Убийцам тоже нужны друзья

Глава 1

Ниса ненавидела Дугандар. За сырость, от которой ныли старые травмы; за ядовитый смрад вместо воздуха, способный за сутки свести с ума; за серость и убогость, заметную во всём: будь то кривые лачуги с прогнившими крышами, или чахлые деревья, словно распятые преступники расставленные вдоль дорог, или бледно-зелёные лица местных жителей, которых и за людей-то считали не все. Дугандар – болотный край – обычно не любили даже те, кто в нём родился и вырос. Что уж говорить о северянке, с детства привыкшей к дыханию ледяных ветров?

Больше всего Ниса хотела сейчас сорвать с лица маску, набитую листьями квада, и расчесать зудящие щёки и шею. Но она знала, на кого станет похожа, когда кожа покраснеет и опухнет, и потому сдерживалась изо всех сил.

Следующее, чего бы ей хотелось, это взобраться на бревенчатую стену и прирезать уже часового, как нарочно, застывшего прямо над ней. Стена была не слишком высока – всего два человеческих роста, а сухой холм, который она окружала, Ниса смогла бы пересечь за пару минут. Если бы не деревянная башня в самом центре. Для болот постройка почти грандиозная, но больше напоказ, чем для реальной защиты. На стене – всего трое часовых, слоняющихся по кругу, и ещё две смены – внутри башни – столько Ниса насчитала за день. Она не ожидала трудностей и потому злилась теперь из-за внезапной задержки.

Убийца проверила оберег – тот был в порядке. Она могла бы сейчас отойти и залезть в другом месте – часовой бы ничего не услышал и не увидел. Другой убийца так бы сделал, но между «легче» и «правильнее» Ниса всегда выбирала второе. Она простоит хоть всю ночь, прижавшись спиной к гладким брёвнам, подарит эти часы охранникам и безумному магу, построившему башню, но не доверит свою жизнь крохотному зачарованному камешку на шее.

К счастью, часовому полагалось совершать обход, а не спать, привалившись к парапету. Ждать всю ночь не потребовалось: тусклый отсвет факела чуть колыхнулся и поплыл вдоль стены.

Ниса дождалась, когда огонёк пропадёт во мраке, и ловким движением забросила крюк на вершину стены. Пару раз дёрнула верёвку, убедилась, что та не сорвётся, и, шагая по брёвнам как по ступенькам, забралась наверх. Она только успела смотать верёвку, как поняла, что свет возвращается – слишком быстро. Часовой будто что-то забыл – что-то, без чего жизнь потеряет всякий смысл.

«Да провались ты в бездну!» – выругалась Ниса. Она прикинула, сможет ли попасть в него звёздочкой на ходу, но решила не рисковать и легла на вонючий деревянный настил, вытянулась вдоль парапета. По её опыту, часовые никогда не смотрят себе под ноги. Вот и этот прошёл мимо, даже не глянув в её сторону. Ниса вскочила на ноги, сделала шаг и… Часовой обернулся – резко, чуть не попав факелом ей в лицо. Убийца отпрянула, невольно поймала взгляд худого, сутулого паренька и поняла, что, несмотря на оберег, он её видит.

Губы парня раскрылись, крик уже царапнул нёбо, а рука потащила из ножен меч, когда звёздочка бесшумно и убийственно точно вонзилась в его горло. Часовой выронил факел, схватился обеими руками за шею и повалился вперёд – прямо к ногам Нисы. Ей потребовалось сделать ещё два глубоких вдоха, чтобы прийти в себя. Сев на корточки, она перевернула убитого и без труда различила желтоватый блеск в его глазах.

– Чего ты там копаешься?

Чтобы не закричать, Ниса до крови прокусила губу. Чтобы не прибить на месте ухмыляющегося одноглазого идиота с крючковатым носом и вихрами длинных спутанных волос, ей пришлось возложить на алтарь гнева запас терпения и здравомыслия, рассчитанный на неделю. Если бы вождь Ерлей выбрался из могилы, то ни за что не признал в молодой крадущей ту белокурую бестию, что однажды чуть не заколола его вилкой.

– Обереги не работают, – сказал Оран, глядя туда, где, по его мнению, находилась голова Нисы. – Маги Дугандара опять создали зелье, от которого камни становятся бесполезными. Их противостояние с Девором не закончится никогда.

– Ну на тебя-то они действуют, значит, польза от них есть, – Ниса подумывала о том, чтобы просто скрыться, предоставив Орана самому себе, но потом сменила гнев на милость и перевернула камень.

– Ты само обаяние! – Оран сразу исправился, переместив взгляд на ладонь правее. – Но надо спешить: Рем нас, наверняка, заждался.

Ниса вытащила звёздочку из горла убитого, вытерла кровь об его одежду – всё нарочито медленно, с явным намерением показать, что она думает об их командире и его неудобствах.

– Напомни, почему бы нам просто всё не сжечь?

– Как? Разве ты чувствуешь этот прекрасный аромат? Даже через маску пробивается, – Оран указал на горящий факел, брошенный теперь умирать в одиночестве. – Все доски пропитаны какой-то дрянью – не горят.

– Предусмотрительно, – Ниса невольно почувствовала уважение к неизвестному ей магу. – Ладно, идём.

Они быстро спустились и одним рывком домчались до башни. Рем действительно ждал их возле входа.

– Почему вы вместе? – раздался его сварливый голос. – Оран, ты что, вообще не отходишь от своей подружки? И где вас так долго носило?

– Я не… – начала было Ниса, но заставила себя замолчать: пускай шакал пустыни подавится своими подколками. – Обереги не подействовали. Тебе-то без разницы, а нас это задержало.

Ниса зажмурилась от удовольствия, когда услышала, как скрипнули зубы чернокожего гиганта – слова жалят иногда больнее вилки.

– А что с дверью? – быстро сменил тему Оран – ему стоило идти в миротворцы.

– Открыта, – проскрежетал Рем. – И за ней ничего нет.

Ниса подумала, он издевается, но дверь легко повернулась на смазанных петлях и впустила троицу внутрь. Башня была полой. Просто квадрат шириной в сорок шагов, голые стены и четыре факела, нехотя разгоняющие темноту.

– Это… странно… – признал Оран, осмотревшись. – В этих краях же всего одна деревянная башня?

Ниса оставила остроту без внимания. Она сняла факел и прошла к центру помещения.

– Здесь ступени, – сказала она остальным.

– Знаю, – отозвался Рем. – Камень очень древний – это постройка Предков. Болотники нашли её и возвели башню для отвода глаз.

– Так себе маскировка, – Ниса подошла ближе, посветила в проём – ступени терялись во мраке. – Спуск в бездну, – проворчала она. – Нужно уходить.

– Ещё чего! Гаси факел, мы спускаемся. Идём осторожно, вдоль стен и…

– Ты смеёшься? – Ниса очень на это надеялась. – Мы рассчитывали ещё на шесть бойцов и старого, безумного мага, заигравшегося со своими склянками, а это… Сколько человек внизу? Сколько ходов? Какие размеры подземелья? Мы должны…

– Ты должна делать, как я велю! – огромная туша Рема нависла над ней, в голосе великана слышалось с трудом сдерживаемое бешенство, карие глаза стали черными от злости. – Я не позволю наглой девке сорвать заказ и выставить меня неудачником, ясно?

Ниса продела левую руку в перчатку на поясе, представила, как запустила бы сейчас стальные когти под рёбра Рему, как с радостью распорола бы его брюхо, но… Что потом? Другой семьи, кроме крадущих, у неё не было. Куда бы она сбежала от них?

– Как скажешь, – процедила Ниса в лицо командиру. – Пойдёшь первым?

Оран за спиной у Рема тихо застонал, но великан не заметил издёвку.

– Да, – сказал он и стал спускаться во тьму.

Ниса отшвырнула факел в сторону, плюнула ему вслед.

– Спокойнее, – прошептал Оран. – Явной угрозы нет, мы просто посмотрим…

Ниса не стала выяснять, что они могут увидеть в полной темноте, а последовала за командиром. Слушать бредни сразу двух идиотов – это выше её сил.

У лестницы оказалось тридцать шесть ступеней – глубина подземелья поражала. Зачем кому-то, хоть бы даже и великим Предкам, понадобилось зарываться под землю так глубоко? Внизу горел ещё один факел, высвечивая узкий коридор, упиравшийся в стену сгустившегося мрака. Каменная кладка действительно казалась очень старой, но при этом была сухой на ощупь, и в воздухе сырость не чувствовалась. Так и не скажешь, что где-то рядом раскинулась бескрайняя топь.

Темноты Ниса не боялась с шести лет, но всё равно предпочла бы взять факел. Рем, разумеется, думал иначе. Им не нужно было тащить свет с собой – смысл в том, чтобы самим идти на свет, а там где спрятался маг, он точно должен быть. Вот только этот план хорош, когда хотя бы примерно знаешь, куда идти, а иначе можно потеряться в бесконечных поворотах и развилках, и до конца жизни блуждать во чреве подземного змея.

«Пятьсот шагов, – пообещала себе Ниса. – Всего пятьсот, а потом я возьму Орана за шкирку и оставлю Рема наедине с его любимой темнотой».

Ниса как раз дошла до пятой сотни, когда Оран вдруг схватил её за запястье. Она вздрогнула, но инстинктивно тоже ухватилась за Рема. Все трое замерли. Пальцы Орана стукнули два раза по её руке и через паузу – ещё два.

Кто-то идёт. Маг.

Ниса повторила сигнал для командира и тоже почувствовала магию, приближавшуюся к ним. Нечто слабое, едва уловимое – зелье, ещё не успевшее подействовать. Послышался тихий шорох шагов, но свет всё не появлялся.

Рем чуть подался вперёд, Ниса отпустила его руку. Мгновение и крадущий, словно стрела, спущенная с тетивы, рванул по коридору.

Вскрик, звук удара и сразу ещё один – тело незнакомца упало на пол – и снова тишина.

– Мы на верном пути, – шепнул Оран, но Ниса лишь шикнула на него и поспешила к командиру.

Чуть не налетела на Рема, встала рядом. Глаза убитого чуть заметно светились. Он выпил то же самое зелье, что и часовые наверху, вот только оно ещё не подействовало полностью, и парень не услышал вовремя несущуюся на него смерть. Но часовые пользовались факелами – они не видели в темноте, а значит, и этот шёл вслепую, по памяти. Никаких развилок впереди ждать не стоило.

Скрепя сердце Ниса добавила к пяти сотням шагов ещё столько же, но идти оставалось недолго. Вскоре она упёрлась в выставленную Ремом руку – коридор кончился.

– Дверь, – чуть громче собственного дыхания произнёс Рем. – Заходим на счёт три. Раз…

Нису бросило в жар от такого решения. Им следовало затаиться, подождать, когда кто-нибудь выйдет, разобраться с ним и хоть мельком увидеть, что ждёт их по ту сторону двери. Но вламываться внутрь подобно разбойничьей шайке… Ниса думала, что Рем не сможет упасть ещё ниже в её глазах.

– Два…

Времени на споры не оставалось. Ниса надела когти на левую руку, взяла в правую три звёздочки и приготовилась встретить хорошо вооружённый отряд при поддержке десятка магов – просто чтобы ничему не удивляться потом.

– Три!

Рем толкнул дверь плечом и ворвался внутрь. Ниса заскочила следом и… Она не хотела удивляться, но увиденное тоже не желало так просто укладываться в её голове. Оказалось, что трое убийц собрались взять штурмом детскую спальню.

Просторная комната, тускло освещённая несколькими лампадами, деревянные кровати вдоль стен, две дюжины зеленокожих подростков десяти-пятнадцати лет, выстроившиеся в центре, и невысокий бритоголовый старик с подносом, полным маленьких флаконов. В общем, та ещё картина – даже Рем замер на миг в нерешительности. Но когда старик с криком выронил поднос и побежал прочь – к двери на другой стороне – Рем кинулся за ним ещё до того, как разбитые стекляшки разлетелись по полу. Он сделал ровно два шага, когда на него набросился первый парень. Рем просто отшвырнул его в сторону, второго ударил ладонью наотмашь, а третий… Третий поймал его кулак одной рукой – тоненькой тростинкой по сравнению с лапищей темнокожего великана. Четвёртый ударил Рема в живот, отчего крадущий сложился пополам и со стоном рухнул на пол. Пятый...

«Дети, это же просто дети» – разум Нисы отказывался верить глазам, но руки, казалось, жили своей жизнью, подчиняясь правилам и опыту. Звёздочки полетели одна за другой, и трое юнцов, окруживших Рема, под брызгами кровавого дождя повалились на пол.

Десятилетний мальчишка зажёг огонь. Ниса не почувствовала никакой магии, словно пламя в его ладонях родился от кремня и кресала, а не силой пути. Инстинкты снова взяли верх. Ниса выставила блок, как делала десятки раз до того, собираясь разбить чужое заклятие. Вот только заклятия не было.

– Ложись! – Оран сбил её с ног и очень вовремя: огненная длань сомкнула длинные пальцы прямо у них над головами. – Отвернись! – добавил он, и маленький камешек заскакал по плитам пола.

Яркая вспышка выжгла все тени, дотянулась до мрака в каждом углу. Ослеплённые дети подняли крик, заметались по комнате.

– Уходим! – новый план понравился Нисе намного больше, но Оран, до сих пор действовавший безупречно, решил вдруг поиграть в героя. Но только маг-северянин сумел бы сейчас оторвать избитого Рема от пола.

– Оставь его! – Ниса схватила Орана за рукав и потащила к выходу.

Всего один юнец – возможно, самый худой и высокий на свете – стоял сейчас между ними и свободой. Убийца замахнулась когтями, но воздух встал вдруг твердым как камень, а потом рванул по кругу, ударил Нису в бок, оторвал от пола и швырнул через всю комнату. Оран успел вцепиться в неё обеими руками, и вихрь унёс их обоих, может, потому и удар вышел не таким сильным, но это было слабое утешение.

С хрустом в рёбрах Ниса врезалась в стену и мешком свалилась на пол, до звона в ушах ударившись головой. А когда попыталась подняться, один из мелких ублюдков врезался в неё, сорвал маску с лица и с криком вытолкнул в дверной проём, через который чуть ранее сбежал алхимик. Ниса запустила когти в горло визжащего дурака. Визг сменился бульканьем, кровь из разорванной шеи фонтаном ударила ей в лицо, а потом у неё за спиной выросла стена, остановившая обоих.

Мир исчез в ослепляюще-белом облаке. От боли хотелось орать, от чужой крови во рту выворачивало наизнанку, но хуже всего была полная беспомощность. Ниса не чувствовала ни рук, ни ног. Она могла только сидеть вот так, привалившись спиной, в обнимку с мертвым болотником, и ждать, когда сводящая с ума боль чуть утихнет.

Как из тумана появлялись неясные очертания предметов, размытые образы. И первым из них стала фигура в дверном проёме. Человек словно решал, выйти ему или остаться.

– Не вздумай! – крикнула Ниса.

Точнее, она хотела крикнуть, но и сама с трудом расслышала глухой скрежет, в который превратился её голос. Неважно, Оран всё равно бы не послушал.

– Найди колдуна! – сказал он и захлопнул дверь.

– Идиот! – простонала Ниса, ненавидя себя за слабость. Ярость придала ей сил, убийца смогла столкнуть с себя труп, встала, опираясь на стену. Сначала она, конечно, хотела вернуться, засунуть героизм Орана ему же в глотку, но... Эти дети, или не дети, были ей не по зубам. Они использовали магию разных путей, но самой магии как бы и не было вовсе. Невозможно, но способность крадущих блокировать заклинания не работала против них. Только один человек знал, что с этим можно сделать, и Оран, провались он в бездну, опять был прав – его нужно найти. А пока Оран не позволит этой ребятне прикончить себя, иначе она и с того света достанет этого дурака и оторвёт его тупую башку!

Ниса огляделась. Зрение уже почти восстановилось, и рассеянный свет нескольких лампад пришёл на смену белому мареву. Взгляду открылся узкий коридор – на этот раз короткий – с дверью в конце. Куда бы ни сбежал маг, поиски стоило начать отсюда.

Тихо ругаясь, Ниса прошла единственно возможным путём и оказалось в комнате со стенами, оплетенными паутиной букв и символов. Особенно выделялись, хотя бы размером, знаки путей, начертанные над каждой из десяти дверей, разбросанных по стенам.

Пустыня, пещеры, степь, острова, север...

Бессмысленный выбор из-за своей равнозначности. Алхимик мог скрываться за любой из них. За спиной убийцы послышались шаги, и она, махнув на всё рукой, выбрала знак уже подзабытой родины.

Ниса готовилась к новой схватке, вполне ожидая попасть в ещё одну спальню с кучей ненормальных детишек. Она пыталась одновременно побороть тошноту, забыть о противном писке в ушах и свыкнуться с ноющей болью в рёбрах. Но увиденное, как удар под дых, выбило из неё всю воинственность, затопив освободившееся место вязким варевом из ярости и отвращения.

Знак над входом был начертан не просто так. Причина тому – молодой северянин, подвешенный на цепях в центре небольшой коморки. В то, что он молод, Ниса поверила не сразу. Истощённое, худое и безногое тело, покрытое шрамами и синяками: ножи, кулаки, плети, калёное железо – пленник испытал всё. Но да, он был молод. Пронзительный, болезненно сверкающий взгляд убедил в этом Нису. Алхимик сломал его тело, но и только.

– Кто? – чуть слышно произнёс он.

Ниса не знала, что сказать. Но лишь оказавшись в каменном мешке, поняла, что должна сделать. Её снова затошнило, рука предательски задрожала, когда убийца потянулась когтями к горлу северянина. Если бы он закричал, Ниса просто сбежала бы, поджав хвост, но пленник сам откинул голову назад и растянул рот в щербатой улыбке. Один взмах, и его мучения закончились. Горячая кровь с тихим ворчанием пролилась на каменный пол, будто сокрушалась, что ждать пришлось так долго.

Ниса уже четыре года с полным правом называла себя крадущей, но убийцей считала, только в такие моменты. Отнимать жизнь у тех, кто не может сопротивляться, она так и не научилась.

Всполох магии отвлёк её от невесёлых мыслей, заставил взять себя в руки. Нет, никто не ломился в дверь, магия была прямо здесь – в чаше, вмонтированной в пол под пленником. Путь Девор – создателей артефактов. Кровь, наполнив чашу, пробудила магию гор.

Получалось, что алхимик не обычный, больной на всю голову, жестокий ублюдок, пытающий людей ради забавы. Он намного хуже – у него есть цель. Уже давно, с самого первого раза, Ниса не хотела так сильно выполнить заказ.

На выходе её уже ждали. Зная, что все двери ведут в тупик, алхимик не стал торопиться. Своё поредевшее воинство он выстроил в одном месте, а сам предусмотрительно спрятался за детскими спинами – звёздочкой не достать.

– Я ждал, что однажды вы явитесь, – Ниса впервые услышала его голос – высокий, тоже почти детский. – Но не думал, что так скоро.

Оран и Рем стояли на коленях впереди строя. Лицо командира было похоже на взрытое и перепаханное поле, а Оран шатался и харкал кровью – его приходилось держать.

– Сука, – Ниса надела перчатку на вторую руку. – Ты за это ответишь.

– За что это? Ты даже близко не понимаешь мой замысел. Увидела калеку и решила, что старый маг спятил?

Ниса так уже не думала, но решила подыграть, надеясь, что алхимик совершит ошибку. Пока она не представляла, что делать с тринадцатью мелкими выродками, владеющими сразу десятком путей.

– А разве нет?

– Нет! Я меняю мир. Бесконечным войнам отныне настанет конец. Всё под небесами объединится под властью единого короля.

– Тебя?

Алхимик рассмеялся – вполне искренне, как показалось.

– Король Таргрим. А неплохо звучит! Но нет. Я учёный, а не тиран. Стереть различия, сделать всех людей равными, искоренить треклятые пути и их магию, что раз за разом заставляет нас рвать друг другу жилы. Вот моя цель.

– Благородно, – Ниса сплюнула на пол – просто не могла уже держать отвращение в себе. – Убивать, пытать, калечить – таким как ты можно всё. Ведь это ради высшего блага!

– Это место создано ради него! И не мной. Предки искали способ извлечь силу из мага через кровь давным-давно, но не добились успеха. А мне удалось! Я создал нужное зелье!

– Ты пытал безоружных.

– Ритуал действует только через страдания.

– Ты превратил детей в чудовищ.

– Не проходившее Испытание годятся больше других. С ними эликсир действует почти восемь часов. Взрослые умирают через пять без новой порции. Мне пришлось использовать детей. Но этому конец. Сила крадущих – вот чего не хватало зелью. Теперь я смогу избавиться от побочных эффектов. Вы поможете мне изменить мир.

– Даже не надейся, – время разговоров почти прошло. Ниса сделала всё, что могла. Рем и Оран получили передышку. Если они ещё на что-то способны, самое время это показать.

– Обойдусь и без тебя. Рисковать глупо, и у меня достаточно материала. Твой молодой друг уже одной ногой в могиле, так что с него-то я и начну.

– А вот и не угадал, – Оран, до того казавшийся совершенно беспомощным, вдруг ожил.

Резко качнул головой назад, угодив затылком в лицо подростка, державшего его. В руке крадущего появилась сталь. Дети есть дети – возможно, они вообще забыли его обыскать. Резкий выпад, и ещё одним врагом стало меньше. Двое набросились на Орана с разных сторон. Обратный выпад и...

Ниса замерла в трёх шагах от толпы зеленокожих. Крик застрял в горле. Она не могла, не хотела верить. Оран упал со своим же ножом в груди, он сам нанёс себе смертельный удар. На мгновение их взгляды встретились – на мгновение, пока он ещё был жив.

– Ну вот, – расстроился алхимик, надёжно укрытый за спинами своих верных зверьков. – Мёртвый он бесполезен. Придётся её тоже взять живой.

Вот теперь Ниса закричала. Она уже и не помнила, когда в последний раз ярость и боль переполняли её настолько, что не было никаких сил удержать их в себе. Ниса думала, что разучилась кричать очень давно – с тех пор, как слугой, почти рабой, ещё ребёнком попала в дом вождя. Великий вождь Ерлей выходил из себя оттого, что не мог выбить ни звука из наглой малявки. Что ж, теперь он бы пришёл в восторг – от рёва убийцы, скачущим эхом наполнившего подземный зал, содрогнулись стены, а защитники мага невольно отступили назад.

Ниса бросилась в самую гущу, завертелась юлой в водопаде кровавых брызг. Рядом её крик подхватил Рем. Безоружный великан точными ударами тоже расчищал себе путь к бритой голове алхимика. На одно восхитительное мгновение Ниса поверила, что у них всё получится.

А их просто не хотели убивать.

Рем упал первым, напоследок врезав в висок ещё одному юнцу и придавив собой другого. Нису окружили шестеро – всего шест из тринадцати! Остался один шаг – шаг в пустоту. Кто-то поймал её руку, получил когтями по глазам, но не ослабил хватку. Ниса провернулась на месте, полоснула когтями по животу и бросила парня через плечо на пол. Застыла всего на миг и уже двое схватили её за предплечья. Она ударила ногами в грудь третьего и сделала сальто, сумев вырвать правую руку из захвата. И тут левую прошила боль – под треск костей и мальчишеский крик.

Убийца не издала ни звука. Подавила девчачий визг, наполнивший лёгкие. Одним движением она вспорола мелкой гадине горло и вырвалась из поредевшего круга.

Четверо. Ниса отдала руку за двоих и лишилась шансов добраться до алхимика, давно уже скрывшегося в одном из каменных мешков. На дрожащих от усталости ногах Ниса попятилась и упёрлась спиной в дверь, чуть приоткрывшуюся под её весом. Через эту дверь она попала сюда в первый раз.

– Беги, идиотка! – выкрикнул Рем, силясь, если не подняться, то хоть удержать одного из парней.

Ниса ненавидела приказы, особенно от тех, кого презирала, но этот ей выполнить пришлось. Отступить, восстановить силы, привести помощь – иного выхода просто не оставалось.

Дети погнались за ней. Чьи-то пальцы шаркнули по спине, когда убийца забегала в спальню. Кто-то почти схватил её за рукав, когда она вырвалась в тёмный коридор. На лестнице, в башне, во дворе – Ниса не сомневалась, что её догонят. Не оборачиваясь, она одну за другой метнула оставшиеся звёздочки во тьму. Один раз попала, раздался крик, и шаги стихли. Остались только её собственный топот и её свистящее дыхание.

Наверху, уже за воротами Ниса услышала позади рёв болотных львов.

Шок быстро прошёл. Путь Островов – анимагия. Оставшиеся в живых обратились в самых опасных местных хищников.

Ниса пересекла заросшую просеку и рванула в кусты. До настоящих топей – с трясинами – нужно было ещё дойти, а пока она не боялась провалиться. Ниса нырнула в заросли камышей, упала в вонючую зелёную жижу и, прижимая сломанную руку к груди, кусая губы от боли, барахталась в грязи, пока та не покрыла её целиком.

Взявшие след львы пробежали совсем близко – Ниса даже видела, как качались верхушки камышей у неё над головой. Привалившись к маленькому холмику, едва торчавшему из болота, загнанная убийца изо всех сил боролась с усталостью и чернильной темнотой, застилавшей глаза.

«Не спать, не спать...» – повторяла она себе, но измученное тело не вняло голосу разума. Болотный дурман, которого Ниса уже не чувствовала, прибрал к рукам ещё одну потерявшуюся душу.

«Что ж, не самая плохая смерть», – признала наконец Ниса и перестала бороться.

***

– Эй! Ниса! Эй! – знакомый голос, смешно растягивая гласные, прорвался через оглушительное ничто в сознание Нисы.

Так делал отец, когда будил её по утрам – жизнь тому назад, но голос принадлежал не ему. Ниса с усилием разлепила веки и на удивление спокойно посмотрела в некрасивое лицо с чёрной повязкой на глазу.

– Слава Предкам! – Оран растянул рот в довольной улыбке, как делал всегда – по поводу и без. – Я уж отчаялся! Ты проспала почти всю ночь. Ребята совсем замучились тебя искать – даже выть перестали.

Ниса попробовала подняться. Окоченевшее тело слушалось с трудом, но хоть рука от холода перестала болеть. Ниса всё же вылезла из воды и, держась за стебли камышей, уселась на кочку.

– Как себя чувствуешь? Идти сможешь?

Ниса посмотрела на небо. Свет звёзд заметно потускнел, а луна скрылась где-то за камышами. Она действительно долго спала.

– Почему ты молчишь? – Оран присел на корточки рядом с ней – так близко, что она почувствовала его дыхание на лице. – Неужели обиделась?

Ниса сделала глубокий вдох.

– Тебя… его здесь нет. Я потеряла маску, теперь долбанное болото сводит меня с ума.

– Ах, вот оно что! И ты думаешь, не разговаривая со мной, сможешь это исправить?

– Я ничего не могу, – огрызнулась Ниса и тут же пожалела об этом. Оран своими подколками всегда умел вывести её из себя, но это было лишь видение – игра её же воображения.

– А может, я призрак – душа, не обретшая покой? Буду теперь преследовать тебя до конца жизни.

– Призраков не бывает, – Ниса окончательно сдалась: воображение или нет, у неё не получалось отмолчаться. – А конец моих дней скоро наступит. Из-за дурмана я не продержусь даже до полудня.

– Эй, ну что за настрой? – рука Орана легла на плечо Нисы. Она едва удержалась от крика. Ниса почувствовала прикосновение и могла поклясться, что тяжёлая ладонь действительно лежит на её плече. Но всё это было ­– должно быть ложью.

– У… убери, – стуча зубами, попросила она.

– А помнишь тот пиратский корабль? – Оран пропустил её слова мимо ушей. – Мы убили капитана и прятались потом целую неделю: спали по очереди, крали еду и всё время перебегали с места на место, пока команда искала злого духа. Или вспомни то чудище, от которого мы удирали по треклятому священному лесу Шарвена. Разобрались тогда с одним духовидцем и случайно повредили кладку летучей ящерицы. Вот же она обиделась! И не отстала ведь, пока не лишила меня глаза, сволочь крылатая. Глаз за яйцо – так себе размен, я считаю. Ну или…

– Прекрати! Это не смешно, это… это… – Ниса замолчала, чуть не подавившись рыданиями. Она не плакала уже целую вечность и не собиралась расклеиваться сейчас. На смерть ей было плевать, но эти истории… Оран постоянно их пересказывал. Только он знал все подробности, только он и Ниса, конечно. Она чувствовала его руку, слышала его голос, видела лицо – она хотела, чтобы он был здесь, и мало-помалу начинала верить. Ниса сходила с ума.

– Я лишь хочу сказать, что нам случалось попадать и в худшие переделки.

– Нет никаких нас! Оран мёртв! Я сама видела, как этот безмозглый придурок всадил нож себе в сердце. Ты не он! Низкорослый одноглазый островитянин с тупым чувством юмора покончил с собой, ясно?!

– Правда? – Оран безмятежно улыбнулся в ответ – опять. О, предки! – И почему же он это сделал?

– Я… не знаю, – Ниса отчаялась настолько, что попыталась солгать самой себе.

– Врёшь! – тут же подловил её Оран. – Всё ты знаешь. Он верил в тебя. Верил, что так ты уцелеешь. Вырвешься из цепких маленьких лап, восстановишь силы и вернёшься, чтобы отомстить за него. Чтобы спасти тех, кого ещё не поздно спасать. Рема, например.

– Что? – имя командира вывело Нису из себя, она даже забыла, что собиралась возражать всему остальному. – Из-за этого самонадеянного кретина мы и попались. Да я с радостью сама пущу ему кровь и уж точно не стану спасать!

– Жаль. Оран бы стал.

Ниса ничего не ответила. Да, конечно, Оран попытался бы спасти всех.

– Кем ты хочешь, чтобы погиб твой друг? Глупцом или героем?

Слова достигли цели. Разум убийцы оставил на время саморазрушение и стал лихорадочно искать выход из затянувшего её, в буквальном смысле, болота.

«Вот ублюдок — добился ведь своего!»

– Сколько там преследователей? Четверо?

– Скорее, трое, – тут же откликнулся Оран. – Тот крик, может, и не был предсмертным, но я бы поставил на трёх львов.

– Львят, – поправила его Ниса.

– Что?

– Анимагия меняет облик, но не размер и не вес мага. Дети остались детьми. И время у них на исходе. Помнишь, алхимик выронил поднос со склянками, когда мы ворвались в спальню?

– Разумеется, – кивнул Оран, без труда поняв, к чему клонит Ниса. – А ещё он сказал, что зелье действует восемь часов, и без новой порции человек умирает.

– Верно. Осторожность и сомнения – теперь роскошь для этих детей, так беззаветно преданных господину.

– И что ты собираешься делать?

– Ну… – напрягая каждую мышцу своего тела, Ниса встала на ноги и, пошатываясь, побрела, как она надеялась, к выходу из камышового царства. – У меня по-прежнему только одна рука, и сразу с тремя зубастыми хищниками мне не справиться. Но это не значит, что я не могу их убить.

По привычке Ниса считала шаги. Дошла до второй сотни, когда вонючая бугристая лужа наконец закончилась, и, вынырнув из камыша, Ниса попала на небольшой приземистый холм, усыпанный красной ягодой. Здесь же нашли приют несколько деревьев-беженцев и выводок мелких грызунов, стремительно попрятавшихся по норам.

Ниса безжалостно отломила одну из подсохших уже ветвей и проковыляла на другую сторону холма. Там начиналась настоящая топь, куда без проводника мог сунуться только самоубийца. Ну или загнанный, отравленный болотным ядом, раненный человек. Ниса осторожно спустилась к воде, проверила глубину. Чуть упершись в дно, ветка тут же с готовностью провалилась дальше, скрылась примерно на треть.

– Трясина, – озвучил Оран очевидное.

– Пока что неглубокая.

Ниса ступила в болото.

– Что ты делаешь?!

– Я должна выглядеть беззащитной и неопасной, – объяснила Ниса.

– Выглядеть? Но так ведь оно и есть – тебя засосало выше колен. Зачем самой лезть в трясину? Львята и так тебя не тронут – алхимику ты нужна живой.

– Это не для них, – усмехнулась убийца и закричала во весь голос: – На помощь! Помогите! Тону!

Долго звать не пришлось – в мёртвой тишине болота крик можно услышать на расстоянии в пару лиг, а преследователи Нисы были намного ближе. Разумеется, львами этих существ называли не из-за внешнего сходства. Зеленокожие рептилии с толстыми перепончатыми лапами, короткими хвостами, жёлтым пятном на груди и шеи, похожим на обеденную салфетку; с круглой, в чём-то даже нелепой головой и с широкой пастью, под завязку набитой острыми, размером с палец зубами. Нет, своё имя они получили за оглушающий рёв и репутацию самых опасных хищников на болотах.

– Явились, – сказала Ниса, когда трое таких красавцев выстроились на вершине холма. – И кто из вас предложит даме… лапу?

Ответом ей стал тот самый рёв, который безуспешно стараются повторить пьяные рассказчики в посиделках у костра. Ниса готовилась, даже хотела услышать его, но всё равно её тело покрылось крупной дрожью, а сердце пропустило удар или два. Настоящий властелин болот, размером с племенного быка, выскочил из зарослей камыша и сходу набросился на трёх, невесть откуда взявшихся, соперников.

Первый почти лишился головы, когда лев ухватил его зубами за шею и рывком отшвырнул в сторону. Второй, совсем обезумев, сам кинулся на врага, но промахнулся, и вместо шеи прокусил кожу на плече гиганта. Тот с готовностью рухнул на землю и перекатился, раздавив своим весом мелкого дурака, а потом ещё оторвал ему лапу – чтобы наверняка. Последний из оборотней, очевидно, самый умный, бросился наутёк и почти успел скрыться в камышах. Ни в одной истории об ужасных болотных чудищах Ниса не слышала о том, что они умеют прыгать с места на двадцать шагов. Да она бы и не поверила, а вот поди ж ты…

Схватка закончилась, едва успев начаться. Что касается победителя, то в нём Ниса не сомневалась – ещё с тех пор, как услышала рёв.

– Ловко, – признал Оран. – А с ним ты что будешь делать?

– С ним? Серьёзно? Я бы помолилась, да не умею. Если не трудно, сделай это за меня.

К убитым воспитанникам мага вернулся прежний облик. Лев с подозрением обнюхал тельце ближайшего из них и снова заревел, поняв, что его обманули. Затем он посмотрел на Нису. Красные всполохи рассвета робко растекались по небу у него за спиной. Болотные львы не любят солнце: ночные хищники, они почти что слепнут на свету. Смертоносному монстру пора было возвращаться в родное гнездо, надёжно укрытое от солнечных лучей, и ждать следующей ночи. Ниса – застрявший в трясине, безоружный человек – не слишком его заботила. Да, ей он, пожалуй, мог бы позавтракать сытнее, но и тащить её тушу заметно сложней – придётся раскусить надвое.

Нису передёрнуло от таких мыслей. Но и гигантской рептилии они пришлись не по вкусу. Проворчав что-то на прощание, он подхватил тело мальчишки, словно преданный пёс брошенную палку, и потащил к себе домой.

– Сработало… – выдуманный Оран был удивлён – в точности, как и настоящий всегда поражался, когда безумные идеи его подруги претворялись в жизнь.

Ниса качнулась в сторону холма, упала, схватилась рукой за траву, попыталась вытянуть себя из трясины. Повторила раз двадцать, прежде чем вырвалась из мёртвой хватки болота, и в изнеможении растянулась на перепаханной её же стараниями земле.

Один из листиков той незнакомой ягоды прилип к руке. Ниса присмотрелась и не поверила глазам.

– Это что, квад?

– Конечно. А ты думала, где его собирают? Точь-в-точь как тот, что был у тебя в маске. А из ягод этих, кстати, делают презабавное варенье. Помнишь, я как-то его переел, и шлюхи в местном борделе сами пытались мне заплатить, чтобы я от них отвязался.

В этот раз Ниса не удержалась от улыбки. Да, она помнила тот случай, как и десятки других, сблизивших её с напарником за четыре года.

– Когда всё кончится, ты исчезнешь, да? – спросила она, рассматривая лист.

– Да, – просто сказал он. – Призрак или видение – мне пора на покой.

– А если… – Ниса запнулась: такая спокойная и непреклонная, она теперь с трудом справлялась с собой. – Если я не хочу, чтобы ты уходил? Знаешь, я даже в детстве не умела дружить. Дочь труса, сбежавшего с поля боя, – в лучшем случае меня не замечали, а в худшем… Я привыкла жить сама с собой, думать лишь о себе, а ты… ты… Кажется, я никогда – совсем никогда – ни разу не называла тебя другом, но сейчас отдала бы не то что руку – свою жизнь – лишь бы переброситься с тобой парой слов. Так зачем? Зачем мне надевать проклятую маску? Как жить с этой болью и виной, разъедающей внутренности сильнее любого яда?

– Эй! А ну брось эти мысли! Ты молода, вокруг полно людей – думаешь, так уж сложно сделать их друзьями? Один уже ждёт тебя и совсем неподалёку.

Ниса нарвала целую охапку мелких листьев, приложила к лицу и вдохнула пряный, чуть сладковатый аромат свежего квада.

– Проклятье, ну почему ты всегда прав?

***

Два чёрных быка неспешно тащили телегу по дороге, не обращая особого внимания на лысого старика, время от времени подгонявшего их хлыстом. Старик хотел бы ехать быстрее, но посланный в ближайшую деревню мальчишка не нашёл лошадей. А его друзья не смогли отыскать крадущую на болотах, да к тому же сами сгинули вместе с ней. Чёрные и белые полосы сменяли друг друга, но мелкие неудачи мало заботили старого алхимика. До величия и славы ему остался всего один шаг.

Маг вдруг резко натянул поводья, быки охотно остановились и сразу же стали оглядываться в поисках травы повкусней. На дороге стоял человек, вымазанный в грязи с головы до пят, с рукой на перевязи и замотанным тряпками лицом.

– Вот это да! – воскликнул алхимик. – Слухи о крадущих не лгут! Значит, ты одолела моих львят?

– Ещё кто-нибудь остался? – спросила Ниса скучающим тоном. – Я замёрзла.

Алхимик расхохотался, потом махнул в её сторону.

– Лин, Оги, убейте её.

«Выходит, уже не нужна живой», – подумала Ниса, наблюдая, как двое подростков выскакивают из телеги и бегут к ней.

Один, оказавшись чуть быстрее, занёс кулак, и можно было не сомневаться, что этот удар выбил бы из неё дух. Ниса змеёй проскользнула под рукой, развернулась и запустила острые когти во впалый живот. Сжала пальцы в кулак и рванула изо всех сил, сильно возросших после завтрака красными ягодами. Парень сделал ещё пару шагов, неловко пытаясь удержать собственные внутренности, а потом плашмя рухнул на дорогу.

Второй парень замер, даже попятился, поражённый то ли лёгкостью, то ли жестокостью, с которой Ниса убила его друга. Убийца сама побежала к нему, отпрыгнула в сторону, уклонившись от воздушного вихря, перекатилась, прыгнула ещё раз, второй, третий. Вспыхнуло пламя. Она схватила когтями руку парня, объятую огнём, и сунула ему же в лицо. Он завизжал, погасил пламя, но волосы уже горели ярче масляного факела. Парень вырывался, но Ниса держала крепко и позволила ему упасть, лишь когда крик затих. А потом ударом сапога перебила полуживому противнику горло.

– Всё? – голос Нисы нисколько не изменился. Дыхание было ровным, взгляд спокойным. Никакой боли – совсем никакой.

– Хм, ну… это было поразительно, – признал алхимик и не спеша спустился на землю. – У меня не хватило времени на новое зелье для них, так что силы ребят были уже на исходе, но всё равно – поразительно!

– Они бы умерли без зелья.

– Все умирают, – пожал плечами маг. – Я и так долго спасал их от голодной смерти. Теперь они мне не нужны. – Он извлёк из-за пазухи флакон и потряс им в воздухе. – Всё получилось – с первого раза! Я очистил состав с помощью силы твоего друга. Никаких побочных эффектов, а действие – я даже не знаю, сколько оно продлится. Проверим?

Алхимик вытащил пробку и одним глотком выпил всё содержимое. Подождал. Махнул рукой. Подождал ещё…

– Что-то не так?

– Я не… – голос мага дрогнул, лицо исказилось от ужаса.

– Да всё ты понял, – Ниса медленно двинулась к нему. – Я не могу заблокировать магию, даруемую зельем, но само зелье, пока оно не подействовало, это путь Дугандар. Это тоже магия. Ясно теперь?

Алхимик достал нож. Ниса узнала его, и на время боль и ярость вернулись. Алхимик был уже мёртв, а Ниса всё била и била когтями по его лицу, и прекратила, только когда на нём не осталось ни клочка бледно-зелёной кожи.

Убийца сняла перчатку, вытерла капли крови со лба и подобрала нож Орана. Немного подумав, не стала прятать его, а прямо так забралась в телегу.

Рем лежал связанный в дальнем углу. Он увидел нож, увидел последние отблески гнева в глазах Нисы и, чуть заметно кивнув, сказал:

– Да, пожалуй, я это заслужил. Только давай по-быстрому, ладно? Алхимик и так всю ночь отрезал от меня по кусочку.

Ниса подошла ближе, наклонилась. Нож поплыл в сторону Рема. Тот откинул голову, подставив под удар могучую шею.

– Дурак, – просто сказала Ниса и за несколько коротких движений перерезала верёвки. – Иди на козлы, мне неудобно с одной рукой.

Ниса села, привалившись спиной к деревянному борту, с удовольствием вытянула длинные ноги. Усталость понемногу побеждала пьянящую лёгкость, дарованную ягодами квада.

– Но… – Рем замолчал на полуслове, поднялся, не сводя с Нисы взгляда. – Что с тобой стало? Ты будто уже и не ты…

– Ну, – невесело усмехнулась убийца. – Часть меня и правда осталась тут навсегда. Может, в этом есть и твоя вина, да. Но не ты пронзил грудь Орана ножом – это был его выбор.

– Я верну долг. Обещаю!

– Долг? Ты что, шутишь? – Ниса посмотрела на темнокожего великана, словно на малого ребёнка, в очередной раз ляпнувшего несусветную глупость. – Нет, Рем, должник мне не нужен.