Иван и постмодерн

Глава 1

На дворе 2199 год. Жизнь постмодерна. Иван Гулькин шел по лестнице, размахивая носовым платком. Дверь открылась, он вошел, кивнул, сбросил туфли, лег на диван и с облегчением закрыл глаза. Теперь можно было позволить себе хоть чуть- чуть расслабиться. Была тысяча миров, которые хотелось навестить. Правда, где они находятся, было неизвестно, но какая разница. Главное, чтобы они были. И вместо миллиона миров у него остался всего один — этот самый диван. Для дальнейшего использования дивана надо было совершить простейший трансформационный акт. Сначала номер двадцать девять. Закрыть глаза и представить, что он превращается в целый мир. А когда это произойдет, открыть глаза и понять, что он вернулся в свой прежний номер двадцать девять. Но зато теперь можно попробовать посетить другие миры. К примеру, такой:

Гулькин посмотрел на лежащий перед ним носок, затем переворошил пачку « Pall Malls» и вытащил две штуки. Это была его слабость. Вот уже несколько лет он покупал ее только там, в мире №790, в здешней действительности. Наблюдая за тем, как меняется цвет носка, он пытался представить мир, в котором тот находится. Но результат оставался нулевым — он тонул в разнице красок. Тогда, выбрав мир №98, он представил, что все оттенки алого цвета появляются на носовом платке, и он уже не напоминал носовой платок, а превратился в фиолетовый остров, утонувший в красном океане. Устав от транслокаций, он вспомнил о мире номер 126, где тоже происходили изменения. Но его воспоминание об этом мире было не более отчетливым, чем мысли о носовом платке и море. Тогда Ваня встал с дивана, прошел пару метров и наклонился за чудным устройством из солнечных батарей, похожим на большую кофеварку со здоровенным металлическим термометром. Он взял его в руки, постоял так, глядя на свет, пробивавшийся сквозь зеркало, и решительно повернул регулятор. Экранчик приветливо засветился. Надпись гласила : « Запуск системы. Время готовности 15 минут». Он выключил устройство и повернулся к матери. Оценивающе поглядел на ее голову, улыбнулся, вытащил из кармана зеленую упаковку туалетной бумаги и стал рыться в кармане. В полумраке родительского дома бумажка светилась разноцветными пятнами. Наконец Ваня нашел в каком- то странном месте крошечную металлическую штуковину и щелкнул ею. В комнату хлынул поток света. И сразу стало так светло, что мать сказала: — Ну что, сын? Угадала? — Угадала, — сказал он. — Ты у меня « звезда» номер два. Поняла? Мать засмеялась. — Как там в школе, Ванечка? Читали что- нибудь новое? — Читали, — ответил он. — Про буддизм. Недавно английский перевели. Про Будду. А в школьном курсе его часто цитируют. Есть даже специальная программа. — Ну и что же они говорят? Ваня пожал плечами. — У них там много всяких евразийских сказок про этого Будду, — сказал он. — Особенно много про его жизнь и смерть. И про просветление и бодхисатву. А один учитель говорил, что надо делать упор на внутренние качества. Вот я и хотел, чтобы ты узнала про это. Когда ты прочтешь этот курс, ты поймешь, о чем речь. Я сначала сам хотел прочесть, а потом подумал, что ты об этом лучше знаешь, чем я. Мать помрачнела. — Ты что, считаешь, что я полная дура? — спросила она. — Нет, — ответил он. Готовность устройства походила к завершению, Иван повернул ручку , под его ногами заскрипел фундамент. Свет померк. Мать кивнула. — Все, — сказала она. — Ты готов. Отключай. Иван ткнул пальцем в кнопку. Наступила звенящая тишина. Потом где- то на чердаке что- то треснуло, и по темному залу прокатилось эхо. Иван встал. На его лице застыла странная гримаса — смесь отвращения и неуверенности. Подойдя к окну, он выглянул наружу. Было совсем темно, на улице опять гулял ветер. Ваня поднял глаза. Над забором из желтых шестов взметнулась к небу тонкая огненная спираль. Иван повернулся к матери и сказал: — А если они включили… и на нас? Вдруг он увидел на ее лице беспокойство. — Не бойся, — сказала она, — у нас новый вид связи. Кучка людей на улице уставилась на Ваню, а их передачи идут к нам непрерывно. В тысячу раз медленнее.

Передача мыслей шла на скорости 256кбит/с, такое ограничение было обусловленно необходимостью полной синхронизации. То же относилось к скоростям мышления, когда прием велся через ION. Когда запись была готова, пришел черед Ивана. Школьник готовился передать гостям информацию о его приключениях в других мирах, за это он получал баллы, которые можно было потратить на еду или технику. У него был опыт общения с техническими устройствами на разных этапах жизни. Получив баллы, он направился к терминалу. Следовало дождаться очереди, и минуты казались ему часами. То, что он услышит, еще нельзя было назвать « мыслями». На экране возникали разные яркие абстрактные формы, но после нескольких часов работы внимание начинало рассеиваться, а ритм вносил свою лепту в утомление. Прошло около десяти минут. Иван уже начал клевать носом, как вдруг экран засветился и появилась увеличенная страница внутреннего содержания. Заказ Ивана был готов, новый ION с возможностью записи в формате .tbh прибудет завтра, усталость взяла верх , и Иван уснул. Проснувшись через несколько часов, он обнаружил, что сумел обработать и передать информацию на 305 байт и заработал 20 баллов. Развернув и прочитав следующее сообщение, он понял, что произошло нечто особенное, и ощутил небывалый душевный подъем.