Доставщик

Глава 1

-Вы не ответили на вопрос...

-Я уволился по собственному желанию, - проговорил я, рассматривая картину, висевшую на стене напротив меня. Картина изображала ягодно-фруктовое изобилие на позолоченном блюде и относилась к натюрмортам.

-Почему же вы тогда пришли к нам, если не хотите работать?

-Это было собственное желание директора. Её не устраивали мои взгляды на мировой процесс.

-А каковы они?

-Вам действительно это интересно?

-Мы просто стараемся понять, можно ли вам доверить ценное имущество.

Лично я бы не доверил самому себе донести батон хлеба из магазина, но хмыкнул и прокомментировал:

-Я считаю, что именно Запад, а особенно такая наиболее мощная в интеллектуальном и техническом плане страна, как Соединенные Штаты Америки, является лидером мирового прогресса, что бы нам ни говорили проплаченные тролли.

-И вы это объясняли детям? На уроке?

-Конечно.

-И как они реагировали?

-Как могут реагировать дети бывших "совков", обыкновенное серое быдло? Они даже таблицу умножения не выучили, до сих пор думают, что в треугольнике четыре угла, чего от них ждать? Кто-то снял мой спич на мобильный телефон и передал директору. Дети предателей и доносчиков!

Мужчина и женщина, сидящие за длинным, лакированным столом, переглянулись.

-Вы приняты с испытательным сроком. Ваша ежедневная задача: доставдять посылки по назначению. Каждая посылка находится в чемодане. Он "многоразовый". Чемодан открывает клиент, прикладывая к сенсору палец. С этого момента посылка считается доставленной. На самом чемодане стоит электронный замок и датчик геолокации.

-А деньги?

-Исходя из заявленной стоимости посылки, оплата будет разной. Но по любому больше, чем вы получали в школе. Чем больше посылок разнесете, тем больше денег. Сдавайте заявление, к нему приложите копию паспорта и с завтрашнего дня приступайте. Вам повезло. Можно сказать, выиграли приз.

Я вышел из полуподвального помещения, закрыв дверь с вывеской "ООО АЭРОНИК". Можно обшить стены европанелями, настелить пол, повесить подвесной потолок. Выставить на офисные столы макбуки. Но запах... Запах подвала, ржавой стоячей воды, сырости, пыльной теплоизоляции всё равно просачивался через это дешевое великолепие. И улыбки. Кто же так сегодня улыбается? Ощущение, что мне как минимум "Сторожевую башню" пытаются всучить, а заодно напихать во все карманы брошюрок Свидетелей Иеговы.

Я вернулся в свою пыльную "хрущевку", которая мне досталась от мамы. Там, на кухне, вдумчиво исследовал новый вид "дошика", заедая его соевым мясом. На пакете с соевым мясом улыбающийся толстый китаец показывал большой палец вверх, гарантируя вкус и качество еды потенциальным покупателям.

Первый адресат располагался на другом конце Москвы, на каком-то Парусном проезде. Парусами там и не пахло. Депрессивный район с дешёвой облезлой застройкой. Я забрался на третий этаж и позвонил в крашеную деревянную дверь. Мне открыл натуральный алкаш. Он стоял, покачиваясь, в синих тренировочных штанах с пузырями на коленях, и с голым торсом, цветом напоминающим перемороженное мясо из холодильника. В волосах его птицы могли бы вить гнезда.

-Ты. Вы. Мне?

-Вам, - раздраженно сказал я. - Палец приложите.

В чемодане что-то пикнуло, и замок с лязгом разблокировался. Одновременно с этим опять позвонили в дверь. Вплыла высокая женщина средних лет, с длинным носом. Соседка, судя по тому, что была в халате. Я далек от мысли, что даже здесь в халатах ходят по улицам. Вероятно, клиент жил один (это было сразу заметно по интерьеру квартиры - от ободранных и засаленных обоев до снятой с петель двери туалета), и соседка размышляла на тему "прибрать к рукам".

-Петенька, а это кто? Твой сын?

-Не, это мой кореш, - отозвался "Петенька" и дружески притиснул меня к своему потному вонючему торсу.

Я открыл чемодан, и Пётр радостно достал из него две бутылки водки "Белочка".

"Нет, вы серьезно?" - в шоке подумал я. - Вот ради этого я проходил собеседование и писал анкету?

-Оставайся, - пригласил клиент. - Отметим. Соседка же его раздосадованно покачала головой.

-Что отмечать собрались? - поинтересовался я, уже пробираясь к двери и размышляя, впитался ли запах чужого пота в рубашку или выветрится.

Второй адрес я несколько раз перечитал в некотором недоумении. Потом решил, что работа на дороге не валяется.

Посылку мне следовало доставить на кладбище.

Глава 2

С кладбищем у меня вообще многое связано.

Во-первых, я родился возле кладбища. Оно начиналось буквально напротив моего дома. В детстве мы с друзьями любили играть в прятки среди могил. Две из них я запомнил очень хорошо. Обелиск: мужское и женское лицо на центральной аллее. Как мне говорила мама - муж с женой. Любили друг друга и умерли в один день. От стиральной машины. Ее ударило током, а он кинулся ее спасать и погиб сам. Маленькая дочка в это время играла на улице. А рядом с ней другая - каменная книга, лежащая на каменном постаменте. И надпись: "Безбрежен ветер в книге жизни. Мог бы и не той страницей шевельнуть". Молодой парень, курсант военно-морского училища кинулся защищать незнакомую девушку, к которой приставали бандиты. Его ударили ножом и он умер еще до приезда скорой. Памятник поставил его отец.

Я помню эти могилы с самого детства. Наверное, дочка этой погибшей семьи уже постарела, а отец курсанта уже умер, но тут, среди могил, время как будто прежнее.

Мы с мамой уехали из города, где я родился. Уехали навсегда. Но город, улица, кладбище, до сих пор приходят ко мне во снах.

Ещё я близко к сердцу принял одну кладбищенскую историю. Жил-был один поэт. Молодой, много и беспорядочно пишущий. Его девушка, невеста, внезапно заболела и умерла. Он так тосковал, что положил всё над чем работал, все свои стихи и наброски, и черновики - вообще все - прямо к ней в могилу.

Прошло какое-то время и поэт понял, что тексты его становятся хуже и хуже. И тогда он решился на роковой для себя шаг. Заранее разрекламировав свою будущую книжку, он назвал ее "Стихи из могилы". И натурально, заплатил денег, произвел эксгумацию и взял с трупа пропахшие разложением рукописи.

Надо ли говорить, что они оказались абсолютно бездарны?

Поэтому я и придерживаюсь правила: не надо трогать того, что уже умерло. Но, похоже господа из ООО АЭРОНИК другого мнения.

Это было не просто кладбище. Оно находилось прямо посреди города, рядом с Савеловским вокзалом. С одной стороны торчали многоэтажки. С другой - шумели машины на Сущевском валу.

"Миусское кладбище, участок 4. Быть не позже 17.00. Позвонить по номеру..."

Я позвонил. Грубый раздраженный голос сказал:

"Где вы ходите!? Мы уже полчаса ждём! Идите к забору."

С удивлением я направился к забору, где встретил злого высокого мужчину в костюме и рядом - землекопа с лопатой около обелиска, на котором значились три человека под общей фамилией Л....

-Принёс? Давай сюда!

-Приложите палец, - предупредил я.

Замок с лязгом разблокировался. В это время землекоп снял с могилы холмик земли. Оказалось, земля только сверху, а внизу каменная плита с бортиками. А под ней оказалась выстеленная черным материалом ямка, в которой стояли три небольших цилиндрических контейнера из бакелита толщиной с тубус для бумаг с завинчивающимися крышками. Мужчина достал из моего чемодана четвертый контейнер и поставил к тем трем. Затем извлек оттуда же узкую табличку, снял с ее задней части какую-то пленку и приложил к памятнику. Табличка приклеилась. Там была та же фамилия Л...

"Теперь вся семья в сборе", - удовлетворенно сообщил мужчина.

Глава 3

Один день и три адреса. Два стали для меня сюрпризом: в бронированном чемодане с электронном замком оказались две бутылки водки и погребальная урна. Содержимое было запаковано в отдельные пакеты, непрозрачные и пронумерованные. Когда распорядитель кладбища брал урну, я успел заглянуть в портфель: там еще оставался "номер три". Вот только адрес определенно не внушал. Мне предстояло ехать в детский дом на севере Москвы в районе улицы Байкальской.

Я не думаю, что детские дома - это лучшее изобретение человеческого гения. Хотя тот же Томазо Кампанелла вообще считал, что детей необходимо воспитывать в общественных заведениях, а семьи запретить, поскольку где семья - там неравенство и частная собственность. Ну, доминиканцам виднее, конечно. Коммунисты вон тоже попробовали. Отдача была такой сильной, что до конца совдепии коммунисты не то, что развестись - плохое слово о семье сказать боялись. Нельзя нарушать законы природы, а то природа нарушит нас.

Одно время я работал в офисе. Это время вспоминаю как самое спокойное: не надо быть классной мамой 24 на 7, строить детей на уроках и долгими ночами километрами писать отчеты. Но внезапно нашему хитро выделанному начальнику пришла в голову гениальная мысль, как снизить налоги на предприятие. Секрет оказался прост: благотворительность. Желательно с чеками и видимым результатом. В итоге рандомно связались с первым попавшимся детским домом и спросили о потребностях. Те пожелали линолеума: у них он вытерся до основания и лохматился, дети постоянно спотыкались. Я заказал Газель, купил этот несчастный линолеум на отмеренные начальником деньги и завез к ним. Так потом еще два раза отчет своему начальству присылал, фотографируя, как его по этажам уложили.

Через год с налогами нас опять подперли и начальник, тяжело вздохнув, опять связался с тем же детдомом (а что, дорожка-то уже протоптана) и спросил, не появилось ли у господ воспитателей новых "хотелок". Те сказали, что нужны штаны и ботинки.

Начальство опять отмерило денег. Ну как отмерило. Ровно столько, сколько необходимо было для снижения налогового бремени. А по количеству штанов и ботинок цифры оказались впечатляющими.

Не знаю почему, но мне было стыдно, когда рыночные торговки, одинаковые, как под копирку в новых и абсолютно безвкусных джинсовых костюмах, в туфлях с длинными носами - мода была такая - терзали в руках и расхваливали то, что мы покупали - дешевые штаны из некачественной ткани; отвратительно сделанные ботинки, пахнущие почему-то ацетоном. И этот стыд почувствовал директор детского дома, куда я сдавал вещи.

И вот опять я в детском доме. Замечательно.

-Мне нужна Глаша Цветкова, - сказал я воспитательнице.

-Ошибки нет? - почему то удивилась она.

-Нет никакой ошибки.

-Наденьте бахилы, - велела она мне. - И повела какими-то сырыми темными коридорами. Временами нам попадались разновозрастные дети. Все, как один, с большим интересом, без улыбки меня рассматривали.

-Что это они? - с опаской спросил я у воспитательницы

-Не обращайте внимания, - отмахнулась она.

Меня привлекла странная конструкция. К стене был приколочен на какую-то картонку большой кусок темной ткани. К этой ткани в творческом беспорядке пришили пуговицы. Много пуговиц.

-А это зачем?

-Мелкая моторика. У нас же малыши и грудничковые. В семье это развивается органично - дети постоянно что-то хватают, вертят, играют. А здесь такой возможности нет. Вот и подводим к стене по очереди.

Мы как раз проходили игровую зону. Бассейн с шариками, где детям полагалось возиться и пластмассовая горка, ненадежная даже на вид. И вдруг я остановился.

-Грудничковые?!

-Да. - Тетка потащила меня, как буксир баржу. Мы оказались в просторном помещении, вытянутом, как пенал. Оно было полно детскими кроватками. Сырость здесь чувствовалась еще сильнее. И какой-то странный запах. Я знаю, как пахнут младенцы, живущие дома. Их детский аромат мешается со свежевыглаженными простынями, молоком. Здесь же чувствовалась какая-то безнадега.

-Больше половины с дефицитом веса, - вещала тетка, продолжая тянуть меня куда-то в глубину. - Брошенки, отказники. Видите, занимаются самоукачиванием. Да и подгузники всем поменять - полдня пройдет.

-Где Глафира Цветкова?! - возмутился я.

-Да вот же она, - кивнула тетка. Шестимесячная Глафира Цветкова в грязном розовом комбинезончике стояла, держась за бортик кроватки и бессмысленно глядела на меня своими прозрачными голубыми глазами, обильно пуская слюни и сопли.

-Приложите палец, - велел я тетке. Та приложила. Никакого эффекта.

Тяжело вздохнув, я осторожно взял хрупкую, как птичья лапка, ручонку Глафиры и приложил крохотный пальчик к сенсору.

Лязгнул электронный замок.

И в следующую минуту мне сдавило горло. Потому что я держал в руках маленького розового осьминожку. На одном щупальце у него было крохотное зеркальце. На другой - маленькая сумочка. Третье снабжено молнией и внутри прятался небольшой карманчик. Внутри тела осьминожки перекатывалось что-то звонкое. Но не это меня удивило. Над глазами осьминожки - черными, выпуклыми, такими же бессмысленными как у Глафиры кто-то вышил четыре буквы

"ДОЧЕ".

Глава 4

С Сергеем я встретился в кафе "Чаек". Несмотря на позитивное название, чая тут не подавали. Только кофе и газированную воду. Когда-то это была обычная рюмочная, но в нынешнее время за квадратными столиками, на пластиковых стульях пялилась в телефоны молодежь, или быстро закидывали в себя пищу деловые люди постарше. Разноцветное меню светилось на стене за сонной баристой в коричневом жакете, с двумя палочками в прическе, которая, оглушительно зевая, тёрла какой-то стакан.

Я заказал кусок мясного пирога и большой "американо". Полноценный трудовой день требовал старательного отдыха. Сергей взял себе блинчики с яблоком.

-Не бери здесь блины, - посоветовал я ему, наблюдая, как при попытке откусить кусочек, Сергей выстрелил горячим джемом прямо в тётку, которая, закатив глаза, рассуждала по телефону о маникюре. Тётка подскочила, уворачиваясь.

-Прошу прощения, - рассеянно сказал Сергей, отыгрывая "ботаника". Тётка фыркнула, внимательно осмотрела блузку и продолжила рассуждать о сортах лака.

-Итак?

-Итак, у нас целая куча вопросов. Во-первых замок.

-Что замок, Сергей?

-Много ты видел замков, которые открывались бы при прикладывании пальца клиента? Заметь, определенного клиента. Телефоны активируются по отпечатку. Но только по одному. А представь: ты доставляешь посылки куче народа. И каждый прикладывает палец. При этом посторонний человек, не адресат, открыть чемодан не может.

-Ну и как это получается?

-Наши думают, что замок может программировать ближайший родственник. Кровный родственник. Тогда передача возможна.

-Зачем такие сложности?

-Сами удивляемся. Ты как с этим чемоданом взаимодействуешь?

-Ну вот вечером я его сдал. Утром, я так понимаю, мне его вручат уже наполненным, со списком адресатов. Наверняка западные технологии.

-Почему западные?

-Ты думаешь, бывшие совки в состоянии до подобного додуматься?

-Ой, да замолчи уже со своим западничеством. Вон работодателям мозги компостируй. Или клиентам.

-Да, клиенты...

-Итак. Митрофанов Аркадий, 56 лет, в разводе. Бывший слесарь местного ЖЭКа. Уволили за пьянку. Сейчас активно пропивает последнее имущество.

-Там еще женщина была

-Клара Степановна Жильцова, 48 лет, муж умер, воспитывает пятнадцатилетнюю дочь. Работница метрополитена. Ни в каких подозрительных связях не замечена.

-А администратор кладбища?

-Это не администратор. Это родственник покойного Леонтьева. Савелий Прокопьевич Леонтьев, 44 года, заместитель главного инженера на заводе металлоконструкций. Я так понимаю, он произвел подзахоронение в уже имеющуюся могилу. Правила это позволяют.

-Ерунда какая-то. А девочка?

-С девочкой сложнее. Известно только, что фамилия Цветкова - выдуманная. Её дали в детском доме. Сведений о матери пока найти не можем.

-Получается, случайные люди?

-Получается так. Или тебя просто проверяют, или мы чего-то не знаем. Оба варианта возможны. Кстати, на работе никому не звони и не веди лишних разговоров. Я допускаю, что на чемодане есть еще и прослушка.

-Здорово, Сергей. И долго мне изображать разносчика пиццы?

-До осязаемого результата. Кстати, много тебе заплатили за день?

-Не поверишь. Десять тысяч на счёт упало.

-Слушай, бросай свою школу. Мне кажется, ты неправильно выбираешь профессию.

-Меня всё устраивает.

-Правильно, жены-то ты так и не завёл!

-Я просил тебя не трогать эту тему, - огрызнулся я.

-Сергей показал, как закрывает рот на замок и выкидывает ключ.

Сергей мой одноклассник. Так вышло. Мы дружили. Хоть и пошли по жизни разными путями. Каждый год наша редеющая компания одноклассников встречалась, и мне было забавно наблюдать, как Сергей старательно шифруется, чтобы не "светить" свое нынешнее место работы. А я что, я молчу. Вот помочь взялся по-дружески. Вечно он меня втягивает.

Вечером я уже собирался спать под какой-то очередной блокбастер, в котором землю захватывали инопланетяне, внешностью похожие на "Чужого", а им противостояла доблестная американская армия и находчивые местные жители разных цветов кожи. Но тут позвонил Сергей.

-Митрофанова нашли в квартире мёртвым! Соседка вызвала полицию.