Индюшинная ферма

Глава 1

Приятели встретились на террасе в кофейне со странным, но теперь уже привычным названием "А куда пропал твой лисий хвост"

Было известно, что это заведение зачастую именуют кратким вульгарным прозвищем «хвост», или банальным «у лисы», но ни один завсегдатай кофейни не опускался до подобной пошлости.

- Понимаешь, это как система обнаружения «свой-чужой», - высокомерно разглагольствовал Алекс, когда речь заходила о столь любимом их сердцу заведении, - вот ты смог бы довериться существу, если бы тот пригласил тебя выпить чашечку кофе в «хвосте»? Даже звучит премерзко.

Марк был менее категоричен, но своё мнение держал при себе.

Мелкий дождь постепенно усиливался.

Алекс, увидев друга заулыбался, жизнерадостно замахал рукой, но не перестал поглощать нечто. Как обычно, не дожидаясь Марка, обжора закатил себе пир. Стол был заставлен немалым числом блюд, множеством соусов, булочницами со вкусно пахнувшими хлебами.

Над Алексом распростёрся прозрачный полог, укрывающий того от дождя. Разглядеть полог, понятное дело, никто не мог, но догадаться о нем было не сложно. Дождь скатывался ручейками далеко за ограждение террасы, оберегая яства на столе и совсем краешком стул для Марка.

«Не стану его просить растянуть защиту, спасибо, хоть на мокрое сиденье не придётся плюхнуться», угрюмо решил Марк усаживаясь напротив, бывало в его жизни и такое. К сожалению, он так и не сумел закончить курсы бытовой магической подготовки и, как обыкновенный индивид, вынужденно прибегал ко всяческим приспособлениям, изобретёнными бездарными людьми. В дождь ему приходилось таскать чудовищную трость, исполнявшую множество функций, в том числе и зонта.

Усевшись за стол, Марк попытался расположить зонт так, чтобы вода не заливалась ему на спину и за воротник.

Алекс, продолжая что-то жевать с интересом наблюдал за усилиями друга, но помощь не предлагал, подлец эдакий.

– Ладно, прекрати, - спустя пару минут Алекс не выдержал, - рассказывай, зачем меня вызвал, за какое дело взялся? Так и быть, прикрою от мороси, только монстра своего убери, - махнул рукой приятель. - Не дождался тебя, как видишь, ты пробуй, слюнки до сих пор текут от наслаждения! Я никак насытиться не могу, но это не мешает мыслительному процессу. Итак, я сделал гениальный вывод, - заговорщицки понизил голос Алекс, - я серьёзно подозреваю, что вначале было не слово...

Марк моментально купился:

- А что? Ты о чем вообще?

- «В начале времён была фраза:зараза, какая же вкусная зраза!» Кстати, предлагаю это блюдо переименовать. Статейку напишу, обоснование придумал, послушай: «наши трудолюбивые ученые расшифровали манускрипт и с восторгом узнали какой была первая фраза, прозвучавшая в начале времён! Оказалось, её воскликнул тот, кто в эдемском саду наслаждался чревоугодием!Позже его ученики, экономя место на пергаментах, записали для краткости, мол вначале было слово... Как тебе?

- Я промок, голоден, но сейчас уйду, если ты не прекратишь глумиться, - раздражённо ответил Марк, стряхнув с зонта воду, с усилием закрыл его.

Алекс довольно захихикал, затем, красуясь, небрежно прищёлкнул пальцами, с пафосом произнеся:

- Нате! - и дождь мгновенно забарабанил по развернувшемуся над всей террасой пологу.

Все эти пассы, щёлканье пальцами и прочие выкрики были абсолютно не нужны, но Алекс любил театральщину, наслаждался собственной игривостью и несколько раз на дню сообщал окружающим, что в нём погиб великий актёр, родив миру ещё более великого репортёра.

- Видишь, я немедленно выполняю часть нашей сделки, дружище, рассказывай!

– Неравноценный обмен, - благодушно возразил Марк, выбирая, с чего начать.

– Жизнь, как ты знаешь, несправедлива. Хорошо. Угощу кофе.

– Угощай, - согласился приятель.

Алекс подозвал официанта.

– Капучино и мохито. Только если и в это раз добавишь алкоголь...

– Да понял, я, понял.

Официант забрал блюдо с объеденными костями, смахнул невидимую крошку и откатился от их стола.

Ну, не умели груимиры нормально ходить.Ползали, как черепахи, кому понравится, что твой заказ исполняли в течение двух-трёх часов, на работу бедолаг не желали брать и целая раса едва не погибла от голода. Защитники страждущих подняли крик, хоть какая-то польза от них случилась и нашелся же некий прощелыга, додумался, быстренько запатентовал приспособление, известно лишь, что состояло оно из шести подшипников, но вот как крепились те с конечностями груимиров, осталось великой тайной. Умник разбогател, стал почти божеством, раса была спасена и во всех заведениях общепита наступило благоденствие.

Марк с интересом наблюдал за работой этих существ, подозревая у них наличие магии, однако, надо добавить, он всех подозревал в магических способностях, тихо завидовал.

Официант покатился исполнять заказ, постепенно увеличивая скорость, направляясь в странное место, туда, где «вдали серело что-то зелёное»

- Как думаешь, это нечто, куда мчится наш сервировщик, можно назвать кухней? - задумчиво спросил Марк у Алекса.

А груимиры его действительно интересовали, к ним он относился с симпатией и некоей жалостью, этот совершенно безобидный народец, мог работать только официантами. Память у них оказалась отменной, были расторопны, вежливы, не клянчили чаевые и удивительно ловко своими клешнями расставляли блюда.

- А теперь ты решил меня за нос водить, Марк? Не тяни, начинай рассказывать, - Алекс прикурил сигарету, встряхивая рукой горящую спичку. Он никогда не задувал пламя, считая это плохой приметой, отшучивался, что чтит законы предков, так делалось в его семье на протяжении многих поколений и кто он такой, чтобы нарушать традиции.

Марк не курил, но всегда с удовольствием вдыхал аромат поднимавшегося сигаретного дыма.

Он получал наслаждение от любых тончайших запахов, даже неприятных для человеческого обоняния, это и была его уникальная особенность, но также было и его заработком.

Официально Марк являлся штатным сотрудником полицейского управления и его прямой обязанностью было выезжать на криминальные трупы высокопоставленных граждан или знати.

Дождь постепенно прекратился, пахнуло мокрой травой, свежестью, воздух стал прозрачен, небо прояснилось и можно было наблюдать как "солнце ползло к горизонту с черепашьей скоростью".

- Готов пойти со мной? Ты давно хотел посмотреть, как я работаю, сегодня увидишь. Заказал для тебя пропуск, только одно условие, ты не задаёшь ни одного вопроса в том месте где мы будем, ты не дурачишься. Ты, Алекс, только наблюдаешь. Уяснил? И я не шучу, - для большей убедительности Марк наставил на друга указательный палец.

Алекс кивнул.

Марк помолчал немного, кивнул в ответ и продолжил:

- Позже, я отвечу на твои вопросы, но материал ты сможешь публиковать после того, как получишь письменное разрешение. Не ранее, если хочешь остаться в своей сфере.

- Марк, ты же знаешь меня, я держу слово, когда обещаю, - слегка рассерженно проворчал Алекс.

- Да, знаю, именно поэтому жду от тебя подтверждения.

Алекс уставился на Марка, какое-то время пыхтел, рассержено бубнил что-то, затем дал слово выполнить все, что от него требуется.

- Ну что ж, теперь расскажу, что знаю, - заговорил Марк, - один очень даже известный человек отправился на торговом корабле в путешествие, не спрашивай, почему именно на торговом, может прихоть, может капитан оказался другом, свет его знает. Он благополучно отбыл, семья с облегчением вздохнула, тем ещё тираном слыл глава семейства. После буйных проводов на третий день очнулись и обнаружили, что их фамильный канделябр исчез. Стоял тот обычно на видном месте, прямо сказать, возвышался, приковывая к себе взгляды редких гостей этого дома. Предметом этим иногда пользовались, если случалась какая авария и отключался свет. Вначале семейство позлословило, мол зачем патриарху этот жирандоль в дороге понадобился, версии одну нелепее другой строили. Канделябр действительно громоздкий, я фото видел, шесть ветвей его исполнены в виде змей, впечатляюше выглядит, особо если воск стекает по раскрытой пасти и застывает, как капелька яда на кончике клыка, б-рр. - Марк осушил бокал вишневого сока, друг позаботился заказать, знает шельма, чем умилостивить, и продолжил. - Далее младший брат с туристом связался, как проходит путешествие, спрашивает, а тот жалуется, скучно, мол, качает все время, только и спасает , что вынужденное возлияние, посмеялись братья, надо добавить, старший вообще не употреблял спиртного на суше. Ну, а младший и спросил, зачем всё-таки братец канделябр уволок. И тут-то стало понятно, что это не выходка нашего пилигрима, а роковая пропажа! Наш герой, глава рода, вдруг разбушевался не на шутку, приказал хоть из под земли выкопать этот артефакт, но вернуть в дом. Несколько раз проорал, что его убивает это известие, что с потерей этой бесценной вещи их ждёт тридцать три несчастья, что это как зеркало расколотить, кричал, что пришла погибель их родового гнезда и что из дома выкрали любовь!Исступлённо кричал: "любовь, похожая на сон, «счастливым» сделала мой дом", а теперь все пропало. Позже капитан сообщил младшему брату, что приказал увести неиствующего в радиорубке пассажира в каюту, судового дока к нему приставил и двух дюжих матросов, как бы бедолага с корабля сигануть не решил, беспокоились о его состоянии, тот требовал совсем уж нереального, чтоб развернули корабль и все твердил про любовь. Заклинило, видимо. Брат уехавшего немедля кинулся в жандармерию, потребовал бросить все силы сыска на поиск раритета, ну а поскольку семейство важное, отказать им не смогли.

- А при чем здесь ты? Я же помню, тебя приглашают на трупы, - выслушав Марка, уточнил Алекс.

- Эк ты изящно выразился,- хохотнул Марк, - именно на труп меня и призвали.

- Труп кого? - едва не подпрыгнул Алекс.

Ну, да ему чем кровавее, тем больше читателей, а значит, «денюшки» в карман потянутся.

- Некий субъект, в полном расцвете сил и энергии. Сейчас я не скажу тебе кто это, вместе отправимся минут через двадцать в место, куда труп доставят и ты лично увидишь мертвеца.

- Его отравили? Или ее?

Марк поднял указательный палец и предупреждающе покачал им:

- Алекс, я не говорю, что это мужчина и не говорю, что это женщина. Я не говорю, что отравили, зарезали или задушили, я ничего тебе не говорю!

- Когда вызывают тебя, значит яд...

- Нет, не значит, это только для исключения одной из причин, позже эксперты сообщат, что было в крови.

- Вот ты темнила, ни разу не сказал прямо, что убили того-то за это, все надо вытягивать.

- Я пытаюсь сохранить свое место кормления, - развел руками Марк.

- Ну хоть что-то намекни.

- Какой же ты душный, Алекс, нет, не намекну, ты же слово дал, не забывай! И кстати, где мой кофе?

- Вон, катят уже.

Груимир действительно катил перед собой сервировочный столик, при этом двигался также стремительно, как ранее удалялся.

Алекс пригубил напиток, кивнул одобрительно, а Марк сделал глоток капучино, затем маленькой ложечкой стал выгребать пенку и с удовольствием отправлял её в рот.

Официант постоял мгновение, развернулся было уходить, но Алекс окликнул его..

- Приятель, а звать-то тебя как, номер твой я и так вижу.

Груимир несколько замялся, но ответил:

- Боюсь, вы не сможете произнести мое имя. Вполне достаточно номера, чтобы оставить отзыв, если вы довольны моей работой. Буду благодарен, тогда я смогу привести сюда свою жену, её тоже возьмут на службу и нашей семье станет легче поднимать детей.

- Не вопрос, сейчас напишу, - Алекс немедленно открыл телефон и принялся что-то строчить, - но ты мне все же скажи имя. И сколько у тебя детей?

Официант горестно вздохнул:

- Одиннадцать. И прежде обязан вас предупредить, я вынужден буду произнести все слово, даже если вы попросите заткнуться, потому что если я его произнесу частично, мой статус в обществе понизиться.

- Алекс, я настоятельно рекомендую отпустить чело..., кхм, груимира, я тебе сейчас объясню,- вступился за официанта Марк.

- Ладно, ступай, ты хорошо поработал, тридцать шестой - смилостивился Алекс, и официант стремительно удалился. - А теперь поясняй, что ещё за загадка с именами и откуда ты знаешь, раз уж мы не можем пока о деле говорить.

- Я всеми существами интересуюсь, что живут рядом, на досуге о них почитываю, - пожал плечом Марк, - имена груимиров состоят из набора слогов, букв, посвистывания, причмокивания, щёлканья языком, и далее, с повтором некоторых звуков, таким образом представление может длиться до трех минут. Да ты набери в поисковике и сам все увидишь. Поверь, Навуходоносор, это детская задачка.

- Поинтересуюсь, а ты меня прям заинтриговал, всегда считал тебя флегматичным лентяем, ничем не интересующимся, кроме разведения своих индюшек. Стоп, о них ни слова, даже не начинай!

- Да я молчу!, - возмутился Марк, поднимаясь, - пойдем, что ли?

Посередине улицы, где располагалась кофейня, тянулась прекрасная аллея из лип и кленов, для отдыха в тени располагались скамеечки, тут и там размещались разнообразные скульптуры с сюжетами повседневной жизни, стояли вазоны с цветами, изредка встречались фонтаны в виде чаш.

- Мы что, идём пешком?, - застонал Алекс, - я же только пообедал, мне хочется комфорта.

- Нам недалеко, всего пару кварталов, да и пройдёмся мы по прекрасно выложенной дорожке, где никто нас не станет толкать и торопить, и ты почувствуешь комфорт, и умиротворение, - утешал друга Марк, - торопиться не будем, времени достаточно. Заодно услышим щебетание птах. Как давно ты слушал пение птиц?

- Уж и не помню было ли вообще такое, - покачал головой Алекс.

- Было, друг мой, только очень давно.

И они замолчали, наслаждаясь неспешной прогулкой, два непохожих друг на друга приятеля, тощий и прямой как жердь невысокий Марк и толстый, даже, пожалуй круглый, но здоровый, под два метра ростом Алекс.

По обеим сторонам аллеи мчались машины, навстречу иногда быстро, иногда медленно проходили люди, некоторые были с детьми, с собаками, некоторые шли компаниями, тихо или громко переговариваясь, попадались и груимиры, стайкой проезжая мимо или обгоняя неспешно шествующих друзей. Очень редко встречались худые изящные представители народа купальщиц или купальщиков, их можно было сразу опознать по плавности движений и по волосам, заплетённым в толстую косу. На них хотелось бесконечно любоваться, так были встреченные особы грациозны, женственны, но... их прозвали горгонами за их ядовитые прикосновения и почти всегда агрессивное поведение по отношению к смельчакам, посмевших к ним обратиться. Увы, нет в мире совершенства.

Существо, что двигалось им навстречу заставляло всех, идущих перед приятелями расступаться и замирать в каком-то благоговении. Сложно, почти невозможно описать это нечто, это была дева, напоминавшая бабочку. Прекрасные прозрачно-лазоревые крылья словно укутали её как плащ или накидку, она не шла, а скользила. Мужчины приподнимали шляпы, восхищаясь ею, тем самым отдавая дань её очарованию, в таких случаях она вежливо улыбалась, чуть склоняя голову, увенчанную высокой причёской. Женщины заглядывались вслед, пытаясь запомнить походку, наряд.

- "Не знаю, что это такое, но, мать вашу, как же это красиво", - воскликнул остановившийся неподалёку от друзей военный, подкручивая встопорщенные усы, отчего Марк заподозрил в нём представителя народа царапанов и согласился с ним.

- А что это за существо, из какого народа?, - спросил у него Алекс, когда они продолжили путь.

- Впервые вижу, и я в самом деле, не отказался бы познакомиться, однако, мы уже почти пришли.

Марк свернул вправо на неширокую улицу. С обеих сторон её высились серые здания и даже закатное, ещё достаточно яркое солнце, словно потускнело, а звуки стали приглушёнными, появилось чувство настороженности и тревоги.

- Б-рр, что-то мне тут не по себе, - признался Алекс, - я тут вообще никогда не бывал, что здесь?

Они продолжили шагать вдоль одного из зданий, когда рядом с ними распахнулась огромная, метров пяти в высоту, дверь и неожиданно приятный грудной женский голос произнёс:

- «Здравствуйте, проходите, пожалуйста, в крематорий», - и через секундную паузу привратница добавила: - ". Вас заждались.

Эта дежурная фраза прозвучала столь двусмысленно и столь зловеще, что Алекс, опытный репортёр, побывавший во многих передрягах, с трудом преодолел желание ринуться прочь.

Марк же, как ни в чем не бывало, галантно поцеловал руку даме, сделал дежурный комплимент и представил спутника, перечислив все его заслуги.

Привратница заулыбалась, также протянула руку для поцелуя:

- Зовите меня Харон, Алекс, будьте с Марком сегодня моими гостями.

И пригласив жестом следовать за собой, повела прибывших по коридору.

Марк привычно шагал, не особо разглядывая путь, как посетитель, бывавший здесь не раз, а Алекс мысленно составлял репортаж, стараясь запомнить детали, цвет, огромное количество дверей, тихо проходивших навстречу или обгонявших их служащих.

Спустя время помпезный коридор с его серой мягкой дорожкой, устеленной на полу, чтобы скрадывать звуки шагов, с его бесчисленными дверями, которые бесшумно открывались, с латунными табличками у каждого кабинета, но что на них написано, Алекс не успевал прочесть и внушительными колоннами через определённые промежутки, закончился.

Они стали спускаться по широкой каменной лестнице.

Вновь оказались в коридоре. Этот был не столь вычурным, но дверей здесь оказалось не меньше, были они стандартными, офисными, с номерами кабинетов.

В кабинете, куда привела их Харон, за столами сидели клерки, но невозможно было запомнить ни одного лица. Из-за стола поднялся и приблизился мужчина, представившись Иваном, поблагодарил Харон и предложил идти за ним.

Позже Алекс пытался вспомнить, куда и как они дальше шли, но не мог, а Марк ему посоветовал вообще забыть, их могли просто водить по кругу.

- Вот, это существо предположительно соприкасалось с канделябром. За сим я вас оставлю. Уважаемый Марк, протокол вы знаете, как только закончите, пройдите в ту дверь.

Пока Алекс рассматривал помещение, Марк готовился к работе.

Он облачился в нечто, похожее на скафандр, только не имеющий шлема, отгородил себя и лежащий на столе труп прозрачной плёнкой, опустившейся над местом действия как купол, аккуратно стащил со своего лица маску, аккуратно развесил ее на манекене и повернулся к Алексу, оскалив огромный, на половину морды рот, заполненный многочисленными острыми зубками. Изобразил улыбку и поморгал круглыми глазищами. Друг в ответ также приветственно махнул рукой, устроившись на стуле, специально для него приготовленном.

Между тем длинный, совсем не похожий на человеческий, нос Марка вытянулся, превратившись в трубочку и друг принялся тщательно обнюхивать каждый миллиметр лежащего на столе тела.

Погибшая выглядела полноценным человеком, после смерти любой индивид принимал изначальную форму в течение трёх-пяти часов. На столе покоилась женщина возраста от тридцати до сорока лет, у неё не было никаких примет, никаких тату, Алексу она напомнила манекен, изображающий человека.

И, наконец, Марк кое что обнаружил. На левой руке, между мизинцем и безымянным пальцем оказалась микроскопическая точка, от которой фонило ядом. Длинный нос Марка мгновенно отреагировал, стремительно уменьшился и захлопнул ноздри.

Дело было сделано, введённая смертельная доза обнаружена, теперь слово за специалистами, но Марк и так мог сказать, что это было за вещество и как попало к бедняге. Эта смерть, на его взгляд, не имела никакого отношения к пропаже канделябра.

Он быстро натянул своё лицо, нажатием клавиши удалил прозрачную защиту и вышел к Алексу.

- Что ты узнал? Это же содержанка нашего патриарха?

- Для начала, это не она, это доппельгангер, далее, ты же понимаешь, пока не получишь разрешения, ничего печатать не станешь, если ослушаешься, что не рекомендую, можешь оказаться на таком же столе, а может и ещё хуже где, просто при встрече Харон не назовёт тебя своим гостем.

- Так она тот самый Харон? - прошептал Алекс.

- Полагаю, да. И не шепчи, говори спокойно, всё равно нас слышат. Ну что, идём?

- А куда теперь?

- Не знаю, куда собрался ты, а я домой, утомился сегодня, спать хочу.

- Я тоже к себе, имел ввиду отсюда как выходить, столько плутали.

- Вот в эту дверь и пойдём, - Марк указал на обыкновенную белую офисную дверь, открыл её и вышел.

Алекс поторопился за ним и страшно поразился, когда они оказались неподалёку от столь любимой ими кофейни.

Дверь, откуда они вышли, украшала табличка «Служебный вход». Они вышли из небольшого двухэтажного домика, рядом такая же дверь вела в аптеку. Ещё поболтали немного в ожидании такси и попрощались, разъехавшись по домам.

Алекс укатил в свою квартиру на севере города, любоваться с двадцать четвёртого этажа зелёным морем заказника и готовить репортаж, а Марк отправился в собственный дом, расположенный на противоположном берегу реки, практически напротив кофейни «хвост»...

Когда-то, будучи детьми, Алекс и Марк жили по соседству, но семья Алекса позже уехала, а Марк остался в отчем доме.

Откуда взялось странное название кофейни Марк знал доподлинно.

Лет тридцать назад на этом месте располагалась добротная кирпичная постройка, только крыша от старости кое-где протекала. Фермера, что владел этим помещением, превратил его в склад, там стоял полуразобранный трактор, валялась какая-то тележка, ещё была то ли сеялка, то ли борона.

Дела у трудяги шли всё хуже и тут к нему заявилась таинственная дама.

"Она всегда приходила ровно в семь — хотя её никто не приглашал", позже судачили между собой соседи. Дама настойчиво стучала в дверь небольшим кулачком, затянутым в перчатку, стучала до тех пор, пока дверь не открывалась. Редкие прохожие заглядывались на ее фигурку, одетую в приталенное серое пальто, плечи ее укрывала горжетка из цельной шкурки с головкой, лапками и хвостом лисы, замечали коротко подстриженные завитые черные волосы, выглядывающие из шляпки в виде колокола в цвет пальто, делали вывод, что дамочка богатенькая и очень любопытно, что же ей надо от фермера, активно обсуждали с друзьями и соседями, что вот лиса-то снова приходила, и не стыдно же ей! Фермер мужчина серьезный, семейный, а она прицепилась к нему, так и таскается...

Все когда-то заканчивается и эта особа тоже перестала приходить.

Фермер же удачно распродал сломанную технику, починил на вырученные деньги крышу и стал разводить птицу.

Марк в те времена к фермеру приезжал несколько раз, покупал цыплят разных пород, увлекся разведением индеек, дело оказалось хлопотным, но интересным и прибыльным.

Честно сказать, фермер ему не очень нравился, от того пахло тревожно, кровью, опасностью пахло, хотя хозяин был сама любезность.

Марк сам себя убедил, что и не могло не пахнуть кровью, от него наверно также пахнет, даже как-то Алекса попросил принюхаться к нему, но тот отказался, поднял на смех.

- От тебя индюшиным духом несет, тебе же их забивать приходится, вот и смердишь.

- Правда? - расстроился Марк, он всегда считал себя чистюлей.

- Нет, же, олух! Это ты со своим даром чуешь многое, даже то, что не надо. Забудь!

В ту, последнюю встречу, когда Марк рассчитывался за приобретенных птенцов, фермер ему предложил:

- Может остальных птичек купите?

- Что вы, мне бы с этими справиться, - засмеялся Марк.

- Закругляюсь я с этим делом, продавать буду ферму, устал, дети выросли, один остался, ни к чему мне столько забот. Может купите у меня все оптом и сарай этот впридачу? Я немного запрошу.

- Неожиданно! И сколько хотите?

Фермер озвучил цену, а Марк лишь головой покачал, цена несколько великоватой показалась.

Однако, всю следующую ночь он не спал, крутился, вставал, ложился снова, обдумывал где раздобыть недостающую сумму, но уже мечтал об этом месте, о сарае, о собственной большой индюшачьей ферме.

Ни свет ни заря вскочил, насыпал корм пополнившемуся поголовью, наполнил поилки водой и помчался к продавцу. Ему захотелось посмотреть ранним утром на возможное владение. Близко подходить не стал, неудобно все же по чужим землям разгуливать, высматривать.

Участок полого понижался к реке, был обработан, по краям обсажен колючим, в половину роста человека, кустарником, отделяясь от соседних участков.

Марк спустился к реке, постоял, еще подумал и отправился к фермеру, решение было принято.

Время было еще раннее, но все, кто держал живность поднимались с солнцем, кормить подопечных, поэтому он не сомневался, что хозяин не спит.

Марк отметил, что немного волнуется, а вдруг фермер уже передумал продавать...

Ворота сарая были распахнуты, птицы гуляли на свободе, а в углу сарая,куда поспешил Марк, лежал фермер с пробитой головой. Возле него с мотыгой в руках сидела худая измождённая женщина с длинными грязными волосами.

"Весь мир поразился чудовищному торжеству правосудия" так назвал свою статью Алекс.

Женщину обвинили в убийстве, но затем оправдали.

Она была взята под стражу, её долго лечили в тюремном лазарете от истощения, затем, после окончания следствия и по приговору суда она была оправдана и отпущена на свободу, все имущество фермера отписано ей в качестве компенсации, хотя оно ей принадлежало по праву купчей.

Когда-то она, совершенно неопытная в делах, приглядела строение фермера, задумала выкупить развалюху, привести в порядок и на этом месте организовать ресторан. Город развивался, место могло стать бойким.

Сторговались о цене, подписали купчую, она не задумываясь передала требуемую сумму, поверив честному слову фермера, что он явится подтвердить сделку в муниципалитет и стала ждать. Время шло, ее беспокойство усиливалось, фермер отговаривался нехваткой времени, мол сейчас сезон, праздники грядут, а после обязательно зарегистрирует сделку и освободит здание.

В очередной её приход после Рождества соседи стали интересоваться, что за лисий хвост к нему прицепился. Фермер от своего крика распалился, набросился на женщину, стыдил, что привязалась, перед соседями стыдно, таскается к нему, а когда она пригрозила обратиться к властям, с силой толкнул её. Больше она ничего не помнила, а когда очнулась, оказалась в каком-то тёмном сыром погребе. Держал фермер пленницу впроголодь, изредка, под настроение, выпускал погулять по сараю, прежде заклеив рот скотчем. Сразу успокоил, что убивать не собирается, грех большой это, отпустит, когда время придет, а пока каждый вечер рассказывал как его день прошёл, да смеялся, когда соседи спрашивали "а куда пропал твой лисий хвост".

И вот решил все распродать, похвастался, что скоро уедет.

У неё хватило ума не спросить, что с ней будет, выпросила подольше побыть в сарае на воздухе. Фермер благодушно позволил, узница была настолько измождена, что не стоило даже волноваться, будто она что-то предпримет. Позже она говорила, что не поняла, откуда взялись силы и смелость, она мечтала его убить, и убила.

Марк вызвал коллег, нанял самых опытных защитников, выхлопотал отдельное содержание в камере, дорогое лечение.

Об этом не знал даже Алекс.

А когда все закончилось и она решила уехать, за бесценок продала Марку ферму. Он сдал помещение в аренду рестораторам при единственном условии, что название кофейни будет именно таким.

- Марк, я такую историю написал! Деталей не хватает. Какой яд? Что с канделябром? Вернулся в дом? Зачем его выкрали? Вернулся ли наш пилигрим? И кто та любовь, что сделала дом счастливым, я не припоминаю, этот индивид был женат? Помоги мне закончить статью, прошу тебя, друг, это же нечестно, пригласить меня в такое место, - прошептал он, - а теперь отмалчиваешься.

-"Бога ради, читайте чертёж громче", - прокричал Марк кому-то, отнеся трубку в сторону и спросил, - Алекс, извини, слушаю.

- Ты сейчас что сказал? Кому? Где ты есть? Я начинаю за тебя волноваться.

- Я на вызове, прислали чертёж, достаточно ясно все, но тот, кто его читает, постепенно понижает голос и приходится напоминать.

- А чертёж чего?

- Чертёж? Он к моему сегодняшнему вызову отношения не имеет. Это я по другому телефону параллельно говорю. Пристраиваю дополнительный загон, индюшек универсальной породы прикупил, огораживаю пастбище и...

- Только не это! Не об индюшках!

- Завтра буду в хво..., кхм, в "А куда пропал твой лисий хвост" в полдень, приезжай, расскажу финал и он тебе не понравится.

-Оу! Я уже там, не смогу дождаться, смилуйся!

- До встречи, Алекс.

Приятели встретились на террасе в кофейне со странным, но теперь уже привычным названием "А куда пропал твой лисий хвост".

- Господин турист катается по странам и континентам, ничего с ним не произошло, ни сердечного приступа, даже белой горячки не случилось, хотя весь запас спиртного на корабле употребил. Развлекается. После нашего с тобой посещения крематория, я отправился в дом, где правит любовь, чтобы, так сказать, найти ниточку, учуять след яда. К моему великому изумлению, знаменитый канделябр возвышался на своём законном месте. Словом, эксцесс исполнителя. Уезжая, хозяин дома дал отпуск управляющему и тот отправился на рыбалку, а чтобы его не дёргали, выключил телефон. Перед отъездом управляющий раздал всем служащим задание, в том числе отнести канделябр в чистку. Новенький парнишка забыл вовремя забрать из чистки, а когда поднялся шум, только тогда и вспомнил. Получил по шапке, но не уволили. Вот так закончилась эта анекдотичная история, не начавшись, но поскольку имущество такого! лица пострадало, все сыщики города кинулись на поиски.

- Как банально. А что там про любовь кричал наш гуляка?

- Да с пьяных глаз затвердил припев какой-то песни и всё орал эти слова, матросы уже готовы были бунт на корабле поднять, если не заткнётся.Обошлось.

- А убитая?

- Не убитая, несчастный случай. Яд кактуса, шипом укололась. Не переживай, это не прима, её клон, она их штук пять себе заказала.

- Жалко.

- Брось ты, их же теперь штампуют, никакой в них сущности нет, куклы.

- И правда скучная история, а сейчас чем занят?

- Индюшками. Хочешь о новой выведенной породе расскажу?