Союзник поневоле

Глава 1

Белокрылый, один из самых крупных и, несомненно, сильнейший в королевстве грифон, шумно и тяжело дышал, разрезая грудью темные, низко нависшие над полем битвы, облака. Доспехи рыцаря, сидящего верхом, обычно так величественно сияющие в лучах солнца, сейчас казались блеклой грудой металла. Сам же рыцарь, еще недавно такой гордый, уверенный в себе и непобедимый, в эту решающую минуту был до предела сконцентрирован, высматривая свою цель где-то там, на добрых две сотни футов ниже его позолоченных шпор. Мужчина, победивший в десятках рыцарских турниров, отменно владеющий как мечом, так и луком, мог уповать лишь на свое зрение. Рыцарь не хотел лететь ниже, рискуя подставиться под град вражеских стрел, тем более, что и так уже поставил на карту все, что мог. И даже чуть больше.

Рыцарь знал, что его цель будет позади армии, но не слишком далеко от нее. Враг уже очень близко – рыцарь чувствовал это всем сердцем, и даже природа вокруг подтверждала его догадки. Чахлые растения попадались все реже, запах разложения усиливался, делая и без того тяжелый воздух еще плотнее, и даже земля, кажется, темнела с приближением к цели. Рыцарь знал, что судьба всего королевства зависит от него. Всю жизнь он шел только к этому – ни к чему более. Он не имеет права проиграть.

Острый взгляд грифона выхватил цель среди тысяч воинов. Рыцарь и грифон – давние друзья, и иногда мужчине казалось, что птица понимала его речь, чувствовала, чего хочет наездник. Птица пронзительно запищала и устремилась вниз, не дожидаясь команды рыцаря. Мужчина подумал о том, чтобы достать из-за спины лук, но расстояние все еще слишком велико, да и попасть на такой скорости будет сложно. Рыцарь услышал, как яростно заработали зубы грифона, предвкушая добычу, почувствовал, как лапы птицы пришли в движение, готовя к атаке острые длинные когти. Рыцарь не верил, что победа дастся легко, но его цель стояла спиной, а шанс закончить все здесь и сейчас увеличивался с каждым пройденным футом. Благородного рыцаря спасло лишь везение: за долю секунды до атаки существо издало омерзительный писк, схожий со звуками, издаваемыми летучими мышами. Рыцарь заметил монстра боковым зрением и в ужасе дернул поводья грифона. Верная птица моментально развернулась, и клыки монстра вспороли не элитный доспех молодого короля, а шею и грудь верного грифона. Тела столкнулись, перемешались в комок, и через мгновение упали на землю.

Рыцарю повезло, его верный грифон в последнюю секунду принял столкновение с землей на себя, также как и клыки монстра мгновением раньше. Человек в золотых доспехах не разбился о землю, а погрузился в мягкую плоть верной птицы. Моментально придя в себя, самый молодой король в истории империи вскочил на ноги и обнажил меч. Существо, убившее грифона, уже было рядом. Монстр, кажется, тоже не получил значительных повреждений.

Варгард Торинсон, по кличке Железолом, смотрел на своего врага, пытаясь понять, что за существо предстало перед ним. Размером никак не меньше грифона, но без перьев или шерсти на теле. Непропорциональные короткие задние лапы (ноги?), невероятно длинные передние, так сильно похожие на человеческие руки. Перепонки между пальцами, за счет которых монстр летал, длинные, загнутые, словно ятаган, когти. И, конечно же, отвратительная пасть. Красные вздыбленные волосы лишь на голове, и клыки, такие длинные, что выступали изо рта, как у саблезубого тигра. В этой твари железолом не видел ничего человеческого, но все же ни с чем иным, кроме человека, монстра нельзя было сравнить.

Монстр первым ринулся в бой. Существо даже не пыталось взлететь и использовать свое преимущество, а просто бросилось на рыцаря. Один из самых сильных мужей королевства, и, несомненно, самый искушенный в битвах, Варгард опешил. Он понятия не имел, как победить эту тварь, просто не понимал, что делать против ее толстой кожи, длинных когтистых лап и клыков. Но героям всегда везет, и одна идея все же пришла в голову.

Двадцать футов. Железолом бросил на землю меч и потянулся левой рукой за луком, правой – за стрелой. Двенадцать футов. Рыцарь положил стрелу и натянул тетиву. Шесть футов. Через мгновение тварь уже могла бы дотянуться до него, и король выпускает стрелу, целя в голову бегущему на него монстру. Два фута. В руках у рыцаря снова меч, лук лежит на серой измученной земле, а над глазом монстра рваная рана, сочащаяся каким-то подобием крови, сильно затрудняет ему обзор. В последнее мгновение рыцарь бросается вперед, пытаясь выпрыгнуть. И снова везение: в тяжелом доспехе это невозможно, даже несмотря на колоссальную физическую силу мужчины, но маневр обманул монстра, и тварь атаковала выше головы человека, когда длинный меч прошел между ее клыков, вонзился в верхнее небо и пробил голову монстра, намертво застряв в толстой вонючей шкуре. Существо издало прощальный визг и моментально погибло, а когтистая лапа с шумом опустилась на землю, заставив ее содрогнуться. Рыцарь попытался вытащить меч, и лишь с третьей попытки ему это удалось. Любопытно, что оружие пробило плоть изнутри, но, дойдя до слоя кожи, не справилось. Впрочем, королю некогда об этом думать. Его меч жаждал новой крови, глаза смотрели на свою цель.

Некромант тоже смотрел на него. За бессмертными глазами не читалось ни страха, ни сожаления. Полное отсутствие эмоций. «А разве нежить может чувствовать?» - задался вопросом Варгард, но сразу же отбросил эту мысль. Нет времени. Он должен как можно скорее убить некроманта, чтобы сохранить то немногое, что осталось от когда-то великого войска. Король, уверенный в своей скорой победе, рванул вперед.

Некромант продолжал просто стоять на месте, не пытаясь защититься или убежать. Затем повелитель мертвецов начал шевелить губами, читая заклинание, и Железолом в ужасе понял, что совершил ужасную ошибку, бросив лук на земле. Непонятно, что именно задумал повелитель могил, и точно выпущенная стрела сейчас оказалась бы как нельзя кстати.

В животе рыцаря что-то перевернулось. Еще мгновение назад король был полностью здоров, а теперь чувствовал себя, словно серьезно отравился. Упадок сил, лихорадка, дрожь во всем теле и жар, сменяющийся холодом. И, как вишенка на торте – непреодолимое желание сходить в отхожее место. Да это же чертова порча! Но рыцаря это не остановило. Он не мог позволить себе терять время. Всего этого можно было избежать, если бы не упертость его отца. А сейчас времени совсем не оставалось, и отступить он уже не мог.

Варгард сделал еще несколько шагов, когда некромант принялся читать очередное заклинание. Прямо из-под земли появилась рука, ухватив рыцаря за ногу. Он отвратительно себя чувствовал, но Железолом все еще крепко держал меч, и рука отлетела в сторону, отсеченная мощным ударом. Король улыбался, приближаясь к врагу, но его улыбка поблекла, когда новые и новые руки поднимались из земли, пытаясь откопаться, а спустя несколько секунд пред ним встала толпа полуразложившихся трупов. Железолом прекрасно знал, что на этом месте менее месяца назад кипела колоссальная по своим масштабам битва, тем более, что его отец погиб в ней. А еще рыцарь знал, что некромант вернется сюда за пополнением своей армии, когда восстановит силы. И в этот момент будет максимально уязвим.

Король криво усмехнулся. Силы оставляли его, с каждой секундой становилось хуже, да и желудок больше не мог сдерживаться. Но рыцарь решил, что это больше не имело значения. Он расслабил живот, полностью прекратил сдерживаться и бросился в атаку из последних сил. Головы мертвяков летели в разные стороны, их хилые тела разваливались на части под мощью двуручного меча короля, а сам Варгард задыхался от жуткого запаха своих экскрементов внутри доспеха и мечтал, чтобы никто из воинов не увидел его позора. Король все еще верил в свою победу.

Месяцем ранее его отец собрал всю свою армию, в том числе и личную гвардию, чтобы дать отпор нежити. Таверны кишели слухами о могущественном некроманте, которого прозвали Пожиратель Лун. Лодмунд Торинсон, великий воин и стратег, хоть и смеялся над врагом, уверяя всех в слабости мертвяков, но на битву с ними собрал все силы. Лодмунд был из тех, кто всегда перестраховывался, воюет только тогда, когда это выгодно, и идет в атаку лишь в случае явного превосходства своей армии. Люди и мертвяки сошлись на этом поле почти месяц назад, яростная битва длилась всю ночь, а изможденные воины ждали, что солнечный свет уничтожит нежить, рассыплет в прах – но этого не случилось. Солнце не появилось из-за тяжелых туч. Армия людей отступила, потеряв восемь из десяти воинов, армия нежити тоже понесла существенные потери. Тело короля похоронили в семейном склепе, и, собрав еще больше людей, рекрутировав крестьян и ремесленников, младший брат и сын покойного короля решили сначала отомстить обидчику, а уже потом оспаривать право на трон. Некромант отступал, а люди гнались за ним, но это оказалось хитроумной ловушкой. Из той битвы вернулись единицы, а тела брата и сына Лодмунда так и остались лежать в одной из разоренных деревень, где нежить дала людям бой.

Теперь пришел черед Варгарда. Он знал, что некроманту нужно время, чтобы восстановить силы, и место, где будет много трупов. Варгард предположил, что повелитель нежити вернется именно туда, где была битва, и захочет пополнить свою поредевшию армию новыми бойцами. План молодого короля был прост, но эффективен: убить Пожирателя Лун. Потому что армия нежити существует, пока есть некромант, и война не будет окончена, пока тот жив. Младший сын предлагал этот план и отцу и брату, но те лишь смеялись над ним. Они были хорошими стратегами и опытными полководцами, но проиграли. Варгард – же отличный воин, и за счет этого качества он обязан выиграть.

Потому что его армия была слишком мала. Она могла лишь сдерживать нежить, но и это не продлится долго. Потому что, если не остановить некроманта сейчас, тот захватит все королевство, а, может и больше. Потому что рыцарь должен был отомстить за своего отца, брата и дядю. И, как только голова некроманта отделится от тела, вся его армия превратится в пыль.

Последний мертвяк, вылезший из-под земли, разрублен пополам, и уставший рыцарь приближается к некроманту на расстояние удара. Еще мгновение, и король покончит со всем этим ужасом и безумием. Некроманты – маги, а не воины, они хилые и беззащитные в ближнем бою, и Варгард знал, что победит, был уверен в этом. Поэтому, когда оружие было занесено для удара, а некромант закрыл лицо руками, король не смог заподозрить подвох.

Двуручный меч короля, выкованный в кузницах Гримрока лучшими гномьими оружейниками, созданный из Алдариэльнского металла, шумно рассек воздух, со скоростью эльфийской стрелы приближаясь к голове некроманта. В этот момент рыцарь был готов ликовать и праздновать победу, но уже через мгновение понял: что-то не так. Меч остановился, пойманный меж двух рук Пожирателя Лун, и Варгард начал догадываться. А когда некромант улыбнулся, обнажая клыки, король не поверил, что подобное вообще возможно.

Первый в истории вампир-некромант спокойно, словно у ребенка, отнял меч у рыцаря и отбросил в сторону. Он обнажил клыки не потому что хотел пить, а лишь для того, чтобы новоиспеченный король осознал свою ошибку в предсмертный час. Один мощный удар, и латный доспех прогнулся внутрь, ломая грудину Варгарда. Но вампир не был жесток, а потому, склонившись над побежденным смертным, резким движением сломал его шею. Быстро и безболезненно.

Вампир с тоской посмотрел в небо. Теперь, когда его друг и телохранитель повержен рыцарем, нет нужды прятать солнце за пеленойоблаков. Некромант сделал несколько пассов руками, и тучи постепенно разошлись, заливая кровавое поле боя ярким летним солнцем. Некромант, так давно не испытывавший эмоций, теперь ощущал печаль в своем сердце. Три сотни лет назад, когда они с другом решили стать вампирами и заняться оживлением, кто мог предположить, что все обернется именно так?

Солнце коснулось лица вампира, но не обожгло кожу, не испепелило его. Боязнь солнца – это побочный эффект употребления человеческой крови, тогда как сама жажда – ни что иное, как инстинкт, который можно заглушить. Что-то сродни простому желанию убивать, по силе сопоставимому с тяжелейшим наркотиком. От этого тяжело отказаться, но Пожиратель Лун смог. А его погибший друг – нет.

Его друг был заперт в подземелье и прикован цепями. Его друг должен был научиться контролировать инстинкты, но вместо этого ел себя. Его друг изменился, превратившись в безмозглого громадного монстра, наделенного колоссальной физической силой. Но продолжал служить Пожирателю Лун. Потому что некромант был сильнее. Потому что он остался человеком.

Лучи солнца подобрались к телу монстра, и темный смрадный дым устремился в небо. Существо превращалось в пепел, навсегда покидая эту землю. Некромант в последний раз грустно взглянул на исчезающее тело друга и отвернулся.

Печальные глаза Пожирателя Лун осматривали поле боя, где люди в ужасе отступали. Почти тысяча лет прошла с последней битвы нежити против людей, и смертные верили, что солнце сожжет трупы. Как же ошибались эти глупцы! Пожиратель Лун внимательно осматривал равнину. Засохшая трава, гниющая земля… Скверна. То единственное, что он до сих пор не смог подчинить и отринуть. Всюду его преследовала смерть, природа погибала при контакте с нежитью, и вампир ничего не мог с этим поделать. Какое-то время его это волновало и казалось проблемой, но теперь все изменилось. Сейчас Пожиратель Лун знает, что скверна – это не проклятие, а дар Богов.

Потому что на горизонте появилась новая угроза. Орды демонов, ведомые в бой новым могущественным господином. У них своя стихия – огонь. Демоны охотятся за душами людей. Но в мертвяках нет душ, а оскверненная земля не горит. Всю свою жизнь Пожиратель Лун прятался и старался не вступать в контакт с людьми. Но теперь пришло его время. Люди не смогут победить, у них просто нет шансов. Некромант видел демонов. Ревущие стада полулюдей-полудемонов, с копытами и рогами, наделенные нечеловеческой силой и ростом с великана, сносили все на своем пути. Чудища, похожие на червей, по сравнению с которым огры – милые создания. И демоны. Бесчисленное множество демонов. Они идут с севера, из диких земель, и очень скоро будут здесь. Только нежить может противостоять этому кошмару.

Некромант действительно был уникален. Не только потому что являлся еще и вампиром, и не потому, что не хотел смерти для всего живого, нет. Некромант мечтал править людьми. Он хотел создать гвардию вампиров, таких же, как и он – сильных, не нуждающихся в крови и не боящихся света. Элиту, не более десяти тысяч человек, способных победить любую армию. Некромант не хотел убивать все живое – он планировал оставить все, как есть. Крестьяне должны работать, города расти и процветать, дети рождаться... А когда он сможет устранить скверну, понять, как ей противостоять, то сделает всех людей мира вампирами. Бессмертными. Совершенными.

Правда, не все шло так уж гладко. Жажду крови пока что не победил никто из подопытных, а армию приходилось собирать из мертвяков. Но Пожиратель Лун знал, что победа будет за ним. Потому что еще кое-чем отличался от всех своих предшественников, потому что умел делать нечто, дающее ему колоссальное преимущество над всеми жившими когда-либо некромантами.

_________________________________________________________________________________________________

Рыцарь открыл глаза и осмотрелся. Он не понимал, где находится, тем более, что последним его воспоминанием было абсолютно равнодушное лицо бессмертного Пожирателя Лун, ломающего королю шею. Варгард тряхнул головой, изгоняя отвратительную картинку.

Он стоял на краю залитой ярким солнцем поляны где-то посреди леса. Хвойные деревья приятно пахли, невероятно сочная зеленая трава доставала чуть выше колен. Рыцарь никогда не интересовался прелестями природы, но был уверен, что такие яркие краски, как сейчас, не видел еще никогда. Золотистый солнечный свет заливал все вокруг, но не резал глаза. Варгард сбросил латную рукавицу и провел рукой по траве, пытаясь убедиться, что она реальна. Зеленые сочные травинки приятно щекотали руку, и выглядели более чем естественно. Король сорвал несколько, растер на ладони, понюхал. Все вполне натурально. Нет, это определенно не сон – такой яркости и детализации нет ни в одном сновидении.

Чье-то тактичное покашливание раздалось за спиной, и рыцарь с молниеносной скоростью отпрыгнул в сторону, одновременно с этим разворачиваясь и выхватывая меч из ножен. Но, увидев, кто стоит перед ним, тут же убрал его.

- Отец… Это действительно ты?

- А разве зрение тебя когда-то подводило, мой мальчик? – Суровое лицо Лодмунда осветила улыбка, морщины разгладились.

- Но ведь ты погиб, я сам видел твое тело! – Рыцарь сделал небольшую паузу, обдумывая следующие слова. Так много хотелось сказать испросить… - Мы в раю?

- Нет, Варгард, туда нам еще слишком рано. – Отец обвел поляну взглядом, - Тебе здесь нравится?

- Да, невероятно красиво. Так что это за место? Я тоже умер?

- И да и нет, сын мой. Но это все не так важно. Имеет значение другое: ты отважно сражался, и погиб, как герой. Ты – великий воин.

- Но ведь я проиграл! – Щеки рыцаря загораются румянцем, и он жалеет, что голову сейчас не украшает любимый рогатый шлем с толстым забралом, - Проклятый некромант убил меня!

- Я кое-что покажу тебе, - Спокойно отвечает Лодмунд, игнорируя реплику сына, - И ты поймешь, что мы здесь делаем.

Внезапно поляна начала меняться. Сначала ноздрей рыцаря коснулся запах дыма, затем солнце стремительно село, а где-то на горизонте он увидел зарево пожарищ. И буквально через несколько секунд появились они.

Первыми на поляну ступили зверолюди. Ревущие дикие стада, несущиеся вперед разрозненной толпой, вытаптывая траву и ломая молодые деревья на своем пути. Вооруженные тяжелыми двуручными топорами, великаны лишь отдаленно напоминали людей, с копытами вместо ног, ревом вместо речи и рогами на голове. Но рыцарь знал, что это – только начало.

Дикие племена сменились более организованной армией северян, сопровождаемой великанами и ограми, свирепыми и ненавидящими все живое. Монстры вырывали могучие деревья с корнем, а северяне жгли лес и деревни, уничтожали то, что не смогли разрушить зверолюди – просто для потехи. И это тоже не было точкой в нашествии хаоса.

Когда на выжженную страдающую землю ступили демоны в сопровождении существ, похожих на червей, вдвое больше огров, с множеством лап, в каждой из которых таилось оружие и смерть, Варгард больше не мог смотреть. Он хотел отвернуться, закрыть глаза, но отец не позволил. Сын чувствовал это, видел это в его взгляде.

Земля может восстановиться после пожара, но там, где прошли черви, уже никогда ничего не вырастет. Существа заражали землю какой-то скверной, и лишь очень сильная магия, которой, возможно, владеют (или владели когда-то) эльфы, способна вернуть жизнь. Но рыцарь знал, что эльфы здесь не помогут.

- Люди, эльфы и гномы могли бы остановить хаос, если бы объединились. Но ты знаешь, что этому не бывать. Гномы, как и прежде, решат, что их это не касается, и предпочтут отсидеться в своих подземных замках и тоннелях. Они довольно поздно поймут, что золото, которое так тщательно охраняется, несъедобно, да и плевать демонам на монеты. Большинство гномов умрет от голода, остатки же добьют огры и зверолюди. Эльфы, как всегда, не понимают ценность времени. Бессмертные предпочтут не вступать в войну сразу, а выждать и разобраться в ситуации. К сожалению, они начнут воевать слишком поздно. Леса эльфов сожгут дотла, а их души поработят навеки.

- Как это остановить, отец? – На глаза рыцаря навернулись слезы. Он чувствовал боль каждого человека, гнома или эльфа, страдание земли, горечь всего живого. Он должен был что-то сделать.

_________________________________________________________________________________________________

- Как это остановить, отец? – Тело мертвого рыцаря с безвольно опущенными руками стоит перед Пожирателем Лун. Мертвая серая земля, оскверненная нежитью, усыпана трупами недавно сражавшихся с нежитью людей, последних воинов королевства.

- Пойдем со мной, сын мой. Ты знаешь, за что мы бьемся. Будь отважен и силен - лишь тогда мы победим.

- Я буду, отец! Буду сражаться так яростно, как никогда прежде! Я никому не позволю забрать у нас это, - Варгард делает круговой жест рукой, указывая на поле трупов и мертвую землю, - Это… Прекрасно!

Тело мертвого грифона дернулось и начало подниматься, когда Пожиратель Лун махнул рукой в его сторону. А затем птица воспарила над землей, шумно размахивая крыльями, движимая силой магии мертвых. Рыцарь расправил плечи и забрался на своего верного питомца.

Пожиратель Лун потерял друга, но обрел нового, сильного и отважного личного телохранителя. Хотя… Зачем охранник вообще нужен вампиру? Некромант снова задумался о том, что он делает, и почему.

Ни один его предшественник не мог контролировать большую армию. Все они тратили силы на подчинение и удержание воинов, а количество мертвяков всегда было ограничено и соответствовало магическим силам колдуна, словно сосуд, переполненный до краев, куда невозможно налить больше воды. Колдун просто не мог контролировать больше нежити – поднимая новые трупы, он вынужден был отпускать старых. Война с некромантом не окончена, пока тот жив - это знали даже малые дети. Но большая армия людей с легкостью разбивала нежить за счет превосходящих сил, и некроманту без армии редко удавалось скрыться. Так было всегда, и это продолжалось бы еще миллионы лет. Если бы не Пожиратель Лун.

В какой-то момент он понял, что можно тратить энергию лишь на оживление, а дальше использовать вампирский магнетизм – убеждение и гипноз. Поэтому, подняв тело поверженного врага, некромант получал воина, который будет служить ему вечно, и мог вести в бой армию любого размера. К тому же, мертвяки, сражающиеся по своей воле, делали это искуснее, чем под полным управлением колдуна.

Маг планировал задержаться на поле брани еще на несколько дней. Поднять как можно больше трупов, укрепить силу скверны на этой земле. Потому что после ухода некроманта земля оправится, хотя и не скоро. Потому что демоны не могут находиться на земле, оскверненной некромантами – им нужны души, а не пустые оболочки. Очень скоро Пожиратель Лун придумает, как сделать всех людей в мире бессмертными и не портить землю. А пока что…

Пока что ему предстояло много работы. Некромант не считал себя героем, но называл единственной надеждой всего живого. Он думал, что лишь нежить способна остановить демонов. Конечно, повелитель трупов не может быть хорошим парнем. Но для того ведь и нужны злодеи – чтобы остановить еще большую угрозу, чем они сами.