Высадка

Глава 1

Наша флотилия прибыла к планете Овран, что является очагом Восстания Техов. Армия Оврана полагается на свое развитие в сфере военных технологий, в то время как наша армия полагается на огневую мощь и массированные штурмы. Нам приказано зачистить эту планету от восставших и на их примере показать, что будет с теми, кто захочет бросить вызов Федерации.

Десятки транспортников вылетели с «Колосса» — флагмана «1-го Межзвездного флота». Под прикрытием орды перехватчиков, можно было не бояться, что флот овранцев попытается помешать высадке. Наш легион расположился над огромным городом Чоус, куда и предстояло высадиться. Целью высадки было получение плацдарма на планете, для полноценного развертывания войска. Того, почему в качестве цели был выбран именно этот город, мне как командиру Когорты, знать не положено.

И вот наступил роковой час. Командирам был отдан приказ грузить свои отряды в десантные капсулы. Когда последний отряд из моей когорты был готов к десантированию, я отправился к своей капсуле. У каждого командира когорты, был собственный отряд избранных воинов, сопровождавший его в бою. У меня было плохое предчувствие в отношении этой высадки. Уже перед самой капсулой я глубоко вдохнул и надел, наконец, свой тяжелый шлем.

Когда с погрузкой было закончено, раздался залп орудий «Колосса». Бомбардировка продолжалась в течение часа. Когда орудия наконец стихли, мы услышали сигнал, означавший начало десанта. Десант представлял собой сброс с орбиты тысяч капсул, внутри которых находились солдаты. Когда до поверхности оставалось около полутора километров, включались двигатели, снижающие скорость капсулы. Чтобы выдержать такие перегрузки, солдаты годами тренируются и улучшаются путем ввода сыворотки, улучшающей физические параметры человека. Однако даже так, периодически, часть отряда гибнет еще в капсуле. Раздался громкий гудок внутри капсулы, и я почувствовал, как наша капсула покинула корабль и отправилась к поверхности планеты. Через несколько секунд поднялись металлические щиты на обзорных панелях, открывая моему взору ужасающую картину.

Первое что я увидел — взрыв капсулы в десятке метров от нас. Взглянув ниже, я увидел последствия орбитального обстрела «Колосса». Город был объят пламенем, большинство зданий были разрушены, а из тех немногих, что были нетронуты, активно поливали огнем высадившихся солдат. Было видно, как из разных точек города активно работали системы ПВО, уничтожая наш десант. Я видел, как взрывались капсулы рядом с нами, как из них вылетали уже мертвые солдаты, видел, как многочисленные огни вылетали из центра города. И главное, я видел, как стремительно мы приближались к поверхности планеты.

Это была уже далеко не первая моя высадка и не первый бой, но из раза в раз такие картины поражали меня. Это не стало обыденностью и не станет никогда. Кадры многочисленных боев преследуют меня каждую ночь. Я верю, в благой свет Федерации и готов воевать за нее. Я понял это еще в подростковые годы, когда видел многочисленные плакаты с мужественными защитниками мирной жизни. Однако если бы мне кто-нибудь рассказал о том, что меня ожидает, я бы подумал дважды, прежде чем записываться в ряды добровольцев.

Наконец, спустя мучительно долгие минуты падения, наша капсула ударилась о землю. Некоторое время ушло на то, чтобы прийти в себя, а после, когда заслонки начали раздвигаться, я схватил автомат и выпрыгнул наружу. Я начал осматриваться, для оценки местности и поиска первого укрытия. Метрах в пятидесяти перед собой я увидел, как из укрепления дальше по улице, станковый пулемет расстрелял только что высадившихся солдат. Быстро включив рацию в шлеме на канале моего отряда, я приказал спрятаться за углом ближайшего здания. Переключившись на канал когорты, я отдал стандартный приказ, закрепиться в ближайших зданиях и вернулся обратно на канал отряда. В таком случае, я слышал рапорты командиров подчиненных манипул и приказы центуриона, а мои команды слышал лишь мой отряд.

Со всех сторон продолжали слышаться взрывы и выстрелы, в рацию активно поступали доклады об успехе высадки подчиненных отрядов, о понесенных потерях и их расположение. Уже спустя десять минут я имел полную картину о состоянии когорты. Из 500 капсул, приземлилось 430, каждая капсула содержала по десять бойцов. Из доклада о потерях, я узнал, что в подчинении у меня осталось около 4000 солдат, расположенных примерно в одном месте. Наконец, пришло время активных действий.

Сперва я решил разобраться с неумолкающим пулеметом в конце улицы. Каждый отряд состоит из 10 человек, а их комплектация зависит от специализации. Мой отряд состоит из трех автоматчиков, двух снайперов, двух медиков, гранатометчика, пулеметчика и конечно со мной во главе. Приказав гранатометчику Леону подобраться на приемлемую дистанцию к укреплению, чтобы уничтожить его, снайперам следить за окнами, сам, вместе с автоматчиками занял позиции за обломками зданий и пустыми капсулами, подавляя своим огнем пулеметный расчет. Засевшие в укрытие техи без устали поливали нас огнем из своего пулемета, не давая возможности высунуться. Я видел, как медленно, но уверенно продвигался Леон к пулемету. Ответный огонь со стороны техов время от времени давал нам возможность начать ответную пальбу, а гранатометчику, преодолеть большее расстояние. И наконец, спустя мучительно долгие минуты, которые казалось, тянулись часы, я увидел яркую вспышку в конце улицы. Остатки укрепления разлетелись в разные стороны, и мы выдвинулись вперед. Осторожно ступая по местами еще горящей земле, мы медленно продвигались вглубь города.

Стоило нам пересечь перекресток, как тут же из многочисленных окон и укрытий по нам начали пальбу. Под подавляющим огнем, мы забежали в ближайший, на половину разрушенный вследствие взрыва, дом. Чудом уцелев, я удивился тому, скольким же техам удалось уцелеть после столь мощного орбитального обстрела. На третьем этаже, я нашел отличное место в одном из помещений. Стены здесь частично не было и из-за этого, открывался отличный вид на улицу перед домом. Казалось, что с этой улицы подойти к дому незамеченным невозможно. Поэтому, приказав пулеметчику и снайперу закрепиться здесь, с оставшимися бойцами продолжил зачистку здания.

Поднявшись на восьмой этаж, мы столкнулись с первыми бойцами техов в этом здании. Проверяя очередную квартиру по нам неожиданно открыли огонь. Узкие коридоры сковывали нас, не давая возможности предпринять что-либо для ликвидации противника. Бой превратился в поочередную стрельбу, по укрытию друг друга. Длина коридора не позволяла оценить соотношение сил, но я был уверен, что нас больше. Спустя десять минут, по отряду открыли огонь со стороны лестницы, и мы оказались зажаты с двух сторон, попав под перекрестный огонь врага. В столь узком помещении было сложно найти укрытие и мы понесли первые потери. Первым пал автоматчик Айзек. В один момент несколько пуль раскидали содержимое его черепной коробки вокруг. Вторым погиб снайпер Рукус. Пуля пробила его грудь. Я видел, как жизнь покидала брата по оружию, но не мог ничего сделать. Буквально вжимаясь в стены, многие уже смирились с мыслью, что все мы повторим их судьбу. В отчаянии я швырнул гранату в направлении лестницы. Я не знал где именно сидели техи, шансов на то, что от моих действий будет хоть какой-то толк, практически не было. Однако сегодня удача была на нашей стороне. После взрыва, стрельба с лестницы прекратилась, зато появились крики агонии. Ухватившись за данный шанс, мы быстро перегруппировались и отступили к лестнице.

Обстановка здесь была не из самых приятных. Стены пролета, обгоревшие и залитые кровью, едва устояли после взрыва. На полу и ступенях были раскиданы части тел, брони и изувеченные трупы техов. У стены сидел боец, ноги которого оторвало взрывом. Бедняга кричал от боли и пытался хоть как-то остановить хлещущую кровь. Не желая смотреть на мучения того, кто уже все равно не жилец, я выстрелил ему в голову из своей винтовки. Теперь мы вновь приступили к перестрелке с бойцами из дальних помещений этажа, однако теперь мы располагались значительно дальше от противника. Через некоторое время на лестнице вновь объявились техи. Бой вновь был неравным, однако теперь мы находились в более выгодном положении. Спустя несколько часов, стрельба по нам из коридора прекратилась, и мы увидели, как к нам шли пять бойцов без оружия, подняв вверх руки. Пришлось отправить практически весь отряд, чтобы удержать натиск с лестницы, и лишь я и один из медиков следили за капитулирующими техами. Подавленные, они шли глядя в пол, однако я заподозрил, что что-то не так. Когда же бойцы подошли ближе, я увидел, как один из них сжимал гранату в кулаке. Осознав это, я выстрелил. На мгновение мне показалось, что после выстрела все звуки испарились, что сам я больше не участвую в бою, а просто сплю. Однако сразу же прогремел взрыв. Неожиданно, крупный осколок пробил мою броню и вонзился мне в плечо, моментально отозвавшись острой болью. Продлилась боль не долго, система жизнеобеспечения в броне быстро ввела дозу обезболивающего. Но медику повезло меньше. В тяжелую броню одевают лишь командиров и специализированные отряды или когорты. Остальные же бойцы снаряжались в обычную броню. Это и сыграло решающую роль в жизни медика. Когда я приблизился к лежащему на земле солдату, то увидел, что все его тело было иссечено осколками. На месте же техов, остались лишь изувеченные тела, опознать в которых что-либо, было невозможно.

Зачистка дома продолжалась еще несколько часов, пока в конечном итоге последний из техов не был убит. В здании я расположил штаб своей когорты. Теперь была возможность адекватно координировать действия моей когорты. Спроецировав на столе карту города, я увидел, что моей и еще двум когортам, удалось продвинуться с севера ближе всех к центру города. С похожим успехом действовали когорты на востоке. Однако на юге все шло не так гладко. Пять когорт, неся большие потери, отступали все дальше к окраине города. Спустя еще час в такой обстановке, мне поступил приказ.

«Командование прислало гвардейскую когорту для помощи в операции. В связи с этим, командирам третьей и восьмой когорты приказано пробиться к центру города и любой ценой уничтожить зенитные орудия расположенные там»

Гвардейцы — элита армии федерации. Ясное дело, что командование не хочет терять их еще во время десанта. Однако приказ грозит большими потерями, чтобы сохранить жизни гвардейцам. Но деваться некуда, есть приказ и его нужно исполнить.

Переключив рацию, я связался с командирами своих манипул.

— Высшее командование поставило нам задачу! Любой ценой уничтожить зенитные орудия в центре города. Отправьте гренадерские корпуса под прикрытием к площади. Массированной атакой мы должны пробиться к зданию администрации.

Закончив с приказом, я созвал свой отряд и выступил к центру. Первое время мы не встречали никакого сопротивления, т.к. эти улицы были уже зачищены. Но чем ближе мы подходили к центру, тем жестче было сопротивление.

Верхушкой стала встреча у здания амфитеатра. Когда мы подходили к огромному круглому зданию мы встретили группу техов. Среди десятка однотипных воинов в легкой броне выделялся один. Закованный в тяжелую силовую броню и с черным молотом в руках, он был крайне опасным противником. Сразу было ясно, что это кто-то из командования обороной города. Заметив нас, он отправил своих бойцов в здание амфитеатра и, взяв молот в обе руки, направился в нашу сторону. Поняв его намерения, я передал свои полномочия своему заместителю и отправил отряд обходным путем.

Пытаться пробить его броню было бы глупо, а он в свою очередь, без проблем расправился бы со всеми нами. Остается только попытаться задержать его как можно дольше. Воин перешел на бег. Пока он не приблизился ко мне, я выпустил в него всю обойму своего автомата. Ожидаемо, это не возымело никакого эффекта. Выбросив оружие, я выхватил из ножен свой меч и приготовился. Приблизившись ко мне вплотную, мой оппонент одним ударом отправил меня в стену. Послышался хруст костей. Резкая боль в груди быстро стихла благодаря обезболивающему, но это опустошило мою систему жизнеобеспечения. Пока действуют препараты я должен попытаться сделать с ним хоть что-нибудь, ибо следующего удара я скорее всего не переживу. Подойдя ко мне, воин замахнулся чтобы добить меня. Он не ожидал, что я нападу на него. Сделав выпад, мне удалось пробить ему броню на боку. Тех схватил мой меч одной рукой и второй нанес мне удар в челюсть. Силы этому громиле не занимать, после его удара я пролетел около двух метров и не сразу смог прийти в себя. Сфокусировав, наконец, свой взгляд, я увидел как верзила, выдернув меч, идет в мою сторону.

Я понял, что шансов выйти из боя живым у меня не осталось. Достав гранату, я начал ждать пока он подойдет достаточно близко. Выждав момент, я прыгнул на воина, повалив на землю. Зажав гранату между нами, я начал отсчитывать последние свои секунды.

Один…

Перед глазами прошлое. Я вижу как еще совсем ребенком, бегаю по деревне, играя в войнушку с друзьями. Затем школьные годы, первая любовь, неудачные отношения. В это время я осознал ценность дружбы и насмотревшись агитплакатов, решил по окончанию школы записаться в добровольцы.

Два…

Я стою в построении на плацу. Тысячи бритых, молодых и воодушевленных парней стояли и ждали распределения. В этот день я и еще около десятка тысяч попали в стан десантников. Никто из нас еще не знал, через что нам предстоит пройти. Спустя 3 года тренировок и введение сыворотки, я был переведен из новобранцев в регулярную армию. Прошли первые бои, первые заслуги и осознание боевого братства. Повышение, опять бои и очередное повышение. Казалось, сами боги помогали мне в моих свершениях. Наконец я стал командиром когорты, первые бои в этой должности и вот я здесь.

Три…

Я вижу перед собой своих друзей, первую любовь, павших сослуживцев. Я вспомнил скольких я убил и сколько подчиненных погибло по моей вине. Возможно, боги оставили меня, возможно, мне просто суждено сегодня погибнуть. Не важно, это мой конец.

***************************************************************************

Меня разбудил вой сирены. Как говорят, один из кораблей Федерации отделился, и встал над нами. Придя в командный центр, я увидел, как один из флагманов завис над городом в окружении перехватчиков. На такое мало кто рассчитывал. Их флот был сконцентрирован над столицей и все думали, что высадка будет именно там, но как оказалось, это был отвлекающий маневр. Прямо сейчас над городом располагалось больше ста тысяч солдат федерации, противостоять которому должен был гарнизон, немного превышающий десять тысяч человек.

Гарнизон и большая часть населения были эвакуированы в бункеры под городом. Этот город крайне важен для каждого бойца. Именно отсюда началось восстание против Федерации. Здесь была одержана первая победа над силами лоялистов и именно этот город первым был освобожден. Я был одним из тех, кто стоял у истоков восстания. Я присоединился к движению, будучи еще совсем юным. Мы хотели освободить свой народ от гнета торговцев. Они вывозили население словно своих рабов на другие планеты для добычи ресурсов, а остальных обдирала налогами до нитки. Желая другой жизни потомкам, все больше граждан вступали в наши ряды. В течение трех лет партизанской войны, армия наместника так и не смогла должным образом противостоять нашей агитации и мы, наконец, выступили объединенной армией. Разразившаяся гражданская война длилась еще год. В конечном итоге наместник проиграл, и все пособники Федерации были казнены.

Зажравшимся торговцам такой жест не очень понравился, и они согнали сюда достаточно крупную армию. Все знали, что так будет, и каждый готов сражаться до конца за свой народ. Вдруг, землю начали сотрясать взрывы. Флагман открыл огонь по поверхности, однако, кроме разрушенных зданий и небольших потерь среди гражданских, никакого ущерба мы не понесли. Для подобных случаев под каждым городом располагалась целая сеть бункеров, а наши системы защиты имели возможность сокрытия под поверхностью планеты.

Когда обстрел прекратился, мы привели системы ПВО в боевую готовность. Работали они автоматически, от нас требовалось лишь следить за их исправностью и защищать орудия от неприятеля. И вот, небо начал застилать дождь из железных капсул, сброшенных с транспортников. В ответ на это, вовсю начали работать наши зенитки. Повсюду стали возникать огненные вспышки. Некоторые капсулы взрывались прямо в воздухе, некоторые, будучи поврежденными, на полном ходу разбивались о землю. Однако немало капсул все же смогли достичь своей цели, и поэтому нам пришлось покинуть бункер и отправиться на защиту орудий. Схватив свой молот и винтовку, я вышел на поверхность и, заняв позицию на крыше, я вместе со своими бойцами начал обстреливать приземлившиеся капсулы. Будучи первое время дезориентированными, и располагаясь словно на ладони, они были легкой мишенью. Таким образом сражение проходило почти весь день, орудия обстреливают капсулы, мы расстреливаем показавшихся федералов.

Но все изменил рапорт одного из сержантов о том, что войска торговцев на севере активно приближаются к центральной площади. Я знал, что если они займут центр города, то одна из самых мощных систем окажется уничтожена. Поэтому, взяв всех своих солдат, я отправился укреплять центр. Однако, почти у самой площади у здания амфитеатра, мы встретились с группой солдат Федерации. Прямо за зданием виднелись массивные орудия системы защиты, а значит, пустить дальше я их не мог. Приказав своим бойцам укрепиться в амфитеатре, я решил избавиться от этих пособников торгашей.

Но я увидел, что почти вся группа резко отступила, и остался только один боец. Судя по тому, что его броня значительно отличалась от остальных, он был каким-то командиром, но с моей она и рядом не стоит. Возможно он глупец, если считает, что сможет остановить меня в одиночку.

Я подхожу все ближе, и федерал открывает по мне огонь из своего автомата. Эффекта никакого, я даже не почувствовал этих пуль. Выкинув свое оружие, глупец достал меч. Приблизившись к нему и ухватив молот покрепче, я со всей дури вмазал по нему. Солдат отлетел к соседней стене, оставив на ней внушительную вмятину. Я увидел что он все еще шевелится и решил добить, чтобы тот не мучился. Подойдя к нему, я замахнулся, чтобы облегчить его страдания, однако гаденыш вскочил и вонзил меч мне в бок. Я не ожидал такой прыти от человека со сломанными ребрами и того, что его удар сможет пробить мою броню. Схватив одной рукой меч, я с яростью ударил федерала в челюсть. Отлетев на добрых три метра, он все же до сих пор пытался встать. Вытащив меч, я сломал его и пошел к уроду, чтобы наконец покончить с ним. На подходе я заранее приготовился ударить его. Но я не ждал новых фокусов от разоруженного врага. И как оказалось очень зря. Не смотря на то, что у него были многочисленные переломы и, вероятно, сотрясение, боец прыгнул на меня, повалив на землю, плотно прижавшись к моему телу. Я пытался его отцепить от себя, ударил разок его в бок, и хотел было еще, как вдруг раздался взрыв. Я долго пытался прийти в себя и начать нормально соображать, и в конечном итоге мне это удалось. Поднявшись на ноги я увидел, что местами броня сильно повреждена, а кое где и вовсе отсутствует, а в пробеле находятся осколки. Система безопасности костюма старалась с этим что-то сделать, зашивая раны, избавляясь от осколков и вводя препараты, но это не помогало. Я чувствовал сильнейшую слабость и еле мог соображать и передвигаться. Взглянув на то, что стало с федералом, я увидел его изувеченное тело. Грудь и живот ему разворотило взрывом, а внутренности были разбросаны по земле, одна нога отсутствовала, а шлем с головы сорвало, изрезав ему все лицо.

Я постарался отвлечься от столь жуткой картины и отправился к зданию амфитеатра. Кое-как стоя на ногах, я ковылял к своей цели, как вдруг раздалось три мощных взрыва, подняв голову, я увидел, что орудия уничтожены. Прислонившись к ближайшей стене, я медленно сполз на землю. Мы не смогли защитить зенитки. С неба вновь посыпались капсулы, но в этот раз, огонь почти никто не вел.

Я закрыл глаза. Этот бой меня сильно вымотал, я просто собираюсь немного отдохнуть …