Карагайское пророчество

Глава 1 Мое счастливое детство

Родится сын из рода сор,

найдет путь, который возродит

истинную веру предков и поведет он народы за собой.

Ибо кто не пойдет за ним

тот погибнет

(из пророчества шамана Албынжи)

Моя бабушка Танока родом из древнего княжеского рода, характер у нее был как закаленная сталь. Ездила верхом на лошади без седла, могла подковать любую строптивую лошадь, метко стреляла из ружья, в молодости в одиночку ходила на медведя. Выделывала кожи и шила шубы. Родила троих дочерей и страстно мечтала о сыне, ловко управлялась с хозяйством, без которого, как известно, не проживешь. Была строга к себе и не прощала слабости в других.

Когда самая младшая дочь, моя мама, родила сына, бабушка воспряла духом и начала с неукротимым энтузиазмом вколачивать в меня все премудрости жизни. Научила меня стрелять, бросать нож с любого расстояния и из любого положения. Готовила вместе со мной охотничье снаряжение, показывала как ставить капканы, исходила вместе со мной тайгу вдоль и поперек, учила ориентироваться на любой местности, определяя стороны света по звездам, солнцу, течению воды. Посмотрит на меня строгим взглядом и только попробуй отведи взгляд. Ничего не скажет, но так посмотрит, что почувствуешь себя слабаком последним.

Утром нужно встать пораньше, но нет ни сил, ни желания, потому что ночью пришел с улицы поздно, резался с пацанами в футбол до полуночи, потом сидели на поляне, анекдоты травили, про Чапаева был особенно смешной.

«Чапаев с Петькой спрятались от белых в колодце. Подходит беляк и кричит в колодец:

-Здесь нет никого?

Чапаев изображает эхо:

-Здесь нет никого!

Беляк кричит:

-А может гранату бросить?

Чапаев:

-Может, здесь нет никого.

Смех, как представишь себе боевого командира в колодце, который изображает эхо: «Может здесь нет никого?»

В общем, только прилег, а уже подъем, в ухо бабушка кричит:

- Олег, вставай, пора корову выгонять в стадо!

Тоже мне, командирша нашлась, пропади пропадом эта корова, хозяйство, вон, в городах люди живут без всякого хозяйства, и ничего, не встают утром рано, не шлепают сонно босыми пятками по деревянному полу с самодельными ковриками-дорожками, и не засыпают на ходу.

- Олег, вставай!

Повторный крик бабушки окончательно меня будит, потому что во сне я явственно и подробно вижу, как уже проснулся, встал и спокойно гоню нашу красотку в стадо.

Ополаскиваю лицо, руки холодной водой под умывальником и сажусь за стол. Самый вкусный завтрак в мире – это стакан свежего молока с черничным вареньем.

- Ну, пошла, Марта, - уже бодрее смотрю на мир проснувшимся взглядом.

Смотрю на небо, солнце уже поднялось из-за горы. За несколько секунд сонный взгляд передает информацию в мозг, который не такой уж и сонный, а наши нейроны все запоминают, отслеживают и делают выводы. Погода сегодня будет хорошая, жаркая. Пастух Вася сегодня злой, кнут хлещет по добродушным коровьим спинам, если Вася в хорошем настроении, то кнут только щелкает в воздухе, играет. Интересно, что могло ему настроение испортить? Если исходить из стандартной схемы знания жизненной ситуации на уровне школьника седьмого класса, то жена. Дело в том, что Вася - любитель женщин, короче, бабник. Пастух в любой деревне не последняя фигура, целый день сторожит чужое хозяйство, утром угоняет скот, вечером пригоняет. Вроде, ничего сложного. Однако, как и любом деле здесь очень много нюансов. Ведь коровы живые, они могут быть в плохом настроении, совершенно как люди. Хозяйка не так встретила или не так проводила, без души подоила, может хозяева ее теленка обидели. И начинает от такой несправедливой жизни спокойная буренка такие выкрутасы совершать, что только держись. В общее стадо ни ногой, все норовит убежать и в гордом одиночестве обиду свою пересидеть, перележать, переходить, в зависимости от характера. Вечером пастух пригоняет стадо, хозяйке выговаривает за корову: «Митрофановна, твоя Буренка из стада ушла, ты ее не ругай больше», или : «Дай своей корове хорошего пинка, чтобы больше не сбегала». А если корова ждет теленка, то хозяйки от переживаний места себе не находят, наказы Васе дают, чтобы за коровой хорошенько присматривал. В-общем, любит Вася с женщинами душевно поговорить, а мужья и жена Васина из-за этого злятся. Несколько раз был бит, но отлежится, поправит свое здоровье, и опять начинает ухаживать за женщинами. Недавно, в село приехала молодая учительница, пока даже своей скотиной не обзавелась, и то Вася успел с ней словом перекинуться. Вероятнее всего, Васина жена вчера в сердцах ему сказала, чтобы держался подальше от учительницы. Вот результат, наш пастух сегодня не в духе.

Не вижу соседской коровы, даже я уже встал, а чего тетка Матрена задерживается. Если исходить из стандартной схемы, то могла вчера загулять. Интересно, по какому поводу?

Подхожу к соседке Галине:

- Здравствуйте, тетя Галя!

- И тебе доброго утра! Как бабушка?

- Нормально, решила пироги испечь.

- Передавай привет!

- Хорошо, передам. Не знаете, почему тетка Матрена свою корову не выгнала?

- Не знаю, вчера вечером она на спину жаловалась. Уж не разболелась ли?

- Понятно.

Наша соседка - тетка Матрена Бауэр работает уборщицей в магазине. Спину потянула, теперь встать не может. Это понятно, с ней уже такое бывало. Сейчас начнет самолечением заниматься: мазью своей вонючей будет натираться, в баню сходит погреться и попариться, опять будет здоровее всех здоровых. Обычно в такие периоды недомогания, она просит своего старшего сына Кольку помочь ей по хозяйству: воды натаскать, грядки прополоть, корову подоить и выгнать в стадо. Если Коляну некогда, он напрягает к трудовым подвигам своих младших братьев. А вчера Колька вместе со мной играл в футбол допоздна. Следовательно, спать вчера тоже лег поздно. Вот меня бабушка еле-еле разбудила, а Кольку теперь даже ядерный взрыв не поднимет. Тетка Матрена еще со спиной мается, недомогает, крикнуть сил нет, только может тихо шептать:

- Колька, зараза такая, просыпайся.

Недавно начал читать детективные истории Артура Конан Дойля и теперь пытаюсь понять мотивы и поступки людей. Ерунда в нашей деревне происходит с мотивами и поступками. Вот вроде даже не тайна, а намек на загадочное стечение обстоятельств образовался: тетка Матрена корову не выгнала. Что же произошло, что случилось? Не успел даже мозги напрячь, причину за две секунды узнал, только и нужно было спросить у соседки, и вот результат. Ну, что это за тайна? Где здесь работа детектива, где расследования? Оказывается, вся деревня знает, что у Матрены спина заболела, поэтому не может свою буренку подоить, а сын дрыхнет. Что у нас в Табате может произойти интересного? Ничего. Моя бабушка в своем доме чихнет, в конце деревни, «будь здорова!», кричат.

День навалился: не вздохнуть, не охнуть. Овец угнать в горы пастись, в огороде полить грядки, прополоть сорняки. К сенокосу приготовиться, косы наточить. Дел – миллион и еще немножко. Посмотрел, чем соседи заняты: близнецы тетки Галины Петя и Паша, уже за водой пошли. Это вам не город, где драгоценная влага находится в ручной доступности Следовательно, будут огород поливать. Надо и мне воды накачать в бочку. Ох, эта колонка для воды, из-за нее на руках уже мозоли натер, а еще даже лето не началось. Скажите, пожалуйста, почему описание вечеринки с водкой или вином в нашей деревне считается интересным и даже романтичным, а начнешь рассказывать как ты здоровенную бочку воды один накачал или стайку от говна очищал, так тебе за это в ухо дадут и отправят подальше к ядрене-фене? По мне так, рассказ про чистку коровника интереснее, или ты спишь в чистой стайке или в дерьме, это две большие разницы. А что, корова, чистоту разве не любит? Конечно, любит. Может быть, дело в качестве события. Чистка стайки - это повседневные будни и монотонный труд, а вечеринка – это сверкнувшая золотая искра радости среди песка и грязи повседневности. Раз, промелькнула и пропала, остается только похмельный привкус и сладость воспоминаний о тех моментах, о состоянии, когда кажется, что тебе все под силу, когда радость и вкус к жизни пенится и бурлит в твоей крови. Потом, все будет потом, обсуждение прошедшего праздника с участниками тайной вечеринки и завистливые взгляды непосвященных и не приглашенных на закрытое мероприятие. В процессе пересказа, в зависимости от таланта рассказчика, раз за разом увеличивается количество безобразий и непристойностей, который совершает каждый уважающий себя подросток, желающий показаться взрослым и уверенным в себе мужчиной.

На пороге показалась бабушка:

- Кушать иди. Пироги готовы.

Иду не спеша, ополаскиваю руки под рукомойником. Не знаешь, что такое рукомойник, ну, тогда тебе и объяснять нечего, все равно ничего не поймешь. Пойдешь и спросишь у мамы. Садимся за стол с бабушкой, это необъяснимое счастье, когда румяный хрустящий горячий пирог с ливером опускаешь в густющую сахарно-белую сметану, все это отправляется в рот, а вокруг такие ароматы, и все это вкусно так, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

Не спеша сообщаю последние новости, что пастух сегодня был злющий, а тетка Матрена слегла со спиной. Бабушка, также не торопясь, просит наловить ей хариусов, что хорошо бы нам сейчас приготовить удочки, червей накопать, да пойти вечером на рыбалку в наше заповедное местечко, где точно водится жирная рыбка. Потом перекладывает часть пирогов в чистую миску и говорит:

- Сходи, отнеси Матрене пирогов. Когда еще оклемается со спиной, пусть детей покормит. Кольку разбудишь и отгоните корову к пастуху в стадо.

- Вот еще, помогать ему.

- Ничего, он тебе тоже на прошлой неделе помог воды натаскать в бочку.

Делать нечего, закон человеческой стаи, тебе помогли, и ты тоже отдай долг, помоги человеку. Все помнят, сколько они сделал добра другим, только некоторые скромно помалкивают, а другие как начнут считать, так до следующего года будут свои заслуги перед Отечеством вспоминать.

С другой стороны, сейчас помогу корову отогнать, на речке искупаемся, потом на рыбалку пойдем. Настроение поднялось, беру пироги, с независимым видом отправляюсь к соседке. Из окон соседи выглядывают, смотрят куда малец направляется. Все мы здесь под колпаком друг у друга, всех видно и слышно, как на ладони. Все твои тайные и явные намерения отражаются, ведь если тебе нужно что-то сделать, то ты топаешь ножками, по дороге, под пристальными взглядами соседей. Тут самое главное самому не болтать, а если кто-то о чем-то догадывается это его личное дело. Никогда и ни в чем не признаваться - вот мой девиз.

- Здравствуйте, тетка Матрена! Бабушка пироги вам отправила.

С кровати кряхтя, спустила ноги на пол, и пошла ко мне навстречу соседка – бледная, сгорбилась, мелкими шажками передвигается, миску с пирогами на стол поставила.

- Вот, спасибо Гавриловне.

Я в это время подошел к Коляну, одеяло с него скинул, пихнул, щелбан поставил и отскочил в сторону. Внезапно разбуженный человек опасен и непредсказуем, Колька вдвойне непредсказуем. Вот и сейчас, он вскочил и с закрытыми глазами пошел махать кулаками во все стороны.

- Колька, проснись, иди пироги жри и погнали корову в стадо. У тетки Матрены спина болит. Потом на рыбалку пойдем.

С хмурым невыспавшимся Колькой под насмешливые взгляды соседей молча гоним корову, из Кольки и так слова не вытянешь, а здесь вообще замкнулся пацан, понятно, за щелбан обиделся. Скорее бы Женька, мой друг из Красноярска приехал. С ним как будто в другой мир попадаешь, столько всего знает: про страны и континенты, истории английских королей и рыцарей, про гордых и воинственных масаев, про динозавров, космические технологии, политические течения, фильмы, книги. Благодаря ему, я пристрастился к чтению, начал анализировать те или иные события, в общем, начал думать, искать ответы на свои многочисленные вопросы, учился иметь собственный взгляд на происходящие события и вещи. Вот мы с Колькой гоним корову в стадо, вы думаете это просто корова. Во-первых, как я уже говорил - это живой организм, во-вторых, к ней нужно относится со всем вниманием и почтением, в третьих – это молоко и прочие продукты питания. В четвертых, осенью ее сдадут на мясокомбинат, а это уже деньги. Вот вам удивительный парадокс общества, ведь тетка Матрена в своей скотине души не чает, заботится, сено заготавливает, прививки ставит и как будто не догадывается, что ее корову на следующий год осенью, того, на живодерню. Это со стороны она виду не показывает, а внутри то у нее все горит и кипит, а снаружи, ох, спина болит. Дела мне нет никакого до моей красавицы дорогой. Не нужно ни к кому привязываться, как привяжешься, все, корову на мясокомбинат не сдашь, денег не будет, сам с голоду ноги протянешь, дети будут страдать. Кольке новый школьный костюм и обувь не купят. А все говорят, эти сельчане – тупые, у нас в городе то да се. А по идее, одна философия по жизни - не нужно ни к кому привязываться. Всех нас выращивают до поры до времени, чтобы в один прекрасный день – на живодерню. Кто-то получит деньги, без эмоций, а тебя перемелят на продукты питания. Сельчане все понимают – животные и растения живые, работа с утра до вечера, до седьмого пота, каждый день борьба за выживание. Или тебя сожрут, или ты сожрешь и деньги получишь. Вот так выживают тупые сельчане.

А на тебя еще в школе давят, курить нельзя, пить нельзя, не ругайся матерными словами, девочек за косички не дергай. Делают вид, что только от тебя зависит, или ты станешь председателем совхоза, или пойдешь пастухом работать. Ни черта от меня не зависит, пока будешь учиться, работать до седьмого пота, всех хорошеньких девчонок разберут. На ком тогда жениться? На страшилке какой-нибудь. Будешь себя всю жизнь успокаивать, типа, зато у нее доброе сердце и трепетная душа. Что ты с этим сердцем и трепетом будешь делать, когда в душе мечтаешь о прекрасной даме?

Наверно, я слишком увлекся своими внутренними рассуждениями, даже замахнулся на Кольку, который несколько озадаченно смотрел на меня. По всей видимости он уже давно проснулся, вошел в ритм повседневной жизни, бодро крутил хворостиной и подгонял свою корову. В урочище горы Братово вольготно паслось деревенское стадо под присмотром пастуха Васи, который понуро сидел на своей лошади. Свою злость он уже распылил по дороге, нам с Колькой вяло махнул, мол, давай, пацаны, гоните свою корову к общему стаду. Вниз, к деревне, идти было уже легче. Я с разбега запрыгнул на Кольку, крича: «Быстрей скачи, мой верный конь!» Колька не захотел быть верным конем, начал брыкаться, скинул меня на землю, хотел дать пинка, но я побежал от него быстрее рысью. Дома забрали удочки и пошли на речку Чазрах. Знаю я одно место, там хариус отдыхает, охотится, жир нагуливает. Удочка у меня знатная, с бабушкой вместе собирали, вместо поплавка петушиное перо, черное, с золотым отливом. Сколько я за этим петухом побегал, пока это перо выдрал. Теперь я для петуха злейший враг, он меня подкарауливает, бежит, взлетает, на лету пытается мне в глаз клюнуть. Злопамятный, гад. Зато перо счастливое, без рыбы ни разу не возвращался домой.

Поплевали на крючок, ловись, рыбка, большая и маленькая. Поплавки замерли на месте, уже несколько раз червяков сменил, все глаза отмозолил от внимательного наблюдения за петушиным поплавком.

- Пошли, Колька, искупаемся. Все равно рыба не ловится.

Колян тоже приуныл, мы друг за другом бдим, не дай бог, друг окажется удачливее тебя. Если не ловится, то пусть у обоих не ловится, а если ловится, то пусть только у меня, пусть Колька без рыбы останется. Нет, нет пусть Колька тоже поймает, а то Боженька покарает меня за мои мысли завистливые. Искупались, позагорали. Колька рассказал, что вчера ночью, когда возвращался домой видел, как пастух Вася возле забора сидел на лавочке. Я выдвинул гипотезу, что может он так поздно отдыхал на лавочке, потому что ходил к кому-нибудь выпить. Колька выдвинул встречное предположение, что Вася ходил к новой учительнице. Я был не согласен, где Вася и где учительница. Ладно бы наш участковый, а то пастух Вася. Что, она специально приехала в деревню, что бы женатый пастух за ней ухаживал? Вряд ли. За разговорами чуть не проморгали желанный и счастливый миг, когда поплавок ушел под воду. Рывком, чуть не падая и не разбивая коленки об речные камни, рванули к своим удочкам. Есть, ура, красавец! Наловили на уху, добытчики! Время уже позднее, нужно домой идти.

Бабушка заглянула в рыболовную сетку, одобрительно хмыкнула и утащила моих рыб в летнюю кухню. Пока я убирал с крючков остатки червяков и ставил свои удочки в сарай, она растопила печку, поставила сковородку и зажарила моих хариусов в сметане. Румяные, хрустящие, сочные, да, хариус – это рыба что надо.

Наступает вечер в Табате, в темном мраке небесного океана начинают пылать таинственные огоньки звезд. Потянулись мрачные тени в отсветах окон домов, ночь вступает в свои права. Выходят на улицу подростки: кто поиграть в футбол, кто спешит на свидания к своим милым подружкам, все мы тянемся на нашу поляну, которая освещена фонарем одинокого столба, так сказать, наша заявка на цивилизацию в сельской глубинке. Здесь находится штаб-квартира местного значения, сюда стекаются все новости, которые происходят, происходили и будут происходить в нашем селе. Сажусь возле своего одноклассника Романа Бехтерева, весельчака и местного мена нестандартного поведения, проще говоря, хулигана. Ромка травит новый анекдот:

«Приезжает хакас в Голливуд, там идут съемки нового фильма про агента 007. Выходит агент в костюме, в галстуке. Наш хакас начал кричать:

- Лошара, лошара!

Актер нервничает, зовет полицейского:

- Этот хулиган обзывает меня лошарой. Арестуйте его!

Полицейский подходит к хакасу и спрашивает его:

- Почему обзываетесь. Сейчас вас оштрафую.

Хакас говорит:

- Не нужно меня штрафовать, я просто песню пою.

Полицейский:

- Что за песня?

Хакас:

- Лошара ми кантара. ( под Тото Кутуньо)

Мы ржем, мы громко смеемся, Тото Кутуньо и Андриано Челентано красавчики, многие из нас мечтают быть как Челентано, поэтому мы смеемся как лошади и раскрываем свой рот, показывая зубы как Андриано Челентано.

Подбегает Колька, весь мокрый и запыхавшийся после футбола. Не услышав весь анекдот, все равно смеется.

Я тоже хочу рассказать анекдот.

«Идет бабушка, тащит внука за ногу. Ей говорят:

- Бабушка, вы зачем внука за ногу тащите, у него же кепочка слетит и потеряется?

Бабушка:

- Не потеряется, я ее гвоздями прибила».

Я ржу один в полной тишине, никто не хочет смеяться над бабушкой, которая вбила гвоздь в голову своего внука. Черный юмор сегодня не приветствуется, а мне от этого вдвойне смешнее. Мой хохот еще больше усиливает напряжение в коллективе от неприятия моего анекдота.

- Ладно, пацаны! Давайте по домам! – вроде ни к кому не обращаясь, говорит Ромка. Поднимается и уходит.

За ним потихоньку начинают расходится остальные ребята. Мы с Ромкой воюем с первого класса. Когда мы с бабушкой переехали из Киндирлы в Табат, я по-русски ни слова не знал, в первый же день Ромка с двумя своими друзьями напали на меня. Подрались в кровь. Но втроем на одного, нечестно, а кому пожалуется пацан, который не говорит по-русски ни одного слова. Никому, кроме своей бабушки. Но наша бабушка с таким характером, что уж лучше с десятью одноклассниками подраться, чем ей все рассказать. Посмотрит на тебя своим тяжелым взглядом и скажет:

- Почему не можешь победить, слабак, наверно, ты?

Полгода так меня подкарауливали и гоняли как зверя, пока однажды не встретил нашего родственника - дядю Сергея. Я шел после школы и плакал после очередной драки, размазывая кровь с соплями вперемешку.

- С кем подрался?

Я тогда ему все рассказал, про Ромку, про то как они меня бьют.

Дядя Сергей посмотрел на меня и сказал:

- Я тебя научу как нужно драться, уши, живот, ноги человека – это самые болезненные места. Начинаешь драться, бей в эти места, не отступай. Все боятся.

Показал мне пару приемов, и я начал заниматься. Начал бегать по утрам, делать зарядку, качать мышцы рук и ног. Сделал самодельные гантели, отрабатывал удар. Однажды после уроков увидел, опять Ромка с дружками маячат возле школы, у меня от страха аж живот свело. Страх не воодушевляет, он тебя скручивает по рукам и ногам, ты просто тупеешь, без воли, без сил. Безвольное вялое существо, покорно ждущее своей участи. А у безвольного вялого существа нет ни друзей, ни товарищей, никто даже лишний раз со мной не общался. Боялись заразиться от меня неприятностями, боялись, что их тоже начнут потом преследовать и бить как добычу. Все же видели несправедливость того, что происходит, но никто ни разу не вступился, не протянул руку помощи. Я их не осуждаю, потому что я знаю как гасит твою жизнь ежедневный страх.

Я тогда не убежал от них, потому что не мог, при всем своем огромном желании сбежать, спрятаться, испариться, умереть, лишь бы не встречаться со своими мучителями. Вышел из школы на ватных ногах, навстречу Ромка идет, улыбается, его два друга тоже улыбаются, всем своим видом показывая радость от нежданной встречи.

- Иди сюда, опять ходишь по нашей дороге. Я тебя предупреждал, не ходи.

Это так, вступительное слово к основному действию. Ромка на меня замахнулся, а я разозлился, портфель в сторону. Напрыгнул на Ромку, он упал, а я начал его мутузить по болевым точкам. Ромка запыхтел, стукнул меня больно в живот, парень сильный, что скажешь, только я уже в него как клещ вцепился, в лицо, бью по ушам, по голове. Его друганы меня от него пытаются оттащить, а я ногами его метелю. Потом один меня сзади по голове навернул чем-то тяжелым. Я упал, тут они вдвоем меня попинали с удовольствием, а Ромка не смог встать, все-таки, я его хорошо уделал. В-общем, наваляли мне прилично. Я поднялся, нашел свой портфель и пошел домой, только уже не ревел. Когда меня по голове стукнули, у меня как будто что-то щелкнуло. Все вроде как обычно, размазываю кровь с соплями, а в голове вырисовывается картинка. Я же ведь знаю, где живет один из друзей Ромки, есть по дороге хорошая тропинка, где можно встретиться один на один и поговорить, о том, что настоящие мужики сзади по голове не бьют и втроем на одного не нападают. Пришел домой, застирал рубаху, холодной водой компресс сделал. Шишка на затылке прощупывалась, но крови не было. Нашел кирпич, положил в портфель. Лег на кровать и уснул сразу. Бабушка меня не будила.

Утром встал пораньше, пошел по тропинке, какое-то спокойствие на меня нашло, как будто в тайгу на охоту собираюсь, примечаю следы, погоду, откуда ветер дует. Зашел за дерево, встал, жду. Терпение – важное качество для охотника, тут меня осенило, если они себя ведут как звери, то я - тот охотник, который выслеживает и приманивает добычу. Как же тебя зовут, дорогой товарищ? По-моему, Антон, Антоха. Зря вы начали ерундой заниматься. Смотрю, идет мой Антоха по тропинке. Голову повесил, тоже, наверно, уроки не выучил, как и я.

- Привет, - выхожу к нему из-за дерева.

Сразу понял, что к чему, глазки забегали в разные стороны.

- Что же ты, падла, по голове сзади меня стукаешь, втроем на одного нападаете?

Он еще надеялся, что дальше нравоучительных разговоров и душеспасительных бесед дело не пойдет, а я без разговоров, портфель с кирпичом ему на ногу кинул. Пацан в лице изменился, а как ты думал, боль для каждого своя, родная, это тебе не наблюдать в стороне как другой от боли загибается. Тут все твое, принимай. Ха, ему в живот, в морду, он упал, пришлось один раз пнуть, лежачего не бьют. Хотя такая звериная радость накатила, убил бы, а что, кирпичом по голове и пошел себе дальше. Портфель взял, ладно, Антоха, еще встретимся, в глаза ему посмотрел и понял, что он уже сдулся. Не знаю как, а понял. После драки, как после хорошей охоты, после удачной рыбалки кипит в крови адреналин.

Зашел в класс, вот вроде ничего во мне не изменилось, захожу с виноватым видом ученика, который вчера не приготовил уроки по русскому языку, не выучил стихотворение по литературе, которое остальные дети знают так, что от зубов отскакивает. Ты такой же маленький и худенький, молчаливый и серьезный, а к тебе вдруг подходит один пацан, спрашивает что-то незначительное, ты так же ему что-то отвечаешь по стандарту. Ты по прежнему стараешься избегать толпы, но отдельные представители толпы, вдруг решили перебежать на твою сторону. С этого времени меня перестали бить, потому что теперь я гонял их по всему селу, выслеживал, вынюхивал. Знал их привычки, планы, я гонял их как зверей, отлавливал их по одиночке, бил, опять выслеживал, опять бил. Родители приходили жаловаться на меня к бабушке, но бабушку было трудно в чем-то убедить, если дело касалось ее драгоценного внука.

- Бьет, значит заслужили, - был ее неизменный ответ.

Нужно ли говорить, что подручные Ромки принесли мне свои извинения, нужно ли говорить, что после этого они дружно доносили на меня родителям, а мне друг на друга. А Ромка, настоящий враг, выслеживал меня, пытался загнать меня в прежние рамки, уходил побитый, люто меня ненавидел, никогда не жаловался и не плакал. В седьмом классе между нами было заключено негласное перемирие. Он прекратил меня преследовать, я тоже сильно не нарывался, у каждого своих дел было по горло. К этому времени родители подарили мне на день рождения мотоцикл «Восход». Зеленый красавец с максимальной скоростью 100 километров в час, ветер в ушах, все просят покататься, никому не даю. Этот мотоцикл мой, и должен быть в одних руках, как любимая женщина. Гонял на нем по всей Хакасии от Саяногорска до Киндирлы, от Манжелая до Джойки. Начал встречаться с девушкой, а что, мы же уже страшно взрослые, нам уже по четырнадцать лет стукнуло. Мотоцикл способствует созданию романтического настроения у девушек, наверно, это у них в подсознании аналог с белым конем, на котором принц разъезжает, ну, вы, помните, наверно.

Теперь этот Ромка не упускает шанс продемонстрировать свое доминантное положение, а мы тоже - не лыком шиты. У нас тоже свой анекдот имеется.

Лето - пора сбора грибов и ягод. Рано утром уезжаем с бабушкой в сторону Братовой горы, проходим по нашим заповедным тайным местам, которые есть у каждого жителя деревни. Свое «особое» место, где полно ягод. Все ходят как шпионы, берегут тайну, никто никогда не выдаст своих потайных местечек, только своим близким, только с последним предсмертным словом из поколения в поколение передаются заветные ягодные места. Мы с бабушкой устраиваем соревнования, кто быстрее наполнит свое ведро, работаем двумя руками, потихоньку подглядываем друг за другом, кто сколько набрал. Бабушка загадывает мне загадки, это чтобы мозги работали, как она мне объясняет. Руки работают, и мозги не должны киснуть. Не разгадаешь загадку, тогда бабушка с сочувственным видом начинает точить на мне свое остроумие. О, хакасское остроумие - это страшно обидная вещь. Тебе припомнят все твои проделки, проведут параллель с родственниками, которые жили еще в доисторические времена, в результате того, что в течении всей своей никчемной жизни они ничем себя не проявили, то являются страшным пугалом для подрастающего поколения.

- Наш родственник промахнулся в мамонта, такой был недотепа. Поэтому ничего удивительного, что он недолго протянул в своей эпохе, когда он пошел на охоту, его заломал медведь.

Подрастающее поколение должно нутром почувствовать внутреннюю связь, понять, что если ты промахнулся, когда не должен был промахиваться, то все, ты уже не герой для своего рода. Следовательно, ставь себе разумные цели, добивайся, и не забывай при этом постоянно тренировать свои мозги и мышцы, а то от медведя не убежишь. Отсюда можно делать вывод о моем будущем, вернее, о его отсутствии.

Здесь самое главное, никогда не подать виду, что тебе ужасно обидно и больно, и ты уже близок к слезам. Ты быстро должен найти уязвимое место в бабушкиных рассуждениях, застать ее врасплох и атаковать парой искрометных и убийственных шуток и выводов. Главное условие в наших состязаниях, не повторяться. Если условие нарушено, то противная сторона, которая тебя разоблачила становится победителем. А если ты в пылу словесной баталии забыл работать руками и собирать ягоды, то ты безоговорочно становишься проигравшей стороной. Надо ли говорить, что наши словесные баталии не уступали в напряженности, хитрости и ответственности стратегическому нашествию татаро-монгольских войск.

Когда мне было пять лет, бабушка повезла меня в гости к своей сестре, которая жила в Краснодаре. Как обычно, по дороге устроили с ней словесную дуэль из которой бабушка по всем параметрам выходила победителем. Чаша моего терпения была переполнена, я разозлился на бабушку, топнул ногой и сказал, что сейчас же уезжаю домой. Впоследствии, в кругу подружек и родственников, про это происшествие, которое стоило ей сожженных нервов и потерянного здоровья, она вспоминала постоянно, подробно рассказывала, что тогда она не обратила на мои слова никакого внимания. Улучив подходящий момент, когда она, увлеченно мешая и коверкая хакасские и русские слова, спрашивала дорогу у проходившей мимо женщины, я решительно зашагал по незнакомому городу. Мне казалось, что стоит перевалить через гору, пройти немного вправо, то я как раз окажусь у себя дома. В незнакомом городе, полном людей, машин и прочих опасностей для пятилетнего ребенка, меня искали целый день, подключив к этому увлекательному мероприятию всех милиционеров, которые оказались на пути у бабушки. Меня нашли на вокзале, целого и невредимого, злого и непримиримого. Я отказывался идти с бабушкой, пока она клятвенно не пообещала мне отдать насовсем ружье дедушки и осенью поехать со мной охотиться в Табатскую тайгу. Как потом говорила бабушка всем родственникам:

- Весь в дедушку Албынжи пошел, тоже такой же упрямый!

Сколько гордости было в этих словах! После Краснодара бабушка никогда не переступала черту, после которой я мог разозлиться, плюнуть на всех и сделать все по своему.

Вот и сейчас, бабушка ведет свою наступательную позицию, но я тоже не дремлю, выдаю вариант ответа, который ближе всего к разгадке.

- Весь в дедушку Албынжи, такой же смекалистый! - удовлетворенно шепчет бабушка.

- Ты, бабушка, прекрати. Наш дед был кто - просто шаман. Вот если бы он следователем был, тогда другое дело.

Бабушку не переубедить, я ей доказывать уже устал, что следователь - это лучшая профессия на земле. Сила ума, зоркость взгляда, оружие - красота! А шаманы - это пережиток прошлого, опиум для народа!

Каждое лето начинался сенокос, родители приглашали на «помощь» родственников. Вечером готовили косы и еду, рано утром выезжали, чтобы начать работу пока на траве лежит роса. Первой всегда начинала мама, за ней шел отец, а там и остальные подтягивались. Первому всегда труднее всего, но в детстве мне почему-то всегда казалось, что мамины прокосы были самыми красивыми, ровными и чистыми. Закончив первой прокос, она весело шутила, что сейчас последнему косарю подрежет пятки. Мы с бабушкой всегда вставали в серединке, косили не спеша, друг друга не подгоняли. Я начинал подначивать своих братьев и сестер, а так как я уже, прошедший бабушкину школу злословия, так всех доставал своими шутками и прибаутками, что братья начинали коситься на меня, а сестры пытались догнать и подергать меня за волосы. Пока я был под защитой бабушки, я знал, что меня никто не посмеет даже пальцем тронуть. Но стоило бабушке уйти по делам, тут уж нужно было не зевать и быстрее спасаться бегством. Или залезть на высокое дерево и оттуда атаковать всех шишками. В общем, весело было.

Через два дома от нас жили наши соседи по фамилии Торгут. У Торгутов был здоровый черный бык, просто бешеный какой-то. Стоило ему увидеть посторонних людей, как в нем просыпалась вся его бычачья злоба, глаза наливались кровью, с утробным горловым ревом он начинал свое преследование, пытаясь поддеть всех на рога. Сколько было высказано угроз в адрес сумасшедшего быка и его хозяина, но все было без толку. По какой-то причине хозяин берег животину и не отправлял его на живодерню. По-моему, он гордился своим злющим быком. Так вот, этот Торгутский бык незаметно зашел на наш покос, а мы заметили его, когда он с ревом уже начал атаку и пошел на нас в наступление. Я помог бабушке взобраться на дерево, шустро следом за ней взгромоздился сам. С такого безопасного наблюдательного пункта мы посмотрели как дела у остальных. Там было на что взглянуть: дети и взрослые рванули в сторону деревни, остальные перебежками, через поле, неслись к деревьям, которые росли на краю поля, на ходу определяя прочность и незанятость деревьев со стороны прочих родственников. Бык сначала рванул за теми, кто побежал в деревню, их было больше. Бешеная скотина правильно рассчитала, что уж этих людей он сможет догнать. Бабушка заставила меня слезть с дерева и камнями отвлекать внимание зверя. Легко сказать, как будто на покосе на каждом шагу камни валяются. Я бросился бежать за быком, пытаясь произвести как можно больше шума. В какой-то момент бык заинтересовался выкриками, которые разносились сзади и обернулся. Увидел меня и припустил за мной. Теперь мне пришлось бежать от него. Я спиной чувствовал грозное дыхание быка, слышал его рев, с разбега подпрыгнул на ветку, подтянулся и успел обхватить руками ствол. В это время туша быка врезалась в дерево. Бабушка попыталась спустится пониже, чтобы огреть быка палкой. Это его разозлило еще больше. Хорошо, что второй удар быка был не такой сильный, иначе бы мы с бабушкой попадали на землю как яблоки. Шло время, бык время от времени ревел и пробовал дерево своим плечом на прочность. Хорошо, что в конце концов родственники, которые все-таки добежали до деревни, нашли и привели хозяина. Только его вмешательство нас спасло. Торгут нацепил быку на глаза дощечку, обвязал его роскошные рога веревкой и повел домой. Теперь это событие всеми вспоминается со смехом, но тогда все натерпелись страху, и слава Богу, что все остались живы-здоровы.

Как бабушка ходила по тайге - это нужно было видеть. За плечами торба навешана, за поясом охотничий нож и пошла перебирать ногами. Скажет мне - ты идешь на север, через два перевала встречаемся. Раз, и пропала за деревьями, ветка не дрогнет, сучок не треснет. Просто какой-то Чингачгук- Большой Змей. Ориентируюсь по солнцу, определяю, где север. Иду, собираю по пути ягоду, через два перевала встречаемся с бабушкой. На обратном пути переговариваемся и рассказываем, кто, что видел в пути. Конечно, привираем друг другу, как все нормальные охотники. Бабушка рассказывает, как осторожно обходила спящую гадюку. Я внутренне поеживаюсь, сонная змея может упасть в твой сапог и укусить. Если в течении часа тебе не окажут первую помощь, то легко можешь отправиться на тот свет. А где в тайге первая медицинская помощь? Просто ложись и помирай со страху, представляя как в твой организм через кровь просачивается яд.

Я ей вру, что шел так осторожно, что глухарь, который спрятался среди ветвей, меня даже не заметил и мне пришлось его осторожно погладить по перьям.

Зимой мы с бабушкой собираемся на охоту, разрабатываем маршрут следования. Готовим охотничье снаряжение, чистим ружья и готовим патроны, кипятим капканы. Проверяем одежду и подшиваем обувь, готовим провизию. Охота, от этого слова нас обоих как будто током прошибает. Думаю, точно такие же ощущения испытываешь когда влюблен, объект твоего внимания даже не в поле твоего зрения, а ты чувствуешь его аромат, присутствие каждой клеточкой своего молодого растущего организма. Ждешь встречи, твои чувства напряжены до предела, взгляд становится необыкновенно зорким.

Когда я был еще мал, и мне не давали в руки серьезного оружия, самостоятельно сделал лук и стрелы. Начальные навыки стрельбы из лука по деревьям, заборам и сараям не приносили мне внутреннего удовлетворения. Тогда мной было принято эпохальное решение - начать охоту на живую дичь, сначала на ворон, затем я перешел в наступление на свиней. Подлые и хитрые твари повадились делать подкоп в наш огород, один раз даже прорвались. Мы с бабушкой пока их выгоняли, они у нас много чего потоптали. Даешь бой свиньям! Дождавшись, когда самая жирная и наглая свинья начнет копать носом под наш забор, я выпустил в нее стрелу. Визг раненой свиньи потряс мирный сельский пейзаж. От боли она выломала наш забор, затем побежала к своему забору, проломила в нем дыру и начала наворачивать круги и топтать картошку. Пока хозяева отловили свою живность, пока выдернули стрелу, свинья нанесла хозяйству значительный ущерб. Ярости соседей не было предела, вечером в качестве вещественного доказательства был притаранен обломок стрелы. Родители на меня кричали, грозили физической расправой, но мы с бабушкой стояли на своем насмерть. Знать ничего не знаем, не видели, не слышали. Не делал, не был, не участвовал. Никогда не нужно ни в чем признаваться, это был наш девиз с бабушкой. Конечно, мне влетело, но наказание было скорее формальным. Папа с мамой не были уверены, что это я нанес ранение соседской свинье. Мало ли чей обломок стрелы извлекли из задней части бедного животного. Бабушка благополучно сожгла все вещественные доказательства моего преступления.

- Истинный дедушка Албынжи, настоящий охотник! - гордилась мной бабушка неизвестно почему.

Подозреваю, что наш прадед тоже любил охотиться на соседских свиней.

Через некоторое время слегла бабушка, простите если этот момент не будет мной расписан достаточно подробно. Довольно будет, если я скажу, что до последней минуты я кормил, мыл и убирал за ней, носил ее на руках на улицу, на прогулку. Довольно ли вам будет, что по прошествии стольких лет, я скажу, что моя бабушка очень меня любила? Только с возрастом ко мне пришло понимание, сколько было любви в ней ко мне. Она ходила со мной в тайгу, помогала готовить мне снаряжение, защищала и оберегала, молилась за меня и свой род, готовила меня к реальной жизни, к борьбе, трудностям. Может быть, она единственная женщина, которая меня настолько понимала и любила. Это была сильная женщина, которая защищала свой род, своих близких и родных от нашествия злых демонов и духов. Молитвами, оберегами, воззванием к основателю рода, отгоняла от нас темные силы пожирателей душ. Перед смертью она попросила меня похоронить ее на горе, где лежат наши предки. Я так и сделал.

Как я сказал, с ее смертью начал таять защитный круг, который она возводила всю жизнь вокруг нас, вокруг близких для нее людей. Сначала ушла мама, после ее смерти папа женился на другой женщине, они забрали с собой в свою семью мою младшую сестренку.

Глава 2 Служба в армии; Расследование первого преступления

Служба в армии

После смерти матери я ушел в армию. Полгода провел в учебном центре в военном городке под Астраханью. Так как у меня были водительские права категории В и С и опыт вождения транспортным средством, то меня посадили за штурвал военного грузовика. Служба была как у всех, основной упор на физподготовку, изучение правил обращения с огнестрельным оружием, устава, проведение политзанятий. Солдаты усваивают основное армейское правило - не высовываться и держать дистанцию между командным составом и старослужащими. Были и ночные дежурства, и марш-броски, которые закаляют крепость духа солдата и нарабатывают опыт проведения рукопашного боя. Затем моя служба проходила в Астрахани, в секретной части ракетной дивизии. Через год нас перевели на службу в зону межнациональных конфликтов, на территорию Нагорного Карабаха. На войне обостряется чувство опасности, чуешь смерть, кто не приобрел это чутье - тот погиб. Когда рядом ходит смерть, ищешь от нее пути защиты. Я вспоминал как бабушка рассказывала про Молодильный родник. Один апчах-охотник нашел в тайге родник, умылся, усталость как рукой сняло, затянулись старые раны. Пришел домой, жена ахнула, муж помолодел на двадцать лет. Красивый, молодой, сильный, ну зачем ему старая жена. Конечно, же он уехал, оставив жену. Много было охотников после него обрести вторую молодость, как среди мужчин, так и женщин. Про самого охотника больше никто никогда не слышал и не видел его следов. Может быть, запытали бедолагу до смерти? Скажи да подскажи, где Молодильный родник. В годы службы было большое желание иметь при себе хоть небольшую фляжку этой чудесной воды, сколько погибших друзей можно было бы спасти от смертельных ран и вернуть к жизни.

Война не прекращается во мне ни на минуту, частой гостьей она является ко мне во снах. Я снова слышу крики товарищей о надвигающейся опасности, снова и снова пытаюсь скинуть со своего горла металлическую удавку, которую мне накинули мои враги. Я вновь выслеживаю своих врагов, уворачиваюсь от снарядов разрывных бомб, опять кричу во все горло своим друзьям, чтобы спасались от опасности. Но все равно, они погибают на моих глазах, я опять просыпаюсь от этого кошмара с неостывшим криком на моих губах и чувством вины, за то, что не смог их защитить.

Расследование первого преступления

Сколько себя помню всегда хотел работать в милиции, следователем, поэтому после армии поступил в Красноярский юридический институт. Господи, совсем недавно была милиция, а сейчас все полицейские, хорошо, что не жандармерия. Может быть, слишком велика в нас неприязнь к жандармам, наследию и оплоту царской России. Сделать революцию ради разницы наименования органов правопорядка, вместо жандармов привести к среднему знаменателю полиции, это очень большие потери человеческих ресурсов. Из меня не получился полиглот, но к чтению я пристрастился, книги по истории, географии, привлекали меня своими точными датами, цифрами и звучными названиями. Что для истории жизнь одного человека, каких-нибудь 100 лет. А для человека его жизнь одна-единственная, на что ее использовать решает только он сам.

Жизнь оперативного работника – сбор фактов и расследование противоправных действий. Идеальный опер – действует по закону, не пьет, не курит, не мучается угрызениями совести, не принимает все близко к сердцу. Начинающим оперативным работникам далеко до идеала, мы все мучаемся, совершаем глупые и опасные поступки, нам всем охота помочь и сделать этот мир лучше. С опытом работы приходит понимание, что не все так просто и однозначно в этом мире.

Вчера по графику было мое дежурство, ночью ездили с напарником по вызову соседей, пьяный муж начал буянить. Может для читателя слово «буянить», звучит как скучное предисловие к некоему интересному приключению, а для нас это слово означает – опасно для жизни. Пьяный человек непредсказуем, страшен. Приезжаешь на место – а там гора трупов, рядом сидит хлипкий мужичонка, соплей перешибешь. Хнычет, трясется, что же тут произошло, не мог я такого сделать, это же друганы мои сердечные, или жена моя любимая, или деточки мои родные. В зависимости от того, кого этот гад порешил. Молодые работники милиции иногда верят, бросаются помогать этому хлюпику встать или каким-то другим способом откликаются. А этот мужичонка, которому уже нечего терять, раз, нашего жалостливого милиционера на нож садит. И что, ну посадишь ты эту сволочь. Друга уже не вернешь. Потом народ начинает трындеть, что же это наша милиция такая скверная, одни сволочи работают. Потому что всех жалостливых и отзывчивых сотрудников в первый год сами граждане и убирают. А кто хочет долгой жизни, тот превращается в осторожного профессионала, который не бросается с объятьями ни к потерпевшему, ни к нападавшему, не верит ни единому сказанному слову, а только железобетонным фактам и то, если они стыкуются с его внутренним чутьем, к которому опер с каждым годом начинает прислушиваться все больше.

Осторожно заходим в квартиру, криков не слышно, хотя до этого соседи слышали громкую брань, плач ребенка, а здесь - тишина. Мне, участнику боевых действий, эта тишина, как ржавым железом по стеклу, начинает всего корежить. Напарнику Володе показываю, что ему нужно заглянуть в комнату, напарник понятливо кивает, вижу, что ему тоже не по себе. Он осторожно заглядывает в соседнюю комнату и тут же стремительно отпрыгивает назад, за ним выскакивает полуголый мужик с топором, замахивается, со страшными криками и ругательствами идет на нас. Узкое пространство крошечной квартиры мешает проведению оперативного захвата, нас здесь положить, плевое дело, два точных взмаха топором и по стенке только наши мозги разлетятся. Хватаю стул и в живот нападавшему кидаю, там много болевых точек, куда-нибудь да попаду. Точно, наш хулиган местного разлива скрючился от боли, топор из руки выскользнул, тут же Володя подскочил и в наручники повязал несостоявшегося убийцу. Теперь уже мы вытащили свое оружие, по закону имеем право применить его, наши жизни в опасности, этот пьяный дурак чуть не угробил двух сотрудников при исполнении. Теперь, в поисках других источников опасности, в комнату заглядываю я. В углу сидит женщина со следами явных побоев, прижимает к себе девочку лет пяти. Жертвы бытового насилия, мать и дочка, напуганы, и плачут молча, в тишине. Это чтобы нападавшего с топором не разозлить, он перед ними топором размахивает, угрожает, они с минуты на минуту ожидают своей смерти от руки пьяного папаши, но молча плачут. Страшно, но как говорят сводки, это наши милицейские будни. Забираем присмиревшего главу семейства, в участке составляем протокол. На скорую руку пишем отчет о задержании пьяного дебошира и разъезжаемся по домам, потому что нужно после дежурства до работы принять душ и хотя бы перекусить чего-нибудь.

Утром захожу в свой кабинет, родной такой кабинет, в котором мы практически живем, находимся почти двадцать четыре часа в сутки. Со мной в кабинете сидят два мэтра сыска старший лейтенант Василий Иванович и капитан Булат Фархуддинович. Прошу любить и жаловать.

- Говорят, вас сегодня ночью с Владимиром чуть не грохнули, - своим грохочущим басом интересуется Василий Иванович.

- Пьяный придурок с топором на жену кидался, соседи в милицию позвонили, - сообщаю информацию в общих чертах, ни места происшествия, никаких конкретных имен, тем более фамилий.

Если интересно, пусть сами в дежурке протокол читают, только кто пойдет какую-то бытовую драку изучать и деталями себе мозги засорять. Булат Фархуддинович только плечами пожал, у всех своих дел выше крыши. Болтунов никто не любит, спросили – ответил. Если давить начинают – начинаешь в свою очередь любопытных спрашивать, почему интересуешься, у тебя там сват или брат. Информация в наше время стоит очень дорого, она стоит кому-то свободы или жизни. С какой стороны посмотреть. Сводки, отчеты, планы, предупредительные мероприятия – это все наша рутина. Все мы шестеренки одной мощной системы правосудия, ни у кого из нас нет никакого желания попадать в жернова правоохранительной системы, перемелет, только мокрое место останется. Собираюсь пойти к эксперту, только что отзвонился, состряпал мне какую-то справку по ножу, сейчас посмотрим, может что-нибудь интересное раскопал наш специалист широкого профиля.

В дверь постучали, в кабинет робко зашла женщина неопределенного возраста, под глазом фингал, щека поцарапана, губа разбита, бог ты мой, это красотка – жена, того пьяного хулигана, который нас сегодня чуть не порешил топором. Понятно, никакого заявления на мужа не будет, в глазах – отчаянная решимость плещется.

- Олег Игоревич, отпустите моего мужа, он больше не будет, - начала речь избитая женщина.

Сижу, дописываю справку, под ехидными взглядами коллег.

-Как вас зовут? – начинаю я свою воспитательно-профилактическую беседу с пострадавшим представителем населения.

- Светлана, - смутившись, представляется женщина.

- Вот, Светлана, хорошо, что вчера ваши бдительные соседи позвонили в дежурную часть, не дали произойти страшной трагедии, ведь по вашей вине мог погибнуть ребенок, ваша дочь.

- Да почему по моей, - ужасается женщина, - я люблю свою Ирочку.

- Тогда почему не разведетесь с этой невменяемой сволочью, который чуть не убил вас и вашу девочку, - нагнетаю я обстановку, в этом кабинете, в окружении мужчин, я давлю на нее и, по-моему, зря, потому что женщина приподняла голову, прикрыла привычно глаз с синяком рукой. Закрылась от окружающего мира.

- Коля хороший, - убежденно произнесла избитая женщина, - он только когда пьяный – дерется.

- Дело ваше, конечно, Светлана, вы человек взрослый, понимаете, что если ребенок погибнет, вас будут судить, как человека, который знал о предстоящей трагедии, был должным образом извещен о последствиях, но не сделал никаких шагов, в результате чего ребенок погиб.

- Да что вы все время меня пугаете? Заявляете, что моя девочка погибнет, вы нарушаете мои права, права гражданина Советского Союза.

Так и знал, что моя маловыразительная беседа, может что-то дать. Забитое безвольное существо, да и вообще вся беседа проводится только в целях будущей безопасности ребенка.

- Я вас предупредил, - строго произносит представитель закона, - а уж вы делайте выводы сами.

Светлана, приготовившаяся биться за свои права, почувствовала себя ущемленной в невозможности донести до меня, как бездушного представителя правоохранительной системы, свою исключительность и индивидуальность. Господи, работаешь первый год в уголовке, а уже наслушался пламенных выступлений «обиженных и оскорбленных» на целый пленум ЦК КПСС. Неужели, дальше будет больше? Ведь коллеги, которые старательно не слушают наш разговор, изо дня в день, из года в год выслушивают всю эту галиматью, допрашивая потерпевших, подозреваемых, пытаясь найти в этом здравый практический смысл. Дописав справку, о том, что с гражданкой Светланой Степановной Кумашовой проведена профилактическая беседа, что она предупреждена о возможных последствиях своего дальнейшего поведения в результате нежелания решать свои проблемы с мужем в обязательном порядке. Светлана читая справку, начала беспокойно ерзать, одно дело кричать о своих правах, совсем другое – принять на себя одну ответственность за все происходящее и остаться один на один со своей проблемой. Ответственность и для здорового адекватного мужика непосильная ноша, а что значит эта ответственность для женщины с подорванной психикой, даже предположить страшно.

- Я не буду это подписывать, - гордо заявляет избитая мать, отказываясь верить в печальное будущее для своей дочери.

- Не хотите, не нужно, - покорно заявляет представитель закона, - у меня в этом кабинете два свидетеля, которые подпишутся под справкой, о том, что вы от подписи отказались, а я вас предупреждал.

- Подождите, вы же ничего не понимаете, - Светлана начала судорожно подниматься, - если я хотя бы попытаюсь уйти от него, он Ирочку убьет. Если я напишу на него заявление, он своих дружков на нас натравит. А там бандиты отпетые.

- Никто вас не тронет, а что за дружки такие, - интересуюсь я информацией об отпетых бандитах.

Но увидев перекошенное лицо Светланы, понимаю, что опять перегнул палку в работе с потерпевшей, теперь она будет молчать как партизан на допросе. Где спрашивается логика? Если хочешь помощи, то начинай больше общаться с милицией, а то вся закрылась, слова лишнего не скажет. О ребенке лучше бы больше думала.

- Слушайте, Светлана, - попытаюсь в очередной раз донести до побитой женщины суть проблемы, - если вы желаете нормальной жизни для своей дочери, то вам нужно написать заявление на своего мужа-садиста, сходить в травмопункт и зафиксировать свои побои. Если у меня будет заявление, то я смогу посадить вашего мужа.

- Еще раз вам говорю, не будет никакого заявления, ничего я подписывать не буду.

В конце концов, разве я нянька этой женщине, ее муж нас с напарником чуть не укокошил, заявления не будет, я его больше трех суток держать не могу. Стороны в переговорах зашли в тупик. Ладно, попробуем теперь с мужем переговорить. Звоню дежурному, прошу задержанного отца семейства Кумашова привести.

Заходит Кумашов в кабинет опера ниже травы, тише воды, не поверишь, что этот тихоня ночью наводил ужас на свою семью, на соседей, чуть не покрошил в капусту оперативных работников.

- Значит, нарушаем закон, гражданин Кумашов. Зверски избиваем жену и ведем аморальный антиобщественный образ жизни.

- Да не помню я ничего, гражданин начальник. Пьяный был, ничего не помню.

- Ну что, Кумашов, будем на тебя дело заводить, считай вина твоя доказана, Жену систематически избиваешь, вчера ее побои мы в протоколе зафиксировали. Ребенка пугаешь, будем лишать тебя родительских прав.

- Да, вы что? Какое дело? Светка заявления писать не будет, я ее знаю. На понт меня берешь, нет у тебя никакого заявления.

- Тут такое дело, Кумашов. Теперь от нее никакого заявления не нужно, чтобы дело завести на тебя. Жена твоя от побоев может в любой момент умереть, сейчас она в больнице лежит. Врачи борются за ее жизнь. Говорят, побои тяжелой степени. Тут уже уголовная статья тебе светит. Если жена помрет, то тебя к расстрелу приговорят или пожизненный срок светит.

- Как в больнице? Вчера была жива-здорова, я же помню. Вы вспомните, когда меня тащили в машину, она же была здорова!

- Вот, а говоришь ничего не помнишь. Понимаешь, вчера ей плохо стало. Скорая приехала, увезла. Теперь в реанимации лежит, еще неизвестно, выживет или нет?

- Светка выживет, сколько раз бил. Ничего, живучая.

- Значит, неоднократные побои наносил. Точно, расстрел тебе светит. Дочку твою жалко. Мать помрет, тебя расстреляют. Нужно позвонить в органы опеки, пусть документы готовят для передачи в детский дом.

- Ирочку в детский дом? Да ты что городишь? Не отдам дочку в детский дом, не дам. Начальник, позвони в больницу, будь человеком. Позвони, узнай как там Светка.

- Спокойно, гражданин Кумашов, подпишите протокол. С моих слов записано верно.

- Не буду ничего подписывать, не буду ничего подписывать! Позвони в больницу, узнай про жену! Как человека прошу, позвони!

Интересно получается, вчера был пьян, ничего не помню, а что жена была жива-здорова, это он вспомнил. Убираю со стола бумаги, звоню дежурному.

- Задержанного увести в камеру.

Кумашов упирался как сто быков. Матерился и плакал, угрожал и просил позвонить в больницу.

- С чего он такой буйный, товарищ лейтенант? - злой и красный от физического напряжения дежурный закрывал камеру.

- Как с чего? Видишь, провожу профилактическую беседу с нарушителем закона. Не все потеряно, у человека угрызения совести начались.

- Интересно, чего вы такое ему наговорили?

- Много будешь знать, быстро состаришься.

Выхожу на улицу. Истерика человека в тюремном заточении помноженная на похмельный синдром - неприятная вещь. Возле тусклого здания временного задержания топталась в нерешительности жена задержанного.

- Еще раз, здравствуйте, Светлана! Вы уже узелок с продуктами, вижу, несете своему благоверному.

- Олег Игоревич. Можно мне Коле передачу передать?

- Вы в больницу сходили, побои зафиксировали?

- Нет, я не ходила, - голова женщины виновато опустилась вниз.

- Светлана, вам на себя наплевать, это видно невооруженным взглядом, но подумайте о своей дочери. Неужели вы хотите, чтобы она выросла, вышла замуж за такого же пьяницу и жила в кошмаре?

- Нет, конечно, что вы такое говорите?

- Тогда делайте что вам говорят, не умничайте. Я сказал вам, чтобы вы сходили в больницу и зафиксировали побои. Если вы безвольное существо и вам на себя плевать, то хотя бы боритесь за жизнь вашей дочери. Справку мне принесете, следователю Иридекову Олегу Игоревичу. Вы все поняли?

Женщина вяло кивнула головой.

- Если вы мне не принесете справку с травмопункта, я позвоню в органы опеки. Скажу, что в вашей семье нарушаются права ребенка, а мать как человек без голоса терпит систематические побои мужа и не может защитить свою дочь. Пусть начинают процедуру по лишению вас родительских прав.

Светлана встрепенулась, в глазах заплескалась мука.

- Я все принесу, я все сделаю. Не надо лишать меня родительских прав, не надо забирать Ирочку.

Только утро, а чувствуешь себя как выжатый лимон. Киваешь в коридоре коллегам по работе, здороваешься, пока добираешься до своего рабочего места. На столе уже лежит записка о том, что нужно предоставить отчет о дежурстве. Пока собирал мысли в кучу и рождал хотя бы проект отчета, подошло время идти на планерку.

Наш начальник Казарян читает сводку происшествий, спрашивает у сотрудников как ведется расследование. Его монотонный голос меня убаюкивает, сказывается ночное дежурство, помноженное на повседневную рутину уголовных дел. Чтобы я совсем не впал в прострацию, Казарян решает перейти к разборке моего дела. Разобрали наше дежурство, отметили ряд недочетов, которые мы допустили в процессе задержания. Справедливое негодование с моей стороны, какие недочеты, задержанный был с топором, прогнали сонную паутину планерки. В работу включились остальные сотрудники, начиная активно разбирать наш случай. А я наоборот успокоился, недочеты ищут, главное, мы живы, руки-ноги на месте. Недочеты нужно искать, если есть трупы, у нас, слава Богу, обошлось без трупов и членовредительства.

- Хочу сказать, что лейтенанту Иридекову поручается новое дело. В общежитии института найден труп молодой девушки, студентки второго курса. Сначала решили несчастный случай, но специалистами при вскрытии тела обнаружен яд неизвестного происхождения. Заведено уголовное дело. Приступай к работе, товарищ лейтенант.

Ну ничего себе, подкинули мне явный висяк, поэтому все бывалые следаки от него отбодались и кинули дело молодому лейтенанту. Ждет меня выговор с занесением в личное дело. Ну, Казарян, удружил сволочь.

Как нос не вороти, а к делу нужно приступать. 11 апреля мертвую студентку второго курса юридического факультета Оксану П., нашла соседка по комнате Яна Р. Девушка, после того как обнаружила Оксану, побежала вниз на вахту, где находилась комендант общежития. Комендант, из невнятных выкриков и слез Яны, поняла, что случилось что-то серьезное, сама поднялась с ней на третий этаж, где увидела труп девушки. После этого, крестясь и пятясь, комендант вышла из комнаты, спустилась к себе и позвонила в милицию. Тело девушки увезли в морг, о происшедшем сообщили родителям Оксаны. Те приехали забирать тело из морга, а тут заключение эксперта. В крови девушки обнаружен яд неизвестного происхождения. Все, дело заведено. Теперь нужно составить план розыскных мероприятий. Начнем плясать от печки, допустим Оксана сама приняла яд, потому что она беременна, или у нее был молодой человек, который ее бросил. Ну, в общем нужно переговорить со свидетелями, которые могут рассказать о событиях последних дней студентки, которые привели к таким печальным последствиям. Начнем с общежития юридического факультета, где жила убитая. Прохожу в комнату где жила Оксана. Стандартная студенческая комната, минимальный набор мебели необходимый для выживания будущих специалистов по юриспруденции. В комнате находятся две девушки, видимо, соседки Оксаны, смотрят на меня испуганными глазами людей, которые впервые сталкиваются со смертью и процедурой проведения оперативных мероприятий.

- Лейтенант Иридеков Олег Игоревич, веду дело по расследованию причин смерти вашей соседки. Кто из вас Яна? - смотрю на обоих проницательным милицейским взглядом.

Одна из девушек поднимает руку.

- Мы можем поговорить наедине? - Выразительным взглядом буквально подталкиваю другую девушку к выходу, вторую соседку, которая поджав губы, нарочно медленно одевает свои тапки, все возится и возится возле двери, гремя то ключами, то замком. Наконец вторая соседка с ворчанием покидает комнату.

- Мне нужно знать, был ли у Оксаны молодой человек? - спрашиваю я строго.

- Был, только не молодой человек, а довольно взрослый мужчина. Симпатичный, спортивного телосложения. Как его зовут, не знаю, он к нам в общагу не заходил. Только встречал ее после занятий.

- Когда он встречал вашу подругу, то был пешком или на машине? - интересуюсь я на всякий случай.

- Не знаю, - качает головой Яна. - Оксана про него не рассказывала.

- Тогда как узнали про друга Оксаны?

- Мне о нем рассказал одногруппник Стас. Мы были с ним на одной вечеринке. Разговорились и Стас проговорился, что однажды вечером, он поздно возвращался в общагу после тренировки. На улице стоял мужчина, тогда-то его Стас мне описал, симпатичный, спортивного телосложения, взрослый. Этот мужик дал Стасу двадцать пять рублей и попросил Оксану позвать, комнату назвал. Стас сказал, что деньги не взял, а Оксану вызвал. Оксана вышла, а Стас ей сказал, что ее мужчина ждет, внизу стоит, за то, чтобы ее вызвать предлагал ему двадцать пять рублей. Оксанка захохотала и спросила, а что так мало, надо было больше просить за нее.

- И?

- И все.

- Так она встретилась с этим мужчиной?

- Ну откуда мне знать, мне Стас про то, что встречалась она с ним или не встречалась, ничего не говорил.

- Понятно, значит сами вы не видели этого взрослого мужчину?

- Говорю же вам, не видела.

- Чем еще Оксана занималась?

- В смысле, чем занималась?

- Может спортом увлекалась, рисованием или крестиком вышивала?

- А, нет, ничем таким не увлекалась. Она музыку любила, любила на концерты ходить.

- На какие?

- На ерунду всякую, ей Виктор Цой нравился, «Машина времени».

- Кто ее родители?

- Вроде, учителя.

- Как она училась?

- Нормально училась, фанаткой учебы не была, но занятия не пропускала.

- В день смерти она была на занятиях? - начинаю задавать уже конкретные вопросы.

- Да, утром ушла на занятия. В институте я ее не видела, у нас разные группы.

- Когда обнаружили тело?

- После занятий я сходила в столовую пообедать, потом в пошла в библиотеку заниматься. К четырем часам, наверно, пришла в общагу. Зашла в комнату и увидела Оксану на полу, так испугалась. Побежала за комендантом, а та вызвала милицию.

- Были у нее враги?

- Может и были, но я ничего о них не знаю.

Да, студенты, как свидетели никакой ценности не представляют, говорят больше про какие-то второстепенные вещи, информации «ноль». Сейчас, конечно, свидетель пошел более сдержанный, неразговорчивый, процесс эволюции деградирует. Раньше люди, говорят, могли какие-то вещи интересные рассказать друг про друга, или написать. А наше поколение такое, не очень разговорчивое, больше молчишь, меньше срок мотать будешь.

- Что еще можете сказать про свою соседку?

- Что можно сказать? Хороший человек была Оксана.

Да, понятно, что больше ничего я из нее не выдавлю. Слова «хороший человек» - это тупик. Вы заметили, как много информации о себе оставляют подлецы. Нарушения, разные случаи из жизни, их цитаты и афоризмы расхватываются, пересказываются людьми, которые называют себя хорошими. А что можно сказать про хорошего примерного гражданина. Правильно, ничего. Ничего хорошего. Вся его жизнь - тайна за семью печатями. Не привлекался, не участвовал, ничего не знает. Посмотрим, может другая соседка больше знает о жизни Оксаны.

Увы, мой разговор со Снежаной, второй соседкой, оказался еще короче, чем беседа с Яной. Ничего не знаю, сильно не общались, с кем дружила не знаю. С одной стороны, вроде подозрительно, с другой стороны - ничего особенного. В повседневной жизни все люди обычно заняты только своими проблемами.

Ладно, теперь осталось переговорить с комендантом общежития. Ее зовут Светлана Степановна, ей сорок лет, двое детей.

- Расскажите, как вы обнаружили тело? - приготовился слушать очередной рассказ, который очевидно будет состоять наполовину из вранья и правды. Ведь в этой жизни мы все не дураки, сколько будет два плюс два знаем. Но почему-то свидетели для себя решают, какие сведения будут ими рассказаны, а о каких они умолчат. Мысленно они уже все показания отрепетировали, в разговоре выдают половинчатые данные. Смотрят на следователя преданно, врут ему искренне, изучают, сможет ли он получить больше информации чем ему дали. Когда начинаешь прищучивать и ловить на не стыковках, начинают вертеться. Ой, а мы думали это не важно!

Светлана Степановна настороженно рассказывала, что сидела в своем кабинете, на своем рабочем месте, когда к ней забежала плачущая Яна.

- Светлана Степановна, во сколько к вам пришла Яна?

- Наверно, в пятом часу это было, я еще хотела чай вскипятить. А тут Яна забежала, плачет, кричит, Оксана мертвая - на полу. Я не поверила, это же ЧП. Прибежали, я первая вошла в комнату, вижу Оксана лежит на полу. Потрогать хотела, но вспомнила, что тело до приезда милиции трогать нельзя, потихоньку вышла из комнату. Опять на вахту побежала, звонить в милицию и в скорую.

- Когда она уходила на занятия, вы ее утром видели?

- Точно вам не скажу, студентов много, они же идут и идут мимо вахты. Замечаешь кого-то из знакомых, с кем больше общаешься по работе общежития. Со старостами этажей, активистами там или с дежурными по этажу. Точно не скажу, что видела ее утром.

- Видели ее, когда она пришла с занятий?

- Мне нужно было менять грязное белье на чистое, могла отлучиться. Не могу сказать, что видела Оксану, когда она вернулась с занятий.

- Что можете сказать об Оксане?

- Девушка, можно сказать, не простая, но ничего плохого сказать не могу, парней не водила, как некоторые. Не выделялась она ничем, училась хорошо. Ничего плохого о ней сказать не могу.

Понятно, что о мертвых либо хорошо, либо никак. На первых порах все кажутся подозрительными, потому что нет фактов. Вот, взять, к примеру, Светлану Степановну: из разговора выяснилось, что Яна предположительно могла увидеть Оксану мертвой часа в четыре. Постояла в ступоре, ведь не каждый день соседка по комнате умирает. Скорее всего бросилась к ней, начала тормошить, потом перепугалась, заметалась и выбежала из комнаты. Почему в таком испуге она бросилась не к подружкам, а побежала на вахту, притащила коменданта, что в общем-то было правильным поступком. Комендант в пятом часу тоже лично удостоверилась, что Оксана мертва, это не глупый розыгрыш, и позвонила в милицию. Вроде все логично, теперь вопрос: можно ли верить самой Светлане Степановне. Нет ли у нее наклонности приврать или еще хуже, пошутить?

Один факт не отрицают обе, то что тело было обнаружено примерно в 16 часов, плюс - минус пятнадцать минут. В отчете эксперта сказано, что смерть Оксаны наступила примерно в 14 часов.

Ладно, с утра пойдем в институт, выяснять была ли на занятиях Оксана -студентка второго курса.

Не люблю учебные учреждения, сразу вспоминаю занятия в юридическом институте, нудные лекции, разбор материала на семинарах. Они мне напоминают о днях молодости, волнениях перед экзаменами, трепете перед маститыми профессорами и преподавателями. Трепет, который остался во мне до сих пор, поэтому нужно сконцентрироваться на цели своего прихода. Погиб человек, а в стенах этого замечательного учебного заведения, где учат уважаемые всеми преподаватели и учатся достойные студенты, есть один-единственный человек, который может быть причастен к гибели Оксаны. Моя задача - бороться и искать, найти и обезвредить.

В деканате мне дали перечень дисциплин, фамилию куратора группы и преподавателей у которых в этот день были занятия. Девушка - секретарь учебной части любезно предоставила мне журнал посещаемости и успеваемости группы. Оксана училась средне, но занятия посещала прилежно. 11 апреля студентка присутствовала на всех занятиях. В это время в учебную часть зашел преподаватель по административному праву,

Я вежливо представился и попросил его вспомнить занятия 11 апреля и погибшую студентку. В ответ на мою просьбу преподаватель с ученой степенью насупился, закряхтел, задумался:

- Понимаете, сейчас они изучают интересную тему «Производство по делам об административных правонарушениях», студентка присутствовала на моей лекции, особого интереса не проявляла, впрочем как и остальные студенты. А ведь достижение определенного юридически значимого результата для социалистического производства - это основная цель административного процесса.

Все, сел на своего любимого конька. Теперь аккуратно подтолкнуть к интересующей меня теме.

- Очень интересно, все-таки хотелось бы получить больше сведений о студентке.

Профессор опять многозначительно покачал головой, покряхтел, подумал и повторил, что Оксана аккуратно посещала его занятия, но особого интереса к предмету не проявляла.

Поблагодарил преподавателя за ценную информацию. Позвонил куратору группы, в которой училась Оксана, договорился о встрече на кафедре. Значит, Оксана на занятии была, на последней лекции по административному праву сидела жива-здорова, хоть и зевала от скуки. Интересный вопрос, человек явно не собирался кончать жизнь самоубийством. Сидит на всех занятиях, на последней лекции пытается вникнуть в тонкости административного права. Занятия заканчиваются в 13-20, предположительно в 14-00 умерла, в 16-00 ее находит соседка по комнате. Что могло случиться за эти полчаса до смерти? Неизвестный яд неизвестного происхождения. Очень понятно, понятно что нарисовался тупик.

В это время подошел куратор, который обещал написать положительную характеристику погибшей студентке, выразил сожаление, но покойную он знал поверхностно. Девушка сдавала все зачеты и экзамены вовремя, на занятия ходила регулярно, что еще нужно для куратора. Тоже ничего нового не узнал. На куратора большие надежды мной не возлагались, этот разговор больше уже для очистки совести. Раз пришел в институт, то нужно еще найти Стаса, одногруппник Оксаны, которому давали двадцать пять рублей за хлопоты по вызову девушки на свидание. Двадцать пять рублей - деньги немаленькие, это что значит, ухажер у нас богатенький. Да, красиво жить не запретишь, а здесь судорожно подсчитываешь деньги до зарплаты и понимаешь, экономь, не экономь последние два рубля, а до зарплаты не хватит. Придется просить взаймы у Булата Фархуддиновича, мужика экономного, у которого можно перехватить немного денег до получки.

Пока шли переговоры с куратором, пока размышлял о богатом ухажере Оксаны, прозвенел институтский звонок. Спросил у симпатичной девчонки, где мне найти Стаса и она ткнула на невысокого парнишку.

- Ты Стас?

После того как тот кивнул, показал свое удостоверение и предложил парню прогуляться. Стас снова кивнул.

- Говорят, ты видел Оксаниного ухажера, сможешь описать?

- Темно было, высокий, в кожаной куртке,ну, видно, что взрослый, лет тридцать-сорок.

- Как понял, что мужик спортивного телосложения?

- Он двигался аккуратно, у нас тренер по борьбе также передвигается.

- Оксана на занятиях была чем-то расстроена?

- Нет, обычная, спокойная.

- Может, после занятий ее кто-то встретил?

- Не знаю, я не видел. Я после занятий в буфет побежал перекусить.

- Понятно, если что вспомнишь позвони по этому номеру телефона. Подойди завтра после занятий в 306 кабинет, к следователю Иридекову. Постараемся портрет Оксаниного ухажера нарисовать с твоей помощью.

- Хорошо.

Стас ушел, а мне стало смешно. В его возрасте все тридцатилетние парни для него взрослые мужики. Выходит, я тоже для него взрослый человек, а я ведь даже не женатый. Тетя Мария мне все уши прожжужала, женись да женись. Когда жениться, то топором норовят голову проломить, то бегаешь по институтам и общагам. Всех подозреваешь и никому не веришь.

Что же случилось в эти тридцать минут? Представим себе, как Оксана шла одна к себе, в общежитие. Вдруг подходит наш богатый ухажер спортивного телосложения.

- Привет, - говорит неизвестный поклонник. - Оксана, я тебя ждал.

- Привет, - говорит Оксана, - Я иду в общежитие. Зайдешь ко мне в гости?

Если этот богатый ухажер решил ее отравить, он обязательно должен ее поджидать, но ни в коем случае не должен светиться возле института, а тем более идти к ней в общежитие. Le doti necessarie - положение обязывает. Значит нужно пригласить к себе? Вряд ли. Там может быть семья, дети. Светиться в общественном месте с девицей ни один семейный мужик не станет. Кафе, кино, ресторан? Где любят бывать богатые пижоны, которые в 14-00 не бывают на рабочем месте и не обязаны за свое отсутствие отчитываться перед начальством? Не знаю. Наш контингент - воры, убийцы, мошенники, заблудшие души. Факт, что за эти тридцать минут Оксана выпила или съела что-то с неизвестным ядом.

В этой связи у нас намечаются следующие пути расследования.

- поиск предполагаемого ухажера;

- поиск свидетеля, который мог увидеть Оксану в эти тридцать минут;

- разговор с родителями Оксаны, может они что-то знали.

При мысли, что предстоит разговор с родителями Оксаны у меня в печенках что-то екнуло. Разговаривать с матерью, которая потеряла ребенка, это нужно иметь стальные нервы.

Утром на планерке узнал, что нашего Кумашова отпускают. Это что же такое, этот гад даже не ответит за то что нас с Володей гонял по квартире с топором. Я сделал непроницаемое лицо, хотя было сильное желание стукнуть кулаком по столу и закричать: «Мать-перемать! Тут гробишь силы, нервы, а преступника выпускают». Значит, Светлана заявление не написала и свои побои в травмопункте не зафиксировала. Всех все устраивает, ведь жертв нет, трупов нет, правильно, зачем раздувать из мухи слона и портить показатели отдела.

После планерки меня подозвал Василий Иванович:

- Чего надулся?

- Вы видели, какая ерунда происходит? Кумашова отпустили, а он с топором, между прочим, за нами носился.

- Ну носился, тоже мне скажешь, - усмехнулся Василий Иванович, - вот меня в 1980 году банда спортсменов отметелила, да еще один из них на меня заявление накатал, типа, мне голову проломили, руку сломали. Месяц в больничке провалялся, хорошо врач попался замечательный, вытащил меня с того света. На мне же места живого не было. Так что отделался понижением в звании. А тот спортсмен на повышение пошел, теперь делает вид, что не знает меня.

Эту историю все в нашем отделе знают, но сам Василий Иванович мне ее впервые рассказывает. У него, говорят вся голова была разбита, глаз чуть не потерял, чудом выжил. Рассказывает мне с усмешкой, но я теперь понял, ничего мы не забываем в этом мире, ни хорошее, ни плохое. Он меня понимает, какого это: жизнью рисковать, а потом видеть, как преступник уходит от наказания, да еще с повышением. Получается, мы - какие-то лохи, а преступники - хитрые ребята. Ладно, прорвемся.

Пришел Стас, отвел его к нашему художнику, чтобы тот с его слов нарисовал портрет предполагаемого знакомого Оксаны. Хоть кто-то в этом городе видел предполагаемого ухажера и вероятного преступника. Отправил стандартный запрос на свидетелей, на Оксану, может быть кто-то привлекался из них.

Оксана - родилась в селе Карагай Таштыпского района затем родители переехали в Таштып, окончила общеобразовательную среднюю школу. После окончания школы поступила в институт. Родители: отец Александр Трофимович, работает трактористом, мать Ирина Федоровна - учитель начальных классов, есть младший брат. Вроде бы ничего особенного, обыкновенная средняя советская семья, а девочка поступила на юридический факультет, престижный факультет для состоятельной аудитории.

2

Приглушенный свет люстр освещает посетителей ресторана. Мой напарник решил проставиться с первой зарплаты, пригласили Василия Ивановича и Фархуддиновича, куда без них. Честно говоря, не люблю я посещать людные места, мне по душе посиделки на кухне, пусть салат нарезан не так красиво, как здесь, зато вкусно и дешевле к тому же. Но Володя, как и я, пока холостой, поэтому решил кутнуть с коллегами по работе. Сидим все немного напряженные, озираемся как волки, разглядываем местную публику, пока закуску и выпивку не принесли.

- Ты, Володя, в следующий раз приглашай нас не в такое людное место, а то встретишься со своими бывшими клиентами, можешь костей не собрать, - советует Василий Иванович.

Я тоже киваю в знак согласия.

- Зато здесь есть дамы, - протестует Володя, - мне ведь тоже нужно устраивать свою личную жизнь.

- Здесь ты ее не устроишь, - комментирует Булат Фархуддинович, с интересом разглядывая женское окружение, которое демонстрирует всем свои прелести, но старательно не обращают на нас никого внимания, игнорируя настоящих мужчин, волков отечественного сыска.

После второго стакана, я за разговорами тоже с интересом начал посматривать на красавиц, а что, девушки, я тоже холостой, и мне бы желательно, пока не поздно, устроить свою личную жизнь. Разговор между нами идет на сугубо нейтральные темы: обсуждаем женщин, автомобили, охоту и рыбалку, в ход идут анекдоты, смешные случаи из жизни. Только не о работе, табу, вокруг так много посторонних глаз и ушей.

- Мужчина, можно пригласить вас на белый танец, - возле нашего столика стоит прекрасное создание и вопросительно смотрит на меня. Господи, она что, меня приглашает?

Стараясь держать спину прямо, с независимым видом обнимаю незнакомку за талию, начинаю топтаться на месте, изображая танец.

- Меня зовут Рита, - представилась девушка, затем повысила голос, потому что музыка зазвучала громче, - а вас как?

- Олег, - мы с Ритой отражаемся в бронзовых зеркалах ресторана, подсвеченные искусной игрой света.

- Чем вы занимаетесь, Олег? - начала свою игру флирта девушка.

- Преподаватель, - соврал я, не моргнув глазом. - А вы?

- Я в банке работаю.

Однажды под Новый год, в компании молодых людей, я познакомился с красивой девушкой. Пригласил ее на танец, удачно шутил, умничал, короче, вел непринужденный разговор. Пока не сказал, что работаю в милиции. Прямо на последнем музыкальном аккорде танца девушка решительно сняла мою руку со своей талии и ушла. Стоять посреди комнаты и обалдело смотреть, как девушка, которая минуту назад, явно давала понять, что я герой ее романа, уходит от тебя, очень неприятно. Больше я такой дурацкой выходки не повторял.

Милиционер есть милиционер, даже в танце я составляю словесный портрет Риты, брюнетка, лет тридцати, может меньше, рост примерно метр шестьдесят.

Когда громыхание и дребезжание, подразумевающие музыку, стихло, я отвел Риту к ее столику за которым сидели еще две красотки.

- Девочки, познакомьтесь, его зовут Олег, он преподаватель, - не давая мне опомниться, взяла быка за рога, прекрасная Рита.- Справа - Анжела, слева - Виктория.

- Присаживайтесь к нам, Олег, - призывно улыбнулась Анжела.

Забавно и лестно очутиться в центре женской компании, пусть даже и немного пьяной. Все мы здесь немного пьяные, так легче знакомиться, начинать разговаривать. Когда в процессе дружеской беседы подруги Риты начали активно пожимать мне локоть, то с одной стороны, то с другой, я понял, что пора быстрей сваливать.

Допил свой стакан, пожал руку Рите, и быстро пошел через зал. Забрал из гардероба свою куртку и выскользнул в темноту улицы, вдыхая прохладную апрельскую свежесть. Зачем сбежал от прекрасных дам, поинтересуется читатель. Скажу, что мне больше нравится моя инициатива, чем бурное наступление со стороны женщин.

Утром выслушал нарекания со стороны коллег, смылся не попрощавшись, не подумал о товарищах, не познакомил с девушками. Не слушая мои туманные объяснения о непостоянстве всего сущего, все быстро разбежались по своим рабочим делам.

Изучение справок, отчетов оперативных работников не дают ответа на основной вопрос, что случилось с Оксаной за эти тридцать минут. Вот показания соседки Снежаны, что утром позавтракали яичницей, ни о чем серьезном не говорили, пообсуждали преподавателя. Вот показания соседей по комнатам, кто когда пришел 11 апреля, куда уходил в период с 13- 20 до 14-10. Оксану никто не видел. Вот как в общежитии, среди кучи глазастых и смышленных ребят, в этот период времени Оксану не заметили?

В кабинет постучали, на мое: «войдите» зашла женщина:

- Мне нужен следователь Иридеков.

- Я вас слушаю.

- Я мама Оксаны, меня зовут Ирина Федоровна.

- Присаживайтесь, - я показал на стул напротив своего стола.

- Нет, я долго вас не задержу. Я хотела узнать, как продвигается расследование, вы нашли того, кто это сделал?

- Расследование продолжается.

- Понятно, значит не нашли. - Женщина все же присела на краешек стула. - Не хочу говорить, как это больно когда теряешь ребенка. В свое время вы поймете и не дай вам Бог, испытать это чувство.

Не смотря на свою сдержанность, женщина заплакала. А я разозлился на нее, на свою беспомощность в расследовании. Хотелось стукнуть по столу, заорать на нее, обматерить так, чтобы она прекратила плакать. Вместо этого, я начал печатать еще раз пояснительную записку, записанную с ее слов. С кем общалась Оксана, как вела себя в последнее время. Показал фоторобот ее взрослого ухажера, спросил не видела ли она с дочерью этого мужчину.

- Кто это?

- Это ее знакомый.

- Господи, я даже не знала, что у Оксаны есть такие взрослые знакомые.

Попросил ее расписаться, что все, что записано верно

Мама Оксаны расписалась, схватилась за сердце.

- Может, скорую вызвать, - честно говоря, ситуация меня нервировала, итак мозги кипят, ни одной стоящей идеи, так еще не хватало мне смерти пожилой женщины в моем рабочем кабинете.

- Нет, не нужно, - поглаживая левый бок, сказала женщина, - сейчас отпустит. Сейчас таблетки выпью. Дайте стакан воды.

- У вас есть в городе родственники?

- Нет, сейчас поеду до автовокзала, сяду на автобус, поеду в домой. Только найдите убийцу, найдите кто это сделал, накажите его.

- Следствие работает не покладая рук, - снова заверил я Оксанину маму, но по всей видимости недостаточно убедительно.

Ирина Федоровна вздохнула, ей было стыдно за меня, за мою деловитую никчемность, ничем не подкрепленную браваду, деятельность без видимого результата.

После ее ухода легче не стало, я ругал себя последними словами, что до сих пор мной не обнаружены ни факты, ни доказательства, ни свидетели по конкретному делу. «Давай, скотина, думай! Ты должен найти убийцу, ты должен!!»

Зазвонил телефон.

- Привет, Олег! Это дежурный Колотонин звонит. Тут звонок от соседей поступил из известного тебе адреса. Твой крестник Кумашов жену подрезал, дочку избил. Соседи скорую вызвали, обе в больнице лежат. Жена в тяжелом состоянии, сам понимаешь, потеря крови большая, девочка с сотрясением головы. Сам Кумашов заперся в квартире с оружием.

- Откуда у него оружие?

- Неизвестно, но самое интересное, что он уже одному нашему сотруднику ногу прострелил и требует, чтобы ты пришел к нему на переговоры без оружия.

- Интересно, говоришь, уже ногу одному прострелил?

Эх, бабушка моя дорогая, видишь, как из семейного террориста легко вырастают садисты, маньяки и убийцы. Домашний садист, который уже показал свои гнилые зубы, теперь готовится перейти в разряд убийцы. У него есть оружие, он уже ранил сотрудника и теперь жаждет мести и моей крови. Не забылась, видно, моя шутка, решил ответить. Притворялся больше пьяным, думаю, что он помнит, кто его повязал, и теперь затаил на меня обиду. Теперь зовет меня, чтобы срезать выстрелом в упор. Я тоже помню, с какой яростью он размахивал топором, не давая нам ни шанса выскользнуть из плена маленькой квартиры. Зачем зарезал жену, которая его так защищала? До конца надеялась, что из этой блевотины выплывет что-то человеческое? Вот и всплыло такое, что ее жизнь теперь находится на грани между жизнью и смертью. Вся наша жизнь - игра в прятки между жизнью и смертью.

- Але, Колотонин! Слышишь меня, скажи ребятам, что я еду на переговоры.

Переговоры с человеком, который уже ранил человека - дело бесполезное и опасное. Тут нужно решать все быстро, желательно, при этом, остаться в живых. Вероятность, что тебя подстрелят, когда ты заходишь в квартиру без оружия очень велика. Примерно, 90 процентов из 100. А если преступник решил счеты свести с правоохранителем лично, то так и все 99 процентов вероятности нарваться на пулю. Милиционеры, после того как сотрудника ранили, постараются снизить уровень опасности. Значит, уже вызвали боевую группу. Чтобы отвлечь преступника, пообещали привезти меня. Одни ждут группу захвата, другие - меня. Ладно, напролом не пойду, постараюсь незаметно проникнуть в квартиру Кумашовых. Один нож прячу в обувь, другой за пояс, туда же пистолет. Хотя, если наметится серьезная заварушка, я даже вытащить его не успею, потому что пуля движется намного быстрее чем моя рука.

Дежурная машина довезла меня до квартиры Кумашовых. Сотрудник по рупору начал отвлекать преступника, предлагая ему сложить оружие добровольно и сдаться:

- Кумашов, не усугубляйте свое и без того сложное положение, выходите с поднятыми руками. Сейчас наши сотрудники будут штурмовать вашу дверь.

А я в это время с ловкостью обезьяны влезаю в окно, я помню расположение этой квартиры и ее тесное пространство. В коридоре на дверь нацелил свою пушку Кумашов, любой, кто войдет первым в квартиру будет убит.

Наверно, меня выдал шорох, потому что не глядя, Кумашов выстрелил назад. Меня спасло только то, что он неудачно прицелился. Меня это не только спасло, но и разозлило окончательно. Жену покалечил, ребенок с сотрясением мозга, а этот гад совсем с катушек съехал. Метнулся к нему, с силой выхватил оружие, и обратным движением приклада заехал в лицо. Кумашов завалился на пол, этот отец семейства, умудрился сегодня многим неплохим людям испортить и жизнь, и здоровье. Если он дальше так будет стараться, то можно точно сказать, что своей смертью он не помрет. Все-таки, этому стахановцу преступных дел нужно дозировать свои злодеяния, например, сегодня перешел улицу в неположенном месте, завтра ногу сотруднику правоохранительных органов отстрелил, так нет, он, как в последний день Помпеи, крушит всех, чтобы от родного очага осталось только «пепелище».

Бесчувственного Кумашова несут на носилках санитары «скорой», приехавшей на происшествие, тоже работенка у них, не позавидуешь. Иду к машине и ругаю себя последними словами: «Идиот, ведь мог дождаться спецов, зачем самому переть напролом. Может быть, сейчас бы не Кумашова, а тебя в морг тащили бы, тьфу-тьфу». Ругай себя не ругай, дело уже сделано.

Как обычно после боевых действий на меня напал мандраж, начал представлять во всех красках, чтобы со мной было, если бы .... Какая уж тут работа, тут только спиртное и поможет. Поехал домой, закрылся, отключил домашний телефон, и опрокинул стакан водки. Яркие картинки моей внезапной кончины, видения молодого трупа и других всевозможных напастей, которые могли бы со мной приключиться, начали постепенно гаснуть. Проблемы этого злополучного дня теперь казались и не такими уж болезненными и трудными. Прилег на кровать и поставил бутылку рядом с собой. Жена Кумашова в больнице, может уже сейчас умирает, ну, убил бы этого гада, ей жизнь и здоровья не вернешь. Перед глазами всплыла Ирочка, их дочка, как они со Светланой обнимались и тихо плакали, боялись разозлить домашнего тирана. Лицо плачущей девочки опять всколыхнуло угасшее чувство тоски и ярости, аж задыхаться начал. Чтобы справиться с яростью пришлось подняться, только потянулся за бутылкой, как из под кровати появилось лицо моей покойной бабушки. Как я заорал, испугался, не то слово. Такой взрыв эмоций меня накрыл, от ужасной мысли, что я сбрендил в самом расцвете сил и молодого возраста до панического ужаса, что даже хорошенько не выпив, мозг выдает мне видения как у бывалого алкоголика. Только хронический алкоголик видит чертей, а я почему -то увидел свою бабушку.

- Хватит орать, - гаркнуло видение бабушки, - хочешь сказать, что не узнал меня.

- Бабушка, ты же умерла. Я же сам тебя хоронил! - в свою очередь начал повышать свой голос я.

- Ну, конечно, похоронил. Но ты же не думаешь, что я оставлю моего любимого внука без присмотра. Не кричи на бабушку!

- Обычно духи присматривают и помогают, а ты являешься ко мне с того света, - все еще нервничал я.

- А я кто по-твоему? Дух с того света и есть, самый, что ни на есть настоящий. Меня же только ты и видишь.

- Бабушка, ты не находишь, что я схожу с ума? - начал я прикидывать разные варианты прихода духа.

- Я нахожу, что ты зря алкоголем увлекаешься. Твой дед Албынжи в трудные минуты никогда не пил. Он искал пути решения выхода из трудной ситуации.

- Да, что бы ты понимала, пришла тут и уже начала указывать, туда не ходи, водку не пей. А я уже, между прочим, взрослый. Работаю в следственном отделе милиции.

- Можешь мне ничего не рассказывать, я же твоя бабушка, все, что тебе известно, то и мне известно.

- Слушай, - начал я прикидываться, что верю в весь этот цирк с духами, - я как раз расследую дело убитой девушки. Может, ты знаешь кто ее убил? Ты могла бы мне помочь и мы могли бы вместе закрыть это дело.

- Я же дух, а не экстрасенс. Вот когда ты узнаешь кто убийца, тогда и я тоже об этом узнаю.

- Точно, я сошел с ума. Вижу бабушку и разговариваю сам с собой.

- Не груби. Я же вижу, что ты опять откладываешь поиск решения трудной задачи.

- Ты про что?

- Про кого, а не про что. Про Оксану, конечно, же.

- Ну и что, теперь еще дух Оксаны ко мне явится?

- Очень смешно. Давай-ка, Олежек, ложись спать. День у тебя был очень тяжелый, можно сказать, очень трудный день.

Я свернулся калачиком:

- Бабушка, меня уже сто лет никто не называл Олежек. Теперь только - товарищ лейтенант, Олег или Олег Игоревич.

- Ну, скажешь тоже сто лет. Ты у меня еще молодой. Спи.

Проснулся я с ощущением покоя, чувство, которое было у меня только в детстве. Чувство защищенности, которое впоследствии исчезло со смертью бабушки. Потому что с ее смертью закончилось мое счастливое детство. После ее ухода, смерти моей матери мне нужно было самому о себе заботиться, думать о маленькой сестре, о своем будущем. Я самостоятельно выбрал профессию следователя, потому что государство обеспечивало курсантов обмундированием, продовольствием, стипендией.

Вчерашний сон про бабушку воспринимался как некий хороший знак. Вскочил, как обычно, заправил кровать, сделал зарядку. На кухне поставил чайник.

- А чего кашу себе не сваришь? - заворчал знакомый голос.

- Бабушка, - недоверчиво протянул я , - а я подумал, что мне все это приснилось.

- Ну, можешь и так считать, ты ведь один только меня видишь и слышишь. Начнешь кому-нибудь рассказывать, сразу в дурдом попадешь. А кашу все-таки свари, нечего всухомятку давиться.

Сварил кашу, бабушка от каши отказалась, попросила только чай поставить перед ней.

- Так, что ты вчера говорила насчет решения трудной задачи?

- Вот ты первому встречному отдашь двадцать пять рублей, за то, чтобы тот девушку попросил прийти к тебе на свидание?

- А, ты и про одногруппника в курсе?

- Говорю же, я знаю только то, что ты знаешь. Я же твоя бабушка.

- Я бы не отдал.

- Правильно, потому что у тебя таких денег нет, чтобы свободно их выкинуть на ветер. А у мужика есть. Соображаешь?

- Соображаю. Хочешь сказать, что мужик при деньгах, богатый?

- Точно. И ему почему-то позарез нужно было встретиться с Оксаной поздно вечером. Стас возвращался с тренировки в 11 часов вечера или в 10?

- Допустим, в 10 часов.

- У тебя есть портрет этого человека. В вашем городке с такой внешностью мужчин не так уж много, тебе остается только его найти.

- И что, бегать теперь с фотороботом и спрашивать у каждого встречного-поперечного, а вы случайно этого мужчину не видели? Не видели мужчину при деньгах и спортивного вида?

- Нет, нужно спрашивать в тех местах, где водятся такие богатые люди. Ты же в городе на медведя не охотишься?

- Ты знаешь, я тоже размышлял, где у нас могут быть богатые люди. Но в голову ничего не пришло.

- Вот если ты богатый, живешь в небольшом городе, то где ты можешь бывать?

- Да везде, с деньгами не проблема.

- Конечно, не проблема, проблема, где можно надежно спрятать деньги.

- В подполье, клад в земле, в машине, в гараже.

- Можно положить на счет в банке.

- Точно, в банке. - я победоносно посмотрел на бабушку.

- Давай, действуй, - она одобрительно кивнула.

- В смысле, как действуй? Я же не банкир.

- У тебя же есть знакомые банкиры.

- Нет у меня знакомых банкиров.

- Нет, есть. Тебя, кстати, твои коллеги искали, звонили. Не дозвонились до тебя, потому что что ты его вчера отключил.

Точно, я вскочил из-за стола. Я же вчера в состоянии депрессии отключил телефон. Ладно, собираемся на работу. Василий Иванович поздравил меня с удачной операцией, Фархуддинович покрутил пальцем у виска. Все понятно, мнения коллег разделились, половина меня одобряет, вторая половина категорически критикует. Как всегда. На планерке меня разнесли в пух и прах, требовали результатов по расследованию убийства. Мои отговорки о невозможности специалистов определить состав яда и отсутствие свидетелей усилили ехидные нотки в голосе Казаряна.

- А вы поменьше прыгайте по балконам и окнам, а больше делом занимайтесь. Кстати, у задержанного сломана рука. Комиссия по расследованию правонарушений хотели завести дело на вас по превышению полномочий. Только ранение дежурного сотрудника смогли смягчить следователей, которые посчитали, что наличие оружия в руках преступника в какой-то степени оправдывает ваши противоправные действия. Ох, моя бы воля, я бы вам показал кузькину мать.

С кем работать будешь, Казарян, если бы была твоя воля? Тебе волю дай, ты бы полотдела убрал и дружков бы своих сюда посадил. Которые бы тебе в рот смотрели и головой кивали. А результатов было бы ноль. С другой стороны, у меня тоже результатов ноль. Так что, может Казарян и прав.

- Ничего он не прав, - бабушка стукнула кулаком по столу, - ты талантливый, умный, храбрый милиционер. Только все суетишься и не хочешь думать.

Я аж подпрыгнул:

- Ты как сюда прошла? Тебя кто пустил?

- Олег Игоревич! Что с вами, вы что-то сказали?

Я огляделся, сотрудники милиции с интересом смотрели на меня.

- Хотел сказать, что хватит суетиться, нужно хорошенько мне все обдумать!

Казарян раплылся:

- Вот видите, моя критика прочистила мозги у некоторых молодых неопытных сотрудников. Это касается и остальных, работать нужно, тогда и будет результат, который ждет от нас народ нашей многонациональной страны. Все, планерка закончена.

«Да, похоже, у меня крыша окончательно съехала, бабушку теперь вижу не только у себя в квартире, но и на работе свое слово хочет высказать».

Если логически поразмыслить и взять на вооружение мысль о банке, где предполагаемый знакомый Оксаны мог хранить свои деньги, то бабушка намекала, что у меня есть знакомые с банковским делом. Кто бы это мог быть?

- Слушай, Олег, а ты помнишь тех симпатичных девчонок в ресторане, - обратился ко мне Василий Иванович, - ты хоть адрес взял у них? В гости бы сходил.

- Василий Иванович, ты гений.

- Спасибо, я всегда знал об этом.

Точно, как я мог об этом забыть. Прекрасная Рита с подругами работают в банке, если не обманули. Ведь я же им соврал, что работаю преподавателем. Когда главной целью становится не просто знакомство с красивой девушкой, а знакомство, которое нужно для дела, то общение становится более интересным как для девушки, которая тебе нравится, так и для тебя. Тебе не нужно тоскливо пожирать глазами объект твоего поклонения, не нужно мямлить, не понимая, как облечь свои жаркие чувства в слова, и ты уже не производишь на нее тягостное и жалкое впечатление.

- Ты что, боишься? - бабушка с недоумением смотрела на меня. - Мой внук трусит зайти в банк, чтобы провести расследование убийства девушки. Неужели это мой внук, который не боялся охотиться на медведя-людоеда, подкарауливал его неделю, заманивал в ловушку, которую сам придумал и построил? Он теперь боится какой-то девушки.

- Что ты понимаешь? - я скорчил ей рожу, - легче на медведя охотиться, чем с красивой девушкой разговаривать. Вдруг я ей не понравлюсь?

- Здравствуйте, приехали. Она же тебя пригласила на танец, значит, уже нравишься.

- Это не считается, она была в подвыпитом настроении.

- Тем более, все иди, а то мне уже тошно на тебя смотреть.

- Ну и не смотри, - буркнул я, подходя к стойке администратора.

Господи, эта же одна из тех девушек, что были с Ритой в ресторане. Смотри как улыбается, вроде узнала.

- Здравствуйте, профессор. Помните меня? Я, Анжела.

- Конечно, Анжела. Я вас прекрасно помню. Как бы мне найти вашу подругу Риту?

- Можно узнать зачем?

- Конечно, хочу на свидание ее пригласить.

- Профессор, да вы не из робкого десятка.

- Анжела, подскажите, как мне Риту найти.

- А может у нее есть друг?

Мне стало нехорошо, вот об этом я не подумал, пока препирался с призраком бабушки.

- Да не пугайтесь так, может быть она вас выберет?

- Я не пугаюсь. Смотрю, Анжела, от вас толку ноль, пойду к вашему начальству, может они мне расскажут как Риту найти.

- О, нет, начальство тревожить не стоит. Сейчас я ей позвоню и она спустится. Подождите ее, грозный поклонник.

Опять меня одолели сомнения. Риту я хотел привлечь в качестве консультанта и информатора по обеспеченным мужчинам, которые обитают в нашем небольшом городке. Первый путь вел к показу удостоверения следователя, предполагал наличие деловых контактов, но исключал возможность присутствия романтики в отношениях. Второй путь давал простор для скрытого ухаживания за девушкой, давал возможность для развития романтических отношений, но скрывал истинную цель моего посещения.

- Привет, Олег! - ко мне подошла Рита, на территории банка она выглядела серьезней, работа накладывала на нее солидность и некоторую отстраненность.

Я показал удостоверение следователя милиции, безнадежно отметил напряженность во взгляде Риты. Пусть будут только деловые отношения.

- В нашем городе произошло убийство. Одна из ниточек потянулась к вашему банку, то есть к одному из клиентов вашего банка. Приблизительная характеристика: мужчина, лет сорока, худощавый, богатый.

- При чем здесь я?

- Вы могли бы оказать помощь следствию в расследовании убийства.

- Почему ты решил обратиться ко мне?

- Я сделал официальный запрос на имя руководителя вашей организации. Официальный путь требует время. Если поможешь, то найдем преступника быстрее. Ты можешь отказаться, тогда расследование затормозится, упустим время.

Мое главное правило, если человек хороший и ты ему доверяешь, то сообщи ему информацию, которая касается только его. Не пускай его в опасное плавание с закрытыми глазами. Человек должен осознать всю ответственность предстоящего задания и самостоятельно принять решение.

- Официально уполномоченное лицо предлагает неофициальный путь получения информации. Что мне за это будет?

- О, этот интригующий игривый тон. Чего ты хочешь?

- Ты все-таки решил перейти на ты, очень приятно. Хочу, чтобы меня пригласили на свидание.

- Хорошо, как только от тебя получу полезную информацию, тогда назначай любое свидание в любом месте.

- Подожди, что же ты будешь считать полезной информацией? Может быть, с моей точки зрения она полезна, с твоей стороны, она покажется бесполезной.

- Послушай, Рита. Это может быть очень опасно, человек, которого ты будешь искать, явно со связями, богатый, предположительно причастен к убийству. Следствие на этом этапе топчется на месте. Для него складывается все удачно, он засветился только один раз, случайно, у нас на него пока ничего нет. Только единственная тоненькая ниточка, которая может оборваться в любую минуту. Тебе нужно поднять документы, подготовить список людей со всеми паспортными данными, адресами, которые подходят под описание этого мужчины. Запомни, ничего не записывай, лет сорок, плюс - минус пять лет, худощавый, богатый. Это все, что у меня есть.

- Ну, хорошо. В принципе, приметы не такие уж безнадежные. А насколько богат должен быть человек?

- Я не знаю, подумай сама, какие должны быть средства у человека, если он дает первому встречному за выполнение его просьбы двадцать пять рублей.

- Ого, я прикину.

- Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что информация секретная и что подруг в нее посвящать категорически запрещается?

- Не нужно.

- Тогда запиши мой телефон, если информация появится, позвонишь мне и скажешь: «Есть информация». Время назначишь сама, место встречи, в парке, возле ресторана, где мы встретились.

- Господи, как интересно, пароли, явки, адреса. А тебе не кажется, товарищ милиционер, что жизнь у банковского работника не такая уж интересная и насыщенная, как у тебя, и мне может понравиться вести расследование?

- Тебе не понравится, у нас жизнь еще скучнее чем у вас.

- Ладно, до встречи.

- До встречи.

Рита не обязана собирать для правоохранительных органов информацию, она только может помочь добровольно. Через некоторое время следственное управление может получить официальный ответ из банка, который мы обязательно пришьем к делу.

Допустим, Оксана близко знала одного богатого человека. Сейчас Рита начнет работать со списком, дело затянется, потому что проходит через неофициальные каналы сбора информации. Со своей стороны, я отправил официальный запрос во все шесть банков о предоставлении информации о всех мужчинах, к запросу приложен фоторобот предполагаемого подозреваемого. Все худощавые сорокалетние мужчины, спортивного телосложения, имеющие кругленькие суммы на своем счету автоматически попадают под подозрение. Богатые мужчины оказывается действительно существуют. Завтра дают зарплату, в который раз даю себе слово тратить деньги экономно. Интересно, неужели в нашем городе есть подпольные миллионеры? Даже не верится, что в нашем провинциальном городе есть состоятельные люди. Может быть, они питаются только в ресторанах, одеваются у лучших портных, шьют себе обувь на заказ и у них в любовницах самые красивые женщины? Не думаю, что богатые люди ведут себя неразумно. Если бы они так безумствовали, то наши бдительные граждане вычисляли их при первой возможности. Только зашел пообедать в ресторан, все, ведите в полицию, мы тебя разоблачили, ты миллионер. Может быть, тогда попробуем зайти с другого конца. Мне срочно нужно заказать себе костюм. Деловой, рабочий, почему бы и нет.

- Василий Иванович, ты не знаешь, где можно заказать себе приличный костюм?

- Купи себе готовый, не майся дурью.

- Значит не знаешь.

- Знаю, по улице Ленина есть хорошее ателье. Я даже имя мастера тебе порекомендую. Родион Павлович. Скажешь, что от меня, а то опять напортачат, как всегда.

- Спасибо тебе большое.

Взмыленный и уставший милиционер пришел в ателье по пошиву одежды, в прохладное царство тканей, пуговиц, дефицитных молний и прочих аксессуаров, которые нужны для изготовления хорошего мужского костюма. За небольшим столом по приему заказов восседала массивная дама с ярко накрашенными губами.

- Здравствуйте, - подошел я к администратору.

- Здравствуйте, - кисло промолвила дама. Похоже, меня оценили и эта оценка явно не в мою пользу. Милицейский китель, форменная рубашка, явно не производят на администратора ателье должного внимания.

- Я хотел бы заказать костюм,- пытаюсь перехватить инициативу у наглой дамы, - мне нужен мастер Родион Павлович.

- Он занят, - небрежно бросает дама, - другие мастера тоже заняты, Приходите месяца через два, может кто-то освободится.

- Теперь послушайте меня, советское ателье «Хакасия» обязано удовлетворять потребности населения в красивой и удобной одежде. Вы обязаны принять у меня заказ и в кратчайшие сроки выполнить его. Я - сотрудник правоохранительных органов отважно защищаю жизнь, здоровье и имущество советских граждан, ежедневно рискуя своей жизнью. А ты меня обслуживать не хочешь. Может ты не советская работница, а засланный агент Америки? Может ты хочешь пройти проверку на детекторе лжи в нашем доблестном и уважаемом КГБ? Пусть поинтересуются компетентные органы, откуда у тебя средства на импортную помаду и золотые украшения на твоих руках.

- Сейчас все сделаем, обязательно костюм, только высшего качества. Сейчас Родион Павлович подойдет, - затараторил побледневший работник сферы обслуживания, - я быстро, одна нога здесь, другая..

Конец фразы я не расслышал, потому что администраторша быстро скрылась за служебной дверью. Только что сидевший с серьезным видом цербер сменил звериный оскал на натянутую улыбку шустрой приемщицы заказов. Пока я успокаивался от накаленной атмосферы и своей гневной тирады, приемщица уже тащила за собой невысокого пожилого мужчину.

- Дорогой, Родион Павлович! Вот этот милый молодой человек желает заказать для себя деловой костюм. Вы уж постарайтесь, как для дорогого гостя.

Родион Павлович невозмутимо взял в руки свою измерительную ленту для снятия мерок основных частей организма молодого человека. Чувствуя себя ходячим манекеном, мне оставалось только наблюдать за портным, который неторопливо записывал результаты своих обмеров в потрепанный блокнот. Единственное, что со мной было обсуждено, шить двойку или тройку. Я твердо решил сшить тройку. Не стоит портить общее впечатление костюма из-за жилета. Мастер молча записал цифры на бумажке, сказал, что на первую примерку нужно прийти через две недели. Извинился, сказал, что у него много работы и ушел. Скажите, пожалуйста, как можно работать и собирать интересующую меня информацию, если я предполагал, что как представитель закона смогу расположить работников сферы быта к себе? Расположенный к тебе по доброму закройщик, мог бы доверительно сообщить мне много полезной информации, например, часто ли к ним заглядывают с заказом на пошив индивидуальных костюмов худощавые сорокалетние мужчины. Желательно, богатые. И что делать следователю, если представитель сферы обслуживания бодро сбегает от него и не желает доверительно сообщать в приватной задушевной беседе, где и по какому адресу в нашем небольшом городе проживают подпольные миллионеры. Не то, что задушевного, никакого разговора не получилось. Имена, адреса и явки миллионеров остались нераскрытыми.

На планерке мне опять устроили взбучку, за то что сроки уже все проходят, а у меня ни подозреваемого, ни плана розыскных мероприятий, припомнили мою зашоренность и зацикленность на одной идее. Накрученный и наскипидаренный начальником, злой возвращаюсь в свой кабинет, начинаю срочно составлять план мероприятий. Для меня первая и единственная линия следствия, которая мной и разрабатывается - то, что в деле замешан мужчина. Предположительно, этот мужчина в возрасте сорока лет, богат, по всей видимости, состоял с потерпевшей в близких связях и имел влияние на Оксану. Откуда я взял, что он имел влияние на нее, это очень просто. Этот человек значительно старше своей подружки, может быть был женат, не афиширует свои отношения. Девочки, которые жили с Оксаной в одной комнате ни сном, ни духом не знали ни о каком ухажере. Следовательно, мужчина в возрасте, заботясь о своей репутации женатого человека, просит Оксану молчать, и девочка о своем поклоннике никому не обмолвилась. Она ничего не рассказала ни своей матери, ни подружкам. Значит, для него семья на первом месте, он не желает, чтобы о порочащих его репутацию связях стало кому-либо известно, поэтому при любой опасности он не задумываясь может нанести свой роковой удар. Он может быть убийцей, для богатого человека достать яд - это просто.

Ладно, а если не перегибать палку и смирить свои амбиции в поиске взрослого человека, и посмотреть немного в сторону. Получается, что у меня отсутствуют другие версии происшедшего, отсутствуют другие подозреваемые, которые могли бы желать смерти Оксане. Очень странно, что я легко иду по пути поиска одного подозреваемого, и не проверяю других, такая недальновидность может легко завести меня в тупик. Будем рассуждать логически, Яна - соседка по комнате сказала, что Оксана ни с кем не общалась. Быть такого не может, она же не с другой планеты прилетела. Она приехала из Таштыпа, училась в школе, значит, общалась с одноклассниками, подругами, родственниками. Нужно съездить в Таштып и провести опрос среди учителей, одноклассников, еще раз переговорить с родителями Оксаны.

Известил начальство, оформил командировку на два дня, купил билет. Долгая дорога из центра цивилизации в край лошадей, коров и овец будит во мне детские воспоминания. Только теперь они носят отстраненный характер, вот скажи мне сейчас кто-нибудь, у тебе будет превосходная версия убийства, я дам тебе железные доказательства, предоставлю необходимые факты, которые просто указывают на убийцу, только за это ты пойдешь работать и жить в деревне, держать хозяйство. Я бы крепко задумался. Что же так отталкивает и так привлекает граждан к переезду на постоянное местожительство в деревне? Отталкивает, наверно, тяжелый каждодневный труд крестьянина. Наши предки тащили неподъемный груз работы на себе, дети разбежались по городам в поисках более легкой, прекрасной и интересной жизни. Прекрасной жизни нигде нет, прекрасная жизнь там, где есть прекрасные люди. К таким людям тянешься, учишься у них, восхищаешься ими. Если есть в твоем окружении красивые прекрасные люди, то любая работа тебе нипочем. Конечно, работа в милиции не подарок, каждый день работаешь с хулиганами, ловкими карманниками, отпетыми убийцами, дураками, пьяницами и прочим отребьем. Наверняка, в любой деревне найдутся люди, которые намного прекраснее, чем тот контингент, который тебя окружает. Все равно в деревню не рвусь на постоянное жительство. Как представлю, что утром встану и уже знаю, чем буду заниматься сегодня, и завтра, и через год. Тоска наваливается, нет красивой идеи, которая бы меня звала и вела. В городе тоже нет красивой идеи, только каждый день здесь непредсказуем, Получается, куда тебя жизненные условия привели, там и копошишься, потому что поменять свои жизненные обстоятельства можешь только в крайних случаях. Низкий поклон людям, которые переезжают жить и работать в деревню. Они живут в трудных условиях, наверно, в житейском вакууме вначале. Затем, как в муравейнике, их начинают обнюхивать другие муравьи, покусывают, начинают задирать, стараются загрузить дополнительными общественными обязанностями, чтобы потом принять в свое сообщество.

Ирина Федоровна, мать Оксаны тревожно вглядывается в меня. Когда я объясняю ей, что убийцу еще не нашли, но есть подозреваемый, она опустила глаза, по лицу было видно как угасает ее ожидание . Все равно, мне уже легче, на этот раз разговор с Ириной Федоровной был более конструктивный. Я выражаю надежду, что может быть Оксана могла рассказать своей подруге нечто важное. Желательно мне с этой подругой переговорить.

- Ее подруга Лариса, работает в магазине продавщицей. Можно поговорить с одноклассником Оксаны - Сашей. Он одно время ухаживал за Оксаночкой, мы все над ними подшучивали - жених и невеста, она так злилась, только он учится в Новосибирске, в политехническом институте. В институте она общалась только со Снежаной, она к нам приезжала на новогодние праздники.

Вот это новости! Ведь эта Снежана себя преподнесла, как просто соседка по комнате, знать не знаю, видеть ничего не видела. А оказывается была близкой подружкой Оксаны, даже приезжала в гости, родителей Оксаны знает. Ради этого факта стоило приехать в Таштып. Пойдем теперь познакомимся с Ларисой.

В магазине красивая Лариса скучала у прилавка, покупателей было мало. Я объяснил, что я следователь из Абакана, расследую смерть ее подруги Оксаны.

- Да какая она мне подруга, видимся раз в год. Приезжала на каникулы вся из себя такая важная, прямо столичная штучка.

- Она была высокомерной?

- Ну, не прямо так важничала, но о чем ее не спросишь, она так посмотрит, вроде сказать хочет: но это же так просто, а ты не понимаешь. Да, в школе мы общались, она попроще была, ничего из себя не строила.

- Не знаете, был у нее поклонник или друг в городе?

- Я знаю ее подругу - Снежану. Приезжала к ней на новогодние праздники, вся такая расфуфыренная, меня Оксана с ней познакомила. Пошли втроем на дискотеку, а мой будущий муж Васька ее как увидел, так и весь вечер от нее не отходил. Ну, разве это нормально? Я его девушка, а он меня ни разу на танец не пригласил, все вокруг Снежаны околачивался. Я потом отвела его в сторону и говорю: «Будешь меня любить, сука, или собираешься по другим бабам шастать?» Он сказал, что будет любить меня одну. На следующий месяц мы с ним расписались, вот.

Лариса горделиво показала руку, на котором красовалось обручальное кольцо.

- Скажите, Лариса, а Оксана как в школе училась?

- Нормально училась, она всегда была прилежной ученицей. Все зубрила. Что толку, вот я закончила торговое училище, работаю, вышла замуж. А у нее даже в школе ухажеров не было, все сидела за своими учебниками. Ну, правда, поступила в институт, и тоже никому ничего не сказала. Потом от ее матери я узнала, что наша Оксанка на юридическом учится. Юрист.

Разочарованный нашим общением покидаю Ларису. Это не подруга, это какая то соперница по школе и в жизни. Человека уже нет, а она до сих пор завидует ему, а теперь еще и злорадствует. Типа, хотела выше головы прыгнуть, а ничего у тебя не получилось, вот теперь получай морг.

Расспросы учителей ничего нового к общей характеристике девушки не прибавили. Все в один голос твердили, что девочка была прилежной ученицей, каких-то исключительных способностей за ней не замечалось, учеба давалась с трудом. Поэтому все были удивлены, что Оксана поступила на юриста.

Я же беру на заметку информацию, что Снежана оказалась лучшей подругой, но при опросе ничего мне не рассказала. Что ж, придется встретиться вновь. Мама Оксаны еще раз подтвердила, что ничего подозрительного в поведении дочери не наблюдалось. Про знакомых мужского пола не шептались, сердечные тайны дочери маме тоже не были известны.

На следующее утро, переночевав в местной гостинице, закрыл командировочное удостоверение, отбыл в город. Приехал на работу, а там меня уже начальство к себе зовет.

- Ну, что удалось узнать? - Казарян нервничает. Странно.

- Почти ничего, девочка училась средне, но поступила с первого раза на престижный факультет.

- И это все, что вы можете сказать? - Нервный Казарян уже кипит от избытка чувств. - Скажите, вы зачем ходили пугать советских служащих бытовых услуг?

- Никого я не пугал. Про каких служащих идет речь, не пойму?

Казарян разорился пространной речью, изрядно перемешанной с ненормативной лексикой, что пришла жалоба на сотрудника милиции, который угрожал и запугивал простых работников ателье.

- Ты обещал их в КГБ сдать?

- Ничего такого я не говорил, - только теперь сориентировался я, что под «простыми работниками ателье» имеется ввиду хамоватая приемщица.

Ничего себе, как я их задел за живое, что они уже жалобу накатали. А то, что мое начальство страшно температурит, это означает, что жалобу к нам спустили сверху. Наверняка приказали принять меры, что злой Казарян и выполняет. Теперь, самое главное не сболтнуть лишнего, самая выгодная позиция - детская, ничего не знаю, не видел, не слышал.

- Ты советский милиционер, должен быть образцом нашего советского строя, честь и совесть для нас не пустой звук. Теперь мы должны принять в отношении тебя меры.

- Какие меры? - возмутился я.

- Какие спрашиваешь? - заорал взбешенный начальник. - А такие простые дисциплинарные меры будем принимать!

- Не имеете права! - тоже начинаю повышать голос в ответ. - Все ложь и клевета, все еще нужно доказать. Я, что, права не имею заказать себе простой костюм для работы, я, что, не советский гражданин. И не надо на меня орать!

- Иди работай, вечером мне на стол справку о проделанной работе положишь.

Выхожу из кабинета злой. Как можно работать в таких условиях? Как жизнью рисковать, под пули и топоры подставляться, так пожалуйста. Это же твоя повседневная милицейская работа, а ответил на хамское отношение, то тут же на тебя пытаются дисциплинарные меры воздействия наложить. Все врут, скрывают, прячут, такова человеческая натура. Кстати, о человеческой натуре. Нужно встретиться тут с одной из девочек, которые очень многого не договаривают.

Опять сижу в институте, жду когда закончится лекция у Снежаны. Наконец прозвенел звонок, подхожу к ней:

- Снежана, мне нужно с вами переговорить.

- Я уже все рассказала, мне нечего добавить.

Ну не нахалка, подруга называется, землю должна рыть, чтобы убийцу нашли, а у нее постный вид, типа, я тут вообще не при делах.

- Мамы Оксаны сказала, что вы с ней были не просто соседки по комнате, а лучшими подругами. Даже в гости приезжали.

- Ну когда это было?

- Это было на новогодних праздниках, четыре месяца назад.

Снежана замолчала, долго обдумывала свой ответ. Мне эта, постоянно уклоняющая и врущая на каждом шагу, леди уже надоела. Своих проблем выше крыши, теперь эта красотка тормозит с ответом. Считаю до десяти, знаю за собой этот грех, если вижу, что человек начинает наглеть, начинаю срывать свою злость на нем.

- Послушайте, Снежана, я пришел сюда не из праздного любопытства. Умерла ваша подруга, ваша задача - помогать следствию в поимке преступника. Если вы будете молчать, то мне придется вызвать вас повесткой к себе в кабинет. Если вы начнете уклоняться от нашей встречи, то мне придется отправить к вам сотрудников, чтобы они вас доставили насильно. Представьте себе, на глазах ваших друзей и знакомых, вас посадят в милицейскую машину. А там, поверьте, перевозят не только таких прекрасных девушек как вы, но и воров, и бандюганов разных мастей. Неизвестно, с кем вам придется в этой машине ехать. Притом у меня, как у следователя, появляются законные основания для задержания вас на пятнадцать суток со всеми вытекающими последствиями. Отведут вас в камеру, а там человек двадцать задержанных, один туалет на всех, вонь страшная, кормят отвратительно.

Все, заплакала, представила себе картину маслом и начала себя жалеть. Уже наверно, как в индийских фильмах видит себя героиней за решеткой, грустная музыка, несчастная жертва советского следственного произвола.

- Вы думаете, я не хочу, чтобы нашли преступника? Только я не хочу ни во что вмешиваться, не хочу, чтобы трепали мое имя. Поймите меня правильно, я очень боюсь.

- Обещаю вам защиту правоохранительных органов, - бодро придумываю я.

Ну согласитесь, какая у нас может быть защита свидетеля, когда сотрудников для повседневной текущей работы не хватает. Но ведь Снежане об этом знать не обязательно, тем более, что я уверен - девочка преувеличивает.

- Мы с Оксаной летом познакомились на отработке для первокурсников. Нас отправили красить полы в комнатах общежития на первом этаже. Только и разговоров было среди ребят, кто как поступал, кому какой вопрос на экзаменах попался, кто из экзаменаторов сидел, какие дополнительные вопросы задавали. Некоторые опять переживать начинали, потому что на одно место было пятнадцать человек. Получается, мы счастливчики, а кто не поступил - неудачники. Их знаний были недостаточно, им не повезло. Оксана ко мне первая подошла, предложила свою помощь, нужно было стол вынести. Разговорились, такая девочка хорошая. Я сама из Горно-Алтайской области, никого здесь не знаю. Вот так началась наша дружба. Вместе готовились к семинарам, зачетам и экзаменам. Жили в одной комнате, дружили, в кино вместе ходили. Я к ней на праздники домой съездила, на следующие новогодние праздники хотели ко мне поехать. Хочу вам сказать, что Оксана мне ничего такого не рассказывала, только я ведь не слепая была. Родителям она врала, что получает стипендию, а она экзамены еле-еле сдавала, но ведь деньги у нее были. Два раза в месяц она не ночевала в общежитии, утром, как ни в чем не бывало, появлялась на занятиях. После ревела по ночам в подушку, когда думала, что мы уже спим. Куда она ездила, к кому, она никогда ничего не говорила. То, что у нее есть мужчина, я начала догадываться сразу, один раз в сумочке увидела у нее пачку презервативов. Как бы мы хорошо не общались, мы никогда об ее постоянных ночных исчезновениях не говорили. Все это приняли как само собой разумеющееся. Скажите, она была беременна?

- Нет, специалисты отрицают факт беременности.

- Странно, я решила, что ее убили из-за этого.

Удивительное чувство, сидит передо мной красивая девушка, рассказывает о презервативах, предполагаемой беременности своей подруги, и меня это не смущает. Как будто, есть у меня право разговаривать о любых деталях и тайнах человека.

- Может быть, Оксана рассказывала вам, где проходят встречи?

- Говорю же вам, эти разговоры вообще не велись.

- Снежана, вот мой номер телефона, если что-то вспомните, звоните мне на работу.

Что мы узнали? Девушка дважды в месяц тайно встречается с мужчиной, мужчину никто не видел кроме одногруппника. Только раз прокололся шпион, нечаянно выдал себя. Таким образом, мы узнаем о человеке лет сорока, худощавом, спортивного телосложения, вероятно не бедном. Есть средства, чтобы дать взятку незнакомому студенту в двадцать пять рублей и содержать девушку, которая не получает стипендию больше года. Можно было бы решить, что это большая любовь, но, уважаемые товарищи судьи, девушка никому не рассказывает о такой редкой удаче, в виде состоятельного ухажера и плачет по ночам. Отсюда вывод: мужчина либо женат, либо связан с криминалом. Может, пошерстить среди преступных элементов, которые были связаны с экономическими преступлениями? Вдруг кто-то да всплывет.

На рабочем столе лежал отчет экспертов о составе яда, предположительно это был тетродотоксин. Все, приехали, откуда в наших широтах тетродотоксин. Яд вызывает удушение, спазм легких, смерть наступает в течении 10-30 минут. Кто был рядом с девочкой и сунул ей на прощание яд? Кто незаметно улизнул из общежития, в котором полно людей. Не понимаю.

Вечером позвонила Рита, произнесла заветное слово «Есть информация», да еще таким дурацким таинственным голосом, явно получая удовольствие от своей роли сыщика, и предложила встретиться в ресторане «Время золотое». Да, время выбрано явно не золотое, хотя, с другой стороны, есть надежда на хоть малюсенькую зацепку. Это меня сразу взбодрило. Лихорадочно начал собирать документы со стола по делу Оксаны, спрятал их в сейф, закрыл на ключ шкаф. Не забыть бы мне еще поменять рубашку для встречи с интересной женщиной. Ну, же, отвлекись от работы, вспомни ее черные глаза, тонкие черты лица, все-таки, тебя женщина приглашает, а не черт в юбке.

Конечно, я опоздал на встречу. Она уже сидела за столиком, блестящие волосы, блестящее платье. Когда я подошел к ней, она подняла на меня свои глаза, в которых сверкали сердитые молнии, накрашенные губы опасно сузились. Господи, девчонка высшей пробы.

- Ты уже выпила? - вместо приветствия спросил я ее. По опыту знаю, хуже нет, чем оправдываться перед королевой. Веди себя как ни в чем не бывало, женщина сама все себе объяснит, оправдает и простит.

- Вот еще, - вздернула гордый профиль Рита, - я вообще-то возмущена твоим бессовестным опозданием.

- Такая работа, Риточка. Давай поболтаем о наших богатых мужчинах. Что тебе удалось узнать?

На мой вопрос Рита хитро прищурила глаза, щелкнула пальцами и махнула рукой подзывая официанта. Заказала салат, попросила блюдо дня, невероятно долго выбирала вино. Девушка явно наслаждалась моими мучениями от ожидания желанной информации, аккуратно положила салфетку на стол и посмотрела на меня.

- А ты что будешь, Олег?

- Мне тоже самое, что и девушке, - быстро протараторил я.

Молодой официант неторопливо отчалил от нашего столика.

- Ну же, Рита, не тяни кота за хвост. Что удалось узнать?

- А не надо было опаздывать. Даже не извинился, это сверхнаглость какая-то! - продолжала ерепениться Рита.

- Прости меня, виноват. Больше этого не повториться.

- То-то же. Ну ладно, слушай. В нашем банке данные о наиболее важных клиентах хранятся отдельно, мне пришлось напрячь свои мозги, включить на полную мощность свое обаяние и недюжинную интуицию. В итоге в моей сумочке лежит список клиентов, которые более или менее подходят под описание твоего подозреваемого. Учти, там адреса, место работы и паспортные данные.

- Рита, ты прелесть! - восхитился я девушкой.

- Ну, так легко от меня ты не отделаешься. Список еще нужно заслужить.

Расторопный официант принес закуски, выпивку, индефферентно смотрел на Риту, хотел нас обслужить и налить вино в бокалы. Но я забрал у него бутылку и прогнал его.

- Фу, милиционер, это грубо. Мальчик старается, видел как быстро нам принесли заказ.

Я разлил вино по бокалам. Рита встряхнула головой, отчего ее блестящие волосы засверкали еще сильней, внимание мужчин к нашему столику зашкаливало все температурные отметки по Цельсию и Фаренгейту вместе взятые.

- За что пьем? - театрально воскликнула она.

- За успех нашего правого дела, - с нажимом произнес я, это было правдой. В последнюю неделю произошло очень много событий, которые быстрой чередой мелькали передо мной в разноцветном калейдоскопе. Смерть Оксаны не давала мне спокойно жить, спать, общаться с друзьями. Я как будто бы проваливался в какую-то пропасть. Ходьба по этому кругу аналитических размышлений, сопоставлений, поисков, гипотез была выматывающей. Несмотря на мое решительное отторжение работы от своей личной жизни, дело о поиске преступника причастного к убийству девушки медленно, но настойчиво входило в мою жизнь, мягко хватало за горло, мешая временами дышать.

Мы с Ритой выпили, съели салат. Я рассказал несколько смешных армейских историй. Армейские истории - это обязательная сольная программа для влюбленного мужчины и неотъемлемая часть страданий для девушки, потому что разговоры про армию - это неиссякаемый источник вдохновения для советского мужчины. Про армию - это как глядеть на огонь, на танцующую прекрасную женщину, на бегущую воду - про нее можно рассказывать бесконечно. Одну и ту же историю можно рассказывать с различными персонажами, вариантами, играть названиями местности, где тебе пришлось служить. Кто же их все запомнит? Через некоторое время терпение девушки лопнуло, рассказы про армию ее больше не интересовали. Теперь ее привлекали танцевальные ритмы. Мы с Ритой ринулись отплясывать какой-то модный танец, притом, что у девушки танцевальные движения получались гораздо лучше чем у меня. Несмотря на это, я тоже старался выписывать ногами замысловатые кренделя, стараясь не запутаться и не грохнуться с позором. Да, танцы это вам не от пьяных дебилов с топором уворачиваться, тут сноровка нужна. С другой стороны, мне было интересно общаться с девушкой далекой от криминального мира. Ее упорядоченный мир цифр, балансов и платежей никаким боком не пересекался с моим. Нравилось, что она брала инициативу разговора в свои руки, если ей был неинтересен очередной рассказ, она тут же выносила приговор: «Кошмар, мне жалко этого человека, в том что его столкнули в воду нет ничего смешного».

Вечер был прекрасным, я рассказывал Рите про свою бабушку, про маму, отца, младшую сестру, про друзей. Рита рассказала, что ее отец работает мастером в производственном техникуме, а мама учитель математики, младший брат учится на инженера.

- Понятно, в кого у тебя любовь к точным наукам.

Возле своего дома Рита меня поцеловала, затем полезла в сумочку и вытащила бумажку. Это был список богатых людей, понятно, а я про него забыл. Весь вечер все оценивал Риту, ее слова, действия, поступки - старался понять, что она за человек. Чем больше оценивал, тем больше она мне нравилась.

Утро началось со шквала звонков, звонили какие-то потерпевшие, уточняли место и время повестки. Я их всех переправлял дежурному, а сам тем временем внимательно изучал полученный список. У меня на руках была информация , хоть и полученная незаконным путем, потому что банк отмалчивается, как подбитый, на мой запрос о предоставлении сведений на мужчин с вышеперечисленными характеристиками. Зато Рита благодаря своей кипучей энергии смогла выудить ценные сведения о весьма важных клиентах банка. Что у меня есть? Есть портрет предполагаемого участника преступления, есть список, который предоставила Рита. Больше нет никаких сведений. Кроме одного, этот человек, не знаю как, но должен быть связан с учебным заведением, в котором училась Оксана. Может быть, эта версия пустая, но проверить я ее должен. Список Риты был из пяти человек, этих людей нужно было пробить по милицейской базе, с каждым нужно было встретиться и переговорить.

Первым в списке был Иван Иванович А. - работник планово-бюджетной комиссии. Я его решил навестить первым. В кабинете работника бюджетной сферы царила рабочая обстановка, сотрудники деловито записывали что-то в бланки, кидали костяшки на счетах в разные стороны, что не нарушало общую рабочую атмосферу отдела.

Я показал Иван Ивановичу свое удостоверение, которое он внимательно изучил, сравнил фото с оригиналом, только после этого изъявил желание со мной побеседовать.

- Иван Иванович, нам нужно точно знать где вы были 11 апреля?

- Здорово, сколько уже времени прошло, напомните, какой день недели был?

- Это был вторник.

- Вторник, я был на работе, готовил отчет по проверке птицефабрики.

- То есть, вы весь день были на работе и никуда не отлучались?

- Да, работал как обычно.

- Где вы обедаете?

- Здесь внизу, на первом этаже есть прекрасная столовая, к тому же недорогая.

- Большое спасибо, напишите ваш рабочий телефон, по которому с вами можно связаться.

Иван Иванович незаметно для меня облегченно выдыхает, думая, что все закончилось, не понимая, что для следственных органов работа только начинается. Будет проводится монотонная рутинная работа по проверке всех подозреваемых из списка, будет отслеживаться весь день, где был, что делал, с кем встречался, кто может подтвердить информацию. Самое главное для меня выяснить, кто, где был в этот день с 13 часов до 14-30. В этот временной промежуток кто-то отравил Оксану. Может быть эти люди совсем к этому не причастны, но я должен быть уверен, что они здесь совершенно не причем.

Следующим в списке - Александр Самойлович, председатель сельхозкооператива, красивый, смуглый похожий на актера, который играет Зорро. По мне так этот спортивный пижон может быть причастен к убийству девушки, стоит только посмотреть на его складную спортивную фигуру.

- Александр Самойлович, нам необходимо точно знать, где вы были 11 апреля?

Зорро непробиваемо посмотрел на меня, затем не спеша вызвал свою секретаршу по селекторной связи:

- Нина Николаевна, будьте добры, зайдите ко мне с вашим ежедневником.

В кабинет председателя вошла дама средних лет, в вязанной кофте, в руках у нее был солидный ежедневник синего цвета.

- Товарищ интересуется, чем я был занят 11 апреля.

Нина Николаевна начала просматривать свой ежедневник:

- Утром в 9 часов у вас было совещание в Доме профсоюзов, с 11 до 12 часов подписание договора с поставщиком по поставке горюче-смазочных материалов. С 12 часов подготовка документов к совещанию, которое началось в 14-00 часов и длилось до 16-00, затем вы занимались проверкой сметы на ремонт сельхозтехники. В 6 часов вечера я ушла домой, вы еще были на рабочем месте. Больше у меня ничего не записано.

Я с уважением посмотрел на Зорро, несмотря на свой лихой романтический вид, дело у него по всей видимости поставлено неплохо. Такая секретарша - мечта каждого руководителя, в горящую избу войдет, и отчетность у нее всегда в полном порядке. Нина Николаевна высокомерным взглядом ответственного работника посмотрела на меня поверх уродливых очков, жалея об упущенном времени и невозможности вновь припасть к своей печатной машинке, возле которой лежит ворох бумаг и работы непочатый край.

- Спасибо, Нина Николаевна. Можете идти.

Секретарша вышла, а Александр Самойлович как-то незаметно деловито выпрямился, и стало видно, что ему уже хорошо за сорок, что улыбку он натягивает себе на лицо, как актер грим. Наверняка, для вышестоящих и нижестоящих лиц у него заготовлены отдельные анекдоты. Первые его высокомерно похлопывают по плечу, вторые считают вот таковским хорошим руководителем, который знает как разговаривать с народом. Передо мной сидел еще не старый умный человек, который пытался добросовестно крутить рабочий маховик своего предприятия.

Следующим в списке был Рустам Михайлович, доктор наук, который работал в том самом институте, где училась Оксана. На Рустама Михайловича я возлагал большие надежды, этот человек прямо просился на место преступления, но увидев его, я разочарованно отступился. Этот человек, с кустистыми бровями, смуглым лицом не совсем был похож на спортивного вида человека. Курчавые волосы, бархатная замедленная речь не ассоциировалась у меня с убийцей. Все равно Рустам Михайлович был допрошен с пристрастием, и это было зря, у него к тому же было слабое сердце, в приемной института, видимо, знали о слабом здоровье своего преподавателя. Молоденькая секретарша процокала на каблуках мимо меня с таблеткой и стаканом воды, укоризненный взгляд прекрасных глаз заставил меня внутренне собраться. Не в игрушки же играть пришел, у меня своей работы хренова туча, а тут прямо целый спектакль разыгран. За сердце хватается, что было 11 апреля не хочет вспоминать. Я зло посмотрел на секретаршу:

- Давайте поможем вместе профессору вспомнить про этот день, не могли бы вы принести мне расписание профессора на 11 апреля.

Секретарша молча крутанулась на своих каблуках, перед этим сунув преподавателю таблетки. Рустам Михайлович дрожащей рукой запрокинул в рот таблетку, морщась разжевал ее и запил водой.

- Может, вы мне объясните, в чем меня подозревают? - дрожание рук прекратилось, в голосе появились уверенные нотки.

С подозреваемыми нужно всегда держать ухо востро, особенно с такими умниками. Чуть что, у них есть привычка начинать качать права, цитировать пятьдесят четвертую статью Конституции.

- Вас пока ни в чем не подозревают, следствие пытается установить, чем вы занимались 11 апреля.

- А что такого случилось 11 апреля? - закипятился ученый человек, - в чем вы меня подозреваете? Я буду давать сведения только в присутствии адвоката.

Вот где они этой гадости набираются? Придет адвокат, скажет, чего вы к моему клиенту пристаете без оснований. Будут основания, тогда мы вам с великим удовольствием дадим пояснения. Адвокат меня далеко пошлет, еще и жалобу на работу накатает. Ну его, обойдемся без адвоката.

- Хорошо, тогда мы вам отправим повестку, пока предупреждаю, из города никуда не уезжать, о всех передвижениях извещать меня лично... - заскрипел я официальным языком правопорядка.

- Подождите, - занервничал Рустам Михайлович, - сейчас Зиночка принесет расписание занятий, вы посмотрите и увидите,что мне совершенно не нужно давать вам подписку о невыезде.

Расписание профессора на 11 апреля: с 8 часов до 9-30 - одна лекция, затем был перерыв до 14-20, с 14-20 начиналась следующая лекция. Ну, согласитесь, очень подозрительно все.

- Скажите, Рустам Михайлович, что вы делали с 9-30 до 14-20?

- Сидел в нашей институтской библиотеке, сходил в столовую пообедал. Это что запрещено?

Да, испуганный преподаватель не тянет на роль хладнокровного убийцы, но свободное время совпадает со временем смерти Оксаны. Надо будет переговорить с работниками библиотеки, доктора наук свои институтские знают прекрасно.Если они подтвердят его слова, то научного деятеля можно будет сбросить со счетов правосудия.

Следующий участник нашего списка - Семен Константинович, начальник военного округа. Семен Константинович повадками напоминал нашего армейского командира, у него на груди как будто невидимую табличку прибили «Тебе капец», на загорелом лице непробиваемая маска свирепой ярости. Он еще ничего не знает, а в нем уже кипит и клокочет лава.

- Семен Константинович, мне нужно узнать, что вы делали 11 апреля?

Семен Константинович нахмурился:

- Слушай сюда, Олег Игоревич, или как там тебя, хочешь узнать, что я делал 11 апреля, вызывай повесткой, под протокол, в присутствии адвоката. А разговоры разговаривать мы с тобой не будем.

Все, разговор окончен, с этим крокодилом ни один из милицейских финтов не пройдет. Жизнь по уставу она, с одной стороны, упрощает жизнь, с другой стороны, никаких сил не хватит исполнять все ее дебильные требования.

После пинка, полученного от бравого вояки, я вспомнил, что целый день ничего не ел и не пил. Хватит на сегодня опросов и допросов, остальных оставим на завтра. Почему же я решил стать следователем? В детстве я начал читать детектив Анатолия Минина, но не дочитал и не узнал, что же там произошло в конце. То нужно было по хозяйству помочь, то с мотоциклом возился. Зато появилось острое желание понять, чем же заканчивается расследование в недочитанной книге. Я мысленно придумал конец, в котором все было логично, на преступника все указывало. В свободное время я все-таки добил детективное произведение до конца, но концовка указывала совсем на другого человека, его арестовали, но до сих пор у меня есть ощущение своей правоты, автор указал на невиновного человека. Я понял, что анализировать и размышлять, делать выводы невероятно трудная задача, но интересная. В своей жизни я встречал очень много хороших людей, и очень много откровенной мрази. Но во мне укоренилась какая-то уверенность, понимание того, что даже если человек на 99 процентов дрянь, но все-таки 1 процент есть у него такого, чему нет названия, слов не подберешь, есть что-то настоящее, что вызывает восхищение, как подвиг, как беспощадная вспышка атомной бомбы в нашем чересчур практичном мире.

Из четырех подозреваемых один отказался отвечать на вопрос, где он был 11 апреля, двое дали вроде бы правдивые пояснения, один - с больным сердцем (большой вопрос) и с хитро бегающим взглядом вроде бы не имеет четкого объяснения, где он находился в интересующий нас период. Но в его преступную деятельность в части убийства девушки уже не верю я. Конечно, есть у нас затаенные темные участки души, которые скрываются в глубоком подполье, но профессор явно нервничает по другому поводу. Пока анализировал действия профессора, вспомнилась прекрасная Зиночка, которая процокала каблучками мимо меня, надо бы ее еще раз допросить на предмет знакомства преподавателя со студентами и студентками юридического факультета.

Наутро я сделал утреннюю пробежку по хмурым холодным улицам города. Весеннее потепление было от нас также далеко, как планета Нептун. Не смотря на зверское сопротивление организма и желание быстрее шмыгнуть в теплую квартиру, добросовестно отжался и выполнил ряд силовых упражнений. Вчерашний наезд военного командира дал мозговую атаку моим нервным рецепторам, я решил доказать самому себе, ну, и, немножко злому командиру, что мы тут тоже не лыком шиты и можем не только строем ходить и форменную фуражку носить. А вот, пожалуйста, теперь буду каждый день бегать по утрам и зарядку делать. Заварил свежий чай перед работой.

Следующего кандидата зовут Алексей Владиславович, он директор оптовой базы. Если так дело пойдет дальше, я в городе всем более-менее известным людям дорогу перебегу. Пока через охрану продерешься, пока в приемной с секретаршей переговоришь, весь язык отболтаешь, как ненормальный. Алексей Владиславович, как занятой и деловой человек, сразу отвел меня к своей секретарше, которая была красива, и молода, и шустра. Она показала мне копию приказа на руководителя, где было сказано, что директор был в командировке в городе Ачинске с 10 апреля по 14 апреля включительно, Так, оптовая база однозначно отпадает. Слава богу, хоть кто-то отпадает из этого списка.

Вечером меня уже вызвали к начальству, на меня поступило три жалобы. Заставили написать объяснительные, объяснительные получились сухими. Якобы в процессе следствия всплыли следующие личности, которые подходили под описание предполагаемого преступника. Казарян, конечно, меня завтра пошлет на три советские буквы с такими объяснительными, но как говориться, пиши на простой, а завтра будет завтра. Только не мог я подставить Риту, которая пошла мне навстречу и провела огромную работу, перелопатив сведения о вкладчиках. Поэтому объяснительные вышли туманные и неубедительные с точки зрения закона.

Когда закончил работу с отчетами, справками и анализами результатов по сбору первичных сведений, было уже поздно. Позднее возвращение с работы, размышления на городских темных улицах об имеющихся догадках, мотивах, которые побуждают любого преступника совершить злое дело, сыграли со следователем злую шутку. Я вовремя не отреагировал на движение сзади, в голове вспух и взорвался ядерный взрыв, асфальт бросился мне в лицо. Темнота.

Очнулся от жуткого холода, мне показалось, что внутри меня все пропиталось холодом, руки и ноги онемели. Чтобы мои конечности начали двигаться я потихоньку начал шевелить пальцами рук и ног.

- Ну, что очнулся, - произнесла ехидным тоном бабушка, - я уж думала тебе кранты. Это каким нужно быть лопоухим, чтобы разрешить стукнуть себя по голове. У тебя там шишка огромная.

Я осторожно потрогал голову, нащупал шишку и тут же с шипением от боли отдернул руку назад. Рука была красная от крови.

- Учила тебя, все без толку, ты же охотишься на опасного зверя, чего же варежку открыл. Ждешь, пока муха залетит.

- Замолчи, без тебя тошно, - вяло ругнулся я, - по-моему, нужно вызвать скорую.

- Тебе нужно набрать холодную ванну, иначе твои синяки завтра будут освещать кабинет без электричества.

Дрожа от холода, с трудом поднялся на ноги. Господи, иду как раненый, бережно передвигаю ноги, берегу силы. Первый этаж, отдохни, не спеши. Второй, голова кружится, только бы не упасть, не поднимусь. Стою.

- Ну, что, по-моему ты на верном пути находишься, - опять бабушка встревает со своими комментариями, - у тебя есть четыре подозреваемых. Все люди высокопоставленные, со связями. Все равно не понятно, как тебя так быстро смогли вычислить, узнали домашний адрес. Ты же на всех перекрестках не кричишь, где ты живешь?

- Ты можешь помолчать, и так голова трещит. Ты еще со своими комментариями.

Конечно, когда в первый раз бабушка решила проявится очень своеобразно, из под кровати, испугался тогда - жуть. Теперь появляется, а мне хоть бы хны. А ведь если подумать, - размышлял я, набирая в ванну холодную воду, - бабушка появляется, когда у меня в мозгах клинить начинает. Вот сейчас, долбанули чем-то по голове, и опять, здравствуй, бабушка.

Осторожно снял с себя грязную одежду, пока снимал, начал задыхаться, как будто тяжелые бревна таскал. После мучительных раздумий решил вызвать скорую. Факт побоев нужно зафиксировать, для меня это является косвенным доказательством правоты моей версии по поиску убийцы по списку.

Осторожно потопил себя в ванну, погрузившись в ледяную воду. Боль, которая немного отступила от меня с новой силой вцепилась мне в руки и ноги, заколотилась под ребрами, заколыхалась в голове. Выдержав сколько мог, начал вытаскивать себя из ванны, на одно мгновение даже было опасение, что я сейчас в этой ванне и потону. Нет, перевалил себя через край и осторожно приземлился на кафельный пол. Голова разболелась так, что впору было завыть.

- У тебя сотрясение мозга, через некоторое время будет сильно болеть голова, начнется тошнота, затем рвота, - начала свою трансляцию бабушка.

- Без тебя знаю, у меня уже сейчас голова раскалывается.

- Ложись,сейчас приедут врачи, они тебе окажут первую помощь.

Через некоторое время приехала скорая. Молодой врач зафиксировал мои побои, поставил укол, который успокоит мои расшатанные нервы и даст возможность выспаться.

- Вам выписывать больничный? - спросил врач.

- Нет, не нужно.

- У вас сотрясение мозга, вам нужен покой и постельный режим.

- Я милиционер, у нас пока не умер, выходи на работу, - сказал я

Врач ушел, повязку наложил, укол поставил, так что жить буду.

- Нужно было идти на больничный, а ты все из себя героя строишь, - ворчит моя бабушка.

- Кто бы говорил? - не соглашаюсь я просто из принципа, согласишься, она тебе на голову сядет окончательно.

Человечество пытается познать истину, а страдает бедный следователь милиции лейтенант Иридеков Олег Игоревич своей умной головой. Теперь получил по башке, в результате имеем сотрясение мозга. Укол начал свое успокоительное действие, я провалился в сон, состоящий из кошмаров. Сначала захохотал Рустам Михайлович и сообщил мне, что он очень хитрый зверь, а в жизни прикидывается слабым чудаком. Пообещал добраться до меня первым, затем Яна, соседка Оксаны сорвалась с балкона и мне приходилось напрягать все силы, чтобы вытащить ее. Не взирая на все мои усилия, она сорвалась с балкона с криком: «Это не твое дело!» Под этот крик я очнулся, в голове шумело, все болело и ломило. Человек, которому вчера навернули чем-то тяжелым по голове легко может представить себе, что такое предсмертные муки, шоковое состояние, которое испытывает организм. Все это приводит к тому, что перед глазами проносится вся твоя жизнь, происходит переоценка основных твоих жизненных принципов. Думаешь, мужчина, а вы не так живете.

- Вот окочуришься завтра со своей работой, и кому будешь нужен, - опять меня бабушка начала жизни учить, - жениться тебе нужно. Жена тебе и скорую вызовет, и бульончик с чаем приготовит. А то лежишь сейчас, а в животе пусто. Какое здоровье может быть на пустой желудок? Стакан воды никто не подаст... .

- Господи, прекрати зудеть, - от бабушкиных наставлений мне стало еще хуже, тошнота подступила к горлу.

Нет, что ни говори, а бабушка права: нужно жениться.

- Вот, ты, говоришь, жениться нужно. На ком?

- Не хитри со мной. Ты забыл? Что знаешь ты, то и я знаю. Жениться на хорошей девушке, которая будет хорошей матерью и родит тебе прекрасных детей.

- Мне кажется, что я уже нашел эту девушку, ты перечислила все достоинства Риты. Выйдет ли за меня замуж такая прекрасная женщина?

- Ох, Боже мой! Как начнет кое-кто притворяться, так и сил моих нет. Ты молодой красивый решительный мужчина. Ты всегда защищаешь слабых, ты за справедливость, ты воевал геройски, ты на медведя ходил. Откуда столько нерешительности в моем внуке, не понимаю?

- Теперь мне кажется, что на медведя было легче охотиться, чем сделать предложение Рите.

- Ну, может быть, тебе придется делать предложение не Рите.

О, Рита, моя прекрасная греза. Даже не смотря на отсутствие горячего бульона и наличие моего пустого голодного желудка, мечты о красавице наполняют мое сердце тихой нежностью.

Под тихое бурчание бабушки я заснул.

Хорошо, что пришла моя сестра и покормила меня. Поохала над моей разбитой головой, посетовала на отсутствие продуктов в моем пустом холодильнике, сообщила последние новости родственников и убежала по своим неотложным делам.

- Любаша то как выросла, совсем невеста стала, - никому не видимая бабушка начала комментировать происходящее.

- Чего же при Любашке не выступила? Похвалила бы ее, может она тебя и услышала?

- Не услышит, ты тут орешь со страху, когда бабушку услышишь, хотя ты подготовлен.

- Не подготовлен я, бабушка. Видишь, имеются четыре подозреваемых, вернее пять, но одного можно исключить, Алексей Владиславович был в командировке.

- Во- первых, твои умозаключения не имеют доказательства. Ты ведь даже не знаешь, был кто-то из твоих подозреваемых знаком с Оксаной. Во-вторых, то что тебя избили, вряд ли связано с ними. Может это кто-то из бывших твоих знакомых.

- Вот это тоже меня смущает, пусть люди со связями, но так оперативно узнать адрес, подкараулить, подойти незаметно. Профессионально сделано.

- Профессиональный убийца.

- По-моему, я сам себя загнал в тупик.

- Нет, по-моему ты выходишь из тупика. Сейчас твои коллеги могут спокойно снять отпечатки пальцев у твоих подозреваемых. Нападение на милиционера, это вам не шутка.

- Ну и что нам это даст?

- Это даст возможность установить за ними круглосуточное наблюдение и прослушивание.

Со стоном и кряхтеньем одеваю форменную одежду. Мысленно благодарю бабушку за интересные мысли. На работе пишу рапорт о нападении на сотрудника милиции, прошу перечисленных лиц перевести на круглосуточное наблюдение и прослушивание. Надеюсь, Володя не подкачает, выжмет из ситуации максимум возможностей.

Вечером в мою скромную однокомнатную квартиру началось паломничество гостей, приехала из Аскиза тетя Мария, пришла тетя Аля, которая живет на улице Деповской, с четвертого микрорайона приехал брат Саша. Никакой телеграммы не нужно, достаточно иметь младшую сестру, которая за один день умудрилась пробежать по всем родственникам и сообщить о моей пробитой голове. У всех были значительные скорбные лица, они тихо переговаривались между собой и печально смотрели на мою перебинтованную голову. По мере того как я безжалостно поглощал их продукты и вкусности, которые они принесли и привезли с собой, их лица подобрели и повеселели прямо на глазах. Родственники поняли, что весть о моей кончине преувеличена и несколько преждевременна, с аппетитом у меня все хорошо, и здоровье явно идет на поправку. Тихие разговоры закончились, тетя Мария рассказала свой фирменный анекдот с бородой про пьяницу, который сдал бутылки и на вырученные деньги купил дом, машину и катер с мотором. Мы все этот анекдот знаем, но тетка его рассказывает с таким аппетитом и азартом, что мы хохочем, мне еще смешнее, потому что этот древний анекдот еще моя бабушка мне в детстве рассказывала, только вместо машины и катера там были конь и корова. Ценности человечества меняются со сменой эпохи. Тетки крутились возле плиты, брат тихонько спрашивал, нужна ли мне помощь. Я знаю, Саша меня любит, знает обо мне и моей работе больше остальных, поэтому лучше всех представляет уровень опасности. Я мотнул головой, типа, спасибо, пока не нужно. От мотания в голове взорвалась маленькая бомбочка и помутнело в глазах. Саша сказал, что как только рана на голове заживет, он поправит мне голову. Сотрясение мозгов налицо.

Тетя Мария, пользуясь слабым состоянием моего организма и головы решила провести обряд очищения квартиры от злых духов. Пока я читал отчеты оперативных работников, просматривал целую кипу свидетельских показаний и делал вид, что меня комсомольца, активиста и борца за справедливость обряды изгнания злых духов не касаются, она разожгла целый костер из богородской травы. С деловым видом меня окурили травой ирбен-от, начиная с ног и заканчивая головой. В дыму и чаду от священного очищения не то что думать, читать было невозможно, во рту першило от дыма, из-за чего я начал кашлять.

- Завтра поедешь домой, - категорическим тоном предупредил я тетю, - ты мне всю квартиру тут спалишь.

- Ничего, потерпишь, зато все злые духи ушли, - с достоинством аргументировала тетя Мария.

- Тут не только злые духи смоются, тут сам свалишь из квартиры.

Тетю Марию не переубедишь, хоть говори, хоть не говори, на заре коммунизма у нас еще есть такие отсталые элементы. Если тетя отсталый элемент, то я сумасшедший элемент или нужно списывать происходящее на сверхъестественные явления, а я должен опираться на неопровержимые факты.

Служба в правоохранительных органах заставляет нас, сотрудников милиции, ежедневно ходить по лабиринтам запутанных преступлений, совершенных людьми, пробираться через смертоносные джунгли их страхов и страданий, подлости и обмана, спускаться в канализационные люки человеческой боли. То, что мне заехали по голове дубиной один из эпизодов, связанных с нашей опасной профессией. Чувствую нюхом зверя и вывертом логики, что иду по верному пути. Кто-то из четверых подозреваемых замешан в этом убийстве. Замешан тот, кто знает Оксану.

Допустим, кто-то из этих четверых стукнул меня по голове. Зачем? Почему не убил, если так боялся, что вышли на него? Значит, преступник, хочет дать понять, что он знает как меня найти, это раз. То, что не убил, это говорит, что преступник не из четырех подозреваемых, это два. Преступник чувствует себя не в своей тарелке, но подозрение на него еще не пало. Что же такого сделала Оксана, за что ее нужно было убить? Все равно нужно проверить предположение о том, что кто-то из четверых подозреваемых знал Оксану. Пройдем еще раз по кругу.

Порой люди сами не замечают, насколько у них обширный круг знакомых людей, родственников. Если посудить, вся наша жизнь разбита на кадры, одни кадры видят наиболее близкие нам люди, другие - просматривают те или иные моменты со стороны сослуживцев. Если человек внезапно умер, то каждый кадр становится бесценным, мы прокручиваем в голове одну и ту же картину, любимое выражение лица. Да, все становится бесценным, когда человека уже нет.

Придется идти на поклон к Казаряну, здесь уже нужно подключать официальные источники расследования, мне одному не разорваться. Понятно, что от начальства получил втык за нерегламентированное подключение гражданских лиц к работе следственных органов, в конце взбучки меня уже похвалили за проявленную инициативу. К проверке подозреваемых подключат оперативный состав, который постарается отследить весь день подозреваемых и по возможности постараются установить связь подозреваемых с Оксаной. Если эта версия не сработает, придеться искать другой мотив преступления.

Через три часа уже читал отчет о перемещениях Ивана Ивановича, чиновника бюджетного отдела. Володя переговорил с одной сотруднице, которая работает с интересующим нас чиновником. Он представился сотрудником дорожной инспекции, прочитал этой сотруднице лекцию о правилах дорожного движения. Осторожно перевел разговор на начальство. Женщина сказала, что Иван Иванович замечательный семьянин, у него двое детей, которых он очень любит. Володя, как бы нехотя проговорился, что 11 апреля Иван Иванович нарушил правила дорожного движения возле продуктового магазина по улице Пушкина. Сотрудница подозрительно посмотрела на «дорожного инспектора» и сказала, что Иван Иванович был целый день на работе.

- Вы меня извините, конечно, но у что-то у вас не сходится. Иван Иванович готовил акт по проверке птицефабрики. Он был буквально на грани нервного срыва, потому что начальник отдела приказал ему уложиться с проверкой в месяц. Вы представляете какой огромный объем работы он проделал. А ведь он очень ответственный, он проверил все оборудование зоны хранения и утилизации отходов производства, прошелся по всем санитарным пропускникам и подсобным помещениям, организацию вакцинации, дезинсекции, дезинфекции ...

- Все это очень интересно, честное слово. Ну, может, вышел человек по семейным обстоятельствам, перешел дорогу в неположенном месте, и придется ему оплатить штраф.

- Перестаньте молоть чепуху, никуда Иван Иванович не отлучался. Он даже, если хотите знать, в столовую не ходил целую неделю, всухомятку питался в кабинете, сидел и корпел над своим отчетом.

- Я все понял, спасибо вам за бдительность, я тут справку написал, что Иван Иванович ответственно составлял отчет, в рабочее время никуда не выходил 11 апреля. Прошу вас подписать эту справку, я ее покажу начальству и докажу, что этому человеку не нужно выписывать штраф.

Удивительно бдительные у бюджетного отдела сотрудники работают, интересно, будут ли мои коллеги меня так рьяно защищать, если я вдруг перейду дорогу в неположенном месте. Не знаю насчет коллег, но есть один ответственный человек, который будет меня отчаянно защищать, даже несмотря на то, что я работаю в милиции.

Вечером, я прогуливался возле банка с букетом гвоздик, не зная, что Рита терпеть не может эти цветы.

- Привет, Олег! - за размышлениями, я не заметил, как подошла Рита. - Куда идем?

- Здравствуйте, Рита, - нейтральным тоном произнес я.

С Ритой вышли ее подружки и коллеги по работе. Они стояли, смотрели на нас, перешептывались и посмеивались. Под прицелом и оценивающим взглядом банковского персонала мы церемонно пожали друг другу руки. Рита, правильно оценив ситуацию, приняла букет, помахала подругам рукой, типа, смойтесь и не маячьте у меня на горизонте, спокойно взяла меня под руку и мы, быстро перебирая ногами, смотались подальше с глаз изумленной публики.

- Нам нужно встречаться где-то в другом месте, а так вы провалите явку, сыщик! - смеялась Рита.

- Ничего, спишем на официальную легализацию наших отношений, - серьезно ответил я.

Рита для меня достала список богатых людей, так или иначе, по моей милости она оказалась втянутой в опасную игру. Ладно, я, тертый перец, и то прозевал преступный удар по черепушке, но теперь я испытывал страх за Риту. Для нее это интересное и нескучное развлечение, но теперь преступник будет искать мое слабое место. Он нашел мою сестру, он найдет Риту. Я буду ухаживать за Ритой, пусть окружающие думают, что бедный преподаватель решил поухаживать за прекрасной девушкой, и что у него нет никаких шансов на успех.

- Как твоя голова?

- Болит, - осторожно отвечаю я.

Мы сидим на скамеечке в парке, едим мороженное. Холодный вечерний ветер пытается прогнать нас в более теплое место. Ко мне явно нельзя, за моей квартирой наблюдают. К Ритиной семье еще рано, я даже не признался ей в любви, а уж до предложения руки и сердца дело даже не дошло. Тут бы выжить вечером да еще одну ночь продержаться.

- Ладно, подведем итоги, - нарушила наше молчание Рита, - по всей видимости твоя версия о преступнике все-таки сработала, хоть и таким опасным способом.

- Да, версия сработала. Кто-то из этих пятерых знал Оксану. В процессе расследования я встретился с преступником, напугал его. Предположительно, через мою сестру он нашел, где я живу. Возникает вопрос, задай его мне, пожалуйста.

- Я не хочу.

- Правильно, вопрос один. Почему он меня не убил?

- Это я виновата, - прошептала Рита.

- Нет, ты ни в чем не виновата. Но теперь я тоже опасаюсь за твою безопасность.

- Господи, мне страшно.

- Видишь, игры в сыщика иногда становятся чрезвычайно опасными. Я теперь совершенно уязвимый перед ним. Он меня знает, а я его нет. Мне так страшно за тебя, Рита, что не могу сосредоточиться и логически мыслить. Я совершенно никчемный следак.

- Ты самый лучший следователь, ты обязательно найдешь этого преступника.

Ее рука начинает гладить мою голову, я закрываю глаза. Женские руки, которые тебя обнимают, это счастье. Не нужно ничего говорить, в этот миг говорят наши души. Наши души прислушиваются друг к другу, наверно, говорят друг другу: смотри, какую красотку отхватил наш дурень. Это ворчит моя душа, вечно недовольная мной, вечно заставляет меня добиваться лучших результатов, бегать быстрей, прыгать выше, стрелять точнее, думать и добиваться всего своими силами. Нет, - говорит в это время душа Риты, - он очень милый парень, и он мне уже нравится.

- Я завтра дежурю, не смогу с тобой встретиться. Я прошу тебя, позвони мне, пожалуйста, завтра, что ты дома, и у тебя все хорошо.

Проводив Риту, иду по темным улицам Абакана. Предстоящий поход домой меня, честно говоря, пугает. Только оклемался от одного удара, можно, действительно, не пережить второе нападение. Точно, нападение. Нужно организовать еще одно нападение на меня, в помощь взять Володю и взять за жабры этого нехорошего человека. Взять и допросить хорошенько. С чего это ты нападаешь на сотрудника милиции и не связано ли это с убийством молодой девушки, которую звали Оксана. Так, хорошо. Допустим, нападение связано с кем-то из четырех людей из списка. Тогда мне нужно заново обойти этих людей, сказать, что в деле появились новые обстоятельства. Заставлю предполагаемого преступника занервничать. Он меня решит убрать, а тут мы с Володей его оперативно скручиваем и допрашиваем под протокол.

Не откладывая дело в долгий ящик направляюсь в милицейское общежитие к Володе. На вахте предъявляю удостоверение и важной походкой направляюсь к его комнате. Стучу в дверь, за дверью слышится какое-то подозрительное шуршание, через некоторое время выглядывает Володя и корчит мне злую гримасу, типа, уматывай, ты не вовремя.

- Выйди, Володя, на минуту, - прошу его вежливо.

- Олег, не вовремя, будь другом, исчезни, - шипит недобрый Володя.

- Я по делу пришел, - хочу объяснить ему ситуацию.

- Все завтра, обсудим все с утра, - без слов закрывается дверь.

Все понятно, личная жизнь - это святое. Ну завтра, так завтра. Тогда обдумаем по дороге, с какой новой уликой я пойду завтра допекать «честных и добрых людей»? Допустим, преступник зациклен на своей идее, допустим он был зациклен на своих чувствах к девушке Оксане. Если все пятеро подозреваемых - люди взрослые, состоятельные и кое-чего в жизни добившиеся, то бить их нужно по «сусалам», то есть гнать «пургу», что у Оксаны был молодой и очень красивый, да что там красивый, просто прекрасный принц, подающий большие надежды, допустим, в области юриспруденции. Ну что ж, идея неплоха, только где нам взять юное дарование, который бы мог иметь такие выдающиеся данные и тесную связь с Оксаной. Если мне по балде настучали, то молодого и подающего надежды студента еще и укокошат насмерть. Вот, один труп юной девушки у нас есть, не хватало еще одним обзавестись. Значит нужно найти предполагаемого кандидата в ухажеры и взять его под охрану. Не трусь, Олег, ты можешь не говорить, кто конкретно ухажер. Преступник придет к тебе, постарается выбить признание, тут его нужно ловить. Здесь просто два в одном - милиционер, который ведет дело и следователь, который владеет нужной информацией. Я становлюсь довольно значимой фигурой. Единственное, что меня пугает в данном случае, что новое нападение мне могут организовать и с огнестрельным оружием. Слишком уж у нашего убийцы богатое воображение имеется, и средства немалые для достижения цели. Вот так, с оглядкой по сторонам, ломая мозги и на ходу разрабатывая стратегию по поимке преступника, шел я домой поздним вечером.

Утром, присев за рабочий стол и напирая на невыспавшего Володю, я по второму кругу объяснял план ловушки, в которую должен попасть наш любитель крушить головы милицейских сотрудников. Володя зевал, на вопрос: «Ты все понял?», усиленно кивал, что приводило меня к подозрительной мысли, раз у него не возникло ни одного вопроса, следовательно, он ничего не понял или моя идея по своей сути такая хреновая, что Володя стесняется об этом мне сказать.

- Отстань, я все понял, - начал выталкивать меня из-за стола, наконец-то проснувшийся Володя, когда я решил ему свою фигню рассказать в третий раз. У него, по всей видимости, включился защитный механизм, который начинает действовать при большом количестве бредовых идей.

- Так ты так и не рассказал, с кем ты там замутил? - начал я интересоваться личной жизнью коллеги. Коллега не уловил заботливых ноток в моем вопросе: «Не твое дело!» - отрезал он.

- Тогда я пошел, - не понимает Володя, что я тут, можно сказать, жизнью своей рискую, набиваясь на повторную встречу со своими подозреваемыми.

Первым пошел на встречу с Алексеем Владиславовичем, директору оптовой базы. Директор недовольно поморщился, все равно встреча с представителями милиции вызывает разные эмоции, разные, только не равнодушие и безразличие. Это как встреча с первой любовью, всегда на душе неспокойно.

- Я, по-моему, вам все рассказал при первой встрече, - сурово начал он, - не ожидал вас снова увидеть.

- Алексей Владиславович, в деле появились новые факты, от которых следствие не может отмахнуться.

- Какие такие факты? Я же был в командировке, меня не было в Абакане. - Директор злится на тупость милиции. Ничего, потерпишь. В таких нестандартных сложных ситуациях у тебя как второе дыхание открывается, за твоей спиной государство, оно тебя кормит и поит, защищает от таких директоров. Пусть ты с утра до вечера носишься и возишься в дерьме и отбросах человечества, выезжаешь на ночные дежурства, осматриваешь утопленников и обгорелые трупы, пишешь отчеты и заключения, пусть твой недалекий начальник орет на тебя с утра до вечера. Но если тебе нужно будет для дела - ты все управление оптовой базы поставишь раком, потому что ты - государство и все, что ты делаешь, все идет во благо государства.

- Такие факты, что у нас есть свидетель, который утверждает, что вы встречались с девушкой, которую убили, он готов опознать вас при встрече. Прошу прийти завтра на опознание к 10 часам утра.

- С ума сошли, какое опознание, какая к черту девушка. Нет у меня никакой девушки.

- Не волнуйтесь, следствие разберется, - успокаиваю его, делая туповатую милицейскую гримасу. Ведь так должен, по мнению большинства обывателей, выглядеть милиционер обыкновенный. Чуть чего вытягиваться в струнку и кричать : «Так точно!»

Приглашение Алексей Владиславович получил, хоть и неофициальное, без повестки. Следующим в списке идет наш военный. Захожу в кабинет и решаю сразу брать инициативу в свои руки, а то с этими военными беда, чуть что орут, с толку сбивают. Забудешь от страха зачем пришел.

- Добрый день, Семен Константинович,- начинаю я бодрым голосом, - в ходе следствия выяснились новые обстоятельства дела, вам нужно прийти завтра в 11 часов.

- Да я вас, да вы у меня за произвол ответите, - сразу в карьер начал повышать голос военный начальник. - Да я вашему начальнику обо всем доложу!

- Это ваше право, - покладисто отвечаю я, - а у меня, как вы понимаете служба, обязан донести до вашего сведения, так что жду вас, прошу не опаздывать.

- Это кто опаздывает, да по мне Москва часы сверяет, - уже мне вдогонку несется рык офицера армии.

Чувствую, уволят меня из-за этого начальника военного округа, все вилами на воде писано, пойдут от высокопоставленных чиновников на меня жалобы, сживет меня Казарян со света белого.

Остальные представители подозрительного списка тоже были извещены соответственно, в 12 часов, в 13 часов и 14 часов. Выслушав до обеда зашкаливающее количество обвинений, криков и угроз в свой адрес, решил, что пора пойти и перекусить в столовую.

Так кто же из них знает Оксану? У Ивана Ивановича есть хорошее алиби на момент убийства, он сидел в конторе птицефабрики и дописывал в срочном порядке свой акт проверки, он был на рабочем месте с 8 часов утра до 5 вечера. Его видела главный бухгалтер птицефабрики и секретарша директора. Главный бухгалтер ждала акт проверки для того, чтобы ознакомиться с замечаниями. Секретарь копировала дела предприятия, которые требовал Иван Иванович в ходе ревизии. Допустим, что Иван Иванович не при делах. А что думаешь насчет Александра Самойловича, председателя сельхозкооператива? С такой внешностью он мог быть кинозвездой, пиратская белоснежная улыбка, мускулистое тело. Вот такие Александры Самойловичи действуют на мозги и сердца юных девочек, типа, Оксаны. Ах, он милашка, ах, какой красивый мужчина. А ведь он мог бы ее придушить. Да, в этом все дело. Придушить, этому харизматичному председателю легче придушить девчонку, силы и воли ему не занимать. Чувствуется характер. А Оксану отравили. Отравление обычно приписывают женщинам, но всемирная цивилизация уже всех давно уравняла. Мужчины тоже не брезгуют этим видом преступления. Но мужчины интеллигентные, которые в силу воспитания не желают пачкать руки в крови своей жертвы. Допустим, у нас нарисовывается предполагаемый портрет убийцы: интеллигент, белая косточка. Умный, решительный, интеллигентный, в возрасте, у него есть возможность получить яд. Нет, все равно, рано списывать со счетов Александра Самойловича, рано. В Доме профсоюзов на совещании его видели, с 14 часов он тоже мелькал при подписании договора. Здесь вопросов нет, но никто не видел его с 12 до 14 часов при подготовке договора. Его сверхпрофессиональная секретарша была на обеде, сотрудники сомневаются был ли он в кабинете или его там не было. Так что будем держать его под подозрением.

Очень хороший объект Рустам Михайлович, спросите меня, мог ли он совершить преступление, я, не задумываясь, скажу - мог. Человек со связями может получить яд. Яд - опасное оружие, им прекрасно умели управляться даже дикие племена, типа, яномами в Бразилии, это грозное оружие незаметного племени ниндзя в Японии. Может быть, в будущем люди научатся грамотно анализировать следы ядов и сразу находить противоядие.

Еще раз зашел в кабинет Володи и проинструктировал его о том, что на этот вечер мне нужно обеспечить охрану. Надеюсь, не оплошает. Почему я уверен и уперся, что именно сегодня вечером на меня будет совершенно нападение. Ведь преступнику нужно время, чтобы подготовиться. Но если судить по прошлой ситуации, преступник быстро сориентировался и нанес по моей голове сокрушительный удар. Боюсь, что второго нападения могу и не пережить. Прекрасная прохлада апреля бодрила, даря ложные надежды на скорое потепление. Зыркаю по сторонам, главное, не потерять бдительности, будем надеяться, что Володя уже занял свой форпост. Под моими подошвами форменных милицейских ботинок похрустывают льдинки замерзшей воды. Погода в центральной части Минусинской котловины изобилует странными перепадами тепла и холода. Ну все, хватит изображать медленно ползущую черепаху, по всей видимости нападение переносится до следующего раза. Подойдя к своему подъезду услышал подозрительное пыхтение и сопение. Похоже, поймал кого-то Володя.

- Здравствуйте Владислав Викторович! Вы не меня ли ожидали?

- Ты его знаешь? - удивился Володя.

- Конечно, это же преподаватель административного права,

- Я здесь совершенно случайно, отпустите меня, - начал кипятится профессор.

- Я так и подумал,что вы здесь совершенно случайно прятались. У следствия к вам несколько вопросов, которые нужно обсудить в срочном порядке.

Позвонили в дежурную часть, сказали что задержали подозреваемого по делу Оксаны. Пусть приедут на служебной машине, не потащим же мы этого кабана у себя на загривке.

Передали упирающего задержанного оперативникам. Володя предложил пока не исчезли улики, получить ордер на проведение обыска в доме преподавателя. На следующий день Владислава Викторовича привели ко мне в кабинет для допроса.

- Ну, что, Владислав Викторович! Давайте еще раз поговорим об Оксане.

- Мне нечего вам сказать, - начал упираться преподаватель.

- Владислав Викторович, у вас изъяли нож с ядом.

- Нож, яд... , что еще скажете? В советской стране каждый гражданин имеет право купить и использовать нож для хозяйственных нужд. Вы считаете, покупки сами к вам в дом прилетят?

- Ножик явно не хозяйственный, да еще обработан ядом.

- Ничего не знаю, купил в магазине.

Этот профессор считает себя очень умным, сейчас выявляются отдельные составляющие. Хорошо, хоть нож у него изъяли в присутствии понятых, а то отопрется, скажет, нож не мой, ничего не знаю, я не я и лошадь не моя. Тот же тетродоксин на ноже. Страшно подумать, если бы этой штукой порезали мне какой-нибудь важный или не важный орган, яд быстро бы проник в кровь и приговорил меня к высшей мере. Володю тоже теперь эта мысль донимала, «юноша бледный со взором горящим», пал бы смертью храбрых если бы этот светоч науки успел пырнуть его ножичком. Стоит человеку встать на путь преступления, как его не отличить от убийцы со стажем, по большому счету человеку без разницы, убьет его бандит с большой дороги или интеллигентный профессор университета. Умирать никто не хочет.

Добровольное признание Владислава Викторовича.

Летом прошлого года, в библиотеке института, я встретил Оксану, которая готовилась к вступительным экзаменам в наш институт. Застенчивая девушка, уровень знаний явно средний. Не поступит, подумал я, - то что я преподаватель я, конечно, не сказал. Зачем? Начнет клянчить, просить помощь при поступлении. Потом я увидел ее на лекции. Удивился даже, поступила. Не поленился, сходил посмотреть ее результаты вступительных экзаменов, приличные, надо сказать. Удивила ты меня тогда, Оксана, удивила. Заинтересовался девушкой, начал ее преследовать, прицепилась как болезнь, как наваждение какое-то нашло. Не сказать, что она была какая-то особенная, или красивая. Но вот ее застенчивость и скромность прямо притягивали меня к ней. Начал ее шантажировать, говорил, что только благодаря мне она поступила в институт. Испугалась, когда начал говорить, что пойду к ректору института и попрошу перепроверить результаты вступительных экзаменов, начал угрожать перспективой пересдачи экзаменов. Вот они скромные, не верящие в свои силы, постоянно сомневающиеся в себе девочки из провинции, становятся легкой добычей наглых хищников, вроде меня. Я хищник, я был на седьмом небе от счастья, когда она стала моей любовницей. Мы встречались с ней два раза в месяц, на моей квартире. Жена умерла рано, сын живет отдельно. Старый сатир и трепетная лань,скажете вы и будете правы тысячу раз. Я ей был противен, противен с ног до головы. Но странное дело, чем больше она меня ненавидела, тем больше я ее любил, жалел, понимал и ничего не мог поделать с собой. Не мог отпустить мою девочку. Однажды в гости приехал сын неожиданно, привез лекарство для сердца. Я занервничал, пытался его быстрее спровадить, потому что должна была прийти Оксана. Он видел мою злость, страх, желание побыстрее от него избавиться, но почему-то тянул время, цеплялся то за одно, то за другое. В дверь позвонила Оксана, я аж вздрогнул от неожиданности. Не успел я встать из кресла, как сын уже открыл дверь. Пока я дошел до двери, сын уже представился Оксане. Конечно, свидание мое накрылось медным тазом. Оксана, спасая мою и свою репутацию соврала, что я ее научный руководитель. Что выглядело со стороны очень подозрительно, к научному руководителю не ходят без реферата. Затем мой сын решил непременно дождаться завершения наших научных переговоров, сидел и ждал в зале. Мне пришлось извиниться перед Оксаной, поблагодарить ее за ложь во спасение и смотреть, как мой сын идет ее провожать. Она ему понравилась сразу, он приглашал ее на свидание бесчетное количество раз, несколько раз приходил к ней в общежитие. Когда они начали встречаться, Оксана объявила мне о том, что все отношения между нами прекращаются. Это был нескончаемый кошмар, я ненавидел ее, я ненавидел собственного сына. О,как я завидовал его молодости и красоте. Будь я моложе, я бы не раздумывая, женился на этой девушке. Пусть наши отношения начались с обмана, моего обмана, но потом они переросли в высокое чувство. А теперь мой сын собирался жениться на моей Оксане. Когда они пришли вместе, молодые, красивые, я вдруг остро почувствовал, что скоро умру. Они будут радоваться жизни, свету, а старый извращенный старик уйдет из этой жизни. Когда Алексей поцеловал ее, у меня в сердце будто нож провернули. Развратная девка никогда не войдет в нашу семью, это я тогда решил твердо и бесповоротно! Яд я привез из Сахалина, четыре года назад был в составе научной экспедиции . После лекции зашел в аудиторию, попросил ее остаться. Знал, что остальная группа разбежится: кто в столовую, кто в буфет. У меня на это был свой расчет. Я угостил ее мороженным в стаканчике, мороженное уже подтаяло, на это тоже был свой расчет. Вытащил ложечку, которая была обмазана тетродоксином, ложечку держал в чистом носовом платке. Я знал, что она любит мороженное в вафельных стаканчиках. Спокойно смотрел как она слизывает мороженное с отравленной ложечки. Сдохни, сдохни тварь. Опять вытащил свой платок. Оксана аккуратно положила ложечку и смятый стаканчик из под мороженного в мой платок. Я сказал, что все выброшу по пути. Ей уже было нехорошо, затрудненное дыхание - я это видел. Она медленно шла по дороге к общежитию. Я смотрел на нее из окна, радовался и сомневался, как это я смог, неужели это я сделал, убрал эту мерзкую девку с дороги своего сына. Он еще найдет свое счастье, мало ли хороших девушек на свете, только Оксану он не получит. Кто угодно, только не Оксана. Только не моя Оксана. Ночью мне приснилось, что Оксана в комнате, я обрадовался и сказал: «Хорошо, что ты живая и здоровая, я ведь тебя отравить хотел». Она улыбнулась и сказала: «Я знаю». Утром проснулся, с облегчением подумал, слава богу, она живая. Все ерунда, главное, она живая. В институте первым делом сказали, что студентка второго курса умерла. Умерла все-таки. Потом началось следствие, пришел молодой наглый следователь, начал всех расспрашивать, кто видел Оксану последним, что она делала. По институту поползли слухи, что ее убили. Все шептались, строили различные версии. Я тоже шептался, строил версии, и мне было странно неуютно, что никто даже не может предположить, что вот этот старикан может быть виновен в смерти молодой девушки, никто даже не мог предположить. Затем каким то образом следствие вышло на моего сына, его не допросили, потому что он в подозреваемый период был в командировке. После смерти Оксаны, он не желает меня видеть. Я несколько раз приходил к нему на квартиру, он даже не открыл мне дверь. Мой несчастный мальчик так близко к сердцу принял смерть этой провинциальной девочки. Я должен был принять ответные меры. Город наш небольшой, у следователя, который производил опрос, сестра учится в нашем институте. Попросил старосту группы собрать у учащихся адреса родителей, ближайших родственников для заполнения справки по институту. Мало ли справок и отчетов у нас в институт? У нас в институте очень много разных отчетов.

Мог ли я знать, что это преступление отразится на моих дальнейших отношениях с Ритой, моей блестящей Ритой, отрадой моего сердца.

Потихоньку, помаленьку мы вытянули из профессора признание о том, как он шантажировал девочку, склонил ее к сожительству, а затем убил ее когда его сын Алексей Владиславович влюбился в нее. Это его видел Стас, когда тот хотел встретиться с Оксаной. Если бы наш преподаватель ее не убил, не представляю себе этот ужасный союз отца и сына. Бог и советский суд во всем разберется и накажет каждого по заслугам.

На следующий день я зашел в ателье. Суровая дама сначала сделала вид, что меня не узнала, потом сморщилась в притворной улыбке:

- Ваш костюм-тройка готов. Родион Павлович постарался, удивительный мастер. Вот здесь у нас примерочная, - визитная карточка ателье старалась быть очень внимательной к простому следователю, на которого недавно писала жалобы.

Костюм на мне сидел как влитой, хоть сейчас иди в ЗАГС. А что, хватит холостяком бегать, пора делать предложение прекрасной девушке. При этой мысли я заволновался. Одно дело приударить за интересной девушкой, а с другой стороны взять на себя ответственность за всю ее дальнейшую жизнь. Ведь я - мужчина, должен обеспечивать жену и детей, которые, наверняка, появятся в дальнейшем. В-общем, дальнейшие мысли о женитьбе мне испортили настроение и погасили восхищение от моего костюма. Вот какие мысли способны испортить настроение и привести к тому, что я забыл сказать «спасибо» Родиону Павловичу. Только мастер не забыл меня. Когда я вышел из примерочной кабинки, он горделиво стоял рядом с суровой приемщицей и ожидаемо ждали похвалы от привередливого клиента, каким был я в их глазах.

- Дорогой Родион Павлович! - Не заставил я себя ждать, - все просто здорово. Костюм сидит хорошо. Сразу решил предложение девушке делать, просто уже есть в чем жениться.

Родион Павлович на похвалу не купился, сурово посмотрел на приемщицу.

- Успеешь еще жениться, в таком костюме нужно ходить и девушек наповал убивать своим шикарным видом. Дай девушкам на тебя насмотреться. Жениться никогда не поздно, успеешь еще черный костюм для свадьбы купить.

Приемщица поджала губы:

- Молодой человек, не слушайте его. Вы составите счастье любой девушке, - она кокетливо поправила свою высокую прическу, - да, и для любой женщины тоже. Идите в кассу рассчитываться.

Потратив четверть своей зарплаты, я все-таки был рад такому приобретению. Костюм был великолепен, дарил чувство комфорта и уверенности, в этом костюме ты мог станцевать и пробежаться, пройтись по центру города и появиться на любой вечеринке. Ну что вы хотите, я был молод и неотразим, а в этом костюме моя уверенность возрастала в разы. В конце концов, я сумел, рискуя жизнью, воплотить свой гениальный план по захвату преступника. Пусть вначале преступник оказался хитрее меня и сумел огреть меня по голове, но ко второму нападению я уже был готов, так как сам его и организовал. Вот таким манером подбадривая себя, я вечером отправился встречать Риту. Приближение майских праздников ощущалось в свежем дуновении ветра и развесистых тополиных сережках, в легкой нервозности начальства, ответственных за сбор и явку сотрудников, которые должны были не подкачать и дружной колонной пройти перед трибунами политических идеологов социализма. Мимо меня прошла сотрудница Ритиного отдела, а Риты не было видно.

- Здравствуйте, профессор, - навстречу мне шла Анжела, - по моему, вы кого-то потеряли?

- Добрый вечер, Анжела! Риту не вижу. Не знаешь, когда у нее смена закончится?

- Потерял Риточку, уехала на стажировку в Англию, - пропела Анжела.

- Когда уехала? - не веря своим ушам, спросил у Ритиной подруги. - Что же мне не сказала?

- А она никому не сказала, улетела позавчера, а вчера нам на планерке сообщили, что в результате необходимости повышения квалификации банковских работников и укрепления финансовых связей наш работник банка выбран и утвержден вышестоящим руководством Центрального банка. Так что не только ты был в неведении.

Я держал удар под насмешливым прицелом изучающих глаз Анжелы, но судя по ее улыбке мой подвиг вызывал у ней жалость. «Хорошо, что в новом костюме не приперся, а то совсем было бы тошно», - подумал я. Махнул на прощание Анжеле и устало двинулся как проигравший лыжную гонку спортсмен олимпиады в Лейк-Плэсиде. Я на ней жениться собрался, а она, в Англию уехала. Все бабы как бабы, живут в Хакасии годами, никуда не выезжают, всем довольны. А Рита к подлым капиталистам полетела. Нет, не патриотка она, а я еще на ней жениться собрался.

Женское коварство задевает какие-то самые чувствительные струны в душе мужчины. Еще днем я сомневался и у меня портилось настроение при мысли о предстоящей женитьбе, а теперь, когда объект моего плохого настроения покинул страну, мне начало казаться, что я ее полюбил с первой нашей встречи, отдал ей всего себя без остатка, а она ответила предательством. Да, было ощущение, что тебя предал самый родной для тебя человек.

- Может у нее причина была.

Тьфу, ты, как не вовремя, опять бабушка появилась. Как только расстройство на нервной почве, так тут она появляется.

- Здравствуй,бабушка, и проваливай. Честное слово, не до тебя сейчас.

- Вот и я говорю, не может такая серьезная девушка уехать и нечего тебе не сказать.

- Видишь, может. И красивая может, и серьезная может взять и уехать.

- Конечно, может. Она же тебе не собачка на цепи, возле тебя сидеть и дом сторожить. Самому бы предложили в Англию смотаться, бегом бы побежал.

- А вот и не побежал бы.

- А куда бы побежал?

- В Японию, страну Восходящего солнца.

- Тебе же раньше Арктика нравилась, все хотел на собачьей упряжке да на лыжах побегать.

- Ну, или в Арктику.

- Вот и поезжай в Неожиданное, на медведя сходи, там у тебя и лайки, и лыжи, и ружье охотничье.

- Скажешь тоже, на медведя. У меня же работа.

- Конечно, сначала работа. Вот, иди прямо сейчас и пиши свой отчет. Такое великое дело сделал, преступника поймал. Вот, душегубец, отравил девчонку. Ты - молодец, собой рисковал, а дело сделал. Наша порода, иридековская. Весь в деда Албынжи.

Бабушка еще долго нахваливала меня, зудела как комар, а мне, действительно, захотелось в тайгу, там еще на вершинах гор снег лежит, воздух морозный, ночевка у костра. Все, решено, пора в тайгу на охоту собираться. Для начала напечатать отчет о проделанной работе и на выходных свалить из города, чтобы тебя начальство не достало и не выдернуло на какой-нибудь «особый» случай. На сердце боль, в голове сумбур. Чем дома отсиживаться, придется весь вечер просидеть над своей верной печатной машинкой.

«В результате проведенных мероприятий задержан подозреваемый Д., в присутствии понятых у подозреваемого был изъят нож. Экспертиза установила на ноже отпечатки пальцев подозреваемого Д., яд - тетродоксин, по своему составу идентичный яду, который нашли в крови у Оксаны Ч.»

Справки, показания, отчеты, фотографии, заключения экспертов. Надеюсь, этого сукиного сына ждет заслуженное наказание.

Когда я вышел с конторы, было уже около 12 ночи. Все, что не успел сделать сегодня, уже буду подгонять в понедельник.

Поздно ночью собираюсь на охоту, ружье, охотничий билет, палатка, рюкзак с продуктами, теплые вещи. Утром проснулся с чугунной головой, хмуро посмотрел на себя в ванной. Какая охота? Нужно еще за Палычем заехать. Палыч - это мой двоюродный дядя, рьяный охотник, он знает повадки всех зверей и птиц, хитрый, выносливый - настоящий шорец. Ни свет, ни заря я приперся к Палычу, который тоже по деревенской привычке встал рано и теперь хмуро подметал двор. Увидев меня, обрадовался, усадил меня за стол пить чай, а сам пошел собираться в дорогу. Настоящий охотник понимает другого с полуслова, видит у человека ружье, с рюкзаком с утра пораньше заявился, значит пора собираться в дорогу. О чем здесь еще говорить?

- Бери патронов побольше, - советую я ему.

Палыч отмахивается от меня как от надоедливой мухи, что под руку говорить бывалому человеку, ученого учить - только портить. В автобусе меня, уснувшего поздно, а вставшего рано, тянет в сон. Палыч с удовольствием в сотый раз вспоминает как мы охотились на Джойке. Сам себе рассказывает, что-то спрашивает и сам же отвечает на поставленный вопрос. Под его разговор сам с собой, я начинаю тихо кемарить. Иногда Палыч переключается на меня конкретно и усердно спрашивает меня о чем-то, я серьезно киваю, что-то угукаю и опять начинаю дремать.

В Неожиданном забираем с собой на охоту двоюродного брата Палыча, у него самые знаменитые на всю Хакасию лайки, молчаливые, белоснежные, свирепые. Берем самого умного из всей своры - Мальчика. Погода потихоньку начинает портиться, дует ветер, если так пойдет, к вечеру и снег выпадет, вот будет веселуха, по колено в сугробе тащиться до привала. От одного хребта к другому, подьем и спуск, и опять подьем. По колено в снегу, рюкзак килограммов на пятнадцать, ружье килограмма три, понимаете, что не каждому дано быть охотником. Взмыленные, уставшие доходим до охотничьей избушки. Поклон низкий всем труженикам тайги, за то что поставили добротное жилище в тайге. Оно - защита от холода и дикого зверья, где закон один - сила.

Разожгли огонь, поставили котелок, похлебку сварить, чай вскипятить. Между делом рассказываем родственнику последние абаканские новости. Палыч при этом так привирает, что слушать его одно удовольствие, заодно интересуемся последними новостями в Неожиданном. Брат рассказывает про медведя, который ходит возле деревни, в тайге еще ничего нет, у одного корову задрал, у другого охотника охотничью лайку утащил. У всех хозяйство, а тут далеко не уйдешь, жители за свою жизнь уже опасаются. О медведе всегда говорят только уважительным тоном, он - самый крупный хищник в тайге. Отличный охотник, пловец, не говоря уже о том, как ловко он лазит по деревьям. По интеллекту медведи не уступают человеку, способны решать сложные задачи, хорошо ориентируются в окружающем пространстве, обладают отличной памятью, каждый зверь ярко индивидуален. Это тайга - здесь царь медведь. Дураков, которые любят спорить, не хочу даже слушать. Вот тебе нож, батон хлеба и иди в тайгу - доказывай, что сильнее, хитрее и выносливее медведя.

Разлили по мискам суп, достаю водку из рюкзака, разливаю по кружкам. Беру ложку и брызгаю водку в огонь. Земле, небу, другим божествам, поминаем предков, просим хорошую охоту для себя, пусть не сердятся, если обидели нечаянно. Цивилизованный человек вне цивилизации быстро превращается в человека обыкновенного кайнозойской эры.

Тихо ложимся спать, все так намерзлись и умотались за день в пути, что глаза закрываются сами. Только закрыл глаза, а уже подьем, как в армии, когда падаешь в кровать уже в глубоком сне, кажется, только твоя голова коснулась подушки, как тебе в ухо зверский крик старшины: «Подъем!»

Вокруг нас темень, температура упала, наверно, градусов до минус 5, дует ветер, черные ели, сосны, кедры, над черным океаном тайги звездное небо. Дремучие ветки деревьев пытаются ухватить тебя за охотничью куртку, корни, не видимые из-под снега, подставляют тебе подножку, холодный ветер из темноты бросает тебе в глаза пучок колючего снега и прошлогодней листвы. Но ты все равно чувствуешь приближение весны в серебристом запахе сосновой смолы, во вспыхивающих льдинках снега, в золотистом мерцании таежного воздуха.

Добыли зайца и глухаря, зайца отдали родственнику, а глухаря забрали мы себе с Палычем.