Заточи свой клинок и Вперед! - 8

Глава 1

К полудню на трибунах не осталось свободных мест. Люди сидели на лестницах, спорили со стражей и поднимали квитанции ставок. Большинство ставило на Райнера, а остальные пытались понять, откуда у бойца 31-го уровня взялся статус Серебряного претендента.

Веземир занял первый ряд семейной ложи. Отсюда он видел арену и мог первым поздравить племянника после победы.

Райнер появился под рёв своего сектора. Он вышел в золочёной броне, поставил перед собой фамильный молот и опёрся на рукоять. Голова оружия доходила ему почти до пояса.

— Рай-нер! Рай-нер! — понеслось над ареной.

Второй портал открылся без торжественной вспышки. На песок вышел худой парень в рубашке и тёмно-синих шортах. Он убрал руки в карманы и направился к центру.

Веземир подавился вином.

Он узнал оборванца у повозки. Тогда тёмный металл сожрал набалдашник его аурной булавы, а парень даже не счёл нужным представиться.

— Райнер! — крикнул Веземир.

Купол заглушил голос. Племянник не повернул головы.

Райнер оглядел одежду противника и рассмеялся. Его сектор поддержал чемпиона.

— Я дал тебе время найти снаряжение, — сказал он. — Ты потратил его на прогулку? Слабоумие Система пока не лечит, но на коленях ты всё равно попросишь пощады.

— Ты молотом работать собираешься или языком? — спросил Геральт. — У второго уже рукоять стёрлась.

Смех прошёл по соседним секторам. Райнер сжал рукоять, и песок под молотом треснул.

Над чашей арены вспыхнуло системное окно.

Дуэль чести Серебряной башни.

Райнер Калевич. Уровень: 48.

Геральт. Уровень: 31.

Формат: без ограничений.

Бой продолжается до смерти, признания поражения или потери сознания. Потеря сознания засчитывается как вынужденная сдача.

Спасительная функция купола отключена. Защитный барьер вокруг трибун сохранён.

Гул на трибунах стих. Семнадцать уровней разницы обещали короткий бой, а отключённая защита превращала ошибку в похороны.

— Начали!

Райнер сорвал молот с земли и поднял над головой. Золотой свет охватил оружие и собрался в кувалду высотой с дом.

Веземир видел эту технику раньше. «Молотный приговор» проламывал башенные щиты и вбивал закованных бойцов в основание арены.

— Техника Калевичей, «Молотный приговор»! — объявил Райнер. — Этим ударом я уложил сотни бойцов!

— Тогда один ещё ничего не изменит, — ответил Геральт.

Райнер обрушил молот.

Из шорт Геральта хлынул тёмный металл, добрался до левой руки и раскрыл пасть. «Живая Сталь» вцепилась в золотую кувалду, откусила её голову и втянулась обратно под одежду.

Настоящий молот продолжил удар. Геральт вынул левую руку из кармана и раскрыл ладонь.

Молот врезался в неё и остановился.

Райнер навалился на рукоять. Затем рванул оружие обратно, но Геральт держал его одной рукой и не сдвинулся.

— Какой артефакт? — вскинул брови Райнер.

— Ладонь, — ответил Геральт. — Редкая модель.

Трибуны заревели. Веземир вскочил и прижал ладони к ограждению. Его аурная булава погибла тем же способом, но племянник успел придумать этому удобное объяснение.

— Фокус твоего доспеха, — бросил Райнер. — Второй раз он тебя не спасёт.

Он выдернул молот и раскрутил над головой. По песку побежали полосы энергии, которые замкнулись вокруг него.

— Вторая техника, «Круг сокрушения»!

Райнер ударил в землю. Кольцо расширилось и подняло стену песка, камней и силы. Волна пошла к Геральту со всех сторон.

У его ног появился каплевидный щит. Эгида раскрылась, подхватила владельца и пронесла его над волной. Геральт обогнул Райнера и спрыгнул у него за спиной.

— Удобная штука, — сказал Геральт, убирая щит. — Советую. Тебе после боя понадобится транспорт.

Зрители загрохотали ногами. Райнер развернулся и повёл молот к левой руке противника, но в середине замаха сменил направление.

Оружие ударило Геральта в правое плечо.

Рубашка лопнула по шву. Молот замер на теле и не продавил плечо даже на палец.

Райнер отшатнулся. Он посмотрел на молот, затем на открытую кожу под разорванной тканью.

— Где ты его прячешь?

— Плохо ищешь, — сказал Геральт. — Попробуй сильнее.

С верхнего яруса донёсся одинокий крик:

— Это Кирпич!

Несколько голосов подхватили позывной. Через секунду его скандировала половина арены.

— Кир-пич! Кир-пич!

Веземир похолодел. Серебряный претендент, который утром стоял на четырёхсоттысячном месте и за одну серию поднялся до четырнадцатой тысячи, всё это время находился перед ним.

Райнер услышал трибуны. Он стиснул рукоять обеими руками и ударил молотом в песок.

— Артефакты, — произнёс он. — Я разобью тебя вместе с ними.

Геральт убрал руки в карманы.

— Наконец-то серьёзный подход.

Райнер сорвал с шеи медальон и раздавил его. По золочёной броне побежали линии света, а за спиной поднялась фигура в короне и латах. Исполин упёрся головой в купол и сжал второй молот.

Веземир опустился в кресло. Племянник применял эту ауру только в смертельных боях, и после неё на арене оставались воронки вместо противников.

— Я хотел оставить тебя живым! — крикнул Райнер. — Ты бы сто лет прислуживал моему дому. Теперь от тебя останется пятно на песке!

— Вот это уже похоже на молот, — сказал Геральт. — Давай. Обеими руками.

— Аура «Владыка молота»! Высшая техника, «Последний приговор»!

Оба молота пошли вниз. Аурное оружие накрыло половину чаши, а настоящий удар целил Геральту в голову.

Шесть фантомных клинков возникли за спиной Геральта. Один ятаган сорвался с места, прошёл вдоль руки исполина и ударил точно в сгиб запястья.

Золотая кисть раскололась. Трещины добрались до локтя, пересекли плечо, и аурный молот рассыпался над ареной.

Настоящее оружие прорвалось сквозь золотые обломки. Геральт подставил левое предплечье.

Удар скрыл обоих в столбе пыли. Остаточная сила разрушенной ауры расколола основание арены, и обломки застучали по барьеру перед ложами.

Купол дрогнул. Пыль накрыла чашу арены и спрятала воронку вместе с бойцами.

Веземир вцепился в ограждение. Несколько мгновений из облака доносился только треск оседающего камня.

Первым показался силуэт Райнера. Он стоял посреди воронки, опираясь на молот, а второго бойца рядом не было.

Райнер выдернул оружие из камня и засмеялся.

— Всё! Готов!

Его сектор взорвался криками. Зрители вскочили со скамей и подняли над головами квитанции ставок.

Веземир разжал пальцы на ограждении. Прямой удар «Последнего приговора» пережить было невозможно, и от оборванца наверняка осталось мокрое пятно под сапогами Райнера.

Племянник вскинул молот и повернулся к трибунам, принимая победный рёв. Пыль оседала, но Геральт так и не появился.

— Спасибо, — сказал Геральт за спиной Райнера. — Как раз до полного заряда не хватало.

Райнер замер.

Геральт стоял в двух шагах от него. На разорванном плече, после его удара не осталось даже синяка, а левую руку он снова держал в кармане.

Райнер попятился. Он поднял молот поперёк груди и впервые за весь бой перестал улыбаться.

— Стой!

Песок взорвался за спиной Геральта. Он пересёк воронку и ударил левой рукой.

Кулак пробил древко молота и вошёл Райнеру в грудь.

ХЛОП!

Райнер исчез. Тело вместе с бронёй рассыпалось серой пылью, а остатки ауры погасли. Из облачка выпал перекрученный молот.

Трибуны замолчали.

Над ареной проявилось системное окно.

Дуэль завершена смертью участника Райнера Калевича.

Победитель: Геральт.

Кто-то с верхнего яруса первым выкрикнул позывной.

— Кир-пич!

Другой сектор ответил настоящим именем.

— Ге-ральт!

Через секунду вся чаша скандировала оба имени.

— Кир-пич! Ге-ральт!

Веземир смотрел на пыль возле сломанного молота. Ему предстояло рассказать отцу Райнера, что наследник погиб от одного удара, а недостающую часть десятимиллионной ставки заберут из имущества Райнера в буферной зоне.

Он прижал ладонь к животу. Пирог просился обратно.

**

Я отряхнул руки. Серая пыль слетела с пальцев и присоединилась к тому, что осталось от Райнера.

Жалко молот. Наверняка стоил целое состояние, но удар «Эха» превратил древко в металлическую лапшу. Может, Живая Сталь доест.

Перед глазами вспыхнула надпись.

Внимание!

До окончания разрешённого времени пребывания в Буферной зоне №777 осталась 1 минута.

Вот ведь таймер. Дождался, пока я закончу, и решил тоже поучаствовать в празднике.

Я открыл инвентарь.

Система среагировала раньше.

Обнаружен дополнительный свиток перемещения в буферную зону.

Вы можете использовать его, чтобы обновить срок текущего пребывания до 24 часов.

Использовать свиток?

— Использовать.

В ячейке инвентаря погас фиолетовый свиток. По телу прошла знакомая волна переноса, но арена осталась на месте.

Срок пребывания обновлён.

Осталось: 23 часа 59 минут.

Отлично. Теперь можно спокойно получить выплату по ставке. Если золота на счетах Райнера не хватит, недостающую часть отдадут его имуществом. Заодно заберу награды за тринадцать рейтинговых побед.

После этого стоило заняться лицензией резидента, потому что каждые сутки скармливать Системе по свитку выходило накладно.

На трибунах народ продолжал скандировать моё имя, а букмекеры держались за головы.

В семейной ложе Калевичей толстяк Веземир побелел и вцепился в живот.

Здесь определённо было весело.

Пожалуй, задержусь в этой буферной зоне подольше...

Глава 2

На трибунах всё ещё скандировали то «Кирпич!», то «Геральт!», когда я открыл портал в чемпионскую комнату. Пусть орут. Вывод и так ясен: противники теперь знали, куда бить, но всё равно за мной не успевали.

Портал перенёс меня в комнату № 77. Правый рукав рубашки висел лоскутами, а в сапоги набился песок. После тринадцати утренних рейтинговых боёв и дуэли мышцы отчаянно требовали отдыха.

Самое время уйти туда, где назойливых журналистов сначала встретят зомби, а потом их бригадир Дундук.

Я закрыл дверь, вызвал железную створку мастерской и шагнул внутрь.

Сиси ждала возле кухни, держа в руках блюдо с колечками из теста. На их золотистой корочке ещё шипело масло.

— Ты обещал вернуться к обеду, — сказала она. — Обед закончился.

— Зато я пришёл живой и с аппетитом. Один недостаток уже исправил.

Оглядев разорванную рубашку, она задержала взгляд на открытом плече и только после этого протянула блюдо.

— Судя по рубашке, тебя ударили молотом в голову.

— Молот пострадал сильнее.

— Утешил.

Голос её звучал сердито, но блюдо она подвинула ближе. Взяв верхнее колечко, я откусил половину.

ХРУСТ!

Корочка лопнула, а горячий творог внутри оказался с солью и зеленью. Я проглотил колечко за два укуса.

— Сиси, ничего вкуснее я в жизни не ел.

Она замерла с блюдом в руках.

— Правда?

— Если бы Райнер знал, что после боя меня ждёт такое, то полез бы под кулак из зависти.

Сиси покраснела. Поставив блюдо на стол и зачем-то поправив салфетку, она придвинула ко мне оставшиеся колечки.

— Я просто взяла другой творог и добавила зелень. Можно было ещё перец, но ты после боя, поэтому я не стала.

— Решение мудрое. Перец мог меня добить.

Сиси улыбнулась и занялась чайником. Похоже, прямая похвала действовала на неё лучше любых артефактов. Надо запомнить. Тем более пара добрых слов обходилась дешевле фиолетовой коробки.

За стеной гудели точила. Дундук выкрикивал номера партий, рабочие таскали заготовки. Один из станков звенел чаще остальных, но в целом производство шло своим чередом, и пока ничего не взорвалось. Для моей мастерской смена шла подозрительно гладко.

Сиси принесла чистую рубашку и оставила её возле двери.

— Два часа отдыха, — безапелляционно заявила она. — Я предупрежу Дундука, чтобы он тебя не трогал.

— А если загорится цех?

— Тогда он может постучать. Один раз.

Включив лечебную купель и добавив пену, я погрузился в горячую воду по самую шею. Гидромассаж размял спину, плечи наконец расслабились, усталость начала отступать.

Вот теперь всё было хорошо. За утро я перескочил с трёхсот восьмидесятой тысячи в рейтинге почти к четырнадцатой и навсегда разобрался с Райнером. А потом ещё и поел.

Жаль, Райнер не дожил. Мог бы оценить хозяйственный подход к дуэлям.

Перед глазами вспыхнуло уведомление.

Поздравляем!

Вы достигли 32-го уровня!

Доступно очков навыков: 1.

Тридцать второй уровень меня вполне устраивал. Тринадцать побед и очень дорогие похороны врага с лихвой окупили потраченное утро.

С такими темпами я быстро доберусь до сорокового уровня. К сорок пятому разница в уровнях с местными чемпионами перестанет быть критичной. Хотя отсиживаться до этого момента я не собирался.

А дальше шли награды посерьёзнее. За победу над бойцами из первой десятки давали редкие карты навыков, за первое место — эпическую. В лавке такие не купишь, зато их щедро выдавали за избиение людей с завышенной самооценкой.

Сначала следовало укрепить «Живую Сталь». Райнер пробить её не смог, но следующие противники наверняка окажутся умнее. Кто-нибудь догадается использовать яд или проклятие, а кто-то найдёт технику, которая бьёт изнутри.

Я закрыл уведомление, вытянул ноги и позволил гидромассажу делать свою работу. Два часа без драк и беготни — настоящий отпуск.

**

Тем временем у двери семьдесят седьмой комнаты собралась толпа, едва помещавшаяся в узком коридоре.

Репортёры тянули вверх записывающие кристаллы, споря, кто первым спросит нового чемпиона о его скрытом классе. Агенты оружейных домов выкрикивали обещания бесплатной экипировки, букмекеры сулили долю со ставок, а бледный посланник семьи Калевичей требовал встречи по факту «незаконного убийства в ходе законной дуэли».

Эту нелепую формулировку он повторил раз пять.

— Освободить коридор! — рявкнул управляющий ареной.

Старик шёл со стороны чемпионского холла. Рядом держался официальный журналист Серебряной башни, а следом двигались две помощницы с записывающими пластинами.

Толпа расступилась на два шага и снова сомкнулась.

— У нас свобода слова! — крикнул репортёр с красным кристаллом.

— А у меня право лишить тебя пропуска, — отрезал старик. — Пользуйся свободой у западного входа.

— Новый чемпион обязан ответить обществу!

— Сначала общество обязано убрать ноги с моего ковра.

У лестницы показалась охрана башни. Репортёр с красным кристаллом благоразумно замолчал, заприметив на поясах стражников дубинки с печатями молчания.

Журналисты нехотя попятились к холлу. Спонсоры потянулись следом, на ходу выкрикивая суммы контрактов, а посланник Калевичей пообещал засудить всех присутствующих.

Дождавшись, пока коридор опустеет, управляющий приложил служебный жетон к двери.

ЩЁЛК!

Замок открылся, и управляющий первым вошёл в комнату № 77.

— У вас пять минут на один разговор, и никаких вопросов о секретах навыков, — предупредил он официального журналиста. — Если полезешь в душу, вылетишь раньше ответа.

В комнате было пусто. На столе стояли нетронутые напитки, лечебная купель даже не наполнялась. Дверь в душевую была открыта, но чемпиона нигде не было.

Помощницы проверили служебный выход и заглянули за ширму. Одна из них даже полезла под стол. Безрезультатно.

— Он покинул башню? — растерянно спросил журналист.

Управляющий посмотрел на контрольную пластину. Комната числилась занятой, дверь наружу никто не открывал, а портальная арка отметила только прибытие с арены.

— Похоже, наш новый чемпион умеет уходить без дверей.

Журналист медленно опустил записывающий кристалл.

— И что мне сообщить зрителям?

Закрыв комнату, старик спрятал жетон.

— Скажи правду. Вы опять опоздали.

Спустя два часа я натянул чистую рубашку и подошёл к железной двери. Сиси проводила меня до выхода, придирчиво осмотрела зажившее плечо и велела забрать её, когда пойду осматривать новое жильё.

— Если там есть кухня, я должна увидеть её первой.

— Боишься, что я снова куплю один стол вместо плиты?

— Ты способен купить точильный станок и назвать его обеденным.

Справедливое замечание. Я открыл дверь и вышел в комнату № 77.

Пока меня не было, персонал башни успел завалить помещение подношениями. Вдоль стен громоздились коробки, бутылки, букеты и свёртки. Письма покрывали стол и даже торчали из пустой купели.

Видимо, в башне считали, что чемпион сам разберётся с этим хламом.

Я вскрыл ближайший конверт. Один из оружейных домов предлагал первоклассный комплект брони — всего-то нужно позволить разместить на груди их герб.

Следом шло предложение породниться с владельцем оружейных мастерских — на выбор предлагались две дочери. Ещё один меценат обещал пожизненный запас лечебных зелий за пару рекламных фраз перед следующим боем.

Последнее послание советовало готовиться к мести от союзников Райнера. Красное пятно на бумаге отчётливо пахло вишней. Жлобы. Даже на крови для угрозы сэкономили.

Я открыл пространственную дверь и просто сгрёб всю макулатуру внутрь. Следом полетели коробки, бутылки и свёртки. Выглянувшая на шум Сиси велела оставить букеты в покое — один из них оказался редким сортом чайной розы.

Разберусь с предложениями позже. Спонсоры никуда не денутся. Авторы угроз тоже, хотя эти придурки могут и сами полезть под руку.

В коридоре уже никого не было. Я направился к выходу и открыл последнее системное сообщение, которое отложил перед водными процедурами.

Расчёт по серии боёв Серебряной башни завершён.

Награды за тринадцать рейтинговых побед перечислены на счёт участника.

Расчёт по Дуэли чести завершён.

Денежная часть ставки перечислена победителю.

Недостающая сумма погашена имущественным активом участника Райнера Калевича.

Ниже высветились адрес и голограмма высотного здания в элитном жилом квартале.

Передано право пользования: пентхаус «Небесный молот».

В право пользования входит обстановка согласно залоговой описи.

Срок аренды: бессрочно.

Условие прекращения: окончательный выход держателя права из зоны этажей с шестого по десятый.

Лицензия резидента в право пользования не входит.

Покойник оказался щедрым. Даже после смерти продолжал решать мои жилищные вопросы.

У западного выхода я поймал экипаж, запряжённый парой клыкастых вепрей. Возница услышал адрес, присвистнул и заломил двойную цену — якобы другой конец зоны.

— За двойную плату вепри понесут меня на руках?

Возница недовольно сбросил половину надбавки. Видимо, носить пассажиров свиньи отказывались.

Экипаж остановился у высотки из тёмного стекла. Пентхаус массивно нависал над основным зданием, на крыше поблёскивала вода открытого бассейна.

В холле дежурил консьерж в бордовом камзоле. Системная панель подтвердила моё право собственности, и он мгновенно передумал делать замечание о моей простой одежде. Для владельцев пентхаусов дресс-код не действовал.

Лифт бесшумно поднял меня на верхний этаж. Едва двери открылись, из гостиной донеслись визг, отборная ругань и звон бьющейся посуды.

Оперативно. Наследство уже пилили, причём с огоньком.

Я прошёл в гостиную.

У распахнутого шкафа самозабвенно дрались две девицы и Веземир Калевич. Одна из дам осталась в одной нижней юбке, вторая судорожно прижимала к груди шёлковую простыню. Между ними стоял сундук с украшениями, а по полу валялись мужские камзолы и обувь.

Веземиру уже расцарапали обе щеки. В правом кулаке он победно сжимал клок светлых волос, а левой тянул на себя увесистую шкатулку.

— Отдай! — визжала блондинка. — Райнер обещал это мне!

— Он и мне обещал! — парировала вторая.

— Райнер мёртв, а вы обе жили за его счёт! — рявкнул Веземир. — Всё принадлежит семье Калевичей!

Я громко постучал костяшками по дверному косяку.

— Не отвлекайтесь. Делайте ставки, кому достанется шкатулка до прихода стражи.

Все трое замерли.

Веземир узнал меня первым. Выпустив волосы, он прижал шкатулку к животу и пошёл красными пятнами.

— Ты убийца и вор! Эта квартира принадлежала моему племяннику!

— Теперь она погашает часть его долга. Удобная семейная традиция.

— Калевичи сотрут тебя в пыль! Мой брат поднимет связи, и ты пожалеешь, что родился!

Я спокойно прошёл мимо него. Шкаф стоял распахнутым, половина полок уже опустела. Ага, всё ценное начали растаскивать сразу после дуэли.

Девицы переглянулись. Блондинка одёрнула юбку, вторая поправила простыню, и обе синхронно изобразили томные улыбки.

— Господин Геральт, это недоразумение, — проворковала блондинка. — Райнер держал нас здесь, но мы ему ничем не обязаны.

— А новому хозяину можем быть полезны, — мурлыкнула вторая. — Очень полезны.

Обе мгновенно перестроились и начали торговаться за право остаться, напрочь забыв про шкатулку. Прагматично.

Вызвав железную дверь мастерской прямо у стены, я заглянул внутрь. Сиси стояла возле плиты со сковородой в руке.

— Нашёл кухню, — сообщил я. — И двух прежних жильцов. Они предлагают остаться в комплекте.

Сиси подошла к порогу, но благоразумно осталась на территории мастерской, где и она, и чугунная сковорода сохраняли полную материальность.

Она окинула холодным взглядом гостиную, девиц и вырванный клок волос на полу.

— Комплект бракованный.

Блондинка нахмурилась.

— А ты ещё кто?

Подняв сковороду, Сиси выразительно постучала ею по ладони.

ТУК!

Блондинка попятилась.

— Та, кто готовит Геральту еду. А теперь пошли вон.

— Мы вообще-то жили здесь!

— Теперь вы живёте в коридоре.

Женщины посмотрели на меня. Я молча указал на дверь.

— Советую послушаться. Эта сковорода пережила мою стряпню.

Они бросились к выходу. Простыня зацепилась за кованую ручку сундука, но её хозяйка рванула ткань и припустила к лифту. Сиси положила сковороду на стол внутри мастерской и шагнула в пентхаус. За порогом её тело стало полупрозрачным.

— Они могли хотя бы одеться, — фыркнула она.

— Ты не дала им времени.

— Мне всё равно, что они там будут делать, лишь бы в другом здании.

У входа обнаружилась панель связи. Я спокойно вызвал патруль, пока Веземир перечислял всех могущественных родственников, которые сотрут меня в порошок.

Прибывшим стражникам хватило записей с панели управления домом и системной залоговой описи. Право пользования квартирой вместе с обстановкой перешло ко мне после дуэли, а Веземир успел вскрыть несколько шкафов сразу после смерти Райнера.

Дядюшку увели вместе со шкатулкой в качестве вещественного доказательства. Уже в лифте он пообещал вернуться со всей семьёй и обрушить на меня небесную кару.

— Кару занимайте по талончикам, — крикнул я вслед. — Тут очередь.

Когда двери лифта закрылись, мы с Сиси устроили обход. А квартирка-то оказалась шикарной.

Помимо нескольких спален, нашлись рабочий кабинет и просторная кухня с вместительной кладовой. На крыше обнаружились бассейн и зона с жаровней. Из панорамных окон открывался вид на реку и соседние кварталы, а вдали возвышалась Серебряная башня.

Для базы в этой зоне пентхаус подходил идеально. Отсюда близко до арены, да и деловых партнёров принять не стыдно. Системный таймер пребывания в зоне всё ещё показывал больше двадцати часов.

Сиси остановилась возле бассейна и провела полупрозрачными пальцами над водой.

— Здесь чисто, и солнце настоящее.

— Значит, нужен купальник.

Она повернулась ко мне.

— Тебе?

— Могу и себе купить. Но тогда соседи подадут жалобу.

Сиси смущённо отвернулась.

— Сначала получи лицензию резидента. Потом пугай соседей.

Двадцати с лишним часов мне хватало, но кормить Систему новым свитком каждые сутки я не собирался.

Пора было оформить право жить здесь без таймера.

Вернувшись в гостиную, я отправил Сиси в мастерскую. Перед уходом она заставила меня перепривязать замок пентхауса к новому жильцу.

— В следующий раз приведи нормальных гостей, — бросила она напоследок.

— В одежде?

— Для начала.

Я спустился вниз, вышел из высотки и взял экипаж до делового квартала.

Палата регистрации занимала массивное здание на перекрёстке. Над входом висели четыре каменные таблички: «Мастера», «Гильдии», «Недвижимость» и «Жалобы».

Возле секции жалоб змеилась самая длинная очередь. Жаловаться люди любили сильнее всего.

В главном зале стоял гул: посетители перекрикивали друг друга и размахивали документами. Каждый требовал позвать начальство, а служащие за решётчатыми стойками монотонно отвечали, не повышая голоса.

Основная толпа собралась у секции мастеров. Кузнецы тащили образцы оружия, а артефакторы нервно следили, чтобы соседи не наступили на их изобретения.

Вдруг из ближайшего кабинета пулей вылетел мужик в кожаном фартуке. Его борода дымилась с двух сторон, а в руках он сжимал обугленный пузатый чайник… на механических ножках.

— Я всё исправлю! — крикнул он через плечо. — Там всего одна руна перепутана!

— Отказано! — рявкнули из кабинета. — И больше не являйтесь сюда со своими самогреющимися убийцами!

Чайник дёрнул ножками. Мужчина прижал его к животу и побежал к выходу, оставляя за собой крошки угля.

Неплохая реклама лицензии мастера. Сначала тебя поджигают, потом официально подтверждают, что ты пока недостаточно опасен.

Я подошёл к стойке и обратился к девушке в синей униформе, которая меланхолично сортировала номерные жетоны.

— Где регистрируют гильдии?

Она не глядя указала на правое крыло.

— Там. Но если вам нужна только лицензия резидента, очередь начинается во дворе. Сегодня принимают ещё семь заявок, а желающих около двухсот.

— Мне нужна гильдия.

Жильё у меня уже было, а торчать во дворе с двумя сотнями страждущих я не собирался. Через гильдию лицензию можно было оформить по ускоренной процедуре.

Девушка перестала перебирать жетоны и посмотрела на меня внимательнее.

— Тогда учтите: лицензию резидента основатель сможет оформить только после завершения заявки. Для этого придётся выполнить все условия Системы.

— За этим и пришёл.

Она протянула мне синий талон, хотя никакой очереди в правое крыло не наблюдалось.

За аркой шум оборвался. Коридор тянулся до окна, двери по обе стороны были наглухо закрыты, а на лавках лежал слой пыли. Будущие основатели гильдий забредали сюда так редко, что талон выдавали исключительно для вида.

На нужной двери висела табличка «Регистрация новых объединений». Я постучал.

— Входите! — прогремел мощный бас.

Судя по голосу, я ожидал увидеть здоровенного мужика. Но за столом сидел невысокий щуплый мужчина, которому столешница доходила почти до подбородка.

Он восседал на толстой подушке и хмуро сверлил взглядом пустой бланк. Под глазами залегли глубокие тени, воротник форменного камзола был небрежно расстёгнут.

— По какому вопросу? — гулко спросил он.

Фарфоровая чашка на краю стола мелко завибрировала.

— С таким голосом вам стоит выступать в опере.

Опера? Откуда в моей голове вообще взялось это слово? В памяти остались каменный зал и железные звёзды, а опера вылезла откуда-то ещё.

Мужчина перестал хмуриться.

— Вы разбираетесь в вокале?

— Когда от голоса чашки дрожат, тут и без слуха всё ясно.

Отложив перо, он поправил воротник.

— По вечерам я пою для души в малом концертном зале возле Речного моста.

— Тогда стол вам откровенно мешает.

— Именно! — Он заговорил громче, и чашка снова станцевала на блюдце. — В ближайший выходной у меня выступление. Назовёте на кассе своё имя — Геральт, — и получите два билета со скидкой. Вы первый посетитель за полгода, который услышал во мне певца.

— Обычно посетители слышат требование заполнить бланк.

— Обычно они приходят жаловаться на отказ, — вздохнул он. — А вы?

— Хочу зарегистрировать гильдию.

Его улыбка померкла. Он тяжело вздохнул и вытащил из ящика стола пухлую папку.

— Очень жаль.

— Что именно?

— Вы приятный человек с хорошим слухом, но мне придётся вам отказать.

— Сначала назовите причину.

Он раскрыл папку. На первой странице стояли сургучные печати и крупная надпись «Лимит объединений исчерпан».

— Создание гильдии формально разрешено, но требования почти невыполнимы. Старые объединения мёртвой хваткой держатся за места, а новые годами не могут собрать полный комплект условий.

— Назовите хотя бы первое.

Чиновник посмотрел на меня с искренним сочувствием.

— Во-первых, стартовый взнос составляет один миллиард золотых.

— Деньги есть.

Аванса от Торговой гильдии с лихвой хватало на взнос, а сегодняшние призовые сделали эту сумму и вовсе незаметной.

Чиновник перевернул страницу и сверился с цифрой, хотя миллиард за это время вряд ли успел подорожать.

— И вы готовы внести его сейчас?

— Даже без продажи билетов на ваш концерт.

— Хорошо. Тогда второе условие. В течение суток вы обязаны принять девять первых членов. Каждый должен подтвердить вступление через системный интерфейс.

— Тоже не проблема.

— У вас уже есть девять соратников в зоне?

По зоне уже разбрелись бывшие бандиты «Тихого Омута», которых я выпустил на разведку, и на девять человек там точно набиралось. Они получили работу и строгий запрет грабить обычных искателей. Для первого дня в приличной гильдии подходили отлично.

— Найдутся. Если понадобится, впишу девять подставных.

Чиновник уставился на меня и медленно закрыл рот. Похоже, после миллиарда он ожидал чего угодно, кроме спокойного согласия.

— Формально подставные члены не запрещены, если они вступают добровольно, — откашлявшись, сказал он. — Но остаётся третье, самое главное условие.

Он закрыл папку и положил ладони на обложку. Чиновник заговорил тише, но его всё равно было слышно во всём кабинете.

— Нужна печать основателя гильдии. Система иногда выдаёт её за скрытые квесты, но последний такой случай фиксировали лет десять назад.

— А готовая печать?

— Их перестали выдавать тридцать лет назад, когда исчерпался лимит гильдий. Свободную печать я за всю службу в глаза не видел.

Он развёл руками.

— Мне правда жаль. Редко встретишь человека, который ценит настоящий голос, а помочь ему я не могу.

Я открыл инвентарь и достал трофей, снятый с лидера «Тихого Омута». Массивная печать со стуком легла на стол рядом с папкой.

— Такая подойдёт?

Чиновник онемел.

Он взял печать обеими руками, словно величайшую драгоценность, и поставил на проверочную пластину. По металлу пробежали синие линии.

Обнаружена гильдейская печать низшего ранга.

Прежнее объединение уничтожено.

Статус печати: свободна.

Допущена к основанию новой гильдии низшего ранга.

Мужчина дважды перечитал уведомление и поднял на меня ошарашенный взгляд. Потом ещё раз проверил печать.

— Где вы её взяли?

— Предыдущие владельцы решили резко сменить сферу деятельности.

— Все сразу?

— Я провёл убедительную профориентацию.

Он снял печать с пластины и бережно поставил перед собой.

— Тогда отказ отменяется. Я оформлю заявку прямо сейчас.

Чиновник вызвал платёжное окно. Я подтвердил перевод миллиарда, и над папкой загорелась золотая отметка.

Взнос за основание гильдии принят.

Печать основателя подтверждена.

Мужчина развернул ко мне чистую строку бланка.

— Осталось указать название.

Обычно гильдии выбирали название погромче: «Стражи Севера», «Железные Псы», «Серый Молот», «Скрытый Легион». Сразу понятно, что внутри сидят очень опасные люди. По крайней мере, они сами в это свято верят.

Моим бойцам грозное название силы не добавит.

Перед глазами сразу возникла Сиси, выгоняющая наглых девиц из пентхауса одним взмахом чугунной посуды.

— Сковородка.

Перо чиновника зависло над бумагой.

— Простите, как?

— Гильдия «Сковородка».

Он посмотрел на печать низшего ранга, затем на пустую строку.

— Вы уверены?

— Только что отлично себя показала.

Чиновник открыл было рот, бросил взгляд на редчайшую свободную печать и благоразумно промолчал. Затем он аккуратно вывел название и прижал трофей «Тихого Омута» к нижней части бланка.

Печать вспыхнула синим. Старый знак исчез, и вместо него появилась сковорода.

Заявка на создание гильдии принята.

Название: «Сковородка».

Ранг: низший.

Основатель: Геральт.

Время на завершение регистрации: 23 часа 59 минут.

Необходимо принять девять первых членов.

Передо мной открылось новое окно. В общем интерфейсе появилась вкладка «Управление гильдией», но почти все строки оставались серыми.

Активной светилась только одна кнопка.

Пригласить участника.

Я нажал на вкладку ещё раз, но остальные разделы не открылись. Система хотела девять подтверждений и не собиралась выдавать игрушки авансом.

— После вступления девятого участника регистрация завершится, — пояснил чиновник. — Тогда вкладки станут доступны, а вы сможете оформить лицензию резидента через этот же раздел. Если не успеете за сутки, заявка будет отменена.

— Успею.

Бывшие бандиты «Тихого Омута» уже согласились работать на меня живыми. Теперь проверим, дорожат ли они такой возможностью.

Чиновник убрал бланк в папку и протянул мне обновлённую печать.

— Берегите её. Второй такой вы можете уже не найти.

— Обязательно. Положу в инвентарь рядом с кирпичом.

Он усмехнулся.

— И не забудьте про концерт.

— Если ваш голос там такой же, билеты на галёрку можно продавать дороже.

Мужчина расцвёл в улыбке и лично проводил меня до двери. Едва я вышел в пустой коридор, за спиной раздалось раскатистое оперное пение. Стёкла в окнах жалобно задрожали.

Да, галёрка тут точно стоила дороже.

Я пересёк главный зал Палаты. Очередь мастеров почти не сдвинулась, зато мужчина с тлеющей бородой уже вернулся и доказывал охране, что чайник больше никого не кусает.

На улице таймер зоны продолжал отсчёт. Я открыл список приглашений, вбил девять имён из учётных книг «Тихого Омута» и отправил запросы. Система нашла всех в зоне; дальше требовалось их добровольное подтверждение.

Торчать на тротуаре и ждать, пока они вспомнят, как сильно любят жизнь, я не собирался. С лицензией разберусь после девяти подтверждений. Убрав печать в наруч, я остановил свободный экипаж.

— К кварталу рудокопов, в «Адские рудозвоны», — бросил я вознице и показал визитку.

«Живая Сталь» уже поглощала восемнадцать процентов урона, но для дальнейшей прокачки требовала редких металлов. Райнер не оставил на мне и синяка, но местные чемпионы уже видели мои бои. Следующий противник подготовится лучше.

ХРЮК!

Вепрь потянул карету к северным улицам...

Глава 3

До «Адских рудозвонов» оставалось несколько кварталов, когда у меня на поясе завибрировал медальон дальней связи.

— Милорд, мы нашли выход с восьмого этажа. Правда, он может оказаться очень старательно замаскированной могилой, — донёсся голос Виктории.

Экипаж в этот момент тряхнуло, и я едва не впечатал артефакт связи себе в зубы. Снаружи кто-то заорал, металл загрохотал по камню, а кучер начал ругаться с таким знанием ремесленных терминов, что заслушался бы любой кузнец.

— Насколько старательно? — спросил я.

— Разведчики нашли проход за крепостью диких племён. Саму крепость мы взяли час назад, и там обнаружились алтарь, склады, казармы и шахта наверх. В ней стоят ворота с девятью замками: шесть открыты, два сломаны, а последний тянет силу откуда-то сверху.

— Потери?

— У вампиров семеро раненых, милорд. Нежить считать не стала: Патрик уже поднял часть защитников, так что после штурма армия даже подросла.

Удобная система: у хорошего некроманта даже потери работали на прибыль. Торговая гильдия удавилась бы от зависти, если бы узнала способ брать комиссию с воскрешения.

Я отодвинул занавеску. Экипаж застрял между повозкой с рудой и шагающим подъёмным краном. Четыре медные ноги крана упёрлись в мостовую, а руническая стрела на его корпусе упрямо указывала в стену. Рабочий в кожаном фартуке бил по панели ключом и требовал от машины повернуть налево.

БА-БАХ!

Ковш врезался в крышу лавки. Машина явно стояла на своём.

Ремесленный квартал встретил меня суетой. Здесь за каждой стеной что-то плавили, крутили или пытались убить хозяина за плохое обслуживание.

Над улицами тянулись трубы. По ним с шипением уходил пар, а в канавках вдоль мостовой текла вода с медной пылью. Между кузнями протискивались тележки с кристаллами, слитками, деталями големов и бочками масла. Один безрукий голем-доспех нёс на спине ящик руды, второй спорил с грузчиком и требовал доплату за перегруз. Значит, либо в него вселили дух, либо местные ремесленники всерьёз решили, что рабочим мало обычных причин для недовольства.

— Закрепитесь в крепости, — приказал я Виктории. — Шахту проверьте снизу, но ворота не трогайте. На следующий этаж без меня никто не идёт.

— Даже разведчики?

— Особенно разведчики. Если за воротами ждёт хозяин могилы, пусть пока поскучает в гордом одиночестве. Я скоро к Вам присоединюсь.

— Поняла, милорд. Трофеи уже сортируем: набрали руды, оружия, доспехов и четыре запечатанных сундука. Один из них шепчет имена всем, кто проходит рядом.

— Поставь возле него зомби. Поставь возле него глухого зомби. Если сундук устанет шептать раньше, чем зомби — слушать, откроем. И руду не сваливайте в общую кучу. Отберите образцы незнакомых сортов и отправьте в мастерскую — я как раз еду к поставщикам.

Виктория выдержала короткую паузу.

— Про сундук передам слово в слово, милорд. Руду отсортируем.

Связь погасла. Почти сразу передо мной раскрылось системное уведомление.

Пять из девяти приглашённых подтвердили вступление в гильдию «Сковородка»!

До завершения регистрации осталось 4 участника.

Пятеро выбрали службу у меня вместо клетки и смерти с последующим трудоустройством у Патрика. Решение было вполне здравым. Остальные четверо где-то застряли между жадностью и редким приступом тупости.

До конца встречи с рудозвонами подожду. Потом прогуляюсь по меткам и помогу определиться. Человеку иногда нужен совет, а порой недостаёт крепкой затрещины.

Кран наконец развернулся, снёс вывеску соседней мастерской и освободил дорогу. Кучер дёрнул поводья, вепри протащили экипаж ещё полквартала и остановились перед зданием с просевшим верхним этажом. Шесть стальных подпорок упирались в фасад и не давали ему лечь на улицу. Над воротами висел расколотый колокол. Из трещины вырывалось пламя, а под ним светились буквы:

Гильдия «Адские рудозвоны». Мы найдём руду и назначим цену.

Последняя фраза внушала доверие. Здесь хотя бы предупреждали заранее.

Я расплатился с кучером и вошёл. Внутри грохотало ещё сильнее, чем на улице. Рабочие катили вагонетки по рельсам между стойками с образцами, а под потолком ползал захват на цепях. В центре зала два гнома спорили с человеком из-за ящика камней. Человек доказывал, что привёз железную руду. Гномы называли груз садовой землёй и предлагали посадить в нём картошку.

— Это вы! — раздалось справа.

Ко мне пробрался знакомый мальчишка лет десяти. Только теперь на нём висел фартук с десятком карманов, а на плече лежала кирка. Древко было длиннее самого владельца и пару раз приложило прохожих по поясам.

На самом деле мужику было тридцать семь, но навык оставил ему детское лицо. Для работы под землёй подарок сомнительный, зато извозчики давали скидку на проезд.

— Вы всё-таки пришли, — сказал он. — Визитку с собой взяли?

Я достал карточку с эмблемой колокола.

— Десять процентов с первого заказа. Я такие обещания не забываю.

— Тогда вы точно наш клиент. Остальные обычно теряют визитки раньше совести.

Он повёл меня к стойке, за которой ждал коренастый бородач в кольчужном фартуке. Он доставал мне до груди, а плечами мог перекрыть стойку. Рыжую бороду гном заплёл в две косы. На каждой косе висело по гайке. Бородач листал ведомость и ворчал из-за чьего-то почерка.

— Господин мастер, к нам покупатель, — объявил мой знакомый.

Бородач поднял голову.

— Госпожа мастер, — поправил низкий женский голос.

Борода, кольчужный фартук... Ладно, дальше разглядывать было бы невежливо.

— Бывает, — сказал я.

— У людей это постоянно, — ответила гномиха. — Зовут меня Брюнна, а все заказы на этом складе проходят через меня. Про бороду лучше спросите сейчас, потому что дальше консультации платные.

— Борода хорошая. Где здесь редкий металл?

Брюнна хмыкнула и захлопнула ведомость.

— А вы мне нравитесь. Большинство сначала полчаса извиняется, а потом вспоминает зачем сюда пришли.

Мой знакомый рудокоп спрятал улыбку в кулак. Неловкость закончилась, толком не успев начаться. Практичная женщина сразу перевела разговор на дело.

Брюнна провела нас в демонстрационный зал. На каменных столах лежали куски руды, пластины, слитки и мотки проволоки. Над каждым образцом висела табличка с местом добычи, глубиной жилы, ёмкостью маны и ценой. У дальней стены мастера в защитных масках проверяли камни синим пламенем, а помощники записывали результаты.

— У нас тут не одна артель, — сказала Брюнна. — Мы входим в Глубинный конгломерат: двадцать три людские артели и одиннадцать гномьих родов. Люди быстрее находят жилы и договариваются о проходе, а мы копаем, плавим и считаем, сколько они растеряли по дороге.

— Работаем плечом к плечу, — добавил рудокоп.

— Пока в штреке узко, — уточнила Брюнна. — Потом люди лезут вперёд.

Пока Брюнна водила меня между столами с образцами, перед глазами мигнуло системное оповещение: ещё двое бывших бандитов приняли приглашение в гильдию.

Она остановилась у двух образцов. Слева лежал синий камень с серебряными прожилками, справа лежал слиток размером с ладонь. От слитка шёл слабый свет.

— Вот руда из жилы Лунного Разлома. Шлака в ней полно, зато металл хорошо держит ману. После двух плавок остаётся такой слиток, и стоит он вчетверо дороже сырья.

— За очистку?

— За топливо, время, работу и половину сырья, которая уходит в отходы. Для доспеха лучше брать слитки. Сэкономите на руде, но заплатите плавильщику, а самостоятельная плавка быстро съест деньги.

Последний вариант мне подходил. Только терять деньги я не собирался.

— Тогда дайте по образцу каждой руды, которую принимает магия, и найдите мне отдельную кузню. Зрители не нужны.

Брюнна прищурилась.

— Вы кузнец?

— Сегодня узнаем.

Передо мной мигнуло новое уведомление.

Восьмой участник подтвердил вступление в гильдию «Сковородка»!

До завершения регистрации остался 1 участник.

Остался один. Похоже, он либо спит, либо пьян. В первом случае скоро проснётся, во втором — придётся помочь протрезветь.

— За руду заплачу сразу, а кузню беру на час, — продолжил я. — И скидку по визитке не забудьте.

Брюнна посмотрела на карточку, затем на знакомого рудокопа.

— Опять раздаёшь скидки на право и налево?

— Так в этом и смысл.

— Отвратительная привычка. Клиенты начинают думать, что мы рады их видеть.

Она сгребла со стола четыре образца и махнула мне за собой.

— Идёмте, сегодняшний кузнец. Посмотрим, сколько денег вы сумеете испортить за час.

Кузня занимала комнату за складом. Внутри поместились горн, наковальня, чан для охлаждения и стол с зажимами. Свободного места почти не осталось, так что посетителям приходилось протискиваться боком. Брюнна выложила образцы в ряд и коснулась руны возле двери.

— Я открыла дверь на час, — сказала она. — Производственные навыки и безопасное пламя будут работать. Боевые умения защита зоны всё равно прижмёт. А если взорвёте кузню — заплатите за стены, инструмент, простой и моё испорченное настроение.

— Последнее дорого?

— Смотря сколько продлится.

Я перевёл ей деньги за руду и аренду. Скидку знакомого рудокопа Брюнна вычла с таким лицом, будто эти десять процентов выдернули лично из её бороды.

— Позвать плавильщика? — спросил рудокоп.

— Сначала испорчу всё сам.

— Тогда вы точно освоились в ремесленном квартале.

Они вышли. Замок щёлкнул, а руны по краям двери налились красным. Я снял рубаху и разложил образцы на столе. Синеватая руда из Лунного Разлома стоила дороже всех остальных вместе взятых. Если Живая Сталь хотела редкого металла, получит самый дорогой камень в комнате. Вкусы доспеха уже тянули на отдельную статью расходов.

Я направил ману в шорты. Тёмный металл потёк по животу и груди, сомкнулся на плечах, а затем добрался до кистей. Привычная тяжесть легла на тело и тут же привычно исчезла. Броня мне нравилась: ела много, зато после обеда не просилась погулять.

По моему приказу на животе раскрылась пасть. Я отколол от синей руды кусок и поднёс его к пасти. Зубы сомкнулись и перемололи камень вместе с серебряными прожилками. По доспеху прошла слабая волна.

Ну? Восемнадцать процентов. Показатель даже из вежливости не дрогнул.

— Вот и поговорили.

На внутренней шкале насыщения прибавилась тонкая полоска. Настолько тонкая, что за цену полного обеда я купил доспеху лишь запах еды.

Почему? Металл внутри был и ману проводил. Брюнна не врала — иначе её склад давно бы разнесли недовольные маги. Значит, Живая Сталь проглотила вместе с полезной частью камень, песок, пыль и пустую породу. Попробуй накормить привередливого хищника булыжниками, а потом удивляйся, что он не растёт.

Плавить руду обычным способом я не умел. Зато мой навык никогда не интересовался такими мелочами.

Я взял оставшуюся часть и вызвал описание.

Лунная руда

Тип: магическое сырьё

Качество: необычное

Содержание металла: 31%

Снаружи руда отливала синим, хотя для Системы считалась «необычной», то есть зелёной. Цвет сырья и системное качество, как водится, не имели ничего общего. Впрочем, сейчас мне это было только на руку.

Я зажал руду между ладонями.

— Заточить.

Белый свет пробился сквозь пальцы. Мана ушла в камень, и тот дёрнулся. Острые крошки посыпались на стол. Руда вытянулась, серебряные прожилки собрались в центре, а серый шлак осыпался с краёв. Через несколько секунд в руке остался узкий стилет. Рукояти у него почти не было, зато металл очистился и отлично держал форму.

Заточка применена! Урон +11!

Запас маны просел до восемнадцати единиц. Доспех забрал приличную часть при активации, а заточка — ещё одну. Для быстрой проверки хватит, а серийную переработку всё равно стоило вести дома, без платы за аренду кузни.

Я поднёс стилет к пасти. Живая Сталь сама рванулась вперёд, откусила половину и с хрустом втянула остаток. По пластинам пробежали серебряные линии. Вспыхнули и растворились.

«Живая Сталь» поглотила особый артефактный сплав необычного качества.

Сплав преобразован легендарным навыком. Ограничение минимального ранга частично обойдено.

Поглощение урона увеличено на 0,25 процентного пункта.

Вот теперь получился разговор. Камень дал пыль на шкале, а простейший предмет из того же сырья дал четверть пункта. Заточка собрала магический металл и серебряные прожилки в особый сплав, поэтому Живая Сталь приняла его, несмотря на низкий ранг. Доспех питался не просто металлом, а результатом ремесленной работы.

Для обычного кузнеца это означало горн, формы, молоты и часы возни. Мне хватало одной команды.

Я обработал остальные образцы. Из двух получились толстая игла длиной с палец и четырёхгранный пробойник, а вот последний кусок Система отказалась принимать из-за примеси чужой магии. Его я отложил для Сиси. После кормления показатель доспеха поднялся ещё на четверть пункта и замер.

Текущее поглощение урона: 18,5%.

Горсть образцов дала полпункта. Если перевести это в вагонетки, выходила очень приятная арифметика. Рудозвоны добывают сырьё, а я превращаю его в артефактные заготовки. Доспех жрёт их и растёт. И никому не нужно знать, что между первой и последней стадией проходит всего пара секунд.

Я погасил броню, натянул рубаху и собрал каменный шлак в мешочек. Если бы я её оставил так, то Сиси наверняка появилась бы здесь и лучше не давать ей повода материализоваться с метлой и испортить мне репутацию серьёзного мастера.

В общем зале Брюнна проверяла накладные, а знакомый рудокоп сидел на стойке и пил из кружки. Ноги до пола не доставали. Заметив меня, он спрыгнул.

— Кузня цела. Уже лучше обычного первого раза.

— Тогда перейдём к делу. Мне нужны постоянные поставки лунной руды и ещё двух сортов. Начнём с пяти вагонеток каждой, а если качество удержите, объём вырастет.

Брюнна отложила свои ведомости.

— На долгие поставки у нас правило: системный договор заключаем только с зарегистрированной гильдией. С одиночками работаем разово.

— Почему?

— Потому что одиночка сегодня купил руду, завтра помер, а послезавтра прибегают наследники и требуют предоплату назад. Гильдия хотя бы переживает отдельных идиотов.

Тут не поспоришь. У меня уже имелась гильдия, набранная из бывших работорговцев под угрозой превращения в нежить. Надёжность выглядела спорно, зато Система любила подписи сильнее здравого смысла.

Перед лицом вспыхнуло уведомление.

Девятый участник подтвердил вступление!

Минимальные условия основания выполнены.

Поздравляем! Гильдия «Сковородка» зарегистрирована.

Открыто управление гильдией. Доступны базовые сделки и контракты.

Доступно оформление лицензии резидента Буферной зоны №777.

Я сразу открыл нужный раздел и подтвердил заявку.

Лицензия резидента оформлена!

Ограничение времени пребывания в Буферной зоне №777 снято.

Вот теперь свитки перемещения можно было больше не скармливать Системе каждые сутки. Главная причина, по которой я вообще затеял всю эту регистрацию, наконец закрылась.

Следующее окно вытеснило первое.

Внимание!

Для установки знамени и открытия полного функционала приобретите отдельный объект недвижимости в собственность гильдии на территории Буферной зоны №777.

Текущий полный функционал: недоступен.

Значит, последний всё-таки очнулся, и девять бывших бандитов официально стали моей гильдией. Лицензию я получил, зато Система тут же нашла новый способ заставить меня потратить деньги.

— Подойдёт глава гильдии, которую зарегистрировали примерно десять секунд назад? — спросил я.

Брюнна уставилась на меня. Рудокоп перестал пить.

— Как называется? — спросила гномиха.

— «Сковородка».

— Я пожалею, если спрошу?

— Скорее всего.

Брюнна провела ладонью над моей системной печатью. Над стойкой возник знак сковороды, название и низший ранг. Гномиха дёрнула себя за правую косу, проверяя, не спит ли.

— В семьсот семьдесят седьмой зоне двадцать лет не регистрировали новых гильдий, — произнесла она. — Все свободные печати давно поделены, а взнос отпугивает даже богатых.

— Прежнему владельцу она больше не нужна. Я помог решить вопрос.

— Умер?

— Потерял интерес к делам.

Знакомый рудокоп кашлянул в свою кружку. Брюнна задержала на мне взгляд, потом вытащила из ящика медную пластину.

— Ладно, глава «Сковородки», записываю по пять вагонеток каждого сорта в неделю. Первый месяц пойдёт по цене склада, потом пересчитаем под объём. Куда везти?

— Пока везите на служебную грузовую площадку «Небесного молота». Потом сменим адрес.

Мы сверили сорта, объёмы, сроки и допустимую долю примесей. Брюнна потребовала оплату первой партии вперёд, я выбил скидку за объём поверх визитки. После короткого торга Система развернула текст договора. Что тут у нас? Рудозвоны не пытались подсунуть мелкий шрифт, только добавили штраф за простой вагонеток.

Мы приложили ладони к пластине.

Системный договор заключён!

ЩЁЛК!

Медный лист разделился надвое. Одна часть ушла Брюнне, вторая растворилась у меня в инвентаре.

— Двадцать лет, говорите? — Я убрал руку. — Значит, стоило зарегистрироваться хотя бы ради новости.

— Ради новости хватило бы поджечь Палату регистрации, — сказала Брюнна. — Вышло бы дешевле.

Возможно, но тогда мне не дали бы лицензию резидента. Бюрократы почему-то плохо относились к огню в своих кабинетах.

Из квартала я уехал с договором и мешочком шлака, а заодно приобрёл новую проблему. Для полного доступа гильдии требовалась отдельная резиденция. Пентхаус у меня уже был. Вдруг Система засчитает его? Проверить ничего не стоит, а Система любила цепляться к словам.

Оказавшись в «Небесном молоте», я открыл дверь тем же ключом, который сегодня выдала Система. Ниша у стены пустовала: стражники успели забрать шкатулку вместе с Веземиром.

В холле ещё пахло выпечкой и духами незваных родственниц Райнера. Вспомнилась Сиси и её чугунная сковорода. Вот тебе и символ власти, особенно если держать за ручку.

Я открыл управление гильдией и выбрал установку знамени. Воздух передо мной сгустился. В руки легло древко, а с него развернулось чёрное полотнище. В центре красовалась серебряная сковорода. Её ручка торчала вверх, а вокруг шёл венец из девяти маленьких заклёпок.

Сиси успела погонять девиц сковородкой, а я назвал в её честь гильдию. Система тут же превратила это в герб. Похоже, где-то существовал отдельный бог бытового насилия, и сегодня он обратил на меня внимание.

Я стукнул древком о мраморный пол.

Установка невозможна.

Объект «Небесный молот» является частью здания.

Для основания резиденции гильдии требуется отдельное здание целиком. Квартиры и иные помещения внутри общего здания не подходят.

Вот в чём проблема. Пентхаус занимал только верхушку здания, а Системе требовался весь дом вместе с землёй под ним. Склад «Тихого Омута» тоже не годился: я забрал оттуда содержимое и печать, но само здание оставалось в собственности зоны.

Я убрал знамя. Покупать так покупать.

Я подошёл к окну. Через узкий проезд от «Небесного молота» стоял двухэтажный дом, а над его дверью висел позолоченный ключ. Под ним тянулась вывеска:

Агентство недвижимости «Золотой ключ». Дома, склады, поместья.

Удобно. Оставалось спуститься и перейти улицу. Даже магия для такой сложной операции не требовалась.

Через несколько минут я вошёл в агентство. В приёмном зале служащие листали каталоги за четырьмя стойками, а возле двери мужчина требовал вернуть деньги за дом с привидением. Риелтор доказывал, что призрак указан в договоре как прежний жилец и выселению не подлежит.

За ближайшей стойкой девушка спорила с носильщиком о плате за четыре каталога. Она сунула ему две монеты вместо трёх и повернулась ко мне. Светлые волосы удерживала шпилька в форме ключа. Платье сгодилось бы для светского приёма, а сапоги пережили не одну стройку.

— Добрый день. Мирена Даль, старший специалист агентства «Золотой ключ». Что именно вы ищете?

— Гильдейскую резиденцию. Нужны приёмный зал, кабинет, склад и двор под защитой. Только отдельное здание целиком. Если вариант подойдёт, оформляем сегодня.

Мирена положила на стойку тонкий каталог, но после слов о резиденции гильдии убрала его и достала самый толстый. На обложке блестели особняки, башни, поместья и новая цена консультации. Вот что сделали два дорогих слова.

— Разумеется. Вам нужен дом, который гости запомнят с порога, — заговорила она мягче. — У меня есть несколько особняков с историей и подходящим окружением...

— Каждый комплимент уменьшает вашу комиссию на одну десятую процента.

Мирена осеклась.

— Поняла. Тогда поехали, экипаж ждёт во дворе.

Полезная система оплаты, стоило внедрить её в гильдии для докладов.

Через полчаса мы остановились перед первым объектом. Риелтор выбрала бывший дом сборщиков налогов рядом с центральной площадью. Фасад украшали колонны, окна выходили на фонтан, а возле входа толпились просители. Они перепутали нас с новыми чиновниками и сразу протянули бумаги.

Я прошёл внутрь, дёрнул заднюю дверь и вернулся на улицу. Запасного выхода, считай, нет.

— Нет.

— Мы даже второй этаж не осмотрели.

— Один нормальный выход, двор размером с ковёр и полсотни людей под окнами. Здесь удобно собирать налоги и ждать поджога. Мне место не нравится.

Мирена открыла каталог.

— Тогда у меня есть особняк возле набережной.

— Там сырость.

— Закрытая усадьба в храмовом квартале.

— Соседи будут жаловаться на шум.

Она задержала палец над страницей.

— Вы планируете шуметь в резиденции?

— Теперь уже планирую. А соседи заранее раздражают.

Мирена перелистнула страницу и назвала ещё четыре адреса, но два сразу отбросила сама: один был без склада, второй продавался вместе с долгами прежнего хозяина. Дом у портальной арки отпал из-за грохота переходов.

Последний объект находился на границе торгового и ремесленного кварталов. Экипаж свернул с широкой улицы к каменной ограде и остановился из-за рабочих. Двое вытаскивали через ворота шкаф, а шкаф цеплялся дверцами за столбы и отказывался покидать дом. Третий рабочий руководил, сидя на самом шкафу.

За оградой стояло двухэтажное здание с боковым крылом. Во дворе имелся навес для повозок, у дальней стены темнел вход в подвал. Окна первого этажа защищали ставни с рунами. Слева проходил переулок к ремесленному кварталу, справа начинались торговые склады.

Шкаф наконец вырвался из ворот и рухнул на мостовую вместе с двумя рабочими.

ГРРРАХ!

Дверцы отлетели в разные стороны, а доски расползлись по камню.

— Видите, мебель уже выносят, — сказала Мирена. — Хозяин собирался открыть здесь школу артефакторов, но разорился раньше первого набора.

Я вышел из экипажа. От ворот просматривались главный вход и боковая калитка. Крыша требовала ремонта, зато в кладке не было трещин, а фасад обошёлся без позолоты и лепнины.

Вот этот дом мне нравился.

Мирена провела меня через ворота, пока рабочие собирали останки шкафа. Во дворе свободно развернулась бы грузовая повозка, а под навесом помещалось ещё четыре. Я дёрнул боковую калитку. Засов ходил туго, зато сама дверь выдержала проверку ударом плеча.

В главном зале прежний хозяин оставил доску с расписанием занятий. На ней значились «Основы рунной безопасности» и отменённая лекция о защите от взрыва. Над доской чернело пятно. Преподаватель всё-таки успел провести практическую часть.

На первом этаже находились приёмная и кухня, а между ними располагались две рабочие комнаты. В боковом крыле нашёлся склад с подъёмной платформой в подвал. Я спустился, провёл ладонью по кладке и постучал по двум вентиляционным решёткам. Сухо. В случае нападения подвал превращался в ловушку, но для хранения руды годился. Если прорубить запасной ход, ловушка станет чужой проблемой.

На втором этаже располагались восемь комнат и кабинет, который выходил окнами во двор. Лестница скрипела на каждой четвёртой ступени. Скрип можно было починить или оставить бесплатной сигнализацией.

— Хозяин просит два с половиной миллиона, — сказала Мирена, когда я вернулся в холл. — Земля, дом, двор и защита сделки уже входят в сумму. Наши два процента идут сверху.

— Полтора.

— За срочное оформление положено два с половиной.

— Тогда оформляйте медленно. У вас есть десять минут.

Мирена поджала губы и открыла договор.

— Один миллион восемьсот тысяч.

— Один миллион восемьсот тысяч, а ремонт крыши оплачивает продавец.

— Один миллион девятьсот тысяч, и продавец оплачивает половину ремонта.

— Годится.

Она связалась с хозяином через переговорный кристалл. Тот попытался оставить себе подъёмную платформу, затем потребовал доплату за руны на ставнях. Я предложил вычесть стоимость пятна после учебного взрыва. Через пять минут спор закончился.

Система развернула договор. Покупателем значилась гильдия «Сковородка», а я — её представитель и распорядитель имущества. Деньги ушли с моего счёта, а над ладонью появился металлический ключ с плоской биркой.

Здание приобретено целиком!

Объект доступен для основания резиденции гильдии «Сковородка».

Мирена велела рабочим вынести последний мусор и закрыла договор. Комиссия ушла с моего счёта, а риелтор вручила мне кристалл связи и пообещала прислать мастера по крыше. После сделки она сразу перестала заискивать.

Я закрыл ворота и вызвал Сиси.

Свет собрался возле лестницы. Сиси появилась полупрозрачной, осмотрела пятно над учебной доской и потянулась к подоконнику. Пальцы прошли сквозь слой пыли.

— Это что? — спросила она.

— Новая резиденция гильдии.

— Я про грязь.

— Она шла вместе со зданием. Так выглядит выгодная сделка.

Сиси прошла сквозь дверь кухни, осмотрелась и вернулась. Потом поднялась на две ступени, прислушалась к скрипу и посмотрела на меня тем выражением, после которого Дундук обычно начинал работать быстрее.

— Здесь нужен капитальный ремонт, а жить тут пока невозможно. Стены придётся очистить, а кухню переделать. Окна тоже заменим. В комнатах наверху даже кроватей нет.

— На стены повесим клинки. В приёмной поставим череп Древнего Крота.

— Он размером с каретный сарай.

— Значит, гости сразу поймут масштаб гильдии.

— Они поймут, что её глава ударился головой.

— Можно добавить черепа поменьше. У меня хороший выбор.

Сиси скрестила руки.

— Обустройством займусь я.

— Уже захватила власть?

— Спасаю дом от твоего вкуса. Ты получил пентхаус утром и первым делом устроил на кухне драку со сковородой.

— Сковорода победила, поэтому её именем назвали гильдию.

Она покосилась на меня, но уголок губ всё-таки дрогнул.

— Мне нужны деньги, чтобы нанять рабочих, и право определять декор и интерьер и выбросить отсюда любой череп.

— Деньги дам и рабочих найму. Черепа обсудим позже, на совете.

— Кто входит в совет?

— Пока в совет входим мы с тобой.

— Тогда решение уже принято.

Вот поэтому сильные правители не создавали советы. Рано или поздно там появлялась женщина с блокнотом и отбирала стены под картины и занавески. Вместо достойных трофеев...

Я поднялся в кабинет. Посреди комнаты стоял стол прежнего владельца, а на стене сохранилась круглая площадка под герб. Место подходило.

По команде знамя снова легло мне в руки. Я вставил древко в паз. Руна под ним вспыхнула, серебряная сковорода на полотнище налилась светом, а по дому прошёл глухой звон. Где-то внизу Сиси крикнула, чтобы я больше ничего не активировал без предупреждения.

Гильдейская резиденция основана!

Полный функционал гильдии «Сковородка» разблокирован.

Доступны: гильдейский склад, казна, задания, управление резиденцией и вклад участников.

Передо мной развернулся новый интерфейс. Строки пошли сверху вниз и заняли половину кабинета. Первым шёл раздел «Гильдейские усиления», а под ним тянулся список новых, ещё не изученных возможностей...

***

Тем временем в другой части буферной зоны

— Если купол пропустит хоть одну нитку связи, ты лишишься обеих рук, — сказал кронпринц Леонард Эзутер.

Его личный маг промолчал и продолжил ритуал. Серебряные линии ползли по полу кабинета, окружая человека в потёртой куртке. Бывший бандит сидел на краю кресла и старался не двигаться. Пот стекал по виску, но до защитного круга не добирался. Серое пламя сжигало каждую каплю, не давая ей упасть за черту.

Со времени прошлого доклада кабинет Леонарда превратился в штаб. На столе лежали карты восьмого этажа, донесения Серой гильдии, счета наёмникам и списки людей, связанных с бастардом. Теперь между ними появилась печать новой гильдии. Серебряная сковорода выглядела издевательством.

Маг закончил последнюю линию и поднялся.

— Готово, ваше высочество. Купол отсёк связь на время ритуала, а блуждающая печать скроет его истинное положение на семь суток. Вблизи для хозяина метки всё будет выглядеть как обычно, но дальний след уйдёт на ложный якорь в портальном квартале.

— Точно? — спросил бандит.

Леонард перевёл на него взгляд.

— Тебе дали право задавать вопросы?

Мужчина втянул голову в плечи.

— Простите, ваше высочество.

— Докладывай.

Бандит облизнул губы и положил на стол медный жетон «Сковородки».

— Он загнал в гильдию всех девятерых. Велел выяснить, кто заказал нападение на бастарда Кристиана и какие принцы Милуотера сейчас в зоне. Я согласился для вида и начал расспрашивать людей.

— Поэтому пришёл ко мне.

— Долго выбирать не пришлось: у вас и защита, и деньги. А мои люди узнали его по описанию. Это тот парень, который перебил бойцов у логова Древнего Крота. Там полегли люди Серой гильдии и «Железные Псы», а сам он сопровождал Лейва Дерибоскоу.

Леонард положил ладонь на карту и связал последние донесения. Загадочный покровитель бастарда оказался и человеком из отчётов о логове, и новым главой гильдии.

— Что он умеет?

— Умеет перемещаться без портальных арок. Может исчезнуть из закрытой комнаты и унести с собой людей. Ещё у него есть доспех, который жрёт оружие. На арене он убил Райнера Калевича.

— Это я и без тебя знаю. Что у тебя есть сверх старых слухов?

Бандит замялся. Потом расправил плечи и заговорил увереннее.

— Я уже внутри его гильдии. Защиту от метки вы дали. Добавьте пятьдесят тысяч, и я достану всё остальное.

Леонард усмехнулся.

— Пятьдесят тысяч за то, что я уже знал? Наглости у тебя хватает.

— За то, что я там останусь. Вытащу его распорядок, адреса, маршруты и узнаю, когда рядом никого нет.

— Получишь тридцать тысяч сейчас. За полезные сведения доплачу отдельно.

Бандит быстро кивнул.

— Согласен, ваше высочество.

— Тогда возвращайся к нему. Дальше изображай верного пса, втирайся в доверие и выясни, куда и откуда он исчезает. Увидишь брешь в защите, сразу сообщишь мне. Сам не лезь.

— Но если подвернётся шанс...

— Шанс мы подготовим сами, — перебил Леонард. — Сначала узнаем его маршрут, потом заманим в закрытую ловушку и отрежем пути отхода. Один удар, и всё закончится. Ошибёмся — он исчезнет вместе с бастардом.

Маг передал бандиту кошель. Тот взвесил его на ладони и спрятал под куртку.

— Ты пришёл куда надо, — сказал Леонард. — Не заставляй меня пожалеть об этих словах.

Бандит поклонился. Купол держался, а серебряные линии горели без сбоев. На поисковом стекле мага метка шпиона светилась в портальном квартале, хотя сам бандит всё ещё сидел в кабинете.

Обман сработал. Этого Леонарду хватило. Он подвинул к себе карту и начал готовить ловушку для порталиста, которого считал ослепшим...