Всадники, Изгой и Некромант

Глава 1

Всадники, Изгой и Некромант

Дмитрий, бывший охотник на нечисть, а ныне изгой-оборотень, стоял посреди тёмной, заброшенной улицы. Сколько бы он ни петлял по переулкам, скрываясь от преследователей, конец был неизбежен.

Всадники Апокалипсиса окружили его безмолвным кольцом. Они ожившие мертвецы, поднятые по беспрекословному приказу некроманта. Сам хозяин тёмных искусств стоял в глубокой тени позади всей этой жуткой процессии, с холодным любопытством наблюдая, как его послушные игрушки готовятся разорвать Дмитрия на части. Этот смертный приговор был вынесен по заказу Орена Луча и кровожадных слуг Культа Крови.

Расстановка сил

Дмитрий (Изгой):

Состояние: На пределе человеческих и звериных сил.

Облик:На грани трансформации. Плотная шерсть дыбом, когти царапают асфальт, а в глазах горит чистая ярость.

Арсенал:Опыт истребителя нечисти, серебряное оружие и дикая сила волка.

Некромант:

Некромант: Зловещая фигура в чёрных одеждах, стоящая в безопасности за спинами мертвецов и управляющая ими силой мысли.

Всадники Апокалипсиса: Бездумные, гниющие марионетки, не чувствующие боли, готовые завалить зверя.

Орден Луч и Культ Крови: Заказчики расправы, наблюдающие за тем, как их грязную работу выполняют чужие мёртвые руки.

Могильный холод пропитал воздух насквозь. Некромант едва заметно шевельнул пальцем, и толпа мертвецов со злобным хрипом подалась вперёд. Дмитрий низко припал к земле и издал сокрушительный волчий вой, от которого зазвенели стекла в старых окнах. Охотник и его палачи сошлись в смертельной схватке.

Напротив Дмитрия замерла жуткая троица — элитные мертвецы, которых за глаза и за их разрушительную силу прозвали Всадниками Апокалипсиса.

Его мощные когтистые лапы были спрятаны в плотные усиленные перчатки. Это было необходимостью: они позволяли крепко держать саблю его наставника, клинок которой был густо покрыт серебром — смертельной опасностью для любого оборотня.

Дмитрий подготовился к последнему бою основательно. На нем была надета прочная кольчуга, тяжёлые наплечники и рукав, созданный специально для того, чтобы защитить плоть при контакте с серебряным оружием. За поясом висел револьвер с заговоренными пулями, способными остановить даже самую жуткую тварь, а на всякий случай на бедре висел его верный палаш.

Троица «Всадников» Стояли прямо перед ним, ощерившись в зловещих усмешках. В их костлявых руках тускло мерцали мечи из заговорённой стали, способные пробить любую броню.

Сам хозяин этого жуткого парада находился совсем близко. Дмитрий не видел его среди теней, но отчётливо чуял его смрадный дух своим звериным чутьём, улавливая каждый вздох и каждое движение пальцев, управляющих мертвецами.

Воздух звенел от напряжения. Волк внутри Дмитрия рвался наружу, требуя крови, но разум охотника подсказывал: один неверный шаг — и серебро на собственной сабле обожжёт его собственную плоть. Схватка обещала быть короткой и кровавой.

Тишину заброшенной улицы разорвал свист рассекаемого воздуха. Первый из «Всадников» сорвался с места с нечеловеческой скоростью, обрушивая на Дмитрия сокрушительный удар мечом из заговорённой стали.

Оборотень не дрогнул. Тяжелые перчатки надежно защищали лапы, а серебряный клинок наставника послушно лег в руку. Дмитрий сделал резкий выпад, парируя атаку в самый последний момент. Лязг металла резанул слух — искры брызнули в темноту, осветив оскаленную морду зверя. Не успел первый мертвец отшатнуться, как изгой коротким, выверенным движением отбросил его в сторону.

Не давая Дмитрию перевести дыхание, второй мертвец ринулся вперёд, используя инерцию товарища. Его клинок метил прямо в грудь, защищенную кольчугой. Дмитрий резко присел, пропуская лезвие над головой, и тут же крутанулся на месте, встречая новую угрозу.

Его мышцы горели от напряжения — серебро на собственной сабле неприятно жгло через защитный рукав, напоминая об опасности, но адреналин заглушал боль. Дмитрий отбил второй удар мощным, слитным блоком, от которого у мертвеца едва не вывернуло суставы неестественных рук.

Третий «Всадник» попытался зайти с фланга, но волчье чутье не подвело оборотня. Дмитрий даже не глядя выбросил клинок назад, мастерски парируя и этот выпад.

Один за одним трое элитных мертвецов атаковали его, словно безумная стихия, но наткнулись на железную стену из опыта бывшего охотника и ярости зверя. Все три удара были отражены с безупречной точностью.

Дмитрий тяжело дышал, чувствуя, как некромант где-то в темноте усиливает натиск, готовясь бросить их в новую атаку. Но теперь они знали: просто так этого волка не взять.

Дмитрий чувствовал каждый удар врагов всем телом, но его собственный клинок работал безотказно. Вложив всю оставшуюся силу и звериную ярость в контратаку, бывший охотник сделал стремительный выпад. Серебряная сабля рассекла воздух и со страшным звуком вошла в плоть первого «Всадника».

Один взмах — и тяжёлый удар отсек мертвецу руку вместе с заговоренным мечом. Второй круговой удар Дмитрия прошёлся ниже, перерубив кости на ноге второго противника. Тот неизбежно должен был рухнуть на землю.

Но в этом и заключался весь ужас того, кого поднял некромант.

Мертвецы этого даже не заметили. Лишенный руки «Всадник» продолжил наступать, словно ничего не произошло, пытаясь достать Дмитрия оставшейся конечностью. Второй враг, оставшись без опоры на ногу, просто скорректировал движение, волоча обрубок по асфальту, и с прежней жуткой силой двинулся вперёд, выбрасывая клинок прямо в грудь оборотню.

Дмитрий отпрыгнул назад, чудом избегая удара. На секунду его охватило ледяное понимание: против него сражались существа, для которых потеря плоти ничего не значила. У них не было ни боли, ни шока, ни страха смерти. Некромант вдохнул в них подобие жизни, но лишил главного человеческого слабого места.

Защитные перчатки на лапах жгло от собственного серебра, дыхание сбивалось, а мертвецы, калеченные, но неумолимые, продолжали сужать кольцо. Где-то в темноте некромант тихо и мерзко захихикал, наслаждаясь этим зрелищем.

Дмитрий отскочил от наступающих бездушных марионеток, тяжело дыша. Его волчьи глаза сузились, превратившись в узкие щелки. Сражаться с мертвецами, которые не чувствовали боли и потери конечностей, было безумием — они измотают его, пока не порвут на куски. Нужно было бить по источнику. По тому, кто дергал за невидимые нити.

Забыв о трёх «Всадниках», продолжавших бездушно щёлкать зубами и размахивать клинками впустую, оборотень замер. Он закрыл глаза на секунду, отключая панику, и полностью доверился инстинктам.

Ноздри Дмитрия затрепетали, жадно втягивая воздух. Среди смрада тлена, ржавого железа и ночной сырости он уловил то, что искал — слабый, но отчётливый запах свежих алхимических масел, дешёвого табака и испарины. Этот запах исходил из-за полуразрушенной кирпичной кладки старого здания, чуть правее от места боли.

Там.

Дмитрий резким движением сорвал с пояса револьвер с заговорёнными пулями. Даже не целясь через мушку — полагаясь исключительно на слепую волчью интуицию и направление запаха, — он резко развернулся и нажал на спусковой крючок.

Грохот выстрела разорвал тишину ночного города, словно пушечный залп.

Заговорённая пуля прошила воздух, пробила ветхую кирпичную стену и нашла свою цель. Из темноты донёсся сдавленный, хриплый вскрик, звук падения тяжёлого тела и звон разбитого стекла. Запах алхимии резко оборвался, сменившись запахом пролитой крови.

В тот же миг троица «Всадников» Апокалипсиса замерла. Их мечи опустились, движения стали неловкими и деревянными, а затем все трое рухнули на асфальт безжизненными кучами тряпья и костей. Нить оборвалась. Кукловод был мёртв.

Дмитрий тяжело ступил на потрескавшийся асфальт и медленно подошёл к тёмному углу заброшенного здания. Там, за полуразрушенной стеной, в грязи и собственной крови лежал некромант. Бывший охотник на нечисть молча смотрел сверху вниз на того, кто ещё минуту назад управлял своми мертвецами, а теперь жалко хрипел, захлёбываясь кровью из пробитой заговорённой пулей груди. Жизнь уходила из него быстро и неотвратимо. Дмитрий не испытывал ни жалости, ни злости — только холодное опустошение.

Он поднял голову и посмотрел на небо.

Там, пробивая тяжёлые тучи, сияла огромная, безупречно круглая полная Луна. Ее мертвенно-бледный свет заливал руины города.

Внутри Дмитрия всё закипело. Лунный свет ударил в глаза, вызывая дикую, невыносимую боль в каждой кости и суставе. Сильнейшие защитные руны, выжженные на его коже и вплетённые в одежду, до последнего пытались удержать человеческий облик, сдерживая рвущегося наружу зверя. Ткань на рукавах и плечах затрещала, металл кольчуги заскрежетал, натягиваясь от меняющегося тела.

Но даже древняя магия рун уже не могла полностью остановить то, что было заложено самой природой.

Лицо Дмитрия исказилось в неестественной, жуткой гримасе: черты вытянулись, человеческая кожа зашевелилась, покрываясь густой жёсткой шерстью, а челюсти расширились, обнажая острые клыки.

Запрокинув голову к холодному ночному светилу, изгой издал оглушительный, пронзительный волчий вой. Этот звериный крик прокатился над мертвым городом, разносясь на милю вокруг — как знак победы над врагами, как предупреждение выжившим и как чистый гимн дикой свободе под сиянием полной Луны.

Волчий вой затих, растворившись в прохладном ночном воздухе. Дмитрий стоял среди руин, тяжело дыша. Его тело, частично обратившееся в мощного зверя под светом полной луны, постепенно успокаивалось, хотя защитные руны все ещё слабо мерцали на шерсти и коже, сдерживая окончательную потерю рассудка.

У ног изгоя доживал свои последние секунды некромант, а рядом неподвижно валялись поверженные «Всадники». Поле боя было усеяно обломками стали и прахом марионеток. Казалось, можно было бы перевести дух. Но Дмитрий нутром чувствовал: эта тишина обманчива.

Звук его триумфального воя разнёсся далеко за пределы заброшенной улицы. Этот вызов услышали те, кто ждал в тени.

Об этом скором крушении планов скоро узнают и Орен Луча, и зловещие адепты Культа Крови. Их тайная сеть шпионов и магических маяков уже зафиксировала смерть некроманта и уничтожение элитного отряда.

Но вампирам и их наёмникам пока ещё не стоило торопиться. Их истинный час — час решающей мести и полного уничтожения изгоя — ещё не настал. Впереди была долгая игра в кошки-мышки, где Дмитрий снова станет добычей, а охотники из Культа Крови лишь подожгут новый фитиль.

А пока изгой развернулся и скрылся в ночных переулках, растворившись в темноте мегаполиса, готовый к новой войне.

Все это время за боем наблюдал ещё один игрок, призрак его наставника Михаил который с наслаждением наблюдал за своим учеником.

«Неплохо сопляк, совсем неплохо» сказал Михаил

После этих слов он опять исчез оставив только свои очертания.