Дрожь деревни

Пролог

Восьмилетняя Лена Кузнецова стояла и смотрела в окно. За окном была сильная метель. Ветер был настолько сильным, что не было видно ничего дальше их маленького дворика, где бабушка Нина летом выращивала цветы. Фонарь, стоявший около их дома, пытался осветить хоть небольшой клочок земли сквозь эту метель.

Девочка отошла от окна. В доме горела печь, давая тепло. В ней приятно потрескивали дрова, создавая приятное чувство на фоне холода и мороза на улице.

ー Лена, не стой у окна. Продует, ー в комнату вошла, прихрамывая, бабушка.

ー Бабуль, ну как меня продует? Оно же закрыто.

ー А ты видела, что за окном происходит? Тут даже при закрытом окне продует.

ー Метель сильная. Давно, наверное, такой не было.

ー Да, очень, ー Лене показалось, что в голосе бабушки появилась паника при этих словах.

ー Всё в порядке?

ー Ложись спать, я тебе сейчас историю расскажу.

Лена обожала истории бабушки. Они всегда были очень интересными и захватывающими. Девочка, не задумываясь, залезла под одеяло и затихла, приготовившись слушать.

В старое время, когда и народу было не так много, и технологий сегодняшних подавно не было, здесь обитало Зло. Бесформенное, бестелесное, неведомо как давно и откуда взявшееся. Сначала его присутствия ничего не выдавало, было всё довольно тихо и мирно можно было сказать. Ну пропадет там однажды корова иль поросеночек, бывает - дело житейское. Потом начались недобрые дела однако.

Людьми словно что-то овладевало и изменяло разум. Сначала люди начинали говорить странные вещи между словом при беседе, после забывать кем являются, а потом и вовсе исчезали. Ночью можно было услышать редкий шепоток за окном, даже если снаружи разгулялся ветер. Кто-то порой уверял, что узнавал голос самого пропавшего - загулявшего соседа, непоседливого ребенка или дорогого родственника. У многих было неприятное предчувствие, что тех постигло нечто ужасное, хуже обычной смерти. Изредка кто стал осмеливаться выходить на улицу даже днем, разве что за водой к ближайшему колодцу, да в амбар покормить так же напуганных животинок. Когда же деревня опустела уже наполовину, пришли они — защитники. Появились будто из ниоткуда и неведомым чудом остановили Зло, при этом все они отдали свои жизни. Зло было запечатано, а на том самом месте возник огромный вековой дуб. К нему все подносили дары в память о великой жертве защитников. Прошло время - древо зачахло. Не осталось уж людей, кто бы помнил, где оно стояло. И ходят поверья, что неспроста это, потому грядет возвращение того самого Зла…

Старая женщина опомнилась и повернулась к девочке. Та лежала, вжавшись спиной к стене, и слегка тряслась от страха.

— Бабушка, а это всё правда?

— Нет, что ты! — спохватилась бабушка Нина и села на кровать, поближе к внучке, — конечно, нет! Это лишь старая народная сказка. Прости свою бабулю, как начну рассказывать чего, так и не остановишь порой, кхм. Ну засыпай-засыпай, милая.

Бабушка погладила Лену по голове, подкинула полено в печь и села рядом спиной к кровати в кресло-качалку, взяла спицы да моток ниток и начала вязать.

Лена смотрела на языки огня, пляшущие в печи. Она задумалась: "почему бабушка решила рассказать именно эту страшную историю?. Неужели эта метель является признаком прихода Зла? В их посёлке Медвежье снова появится Зло? А если появится, то когда? А может быть, она сама, Лена Кузнецова, сможет поучаствовать в его уничтожении? Она-то знает легенду. Она всем расскажет, всё объяснит, после чего у нее появится много друзей и она станет крутой".

Лена продолжала смотреть на языки огня в печи, пока бабушка сидела рядом, вязала и тихо напевала что-то себе под нос. За окном всё ещё выл ветер и девочке казалось, будто в этом завывании слышится чьё-то дыхание. Она не могла понять, ей это кажется, или за окном действительно кто-то был. Мелькнула мысль, что она уже не одна знает эту историю. А может в этой метели и правда прячется Зло? Лена вздрогнула, но, уставшая от мыслей, вскоре погрузилась в сон.

***

Глава 1

Спустя шесть лет...

По несколько ухабистой и кривенькой дороге несся небольшого размера автомобиль, водитель которого был явно напряжен. Виктор Сосновский уже много часов без остановок устало смотрел перед собой на не меняющуюся дорогу, не обращая внимания на тем временем промелькавшие необычные виды по сторонам. Переезд дался ему тяжело, но он знал, что это было правильное решение — новое место работы и дом за хорошую цену. Но случившаяся ситуация давила на него. Он украдкой взглянул на жену, которая молчала и напротив смотрела лишь в окно, порой пристально вглядываясь на что-то. “Надеюсь, это не слишком большая жертва для неё”, — мелькнула у него мысль. Он вздохнул и сжал руль сильнее. “Я сделал всё, что мог. Здесь мы начнём с чистого листа”.

Женщина украдкой бросала взгляды на то и дело возникающий лес. Он казался ей мрачным и диким, почти враждебным. «Помни, Анна, главное — спокойствие», — повторяла она себе, стараясь не показать беспокойства. Внутри всё кричало, что это место чужое, что они здесь будут изолированы от привычной жизни, от друзей, от всего. Но Анна не позволяла страхам брать верх. «Это нужно ради Виктора. И ради детей», — повторяла она мысленно. В душе она чувствовала себя уязвимой, глядя на этот лес — дикую часть новой местности, с которой нужно было научиться жить.

Позади на сиденьях дети тоже не выказывали оптимизма.

— Блин, почему интернет тут такое говно?! — вдруг воскликнул Алексей, чуть не бросив планшет.

— Лёша, не выражайся, — почти в один голос сказали Виктор и Анна, тут же внутренне напрягшись. Виктор заметил, что сын становится всё более раздражённым по мере приближения к дому, и это усиливало его чувство вины. Он знал, что Алексей любил городскую жизнь, а отсутствие интернета и инфраструктуры вызывало у того негодование.

Анна старалась сгладить ситуацию, аккуратно подбирая слова утешения:

— Мы нашли хороший дом, который рядом с новым местом работы вашего папы. А меня взяли учительницей в местную школу, в которой вы как раз будете учиться, так что мы наверняка сможем регулярно видеться в течение дня, — она улыбнулась насколько могла искренне, скрывая все же возникшие у себя сомнения.

Но мальчик не хотел мириться с происходящим:

— Это трэш какой-то! — воскликнул он, бросив гневный взгляд на родителей.

Отец ощутил всплеск раздражения, но быстро его подавил. Он понимал, что для сына этот переезд был ударом. “Лёша просто не осознаёт всей картины и важности этого переезда для нас. Эх, надеюсь он быстро привыкнет к новой жизни".

— Лёш, успокойся, — вмешалась вскоре девочка, приобняв брата настолько, насколько позволял ремень безопасности.

Сестра всегда была готова поддержать брата, что нередко помогало ему успокаиваться, как и в этот раз, хотя он и не всегда признает это.

— Ладно-ладно, только не придуши так, Маш. Уф, может там и правда будет хорошо, как сказала мама, — сдался Алексей, снова уткнувшись в планшет.

— Вот и правильно, — тут же поддержал Виктор, мысленно благодаря свою дочь за помощь. — Но если еще раз услышу ругань, отберу планшет.

Сын сделал вид, что не услышал его слова, но тот заметил через стекло заднего вида, как маленькие плечи слегка подернулись при этих словах. "Пока еще действенно, стоит обуздывать его поведение такими методами, пусть ему это и не нравится" - устало подумал отец.

Машина ехала дальше, проезжая мимо ухоженных домиков, расположенных вдоль леса. Здесь он был достаточно облагорожен — были тропинки, какие-то люди ходили, но стоит уйти чуть вглубь, так ощущение будто не ступала нога человека прежде там.

Виктор краем глаза заметил, что Анна чуть сжимает пальцы, глядя на них. “Интересно, что она думает? Сожалеет ли о переезде?” — эти мысли давили на него, но он не мог позволить себе их озвучить. Он всегда был тем, кто держит всё под контролем.

Анна наблюдала за домами, и сердце у неё ёкало. Какой красивый участок, какие уютные дома! Ей так хотелось бы увидеть один из них в качестве их нового жилища. Но она знала, что их дом — совсем не такой. Когда они его выбирали, это было вынужденное решение. Она понимала, что нужно было экономить. Виктор долго сомневался, но в итоге согласился, ведь этот дом был в лучшем состоянии, чем многие другие в их ценовой категории. Однако сейчас страх перед неизвестностью и новое место съедали её.

Виктор заметил, как Анна крепче сжала ремень безопасности, когда впереди показался дом. Это был старый, обветшалый дом с облезлой краской и покосившейся крышей. Её сердце замерло на мгновение. “Только бы не этот”. Но предчувствия оказались правдой — машина свернула во двор именно этого дома.

Алексей как только заметил дом, громко вздохнул, не скрывая своего отчаяния:

ー Как вообще можно жить в таком месте?

Анна измотанная поездкой тоже начала уставать от поведения своего сына. Она видела его разочарование и обиду, но так же чувствовала и подавленность остальных.

— Лёш, ты весь день ведёшь себя, как… эх, — мягко начала она, повернувшись к нему. — Нам всем сейчас тяжело. Так... пришлось сделать. Просто потерпи, пожалуйста... думаю вы с сестрой освоитесь здесь, как было и на прежнем месте. Главное, что мы рядом друг с другом и мы поддержим вас с отцом.

Она положила руку ему на колено, надеясь, что эти слова его хоть немного утешат. Виктор посмотрел на Анну с благодарностью — она всегда умела найти подход к детям, даже если сама была недовольна той или иной ситуацией. Лёша буркнул что-то невнятное и вышел из машины, закинув на спину рюкзак.

Виктор вышел из машины, оглядел их новый дом и вздохнул. “Это наш новый старт”, — подумал он, хотя внутри чувствовал, что будет не всё так просто.

— Так, ребят, давайте сначала осмотрим дом, — сказал Виктор, пытаясь придать голосу уверенности, которой сам не ощущал. Он сделал шаг вперёд, но его решительный порыв резко прервался, когда одна из дощечек дорожки внезапно хрустнула под его тяжестью. Виктор не успел сгруппироваться, и, потеряв равновесие, рухнул прямо в лужу грязи.

— Чёрт бы побрал этот дом! — выругался он, пытаясь подняться и стряхнуть с себя мокрую грязь. Это было просто нелепо. Первый шаг в новую жизнь — и такой позор.

Анна испуганно бросила только что взятые сумки на землю и бросилась к нему.

— Витя, ты в порядке? — в её голосе звучала тревога, хотя она старалась не показать всей глубины своего беспокойства. Этот дом уже начал оправдывать её худшие опасения.

Лёша, не упустивший момента, ехидно усмехнулся:

— Ха, я же говорил, что дом — говно.

Виктор, поднявшись на ноги, сначала молча посмотрел на сына. Этот взгляд был тяжёлым, полным скрытой ярости. Мальчик мгновенно почувствовал, как у него засосало под ложечкой, и инстинктивно отступил на шаг. В этот момент он понял, что перешёл черту.

— Алексей, мне кажется, тебя давно не пороли! — сдержанно, но грозно произнёс Виктор. — Хочешь, чтобы я прямо сейчас это исправил?

Спесь мгновенно сошла с мальчика. Он знал, что отец редко повышал голос, но если уж это происходило, дело было серьёзным. Парень опустил взгляд, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

— Нет, прости, — выдавил он, не поднимая глаз.

Девочка всё это время стоявшая неподалеку и наблюдавшая за происходящим, быстро покачала головой, укоризненно глядя на брата, и добавила:

— Лучше бы помог папе!

Она всегда более сдержанная, но порой и в ее голосе могла проскользнуть строгая нотка, как у отца.

Виктор, вытерев руки о штаны, которые уже были безнадёжно испачканы, повернулся и, чуть осторожнее, но всё так же решительно двинулся дальше по шаткой дорожке, к дому. Он чувствовал, как гнев и разочарование медленно остывают, оставляя лишь горькое ощущение, что переезд окажется куда сложнее, чем он рассчитывал.

Виктор с усилием повернул ключ в проржавевшем замке, но дверь не поддалась. Он нахмурился, ощущая, как раздражение всё больше давит на него.

— Застряла, что ли? — пробормотал он себе под нос, толкнув дверь плечом. Пара ударов не дала результата. — Лёш, давай помогай.

Алексей, тяжело вздохнув, скинул рюкзак на крыльцо. Поднялась пыль с ковра, заброшенного к двери. Он тоже упёрся в неё плечом. На фоне тихого скрипа дома дверь наконец-то поддалась, но не так, как ожидалось: с громким треском петли сорвались, и вместе с дверью на пол повалились и отец с сыном.

Виктор вскочил на ноги так быстро, как будто кто-то нажал кнопку. Он выпрямился, бросив взгляд на рухнувшую дверь, и, ругаясь себе под нос, направился к машине.

— Долбаный дом! — выругался он, пнув гравий ногой. — Теперь я понимаю, почему он стоил копейки! Он же сделан из дерьма и палок!

Оперевшись спиной на машину, Виктор достал сигарету и закурил, выпуская клубы дыма в серое осеннее небо. Это было не просто разочарование — это был символ того, что он проиграл очередную битву. В глубине души он знал, что этот дом — лишь начало трудностей, к которым никто не был готов.

Алексей переглянулся с сестрой и матерью. Та нервно улыбнулась, стараясь сгладить напряжение:

— Кхм, починим как-нибудь и будет как новое.

Она переступила через выломанную дверь и вошла в дом. Внутри всё оказалось чуть лучше, чем снаружи. Комнаты были простыми, но уютными: в углу гостиной стояла большая печь, кухня находилась за аркой, была небольшая жилая комната, санузел и лестница наверх. Стены были деревянными, крепкими, хоть и слегка потрескавшимися.

Анна почувствовала лёгкую волну облегчения — здесь было тепло и сухо, значит, всё не так плохо, как казалось на первый взгляд. Но глубоко в душе она всё ещё боролась с тревогой, пытаясь убедить себя, что они справятся. Мария тихо осматривала дом, её глаза широко раскрылись от интереса — для неё это было приключение, как будто они попали в старую сказку.

Когда все вещи были занесены в дом, Анна и Мария быстро занялись приготовлением ужина. А Виктор с Алексеем возились с дверью, пытаясь её починить. С каждой новой попыткой закрепить петли настроение Виктора только ухудшалось.

Осень не ждала — темнело быстро. Семья не успела оглянуться, как уже пришлось озаботиться освещением. На удивление, электричество все еще исправно работало и их скромное помещение более-менее осветили небольшие лампочки. На этом фоне дом выглядел чуть менее угнетающим.

Виктор и дети сидели за столом, обмениваясь короткими репликами, пока Анна готовила ужин. Виктор, по обыкновению, пытался поддерживать настроение, но его мысли блуждали где-то далеко. Он продолжал задумываться, не ошибся ли он с этим домом. “Ну, хотя бы крыша над головой есть,” — подумал он, глядя на старый потолок, на котором виднелись пятна от протечек.

Анна подошла к столу, поставив на него кастрюлю с приготовленной едой и тарелки.

— Так, ну и что у нас на ужин? — спросил Виктор, пытаясь скрыть своё беспокойство и сделать голос бодрее. Он приоткрыл кастрюлю, из которой исходил запах томатов и сыра.

— Макароны с сыром в томатной пасте, — ответила Анна с лёгкой улыбкой, стараясь придать своему голосу нотку оптимизма. — Мы пока отмыли здесь всё, поэтому времени осталось только на это. Завтра чего-нибудь посерьезнее приготовлю, — добавила она, распределяя всем по своей порции.

— Да у вас всегда всё вкусное, — Виктор попытался подбодрить жену, хотя сам чувствовал, что усталость медленно накатывается на него.

Анна села за стол и начала есть, но ей, как и Виктору, было не до еды. Мрачный лес за окном напоминал ей о том, как сильно изменилась их жизнь. Сомнения мелькали в её голове: “А вдруг мы поторопились? Этот дом, эта местность… Как мы тут приживёмся?” Она опустила взгляд на детей, стараясь прогнать беспокойные мысли. “Главное, чтобы им было хорошо.”

Ели они в молчании, нарушаемом только гудением лампочки и тихим стуком вилок о тарелки. Анна краем глаза следила за детьми: Алексей изображал угрюмость, которую она прекрасно понимала, а Мария же, напротив, тихо и размеренно ела, изредка поглядывая в свою очередь на мать. Она всегда была внимательной и чуткой к настроениям других людей.

— Дети, думаю вам стоит начать готовиться ко сну, — наконец нарушила тишину Анна. ー Завтра встанем пораньше, поселок посмотрим, в школу заглянем. Отец пока решит свои нюансы с работой. Лёша, вторая комната пока что не в очень хорошем виде, так что поспите временно в одной комнате с Машей. Потом за выходные мы всё до конца разберем из вещей.

Алексей, ворча, встал из-за стола, не особо довольный перспективой делить комнату с младшей сестрой.

— Ладно, — ответил он, бросив взгляд на отца, который тоже выглядел подавленным.

— Ты что, не хочешь спать со мной? — прозвучал со стороны недовольный девичий голосок с легкой обидой.

— Да нет, что ты, — пробурчал Алексей, избегая её взгляда. — Просто устал.

Он убрал тарелку в раковину и, поколебавшись, спросил:

— Помыть?

— Не надо, я сама, — мягко ответила Анна, хотя в её голосе сквозила усталость.

— Спокойной ночи, — пробормотал мальчик, направляясь наверх.

Скрипучая лестница вывела его на второй этаж, где царила тишина, только ещё более подчёркивающая старость дома. Комнаты были пустыми и холодными, и Алексей чувствовал, как в его голове вновь зарождается раздражение. “Ну и дыра…”

Войдя в их пока что совместную комнату, он заметил, что для него уже постелен матрас на полу. “Когда мама успела?” — мелькнула у него мысль. Он быстро разделся и залез под одеяло, держа в руках телефон. Интернет почти не ловил, и, проворчав что-то под нос, он выключил видео и открыл скачанную книгу.

Через пару минут в комнату вошла Маша. Она осторожно приоткрыла дверь и, заметив, что Алексей ещё не спит, спросила:

— Ты чего, еще не уснул?

— Нет, — буркнул он, откладывая телефон.

— Опять футбол свой смотришь?

— Да если бы. Тут вообще интернет мёртвый.

— А что тогда делаешь?

— Книжку читаю, — ответил Алексей.

— А что за книжка?

— Ужастик.

Мария подошла к окну, за которым тёмное дерево с голыми ветвями вырисовывало пугающий силуэт в тусклом свете луны. Её губы сжались, как будто она хотела что-то сказать, но остановилась.

— Лёш, как думаешь, здесь всё будет хорошо? — тихо спросила она, не отводя взгляда от окна.

— Конечно, — пробормотал Алексей, уже наполовину погрузившись в сон. Он не услышал ни тревоги, ни сомнений сестры. Она вздохнула и посмотрела на брата — он уже спал, хотя бы так временно освобожденный от переживаний после этого трудного дня.

Мария устроилась в своей кровати, натянув одеяло до подбородка. Она ещё несколько минут вслушивалась в скрипы дома и шум ветра за окном, но усталость быстро взяла и над ней вверх, после чего вскоре она погрузилась в сон, полный непонятных, смутных образов, будто сама природа этого места пыталась пробраться в её сны.

***

Мария проснулась с тяжелым вздохом, сердце колотилось, как будто она только что бежала. За окном бушевала буря — дождь стучал по крыше с такой силой, что казалось, будто сам дом прерывисто стонет. Она огляделась в темноте, не сразу поняв, где находится. "Новый дом..." — вспомнила она, увидев рядом спящего Лёшу. Его размеренное дыхание на мгновение её успокоило, но что-то было не так.

Глухой, еле слышный скрип раздался из коридора, тихий, но регулярный: "Скрип... скрип...". Маша затаила дыхание, вслушиваясь. Скрип продолжал двигаться, но не приближаясь к ним. Она огляделась, её взгляд замер на тени, что мелькнула вдоль стены. Это произошло так быстро, что она не была уверена, видела ли её на самом деле.

— Мама? — пробормотала она, но ответа не последовало. Только дождь и скрип.

Мария натянула одеяло до глаз, надеясь, что этот странный звук исчезнет. Но скрип продолжался. Она тихо позвала брата:

— Лёша, проснись! — прошептала она, свесившись с кровати и тихо тронув его за плечо.

— Чего? — лениво отозвался брат, приподнявшись на матрасе.

— Тут что-то ходит… Мне страшно.

— Да что ты… Это просто дождь, ветер. Старый дом, он всегда скрипит, — сонным голосом сказал Лёша, снова заворачиваясь в одеяло.

— А тень?

— Наверное, птица. Лес рядом, тут всё такое будет, — он зевнул и повернулся на другой бок.

Мария поняла, что причина её беспокойства гораздо проще: она хотела в туалет. Она сжала зубы.

— Мне надо в туалет… П-проводишь меня?

— Маш, тебе семь лет. Сама сходи, — пробормотал Лёша, уже наполовину снова засыпая.

Мария нахмурилась и обиженно скрестила руки на груди. Но ощущение внизу всё усиливалось, не давая покоя. "Я смелая, я смелая" — повторяла она про себя. Она соскользнула с кровати и, на цыпочках выйдя из комнаты, побежала по коридору. Под маленькими ступнями так же издавался скрип, но явно отличающийся от слышимого до этого девочкой, хотя она не придала этому значения, подгоняемая чувством нужды. Она спустилась вниз и, подойдя к уборной, нажала на выключатель. Через дверной проем пробился свет от небольшой лампочки, какие висели и на кухне. Однако такой ненастной ночью казалось лампочка светит особенно ярко, отчего коридор несколько преобразился и придал девочке уверенности.

— Просто старый дом, вот и всё, - вдруг слегка усмехнулась самой себе Маша.

Но как только она коснулась дверной ручки, свет мигнул и лампочка внезапно взорвалась от давления, погрузив всё вновь в еле проглядываемую темноту. Мария вскрикнула и обернулась, её сердце замерло, когда она услышала за спиной тот же скрипучий звук.

— Это просто... — начала было она повторять слова брата, но голос дрогнул.

И тут она почувствовала, как кто-то тихо положил руку ей на плечо. Её дыхание замерло, она резко обернулась, думая увидеть брата или родителей, но перед ней было нечто, чего она никак не ожидала.

Зелёная жижа, жутко переливающаяся в тусклом свете, меняла свою форму прямо на глазах. Щупальца плавно двигались в воздухе, одно из них касалось её плеча. Мария попыталась закричать, но её голос будто исчез. Существо сформировало лицо — пустые глазницы и ужасный, беззубый рот. Из него раздался низкий, сипящий голос:

— Уезжайте. Это наш дом...

Дом вдруг затрясся. Посуда посыпалась с полок, окна начали хлопать, словно открываясь и закрываясь сами по себе. Существо с безумным смехом склонилось к Марии, его глаза словно впивались в её душу.

— Уезжайте...

Мария закричала, зажмурив глаза, забившись в угол туалета. Всё внутри неё кричало от ужаса, когда дом неожиданно затих. Всё было тихо, кроме стука — стука, который становился громче и ближе.

— Бух... бух... бух...

Мария с трудом открыла глаза. Существо исчезло, но звук продолжал звучать, усиливаясь. "Это не в моём сне…" — с трудом соображала она. Постепенно приходило осознание — кто-то стучал в дверь.

— Бух… бух… бух…

Она поднялась на ноги, осознав, что это не было сном. В её груди всё ещё колотилось сердце от страха, когда она услышала сонный голос брата:

— Маш, ты слышала? Кто-то стучит в дверь…

Сон сняло как рукой. В их входную дверь кто-то стучал. Они услышали быстрые шаги вдоль коридора и спуск их по лестнице. Маша вновь невольно про себя заметила, что эти шаги не похожи на те, что она слышала ранее этой ночью.

Сквозь окно дети услышали голос отца, который с кем то общался. Маша лежала в кровати, а Лёша встал, и, быстро одевшись, вышел из комнаты. На лестнице он пересекся с отцом, который сделал лицо, выражающее все его мысли о таких ранних визитах. Лёша невольно улыбнулся и вышел в гостиную. В гостиной сидел мужчина в возрасте. Он был крепкого телосложения, а его лицо выражало уверенность и сосредоточенность.

— Здравствуйте! — сказал Лёша, подойдя к мужчине.

Мужчина встал и протянул руку Лёше, который тут же её пожал.

— Здравствуй! Ты, я так понимаю, Алексей? — Лёша кивнул головой, а мужчина, заметив спускающихся по лестнице женщину с девочкой, продолжил. — Меня зовут Игорь Александрович. Я глава этого поселка. Я знаю, что вы сюда приехали только вчера, потому решил на тот момент вас не беспокоить. Сегодня же я хочу вам лично показать наш городишко - Тихий Дуб.

...