Карточник

Глава 1

Пролог

Не так давно у меня было повышение, радоваться или упрашивать вернуться на прежнюю должность уже стал думать когда, познакомился со своим коллегой, с которым придётся выезжать на дело.

Майор представившись Эдвардом Прокопьевым, был единственным сыном генерала Прокопьева. Мне в какой-то момент всё больше казалось, что генерал не зная меня лично уже возненавидел и сделал помощником Эдварда Прокопьева, как ранее говорил, его сына.

В отличие от своего отца, что в любой момент мог сдать все нормативы, и мог доказать молодым офицерам, что несмотря на свои шестьдесят девять лет, всё ещё может уделать любого, Эдвард не смог бы и сдать не одного норматива.

Ребята работающие в нашем отделе Эдварда называли куском масла, особенно его прозвище было правой в тёплые дни.

Имея лишний вес, Эдвард продолжал сидеть и есть пончики, пиццу и прочие вредные продукты. Не хочу показаться грубым, но когда говорю о лишнем весе, я имею в виду не пару килограмм, а сотни килограмм.

Эдвард на работе сидел на трёх стульях, стол был отдалён настолько, что ему то и дело приходилось класть себе на огромный живот клавиатуру, чтобы написать хоть что-то на ноутбуке.

Если бы не его отец, то Эдварда давно бы уволили. Учитывая, что он просто майор, зарплата была как у полковника, что не только меня раздражало. Да, я признаюсь, я завидовал и ненавидел своего коллегу, он ничего не делал на работе, но ему постоянно давали премии. Если говорить про характер, то на описание и книги не хватит, но если говорить кратко, то Эдвард был высокомерным, любил меня постоянно подкалывать и шутил. Шутки это хорошо, но только тогда, когда смешно всем, а не только ему. Смеясь над своей «гениальной» шуткой, Эдвард заливался в поросячьем визге, каждая часть тела прыгала словно попрыгунчик.

Наверное стоит всё же переходить к сути разговора, ведь не зря же я начал всё это.

В нашем отделении был постоянный так сказать «клиент», на которого были постоянные жалобы. Офицерам полиции приходилось приезжать по ночам и разбираться.

Хозяина я лично никогда не видел, но пару раз приходилось стоять у него под дверью и разговаривать, просясь войти в дом, или же быть тише. Такие разговоры помогали до следующей ночи, а там всё начиналось заново.

Рычание, грохот, крик – это и было описание последней жалобы на хозяина дома. Как не странно, но после этой жалобы всё прекратилось. Человек словно наконец-то понял, что не надо шуметь, что он причиняет дискомфорт соседям.

Возможно, если бы он жил не в тихом спальном районе, а в шумном городе, то я бы и не знал, что такое вообще может быть. Как правило, в спальном районе соседи друг друга знают в лицо, хотя что там говорить в лицо, они знают друг о друге всё. Кто с кем встречается, спит, живёт, у кого какая машина и прочее. Про этого же соседа полуночника не знал никто, его не видели, только слышали по ночам.

После последней жалобы, что была 1 июня 1986 года, сосед затих. Рай для соседей, можно было бы сказать, но без привычных шумов, пугала уже тишина. Столько лет, каждую ночь засыпая под шум из этого дома, было непривычно и пугающе засыпать. И утром 30 июня, я и мой коллега, что сидел на заднем сиденье из-за своих габаритов, поехали на вызов, что изменил мою жизнь, повернув её кверху дном.

30 июня 1986 года.

Я - Симус Джо, капитан полиции города Техаса и мой коллега Эдвард Прокопьев подъехали к улице Сокольника дом семь. Не знаю как мой коллега, но меня раздирало любопытство, что же такого произошло, что полуночник объявился днём.

- Интересно, он что, образ жизни решил сменить? – Попытался пошутить Эдвард, хрюкнув над своей собственной шуткой.

Прислонив голову к открытому окну, пытаясь подышать свежим воздухом, безразлично ответил:

- Что бы там он не решил, но соседей пугает рычание, что доносится из его дома в дневное время.

- Слушай, а он случайно не брат тебе? - Не унимался и злобно подкалывал меня своими нелепыми шутками, а порою даже и омерзительными.

Отвечать не было желания, а сидеть в машине, где безбожно воняло нечищеными зубами, и потом не было желания. Я быстро вышел из машины, и уже на улице сделал глубокий вдох, радуясь свежему воздуху и возможности не вдыхать смрад, которым провоняла вся машина.

Как Эдвард вылезал из машины слышал наверное весь район, машина буквально вздохнула, когда её покинула туша весившая под триста-четыреста кило.

Подойдя к двери дома, я прислушался. Не знаю что хотел услышать, может хотя бы шорох. Внутри было тихо, до не приличия тихо.

Услышав странный чавкающий звук, я глянул в сторону, где стоял Эдвард, он ел пончик, громко чавкая.

Смотря на практическое отсутствие шеи, на глаза, что сузились до двух, маленьких и черных бусинок, на пальцы короткие, что могут удержать только очередной пончик, у меня вызывало отвращение.

Я видел полных людей, я знаю что много полных людей мечтают о том, чтобы похудеть и пытаются сделать для этого всё, но я также видел таких как Эдвард, что намеренно едят, намеренно набирают вес и думаю, что они безумно красивые.

- Что, маленький Джо, струсил? – Запихивая целиком пончик, пачкаясь в креме, поинтересовался у меня, смотря как я топчусь у двери.

От всей картины происходящего меня чуть не вырвало, видеть как он запихивает пончик и из его рта текут слюни и как крем пачкает его белую рубашку, что давно уже стала не белой, было омерзительно.

Подумав, что всё же стоит попробовать, я постучался в дверь.

- Открывайте полиция, - потребовал, ожидая хоть какой-то реакции.

- Не ломись, он тебе не откроет, - фыркнул майор и с огромным трудом подошёл ко мне, - у меня кое-что есть, - загадочно процедил и засунул руки в карманы, что трещали уже по швам.

- И что же у тебя есть? - Поинтересовался без особого интереса, пытаясь как можно меньше дышать.

- Ну, а ты угадай? - Пытаясь держать интригу, сказал майор.

Мои нервы не выдерживали, хотелось ударить его, хотелось расстрелять. Сдерживая себя, я просто пошёл в сторону к машине, по пути поставив перед фактом, что я уезжаю.

- А вот и нет, - крикнул майор, пытаясь меня остановить.

Мне было уже всё равно, уволят или понизят в должности, но лишь бы не пришлось работать с ним.

- У меня есть ордер на вскрытие и обыск этого дома, - сказал и высунул помятые и замызганные документы из кармана, когда я уже открыл дверь машины, чтобы сесть и уехать.

- И почему ты мне сразу это не сказал? – Сдерживаясь до последнего спросил, зная уже что ответ будет тупым.

- Хотел интригу подержать, - гордо заявил майор.

Меня распирал гнев к этому глупому и непригодному для сотрудника полиции человека, хотелось высказать ему всё, и хотелось всё же не потерять работу. Сказав-бы хоть пару неприятных слов, Эдвард сразу же побежал жаловаться отцу, и меня тогда уволят, а благодаря влиятельности отцу, после увольнения не возьмут никуда.

- Пойду тогда за инструментами, - сделав глубокий вздох, и направился за ящиком.

Взяв все инструменты, которые могут понадобиться, я вскрыл дверь и зашёл в дом первый.

- Эй, - крикнул в след майор, - почему ты первый зашёл? - Спросил и боком с трудом втиснулся в дверной проём, - надо же делать такие узкие двери, - недовольно сказал майор и поднял руку, чтоб хоть как-то помочь себе зайти в дом.

Вонь исходящая от его подмышек разлетелась по всему дому, даже мёртвого он мог бы ещё раз убить этой вонью. Глаза стали слезиться, и даже не возможно было оглядеться нормально.

Только спустя какое-то время, я смог оглядеться и увидеть то, что я не вдел никогда, а если бы мне это рассказали, то не поверил бы.

Стен были полностью обклеены картой — пиковый туз. Не было не маленького пробела, все карты были приклеены ровно и аккуратно, даже потолок был весь в картах, не было не одного сантиметра, который был не обклеен.

- Ого, - брякнул майор, когда наконец-то выбрался из дверного проёма, - это сколько денег ему понадобилось чтоб обклеить все стены и потолок? – Не пойми у кого спросил майор и пошёл осматриваться.

Когда Эдвард ходил и занимался не пойми чем, я осматривал каждый сантиметр, в надежде, что хоть что-то расскажет о владельце. Сами стены мне уже говорили немного о хозяине. У человека что здесь проживает есть много денег и проблемы с психикой.

Пока осматривал гостиную, с кухни послышалось недовольное бурчание. Доверившись любопытству, я пошёл на кухню и увидел майора, что запихивал себе в рот очередной кусок торта, крем которого падал на рубашку и на пол.

- Ненавижу банановый крем, - буркнул и продолжил жрать.

Мне безумно хотелось поменять себе напарника, но сам лично генерал попросил, чтоб именно со мной был его безмерно обожаемый сынок, дескать так безопасней.

- Ты чего делаешь? – С трудом выдавил я, превозмогаю гнев и отвращение.

- Ем, - ответил как не в чём небывало майор, - а что? – Спросил, запихивая в рот кусок, который был больше самого рта.

Тяжело вздохнув, что-то говорить своему бестолковому и вечно жрущему напарнику не было смысла. Пошёл дальше быстро осматривал стены, что были обклеены картой - пиковый туз. Глаза разбегались по стене, и вот уже казалось, что вот-вот и он найду какую-то потайную дверь, в которой найдёт огромную секретную библиотеку, ну или на крайний случай найдёт рабочее место этого сумасшедшего человека.

Задумавшись и заглядевшись на стены, я уже не замечал не чего что происходит вокруг него, эти карты буквально привораживали взгляд капитана.

Просмотрев всю прихожую, не став осматривать кухню, пошл исследовать второй этаж.

Привыкнув к первому этажу, где каждый сантиметр стены был идеален, второй этаж ужаснул. Обои были ободраны, откуда-то доносился зловонный запах. Можно было конечно подумать что это Эдвард тут прошёл, но зная, что он не смог бы подняться по лестнице.

Зайдя в ближайшую комнату, время будто остановилось. Не чувствовалось не запахов, не слышалось не одного шороха, даже сердце кажется и то перестало биться от увиденного ужаса.

- Кто же это сделал, - прошептал, смотря на скелет, лежащий посередине комнаты.

- Надо вызвать бригаду, - придя немного в себя, сказал мысли в слух.

Выйдя из комнаты с трупом, я набрал номер и позвонил.

- Дежурный, это капитан Симус Джо, нам нужны эксперты…, - не успел договорить, как человек на том конце трубки его перебил.

- Не можете вскрыть дверь или с полуночником справиться? – С какой-то усмешкой поинтересовался дежурный.

- Был обнаружен труп на втором этаже, возможно это хозяин дома, - отчитался, слыша как дежурный поперхнулся

- Хорошо, я тогда отправлю к вам медиков и несколько ребят, чтоб отпечатки и улики нашли, - находясь в шоке, сообщил дежурный.

Ждать патруль, кажется, пришлось целую вечность, я стоял на первом этаже, в голове творился такой хаус, что просто сводил с ума.

Когда приехали патрульные не помню. Единственное что запомнил – это боль в затылке и темнота.

31 июля 1986 год.

Голова безбожно болела, глаза буквально пришлось раздирать руками. Голые, белые стены, потолок, капельница, что шла в мою руку и медленно капала.

- Где я, - прошептал хрипло, наблюдая за силуэтом, стоящий у окна.

- В больнице ты, - прохрипел мужской, грубый голос.

Резкая и сильная боль пронзила весок, я тихо застонал и потерял сознание. Через время пришёл в себя, рядом хлопотала медсестра, застилала постель для нового пациента, у меня меняла капельницу.

Для восстановления понадобилось время, врачи поначалу думали, что удар по голове отразится на мне куда хуже, но их опасения не оправдались.

Я довольно быстро пошёл на поправку, сразу же после выписки меня отправили в отпуск, восстанавливаться после выписки всё же следует.

День прошёл быстро, он будто только начался, прошла секунда, и закончился. Весь день меня терзали мысли, хотел узнать кто всё же меня ударил, что произошло с моим ненавистным коллегой.

От размышлений разболелась голова, и мне не пришла куда лучше идея, как погулять по ночному Техасу.

***

Я брёл по безлюдным улицам своего города, улицы были тёмные, даже заплутавшая кошка предпочитала сидеть в убежище. Погрузившись в мысли, я машинально дошёл до улицы Сокольника дома семь. Взгляд упал на окна, по спине пробежали мурашки, а в воздухе летал сладковатый и пряный аромат, больше похожий на запах сырого мяса, что со временем выветрился.

- Странно, - прошептал и нахмурил брови.

Всматриваясь в окно, я прекрасно понимал, что-то тут не так. Это было настолько странным, что заставляло меня напрягать каждую свою извилину.

Происходящее настолько меня пугало и входило в замешательство, что я больше не мог стоять не секунды на этом месте, и быстрым шагом пошёл домой.

По дороге слышались какие-то шорохи, вздохи и прочие звуки, что буквально преследовали меня. Легко всё это оправдать разыгравшимся воображением, легко подумать, что всё это из-за удара по голове, но только не для меня.

С самого детства у меня не было такого, и я никогда не поверил бы, что в столь взрослом возрасте разыгравшееся воображение появилось у меня.

Придя домой, сходив в душ, меня не покидало ощущение незримого присутствия. В черных комнатах, на мебели в которых лежала сантиметровая пыль, слышались чьи-то цокающие шаги, будто кто-то передвигался на когтях, осторожно, боясь оступиться и создать много шума.

И всё же поддавшись панике впервые за двенадцать лет службы в полиции Техаса, я сполз по стене и уселся в угол. Держа в руках пистолет, готовый для выстрела.

20 августа 1987 год

Техас разразила страшная новость. Целый год полиция Техаса во главе со мной пытались найти того, кто убил множество людей, но было всё безрезультатно. И спустя такое продолжительное время, преступник был найден.

«Доблестный капитан полиции, что работал двенадцать лет, был пойман на месте преступления», говорил корреспондент, снимая срочные новости.

Горожане Техаса сидели и с ужасом в глазах наблюдали, как меня, всего в крови вели в наручниках.

Уже в допросной, мне пришлось рассказать то, что изменило мир всей полиции и перед тем как принимать на работу, сотрудники проводили тщательную проверку.

Да, у меня нет разыгравшегося воображения, зато у меня есть то, чего нет у всех – шизофрении и раздвоения личности. Я и есть карточник.

Майор что допрашивал меня смотрел с жалостью, он прекрасно знал, про то, что случилось за год до этого и прекрасно знал, что всё это время, я не работал в полиции, а всего-навсего был больным человеком, что пытался помочь полиции в поимке самого себя.