Убирайся и не возвращайся, чтобы я убедил себя, что тебя не существует.

- То есть ты не будешь меня догонять? – уточнил Алик, уже приготовившись бежать со всех ног.

- Нет. Уходи. Уходи, и не смей больше приходить. Если ты снова придёшь, я тебя убью. Уходи.

Алик решил больше не испытывать судьбу, пулей вылетел с вокзала и со всех ног побежал к тому месту, где полчаса назад оставил Витю. Но Вити там не оказалось. Алик, долго не раздумывая, побежал по шпалам железной дороги, надеясь, что она всё-таки приведёт его в город. Деревья мчались мимо него, как реактивные, а шпалы под ногами вообще мелькали так, что Алик едва их различал. Каждую секунду он рисковал упасть и сломать себе шею.

Дорога привела-таки в город. Вдалеке за деревьями Алик увидел высокие дома и услышал шум машин. Спустя несколько минут железная дорога вползла в другую железную дорогу, побольше и поновее. Алик очутился на окраине города, в довольно старом, но уютном районе. Он знал эти места – недалеко отсюда жила его бабушка.

Он выбежал на тротуар и без сил упал на асфальт. «Кажется, добежал», - пробормотал он перед тем, как закрыть глаза.

Глава третья. Правда

Алик проснулся оттого, что кто-то настойчиво толкал его в плечо. Он с трудом открыл глаза и увидел прямо перед собой склонившиеся взволнованные лица родителей и бабушки.

- Алик, родной, что с тобой стряслось? – спросила мама тоненьким от страха голосом.

- Боже мой, где тебя носило? – спросил папа, бледный, как полотно.

А бабушка ничего не сказала и не спросила, она просто заботливо потрогала Алику лоб и покачала головой.

- Со мной всё в порядке, - с трудом пробормотал Алик. – Меня нашли на дороге, да?

- Что с тобой случилось, где ты был? – спросила мама и посмотрела на Алика круглыми, как монетки, глазами. – Мне позвонил твой друг и сообщил, что ты заблудился в лесу, а потом позвонила бабушка и сказала, что тебя нашли около железной дороги. Что с тобой стряслось?

- Витя – предатель, - жёстко ответил Алик. – Он меня бросил, а сам убежал неизвестно куда.

- Где вы с ним были? – требовательно спросил папа. – Куда вы ходили?

Алик внимательно всмотрелся в папино лицо и вдруг заметил, что оно удивительно похоже на лицо того мальчика-вампира. Тот же нос, те же губы. Только папина кожа была яркая, щёки румяные от волнения, и глаза были не красными, а светло-голубыми.

- Где ты был? – повторил папа.

- В лесу… - промямлил Алик.

- Отстаньте от ребёнка, - проворчала бабушка. – Может, он чудом от смерти спасся, а вы к нему со своими вопросами пристаёте.

«Знала бы ты, бабушка, насколько ты права!», - подумал Алик.

Бабушка, в свою очередь, тоже стала задавать Алику вопросы, но она спрашивала не про место, где они с Витей бродили целый день. Она спрашивала, болит ли у него что-нибудь и не проголодался ли он.

Установив, что с Аликом всё в полном порядке, бабушка, наконец, успокоилась и дала возможность родителям с ним поговорить. Они втроём сели на бабушкин диван, и родители серьёзно посмотрели на Алика.

- А теперь рассказывай, что случилось, - потребовал папа. – Где ты был?

Алик потупился. Ему почему-то казалось, что родителям не стоит знать про то, что они с Витей искали собаку Лены в заброшенном районе, а в особенности им не стоило знать про существование Саши.

- Мы пошли в лес… - промямлил он. – И немножко заблудились…

- Что ещё за лес? – перебила мама. – Какой ещё лес?

- Ну, который рядом с бабушкиным районом, - ответил Алик. Он ведь сказал правду. Лес действительно был рядом с бабушкиным районом. Правда, он находился ещё и рядом с другим районом, но об этом родителям знать совсем не обязательно.

- Зачем вы туда пошли? – спросила мама.

- Прогуляться, - ляпнул Алик.

- Господи! – мама в отчаянии схватилась за голову. – Я чуть с ума не сошла, у меня все волосы поседели от страха! Я чуть не умерла от ужаса, когда ко мне приехал папа и сказал, что ему на работу звонила бабушка! Я бросила все свои дела, и мы вместе поехали к бабушке. Мы сходили с ума при мысли о том, что с тобой могло случиться! А ты решил прогуляться!

- Это Витя предложил тебе туда пойти? – подозрительно спросил папа.

Алик понял, что у него есть возможность свалить всё на Витю, а самому выйти сухим из воды. Он решил отомстить другу за то, что тот его бросил, и уверенно кивнул.

- Да, это он предложил. Я сначала отказывался, но он меня уговорил. Он сказал, что знает этот лес как свои пять пальцев, и мы точно не заблудимся. Но мы всё равно заблудились…

Папа задумчиво закивал головой.

- Ясно…

- Алик, вам что, во дворе места мало? – снова накинулась мама. – Зачем вы поехали в другой район, да ещё и полезли в лес? Значит так, чтобы больше никаких лесных прогулок с друзьями, понятно? Иначе я совсем с ума сойду.

- Понятно, - угрюмо кивнул Алик. Он не любил, когда его ругали, и хотел, чтобы этот разговор поскорее закончился. А ещё он понял, что зря сдал папе Витю. Папа теперь наверняка пойдёт к Витиным родителям, начнёт с ними разговаривать… Всё-таки с Витей лучше не ссориться. Во-первых, Алик без лучшего друга и шагу не ступал. Они уже несколько лет были не разлей вода. И ссориться именно сейчас было как-то странно. А во-вторых, Алик понял, что у него должен быть кто-нибудь, кому он может рассказать про Сашу. Если с ним что-то происходило, это обязательно надо было кому-нибудь рассказать. А сейчас лучшим слушателем мог стать Витя. Поэтому, возможно, не стоило подкладывать ему такую свинью. К тому же, Витя сам мог бы выгородить Алика перед его родителями. А, кроме того, Витя ведь не совсем его бросил. Он позвонил его маме.

- Слушай, пап, - вдруг сказал он. – А как звали твоего младшего брата, ну, который погиб при пожаре пятнадцать лет назад?

Папа удивлённо посмотрел на Алика, явно не ожидавший такого вопроса.

- Его звали Саша, - ответил он. – Но наши родители иногда называли его Аликом, как тебя. А почему ты спрашиваешь?

- Да так, - пожал плечами Алик. – Просто решил спросить.

- Ты так и не ответил на мой вопрос, - продолжала наседать мама. – Зачем ты всё-таки пошёл в тот лес?

Алик угрюмо уставился в пол. Ну почему этой маме всё не сидится? Какая разница, зачем он туда ходил? Он же уже вернулся.

Мама вдруг испуганно ахнула.

- А это что такое? – она взяла правую руку Алика и стала внимательно разглядывать его запястье, а точнее, свежие синяки на нём.

- Что это такое? Откуда эти следы? – она испуганно посмотрела на Алика.

Папа тоже стал внимательно рассматривать его руку.

- На тебя кто-то напал? – подозрительно спросил он.

- Нет-нет, ничего особенного, - поспешно ответил Алик и быстро спрятал руку за спину.

- Нет уж, покажи, - потребовала мама и вдруг в ужасе раскрыла глаза, глядя на него.

- Боже мой… а это что такое??

Она заметила такие же синяки на его шее. Папа тоже посмотрел на них и буквально обомлел.

- Что случилось, сынок? – испуганно спросил он. – Кто на тебя напал?

- Да никто на меня не нападал, - беззаботно отмахнулся Алик. – Мам, пап, вы чего? Со мной всё в порядке!

- Неужели это твой друг тебя мучает? – спросила мама, чуть ли не со слезами на глазах. – Скажи, и с ним разберётся милиция.

- Никто меня не мучает! – разозлился Алик. – Со мной всё хорошо!

- Тогда откуда эти синяки?

- Не знаю! – воскликнул он. – Честное слово не знаю!

Родители ещё долго пытались добиться от него внятного ответа, но Алик решил, что на все вопросы, на которые он не может придумать правдоподобного ответа, он будет отвечать «не знаю» Конечно, врать нехорошо, но ведь, если сказать родителям, что в лесу есть заброшенная железная дорога, которая ведёт к заброшенному вокзалу, на котором живёт пропавший папин брат, превратившийся в вампира – родители тем более не поверят. Ещё и в больницу позвонят. Вот, мол, наш сын бредит. Лучше уж вообще ничего не говорить.

В конце концов, родители устали задавать одни и те же вопросы. Они махнули на всё рукой, выпили чай, предложенный бабушкой, и поехали домой на папиной машине.

Ехали молча. Никто, почему-то, не хотел разговаривать, а может, никто не знал, о чём говорить. Родители не знали, что ещё можно сказать Алику, как объяснить ему, что они хотят знать всё, что с ним случилось, тем более, если это что-то плохое. Даже если они не смогут ему помочь, они всё равно должны знать всё. А Алик не знал, как сказать родителям, что лучше будет, если он ничего не скажет.

Каждый думал о чём-то своём. Папа, сидя за рулём, гадал, с чего вдруг Алик начал спрашивать про его брата. Наверняка, это неспроста. Может, этот друг ему чего-то наговорил? А почему он спросил именно про имя? Зачем Алику имя его брата? Папа отчаянно пытался догадаться, но не мог.

Мама, сидя рядом с папой, думала о происхождении синяков на теле Алика. Очевидно, кто-то другой виноват в их появлении. Они не могли появиться оттого, что Алик упал или ударился обо что-нибудь. Эти синяки – явно следы чьих-то пальцев. Мама твёрдо решила, что, во что бы то ни стало должна выяснить, кто это был.

А Алик, сидевший на заднем сидении, думал о том, правильно ли он поступил. С одной стороны, он вроде бы спасал свою жизнь. Убежать от этого вампира было чуть ли не единственным вариантом спастись. Каждую секунду Алик рисковал быть убитым, и он просто решил не испытывать судьбу. Но с другой стороны, похоже, Саша действительно был папиным братом. Это значило, что он выжил в пожаре. Точнее, не совсем выжил. Но факт оставался фактом: папин брат не погиб при пожаре, он всё ещё живёт рядом с ними. Может, Алику стоило сообщить об этом папе и дать им встретиться? Но Алик всё же решил, что он поступил правильно. С этим странным типом явно не стоило связываться. Алик считал, что он ведёт себя очень странно и непредсказуемо. С таким опасно находиться рядом. Никогда не знаешь, что он выкинет в следующий момент. К тому же… ведь он действительно убийца.

Вскоре Алик с родителями приехали домой. Было уже около шести часов вечера. Мама ушла готовить ужин, а папа позвал Алика к себе в комнату.

- Может, всё-таки расскажешь, что случилось? – спросил он.

- Да ничего особенного не случилось, - завёл ту же шарманку Алик, садясь в кресло рядом с папой. – Мы с Витей просто гуляли в лесу… потом он куда-то убежал, а я пошёл по шпалам…

- Бабушка говорит, что ты бежал, как сумасшедший, - отозвался папа. – Говорит, что видела тебя, когда ты выбегал на тротуар. Ты, мол, так запыхался, что упал на землю и лежал без движения, пока она тебя не подняла.

Алик растерянно развёл руками.

- Ну, я хотел поскорее выбраться из леса. Только и всего.

- Может быть, за тобой кто-то гнался? – предположил папа.

Алик быстро помотал головой. Ведь за ним на самом деле никто не гнался. Так что он не соврал.

- Может быть, ты кого-то догонял? – строил догадки папа.

Алик снова помотал головой. Папа раздражённо вздохнул.

- Тебя кто-то напугал? – допытывался он.

Алик снова помотал головой, но уже не так уверенно.

- Кто-то хотел напасть на тебя? – продолжал наседать папа.

Алик вспомнил Сашу и содрогнулся. Его аж передёрнуло, когда он вспомнил, как Саша хватал его за руку своими ледяными пальцами.

Папа настойчиво потряс Алика за плечи.

- Кто хотел на тебя напасть? Кто это был? – спрашивал он.

- Да никто, никто! – отмахивался Алик.

- Послушай, сынок, это очень важно, - папа посмотрел ему в глаза. – Мы с мамой хотим знать, что с тобой случилось. Мы не будем тебя ругать. Мы просто хотим тебя защитить, понимаешь?

- Никто на меня не нападал, - стоял на своём Алик.

- Честное слово, я не буду тебя ругать. Я просто хочу знать, что с тобой произошло. Нам с мамой очень важно это знать. Мы ведь так волнуемся за тебя. Пожалуйста, не скрывай ничего.

Алик тяжело вздохнул. Ну что он должен был ответить? Он всегда терялся и не знал, что отвечать, когда родители начинали говорить таким серьёзным тоном. В такие моменты совесть не позволяла Алику врать, но сейчас… что он должен был сказать сейчас?

- Ладно, я скажу правду, - угрюмо сказал он. – В лесу есть заброшенная станция. Я пошёл туда и встретил там твоего брата Сашу, который превратился в вампира и хотел меня убить. Вот так!

Он с вызовом посмотрел на папу. Папа посмотрел на Алика ужасно удивлённо. Казалось, он хочет что-то сказать, что-то очень удивлённое, но от удивления потерял дар речи. Наконец он прокашлялся и с трудом сказал:

- Я, конечно, ценю твою фантазию, но я попросил рассказать правду.

Алик закатил глаза и отвернулся. Ну конечно, что и требовалось доказать! Родителям бесполезно рассказывать правду. Они всё равно в неё не верят. Зачем вообще что-то рассказывать?

Папа тяжело вздохнул. Он немного помолчал, затем сказал:

- Слушай, сынок… давай отвлечёмся от всех этих разговоров и сгоняем на рыбалку, а? Как ты на это смотришь?

Настала очередь Алика удивляться. Он, конечно, знал, что папа любит рыбалки и весёлые прогулки, но чтобы настолько… Алик ожидал, что папа будет настаивать на своём, будет его ругать. А он внезапно предложил съездить на рыбалку.

- Хорошо, - кивнул Алик. – Ладно, я согласен.

Папа улыбнулся и одобрительно похлопал его по спине.

- Тогда иди собирайся, а я скажу маме, что мы сегодня опоздаем на ужин.

Алик кивнул и побежал в свою комнату.

Спустя пятнадцать минут они с папой уже ехали в машине по шоссе. В багажнике лежали их рюкзаки, а в руках Алик держал две удочки. Папа, сидя за рулём, иногда поворачивался к Алику и весело ему подмигивал.

Алик задумчиво смотрел в окно. «Как-то всё внезапно происходит…» - думал он. «Кажется, только что мы с Витей искали Никки в заброшенном районе, а теперь я уже еду с папой на рыбалку… Как много событий произошло за один день! А ведь впереди ещё целое лето – три месяца каникул. Кто знает, что успеет произойти за это время…» Алик попытался заставить себя думать о том, что впереди ещё целое лето, целое свободное лето, во время которого можно будет забыть про уроки и целыми днями гулять с друзьями, придумывая всякие забавные игры и развлечения. Но вместо грядущих каникул в голову Алика почему-то лез Саша с его ледяными пальцами. «Кошмар какой», - в который раз содрогался Алик, вспоминая красные глаза Саши. «Неужели такие существа действительно живут среди нас? Ведь он выглядит почти как обычный человек. Его выдают только клыки и красные глаза. Получается, что вампиры могут быть где угодно. Может быть, я вижу их каждый день. А вдруг они прячутся среди моих друзей?» Алик стал напряжённо вспоминать всех своих друзей и размышлять, кто из них больше походит на вампира. «Наверное, это Катюха из седьмого дома. У неё довольно бледная кожа. А ещё она никогда ни с кем не играет и всегда сидит одна. Постоянно строит всем всякие пакости. И смотрит всегда исподлобья. Да, её взгляд можно назвать вампирским. Точно, Катюха - вампирша», - решил Алик.

«А что, если наш дворник дядя Георгий – тоже вампир?» - перепугался он. «Что ж, это объясняет его странное поведение. А ещё он никогда не подметает днём. Он делает это либо утром, либо вечером. Значит, избегает солнца. А ещё он никогда не смотрит никому в глаза. Ну точно, вампир!»

Алик сразу же похолодел от мысли, что рядом с ним живёт столько вампиров. «Они же людей убивают», - подумал он. «С такими соседями ночью лучше на улицу не выходить»

- Слушай, пап, а когда мы вернёмся домой? – спросил он у папы.

- Ну, это не знаю. Не раньше одиннадцати. А, может, даже в двенадцать. Да ты не бойся, ужин у нас есть.

Алик, напротив, испугался ещё сильнее. Если живёшь в одном городе с вампирами – ни в коем случае не выходи на улицу ночью. Иначе влипнешь в неприятности. Это Алик твёрдо знал. Похоже, сегодня ночью им с папой грозят крупные неприятности…

Глава четвёртая. Ночь крупных неприятностей

Рыба клевала плохо. Алик с папой почти ничего не поймали. Папа сердился, оправдывался, говорил, что они делают всё правильно, и что в это время года должна быть самая рыба, но рыба-то этого не знала. Они поймали лишь одного маленького окунька, да несколько мальков неизвестной масти. Рыба как будто специально обходила стороной крючки.

В конце концов, папа рассердился, свернул удочки и сказал, что в этот раз рыба, похоже, перехитрила рыбаков. Алик тяжело вздохнул и стал собирать снасти. Конечно, жалко, что они так плохо порыбачили, но зато они поедут домой пораньше. Может, даже успеют до темноты.

Алика вдруг как молнией поразило. «А что, если рыба всё знала? Может, у неё был план по нашему спасению? Она решила спасти нас с папой и сделала так, чтобы мы пораньше уехали…» У Алика по спине пробежали мурашки. Значит, и рыба в реке вовсе не такая глупая, как принято считать.

- Слушай, пап, - он подёргал папу за рукав. – Как ты думаешь, а рыба умная?

- Сегодня – определённо, - кивнул папа, застёгивая рюкзак.

- А вообще? Как думаешь, могли бы рыбы, скажем, спасти человека?

Папа засмеялся.

- Ну, это вряд ли. Разве что случайно.

- Понятно, - кивнул Алик и задумался. Ему всё-таки казалось, что рыба неспроста не клевала.

Они с папой надели на спины рюкзаки и пошли по тропинке.

- Может, всё-таки расскажешь, что случилось? – спросил папа.

Алик вздохнул. Он так и знал - папа вытащил его на природу, чтобы всё выпытать!

Папа, видимо, прочитал эти мысли по глазам Алика, и дружелюбно потрепал его по голове.

- Ладно, не хочешь – можешь не рассказывать. Твоё право.

Дальше они пошли молча. Алик всё думал о рыбном заговоре. Его не покидал мысль, что рыбы что-то знали. Ведь это место, по словам папы, уже давно славилось среди рыбаков, как самое рыбное на всей реке. И наживка вроде была подходящей. И время года хорошее, спокойное. И тепло, и ветра нет. А рыба всё равно не клевала. Неспроста это, неспроста. Кто-то за этим стоит.

Было уже темно. У Алика не было с собой часов, но он знал, что сейчас около десяти часов. Может быть, половина одиннадцатого.

Они сели в папину машину и поехали домой.

- Мама, наверное, хотела поесть рыбу на ужин, - вздохнул Алик.

- Ничего, мы скажем, что рыба нас объегорила, - пожал плечами папа. - Обхитрила хитрецов. Придётся ужинать макаронами.

Алик задумчиво смотрел в окно. В голову ему лезли только мысли о рыбном заговоре и о дворнике-вампире. «Нет, дядя Георгий определённо не тот, кем кажется…»

Вдруг он заметил что-то в окне. Они в это время проезжали недалеко от школы Алика. На тёмной улице Алик увидел маленькую тёмную фигурку. Эта фигурка обернулась к нему и сверкнула ярко-красными глазами.

Алик вскочил и прижался лицом к стеклу. Но эта фигурка уже скрылась за домами. Алик, побледнев, как полотно, опустился на сиденье. «Кошмар, кошмар», - пробормотал он.

- Что ты говоришь? – спросил с переднего сиденья папа. – Я плохо тебя слышу.

- Рыбный заговор не сработал, - тихо сказал Алик.

Он решил, что он должен встретиться с Сашей, раз у него есть такая возможность. Он сам не понял, зачем. Но он отчётливо знал, что им надо встретиться.

Алик с опаской оглянулся на папу. Надо будет незаметно ускользнуть, чтобы папа ничего не заподозрил. Только как это сделать??

Он решил ничего не предпринимать до поры до времени, справедливо решив, что придётся вернуться с папой домой.

Дома их радостно встретила мама.

- Ну, как, поймали что-нибудь? – спросила она.

- Не-а, рыба оказалась хитрее нас, - ответил папа. – Ну ничего, можно будет попробовать завтра!

Алик ничего не сказал. Он отказался от ужина и быстро лёг спать, надеясь, что родители тоже не станут задерживаться. Мама с папой немного посуетились на кухне, и вскоре во всей квартире погас свет.

Алик, лёжа в постели, выждал ещё минут десять, потом встал с кровати и стал бесшумно одеваться. Он мышью выскользнул в коридор, взял с полочки ключи и стал медленно-премедленно открывать дверь. Он надеялся, что, если действовать медленно, то родители ничего не услышат, но дверной замок вдруг предательски щёлкнул.

Алик замер, ожидая, что родители сейчас же проснутся и застукают его за побегом. Но никто не проснулся. Тогда Алик снова стал медленно поворачивать ключ. Замок щёлкнул ещё два раза, и входная дверь открылась. Алик выскользнул на лестницу, решив, что дверь за собой лучше не закрывать. Во-первых, не стоит лишний раз щёлкать замком – всё равно в их квартиру никто не заберётся, а во-вторых, так будет проще вернуться назад.

Он не стал вызывать лифт. Зачем поднимать лишний шум? Он побежал по лестнице до первого этажа. Там он открыл скрипучую дверь подъезда и вышел из дома.

Ему в лицо дунул холодный ночной ветер. Алик зябко дёрнул плечами и огляделся. Улицы окутывала густая смоляная темнота, дышавшая каким-то необъяснимым страхом. Алик попытался унять дрожь в коленях. Всё-таки он никогда в жизни не ходил по улице ночью, тем более один. Тем более зная, что где-то в этой темноте скрывается вампир. А может, даже не один.

Алик решительно направился в сторону дороги, ведущей к его школе. Пешком до школы нужно было идти около получаса.

Некоторое время Алик шёл довольно медленно, но вскоре перешёл на бег. Он бежал всё быстрее и быстрее, словно что-то подгоняло его сзади. Ноги несли его с бешеной скоростью, и Алик вдруг подумал, что в этот момент мог бы побить мировой рекорд. Он сам не понимал, почему бежит, словно спасая чью-то жизнь. За ним никто не гнался. Но он всё ускорялся и ускорялся, он чувствовал, что, если он остановится, произойдёт что-то ужасное.

Наконец впереди показалась его школа. Алик добежал до неё и прижался спиной к стене, пытаясь отдышаться. Вокруг было ужасно тихо, и никого не было. Только где-то вдалеке пела птица.

Алик замер, вслушиваясь в ночную тишину. Не было слышно ни звука.

Алик медленно пошёл по тротуару, оглядываясь по сторонам. У него ужасно дрожали колени, и он всё ещё не понимал, зачем он всё-таки сюда пошёл. Лежал бы он сейчас в кровати, а не по улицам гулял.

Вдруг ему показалось, что он услышал сзади тихие шаги. Он быстро оглянулся, и тут же кто-то схватил его за горло и прижал к стене. Алик увидел рядом светящиеся глаза Саши. Но он с трудом его узнал. Вся нижняя часть его лица была в крови, а глаза светились, как нарисованные.

- Что ты здесь делаешь? – сквозь зубы спросил Саша.

- Отцепись, - прохрипел Алик и попытался оторвать Сашины пальцы от своей шеи. Саша нехотя разжал руки и грубо встряхнул Алика за плечи.

- Что тебе нужно? – спросил он.

- Подожди, - остановил его Алик. – Я увидел тебя из окна машины… я подумал, что нам нужно поговорить…

Саша медленно облизал губы и провёл пальцами по щеке. На ней осталась тёмно-красная полоса.

- Не стоит мне с тобой разговаривать, - странно сказал он. – Уходи.

- Нет, подожди, - Алик предостерегающе поднял руки. – Давай поговорим. Ты… только не говори, что ты кого-то убил…

- Я не собираюсь тебе ничего говорить, - медленно ответил Саша. – Уходи.

Алик замер, оглядывая Сашу с ног до головы. Сашина футболка была густо заляпана кровью, а его ладони были тёмно-красными, как будто в ягодном соке.

По спине Алика пробежала дрожь. Он прижимался к стене и неподвижно смотрел на Сашу.

- Уходи, - повторил тот.

- Т-ты ведь никого не убивал, правда? – дрожащим голосом спросил Алик, в который раз жалея, что вышел из дома. – Скажи, что не убивал.

Саша, прищурившись, посмотрел на него, и его глаза засветились ещё ярче.

- Уходи, - снова сказал он. – Уходи, иначе тебя тоже убью.

Алик, дрожа, ещё сильнее прижался к стене.

- Пожалуйста, не надо никого убивать, - прошептал он. – Пожалуйста…

Вдруг где-то вдалеке раздались чьи-то тяжёлые шаги. Алик увидел на другой стороне улицы другую фигурку. Он судорожно сглотнул и зажмурил глаза. «Я так и знал!» - подумал он. «Это наверняка дядя Георгий!»

Но это оказался вовсе не дядя Георгий. Это оказался какой-то незнакомый парень лет двадцати на вид, в тёмно-серой кофре, с длинным тёмными волосами и ярко-красными глазами. Он почему-то был похож на худого, узкоглазого тигра, каждую секунду готового напасть.

Он не спеша подошёл к Саше и Алику и оглядел их обоих с головы до ног.

- Ты с ним разговариваешь? – удивлённо спросил он у Саши.

Саша встал между Аликом и этим парнем и слегка дёрнул пальцами.

- Он сейчас уйдёт, - тихо сказал он.

Парень удивлённо поднял брови и посмотрел на Алика, который всё сильнее прижимался к холодной бетонной стене.

- Кто он такой? – подозрительно спросил он у Саши.

Саша угрюмо поджал губы.

- Это неважно, - тихо ответил он. – Дай ему уйти.

- Кто он такой? – настойчиво повторил парень.

- Ты дашь ему уйти? – спросил его Саша.

- Нет, - твёрдо ответил парень. – Я намерен его убить.

- Я буду его защищать, - ответил Саша, подошёл к Алику и крепко схватил его за руку.

Парень посмотрел на Сашу так удивлённо, что, можно было подумать, тот сказал, что Земля плоская. В общем, посмотрел на него, как на сумасшедшего.

- Да кто он такой, чёрт побери!? – раздражённо спросил он.

Саша крепко сжал руку Алика и хотел вместе с ним обойти этого парня, но тот встал прямо перед ним.

- Отвечай на вопрос, - сказал он.

- Я потом объясню, - отмахнулся Саша и снова попытался его обойти. Парень крепко схватил Алика за плечо и снова потребовал ответить на вопрос. Алик от ужаса закрыл глаза и задрожал, как осиновый лист, чувствуя, как пальцы неизвестного парня впиваются в его плечо. Они были такие же холодные, как у Саши, и ещё более длинные. Алик не понимал, какое отношение он имел к Саше и почему он так с ним разговаривал, но он понял одно: этот парень, очевидно, тоже вампир, и он хочет его убить. Алик так же понимал, что единственный, кто может его спасти – это Саша. И он всей душой уповал на то, что Саша сделает это.

Тем временем Саша и парень тянули Алика в разные стороны – Саша за руку, а парень за плечи.

- Отпусти его, - потребовал Саша.

- Когда это я отпускал свою жертву? – удивился парень и ещё сильнее вцепился пальцами в плечи Алика. Тот аж присел от страха.

- Никакой он не твой! – воскликнул Саша и снова дёрнул Алика за руку. – Я первый его нашёл! Он мой, ясно?

- Было ваше, стало наше! – ответил парень и дёрнул Алика к себе. – Перестань валять дурака и отпусти его руку, балбес!

- Мы договаривались, что не будем никого друг у друга отбирать! – Саша снова дёрнул Алика за руку. – Отпусти его сейчас же!

- Да ни за что на свете! – парень впился пальцами в плечи Алика так, что тому пришлось закусить губу, чтобы не закричать.

- Отдай! – Саша снова дёрнул Алика за руку. Алик тихонько пискнул.

- Я тебя предупреждал, чтобы ты не разговаривал ни с кем из них, - парень положил ладонь на шею Алика и легонько сжал пальцы. – Ты начинаешь их защищать. А из этого ничего хорошего не выходит.

Он сжал пальцы немного сильнее. Алик, закрыв глаза, затрепетал, как пойманный воробей. Он, задыхаясь, беспомощно открывал рот, пытался закричать, но не мог.

- Ишь ты, как дёргается, - усмехнулся парень, ещё сильнее сжимая пальцы на шее Алика.

- Отпусти его! – потребовал Саша и снова дёрнул Алика за руку.

Алик бросил умоляющий взгляд на Сашу, чувствуя, что медленно теряет сознание.

- Помоги… - прошептал он. – Пожалуйста…

Алик почувствовал, что всё вокруг него переворачивается вверх ногами. Он вдруг почувствовал, что стремительно падает вниз, и его по лицу ударил асфальт. Алик лежал на земле, пытаясь отдышаться. Спустя несколько секунд он приподнялся на локтях и увидел, что Саша и незнакомый парень стоят неподалёку и чуть ли не дерутся. Они злобно смотрели друг другу в глаза и сквозь зубы обменивались едкими фразами. Алик не слышал, что они говорили друг другу – у него всё ещё звенело в ушах. Саша вдруг замахнулся на парня рукой, но тот крепко схватил его за эту руку и почему-то засмеялся. Саша попытался вырваться, но его попытки не увенчались успехом.

Алик, задыхаясь, опустил голову. На его шее виднелись ещё более яркие синяки. Алик попытался отползти в сторону, но у него совершенно не было сил.

У него сильно дрожали руки. Его лицо было бледным, почти белым. Алик всё же нашёл в себе силы отползти в сторону. Он, всё ещё задыхаясь, лёг на асфальт, стараясь не думать о том, что с ним будет, если он в ближайшее время не убежит подальше отсюда.

Вдруг к нему сзади подошёл Саша, схватил его за руку и быстро поднял. Алик, шатаясь, встал на землю и, моргая, поднял глаза на Сашу. Тот взял его за руку и куда-то потащил. Алику пришлось идти за ним.

- Куда ты меня тащишь? – спросил он, с трудом волоча ноги.

- Я провожу тебя домой, - отозвался Саша. – Пока я с тобой, он не станет тебя трогать. Где ты живёшь?

- Подожди… остановись… - задыхаясь, пробормотал Алик.

Саша послушно остановился. Алик заплетающимся языком назвал свой адрес и показал рукой, куда нужно было идти. Саша кивнул, и, держа Алика за руку, быстрым шагом пошёл в указанном направлении.

Где-то на полпути к дому Алика Саша снова остановился и посмотрел Алику в глаза.

- Слушай, самоубийца, я спас тебя только потому, что с твоей помощью я, может быть, ещё смогу увидеть своего брата.

- Что ты хочешь этим сказать? – не понял Алик.

- Я хочу сказать, что ты… ты, конечно, не давал никаких обещаний, но не говори, что ничем мне не обязан.

- Я всё ещё не понимаю, что ты хочешь сказать, - покачал головой Алик.

- Ну, я подумал, что, раз я тебя спас… - Саша потёр пальцами ярко-красные губы. – Может быть, ты мне поможешь?

Алик нерешительно опустил глаза.

- Я не знаю… - пробормотал он. – А кто это? Ну, который хотел меня убить?

- Это мой брат Женя, - странным тоном отозвался Саша. – А что тебе за дело до него?

- Да нет, я просто спросил, - пожал плечами Алик. – Просто я думал, что твой брат – это мой папа…

- Женя тоже мой брат. Так что, ты мне поможешь?

Алик задумался. Он не хотел ничего обещать. Но совесть не позволяла ему ответить резким отказом. Всё-таки Саша действительно его спас.

- Я пока что не знаю, как тебе помочь… Может быть, утром мы могли бы встретиться и поговорить…

- Значит, ты придёшь? – перебил Саша. – Ты придёшь утром?

Алик неуверенно кивнул. Саша, ничего не отвечая, снова взял его за руку, и они пошли к дому Алика молча.

На улице снова было пусто. Опять была эта давящая ночная тишина и смоляная темнота. Не было слышно даже ветра.

Алик сам не помнил, как они с Сашей дошли до его подъезда. Саша снова бросил на Алика странный взгляд и отошёл в сторону.

- Завтра я буду тебя ждать, - тихо сказал он. – Ты обещал.

Алик с трудом кивнул. У него всё ещё тряслись руки.

Саша кивнул ему на прощанье и быстро скрылся в ночной тьме. Алик торопливо вошёл в подъезд. Он снова оказался один в этой ночной густоте. Но теперь можно было спокойно выдохнуть. Здесь его никто не достанет.

Алик птицей взлетел на десятый этаж, распахнул дверь своей квартиры и, даже не разуваясь, прокрался в свою комнату. Там он несколько раз выдохнул, убеждая себя в том, что теперь его точно не убьют. Потом он разделся и хотел уже лечь в кровать, как будто ничего не случилось, но вдруг заметил на полу маленький клочок бумаги. Алик поднял его, и по его пальцам потекли маленькие струйки крови. Алик вздрогнул, но всё же заставил себя прочитать то, что было там написано. Он увидел там торопливо нацарапанную фразу: «Я буду ждать. Ты обещал прийти».

Алик почувствовал, что его сердце сейчас выпрыгнет из груди. Он подбежал к полуоткрытому окну и дрожащими руками закрыл его. Потом он скомкал в руке окровавленную записку и швырнул её в мусорное ведро, торопливо вытирая руки.

После этого он ещё полночи не мог заснуть.

Глава пятая. Каждому по два

Саша довольно долго стоял у подъезда Алика и вглядывался в тёмные окна на десятом этаже. Вокруг было всё так же темно и тихо. Не шевелился ни один листик, ни одна травинка. Казалось, даже тёплый летний воздух уснул и не двигается.

Вдруг на Сашино плечо опустилась чья-то рука. Он быстро обернулся и увидел того, кого и ожидал увидеть – Женю.

- Значит, этот пискун живёт в этом доме? – он окинул взглядом большой жёлтый дом. – Может, всё-таки объяснишь, кто он такой?

Саша угрюмо закусил губу и враждебно посмотрел на Женю снизу вверх.

- Он просто мой знакомый, - ответил он. – Мы познакомились вчера.

- Я спрашивал не об этом, - отмахнулся Женя. – Меня совершенно не интересует, когда вы познакомились. Скажи лучше, чего он тебе наговорил, что ты его не убил? Мало того, ты его ещё и защищал. Что это за птица такая?

- Знакомый, - повторил Саша. – Просто знакомый.

Женя пожал плечами.

- Какой-то ты сегодня странный. Ладно, пошли, у нас есть ещё четыре часа.

Он развернулся и не спеша пошёл вдоль тротуара. Саша пошёл за ним.

Некоторое время они шли молча, хотя Саша был бы не против поговорить. Но обычно, если он пытался заговорить со своим братом, тот грубо обрывал его фразой вроде «Заткнись, дай подумать в тишине» или «Нечего делать – иди убей кого-нибудь». Но если ничего не говорить, Женя сам что-нибудь скажет. И тогда есть шанс завязать разговор. Поэтому Саша шёл молча.

- Чего молчишь? – наконец спросил Женя. – Язык проглотил, что ли?

Саша пожал плечами.

- Мне сказать нечего.

- А мне кажется, тебе есть что сказать, - Женя искоса посмотрел на Сашу. – Ты, кажется, хотел мне кое-что рассказать.

- О чём ты?

Саше не нравилось начало разговора. Он не любил таких намёков. Сейчас обязательно выяснится, что он, как обычно, что-то потерял или что-то стащил.

- У тебя опять пропали деньги? – спросил он.

- Нет, деньги у меня, к счастью, пока на месте, - ответил Женя, хлопая рукой по карману. – Лучше расскажи мне, что произошло вчера ночью.

Саша испугался ещё больше и стал старательно прокручивать в голове недавние события. Вчера ночью вроде бы не происходило ничего особенного…

- Давай, расскажи, что произошло, - повторил Женя. – Помнится мне, вчера я уезжал, и ты гулял один. Расскажи, что случилось без меня.

- Ничего, - ответил Саша. – Вчера не произошло ничего такого, что стоило бы рассказать.

- А ты всё же расскажи.

Саша насторожился. Ему определённо не нравился тон, которым Женя с ним говорил. Этот тон не предвещал ничего хорошего. Впрочем, от Жени редко можно было ждать чего-то хорошего, но Саша надеялся, что ничего плохого тоже не будет.

- Ну, когда стемнело, я решил пройтись к серым домам… - он насторожённо посмотрел на Женю.

- Дальше, - кивнул тот.

- Дальше я встретил двух человек… - продолжил Саша.

- Что ты с ними сделал? – требовательно спросил Женя. – Ты убил их обоих?

- Одного да, а другого… честно говоря, не знаю.

Женя слегка приподнял одну бровь и медленно кивнул.

- Да-альше, - протянул он.

- Дальше я немного погулял по лесу и вернулся на станцию, - пожал плечами Саша. – А зачем ты спрашиваешь?

- Скажи, зачем ты ушёл в лес? Почему ты не остался у серых домов?

Саша в который раз пожал плечами.

- Не знаю… а какая разница?

- Знаешь, сколько человек там собралось, когда ты ушёл? – спросил Женя и прищурился. – Знаешь?

Саша удивлённо помотал головой, отчаянно пытаясь уловить цель этих расспросов.

- Пятнадцать. Там собралось пятнадцать человек, не считая меня. Знаешь, что было в руках у каждого из них?

- Понятия не имею. Какое отношение…

- У них в руках были пистолеты, - медленно произнёс Женя. – А помнишь, что случилось двенадцать лет назад, когда мы с тобой жили в другом городе?

- Нет… - Саша всё ещё не понимал, к чему он клонит.

- Не помнишь? – Женя снова прищурился. – А я помню. Нас искала милиция. Они выслеживали нас несколько месяцев, помнишь? Ты помнишь, что они со мной сделали?

Женя закатал рукав тёмно-серой кофты и показал Саше небольшую чёрную полосу на руке, похожую на порез.

- Неужели ты не помнишь? Они преследовали нас полгода, мы бегали по городам, прятались в подвалах, помнишь?

- Помню, - мрачно кивнул Саша.

- Скажи, тебе понравилось? – Женя двумя пальцами приподнял Сашин подбородок и снова прищурился. – Тебе понравилось? Хочешь снова поиграть в догонялки с вооружёнными людьми?

Саша молча помотал головой. Женя злобно схватил его за шиворот и с силой встряхнул.

- Тогда какого лешего ты оставил в живых того идиота!? Отвечай, балбес!

Саша молчал. Он не стал говорить Жене, почему не убил второго человека. Женя бы не понял. А, возможно, даже не поверил бы. Саша не стал говорить брату, что человек, которого он, по мнению Жени, должен был убить, сам умолял его это сделать. Он обнимал своего мёртвого друга и говорил, что не хочет без него жить. Саша не мог его убить. Но как он объяснил бы это брату? Жене всегда было плевать на чужую боль. Он бы не понял.

- Чего замолчал? – спросил его Женя и снова встряхнул. – С какого перепугу ты его отпустил, а?

- Пожалел, - зачем-то сказал Саша.

- Ой, какие нежности! С каких это пор ты такой сентиментальный? Вот что, балбес, запомни раз и навсегда: ты не ангел смерти. Ты не старуха с косой, понимаешь, дуралей? Если бы ты был старухой с косой, перед тобой можно было бы встать на колени и вымолить пощаду. Ты бы послушал слезливую тираду о том, что у твоей жертвы дома дети и собака, что он только жить начинает и переходит на пенсию, и пощадил бы его. Ты бы сказал ему, чтобы он шёл с Богом, махнул на прощанье своей косой, и все бы про тебя забыли. Но ты не можешь просто так уйти. Если ты оставил кого-то в живых – значит, у тебя появился свидетель. И он не станет просто так сидеть в уголочке. Он поможет тебя найти, уж не сомневайся. Так что не оставляй свидетелей в живых, если не хочешь проблем, ясно?

- Ясно, ясно, - пробурчал Саша.

Женя внимательно посмотрел ему в глаза.

- Запомни. Мне надоело за тобой подчищать. Я тебе что, нянька? Я, в отличие от тебя, отнюдь не хочу связываться с теми, кто хочет меня убить. Так что если ты продолжишь устраивать неприятности, мы расстанемся, ясно? Будешь решать свои проблемы один.

- Я понял, - кивнул Саша. Женя довольно часто грозился, что они расстанутся, и Саша не воспринимал всерьёз эти слова. Но на всякий случай стоило согласиться с его словами.

- Ладно, пошли. Я не собираюсь трепаться с тобой всю ночь.

Он отвернулся от Саши и быстрым шагом пошёл по тротуару. Саша побежал за ним.

- Опять ты за мной бегаешь, - проворчал Женя. – Когда ты уже от меня отвяжешься?

Саша не ответил. Он молча взял брата за руку, с наслаждением трогая кожу своей температуры. Женя бросил на него косой взгляд, но ничего не сказал.

Они около получаса шли по пустой ночной улице. Вокруг не было не души, только слегка завывал ветер. В тёплом воздухе витало что-то загадочное и необъяснимое, может быть даже волшебное. Зелёная летняя ночь дышала миром и теплом, странно контрастируя с двумя серыми силуэтами, видневшимися в тусклом жёлтом свете фонарей. Саша и Женя казались какими-то инопланетными захватчиками, непонятно как попавшими в райский уголок вселенной.

Вдруг Женя резко остановился и посмотрел наверх. Саша сделал то же самое и понял, что даже в этом райском уголке есть страшные места.

Их глазам предстало поистине странное зрелище. Перед ними стеной стоял светло-серый бетонный дом, вроде бы ничем не выделявшийся. Из окна четвёртого этажа свисал какой-то человек, наполовину высунувшийся из окна. Он как будто выглянул на что-то посмотреть, но внезапно заснул. Он лежал грудью на подоконнике, а его голова и руки беспомощно свисали вниз вдоль серой бетонной стены.

- Вот тебе и раз, - озадаченно пробормотал Женя, глядя снизу на этого свисающего человека.

Саше вдруг показалось, что он где-то видел этого человека. Ему было видно, что у него исцарапана вся правая ладонь. Именно эта ладонь показалась Саше знакомой. Как будто он её уже где-то видел, причём совсем недавно.

- Чёрт, да я ж его знаю, - вдруг воскликнул Женя. – Похоже, это тот самый проныра, которого ты оставил в живых, и которого я потом убил.

- То есть он… мёртвый? – нерешительно спросил Саша, всматриваясь в свисающее тело. – А почему он в такой позе? Это ты его так повесил?

- Мне что, делать нечего? – возмущённо фыркнул Женя. – Нет, это сделал не я. Слушай, а залезь-ка к нему. Посмотри, что там с ним. А я тебя тут подожду.

- Почему всё это делаю я один? – недовольно спросил Саша. – Тащить трупы до реки должен я, отвлекать кого-то тоже должен я, бегать с какими-то дурацкими посылками снова мне, лезть на четвёртый этаж – опять мне!

- Замолчи и делай, что я сказал, болван! – прикрикнул Женя.

- У меня, между прочим, есть имя, - напомнил Саша.

- Лезь наверх, Александр Владимирович, - насмешливо сказал Женя.

- Евгений Сергеевич! – передразнил Саша и подошёл к стене дома. Он схватился руками за подоконник окна на первом этаже, подтянулся и встал на него ногами. Затем он медленно выпрямился и опёрся руками о стену. Потом он слегка согнул колени, подпрыгнул и схватился руками за подоконник уже второго этажа. Таким макаром он постепенно добрался до четвёртого этажа.

Добравшись до цели, Саша залез на подоконник открытого окна четвёртого этажа и осторожно перевернул лежащее на нём тело. Оно, видимо, уже начало гнить, поэтому вокруг довольно сильно воняло. Это действительно был тот самый человек с исцарапанной рукой. Его мутные глаза были широко распахнуты, а волосы слиплись от крови, как от воды. На его бледно-серой шее красовался след укуса с запёкшейся кровью вокруг. А к его груди канцелярской кнопкой была приколота небольшая снежно-белая бумажка.

- Тут какая-то записка! – крикнул Саша Жене.

- Так… - тот озадаченно скрестил руки на груди. – Кажется, дело обстоит хуже, чем я думал… Швырни куда-нибудь это мясо и неси записку сюда!

Саша снял записку с груди мертвеца, а его самого бросил на пол тёмной комнаты. Он хотел было осмотреть эту комнату – а вдруг там спрятаны ещё записки? – но махнул рукой и спрыгнул вниз.

Он нередко прыгал с большой высоты, и считал это привычным делом. Больно не будет, нужно просто постараться приземлиться на ноги.

Оказавшись внизу, он протянул бумажку Жене. Тот выхватил её и торопливо развернул.

- Что там написано? – спросил Саша и попытался заглянуть Жене через плечо.

- Брысь! – Женя замахнулся на него этой запиской.

Саша послушно отошёл. Вряд ли Женя ничего ему не скажет. Нужно просто подождать.

Женя озадаченно скомкал записку в руке и так же озадаченно посмотрел наверх.

- В чём дело? – поинтересовался Саша.

- Он ещё спрашивает! – воскликнул Женя и возмущённо воззрился на Сашу. – Вот что, товарищ Пожалейкин, дело, похоже, ещё хуже, чем я думал. Заварил же ты кашу, нечего сказать. А расхлёбывать её придётся мне.

- А что случилось? – забеспокоился Саша. – Что там написано?

- То, что там написано, тебя не касается, - грубо оборвал его Женя. – Скажу только, что у нас с тобой есть шанс влипнуть в такие неприятности, какие тебе даже не снились.

Он отвернулся от Саши, вытащил из кармана ручку и быстро нацарапал что-то на записке. Потом он швырнул её на землю, снова зачем-то посмотрел вверх и быстро пошёл прочь. Саше снова пришлось его догонять.

- А что ты написал? – спросил он.

- Есть небольшой шанс, что я ошибся, - ответил Женя. – Возможно, это не то, что я подумал. Скоро мы должны это узнать.

- Объясни, что произошло, - настаивал Саша. – Что было написано в записке? Что за неприятности нам угрожают?

- Отстань, - отмахнулся Женя. – Всё равно ничего дельного не предложишь.

- А вдруг предложу? – не отступал Саша. – Объясни, в чём дело?

- Я сказал отстать! – прикрикнул Женя.

Саша послушно замолчал и снова взял брата за руку. Тот раздражённо выдернул руку и в который раз замахнулся на Сашу, но вдруг замер.

- Слышишь? – одними губами спросил он.

Саша слышал. Да, он понял, о чём говорит Женя. Откуда-то с соседней улицы доносился шум мотора и приглушённые голоса.

- Пошли, посмотрим, сколько их, - там же тихо сказал Женя.

- Ладно, - кивнул Саша. – А почему шёпотом? Они нас не услышат.

- Замолкни! – сердито шикнул на него Женя.

Они вдвоём, прячась в ночной тени, шли к источнику этих звуков.

Около большого красивого подъезда стояла серая Волга. Видимо, она только что приехала. Вокруг неё крутились двое детей лет восьми-девяти, а двое взрослых вытаскивали сумки из багажника. Казалось, эта семья только что вернулась из какого-то похода.

Женя и Саша наблюдали за ними, спрятавшись за домом.

- Они, похоже, с пикника, - прошептал Женя. – А я тоже хочу пикник устроить. И их я позову. Как ты на это смотришь?

Саша не ответил. Он, не отрываясь, смотрел на людей около машины. Его глаза начали светиться светло-красным светом. Он весь напрягся, как пружина.

Женя встал сзади него и крепко схватил его за руки.

- Слушай внимательно, - начал он, - их там четверо, получается, каждому из нас по два. Я беру на себя девочку и мужчину, а ты мальчика и женщину, ясно?

Саша судорожно дёрнулся, пытаясь вырваться, но Женя его не выпустил.

- Да подожди ты! Я ещё не закончил! Значит так, берёшь на себя мальчика и женщину. Сперва убиваем взрослых. А дети далеко не убегут. Ясно тебе?

Саша с трудом кивнул. Его глаза светились всё ярче, а пальцы дёргались, как от электрического тока.

- Нападаем одновременно, - прошептал Женя. – На счёт «три». Один… два… два с половиной… два с хвостиком…

Саша снова дёрнулся вперёд и тихонько заскулил, как голодный щенок. Женя опять удержал его.

- Спокойно, дружок, - сказал он. – Я отпущу тебя на счёт «три», я же сказал. Один. Два. Два с половиной. Два с хвостиком… три! Пошёл!

Он отпустил руки Саши и толкнул его в спину.

Саша за какую-то милю секунды переместился к этой женщине и прежде, чем она успела закричать, ударил её лицом об капот серой Волги. Одновременно раздались крики её мужа и детей. Воздух сразу же пришёл в движение, как будто включили невидимый двигатель.

Саша схватил за плечи полубессознательную женщину, перевернул её и быстро впился зубами в её обнажённую шею. Женщина легонько дёрнулась и замерла.

Он судорожно вцепился ладонями ей в спину, жадно глотая липкую солоноватую жидкость, чувствуя, как она течёт по его подбородку и капает куда-то вниз. Но ему было всё равно. Наплевать, что происходит вокруг. Он медленно опустился на колени, не отрываясь от шеи женщины и придерживая руками её спину.

Девочка Люся, заливаясь тихими слезами ужаса, стояла на четвереньках за машиной, опираясь на трясущиеся руки. Она низко нагнула голову, заглядывая под машину. Она хотела получить возможность видеть то, что происходит с другой стороны. Она увидела лишь какие-то тёмные пятна и падающие сверху капли. Люся заплакала ещё сильнее и закрыла лицо руками. Где-то с той стороны раздался глухой еле слышный удар. Это мёртвое тело её мамы упало на асфальт.

Люся, дрожа от страха, прижалась к машине и замерла, надеясь, что, если она не будет издавать звуков, до неё никто не доберётся.

Вдруг прямо перед собой она увидела два огромных красных глаза, смотревших прямо на неё. Она пронзительно завизжала и быстро поползла назад на четвереньках.

Но сзади её тоже ждали. Женя медленно подкрался к ней, схватил её поперёк груди и с силой прижал к себе.

- Девочка мне, - сказал он Саше и нежно погладил Люсю по щеке. Та задрожала, как осиновый лист, и тихонько пискнула голосом умирающей мышки. – Иди, догоняй своего пацана.

Саша пронзительно сверкнул глазами и послушно скрылся в темноте. Женя снова провёл пальцами по Люсиной щеке, оставляя на ней тёмно-красные полосы. Люся, дрожа всем телом, неотрывно глядела на Женю, и по её щекам текли слёзы.

- П-пожалуйста, не надо меня убивать, - дрожащим голосом прошептала она. – Пожалуйста…

Женя хищно улыбнулся, обнажая длинные клыки, и провёл языком по окровавленным губам.

- Это решать не тебе, - сказал он.

Люся заплакала ещё сильнее. Её широко открытые глаза стали чёрными от страха. Женя медленно поднял вверх её подбородок и аккуратно вонзил зубы в её бледную кожу. Люся судорожно дёрнулась и застыла с широко раскрытыми глазами.

Её брат Юра в это время был в ближайшей телефонной будке, держал в руке трубку и дрожащими пальцами набирал номер милиции.

Спустя полминуты ему ответил сонный голос:

- Тридцать третье отделение милиции…

- Пожалуйста, помогите! – отчаянно закричал Юра в трубку. – Спасите меня, пожалуйста!

- Что у вас случилось? – так же сонно спросил голос.

- Моих родителей убили, - Юре пришлось взять трубку двумя руками, чтобы не выронить. – Мою сестру, наверное, тоже. Меня тоже убьют! Они убьют меня, они меня найдут!

- Кто? Кто? – встревоженно спросил голос, уже звучавший куда менее сонно.

- Я не знаю… - дрожащим голосом проговорил Юра и огляделся, вглядываясь в темноту сквозь стекло. – Они убьют меня… двое… с красными глазами… Пожалуйста, помогите! Помогите, я не хочу умирать!!

- Где вы? – ещё более встревоженно спросил голос.

- В телефонной будке! – кричал Юра. – Помогите, пожалуйста, меня убьют! Они убьют меня, убьют!!

- Спокойно, спокойно, - зацокал плоский голос из трубки. – На какой улице вы находитесь? Какие дома рядом с вами? Что…

Юра медленно опустил трубку и задержал дыхание, стараясь не шевелиться. Он не оборачивался, но спиной чувствовал на себе взгляд алых светящихся глаз.

Он понял, что на этом всё. Он медленно разжал руки, трубка упала вниз и заболталась на проводе, что-то глухо бормоча. Юра медленно закрыл глаза и замер.

Тут же его с силой толкнули и ударили спиной об стену телефонной будки. Последним, что он успел почувствовать, была ослепительная, обжигающая боль, пронзившая шею и быстро вспыхнувшая по всему телу.

Саша нашёл его. Он вцепился зубами в его глотку с такой силой, что оторвал кусок мяса. Изо рта маленького мальчика вырвался короткий хрип, похожий на звук рвущейся бумаги. Саша почувствовал, как теплота медленно расползается по его телу, и тихонько застонал от наслаждения. Побелевшие руки Юры несколько раз стукнули по стенке, а его пальцы судорожно скрючились. Саша, изо всех сил прижимаясь к почти мёртвому телу мальчика, плечом почувствовал холодный провод от телефонной трубки, болтающейся где-то рядом.

Вновь настала тишина. Загадочная, тёмная, но всё же не предвещающая ничего зловещего тишина. Воздух был всё таким же тёплым и безопасным. Почерневшая от темноты трава что-то еле слышно нашёптывала. Всё вокруг, казалось, спало мирным сном. Природе не было никакого дела до происходящих событий, она мирно спала вместе с несколькими миллионами людей, живущими в этом городе.

Саша, шатаясь, сделал несколько шагов и схватился за стену. Он с трудом осознавал, где находится, и что вообще вокруг происходит.

Ему на плечо опустилась окровавленная рука. Он поднял голову на Женю и поморгал глазами, с удивлением обнаружив, что даже с его ресниц капает кровь.

Женя недовольно поморщился, глядя на Сашу.

- Как это ты умудрился так измазаться? – с неприязнью спросил он. – Видел бы ты себя в зеркало. У тебя вся рожа клюквенного цвета. Такое ощущение, что тебя вот так вот схватили за волосы, - Женя грубо вцепился рукой в Сашины волосы, - и вот так вот макнули носом в варенье. А потом ещё раз. А потом ещё.

Он, держа Сашу за волосы, мотнул его голову в сторону, оттолкнул и сердито сплюнул. Потом подошёл к Саше, схватил его за руку и резко дёрнул вниз.

- Ладно, прекрати шататься. Пошли, на сегодня хватит.

Он не спеша пошёл в сторону большого шоссе, ведя Сашу за руку.

Было всё так же тихо. Воздух был всё таким же густым и неподвижным. А две серые фигурки с красными руками всё так же казались чужими и странными среди тёмно-зелёной летней ночи.