Слово не воробей

Глава 1

“Смотри, сейчас будет чудо. Да тихо ты”, - Кукушка дернула Виктора за рукав рубашки, когда тот открыл рот. А говорить хотелось, потому что не каждый день мальчик шести лет видел, как на ровной глади черной воды образовывались буквы, которые складывались в слова. Буквы формировались более светлой или чистой водой, которая то строго держала линии печатных букв, то перетекала в струйки прописной вязи.

Виктор и Кукушка дружили с детства и часто ходили на свое тайное место - маленький островок суши трех метров в диаметре, расположенный среди зарослей камыша недалеко от берега глубокого черного озера. Там они часто проводили весь день, играя во взрослую жизнь. Под руководством Кукушки, Виктор мастерил из палок и веток разную игрушечную домашнюю утварь. Какими бы сложными и трудоемкими задачами не занимался Виктор, он никогда не уставал, ведь его подбадривали веселый смех и улыбка Кукушки. Однажды прошел сильный дождь и смыл большую часть “пожитков”, после чего было решено построить укрытие на островке. Они две недели строили крышу. Ее покрыли листьями, травой и замаскировали торчащим камышом, чтобы постройку было не заметно с противоположного, более крутого и высокого берега. Именно эта маскировка и позволила детям видеть то же, что и странному незнакомцу, стоящему на противоположном берегу. Правда из-за возвышения ему явно было лучше видно. Игра воды завораживала его. Он стоял неподвижно и пристально смотрел на вязь букв, которые проступали на поверхности воды. Через некоторое время он подошел к самому краю берега, достал какой-то странный предмет и снял сначала куртку, а потом и рубаху. Взяв предмет в руку, как перо для писания, он начал водить им по левой руке, посекундно сверяясь с надписью на воде. По всему выходило, что предмет был пером, но почему-то он не макал его в чернильницу. Виктору было плохо видно, но ему казалось, что чернила, остающиеся на руке незнакомца были красными. В подтверждения его догадки, несколько вязких красных капель сорвалось с запястья незнакомца в воду. В момент соприкосновения капель с водной гладью произошел сильный взрыв. Вода поднялась ровно вверх на десяток метров. Взрыная волна сбила детей с ног. Секунду Виктор не понимал что происходит, ему мерещился перед глазами большой красный знак в форме круга с чем-то квадратным внутри, а потом перед глазами появилось женское лицо. Она что-то говорила и в этот момент была самым прекрасным видением на земле. Через несколько мгновений ему показалось, что женское лицо ему знакомо, а потом, это лицо изменилось, стало более простым, детским и испуганным. Это была Кукушка. “Виктор! Скажи что нибудь! Что ты лыбишься как дурень?” - голос у нее был испуганным. “Почему сразу дурень?!” - возмутился Виктор. Он приподнялся на локтях и осмотрелся. Он лежал у самой кромки воды на их острове, точнее на том, что осталось от него. Крыша рухнула, не выдержав ударной волны, все было завалено ветками, листьями и ошметками камыша. Сам Виктор почувствовал, что он полностью мокрый и еще, почему-то саднила правая рука. “Слава пару! Ты живой!” - Кукушка облегченно вздохнула. “А что случилось? И почему я мокрый? И почему.. Ой” - Виктор понял, что его правая рука сильно порезана. “Ты упал в воду и порезался о листья камыша. Я вытащила тебя, но ты лежал минут пять с открытыми глазами и просто смотрел в одну точку. Прям напугал меня, дурень!” - голос Кукушки медленно успокаивался. Выжав рубашку и перебинтовал ею кровоточащую руку, Виктор вместе с Кукушкой вспомнили о незнакомце. Но его уже не было на том берегу. Дети не решились идти туда и пошли домой. Мать, увидев чумазого Виктора и выслушав историю о том, как он упал и поранился о деревянный сук, отреагировала спокойно. Отправила в душ. После чего достала пузырек с зеленкой, взяла его за запястье и сказав “Терпи!”, густо залила рану. Виктор зажмурился и стиснул зубы. Ему казалось, что зеленка проникла в вену и потекла ему в живот, где выжигает все. Через несколько мучительных мгновений он понял, что лежит на полу, а обеспокоенная мать подносит ему к носу ватку с чем то дурно пахнущим. “Что сслучилось? Фффу, что это?!” - Виктор попытался отмахнуться от ватки правой рукой и вскрикнул от резкой боли. Мать убрала ватку, протянула ему руку и спросила: “Встать сможешь?” Виктор кивнул. С ее помощью он встал и осмотрел свою руку. Рана с слегка сочащейся кровью красовалась на зеленом фоне. Вся рука была зеленая, а кровь не остановилась. “Нужно ехать в больницу”, - мать была встревожена.

Следующие три дня для Виктора превратилась в один сплошной больничный кошмар. Каждый раз, когда не заживающую рану пытались обработать, его накрывала волна адской боли и он терял сознание. При этом кровь продолжала сочиться. Каждые пять-семь минут с его пальцев срывалась крупная капля. Жгуты, помогали остановить процесс, но стоило их отпустить, как кровь снова начинала сочиться. Отец Виктора был ведущим инженером на паровом заводе рядом с их деревней. Он долго обзванивал разных знакомых. На пассажирском паровозе приехал опытный врач из города. Рану пытались зашивать, но все было безрезультатно - кровь продолжала сочится. На пятый день, Виктора перевезли домой - он уже не мог ходить и лежал в легком беспамятстве. Мать не отходила от него не на минуту. Она меняла ему капельницы, затягивала жгут, засекала время, отпускала жгут и молила весь пар мира, чтобы кровь остановилась.

Семья потеряла всякую надежду на исцеление, когда в их дом постучалась странная девушка с рыжими волосами. Судя по участкам тела, не прикрытым одеждой все ее тело и даже лицо покрывала сложная вязь символов и букв. Ее звали Солнце, и она была уверена, что сможет помочь Виктору выздороветь. После того, как она выслушала рассказ матери и осмотрела мальчика лежавшего в беспамятстве, был предложен сложный обряд. Из-за магии, которая будет задействована в этом обряде, помещение в котором он будет проходить, потом надо будет сжечь. По окончании обряда Виктор полностью выздоровит и кровь больше не будет сочиться. Она не потребует денег или же каких-либо других вознаграждений, но после выздоровления Виктор будет обязан писать ей письма с особыми условиями, каждую неделю. Кроме того, он должен будет три раза выполнить ее просьбу, какой бы странной она не казалась. Мальчик давно был в беспамятстве из-за потери крови. Поэтому родители Виктора дали свое согласие за него. Он ничего не помнил про сам ритуал, ни про его подготовку, а родители на его расспросы отвечали уклончиво или общими фразами. Из их общего рассказа он знал, что Солнце строго настрого запретила кому либо входить в сарай, выбранный для проведения обряда. После чего взяла его на руки и унесла внутрь сарая, закрыв за собой дверь. Обряд длился почти сутки, в конце которых из распахнутой двери сарая вышла Солнце. Она держала обнаженного Виктора на руках, а глаза ее светились как два ярких светила. На его руке не осталось и следа от раны, которая не заживала все это время. Она передала мальчика в руки отцу. После чего молча развернулась, вытащила из держателя горящий факел и пошла поджигать сарай.

Два дня после обряда Виктор лежал в беспамятстве. Солнце практически постоянно находилась рядом с ним. На третий день на теле Виктора проступили два черных слова. Это были слова «Виктор», располагавшееся посередине спины и «смерть» написанное на его груди между сосками. Вместе с этим мальчик открыл глаза. Позже Солнце объяснила, что его тело как бы защищает «Виктора». А «смерть» он встречает грудью. Еще она предупредила, что могут появляться и другие слова, а также он может вспомнить что-то из ритуала. Обо все этом он обязательно должен всегда ей писать. Все это Виктор узнал на следующий день, когда как ни в чем не бывало, встал с кровати ранним утром и вышел в столовую. Родители чуть не задавили его в объятьях, мать долго вытирала слезы, а потом завела в комнату незнакомую девушку, которая спросила у него - “Как ты себя чувствуешь, Виктор?” Ее лицо и руки были покрыты причудливой вязью разных слов. Они вплетались друг в друга так, что если не всматриваться, то получался ровный серый фон. Но стоило Виктору сфокусировать взгляд на одном месте и начать читать слова, как они оживали и расходились в стороны так, чтобы их было удобно читать. Все это Виктор отметил чуть позже, когда Солнце учила его пользоваться письменными принадлежностями. В школе они писали ручками с металлическими перьями по белой бумаге, макая их в чернильницы, о чем Виктор сообщил ей в самом начале. Но Солнце сказала, что это магическии набор и он отличается от школьного. После чего принесла деревянный вытянутый футляр черного цвета. Он выглядел как труба длиной тридцать сантиметров, открывающаяся по середине. Внутри находились листки бумаги, туго скрученные в трубку, а в другой - полностью деревянное перо и чернильница. Дальше начиналась чистая магия. Листки бумаги разворачивались на стол, чернильница, с чем-то сухим и красным внутри, ставилась справа, футляр в собраном состоянии укладывался слева и, только после этого, деревянное перо могло окунуться в чернильницу. И после этого он мог писать. Буквы получались алого цвета, перо легко порхало по бумаге. Тексты могли быть на нескольких листах. Когда письмо заканчивалось, Виктор скручивал листы обратно в трубку, собирал чернильницу и перо и укладывал в футляр в том же порядке. Солнце утверждала, что так она точно получит это письмо. Буквально через несколько минут после закрытия футляра бумага была чистая и писать можно было вновь. Когда Виктор спросил, как и чем заправлять чернильницу, Солнце долго смотрела на него, а потом проговорила “Ты хороший мальчик, Виктор. И часть меня надеется, что чернила никогда не закончаться. Но вторая часть мечтает, чтобы ты заполнил чернильницу до краев.” После чего она ушла в свою комнату и не появлялась до следующего утра. Солнце провела с Виктором неделю. Все это время его не выпускали на улицу. Родители боялись что-то испортить, а Солнце учила его медитировать. Он должен был медитировать по одному часу каждый день. Солнце говорила, что это нужно для фиксации энергии. Когда она уходила, то не взяла денег, которые смущенно предлагали родители.

Глава 2

Виктор бежал по лесной тропинке, ведущей к черному озеру. Даже не бежал, а летел туда. Кукушка наверняка там. Вот она обрадуется! Он уже грезил, как вновь построит навес из более крупных палок и они будут делать более прочную утварь. Он так замечтался, что чуть не вбежал в воду в сандалиях. Резко затормозив у самой кромки воды, он наклонился всем корпусом под действием инерции и кровь прилила к голове. На секунду, ему показалось, что в воде лежит круглый камень с квадратным знаком внутри. Он поймал равновесие и присмотрелся повнимательней. Но у самого берега лежал обычный камень с разными гранями, бережно закругленными водой. “Фуу. Примерещит же пар!” - подумалось Виктору. Он снял обувь, закатал штанины до колен и пошел по мелководью к зарослям камыша. Вода в черном озере, как и всегда, была теплая на поверхности и холодная на дне. Но Виктору показалось, что что-то изменилось. Каждый шаг, который он делал в сторону их тайного острова, успокаивал его. В ногах уходила усталость, накопленная после двадцати минут бега. Холодная вода более не морозила пальцы ног. Виктор делал каждый следующий шаг и с удивлением отмечал новые ощущения. Но тут он заметил, что тропинкой среди камыша, которая вела к их островку, давно не пользовались и она начала зарастать. Когда Виктор пришел на остров, то увидел, что все осталось так же, как и в тот день. Разрушенная крыша, листья, палки - все лежало нетронутым. Он с непониманием прошел по кругу несколько раз. И тут ему пришла в голову страшная мысль - а вдруг и Кукушка заболела? Вдруг она лежит дома и ей нужна помощь?

Брызги летевшие во все стороны от Виктора бежавшего назад, были не хуже, чем у речного парохода. Он был полностью мокрый, когда надевал сандалии. Когда он подбегал к деревне, одежда нахваталась воды, ила, камыша и дорожной пыли. Виктор выглядел как профессиональный рейнджер с лунного перевала и мог бы слиться с любой местностью. Но он не замечал этого. “Виктор? Это ты? Ты вернулся?” Мать Кукушки по имени Красная была удивлена. “Что с тобой случилось? Ты выглядишь чумазым. У тебя все впорядке? Зайди отдышись.” - она отошла от калитки и пригласила его во двор. “Да. У меня все впорядке. А как... себя чувств...вует Кукушка?! Она не.. больна?” Виктор сильно запыхался. “Нет. Не должна.” - Красная ответила неуверенно. А потом спохватившись спросила с нарастающей тревогой - “А ты ее видел в городе? Она заболела?”. “В каком городе? Где она?” - Виктор ни как не мог понять, что от него хочет Красная. “Так ты видел ее или нет?!” - с нажимом спросила взволнованная мать. “Нет. Не видел. У Вас хотел спросить где она.” Красная успокоилась и рассказала, что Кукушка очень переживала за Виктора и даже стала какой-то агрессивной. Даже побила более старшего мальчика, который неудачно пошутил про Виктора. А когда она узнала, что Виктора увезли лечить в город, она согласилась поехать учиться в гимназию. До этого Красная почти целый год уговаривала ее на это, а тут, благодаря Виктору, она согласилась моментально. Виктор хотел сказать, что он не ездил лечиться в город, но вспомнил, что Солнце строго настрого запретила рассказывать про его лечение. А потому родители придумали объяснение, про особое лечение в городе. Получалось, что Кукушка уехала в город учиться, а он остался в деревне один. В этот момент в груди что-то ёкнуло. Моментально навалилась усталость. Он поблагодарил Красную за рассказ и поплелся домой - надо было привести себя в порядок.

«Здравствуй, любимая!» - каждый раз, когда Виктор начинал писать письмо, он удивлялся, почему именно с этих слов, оно должно было начинаться. Солнце так и не ответила ему на этот вопрос, как впрочем и на многие другие. Правда она и сама не задавала вопросов, а проводила много времени в гостевой комнате, выделенной родителями для жизни. В один из дней, Виктор решил рассказать ей, про незнакомца, буквы на воде и про то как он порезал руку. Он зашел к ней в комнату и увидел ее стоящей к нему спиной и странно дергающей головой. Казалось что она пытается убрать прядь волос со лба, но только без рук. Виктор постоял несколько секунд в нерешительности и окликнул ее. Через мгновение он был прижат к полу, а Солнце возвышалась над ним. Ее глаза горели как два маленьких солнечных светила, а кулак был занесен для удара. Несколько секунд продолжалась эта немая сцена, но потом ее глаза потухли и стали выглядеть обычно. Ожесточенное черты лица смягчились и она сказала - “Виктор, больше никогда не входи в мои покои без разрешения - это может быть опасно для тебя”. После чего она одной рукой поставила его на ноги, развернула в сторону двери и слегка подтолкнула, проговорив - “Иди и займись медитацией. Поговорим завтра.” На следующий день разговор не состоялся, так как Солнце быстро сообщила, что уезжает и собрав свои вещи ушла из их дома, а Виктор так и не рассказал свою историю, не получил ответы на свои вопросы и так и не смог узнать, что же все таки ему писать, каждую неделю. Сегодня его письмо отличалось от обычной рутины -“Из нашей деревни в город уехала девочка по имени Кукушка. Она была моим единственным другом. Теперь она будет учится в гимназии, а я останусь тут.” Виктору хотелось еще как-то описать ту тоску, которая преследовала его последние несколько дней, после того, как он узнал об отъезде Кукушки. Но он не знал стоит ли писать об этом. Поэтому он вывел аккуратным почерком - “Скоро начнутся занятия в нашей школе. Папу повысили на работе”. Он писал письма, собирал принадлежности в футляр, потом проверял чистые листы на предмет ответа, но недели сменяли друг друга и не разу он не увидел ни одной строки или символа на чистых листах бумаги. Ему казалось, что Солнцу не нравится то о чем он пишет и он искал и описывал все новое, что могло произойти в их небольшом поселении. Так Солнце следующие семь лет узнавала из его писем про то, как в их село начал ходить каждодневный паробус соединяющий несколько сел, про то как отец убедил собственника сделать модернизацию паровой установки завода, на котором работал. Еще он писал про поломку паровоза, проезжавшего мимо их деревни. Хвастался хорошими оценками в школе и похвале учителя мастерства, а также успехам в физподготовке. Рассказывал про свой интерес к механике, который поощрял отец. Жаловался, что силы и выносливости еще не достаточно для того, чтобы победить в драке. Рассказывал про успешные экзамены в школе. Про то, как его взяли в мастерскую при паровом заводе отца. И о том, как ему легко дается “наука объемного проектирования и знания механизмов”. Отмечал, что при этом успешно занимается спортом. Гордо рассказывал о том, как ему дали подержать колбу с гром-углем, добываемым по всей стране. Пытался рассказать Солнцу о том, как гром-уголь сгорает от малейшей искры и превращается в пар - основу всей жизни. Сетовал, что так и не научился стрелять из луков и арбалетов, в отличие от других молодых людей. Боялся черных лошадей с рыжими гривами, которые в упряжке тянули карету таинственного мага, проезжающего через их деревню. Восхищался воздушным судном в виде большой и вытянутой сферы, которое он наблюдал вдалеке. Переживал по поводу тяжелой болезни матери. Рассказывал о первых рабочих сменах на заводе. За все это время, он успел написать про всю свою жизнь и ни разу не получить в ответ ни строчки. В какой-то момент ему начало казаться, что он пишет в никуда. И Солнце обманула его, сказав, что будет получать эти послания. Он гнал эти мысли, боясь признаться себе в том, что считал Солнце своим другом, которому можно было рассказать многое. Но вот однажды он изменил правилу и вместо стандартного приветствия написал другие слова. Слова, которые дались ему с большим трудом - “Мама умерла.” Собрав письменные принадлежности он закрыл в футляр и стал ждать. Он ждал полчаса, но ничего не происходило. На душе становилось тревожно. Потом он открыл футляр и достал листы. На белых листах бумаги было пусто и так же пусто было у него внутри.

Обычный обряд единения с паром плохо сохранился в памяти Виктора. Серый, уставший отец. Несколько коллег с завода. Незнакомое лицо матери, исчезающее за заглушкой парогенератора. Все это происходило с ним и без него. В тот день он потерял мать и друга. В этот день Виктор решил больше не писать писма. Следующая неделя прошла в сером, отстраненном автоматизме. Он вставал, умывался, готовил еду, ел, одевался и шел на вокзал. Там, стоя в ожидании заводского паровоза, он смотрел в одну точку и односложно отвечал на вопросы знакомых с работы. Потом он ехал на работу, проходил через основной вход, брал свой номерок, переодевался и шел на смену. Потом он иногда обнаруживал себя едущим на вечернем поезде назад. Ужин, медитация, душ и кровать. Так однообразно проходили дни. Так прошла неделя.

Этот день ничем не отличался от остальных. Вечерний паровоз доставил его на вокзал и он пешком пошел домой. Дорога освещалась электрическими фонарями. Вместе с ним по дороге шли другие люди, но Виктор начал чувствовать какое-то беспокойство. Он оглянулся, но вокруг все было спокойно. Ничто не говорило об опасности, но беспокойство не покидало его. Оно медленно нарастало. Он ускорил шаг. В дом он практически забежал, закрыв за собой дверь. Сначала ему показалось, что беспокойство прошло. Он заглянул в комнату к отцу. Тот уже спал. Потом он прошел в кухню и разогрел кашу с мясом, которые стояли на плите. Ужин прошел спокойно. Но медитация не получалась. Тревога вновь накатила на него. Он не знал причины и не мог с этим ничего сделать. Просидев на полу в позе для медитации еще полчаса, он решил что надо принять душ, а потом попробовать еще раз. Горячая вода приятно щекотала макушку своими тонкими струйками. Он стоял под ними не шевелясь, закрыв глаза. Его тело разогрелось, мысли прояснились, но тревога не ушла. Более того, тревога пульсировала в нем в такт ударам его сердца. “Так, в душе тоже не получаеться. Сейчас натрусь мочалкой и попробую еще раз” - подумал Виктор. Он взял в руки мочалку и мыло и так и застыл. На левой руке от его локтевого сгиба до запястья в такт его сердцебиению пульсировали красным цветом два слова «Здравствуй, любимая!». Несколько секунд ему потребовалось, чтобы осознать, что еще утром он должен был написать следующее письмо, но решение принятое на обряде единения с паром словно стерло эту необходимость из памяти. Еще через тридцать секунд он схватил мокрыми руками футляр, чертыхнулся и начал вытирать их о покрывало кровати. Несколько раз он пытался начать писать, но руки дрожали. Виктор положил перо, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Взял перо, макнул его в бездонную чернильницу и тщательно вывел слово “Здравствуй”. Руки перестали дрожать, сердце больше не стучало барабанами в ушах, тревога ушла. Но Виктор не мигающим взглядом смотрел на свою левую руку. На ней слегка проступала алыми буквами странная надпись «, любимая!».

Глава 3

“Не могу понять, почему ты не можешь медитировать дома.” - отец задавал этот вопрос каждый раз, когда Виктор собирался на медитацию. “Пап, дома у меня не получается нужная концентрация” - каждый раз отвечал Виктор и он не договаривал. После того как отец уволился с завода, Виктор больше не мог находиться с ним в одном доме. В детстве отец для Виктора был непререкаемым авторитетом, человеком, который работал с Паром - практически легенда. Окончив школу, Виктор попал в мастерскую при паровом заводе “не просто так, а благодаря слову” - любил напоминать отец. Когда он начал работать на том же заводе, ему начало казаться, что они с отцом стали ближе. За ужином они горячо спорили о рабочих моментах. Виктор верил, что если руководство заводом будет видеть проблему со стороны рабочих, то будет лучше для всех. Но потом умерла мать и вместе с ней ушло тепло и жизнь из их дома. Вскоре отец уволился с завода. Друзей в городе у него не было и он проводил дома целые дни, читая газеты и книги, а так же выводя Виктора из себя подробными расспросами. Через год такой жизни Виктор понял, что свободное время можно великолепно провести на тайном островке среди камыша черного озера. Всего за несколько выходных дней он расчистил, немного увеличившийся в диаметре, островок. А также натаскал речных камней и разместил их таким образом, чтобы путь от берега можно было преодолеть не разуваясь. Он отметил для себя, что медитации стали проходить значительно лучше и спокойней. В этом месте ему лучше думалось и он начал брать с собой бумагу и письменные принадлежности. Там он записывал и прорабатывал идеи, которые могли помочь заводу. Он соорудил там небольшой навес, стул и стол, а также небольшой постамент, на котором он раскатывал коврик, садился, устремлял свой взор в черную воду озера и проваливался в транс медитации.

Первый, по настоящему теплый, весенний день, освещаемый ярким солнцем начинался как обычно. Виктор шел с рюкзаком по улице. Обычно, в субботу утром деревня спала и на улицах можно было встретить только служащих, спешащих на работу. Но в этот раз все было по другому. Он встретил несколько десятков мужчин и подростков, которые спешно двигались к вокзалу. Возле одного из продуктовых магазинов незнакомый воин пожилого вида мерно что-то рассказывал. Вокруг него стояла приличная толпа народа. Виктор подошел по ближе и до него донесся спокойный и уверенный голос - “Князь первой победы, Лун призывает вас в ряды своей дружины. Цель контроль над центром города, паровым заводом и гром-печью. Оплата - десять золотых за двадцать дней. Предоставляется жилье, пропитание и обмундирование. Второй срок - пятнадцать золотых за двадцать дней. Пункт рекрутов на железнодорожном вокзале в городе. Спешите на помощь Князю первой победы Луну. Принесите свет его правоты в темные чертоги лжи!” В конце призыва, пожилой воин добавил драматизма в голос и даже указал рукой за спину толпы. Люди послушно повернулись и несколько секунд усердно искали те самые чертоги. Воин обескуражено смотрел на это, а потом спохватился и командным голосом гаркнул “Бегом домой за оружием, а потом на вокзал зарабатывать славу и творить справедливость!” Толпа вздрогнула и разошлась. Несколько молодых людей быстрым шагом удалялись в разные стороны. Остальные расходились по своим делам, оживленно обсуждая новость. Пожилой воин увидел Виктора с рюкзаком и замахал руками - “Не, не. Молодой воин, тебе не ко мне. Беги скорей на поезд, а оттуда ты уже попадаешь в чертоги лжи. Кхм” - последние слова он произнес неуверенно. Быстрым движением он достал небольшой лист бумаги, сверился с ним и уже уверенным голосом продолжил - “Поезд привезет тебя в город и ты станешь рекрутом армии Князя Лун, чей победоносный свет принесет справедливость в чертоги лжи и обмана. Вот.” Виктор посмотрел на война, сказал “Не, не увидел” и пошел дальше в сторону озера. “Ккак это не убедил?!” - воин стоял обиженный. “Я значит стараюсь, учу каждый вечер эту галиматью. Голос срываю. Руками вот начал махать, как написано. А ты мне вот в лицо - не убедил?!” Последние слова он буквально выкрикивал. Оставшиеся люди на улице с интересом следили за разворачивающейся драмой. Виктор остановился, посмотрел на раздосадованного война, обернулся и подошел к нему на расстояние метра. Потом поклонился ему во весь рост и сказал “Прости отец. Не знал, что ты так страдаешь. Но… Нет, не убедил!” И развернувшись зашагал в сторону озера. Люди в толпе заулыбались. Воин некоторое время смотрел на удаляющегося Виктора, а потом махнул рукой и пошел другую сторону. Ему еще надо было убеждать. Виктор не сильно следил за политикой, но про Князя Лун он слышал. Сложно было не слышать про владельца большого количества шахт по добыче гром-угля. В целом же, ситуация была вполне нормальная. Город, а точнее центральный населенный узел провинции Юс был вторым по размеру в империи Лит. Но так как говорить каждый раз полное название не было никаких сил, большинство жителей провинции называли его просто город. Хотя на самом деле это был большой анклав, в котором причудливо сплетались промышленные и жилые здания. И за контроль всего этого в городе часто случались маленькие военные конфликты. Профессия война была почетной и практически все мальчики мечтали быть успешными и богатыми воинами. Виктор не пошел по пути война из-за ограничений, которые накладывала на него мать. Она все время боялась, что с ним что-то случиться, поэтому он не пошел на курсы боя, в которые принимали с десяти лет. Несколько раз, Виктор жалел об этом, когда пьяные драки заканчивались для него плохо. Сила была в его теле, но совладать с несколькими пусть и пьяными, но все же опытными противниками у него не получалось. Он успокаивал себя мыслями, что аато он прекрасно справлялся с сложными механизмами и был самым молодым помощником главного инженера на паровом заводе.

В размышлениях о своей работе Виктор не заметил, как дошел до озера. Он аккуратно переступал по камням и преодолел больше половины пути, когда он услышал треск камыша. Виктор замер - кто-то был на его острове. Несколько секунд он не двигался и напряженно вслушивался. Сердце било барабанами в ушах. Виктор двинулся дальше. Красться по булыжникам в воде было сложно, но он прикладывал все усилия, чтобы не издавать много шума. Он так сконцентрировался на том, как преступать, что забыл, что нужно следить за самим островом. И только когда его ноги коснулись мягкого песочного берега острова, он поднял глаза и увидел, фигуру человека. Судя по бронекостюму это был воин. Он стоял на коленях, спиной к Виктору и копал. Виктор не знал как поступают в таких случаях другие войны, но тут ему пришла в голову совершенно не уместная, но веселая идея и он сказал - “Тут картошки нет!” Воин замер, а потом медленно повернулся и посмотрел на Виктора сквозь прорези боевого шлема. Несколько секунд ничего не происходило, но Виктор чувствовал, как между ними скапливается невидимая сила. А потом воин вздрогнул, встал и спросил “Виктор?!” Виктор машинально кивнул. Воин сорвал с головы шлем и оказалось, что это девушка. Ее лицо было прекрасно и он знал ее - “Кукшка?” “Вввиктор!!” - девушка ринулась на встречу и запрыгнула ему в объятья.

День подходил к концу. Виктор и Кукушка подошли к калитке ее дома. За весь день, проведенный на острове он узнал, что Кукушка уехала в город, чтобы там искать его. Но там пошла учеба и времени на поиски у нее практически не оставалось. Потом ей пришло письмо от ее матери, откуда она узнала, что Виктор в деревне и она успокоилась. Она планировала приехать на каникулы, но ее забрали на дополнительные военные курсы. На этих курсах проводили специальные тесты, чтобы можно было определить большую предрасположенность к оружию. Тесты проводил маг. Он то и открыл у Кукушки магические способности, а также умения рукопашного боя. С тех пор она усиленно училась у этого мага. Его обучение стоило больших денег, но у семьи их не было. И тогда Кукушка заключила с этим магом договор. Согласно этому договору маг обучал девушку в течении нескольких лет, а потом она уходила на заработки. Так как после обучения Кукушка стала хорошим войном, то логичным решением было зарабатывать деньги в качестве наемника. Когда заработанные деньги достигали определенной суммы, она отдавала ее магу и после этого начинался следующий курс. Так она прошла уже три курса по два года каждый. И сейчас она вновь занималась поиском денег для продолжения обучения. Совсем недавно ей достался очень выгодный контракт на лунном перевале. Который она блестяще выполнила и решила навестить родной дом, что бы отдохнуть пару дней, а потом уже двигаться дальше в город в поисках следующей работы.

Виктор рассказал свою стандартную историю, про то как в городе его вылечил хороший и профессиональный врач и он вернулся в деревню. Рассказал про мать, про свою работу и обычную жизнь. Пожаловался, что так и не научился военному ремеслу. Рассказывать все это было легко. Так как будто Кукушка не уезжала и они были такими же маленькими детьми, играющими на острове. Прощаясь, Кукушка предложила поучить его рукопашному бою. Они договорились встретиться утром на их месте. Когда Виктор зашел домой, он, затаив дыхание заглянул в комнату отца и облегченно вздохнул - тот уже спал. Есть не хотелось. Виктор не чувствовал усталости и не хотел спать. Но он прекрасно понимал, что завтра будет новый день, где ему надо быть максимально свежим и сконцентрированным. Но у него было хорошее решение, как умерить свое возбуждение. Он расстелил коврик для медитаций и погрузился в транс. Улыбка блуждала по лицу Виктора все время медитации. Потом последовал горячий душ. Вытершись насухо большим банным полотенцем, он легко заснул и крепко спал всю ночь.

Глава 4

“А ты крут!” - запыхавшаяся Кукушка шлепнулась рядом с лежащим на спине и тяжело дышащим Виктором. “Крут? Ты перекинула меня через бедро! И я крут?” - Виктор привстал на локте и посмотрел на девушку. Ему становилось все сложней и сложней думать о боевых стойках и ловких движениях. Кукушка притягивала взгляд. “Виктор? Виктор! Вернись!” - дружеский тычок кулаком в солнечное сплетение Виктор отбил чисто рефлекторно. Он с удивлением посмотрел на свою руку. Кукушка смотрела с еще большим удивлением - “Ты это как?” “Не Знаю. Я не думал об этом даже” - Виктор был смущен. “Воот. Я и говорю - ты крут. То, что я кинула тебя через бедро, скорее результат нашего с тобой спарринга в течении 5 минут. Пяти минут, Виктор! Но только я уже 6 лет учусь бою и из них уже больше года практикую, а ты учишься у меня четвертый день. И вот результат!” - она привстала над лежащим на спине Виктором. Солнце создавало светящийся ореол из ее коротких черных волос. Она что-то говорила и в этот момент была самым прекрасным видением на земле. “Виктор! Что ты лыбишься как дурень?” - ее лицо стало веселым, глаза игриво прищурились. Виктор молчал и продолжал смотреть на нее с улыбкой. “Кстати, а когда ты отбил мой кулак, то сказал, что не думал об этом. А о чем ты думал?” - проворковала она, приблизив свое лицо к его. “Думал, как ты прекрасна!” - рука Виктора плавно притянула ее лицо к своему для поцелуя. Кукушка не сопротивлялась.

“Тело как бы защищает «Виктора» - меня. А «смерть» я встречаю грудью” - Виктор не в первый раз рассказывал про свои “татуировки”. “А что у тебя написано и зачем?” - он указал на руки Кукушки, лежащей на рядом с ним на кровати. “Тут написано “Огонь”” - она вытянула левую руку. “А тут - “Смерть”” - правая рука проделала в воздухе сложный маневр и сжала кулак. “Хочу еще на ногах написать “Сила” и “Скорость””. Она подняла сначала одну, а потом и другую ногу и быстро начала бежать в воздухе. “Но это чуть позже, а пока..” - она перевернулась, игриво прильнула к его груди и поцеловала его.

“Боюсь, нам придется расстаться” - шутливым тоном сказал Виктор. “Ну вот. Поматросил и бросил.” - не менее шутливо проныла Кукушка. Она сидела в позе для медитации. На ней была легкая, шелковая сорочка, которая не скрывала практически ничего. “Тебе нужна медитация и мне тоже. Но я просто не смогу уйти в транс, видя такую прекрасную девушку рядом” - на последних словах он поцеловал ее. После чего с явным усилием отстранился и начал одеваться. “Завтра продолжим?” - слегка напряженно спросил Виктор. Кукушка приоткрыла один глаз и спросила - “Ты о тренировках или…?” “Я обо всем” - с явным облегчением выдохнул Виктор.

В этот раз медитация была другой. И это не было связано с долгим разговором с отцом, который пытался выведать все подробности про вернувшуюся Кукушку. Ранее в трансе удавалось сконцентрироваться и освободиться от мыслей, после ничего не происходило. В этот раз в трансе, перед его внутренним взором начали проступать контуры лица. Сначала ему казалось, что это лицо Кукушки, но потом контуры стали превращаться в круг. И хоть он чертил такие круги тысячами, его не покидало впечатление, что этот круг ему знаком. Когда контуры круга стали четкими и налились красным медитация закончилась. Несмотря на очень странную и даже несколько волнительную медитацию, его сон был спокойным и крепким. Утром он позвонил на работу начальнику. Тот сообщил ему, что на заводе все нормально. И за прошедшие четыря дня первого отпуска Виктора ничего страшного не произошло и он может отдыхать спокойно. Утро было прохладное, зима все еще пыталась доказать, что рано весна вступила в ее владения. Когда он пришел на остров, Кукушка уже была там. Она собирала небольшую горку из камней. Он невольно залюбовался ей, а потом проговорил “Здравствуй, любимая!” Кукушка вздрогнула, встала и повернулась к нему лицом. Некоторое время она напряженно смотрела на него, а потом подошла и прильнула к нему, прошептав “Здравствуй, любимый!” Он бы не смог сказать, сколько времени они простояли обнявшись. Потом, когда они все же отпустили друг друга, Кукушка показала каменную постройку и объяснила ее назначение. В нее необходимо было вставить ветку, которую она нашла. Ветка напоминала очень худого война и он должен был отрабатывать серии ударов на ней. Затея звучала странно, но он укрепил ветку и даже попробовал потренироваться, но, видимо, это не было его коньком. Дальше был спаринг с Кукушкой, где она показывала ему разные приемы и объясняла теорию. Для спаринга Виктор снял куртку, оставшись в одной рубашке. Первый раунд Виктор чувствовал себя вполне уверенно - сказывались тренировки, которые продолжались уже четвертый день. “Так, сделаем паузу!” - Кукушка подняла руки. “Давай передохнем. А потом сделаем еще один спаринг, но только по серьезному. А то я уже начинаю тебе проигрывать, если дерусь в пол силы.” Виктор кивнул. Он сам уже несколько раз останавливал или замедлял движение, видя, что может нанести удар. “Слушай, а ты говорила, что ты еще и маг. А так ничего и не показала” - Виктор все время забывал задать интересующий его вопрос. “Гм, ну да. Можно сказать, что маг.” - было видно, что она смущена и очень аккуратно подбирает слова. “Ну так покажешь чего-нибудь? Фейрверк какой-нибудь или лягушку в принца превратишь, ну или какой-нибудь другой фокус?” - Виктор попытался пошутить. “Нет!” - резко ответила Кукушка и, видя удивление Виктора, чуть смягчившись сказала - “Моя магия особенная и я могу проявить ее только в бою, когда я в ярости. Тогда я смогу зачерпнуть энергию ярости и выплеснуть ее огнем. Но если в спарринге с тобой я покажу тебе такой фокус, то могу просто тебя сжечь. А я этого не хочу.” Объяснение звучало как-то странно, но Виктор решил, что он не маг и там у них все может быть по странному. “Ну хорошо. Сейчас я подготовлюсь к серьезному спарингу” - с этими словами, он пошел к стулу, чтобы повесить снятую рубашку. Когда его левая рука расправляла рубашку на спинке, он, неожиданно понял, что от его локтевого сгиба до запястья проступила алыми буквами фраза «Здравствуй, любимая!». Она не пульсировала, но стоило сконцентрировать на ней взгляд, как он начинал чувствовать себя сильными и всемогущим. “Эй, ну ты там скоро? Или ты там заснул?” - игривый голос Кукушки отвлек его от надписи. “Да, сейчас. Еще минутку, любимая!” - на последних словах, он просто таки физически ощутил, какую мощь он содержал в себе. Он быстро посчитал дни - по всему выходило, что письмо надо писать завтра. Он одел рубашку назад и вернулся к Кукушке. “Слушай, давай на сегодня завершим рукопашку. Я чувствую какую-то неуверенность.” “Хорошо” - согласилась Кукушка. “Я как-то тоже не уверена, что стоит сейчас с тобой сражаться.” - она внимательно посмотрела на Виктора и продолжила - “Прямо чувствую опасность исходящую от тебя. Наверное я немного устала.” - она чмокнула его в губы и указала на свой рюкзак. “Там я прихватила метательные ножи. В лесу потренируемся кидать их в деревья. А то негоже столько времени пути назад тратить в пустую.” Пройдя небольшой инструктаж, Виктор начал кидать ножи в деревья, но у него не получалось. Нож не втыкался в дерево, либо держался “на соплях”, как сказала Кукушка. Ее броски были четкими и несколько ножей втыкались один под другим в виде “идеально ровной линии”. Когда Кукушка в очередной раз решила показать, как правильно стоять и делать замах рукой, Виктор увидел ее удивительный стан в лучах медленно заходящего солнца. Вместе с его следующим вздохом он почувствовал удивительную легкость во всем теле, его сознание прояснилось и он отправил нож, который держал в руке в дерево в 20 метрах от них. Кукушка присела от неожиданности, когда нож с глухим звуком вошел в ствол дерева по рукоять. Она удивленно посмотрела на дерево, потом взглядом провела траекторию полета до Виктора и спросила - “Как ты это сделал?” Виктор был удивлен не меньше ее. “Как это не знаешь? Это же ты кинул?” - девушка была удивлена. Она подошла и попыталась вытащить нож. “Ну я. Но я просто..” - Виктор тоже подошел к дереву и попытался вытащить нож. “Ты просто что?” - спросила Кукушка, пытаясь помочь ему. “Ну я просто залюбовался тобой и оно само получилось” - нож, наконец-то поддался и Кукушка принялась внимательно осматривать его состояние. “Само оно у него получилось. А новый кинжал сам себя не купит, оно само не получится” - бурчала она, пока прятала кинжалы в рюкзак. Потом она задумалась на несколько секунд, потом опустила вещи на землю, прижалась к Виктору и проворковала - “Ну раз залюбовался, то обнимай.”

Домой они возвращались поздним вечером. Улицы освещались лампами накаливания и создавали романтическую весеннюю атмосферу. Виктор рассказывал Кукушке как добываеться гром-уголь. Как его обогащают и он превращается в пар. И как пар дает электричество, которое освещает их путь домой. Она слушала с большим интересом. Подходя к дому Кукушка сказала - “Я завтра буду занята пол дня - надо помочь матери по дому. После обеда заходи за мной - пойдем тренироваться дальше. Хорошо, любимый?” “Хорошо, любимая!” - улыбнулся Виктор.

«Здравствуй, любимая!» - Виктор тщательно вывел пером восклицательный знак и скосил глаза на левую руку. Идентичная надпись проступала красными буквами от его локтевого сгиба до запястья. Он вздохнул, макнул перо в чернильницу, и красные буквы вновь заструились по деревянной доске. «У меня все нормально. Как и всегда, работаю на заводе.» Виктор хотел написать, что ни с кем не общается и рассказать последние новости - про военный конфликт. Именно так он и делал последние несколько лет и ничего не происходило. Но сейчас, когда в его жизни появилась Кукушка, он собирался соврать. Ему не хотелось делиться с Солнцем тем теплом, радостью и любовью, которые он чувствовал сейчас. А еще он боялся, что если он все же поделиться радостью, то ее холодное молчание отнимет у него эти чувства, так же, как когда-то это случилось после смерти матери. Виктор собрался писать и увидел как на руке, держащей перо, медленно проступали два красных слова «Ложь» и «Страх». «Ложь» как бы накрывала собой меньшее по размеру слово «Страх». Буквы причудливо сплетались кончиками, как корни деревьев, растущих рядом. Виктор смотрел на свою руку немигающим взглядом, а потом он вспомнил. Вначале в полной темноте он услышал «Песен столько не написано, сколько лжи уже придумано! Ложь та страх твой прикрывает и энергию сжигает!» - это был голос Солнца. Потом в темноте проступили алые вспышки пламени, в которых он увидел Солнце, которая пропела это с горящими золотом глазами, а ее рука, сжимающая кинжал покрытый светящимися надписями, так и порхала по его обнаженному телу. Страшное воспоминание схлынуло. Некоторое время Виктор пытался осознать только что увиденное. Он понял, что видел часть обряда. И тут же торопливо начал описывать увиденное в письме. Кроме обязательного условия, начинать еженедельное письмо строкой «Здравствуй, любимая!», он должен был указывать, что он вспомнил из обряда и при каких обстоятельствах.

Глава 5

“Здравствуй, Виктор! Очень рада, что не ошиблась в тебе. У тебя есть очень большой потенциал. И я бы хотела увидеть тебя и твою прекрасную избранницу. А также обсудить во всех деталях то, что ты вспомнил из обряда. Но к сожалению, сейчас я нахожусь на другом континенте и мой путь ведет меня дальше. Как сложиться мой путь дальше я не ведаю, но точно знаю, что через 3 месяца я буду в Солнечной долине. Уверена, к этому моменту ты успеешь написать мне еще не одно письмо об изменениях в тебе. В словах проступающих по твоему телу скрыта большая сила. Тебе придется научиться управлять ей. Не все в этом мире знают про такую силу и такие слова. А те кто знают - не говорят об этом. Будь аккуратен и внимателен. И вот моя первая просьба - встреться со мной в Солнечной долине через три месяца.” То что пришел ответ Виктор почувствовал. Он закончил писать сообщение, сложил письменный набор, умылся и лег. И в этот момент его легонько ударило током. Но только удар был изнутри. Вместе с ним пришло странное ощущение эйфории и предвкушения. Виктор долго не мог понять, что с ним происходит. Он встал, покрутил головой и когда его взгляд упал на футляр, то он не смог его отвести. Неожиданно он понял, что на футляре проступили красные буквы. Подойдя ближе и взяв его в руки он смог прочитать красивый почерк - “Здравствуй, Виктор!” Его сердце на секунду замерло. Дрожащими руками, он зажег свет и открыл футляр. Листы бумаги были покрыты таким же красивым почерком. Виктор перечитал ее первый ответ несколько раз, потом сложил набор обратно в футляр и лег в кровать. Сон не шел. В голове кружился причудливый хоровод из мыслей и чувств. Лишь ближе к рассвету ему удалось успокоится и заснуть.

“Отец, а где находится Солнечная долина?” - Виктор с утра начал выяснять необходимую информацию. “Солнечная долина? Хм. На юге. Ннет, юго-востоке. Или? Черт. Давай я просто расскажу, как на карте в городе видел. А то так не объяснишь” - он взял лист бумаги и карандаш. Через несколько минут он набросал примерные очертания империи Лит. И начал дорисовывать объекты, сопровождая это комментариями. По всему выходило, что Виктору нужно ехать в город. От туда можно пройти через лунный перевал, пересечь лунную долину и сесть на пароход, курсирующий по великой реке Марте. Она протекала сквозь всю империю Лит с севера на юг. И перед тем как впасть несколькими мощными потоками в Теплое море, она делила Солнечную долину на две части. Но пройти через лунный перевал уже давно было очень сложно. Там располагались владения того самого Князя Лун. Там в очень сложных и опасных для жизни условиях в шахтах добывался гром-уголь. Вокруг шахт рыскали вольные банды и малые отряды других князей. Среди всего этого патрулировали рейнджеры империи. В общем там можно было сгинуть буквально в первые несколько часов путешествия. По этому следовало выбрать более долгий, но безопасный путь. Сев на дальний скорый первый имперский паровоз из города, который ходил один раз в неделю, можно было проехать всю провинцию Юс, после чего попасть в центральную провинцию и в ее сердце - столицу империи. За последние 60 лет, каждый новый правитель пытался дать столице правильное, с его точки зрения, название. Так как правители менялись очень часто, то и названий у города было очень много. И хоть эти названия менялись не переставая, сами жители империи уже давно выбрали для себя простое и удобное - Столица. И Столица полностью соответствовала своему названию. Самый большой город всей империи, по факту, состоял из семи регионов-городов, которые объединялись центральным городком, наполненным административными зданиями, складами, казначейством, казармами и башнями магов. Все это добро было на всякий случай обнесено высокой стеной. Один из регионов располагался на гигантском мысе, омываемом той самой рекой Мартой. Название этого региона полностью соответствовало его сути - портовый. И именно там Виктор мог сесть на тот же пароход, который шел мимо Солнечной долины. Этот путь был более долгим, но более безопасным. Правда был еще один недостаток - все это путешествие требовало значительных средств. Билеты на дальний скорый первый имперский стоили недешево, а пароход вообще выступал неизвестной величиной. Виктор рассказал и показал отцу новую надпись на руке, а также про первое желание Солнца. Весь рассказ отец слушал напряженно и только когда услышал, что желанием является встреча в Солнечной долине, немного успокоился. После чего он встал из-за стола и начал ходить по комнате. При этом он рассуждал вслух - “Так. Значит добраться до города один день. В городе нужно будет найти ночлег. Потом узнать когда будет первый имперский и купить билет. Это еще один день. Билет лучше купить заранее. Так что закладываем еще три дня. Ты считаешь дни, Виктор?” - Виктор кивнул. “Хорошо. Значит у нас получается пять дней. Еще потребуется три дня на поездку на первом имперском. В сумме получается восемь. Два дня добавим на поиск билета на пароход. Уже десять дней. И черт знает сколько дней на пароходе до Солнечной долины. Таак. У кого бы спросить?” Он задумчиво устремил взгляд в окно. “А, да. У Торна. Где тут его номер?” Отец пошел к столу и достал записную книжку. “Виктор, я позвоню одному знакомому и узнаю сколько времени идет пароход и сколько стоят билеты. Я не думаю, что пароход плывет дольше одного месяца. Так что у тебя в запасе еще целый месяц для подготовки. Посчитай что у тебя по деньгам и вечером обсудим все уже более детально. А я пока пообщаюсь с Торном. Нам есть о чем поговорить. Хорошо?” Виктор кивнул - “Да, отец”. После чего он пошел к себе в комнату.

Виктор никак не мог решить как поступить. С одной стороны, он должен был поехать на встречу с Солнцем. Но он не хотел терять Кукушку, а она планировала в будущем ехать дальше на заработки. И их пути точно разойдуться. Он рассчитывал, что его денег хватит на путешествие в Солнечную долину и назад, но и только. А на оплату обучения Кукушки этого точно не хватит. Еще он хотел поведать своей любимой про слова написанные на его теле, но в письме Солнце указывала, что бы он не рассказывал об этом. Много противоречивых мыслей крутилось в голове Виктора, когда он шел по улице к дому Кукушки. Когда он открыл калитку, то увидел уже знакомого ему пожилого воина, который разговаривал с Кукушкой на повышенных тонах. Она стояла в дверях в одной из расслабленных стоек, из которых в любой момент можно было нанести удар или отпрыгнуть в глубь дома. Подходя, Виктор услышал обрывок фразы “.. пойдешь по хорошему. Иначе придется вести тебя с...” Воин увидел Виктора и запнулся. “Отец, ты чего? Не убедил, так теперь силой людей в войнушку свою собираешь?! Совсем совесть потерял?” - сначала Виктор говорил спокойно, но напряжение война и Кукушки передалось и ему. Воин сместился в сторону так, чтобы видеть и Кукушку и Виктора, после чего с угрозой в голосе сказал “Шел бы ты, внучек отсюда, пока серьезный разговор не начался.” - после чего перевел взгляд на Кукушку и продолжил “Собирайся и пошли на вокзал.” Виктор опешил от такого хамства. Злость начала закипать в нем. Он шагнул к войну и заговорил “Слушай, дедуля! Вали.” - он не успел закончить гневную тираду, так как воин резко ударил его под дых. Пока Виктор складывался пополам, он успел заметить, как Кукушкина нога летит войну в живот. Но в этот момент свет померк у него перед глазами. В полной темноте перед его внутренним взором кроваво красным цветом пульсировал круг, внутри которого размещался квадрат. Который, в свою очередь, был покрыт странными символами. Он не успел понять, что это были за символы, как в глаза ударил яркий свет и он пришел в себя. Виктор поднялся с земли и огляделся. В центре двора в боевых стойках стояли воин и Кукушка. Она была в обычной одежде, а воин в боевом костюме, потому ее удары лишь останавливали его не нанося видимого вреда. Но и воин все никак не мог задеть Кукушку - его костюм не давал возможности провести молниеносную атаку. Виктор схватил грабли, стоявшие у стены дома, приблизился к воину, замахнулся и прокричал - “Дедуля, тебе бороду не причесать?” Воин повернулся к Виктору и принял удар граблей на металлический наруч левой руки. Деревянное древко треснуло. Но в этот момент нога Кукушки врезалась войну в ухо и он медленно осел, потеряв сознание. “Молодец! Хорошо его отвлек.” - Кукушка чмокнула Виктора и принялась снимать с война наручи. “Ты что делаешь?” - Виктор был удивлен. “Я? Я экономлю тебе пять золотых на приобретение регулируемых наручей и поножей” - ответила она деловитым тоном, не прекращая работы. “Таак. Вот тебе весь набор. Закинь в рюкзак, потом подгоним под тебя.” - она внимательно осмотрелась. “Надо уходить отсюда. Он был не один. Наверняка скоро еще кто-нибудь пожалует. Подежурь здесь, а я пока одену свою броню. Если что увидишь - кричи.” - и она скрылась внутри дома. Виктор стоял полностью ошарашенный. Он был удивлен своей агрессией, тем с какой яростью он замахивался граблями на война и тем, с какой практичностью Кукшка подошла к воровству чужого обмундирования. Действия война были вообще не понятны, ведь князья нанимали в свои армии только желающих и никого не могли увести силой. Этого война надо было сдать в милицию за нападение на жителей. И что имела в виду Кукушка, когда говорила, что надо уходить? За этими размышлениями, он не заметил, как Кукушка вышла вместе с матерью. Красная была встревожена. “Мама, ты взяла деньги и документы?” - Кукушка застегивала ремешки своего боевого костюма. “Да, как ты и сказала. Но зачем? Мы что, куда-то едем? И что это за воин? И.. здравствуй Виктор.” - она была сбита с толку. “Мама, сейчас не время вопросов. Иди в милицию. Оставайся там и сообщи им, что дружинники князя Лун напали на твой дом. Поняла?” - Красная неуверенно кивнула. “Тогда иди. А мы с Виктором проверим его дом. Встретимся в милиции. Хорошо?” “Да. Хорошо. Я пошла. Осторожней там.” - Красная пошла к калитке. “Мама!” - она обернулась. “Я люблю тебя!” - проговорила Кукушка и дернув за рукав Виктора побежала через огород. Перемахнув через забор они оказались на узкой тропке между домами и она сразу побежала в сторону дома Виктора. Когда они вылетели на основную улицу, то она перешла на быстрый шаг. Тогда, слегка отдышавшись Виктор решил спросить - “А зачем мы идем ко мне домой?” “За тем, что тебе теперь надо исчезнуть из села.” - Кукушка внимательно осматривала улицу. “Но почему?” - Виктор был удивлен. “Потому, что ты напал на офицера дружины князя Лун. Милиция ничего серьезного не сделает. Просто не даст в обиду твоего отца и мою мать. А вот дома княжеские войны могут попортить. Так что твоему отцу нужно забрать деньги и пересидеть в здании милиции. А вот нас будут искать. Поэтому надо брать деньги и уходить.” От всех событий у Виктора кружилась голова. “А куда мы пойдем?” - мысленно он надеялся услышать ответ про Солнечную долину. “Для начала, надо успеть проскочить на поезд и попасть в город. А там дальше решим. Так, вот твой дом, собери вещи и отца, а я пока подежурю во дворе.” - Кукшка присела за кустиком так, чтобы ее не было видно с улицы.

Отец спокойно выслушал сбивчивый рассказ Виктора и пошел собирать вещи. Виктор закинул в рюкзак футляр для написания писем, несколько комплектов белья, теплый свитер, одеяло и теплую подстилку. Достал и положил в бумажник все свои деньги - тридцать два золотых. Точнее тридцать два золотых эквивалента в бумажном исполнении с гарантированным обеспечением, но все жители привычно говорили короткое название - золотых. Когда он вышел из своей комнаты, отец уже был готов. Он протянул ему небольшую стопку золотых - “Возьми, тебе они пригодятся больше чем мне.” “Спасибо, отец” - Виктор смущенно взял деньги и добавил их в бумажник. Он собирался идти дальше, но отец остановил его, взяв за руку - “Виктор. Будь осторожен с Кукушкой. Ты ослеплен любовью и можешь не увидеть чего-то важного.” “Отец, я..” - Виктор умолк, увидев поднятую ладонь. “Дослушай, пожалуйста. Дружинники князей никогда не нападали на селения. Офицер пришел именно к Кукушке. А она вернулась сюда из города. И он хотел забрать ее назад. Спроси у нее, почему он пришел именно к ней. И второе.” - повысил голос отец, увидев, что Виктор хочет, что-то ответить. “Мы с матерью не рассказали тебе о последних словах Солнце перед ее уходом. Она сказала, что у тебя два пути. Один из них - это спокойная и счастливая жизнь, наполненная трудом, мыслями и размышлениями. Второй путь - путь воина. Путь залитый кровью и освященный славой и силой. И только время расставит все на свои места.” Виктор не верил своим ушам - “Но. Но почему вы не рассказали мне?” “Прости, сын” - отец склонил голову. “Мать не хотела видеть тебя воином. Ее и меня пугала последняя фраза Солнца. Она сказала, что в пути война будет преследовать смерть. Мы боялись за тебя. Но сейчас ты ступаешь на путь воина. И я обязан тебя предупредить.”

Виктор хотел что-то сказать, но в этот момент он услышал шум на улице. Когда он выбежал, то увидел, как три молодых воина вооруженные короткими мечами теснят Кукушку. Она умело отбивалась, но будучи безоружной, медленно отступала. Виктор бросил рюкзак, осмотрелся, схватил стоящие в предбаннике вилы и ринулся на помощь. Это движение заметили войны. Один из них развернулся и пошел навстречу Виктору. Он умело принял и отбил удар вил и Виктор еле увернулся от его ответного удара. Еще одна атака война отозвалась у Виктора острой болью в левой руке - порез был не глубокий, но рубашку порвало прилично. Рукав начал болтаться и мешать. Виктор запоздало понял, что вилами против опытного война с мечом он ничего не сделает. Следующий выпад меча зацепил болтающийся рукав рубашки и Виктору пришлось сорвать его с себя. “Какая занятная татуха у тебя, дурень!” - воин смотрел на пульсирующую надпись “Здравствуй, любимая!”. “Сейчас мы твою любимую спакуем и тебя с собой зацепим. Князю Лун будет интересно.” Виктор чувствовал, как ярость поднимается из глубин его сознания и тут он почувствовал сильное жжение в руке - кровь, стекавшая из его пореза, просочилась до пульсирующего текста. Но то что дальше она начала заполнять пульсирующие буквы так, как будто они были соединены единым желобом, отвлекло не только Виктора. На это не мигающим взглядом уставились отец, войны и Кукушка. Они смотрели, как кровь заполняет слово “любимая”, двигаясь вверх и вниз. Виктор чувствовал жжение, но вместе с этим он ощущал, как в его руки наполняются силой. И тут первым в себя пришел один из противников Кукушки. Он с силой ударил мечом плашмя Кукушку по голове и она упала на землю. “Неееетт!!” - страх за любимую взорвался внутри в то же мгновение, как восклицательный знак заполнился кровью. На секунду Виктор услышал голос Солнце

“Ярость страхами питает.

Ярость души убивает.

Ярость даст ему огня.

Ярость даже на меня.”

И пришла ярость. Виктор открыл глаза, вокруг стоял легкий красноватый туман. Его противник выпучил от страха глаза и начал пятиться. Но делал это все очень медленно. Виктор ринулся на помощь Кукушке, оттолкнув обеими руками испуганного война. Воин ударивший Кукушку очень медленно разворачивался в его сторону, а его напарник с ужасом смотрел на приближающегося Виктора. Удар голого кулака в живот отбросил испуганного война в броне как легкую пушинку. Виктор не рассчитал силу удара и потерял равновесие. Когда он вновь крепко стоял на ногах, то увидел как последний воин успел замахнуться на него мечом и теперь нарочито медленно опускал его. Виктору вспомнился прием, которому научила его Кукушка - отбить правой рукой удар и ударить в лицо левой. Не думая, Виктор попытался отбить правой рукой удар и меч, вывернувшись из руки воина, отлетел в сторону. Левая рука полетевшая в сторону лица воина горела красным пламенем. Когда она врезалась в голову война произошла яркая вспышка. Виктор зажмурился и увидел как медленно угасает красный круг с квадратом внутри. Когда он открыл глаза, то вокруг него вновь был обычный светлый день. Ярость угасла и во всем теле чувствовалась пустота и слабость. Он осмотрелся. Последний воин или то что от него осталось дымился на расстоянии не менее семи метров. Второй лежал в неестественной позе в десяти метрах. Воин, которого Виктор оттолкнул, судорожно дышал прислонившись к стволу дерева. Присмотревшись, Виктор увидел обломанный сук, пробивший броню и торчавший из живота война. “Не опасен” - холодная и расчетливая мысль, промелькнувшая в голове, была не его. И та оценка ситуации, и вид крови, толчками вытекающей из живота война - все это не пугало его. После он осмотрел себя. Руки, наносившие удары по броне - не пострадали. Порез на предплечье затянулся. Надпись “Здравствуй, любимая!” была еле различима. Других повреждений на себе он не обнаружил. И только после этого в нем что-то щелкнуло. Он нашел глазами ошеломленного отца, а потом бросился к лежавшей на земле Кукушке. Он приподнял ее, проверил пульс - жива. Жива! Эта простая мысль была другая - она принесла столько счастья и нежности, что Виктор обнял ее и страстно поцеловал. Кукушка открыла глаза - “Ввиктор?” Он счастливо улыбнулся и прошептал - “Здравствуй, любимая!”

Глава 6

“Что произошло? Где дружинники? И чего так болит.. Ой” - Кукушка дотронулась до головы в том месте, куда пришелся удар мечом. “Кажется будет шишка” - он привстала и осмотрелась, потом повернулась к Виктору и спросила - “Это ты их? И что за надпись у тебя на руке?” Виктор раскрыл рот, что бы что-то ответить, но Кукушка уже вскочила на ноги и сказала - “Ладно. Позже все обсудим. Надо уходить. Где твой отец?” “Здравствуй Кукушка.” - отец вышел из дома с футболками в руках. Он протянул их Виктору. - “Переоденься. Твоя рубашка испорчена и запачкана.” Пока Виктор переодевался, отец окинул взглядом место сражения, задержал взгляд на мертвом дружиннике насаженом на сук, покачал головой и спросил у Кукушки - “Что мне сказать в милиции?” Кукушка задумчиво осмотрелась и сказала - “Гм, ну наверное. Хотя. Ну в общем скажите, что они напали на Вас. И тут прибежала я и убила их.” Еще раз она посмотрела на обгоревшие останки дружинника и спросила - “Это точно был Виктор?” Отец задумчиво посмотрел на своего сына, укладывающего вторую футболку в рюкзак и ответил - “И да, и нет. Но в деревне никто не поверит, что это сделал он. Так что лучше я скажу все по-твоему. Вам пора уходить. Через двадцать минут отбывает паровоз в город. Вам лучше на него успеть.” Следующие пятнадцать минут для Виктора слились в единый марафон. Они бежали по улицам в сторону вокзала. Сделали крюк, вошли в основное здание со стороны перрона, быстро купили билеты и запрыгнули в отбывающий вагон. Когда Виктор сел на деревянную лавку и смог немного отдышаться, на него неожиданно навалилась дикая усталость. Он чувствовал, как с каждым мерным перестуком колес, силы покидали его. “Любимая, глаза слипаються. Я посплю?” - он посмотрел на Кукушку. Она кивнула. Виктор прислонился к стенке вагона и моментально провалился в сон.

Было невыносимо жарко. Виктор вновь был маленьким. Он лежал на полу и не мог пошевелиться. Над ним склонилась обнаженная Солнце. Ее глаза светились ярким солнечным светом, в руке, занесенной над Виктором, она сжимала кинжал. Текст, сплошным слоем покрывавший все ее тело двигался, как сложный механизм. Ее движения каким-то образом были связаны с этим механизмом. Но Виктор не успел понять зависимость, так как Солнце вонзила кинжал ему в грудь и начала петь:

“Страсть, любовь, огонь экстаза

Гнев, страх, ярость и аффект

В этом мощь и в этом база

Кровь усилит весь эффект”

Виктор хотел кричать от боли, но не мог - все тело не слушалось. Боль нарастала - Солнце водила кинжалом по его телу, оставляя причудливые кровавые узоры. Потом она отложила кинжал, положила ему руку на плечо и посмотрела своим светящимся взглядом в его глаза. Яркий свет ослепил его. “Виктор! Виктор, просыпайся!” - он открыл глаза. Кукушка тормошила его за плечо. “Что случилось?” - он встал и потянулся. “Кажется дружинники поняли, что мы уехали из деревни. Когда мы отбывали с последней станции, то я увидела вбегавших на перрон войнов. Как бы не встретить их на следующей остановке.” - Кукушка задумалась. Потом оценивающе посмотрела на Виктора и сказала - “Давай подгоним под тебя наручи, чтобы ты мог ими пользоваться. А тем временем ты расскажешь мне, как у тебя получилось убить трех войнов.” Виктор боялся этого вопроса, так как для себя никак не мог решить, стоит ли говорить Кукушке про Солнце, ритуал, надписи и остальное. Но тут в проходе из соседнего вагона появились несколько войнов. Они окинули взглядом всех сидящих на лавках пассажиров. Не заметить Кукушку в броне было нельзя. “Кукушка, у нас гости” - Виктор указал взглядом на войнов. Она обернулась. Ее взгляд встретился с взглядом первого война. “Ччерт. Они все-таки успели сесть на той станции. Держи наруч. Одевай его и отрегулируй под себя, а я разберусь с ними. И прикрывай мне спину.” Она дала ему наруч, а сама потянулась левой рукой в свой рюкзак, при этом не спуская взгляда с войнов. Тем временем оба война достали из ножен короткие мечи и двинулись в их сторону. Остальные пассажиры с непониманием смотрели на это - до этого момента в поездах никогда ничего не происходило. Войны остановились на расстоянии двух метров от Кукушки, вышедшей в проход между лавками. Войн, который стоял ближе сказал - “Девочка, Князь Лун хочет поговорить с тобой. Ты пойдешь с нами. Живая, но про невредимая, он ничего не сказал, так что лучше сдайся по-хорошему.” После чего он медленно и осторожно начал приближаться к Кукушке. Остальные пассажиры проявили чудеса сообразительности и чувства момента. За секунду большинство покинула вагон, а остальные, кто не смог - вжались в его стены. Кукушка стояла неподвижно, наблюдая, как приближается воин. Виктор видел, что в левой руке она сжимала нож. Он лежал лезвием вверх вдоль ее руки и был не виден подступающему войну. Когда расстояние между ними сократилось до полуметра, воин встал на одно мгновение, а потом приняв решение, замахнувшись на Кукушку мечом, ринулся вперед. Она в последнее мгновение уклонилась влево и отбила наручем правой руки клинок в сторону, левая рука, с зажатым в ней обратным хватом ножом, уже летела по широкой дуге в шею войну. Кровь брызнула из распоротой шеи война, меч выпал из его руки. Он медленно заваливался на спину. Весь бой занял не больше двух секунд. Кукушка перехватила нож в правую руку, сделала шаг в сторону второго война. До него оставалось около четырех метров. “Забери его меч” - Кукушка повернулась к Виктору. Он вздрогнул - ее глаза светились ярким солнечным светом, таким же как у Солнца в его сне. Она двинулась в сторону второго война. Было заметно, что он тоже смотрит на глаза Кукшки. Когда она подошла на расстояние метра, воин спохватился и нанес колющий удар мечом, нацеленный ей в грудь. Кукушка уклонилась. Точнее она начала двигаться очень быстро и потому, просто обошла с правой стороны летящий клинок. Левая рука с ножом, летящая войну в затылок, светилась тем же огнем, что и ее глаза. Нож пробил затылок, глаза война закатились. По инерции от удара, он не выпуская меча упал лицом вперед на пол. Кукушка метнулась к проходу в соседний вагон и скрылась там. За это время Виктор успел подобрать меч первого война и теперь с напряжением шел к проходу. Через десяток секунд в проеме появилась Кукушка. Ее глаза все еще светились, но уже не так ярко. “Ты в порядке?” - Виктор не успел до конца выговорить свой вопрос, так как она замахнулась на него кинжалом. Когда клинок пролетал мимо щеки Виктора, он почувствовал, что тот излучает дикий жар. Жар был таким сильным, что Виктор даже зажмурился. За его спиной что-то хлюпнуло. Он резко обернулся, отступая на шаг и выставляя меч перед собой, но было уже поздно. Еще один воин с торчащим из левой глазницы ножом заваливался на спину. Поезд вошел в поворот, тело по инерции упало на лавку и чем-то зацепилось за нее. “Я же просила прикрывать мне спину” - усталым голосом сказала Кукушка, проходя мимо Виктора. Она выдернула нож, обтерла его о штаны война и села рядом с его телом на лавку. У нее были ее обычные, человеческие глаза. Выглядела она усталой. “Их было трое. Там, на прошлой станции. Все новички. Только завербованные. Нам повезло. Но я устала. А до города еще три станции.” Она говорила с усилием - “Возьми еще один меч для меня. И одень оба наруча. Сойдем с поезда на ходу на следующем крутом повороте. А я пока отдохну.” После этих слов, она прикрыла глаза. Виктор подобрал второй меч. Отрегулировал и одел наручи. Оттащил трупы войнов в конец вагона. Оставшиеся в вагоне пассажиры деликатно молчали и даже старались не смотреть в их сторону. Когда Виктор закончил дела, собрал рюкзак и надел его, Кукушка открыла глаза и встала. Десять минут отдыха пошли ей на пользу. Она осмотрела его наручи, проверила как связаны и приторочены мечи. Потом пошла к телам войнов. Оттуда она вернулась с двумя ножнами и поясами для них. Все это она уложила в свой рюкзак. И закинув его на плечо двинулась к выходу из вагона. “Пошли. Наша остановка скоро. Надо ее не пропустить.”

Они стояли в тамбуре. Кукушка долго смотрела по ходу движения поезда. Ее волосы развивались на ветру. Виктор невольно залюбовался ее красотой. Но сразу отогнал эти эмоции. Много вопросов крутилось у него в голове. И там же возникали разные предположения. Одно из которых он наблюдал прямо сейчас. Кукушка, опершись обеими ногами в подножку, старалась выглянуть из вагона как можно сильнее. При этом она держалась за поручень левой рукой. Рукав брони сильно сполз и обнажил начало надписи “Огонь”. Когда Виктор рассматривал эту надпись в первый раз она была выведена ярко алой краской, а сейчас она была еле видна. Все точь-в-точь как с его надписью. “Еще минут десять надо подождать. Потом будет затяжной поворот, паровоз снизит скорость. Там будем спрыгивать.” Кукушка вернулась в тамбур и прикрыла дверь. Она посмотрела на задумчивого Виктора и уточнила “Прыгаешь вперед, с приседанием и перекатом. Никаких геройств. Понятно?” Виктор с задержкой кивнул. Мысли хаотично вращались в его голове. Кукушка посмотрела на него, а потом спросила с легкой насмешкой “Так каким волшебством ты все-таки убил трех войнов там в деревне?” Ее вопрос каким-то неуловимым способом остановил хаотичный рой мыслей. И они сформировались в простой ответ. Виктор произнес его мысленно, как будто попробовал неведомый настой. А потом посмотрел Кукушке прямо в глаза и уверенно сказал: “Тем же волшебством, что и ты. У меня тоже есть живые надписи на теле.”

Глава 7

Кукушка вздрогнула, но взгляд не отвела. Некоторое время они смотрели друг на друга. Потом она спохватилась и сказала - “Обсудим все на привале. Сейчас будем прыгать. Потом береги дыхание - нам надо будет быстро достичь скалы. Там и заночуем.” После чего, она подхватила рюкзак, развернулась и прыгнула вперед. Виктор прыгнул, приземлился на ноги, присел и покатился по земле. Встал и осмотрелся. Кукушка одевала рюкзак. Он тоже одел свой. После этого они побежали. Кукушка взяла серьезный темп. Бег по десять минут, потом десять минут быстрым шагом. Они передвигались по заросшей низкой травой равнине. Все время надо было следить за тем, куда наступаешь. В таком режиме Виктор быстро растерял все беспокоящие его мысли. Казалось, прошла вечность, прежде чем Кукушка сделала большой привал. Они повалились на землю и лежали, восстанавливая дыхание. “Видишь левее небольшая скала?” - Кукушка указала рукой. “Там и заночуем. Наверняка там найдется удобный выступ, куда не смогут забраться ночные хищники.” Не большую площадку для трех-четырех спальных мест они нашли, когда уже темнело. Она находилась на высоте трех метров от земли и забраться туда удалось только с помощью ножей. Кукушка достала несколько больших походных свечей. Чиркнула спичкой. Огоньки быстро разгорелись и осветили их маленький лагерь - две подстилки, на которых уже расстелены одеяла. Два уставших путника, достающие еду из рюкзаков. Виктор развернул бумагу и его ноздри защекотал запах вяленого мяса. Рот мгновенно наполнился слюной и призывно заурчал живот. Только в этот момент он понял, что не ел с утра. Он взглянул на Кукушку, которая уже усиленно жевала и последовал ее примеру.

“Так значит ты впал в боевой транс, когда твоя кровь попала на текст “Здравствуй, любимая!”?” - задумчиво спросила Кукушка. Виктор кивнул. Он рассказал ей свою настоящую историю. Не сказал только про путь война, о котором поведал ему отец. “И как сейчас выглядит этот текст?” - Кукушка с интересом посмотрела на его руку. Виктор на секунду замер, а потом снял куртку и поднес руку к свечам. Надпись была еле видна при свете свечей. Кукушка расстегнула застежки костюма, сняла верхнюю часть и поднесла свою левую руку к свету. Надпись “Огонь” еле проступала сквозь ее кожу. Но шрифт, которым были выполнены их надписи отличался. Некоторое время они смотрели на свои руки и надписи. Потом Кукушка села в позу для медитации и сказала. - “Странно, что Солнце ушла, не рассказав тебе ничего. Тексты на тебе и на мне — это магия. Но это не обычная магия. Обычные маги обладают некоторым запасом силы, а также умением ее преобразовывать в разные заклятья. Сила у них представлена одной из стихий. Когда у мага заканчивается сила, он в течении дня способен восстановить свой запас. Ну или воспользоваться дополнительными источниками силы. Текстовая магия, которой мы с тобой пользуемся, дает механизм преобразовывать яркие эмоции в силу, точнее энергию. И использовать эту энергию разными способами.” При этом она подняла правый кулак вверх и резко его сжала. После чего продолжила - “Учитель Огонь, который определил во мне предрасположенность к текстовой магии, нанес мне на руки две надписи. Но на самом деле, он соединил их с помощью своего дара. Мне достаточно начать ненавидеть врага и через несколько секунд надпись на левой руке наполняется энергией. Ее я могу использовать ее в бою. Ну ты видел, как я это делаю?” - она подняла глаза на Виктора. Он молча кивнул. “Вот. Пока что я учусь контролировать ненависть, эффективно использовать энергию огня и применять энергию смерти. Изучаю свои возможности.” - она замолкла и начала смотреть на причудливый танец огоньков свечей. Виктор подождал несколько секунд и задал давно мучивший его вопрос - “А что хотели от тебя войны князя Лун?”. Кукушка медленно подняла взгляд с огоньков свечей на Виктора. “Не знаю. Могу только предположить, что это связано с моим последним контрактом, который я выполнила на лунном перевале. Надо было убить мага. И я это сделала. Лунный перевал - место, где не действуют законы. За убийства на той территории никогда и никого не искали. Тем страннее, что ищут меня. И еще страннее, что меня нашли.” Последнюю фразу она говорила, задумчиво глядя в одну точку, но потом она посмотрела на Виктора, встала и потянулась. “Так и что? Назвал значит любимой, а любить не любишь?” - слова так и искрились лукавством. Виктор встал, посмотрел на танцующие огоньки свечей, подошел в Кукушке и сказал - “Ну почему же, любимая? Люблю тебя” Девушка упала в его объятия. Две фигуры сплелись в страстном поцелуе и не заметили, как на одной руке сильнее проступил текст “Здравствуй, любимая!”

Утром за легким завтраком Кукушка предложила план действий. “Нам надо добраться до города, а оттуда до столицы. Там живет мой учитель. Я думаю, что он сможет научить тебя лучше контролировать твои умения. Заодно и расскажет тебе что-нибудь новое. А оттуда можно поехать и в Солнечную долину. Я вот давно мечтала прокатится на пароходе. Что скажешь?” Виктору план понравился и он согласился. “Кстати, а ты покажешь мне этот странный набор для письма? Ну тот которым ты общаешься с Солнце.” - Кукушка выглядела заинтересованной. Виктор мысленно выругался. Ведь ему надо было написать письмо, в котором поведать о всех новых событиях, произошедших с ним. Он достал из рюкзака футляр, открыл и разложил принадлежности. Потом взялся за деревянное перо и… Кукушка отпрянула от него на несколько метров. “Ты чего?” - он положил перо и встал. “Как ты? Почему? Ззачем оно? Ты вообще? Не трогай его!” - Кукушка переводила взгляд с Виктора на перо и назад. Ее было не узнать. Она боялась. “Любимая, ты чего?” - Виктор подошел к ней и обнял. Ее била дрожь. “Тты знаешь, что это?” - с дрожью спросила она и посмотрела ему в глаза. Внезапно ее глаза загорелись ярким огнем и она проговорила мерным голосом:

“Огонь и ненависть в обнимку

Вот сила та что сеет смерть

Ты сталь порвешь словно травинку

Рукой взорвешь любую твердь”

После этого огонь в ее глаза погас и она прижалась к нему. Они стояли так несколько минут. Потом она отстранилась и сказала. - “Я тоже не помню ритуал нанесения текста. Но сейчас я вспомнила. Учитель, он… Он весь горел. Горел и мерно произносил эти слова. И что-то писал на моем теле. Писал таким же пером. Перо было в моей крови. Это было адски больно, но я не могла кричать.” Она прижалась к Виктору сильнее. Некоторое время они простояли молча. Потом она отстранилась, посмотрела на перо, лежащее рядом с чернильницей, потом снова на Виктора. Глубоко вздохнула, улыбнулась и сказала - “Тебе надо написать письмо, а мне надо собраться с мыслями. Я помедитирую.” Она села в позу для медитации и закрыла глаза. Виктор сел и взялся за письмо. Он подробно описал все события, свои чувства и воспоминания. Про Кукушку и ее учителя. Написал про план действий. Когда он закончил писать, Кукушка еще была в трансе. Виктор сложил вещи в рюкзак и понял, что его что-то тревожит. Он проверил вещи, осмотрел Кукушку, прошелся по периметру их маленького укрытия. Все было нормально, но тревога только увеличивалась. Тогда он решил осмотреть округу и достаточно быстро увидел пять всадников на лошадях. Они медленно двигались по тому же пути, что и они с Кукушкой днем ранее. Чуть присмотревшись, Виктор увидел двух псов, идущих в голове группы. Сомнений не оставалось — это за ними. Он быстро подошел к Кукушке и тронул ее за плечо - ноль реакции. Пришлось встать на колени напротив нее, взять ее за оба плеча и не сильно потрясти. Девушка открыла глаза - они горели огнем. Виктор заметил, как загорелась надпись на ее левой руке. За мгновение Виктор понял, что сейчас может лишиться жизни. Решение пришло само и он крепко поцеловал ее в губы. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она ответила на поцелуй и обняла его. Потом он отстранилась, посмотрела на него обычными глазами и сказала: “Любимый, больше так не делай! Это опасно!” Виктор кивнул, указал в сторону края укрытия и сказал - “Есть причина. За нами погоня.” Кукушка подошла к краю, легла на живот и начала всматриваться вдаль. Виктор чувствовал себя способным снести всю гору одним ударом. Энергия прямо-таки бурлила в нем. Он посмотрел на свою левую руку. Ярко красная надпись слегка пульсировала. Он перевел взгляд на ладную фигуру, отползающей от края Кукушки. Прекрасный стан, развевающиеся от дуновения ветерка черные волосы и карие глаза, все это заставляло его сердце петь и наполняться энергией любви. Кукушка начала быстро собирать вещи. Она посмотрела на Виктора и сказала - “Я тоже тебя люблю, но давай обсудим это позже. Всадников лучше встретить на земле. У них цвета князя Ворона. Мы с ним не конфликтовали, но лучше быть наготове.” К тому моменту, когда они спустились вниз, всадники заметили их, зацепили собак на длинные поводки и все тем же медленным шагом начали приближаться. Виктор заметил, что к кроме двух собак на поводке, к седлу одного из всадников прицеплена дополнительная лошадь без седока. Он удивился и начал готовиться к встрече. Надел поножи и наручи. И повесил на пояс ножны с коротким мечом, так же как это сделала Кукушка. Он не умел пользоваться мечом, поэтому взял в обе руки по ножу. С ними Кукушка успела его немного потренировать. Всадники приблизились на расстояние десяти метров. Самый молодой из них спешился. Он был одет в какой-то странный костюм, покрытый пятнами краски зеленого оттенка. Дав какую-то команду собакам, прицепленным к его седлу, он подошел на расстояние в пять метров. Осмотрел Кукушку, кивнул и кинул один взгляд на Виктора. Войны, оставшиеся в седлах, спокойно смотрели на них. Один из них даже закурил сигарету. Молодой воин достал из поясной сумки сложенный лист бумаги, развернул его и начал читать текст, изредка поднимая взгляд на Кукушку. - “О прекрасная воительница Кукушка! Князь Ворон передает свое почтение и просит принять приглашение на аудиенцию в его скромный дворец. В процессе аудиенции будет праздничный ужин и горячий чай!” Воин выжидательно посмотрел на Кукушку. Не увидев реакции, он продолжил чтение - “В результате аудиенции вы будите торжественно приняты в ряды элитной гвардии князя Ворона!” Последние слова он произносил с очень большим пафосом. И вновь выжидательно посмотрел на Кукушку. Она хмыкнула и спросила - “А чем я обязана такому вниманию от князя Ворона?” Молодой воин просветлел и перевернув бумагу другой стороной начал читать “Князь Ворон сообщает, что любой враг князя Лун, автоматически становиться лучшим другом и верным соратником его. То-есть другом и соратником князя Ворона в борьбе с супостатом и поработителем правды - князем Лун!” Молодой воин закончил пафосную речь и вновь выжидательно посмотрел на Кукушку. “Это почему же я вдруг стала врагом князя Лун?” - наиграно удивилась Кукушка. Молодой воин набрал воздух в легкие и запнулся. Он пробежал глазами всю бумагу, шумно выдохнул, перевернул лист и пробежал там. Потом он беспомощно посмотрел на Кукушку. Но она лишь поощрительно улыбнулась. Тогда он беспомощно посмотрел на остальных войнов. Один из них сплюнул, подъехал на лошади к молодому, покачал головой и сказал Кукушке. - “Слышь, девка. Не ломай комедию. Дружинники Луна рыщут по всем станциям поезда. Облазили всю Вашу деревню и даже часть города. Везде ищут тебя. И лица у них при этом очень злые. Паром не надо быть одаренным, чтобы понять почему. Так что не выдрючивайся и поехали с нами. Выбора у вас все равно нет. Нас четверо, а вас двое”. Кукушка не ответила, но Виктор почувствовал, как она напряглась. Вероятно, она уже заряжалась своей энергией ненависти. Восприняв ее молчание по-своему, воин продолжил - “Правда с нами поедешь только ты. Твой трахарь нам не нужен. Но ты не переживай. Мы все тебе постель у костра погреем. Может даже этому рейнджеру достанется.” При этом он заулыбался и указал на молодого. Остальные всадники тоже заулыбались. Теперь уже Виктор физически ощущал, как Кукушка наполняется энергией. Она подняла полные ненависти глаза на война и спокойно спросила - “А если я не хочу?” Воин притворно закатил глаза и сказал - “Ну что ж, тогда поедешь помятая с легкими повреждениями.” После чего он спешился и отдал поводья молодому рейнджеру, который повел лошадь к своей. Остальные всадники тоже спешились, вбили походный колышек, зацепили к нему всех лошадей и подошли к ним. Все кроме молодого рейнджера, вытащили из ножен короткие мечи и достали из-за спин небольшие металлические щиты. “Последний шанс решить все по-хорошему” - с надеждой в голосе сказал молодой рейнджер. Кукушка молча достала меч из ножен. Виктор поднял руки в боевую стойку. Войны, выставив мечи перед собой, начали медленно подходить парами.

Виктора переполняла энергия, но он не мог понять, как ее использовать. Он замешкался и лишь чудом увернулся от первого выпада мечом себе в грудь. Второй он отбил ножом зажатым обратным хватом в левой руке. Контратаковать ножами не получалось. Пару раз его удары принимали щиты. Он в очередной раз понял, что выбрал неподходящее оружие для боя. Один из выпадов он принял на наруч. Удар был сильный и в руке проснулась тупая боль. Как ни странно, после этого он почувствовал во всем теле легкость и стал быстрее уворачиваться от атак. Успешно увернувшись от двух синхронных выпадов, он оказался слева от одного из воинов и с силой воткнул нож ему в шею. Кровь из пробитой артерии брызнула Виктору в лицо. Он отскочил и вытер тыльной стороной правой руки глаза. Рука сразу начала жечь. Но он не успел взглянуть на нее. Он услышал вскрик Кукушки. Время остановилось для Виктора. Он поднял глаза и оценил ситуацию. Войн с перерезанным горлом лежал на земле у его ног - не опасен. Его напарник медленно приближался к Виктору, целя мечом ему в живот - опасен. За его спиной в неестественной позе лежал один из воинов, атаковавших Кукушку. Оплавленный остаток меча был зажат в его руке - не опасен. Кукушка лежала на земле чуть поодаль. Ее меч был скрещен с мечом второго война, а обе ноги мертвой хваткой держали псы, которых, видимо, отвязал молодой рейнджер. Он же бежал от лошадей к Кукушке с веревкой. За мгновение Виктор почувствовал страх за Кукушку и ярость по отношению к воинам. Но еще он ощутил сильное жжение в районе своего запястья. Он с легкостью отбил левой рукой медленно летящий клинок, крутанулся и со всей силы ударил правой рукой с зажатым в кулаке ножом в спину война. Нож пробил броню и с хрустом вошел между лопаток. В этот момент Виктор увидел, что на его правой, залитой чужой кровью, руке в районе запястья ярко пульсирует надпись “Страх”. Но он уже не удивлялся. Он бежал к Кукушке, попутно выхватывая меч. Воин медленно разворачивался ему на встречу, выставляя перед собой меч. Виктор замахнулся мечом так же, как дровосек замахивается топором и вложив в удар всю силу и ярость, обрушил его на голову врага. Воин пытался закрыться щитом, но меч прорезал металл, чуть изменив траекторию и разрубив броню, глубоко вошел в его плечо. Меч не выдержал таких нагрузок и деформировался. Виктор дернул рукоять меча, его рука соскользнула. Она была вся в крови. Вокруг него стоял легкий красный туман. Он поднял глаза и увидел молодого рейнджера в метре от себя. Тот в ужасе смотрел на упавшего война и на меч, застрявший в его теле. В руках он все так же сжимал веревку. Виктор моментально оказался напротив него и с силой нанес ему удар левым кулаком в живот. После чего отпрыгнул и встал в защитную стойку. Секунду он смотрел, как согнувшееся пополам тело медленно валиться на землю. Одежда в складках стремительно напиталась кровью. Не опасен - холодно констатировал Виктор. Он обернулся и увидел, что Кукушка справилась с собаками и поднималась на ноги. С ней все было хорошо. Осознание этого факта начало успокаивать Виктора. Красный туман медленно рассеивался. Он посмотрел на свои руки, залитые чужой кровью. На правом запястье еле виднелась надпись “Страх”. За ней вполне явно проступала еще одна - “Сила”. При этом буква “С” входила как шарнир в впадину последней буквы “х”, создавая причудливую связь.

Глава 8

“Спасибо за помощь, любимый!” - Кукушка подошла к Виктору и поцеловала его. Потом отстранилась и начала осматривать его. “Ты цел?” Ее взгляд упал на новые надписи - “Пар мой, да ты с обновками! А чего ты боишься?” Виктор обнял Кукушку и прошептал - “Я боюсь потерять тебя. И похоже, что этот страх дает мне силу.” Кукушка прильнула к нему, они стояли несколько минут молча. “Так, ладно. Пора воспользоваться бесплатным транспортом, предоставленным нам князем Вороном.” - она отстранилась и окинула хозяйственным взглядом поле боя. Ее взгляд остановился на втором противнике Виктора. Она подошла и попыталась вытащить из его спины нож. Взялась сначала одной, а потом и двумя руками, уперлась ногой и поднатужилась так, что даже покраснела. Наконец нож вышел из тела. Она осмотрела его состояние и выбросила в сторону. После чего обернулась к Виктору и сказала - “Слушай, ну ты действительно силен. Ножом пробить броню и вбить четко в позвоночник! Это конечно круто. Но на тебя инвентаря не напасешься. Надо срочно учить тебя сражаться с мечом.” Она еще раз окинула все взглядом и сказала - “Таак. Проверь лошадей и их седельные сумки. Выбери нам двух, а остальных прицепи друг за другом. В городе возьмем хорошую цену за них. И перевесь на них наши рюкзаки. А я пока подберу инвентарь.” Они принялись за дело. В седельных сумках Виктор нашел хорошие запасы вяленого мяса и рыбы, орехи, сыр, фляги с водой. Отдельно были отложены несколько фляг с траном - отваром из нескольких трав, который долго хранился и быстро восстанавливал силы. Еще он нашел двадцать семь золотых бумажными и около ста серебряных монет. В седельной сумке рейнджера он нашел странно пахнущий мешок корма для собак, а также несколько бумажных листов. На одном была вполне неплохо и правдоподобно описана внешность Кукушки. Указано, что она неплохо сражается и может быть опасна. Второй являлся приказом того самого князя Ворона о начале поисков Кукушки, указанием привести живой, но не обязательно невредимой. Еще он требовал соблюдать секретность и не дать дружинникам князя Лун заподозрить, что Кукушка нужна не только им. Оба этих документа он показал Кукушке. Она задумалась и сказала - “Надо будет заглянуть в бар. Спросить кто меня так хорошо описал.” Взгляд при этом у нее был очень недобрый. Обе бумажки они оставили себе. Кукушка нагрузила свободных лошадей тремя щитами и двумя мечами. Выдала Виктору три новых ножа и сама взяла один себе. Они сели в седла. Солнце указывало, что время близилось к полдню. “Сейчас возьмем быстрый темп. Лошадей не жалей. Сменим их на свежих. Нам к вечеру надо быть в городе.”

Следующие пять часов слились в одну сплошную скачку. Виктор плохо ориентировался на местности, но Кукушка уверенно вела их маленький отряд. К концу третьего часа они отпустили уставших лошадей и сели на запасных. А когда вторая лошадь Виктора начала уставать, он увидел вдали темный дым, который поднимался из нескольких труб паровых заводов. Это были окраины города. Но они поехали в большой объезд, чтобы заехать в город с самой неожиданной стороны. Кукушка объяснила, что искать их будут со стороны прибытия поезда, а вот со стороны лунного перевала - нет. “А что, если тебя узнают по описанию?” - спросил Виктор. “Будем заезжать уже под вечер, как стемнеет. Ну и придется рискнуть. Обычно с этого направления Лун не ждет нападения и там стоят молодые и неопытные дружинники.” Через полчаса они выехали на дорогу, ведущую в город. Дорога была выложена камнем и лошади начали мерно цокать по ним своими подковами. Чем ближе становился город, тем чаще на обочинах начинали встречаться объявления о сдаче жилья, конюшен и даже гаражей для паровых средств передвижения. Встречались и объявления о найме воинов, инженеров, пекарей и других. Вначале, Виктор с интересом читал все объявления, но уже через двадцать минут все объявления превратились для него в обычный фон и он уже не обращал на них внимания. Он напряженно высматривал какой-либо шлагбаум и выставленый дозор на дороге и так и не заметил момента, когда объявления по обочинам сменились на первые дома. И только когда Кукушка с облегчением в голосе сказала - “Ну вот мы и в городе”, как будто пелена спала с его взора и он понял, что они въехали на оживленную площадь. На ней располагался небольшой рынок, медленно затихающий к вечеру. Последние лавки, еще не закрывшие ставни, предлагали купить, продать, обменять, отремонтировать все что угодно со скидкой в 10-20-30 процентов. По периметру площади также располагались магазины, конюшни, бары и гостиницы. Кукушка уверенно направила своего коня к дальней конюшне, к которой примыкало двухэтажное здание. Первый этаж занимал магазин с странным названием “Всего и Вам”, а второй - гостиница. Там, после непродолжительного торга, они продали всех лошадей, а также все щиты. Потом они сняли самый дешевый номер на три дня. Поднявшись на второй этаж, они зашли в номер, Кукушка закрыла дверь на ключ и сказала - “Я в душ. Ты пока сними с себя наручи и поножи и уложи все в рюкзак. Потом пойдешь ты, а я подготовлю нам отступление.” Виктор ничего не понял, но занялся своими наручами. Когда все было готово, он вдруг ощутил уже знакомый разряд тока исходящий изнутри. Он достал чехол для письма и увидел пульсирующую надпись “Здравствуй, Виктор!”. Он открыл футляр и начал читать.

“Здравствуй, Виктор! События вокруг тебя закручиваются с неимоверной скоростью. Есть многое что я бы могла тебе написать, но ты уже сам догадываешься об этом. Надеюсь, ты сможешь совладать с силой, заложенной в тебе. Научишься управлять ей так же, как и твоя спутница, а может быть и лучше. Прошу, будь аккуратен. Не вступай в прямое противоборство с князем Лун. Он опасный и сильный противник, а ты еще не знаешь всех своих возможностей. Я вижу, что активация механизмов текстовой магии происходит у тебя с невероятной скоростью. Что-то не было учтено в обряде. Теперь о главном. Учитель Кукушки хороший человек. Он сражается против Луны и поможет тебе. Возможно даже раскроет твой потенциал сильнее. В городе найдите бар “У пристани”. Там спросите Петрушку. Скажите, что от меня. Она даст вам ночлег и все необходимое. Виктор, расстояние, между нами, велико оно требует больше энергии для передачи посланий. Мои ответы съедают ее еще сильнее. Тебе придется наполнить чернильницу, чтобы мы могли и дальше с тобой общаться. Как ты уже понял, самая мощная энергия заложена в крови. Уверена, что у тебя будет еще множество врагов. И ты прольешь еще много их крови. Когда бой будет окончен, предупреди свою спутницу о своих действиях и попроси отойти от тебя подальше. А потом разложи набор для письма рядом с поверженным врагом, в левую руку возьми чернильницу, а в правую перо. И начни писать на оголенном участке тела врага любое слово. Дальше активируется механизм, встроенный в твое тело. Уверена, что этого хватит на некоторое время.”

Прочитав письмо Виктор посмотрел на чернильницу и увидел, что она пуста. Написать ответ было нечем. Вопросы крутились в его голове, пока он собирал набор. Из душа вышла Кукушка. Она была одета в черные обтягивающие брюки, не стесняющие движения и такую же кофту. Виктор пересказал ей содержание письма. Когда рассказ дошел до процедуры пополнения чернил, Кукушка начала нервничать, но все же взяла себя в руки и сказала - “Дуй в душ. У нас мало времени. Я все подготовлю и будем уходить. И переоденься, а то вся одежда в крови испачкана.” Горячая вода смыла грязь, кровь и усталость. Виктор вышел свежим. На нем была синяя футболка, и тренировочные брюки, в которых он вел спаринг с Кукушкой на острове. К этому времени две кровати были обвязаны веревкой, которая была спущена через открытое окно. Увидев Виктора, Кукушка сказала - “Прямо спортсмен, совершающий вечернюю пробежку! Ладно, давай я первая слезу, потом ты спустишь на веревке оба рюкзака, а потом и сам слезешь. И не забудь свет погасить!” Пока Виктор одевал свой рюкзак, Кукушка ловко смотала конец веревки в клубок и закинула его в открытое окно. Он проследил как она ловко спустилась вниз, передал ей рюкзаки, после чего выключил свет и спустился сам. “А зачем мы тогда платили аж за три дня?” - задал давно мучающий его вопрос Виктор. “Потому что, мы слишком заметные. У администратора гостиницы должно сложиться мнение, что мы будем отдыхать три дня после успешного задания. И даже если он кому-то сообщит про нас, то там тоже не будут прямо спешить за нами.” Она намотала конец веревки на продолговатый камень и ловко закинула его в окно, надела свой рюкзак указала на выход из проулка и сказала - “Пошли. До бара “У пристани” еще минут тридцать пешком.” Ночной город переливался разноцветными огнями. Мимо проезжали конные, кареты, паробусы. Несколько раз проехали паровые машины. Виктор смотрел на это во все глаза и если бы не Кукушка, которая настойчиво тянула его за руку, то наверняка бы отстал или же потерялся. Никто не обращал на них внимания. И даже прошедшая мимо них толпа веселых дружинников в боевых костюмах, не обратила на них внимания.

Вопреки своему названию, бар “У пристани” находился на обычной улочке, освещенной всего пятью фонарями. Кукушка уверенно открыла дверь затащила Виктора внутрь. Внутри стояло пять столиков, барная стойка и пианино. Два столика были заняты посетителями. Низкорослый исполнитель играл на пианино и тянул заунывную песню про любовь, своим хриплым голосом. За барной стойкой стояла хрупкая девушка в черном платье и белом переднике. Она посмотрела на Кукушку с Виктором своими серыми глазами и вновь обратила свой хмурый взор на завывающего исполнителя. Кукушка сняла рюкзак, села за один из столиков и сделала приглашающий жест Виктору. Когда он сел рядышком, то она сказала: “Ну вот мы в этом баре. Но только я никогда не слышала, чтобы тут работала Петрушка. Бармен, она же владелец заведения, не терпит других женщин у себя. Ее зовут Петра и у нее очень крутой нрав. Не смотри что она худенькая. Я лично видела, как она раскидывала драку.” Виктор с сомнением посмотрел на хмурящуюся худенькую брюнетку и сказал - “Ну может ты у нее спросишь? Может она знает Петрушку?” Кукушка замахала руками - “Нет, нет. Без драки не обойдется. Точно тебе говорю. Я как-то видела мужика, который по пьяни назвал ее Пётр. На нем живого места не было. А ты такое мне предлагаешь.” Брынь! Они подняли глаза, чтобы увидеть, как Петра тянула неудавшегося исполнителя за шиворот в сторону двери. Вид у нее был чернее тучи. Было совершенно не понятно, как маленькая, худенькая девушка, тянет по полу, не сопротивляющегося мужичка, превосходящего ее по весу в два раза. Они удивленно проводили глазами процессию, Кукушка повернулась к Виктору и сказала - “Вот видишь. Так что я пас. У меня свежая и новая одежда. Драться я больше ни хочу. А у тебя треники. Так что спрашивай ее сам...” “О чем это спрашивай сам?” - раздался над ними угрожающий и на удивление низкий голос. Они синхронно подняли глаза на стоящую у них за спиной Петру. Виктор еще раз осмотрел ее с ног до головы и заметил на ее правой руке надписи выведенные до боли знакомым почерком. Это были пульсирующие красным слова “Ярость” и чуть дальше “Сила”. Сомнения мигом улетучились, он встал перед ней во весь рост, повернул обе руки, показывая свои, еле видимые надписи и сказал: “Здравствуй, Петрушка!”

Глава 9

Виктор физически ощутил, как напряглась хрупкая девушка, стоящая передним. Энергия наполнила ее до краев. Она осмотрела Виктора с ног до головы, внимательно осмотрела всех посетителей в зале, потом Кукушку. Все это время Виктор не двигался. Потом Петрушка подошла ближе и внимательно начала смотреть на надписи на его руках. Дольше всего она смотрела на «Здравствуй, любимая!» Потом она резко подняла голову и сказала: «Следуйте за мной». После чего она пошла мимо барной стойки к двери, ведущей в подсобные помещения. Виктор и Кукушка подхватили свои рюкзаки и последовали за ней. Открыв дверь, Петрушка крикнула внутрь: «Тихон! Дуй сюда и присмотри за баром.» Казалось, что сам правитель империи, сидевший в столице, сейчас услышал этот громогласный рев. По крайней мере Тихон его услышал точно. Он оказался невысоким, лысоватым мужичком, которого все при первой же встрече легко примут за бармена. Он молча пронесся мимо Петрушки, игнорируя все законы физики вписался в поворот, не перевернулся и встал как вкопанный за стойкой. Через мгновение он усердно тер тряпкой невидимое пятно. Петра секунду смотрела на него хмурым взглядом, потом вздохнула и пошла внутрь подсобных помещений. Виктор и Кукушка последовали за ней. Пройдя через коридор с несколькими закрытыми дверями, они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Там их встретил улыбчивый повар и сразу предложил перекусить. Путники согласились и присели за большой, дубовый стол. Пока повар, который назвался Красом, активно выставлял на стол яства, Петрушка села напротив Виктора и заговорила: «Мое имя вы уже знаете. Прошу при остальных людях называть меня Петрой. Крас в курсе, ему можно доверять. Остальным – нет. Хотелось бы узнать и Ваши имена.» Путники представились. «Значит ты, Виктор, еще один ученик Солнце. Но почему ты вместе с огоньком? Да еще и с Кукушкой?» - спросила Петрушка. Виктор не успел раскрыть рта, как Кукушка ответила - «Почему это «еще»? И что значит «огонек»?» Петрушка смерила ее взглядом и вопросительно посмотрела на Виктора. Но тут Крас поставил перед ним большую миску жаркого. Секунду она наблюдала за тем, как Виктор уплетает еду, потом она вздохнула и менторским тоном начала объяснять: «Девушку по имени Кукушка ищет пол города. Ты» - она ткнула пальцем в Кукушку – «до ужаса подходишь под описание, которое раздают всем агентам князя Лун. Такое же описание сегодня утром я слышала от дружинников Ворона. Пока что, они ищут тебя сами. Но когда поймут, что ты уже в городе, то подключат всех не равнодушных до денег. Поэтому меня и удивляет, что ученик Солнца делает в твоей компании. Ты» - она вновь ткнула пальцем в Кукушку – «судя по почерку на твоих руках, ученица мастера Огня. А значит ты - огонек.» Кукушка слушала объяснение нахмурившись и резко ответила – «Рас я огонек, то ты уголек?» Как ни странно, но Петрушка ответила спокойно – «Да, можно сказать, что и так. А Виктор пока что им не стал.» Она посмотрела на него и спросила: «Сколько желаний ты уже выполнил?» Виктор удивился, но ответил: «Пока только на пути выполнения первого.» Потом подумал и спросил: «А ты?» Петрушка заметно погрустнела. Она протянула руку к левому запястью Виктора и перевернула надписью «Здравствуй, любимая!» вверх. Некоторое время она смотрела на нее не моргая, потом вздохнула и ответила: «А я не смогла выполнить третье. И теперь у меня ее нет.» - сказала она, указывая глазами на его руку. Некоторое время в комнате было тихо. Виктор переваривал услышанное и жаркое. Кукушка молча ела. Петрушка смотрела куда-то сквозь стену. И только Крас что-то методично нарезал, распространяя по комнате аромат свежей сдобной выпечки. Аромат гипнотизировал и заставлял погрузится в самые теплые воспоминания, где кто-то добрый и заботливый зовет тебя к столу, чтобы угостить свежим яблочным пирогом с чаем. По крайней мере именно из этих воспоминаний, Виктора вырвало восклицание Краса: «А вот и пирог!» Перед каждым из сидящих за столом на тарелке красовался гигантский ломоть пирога с яблоками и чашка травяного чая. Петрушка тряхнула головой и сказала: «Спасибо, Крас. Ты как всегда можешь за секунды накормить целую армию.» Она отломила кусочек пирога и отправила его в рот. Проживав и запив чаем, она стала выглядеть значительно спокойней. После второго ломтика пирога она сказала: «Ладно, что было того пар не вернет. Я всегда помогаю ученикам Солнца. Мастер Огонь тоже хороший человек, а потому я помогу и тебе, Кукушка. У меня будет безопасно и завтра я узнаю, что про вас известно в городе. А пока, скажите, чем я могу Вам помочь.» «За ночлег спаси..» - Кукушка не успела договорить, когда Виктор грубо ее перебил: «Нам надо в столицу, к мастеру Огонь. А потом мне надо выполнить первое желание – встретиться с Солнце в Солнечной долине. И еще мне бы научится контролировать свои силы.» Петрушка некоторое время смотрела то на Виктора, то на насупившуюся Кукушку, после чего сказала - “Я постараюсь помочь тебе с контролем. Помогу попасть в столицу. Но сначала Вам надо отдохнуть и понять как выбраться из города”.

«Не стоило выкладывать ей все» - Кукушка говорила обиженно. «Да, я понимаю, что это проверенный человек, но что, если к ней придут и вынудят все рассказать? Нас тогда будут ждать в столице и не дадут сесть на пароход». После сытного пирога Петрушка выдала им ключи от большого номера на третьем этаже и пообещала разузнать все к завтрашнему обеду. Все время, до прихода в номер, Кукушка дулась и отвечал односложно. Виктор не мог понять в чем причина такого поведения любимой. Но у него быстро сложилось положительное впечатление о Петрушке, потому он начал объяснять. «Любимая, ну она же не первый раз помогает ученикам Солнца! И ты же сама говорила, что видела, как она раскидывает драку. И раз она такой же ученик, как и мы с тобой, то для нее это не будет проблемой.» - Виктор говорил целиком логичные для себя вещи. Не увидев улучшения в поведении Кукушки он решил, что это от усталости и завтра он все ей объяснит - «Ладно. Давай ложится спать, а завтра посмотрим. А то пирог меня просто добил. Глаза сами закрываются.» Кукушка подумала несколько секунд и потом уже более спокойным голосом сказала - «Хорошо. Давай ложиться. Только завтра рано утром встанем и я тебя погоняю с мечом. А то ножами только ежа и голую попу пугать.» - “Хорошо, любимая. Как скажешь” - облегченно сказал Виктор. Он расстелил свою кровать и как только его голова коснулась подушки, мгновенно заснул.

Виктор стоял посреди их маленького острова среди камыша. В правой руке он держал деревянное перо из набора. С кончика пера медленно срывались капли крови. Каждый раз, когда капля врезалась в песок, разлетаясь мелкими стеклянными брызгами рубинового цвета, в черной воде все сильнее проступал красный круг. Потом внутри круга начал проступать прямоугольник, внутри которого виднелись строки с символами. Виктор сфокусировал взгляд на первом символе – круге, с птичьим крылом внутри. Под его взглядом, символ стал наливаться красным, а после нескольких сорвавшихся капель, крыло начало мерно делать взмах. Но в это же время Виктор почувствовал жжение на правой руке. Он посмотрел на свою руку и увидел там ту самую рану, которая в детстве не заживала до прихода Солнца. Он проснулся. Было раннее утро. Сквозь приоткрытое окно в их комнату врывались лучи летнего солнца, а также легкий ветерок. Вместе с ним врывались звуки просыпающегося города. То где-то вдалеке цокала подковами по мостовой лошадь, то гурьба веселых детских голосов приближалась и удалялась, спеша в школу. Общий фон создавали несколько ритмичных и повторяющихся в разнобой звуков, создаваемых тремя метлами. Где-то вдали проехал паробус, пыхтя как медленный паровоз. «Проснулся?» - из ванной вышла Кукушка. На ней была легкая блузка и тренировочные шорты. Она взяла, стоявшие у двери деревянные палки, похожие на мечи и сказала: «Дуй в ванну. Я жду тебя для утренней тренировки.»

Сначала Кукушка рассказывала теорию и показывала примеры. Потом Виктор как дурак, размахивал мечом и усердно рубил воздух. Но вот настало время практики, и Виктор вышел против Кукушки. И у него не получалось. Руки не запоминали движения, он боялся попасть по любимой, Кукушка все время подкалывала его. В какой-то момент, она начала откровенно издеваться над ним, называла дураком и неумехой. Потом на него посыпался град ударов. Пропустив один из них, Виктор получил весомый тычок в грудь. Еще через минуту уже три точки на его теле пульсировали болью. После четвертого особенно болезненного удара Виктор неожиданно осознал, что Кукушка двигается слишком быстро. Легкое свечение ее глаз подтвердило его догадку. «Любимая?! Ты чего, это же я!» - Виктор не понимающе отступил. «Я не любимая! Я твой противник!» - Кукушка цедила слова и медленно приближалась. «Так и будешь жевать сопли, пока тебя убивают?!» - эти слова ударили по Виктору одновременно с еще одним молниеносным выпадом. Боль и обида нарастали у него внутри. Вместе с ними внутри разгоралось пламя. Следующий удар он отбил, как и следующую серию. Потом он вдруг понял как все устроено в бою на мечах. Как когда-то в детстве, когда он не мог понять, как работает музыкальная шкатулка, а отец достал и разобрал механизм. Так же и сейчас он понял, что вот сейчас противник запускает свой меч по большой дуге справа, смещаясь правее, его цель – плечо Виктора. Вот Виктор делает шаг назад с той же скоростью, что и противник и подставляет меч. Теперь есть понимание, что можно было не только отбить, но и контратаковать, так как его учила любимая. Вот следующая атака врага – слишком медленно. Сдвинутся левее, крутанутся, отбивая клинок врага и на следующем вращении ударить в спину, летящего по инерции врага. Враг вскрикнул. Кукушка! Картина в глазах Виктора стала более яркая – оказывается его слепило яркое солнце через окно. На расстоянии двух метров стояла Кукушка. Одной рукой она держалась за спину, а другой за ободранную коленку. Она не понимающе посмотрела на Виктора и сказала: «Ты зачем с такой силой? Мне же больно!» Виктор уверенно подошел к ней вплотную с опущенным мечом и сказал сильным и злым голосом: «Мне тоже больно слышать от тебя такое и видеть твою энергию, направленную против меня». Она испуганно отшатнулась и пробормотала, опустив глаза: «Прости, я… Я сама не знаю, что на меня нашло.» Несколько секунд Виктор молчал, чувствуя, как бурлящая злость медленно утихает внутри него. «Ладно, все взвелись. Хорошо, что обоим удалось выйти из боевого транса. Давай на сегодня заканчивать. Я в душ, а потом завтрак.» - последние слова он говорил уже обычным своим голосом. После чего отдал меч Кукушке и пошел в ванную.

Глава 10

Когда Виктор вышел из душа, Кукушка сказала, что приходил Крас. Он принес свежую одежду, которая должна подойти Виктору. А также он приглашал на утренний легкий завтрак. Пока Кукушка плескалась в ванной, Виктор надел белую футболку и джинсы. Джинсы подошли практически идеально. Он запоздало вспомнил, что достаточно давно не делал медитации и даже собрался ее делать, но тут он уловил невероятно аппетитный запах. Запах пробрался в комнату из-за двери. Вдыхая этот тонкий аромат, в голове начали рисоваться картины с домашних застолий, когда мать, отец и Виктор сидели за столом и отмечали праздник Пара. Аромат манил, Виктор больше не думал о медитации. В животе заурчало. Виктору чудился стол, ломящийся от разнообразной снеди. Живот передал сообщение, что он голоден. Виктор с тревогой посмотрел на дверь в ванную. Оттуда все так же доносились звуки текущей воды. «Любимая, ты скоро?» - Виктор приоткрыл дверь в ванную. «Еще пять минут и я буду чистая! Спускайся вниз – я догоню!» - Кукушкин ответ вытолкнул облако водяного пара, густо заполнившего все видимое, через приоткрытую дверь, пространство комнаты. «Хорошо.» - Виктор закрыл одну дверь и открыл вторую. Невероятный аромат жареного мяса ждал его прямо за ней. Аромат провел серию ударов, после чего захватил его в плен и уверенно повел по ступенькам вниз. Ведомый, этим ароматом, Виктор не забыл поздороваться с Красом, который уже накрывал на стол. Тот кивнул в ответ и затараторил – «Ну наконец-то, вы пришли. Усаживайтесь и приступайте. Стейки мариновались всю ночь. Салат из свежих помидоров и огурцов, приправленный маслом и зеленью уже томится целых пять минут! А где леди Кукушка?» «Она будет через пять минут» - Виктор подсаживался к столу и мысленно уже разрезал стейк, но поняв, что стол сервирован только на двоих, решил уточнить – «А Петрушка с нами не позавтракает?» Вздохнув, Крас сказал – «С некоторых пор, Петрушка не любит кулинарных излишеств. Она рано позавтракала и ушла в город по делам. Думаю, что она вернется, когда вы отведаете ватрушки с облепиховым чаем». «А будут еще и ватрушки?» - удивленно спросил Виктор. «Да. Ватрушки с кизиловым вареньем в прикуску и облепиховый чай?» - Крас говорил с надеждой в голосе и умоляюще смотрел на Виктора. «Эээм» - Виктор не знал чем можно было возразить. Но тут в комнату влетела Кукушка – «Крас, милый. Ты своими ароматами вскружил мою голову. Скорее неси еду – я готова съесть целую лошадь!» При этом она быстро заняла свободное место и с наигранной угрозой схватилась за вилку и нож. Крас секунду стоял с счастливым лицом, а потом достал из духовки сковородку и сказал «Ну наконец-то этот день настал! Начнем с горячей закуски! Судак в кляре с ароматным чесночным соусом! А потом все остальное!»

Когда через час в кухню пришла хмурая Петрушка, Крас счастливо мыл посуду, Виктор сомневался, что сможет встать со стула. Кукушка выглядела не лучше. По правде говоря, она уже немного дремала под мерный анонс того, что Крас запланировал на завтрак, обед, полдник, ужин и вечерний перекус на следующую неделю вперед. Петрушка присела за стол и попросила воды. «А может выпьешь чаю облепихового?» - с надеждой спросил Крас. «Нет. Просто дай мне воды» - сказала хмурая Петрушка. Она молча приняла металлическую кружку, выпила всю воду и начала рассказ. «В городе не спокойно. Луна знает, что вы в той гостинице возле торговой площади. Его люди медленно стягиваются в район. Сегодня к вечеру планируют захват. Но информация от них утекла к князю Ворону. И он, в свою очередь собирает отряд, который должен ударить во время вашего захвата и отбить Вас. Понятно, что раз Вас в гостинице не будет, то там начнется форменная бойня между двумя князьями.» Она сделала театральную паузу, и Виктор заметил, что не только он и Кукушка, но и Крас внимательно слушают ее рассказ. «И так как два князя будут воевать друг с другом и при этом искать Вас, то я слила эту информацию Максиму и Корню.» Впервые на лице Петрушки проступила злорадная ухмылка. «Ты слила информацию про нас еще двум князьям?! Ты хочешь, чтобы нас весь город искал?!» - Кукушка моментально завелась и даже начала угрожающе привставать из-за стола. Петрушка спокойно наблюдала за этим, а потом сказала - «Уймись, огонек! Никто про вас не рассказывал. Учись слушать до конца, не перебивать старших и более сильных!» - на последних словах она как бумагу сжала в руке металлическую кружку. Остатки воды, плескавшиеся на донышке, под давлением брызнули в разные стороны. Крас молча подошел, спокойно и без напряжения разжал руку Петрушки и забрал остатки кружки. Потом он открыл верхний шкаф, достал оттуда еще одну точно такую же кружку, наполнил ее водой и поставил перед ней. Все молча наблюдали за этим действом. После чего, Петрушка отхлебнула еще воды и продолжила – «Теперь два других князя знают, что Ворон и Луна будут конфликтовать. А значит сейчас самое время ударить по слабо охраняемым важным объектам. Уверена, что Максим попытается отбить свою паровую станцию назад у Луны. А Корень попытается расширить свои владения за счет одного из соседей. В общем будет жарко. И когда эта заварушка начнется, то всем станет не до Вас. Ты поняла?» Последнюю фразу она адресовала Кукушке. Она кивнула. «Хорошо. Тогда до трех часов в город лучше не выходите. В любом случае, вы сейчас далеко не уйдете – Крас вас накормил своим легким перекусом. Так что лучше поспите. Я займуюсь своими делами, а к обеду я найду время и расскажу тебе, Виктор про наши силы и умения.» - закончив говорить, он встала и вышла из комнаты.

«Пар великий! Этот Крас просто-таки маньяк!» - Кукшка с трудом ввалилась в их комнату. Виктор двигался с опаской и исключительно вдоль стен. Его сильно клонило в сон. Каждый из них достиг вожделенной кровати и бессильно рухнул на нее. «Давно я так не объедалась» - сонные фразы медленно вырывались откуда-то справа. Виктор из последних сил содрал с себя обувь. Кукушка боролась с покрывалом - «А еще я не высыпалась уже целую вечность! Все! Меня не будить!» Виктор хотел возразить, что его самого не будить, но его глаза сами сомкнулись и наступил сон.

Виктор открыл глаза. Ему казалось, что он секунду назад ввалился в комнату вместе с Кукушкой после дикого количества еды, потребленной на кухне. Но шум оживленного города, другая тень от предметов на стенах и собственное состояние подсказывали, что он хорошенько поспал. Виктор сел на кровати и осмотрелся. На соседней кровати спала Кукушка. Ее путь от двери к кровати украшали сброшенные на пол кофта, футболка и брюки. Увидев это, Виктор на мгновение прислушался к своим ощущениям и для полной уверенности все-таки посмотрел на свои ноги. Ощущения не врали – он спал на кровати в джинсах и футболке. Он взглянул на настенные часы. Оказалось, что уже час дня. О чем практически тут же начали по очереди сообщать несколько зычных голосов с улицы. Один из них вещал, что обеденное время следует провести в его закусочной. Второй писклявый голос заявлял, что лучшее заведение для обеда было у него. Оба голоса становились все более настойчивыми и громкими. Но тут весь многоголосый шум был перекрыт рыком Петрушки - «Убирайтесь в свои свинарники! И дайте нормальным людям поесть у пристани!» Казалось, что улица замерла на мгновение и потом вновь заполнилась звуками обычного города. Только среди этих звуков не было слышно зазывал.

Виктор спустился на второй этаж. В кухне творил Крас. На подхвате у него были несколько молодых людей. Каждые несколько минут в комнату вбегал Тихон, хватал приготовленные блюда и уносил их. Виктор завороженно наблюдал за этим действом. Сперва, ему казалось, что действия Краса и помощников хаотичные и бессмысленные. Но вот он понял зависимости, вот стали видны детали и мелкие движения и вот он уже точно мог сказать, куда дальше двинется Крас, чтобы помешать готовящееся блюдо. Еще минута и Виктор осознал, насколько хорошо слажен этот коллектив и как четко они дополняют движения и действия друг друга. Все это напомнило ему механизмы с его работы. И тут он увидел ошибку – один из подмастерьев не глядя запускал по мокрой поверхности большую кружку кипящего молока, а Крас всегда делал два шага назад, выставлял руку и ловил ее. Но что-то отвлекло Краса и кружка уже начала свой путь, а он даже не начал движения в ее сторону. Кружка летела в сторону большого торта сложной формы, и Виктор отчетливо понял, что Крас не успеет ее поймать. Виктор начал чувствовать страх разрушения механизма и в то же мгновение пришло решение. Он просто захотел спасти этот механизм от ошибки. Он посмотрел на летящую кружку, и она замедлила свое движение. Виктор, не убирая взгляда с кружки, сделал пять шагов и оказался возле торта. После чего протянул руку, в которую вошла ручка кружки, как будто он и был частью этого слаженного механизма. Для пущей надежности, он поднял кружку и сделав еще два шага, поставил ее на стол рядом с Красом. Он хотел удивить его. Но тут он осознал, что Крас стоит и смотрит на него. Он ждал его. Это ловушка! Они обманули его! Все было подстроено! Опасность! Все эти мысли пронеслись у него в голове за одно мгновение. Виктор почувствовал, как страх дал небывалый прилив ярости. Вместе с ней пришла сила. Он отметил, как инстинктивно попятились подмастерья, а также то, что Крас начал благожелательно улыбаться. Руки он держал приподнятыми на уровне плеч ладонями вперед, улыбка была благожелательной, но взгляд у него был очень сосредоточенный. Было видно, что он боится пропустить малейшее движение Виктора. Несколько мгновений ничего не происходило. И вдруг взгляд Краса на мгновение сфокусировался на чем-то у Виктора за спиной. Казалось, движение тела Виктора началось раньше, чем сформировалась мысль. Мысль, об опасности, находящейся за спиной. Он разворачивался всем телом и сдвигался в сторону, становясь в боевую стойку. Оказалось, что в комнату вошел и встал у него за спиной неизвестный войн. Он был в боевом костюме без нашивок. Сознание холодно констатировало – опасен. Виктор ринулся в атаку. Он атаковал, но войн отбил его удар правой рукой. Так же как и серию ударов. Далее Виктор атаковал еще несколько раз, но не один из ударов так и не достиг цели. Все они были умело заблокированы войном. Сам воин не разу не контратаковал. Еще он излучал спокойную уверенность. Видя все это, а так же чувствуя, что выдыхается Виктор начал паниковать. Внутри поднимался страх, который дал ему новый заряд сил. Он вновь начал наносить быстрые удары, но они вновь были заблокированы войном. И тут Виктор решил поменять тактику. Ведь он был силен как никто другой, а значит мог просто пробить блок! Он сделал несколько ложных выпадов, наметил удар в голову, после чего вложил всю свою силу в мощный удар, метя в солнечное сплетение, защищенное бронекостюмом. Такой удар было нереально сбить со своей траектории, поэтому войн просто выставил на его пути два своих кулака, прикрывая грудь. Когда незащищенный кулак Виктора столкнулся с бронеперчатками война, время замедлилось. Он не мог изменить траекторию движения кулака и остального тела, но зато мог в полной мере увидеть упершиеся в нагрудник кулаки, слегка деформировавшиеся на них перчатки. Смог видеть, как войн слегка наклонился всем корпусом и в такой позе сдвинулся по полу на добрых полметра, но устоял. А Виктор еле поймал равновесие и время вновь вернулось в обычное русло.

Виктор еле стоял. Он был опустошен. Чувств больше не осталось. Он просто ждал. Войн выпрямился и развел руки спустя долгие три секунды. После чего медленно отступил еще на шаг и снял шлем и спросил низким голосом – «Виктор, ты как?» Это была Петрушка. В это же мгновение Виктор осознал, что все это время сражался с ней. И хоть она и была в бронекостюме, только слепой или одержимый злобой человек был способен не узнать маленькую и хрупкую девушку. Но хрупкую ли?

Глава 11

«Виктор! Виктор, все нормально! Это я.» - Петрушка осторожно подошла к нему и тронула его за плечо. «Мы не опасны. Так надо было. Сейчас все объясним. Присядь и отдышись.» Ее голос был спокоен и Виктор нехотя присел на скамейку у стола. К нему подошел Крас и дал металлическую кружку с холодной водой. Мимо них молча прошли оба подмастерья. «Попей воды и успокойся, а я пойду сниму с себя броню. Вернусь и мы обсудим, то что случилось. Хорошо?» - Петрушка выжидающе посмотрела на Виктора. Он посмотрел на кружку, потом на не и кивнул. Холодная вода заполняла его новыми смыслами. Как первый дождь после засухи. Виктор чувствовал, как опустошенность после боя превращается в интерес. Когда в комнату вернулась Петрушка, одетая в синий сарафан, он готов был обрушить на нее шквал вопросов. Но видя, как он вдохнул воздух для первого из них, Петрушка подняла руку и сказала – «Знаю, вопросов масса, но дай я расскажу основное, а потом отвечу на оставшиеся вопросы. Хорошо?» Виктор кивнул. Петрушка села за стол напротив него. Крас моментально поставил на стол несколько больших глиняных кружек. И корзинку с большими ломтями свежего хлеба. «Крас, ну зачем?!» - Петрушка недовольно посмотрела на повара. «Виктор потратил уйму энергии. И ты тоже. Вам нужно восстановится. А густой кореанский бульон с уникальным набором трав – это лучший вариант! Пока не съешьте – не выпущу из кухни!» - в последней фразе Краса прорезались нотки металла. Некоторое время Петрушка смотрела на него, а потом вздохнула и сказала - «Ладно. Ты прав. Это самая сложная инициация и силы восстановить не помешает.» После чего она взяла в руку кружку, осторожно отхлебнула парящее варево и сказала Виктору – «Начинай есть, а я расскажу тебе что здесь произошло». Виктор тоже взял в руки кружку и сделал первый глоток ароматного, куриного бульона с непередаваемым и очень освежающим ароматом. Тем временем Петрушка начала рассказ:

«Солнце – наш с тобой учитель. Она находит одаренных людей и приглашает в ученики. Но она не может долго оставаться с каждым новым учеником. Она вынуждена уходить достаточно рано. Поэтому отдает набор для письма и учит им пользоваться. И если в ученике просыпаются силы - он пишет ей об этом. Тогда ученик должен пройти инициацию. Это ритуал, в результате которого он должен отчетливо прочувствовать механизмы активации своих сил. Так же при этом на теле проступают магические слова, которые являются активаторами этих механизмов. Иногда она отправляет ученика на встречу с собой и проводит инициацию сама. Но иногда она направляет их к другим, более опытным ученикам, которые проводят инициацию сами. Это уже седьмая инициация, которую провожу я. Ты пришел с уже проявившимися словами, но я уверена, позже ты поймешь, что инициация все равно была необходима. Как минимум ты получил максимальную концентрацию в начале и смог прочувствовать свой запас сил. По крайней мере для активной механики. Твоя надпись» - она указала на правое запястье Виктора. «Это основная механика, которая дает тебе силу. Ты боишься и твой страх дает тебе силу. Это достаточно простая и очень распространенная связка. Еще часто бывает, что источником становится ярость. У меня как раз такая базовая механика.» - при этом она показала свою руку с надписью «Ярость Сила». «А почему у Кукшки не написана ее базовая механика? Она использует ненависть как энергию.» - спросил Виктор и отхлебнул бульона. Петрушка переглянулась с Красом, который все это время тоже внимательно слушал, стоя у плиты и лишь иногда отвлекался на помешивания чего-то в двух кастрюлях. Он покачал головой и вздохнул. «Что-то не так?» - Виктор не понимающе смотрел на замолчавшую Петрушку. Она вздохнула, поднесла кружку ко рту, попыталась сделать глоток, с удивлением заглянула туда и поставила на стол. После чего сказала – «Я хотела бы тебе сказать, но ты не примешь это знание. Или даже обидишься на меня». «Обижусь за что?» - Виктор не понимал, что происходит. «Механики, которые закладывает мастер Огонь, несколько иные. Основной источник энергии там один. И он по сути своей должен быть близок к огню. И это одна эмоция, которая является основной для ученика. Ты не найдешь слова «ненависть» у нее на теле. Но мастер Огонь разглядел его у нее в душе» - Петрушка замолчала и начала рассматривать кружку так, как будто видела ее первый раз. У Виктора в голове начали роится разные вопросы. Сомнения сменялись подозрениями. Все крутилось с сумасшедшей скоростью. Какая ненависть? Ведь она меня любит! И я ее. Они врут! Но зачем? А если правы, то что мне делать? Ведь она может изменится! Она ненавидит только врагов. А утренний бой? Она сорвалась и я тоже. Может это ошибка? «Может вы что-то путаете?» - Виктор не узнал свой голос. Глухой и тихий, он звучал с надеждой. «Может и путаем.» - Петрушка говорила спокойным и примирительным голосом. «Но лучше мы напутаем и ты будешь иметь это в виду, чем не предупредим и позже это станет сюрпризом.» Виктор с сомнением смотрел на нее. «Пойми» - Петрушка наклонилась к Виктору. «Ты самый сильный ученик, которого я когда-либо видела. Я с трудом сдержала твой последний удар. А ведь я была еще в бронекостюме! А ты только прошел инициацию!» - Петрушка заметно волновалась и начала повышать голос. «Когда ты дойдешь до Солнце, пройдешь обучение, выполнишь второе желание. И тогда у тебя будут все шансы получить правильное третье!» - на каждом следующем слове своего монолога Петрушка повышала голос, а последнюю фразу она почти кричала, придвинувшись всем телом к Виктору. «И ты выполнишь! Выполнишь это проклятое… жел…вание.. иии… ееее» - последняя фраза захлебнулась и перешла в рыдание. Петрушка к этому моменту стояла на четвереньках на столе. Она начала бить кулаком по столу. Тело ее била дрожь. Крас накрыл ее пледом с головой и аккуратно снял со стола. «Я успокою ее и вернусь через пять минут, а ты пока попей чаю с плюшками» - его голос повелевал. Он держал на руках Петрушку, завернутую в одеяло. Глаза были залиты золотом. В этот момент Виктор осознал, что и без того миниатюрная Петрушка кажется маленьким ребенком на фоне просто-таки гигантского Краса. Его руки были увиты мышцами. Пока он проходил мимо и с большим трудом протискивался через дверной проем, Виктор успел разглядеть светящиеся золотым надписи - Любовь на правой и Забота на левой руке. Гигантский Крас вышел из кухни. И тут Виктор увидел перед собой чайник, чашку и тарелку свежеиспеченных плюшек, источавших соблазнительный аромат корицы и ванили. Руки сами потянулись к чайнику. Когда со второй плюшкой было покончено, напротив Виктора за стол сел обычный Крас. У него были обычные глаза и обычные размеры. Руки больше не покрывали жгуты мышц. Он взял вторую чашку и налил туда чай. Сделал пару больших глотков, поставил кружку на стол, посмотрел на Виктора и сказал – «Петрушка была самым сильным учеником Солнца. Она прошла обучение и выполнила второе желание. Мы встретились тогда с ней в Солнечной долине. С тех пор мы вместе.» - он выпил весь оставшийся чай и замолчал. «А какое второе желание? И что значит Третье правильное?» - через некоторое время спросил Виктор. Крас молча смотрел сквозь Виктора около минуты. Потом он нехотя ответил - «Я не в праве рассказывать тебе все. Второе желание для каждого ученика индивидуальное. И только Солнце или ученик в праве рассказывать о нем. Но перед тем, как получить третье, ученик проходит ритуал. Его проводит Солнце в особом трансе. В нем она определяет какое задание по силам ученику. Я знаю, что хоть Петрушка и была самым сильным учеником, ритуал указал, что ее мощи недостаточно, для выполнение самого главного задания, а потому она получила более простое. Но она отказалась его выполнять.» Крас замолчал, потому что в кухню зашла Петрушка. «Ты сказал?» - ее красные глаза смотрели на Краса. «Лю.» - он запнулся, увидев ее хмурый взгляд. Отвернулся и глухо ответил «Нет, я не сказал. Это твоя история.» Петрушка села рядом с ним. Хмуро посмотрела на Виктора и сказала – «Виктор, ты силен. И в будущем станешь еще сильнее. Но послушай моего совета, постарайся не привязываться к людям. Я вижу, ты любишь Кукушку. Но она это ходячая проблема. За ней охотится Луна. А это один из самых опасных врагов Солнца, а значит и наш враг. Но ты еще недостаточно силен и опытен, чтобы вступать с ним в бой.» Виктор хотел сказать, что Кукушка любит его и…, но Петрушка подняла руку и продолжила – «Твой путь предначертан, ты не сможешь с него свернуть. Тебе остается только выбрать какой тропой ты пойдешь из пункта «а» в пункт «б». Путь война сложен. Ты можешь потерять близкого тебе человека и боль от утраты станет твоей энергией. Но поверь мне, лучше иметь небольшой запас сил, который ты будешь знать, как быстро можно восстановить. Чем иметь бездонную реку силы, которая закончится перед финальной битвой.» Она замолчала, устремив взор куда-то на стол. «Но почему ты говоришь, что я не смогу свернуть? Ведь я могу и не ехать в Солнечную долину.» - спросил Виктор. «Ты уверен? А ты пробовал не писать ей отчеты? Сколько часов ты продержался?» - Петрушка подняла на него насмешливый взгляд. Потом она посмотрела на Краса и кивнув в сторону Виктора, сказала - «Объясни ему. А я пойду проверю зал». Крас проводил ее взглядом до двери, вздохнул, повернулся в Виктору и сказал – «Понимаешь, Виктор. Солнце, проводя ритуал с каждым из нас, не просто наносит множественные слова и их связки. Она вписывает туда массу скрытых механизмов, правил и обязанностей. Все те слова, которые проступают - это базовые активаторы. По ним можно понять, что даст тебе силу. Еще важным является то, какие стихи она начитывает во время ритуала. Вот почему так важно вспоминать и сообщать ей все про ритуал. В будущем это поможет понять, как лучше использовать твои особенности. Вот твой страх, словно гром-уголь с помощью механизма превращается в пар – энергию. Но в любой паровой машине, кроме основного парогенератора, есть много сопутствующих механизмов. Все они следят за работой, контролируют, фиксируют. И все мы – ученики Солнца, тоже своего рода, сложные механизмы, которые она создает в трансе во время ритуала.» Он испытующе посмотрел Виктора и спросил – «Пока понятно?» Виктор на секунду задумался. Но его наблюдения и догадки, легко ложились на эту теорию и он кивнул. «Хорошо. Так вот, во время ритуала, Солнце закладывает в нас, не только схемы получения энергии и ее реализации, но и сопутствующие компоненты. Такие как необходимость писать отчет и выполнить три желания. И как бы ты этого не хотел, тебе придется это сделать.» Повисла пауза. Через некоторое время Виктор задал логичный вопрос – «Ну если в нас заложена обязанность выполнить три желания, то как Петрушка смогла отказаться от выполнения третьего?» Крас открыл рот, чтобы ответить, но в комнату быстро вошла Петрушка. Она выглядела как обычно, слегка хмурая и сосредоточенная. Ничто не напоминало о ее срыве. Она посмотрела на застывшего Краса, потом перевела взгляд на Виктора и сказала - «Я выросла в приюте и никогда не чувствовала материнской заботы. Солнце стала мне как мать. Она чувствовала мою силу и верила, что у меня все получится. Пять лет мы жили с ней душа в душу. И я думала, что это и есть счастье. Я тренировалась, медитировала, учила других учеников. Сопровождала ее в странствиях и учила медитациям учеников, которых создавала она. Все это время я слышала ее боль и ненависть. Все это время я мечтала помочь ей. Помочь отомстить за все ее страдания. Я мечтала выполнить третье задание и жить с ней всю свою жизнь…» Ее взгляд затуманился. Несколько секунд она молчала. Но вот она заговорила вновь – «А потом настал тот день. День когда Солнце решила, что я достигла своего максимума. Она провела ритуал, который указал, что я недостаточно сильна для мести. И она дала мне более легкое третье задание. Или желание, как тебе угодно» - она резко махнула рукой. Взглянула на Краса и прошептала с дрожью в голосе – «Держи меня, любимый». Виктор перевел взгляд на Краса и увидел, как лишь на мгновение на его лице отразилась забота, а уже через секунду его взгляд начал наливаться золотом, а размеры фигуры раздаваться вверх и в стороны. «Я мечтала выполнить любое желание, какое она скажет!» - Виктора отвлек громкий крик Петрушки. Она стояла, держась за край стола. Ее била дрожь. Глаза стали полностью черными. На левой руке медленно проступала алая надпись «Здравствуй, любимая!». «Ииии яя была сильная. СИИЛЬНАЯ!» - Крас, гигантских размеров, с руками увитыми жгутами мышц с большим трудом держал Петрушку в объятьях. Она чеканила каждое слово «И. Я. Получила. Его…. Задание! Желание! И. Что?!» - Петрушка на секунду обмякла, но Крас напрягся сильнее. Виктор завороженно смотрел и слушал, не в силах сделать даже шаг. «Я! Должна была убить ЕЕ!!! Мою мать!!! Солнцееее. ААААА!!!» - рывок в сторону Виктора, который выполнила Петрушка был очень сильным. Крас удержал ее в последнее мгновение. Она остановилась перед замершим Виктором. Лицом к лицу. Расстояние было около двадцати сантиметров. «Я. Должна. Была. Убить. Солнце.» - зловещим шепотом, чеканя каждое слово, она медленно отодвигалась от Виктора. Взгляд ее стал потерянный. Некоторое время он блуждал по комнате и остановился на теряющей яркость надписи «Здравствуй, любимая!» на ее руке. «Сложно описать словами, что пережила я. Еще больше пережил Крас, который сопровождал меня» - она с благодарностью посмотрела на гиганта, сильно, но нежно сжимающего ее в объятьях. Потом она вновь перевела свой взгляд на надпись и продолжила «Мне удалось победить механизм. Я больше не обязана выполнить ее желание. Ну по крайней мере, практически всегда не обязана.» - кривая ухмылка прервала рассказ. Надпись больше была не видна. Ее глаза вновь стали обычного серого цвета. «Но, как ты уже знаешь, мы - это сложный организм, собранный из разных магических механизмов. Механизмов сильных и надежных. И мне за сломанный механизм пришлось заплатить большую цену. Я выжила в аду, который в сотни раз хуже, чем у курителя красных орехов на двадцатый день ломки. Выжила, потому что сожгла механизм. И сожгла я его вместе с любовью. Любовь ушла без остатка. Я больше не могу любить.» - тихий, спокойный голос, усталый взгляд. «У меня не светиться эта надпись» - она ткнула себе в левое запястье. «И мои чувства просыпаются во время таких срывов. В это время я люблю Краса» - гигант при этих словах дрогнул. Петрушка развернулась в его объятьях и поцеловала его. Крас разжал объятья и начал возвращается к своим обычным размерам. Петрушка прошлась до стены и вернулась в легком танце. «Я люблю жизнь. Я люблю Солнце. Но в это же время я начинаю хотеть ее убить» - грустная улыбка прервала рассказ. Некоторое время они с Красом вальсировали по комнате под одним им слышимую музыку. Виктор словно зачарованный следил за каждым их движением. Потом они обнялись и так и стояли несколько минут. Потом Петрушка отстранилась и продолжила своим обычным низким голосом - «Каждый такой срыв приводит к тому, что пружина уничтожения, сжатая во мне, пытается разжаться. И я хочу крушить и убивать. Если бы не Крас, то я бы уничтожила весь этаж. Но каждый такой срыв, это возможность любить и быть любимой.» Она подошла к Красу, нежно тронула его за руку. Повернулась к Виктору – «Тебе не сломать механизм, не потеряв часть себя. Поэтому, не привязывайся к людям и становись сильнее. Быть может ты получишь то самое главное задание и сможешь осуществить месть.» После этих слов она повернулась к Красу и прошептала «До встречи, любимый». После чего закрыла глаза и рухнула в его объятия.

Глава 12

Крас бережно взял на руки бесчувственную Петрушку и понес ее. У самой двери он повернулся к Виктору и устало сказал - «На пять часов вечера назначен штурм гостиницы. До этого времени нам всем можно отдохнуть. Кукушка проспит до этого времени. И ты отдохни. Приходите к ужину». После чего он скрылся в дверном проеме.

Виктор медленно поднялся по лестнице, зашел в комнату и посмотрел на безмятежно спавшую Кукушку. Сотни мыслей роились у него в голове. Он вспомнил, как она наступала на него с горящими глазами. Слова Петрушки о ненависти громогласно прозвучали в голове. Сомнения обуревали его. «Так! Надо принять душ и отдохнуть. А там и пар мысли расставит.» - решил он. Приняв душ, Виктор лег на кровать и практически мгновенно заснул. Его разбудила Кукушка. Точнее сказать, его разбудила обнаженная Кукушка, лежащая на нем. Слов не требовалось и следующие двадцать минут пролетели как одно мгновение. Позже, Виктор лежал уставший и довольный. Он наблюдал, как обнаженная девушка идет в сторону ванной. «Нет, она не может ненавидеть меня. У нас все будет хорошо!» - эти мысли окончательно убрали все его сомнения. Это подняло его и без того хорошее настроение до невероятных высот. Когда Виктор вышел из душа, Кукушка медитировала. Он в очередной раз подумал, что не плохо бы и ему сделать медитацию. Но стоило ему расстелить коврик и расположится на нем, как Кукушка открыла глаза, увидела его и сказала решительным голосом – «Э нет! Как нападать на беззащитных девушек, так вот он первый! А как кормить ужином, изнеможенную любовью, так он в медитацию сваливать! Вставай. Вставай, лодырь! Иначе я тебя сейчас есть буду!» При этом она теребила его за руки, нос и даже уши. Очень быстро Виктор понял, что по медитировать ему не дадут. Он вздохнул и пошел одеваться.

Крас как раз расставлял тарелки на столе, когда они зашли в кухню. «О, вы проснулись. Как раз вовремя! Присаживайтесь» - он сделал приглашающий жест. «Как раз вовремя для чего?» - с подозрением спросил Виктор. «Вовремя для буженины с кореанскими травами, запеченной картошки и еще всякого по мелочи» - уклончиво закончил Крас. После чего торопливо начал заставлять все свободное место на столе разными блюдами. Виктор отметил, что стол сервирован на четверых и спросил - «А когда придёт Петрушка?» Крас посмотрел на настенные часы, задумался на мгновение и сказал – «Думаю, что успеет ко второй подаче блюд». Петрушка пришла через пол часа. К этому моменту Виктор с трудом дышал, а Кукушка сонно слушала Краса, который увлеченно рассказывал о преимуществах использования сыра произведенного в Турии. Она окинула взглядом стол и радостно сказала - «Раз вы слушаете лекцию про сыр, который варят эти любители макарон, то вторую смену блюд я уже пропустила?» После чего она села на оставленное ей место. «О! Не переживай так сильно. Кукушка любезно предложила оставить тебе всего понемногу в теплой посуде на печи.» - Крас моментально начал выставлять перед ней кучу теплых тарелок. «Мда. Спасибо ей за совет» - Петрушка с грустью смотрела на все появляющиеся блюда. Но тут она просветлела лицом и сказала – «Я собрала свежую информацию. Ну и кашу удалось заварить..» - на этих словах она осеклась и с опаской посмотрела на Краса. Но он увлеченно расставлял кушанья и не заметил упоминания про кашу. Когда все блюда были расставлены, Петрушка начала свой рассказ – «Ворон решил не ждать пяти часов и тайно провел в гостиницу группу своих лучших бойцов. Они были в гражданском и прошли не замеченными. Они ворвались в Ваш номер и никого не нашли. И когда они уже вышли из гостиницы, кого-то из них опознал боец из патруля Луны. Он вызвал подкрепление и через несколько минут группа Ворона была окружена. Но тут подоспели еще войны Ворона, которые решили вызволять своих из окружения. И началась бойня» - Петрушка на время замолчала, так как справлялась с бужениной. Когда с гигантским ломтем мяса было покончено, Крас спросил – «А что гражданские? Не пострадали?». Петрушка сделала большой глоток минеральной воды, зажмурилась и весело ответила – «Они последнее время проявляют просто-таки фантастическое чувство момента. За три минуты улицы вымерли. И даже магазины успели закрыть. Так что тут без потерь.» Виктор отметил, что Красу было важно, что бы обычные жители не пострадали. Сделав еще пару глотков воды, Петрушка продолжила – «Но, как оказалось, Ворон запланировал еще одну атаку. И пока основные силы Луны разворачивались, чтобы помочь в бою возле гостиницы, он ударил по складам. А это» - она сделала паузу – «Другой конец района. Туда так быстро не переместишься. Да и позвонить было не кому – все бойцы сражались возле гостиницы.» Петрушка замолчала, прожевывая покрытую румяной коркой дольку картофеля. Крас с умилением смотрел на нее, Кукушка из последних сил боролась со сном. Странно, но Виктор, хоть и чувствовал, что объелся, сохранял удивительную четкость восприятия. «И вот, сейчас Ворон отступает.» - Петрушка справилась с картофелем и намазывала утиный паштет на ломтик стебля сельдерея. «Он забрал богатую добычу со складов. Убил большую часть охраны и поджег здания. А лучшие войны, сражавшиеся возле гостиницы, отступили практически без потерь.» «Вот это маневр! Ворон вновь на коне!» - Крас возбуждено встал и начал расхаживать по кухне. Но потом он спохватился и спросил – «А что остальные князья?» Петрушка пожала плечами и ответила – «Пока ничего. Дружины приведены в боевую готовность. Но они выжидают. Наверно хотят увидеть результаты боя и тогда..» Дверь в кухню приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась голова Тихона. Он смущенно кашлянул, дождался, когда Петрушка обратит на него внимание и сказал – «Хозяйка, там попрошайка у входа крутится. Как бы клиентов не распугал. Может вы его это?» После чего с надеждой начал смотреть на нее. «Что «это»?» - раздраженно спросила Петрушка. «Перерезать ему глотку и закопать на заднем дворе? Или одарить его златом? Что ты конкретно от меня хочешь?» - при этом она все-таки встала и пошла к двери. Когда она вышла, еще некоторое время было слышно, как она бурчит по этому поводу. Крас, видимо точно знал, что будет дальше, потому что сразу же достал металлическую кружку и наполнив ее водой, поставил на стол рядом со стулом Петрушки. После чего спросил у Виктора и Кукушки – «Вам еще что-то предложить? Может плюшек с чаем?» Последняя фраза подействовала не хуже, чем ведро ледяной воды на Кукушку. Она бодро вскочила со стула и сославшись на усталость в несколько мгновений исчезла из кухни. Ошарашенные мужчины слушали ее удаляющийся топот по деревянным ступеням, кульминацией которого стал глухой стук захлопнувшейся двери. «Мда. Прыткая девушка. Ну ничего. Это даже к лучшему.» - последнюю фразу Крас произнес заговорщицким тоном. Неуловимым движением он поставил перед Виктором стакан с минеральной водой. «Выпей стаканчик воды. Это Турийская глубокая – лучшая минералка на этом континенте. Через минуту, после отрыжки, ты вновь сможешь ходить, как будто и не съел всего этого. И еще через пять минут твое сознание станет таким же чистым, как и вода в стакане.» Раньше Виктор не пил минеральную воду. Она не понравилась ему в детстве, показавшись колючей. Но сейчас он пил ее с большим удовольствием. Холодная, играющая пузырями газа по небу, она дарила ощущение наполненности и спокойствия. И это было великолепно. А потом пришла отрыжка. Вместе с ней из него улетучилось ощущение тяжести в животе. И тут вздрогнул весь дом, а вместе с ним и Виктор. С улицы прозвучал громогласный рев, который можно было сравнить с гулом трех паровозов, которые одновременно отбывали с разгрузки гром-угля. Но только это были не паровозы, не ведомо как появившиеся на тихой улочке. Это был громогласный крик Петрушки – «Свалил отсюда, пока я тебе твой костыль вместо руки не приделала!» Виктор отметил, что Крас даже не вздрогнул. При этом он уже что-то методично мешал в небольшом горшочке, стоящем на маленьком огне. Виктор встал и увидев вопросительный взгляд Краса сказал – «Пойду проверю как там Кукушка. Мы с ней не привычны к таким громким звукам.» Крас хмыкнул и не переставая мешать, спокойно сказал – «За нее можешь не переживать. Она спит как младенец и даже взрыв склада гром-угля рядом с ней не способен ее разбудить» Виктор удивлённо повернулся к Красу и спросил – «Но как ты можешь быть в этом так уверен? Петрушка кричала очень громко. Возможно ее было слышно даже в соседних районах.» Крас хмыкнул еще раз, снял горшок с огня с помощью прихвата, повернулся к Виктору, и сказал, глядя ему в глаза – «Я уверен на весь пар мира. Так как она не выпила минеральной воды через сорок минут после того, как она начала есть мои лучшие блюда. Если бы она выпила, то была свежа и полна сил так же, как и ты. А так она проспит до самого утра. Уже поверь моему богатому опыту» Череда мыслей пронеслась у Виктора в голове. Меня обманывали и могли усыпить! А ведь я доверял им! Но ведь он рассказал мне. Значит можно доверять? Теперь понятно, почему Кукушка спала весь день. Но почему? «Потому что мы верим ТЕБЕ» - Виктор резко обернулся. Он не заметил, как Петрушка вошла в кухню. Она как не в чем не бывало прошла мимо него и села за стол. После чего посмотрела на него и продолжила – «Виктор. Ты ученик Солнца. На тебе ее почерк и ты пришел ко мне и назвал мое имя и доверился мне. И я тебе доверяю. А Кукушка – огонек. Она не верит нам. И мы не верим ей. Сейчас я расскажу новости, которые принесли мне информаторы. И еще расскажу тебе кое-что очень важное. И мне бы очень не хотелось, чтобы это узнала Кукушка или кто-либо еще.» Она умолкла. Виктор посмотрел на нее и на Краса, сел за стол и ответил – «Я понимаю, о чем ты. И даю слово, что все что ты сейчас мне расскажешь я буду держать в тайне и не расскажу никому.» «Хорошо» - было видно, что Петрушка не сомневалась в его ответе. Она сделала пару глотков воды из приготовленной Красом кружки и продолжила. «Дружины Максима и Корня пришли в движение. Максим все-таки попытается отбить Паровую станцию, которую вот уже третий месяц контролирует Луна. А вот Корень удивил. Он тоже собирается ударить по территории Луны. У него мало шансов на захват и удержание чего-либо. Но, видимо, он просто хочет насолить как можно больше.» Петрушка вновь сделала пару глотков. «Получается, что Луну хорошенько проучат. И при этом остальные князья не получат весомого преимущества. Прямо вот идеально.» - Крас был очень доволен. И начал засыпать чай в заварник. И тут у Виктора возник вопрос – «А идеально для кого?» Впервые он увидел, как ложка с горкой свернувшихся, сухих чайных листков замерла, так и не донеся свой груз до чайника. Крас посмотрел на Виктора, а потом на Петрушку. А она в свою очередь спросила у него – «Ответишь ему?». «Нет» - ложка продолжила свой путь. «Ты же знаешь, что на это у меня нет права» - Крас налил в чайник кипяток, помешал и продолжил – «Скажи ему ты. Ведь такое право выдано только тебе.» «Право чего?» - Виктор начал уставать от недосказанности и таен. «Право, Виктор» - Петрушка встала со стула, вытянулась во весь свой небольшой рост и заученно произнесла – «Право на информирование о существовании службы, аспектах ее деятельности и назначении, в целях последующей вербовки или приобщении к выполнению заданий». После чего вновь села за стол, допила воду и уже обычным своим низким голосом сказала – «Мы работаем на тайную службу императорского совета. И сейчас нам нужна твоя помощь.»

Глава 13

«Какой такой совет? Ты о чем?» - Виктор удивленно смотрел на Петрушку. «Совет — это тайная государственная служба, которая следит за тем, чтобы империя Лит оставалась целостным и процветающим государством.» - говоря это, Крас поставил на стол чайник и чашки. «У службы много агентов, таких как мы. И мы следим, за глобальными угрозами, передаем информацию в штаб, а также регулируем процессы на местах.» - Петрушка приняла чашку с ароматным чаем из рук Краса и продолжила. «Наша непосредственная задача — это уравнивание сил среди местных князей. И дополнительный контроль князя Лун. Про его императорские амбиции нам давно известно, но совет не будет открыто выступать против владельца шахт гром-угля, дающего десятую часть добычи всей империи.» Она сделала большой глоток чая, посмотрела на Виктора и продолжила - «И вот нам приходится время от времени сорить князей между собой, чтобы никто из них не набрал силу и не подмял под себя остальных.» У Виктора как будто сложилась головоломка и, просветлев лицом он сказал – «Получается, наше появление вам здорово помогло. Ты слила информацию куда надо и вот они снова враждуют. Верно?» «Да. Все так. Разделяй и властвуй – сказал один мудрец. И совет ведет такую политику везде. С князьями по-другому нельзя.» - Петрушка задумалась, разглядывая зеленый узор на чашке. «А какая помощь Вам нужна от меня? Я же ничего не понимаю в политике, да и князей не знаю» - Виктор непонимающе перевел взгляд с Петрушки на Краса и назад. Крас посмотрел на задумавшуюся Петрушку и ответил за нее «Ты отличный воин и мы верим тебе. А сейчас нам как раз нужен еще один боец, чтобы провести диверсию. Ты нам поможешь? Ты станешь агентом имперского совета?». После чего они с Петрушкой уставились на него в ожидании. Виктор смущенно ответил - «Ну я не против Вам помочь. Но все равно не понимаю как.» Перушка отхлебнула чая и продолжила - «Последнее время, Корень сильно осторожничает и при этом копит силы. Информации о нем у меня немного, но есть ощущение, что скоро он может стать проблемой. И вот даже в этой ситуации он выделил совсем немного сил, для удара по Луне.» Петрушка говорила заговорщицким тоном - «Поэтому нам нужно раскачать его на активные действия. Другими словами, поссорить с каким-нибудь другим князем.» «И с кем именно?» - Виктор начинало нравится быть агентом. «Идеальным вариантом станет Ворон. Последнее время он занимает второе место по всем показателям развития. И у него даже есть старый повод для нападения. Пару лет назад, Корень захватил его винокурню. Сейчас туда вложены хорошие деньги и она приносит стабильный доход.» - Крас оживленно жестикулировал, буквально отсчитывая золотые из воздуха. «И мы собираемся одеться в броню дружинников Ворона и сделать попытку отбить винокурню. Естественно, у нас это не получится, но это должно инициировать последующие разборки. Как тебе план?» - Крас уставился на Виктора. «А они поверят, если трое войнов будут нападать?» - с сомнением спросил Виктор. «Если три, то нет. Но нас будет десять и мы оставим одного мертвого дружинника Ворона. Как раз, когда подойдет подкрепление – мы красиво отступим» - Крас весело подмигнул Виктору. «А где мы возьмем мертвого дружинника?» - удивленно спросил Виктор. «Прихватим по пути.» - с ухмылкой сказала Петрушка и встала. Посмотрела на наручнные часы и добавила - «Времени на сборы осталось не так уж и много. А еще надо встретится с остальными, одеть броню и согласовать действия. Крас.» - она задержала взгляд на нем, чуть дольше. «Забери Рыбака и его мешки. Встречаемся на складе возле депо паробусов.» Крас молча кивнул и вышел из кухни. Петрушка подошла к шкафу и достала оттуда небольшую коробочку. Держа ее в руках, она подошла к сидящему Виктору и спросила – «Ты готов стать агентом службы императорского совета?» Виктор встал, прислушался к себе и ответил – «Да. Готов. И я помогу Вам.» Петрушка кивнула и протянула ему коробочку – «Возьми и надень.» Внутри оказались часы. Первые часы в его жизни. До смерти матери, он откладывал деньги, чтобы купить их себе, но так и не купил. Это были недорогие часы в металлическом корпусе с ремешком из коричневой кожи. Светло серый циферблат, две черные стрелки и серебристая секундная стрелка. На часах не было никаких пометок о заводе или мастере, который их произвел. После всестороннего осмотра Виктор одел их и помахал рукой. Часы сидели как влитые. «Это не просто часы, это знак того, что ты агент нашей службы. Внешний вид у каждых часов разный, но все они несут в себе немного магии. Смотри.» - Петрушка поднесла свое запястье на небольшое расстояние от его, так чтобы двое часов были друг напротив друга. В этот же момент Виктор почувствовал острый укол на запястье в том месте, где его накрывал механизм. «Не переживай, там нет раны. Это магическое воздействие. Так можно будет определить, что человек напротив тебя действительно на службе. А теперь мне надо активировать твой экземпляр и привязать его к тебе. Потребуется капля твоей крови.» - Петрушка сняла с его руки часы, перевернула циферблатом вниз и достала иголку. После чего требовательно протянула руку и сказала – «Дай пальчик и не бойся, это не больно». «Кто сказал, что я боюсь?» - Виктор насупился, но вытянул раскрытую ладонь. Петрушка быстро кольнула ему указательный палец и выдавила оттуда большую каплю крови, которая упала на обратную сторону часов. Вопреки ожиданиям Виктора, капля практически мгновенно полностью впиталась в казавшийся монолитным слой металла. «Вот и все. Теперь эти часы только твои и если их оденет кто-то другой, то они не будут давать такой сигнал.» Потом она снова посмотрела на свои часы и продолжила – «У нас не так уж и много времени. Если надо в уборную, то лучше сходи сейчас. Все оружие и бронекостюм получишь уже на складе. Жду тебя тут через пять минут».

Кукушка безмятежно спала на кровати. Виктор смотрел на нее и его накрыли сомнения. Может стоит разбудить ее и взять с собой? Но он пообещал не рассказывать ей о службе. Но он поступает не честно по отношению к ней! И она его любит! Но он пообещал! Он докажет, что хороший агент и пригласит Кукушку в ряды службы. Да! Цели были расставлены, куртка накинута и полный оптимизма, он вбежал на кухню. Петрушка тоже одела куртку и держала в руках два рюкзака. Увидев Виктора она протянула ему один из них и скомандовала - «Одевай и выдвигаемся.» После чего лихо закинула свой рюкзак за спину. Когда они вышли на улицу, то на Виктора обрушился шум вечернего города. Вдалеке пыхтел паробус, мимо сновали конные упряжки такси, вдалеке слышались выкрики зазывал. Много разного люда прохаживалось по тротуарам в разные стороны. Никто не обращал внимания на двух путников с рюкзаками, быстро передвигающихся по улице. Петрушка прорезала толпу как нож масло. Виктор еле успевал за миниатюрной девушкой. Вокруг светились вывески магазинов и развлекательных заведений. Заглядевшись на красивую витрину одного из магазинов Виктор на полном ходу, врезался в рюкзак Петрушки – она пропускала пыхтящий паробус, набитый до отказа людьми. «Виктор, для всех остальных, кроме Краса, меня зовут Петра. Не забудь это, пожалуйста.» - сказала она. Он кивнул. Еще полчаса они пробирались через разные районы города. В какой-то момент город начал меняться – все реже встречались магазины и развлекательные заведения и все чаще они шли вдоль глухих заборов. Как раз возле одного из таких заборов они и остановились. Петрушка подошла к уличному фонарю, посмотрела на часы и осмотрелась. Виктор тоже огляделся – уже стемнело и в округе не было видно ни одного человека. Тем временем Петрушка сделала несколько шагов от фонаря вдоль забора, после чего повернулась к нему лицом и постучала как будто там была дверь. Подходящий в ней Виктор, услышал ответный стук с той стороны. После чего плотно подогнанные деревянные двери, незаметные, для обычного прохожего, раскрылись и пустили их внутрь небольшой комнаты. Когда они прошли, двери за их спиной так же закрылись. Виктор проследовал за Петрушкой в следующую комнату и огляделся. По факту это был большой склад. Вдоль стен стояли стеллажи. На некоторых из них лежали какие-то коробки. А на ближайших к Виктору, был разложен разнообразный военный инвентарь. Рядом с стеллажами стояли лавки, на которых раскладывали свое снаряжение семь человек. Они были заняты, поэтому не обратили никакого внимания на появление Петрушки и Виктора. Справа из тени вышел Крас, облаченный в боевой костюм. Он протянул Виктору еще один и с казал - «Вот, подобрал по твоим размерам. Думаю, сядет вполне сносно. Как оденешь, посмотри на стеллажах оружие и выбери что понравится.» После чего он взял у Виктора его рюкзак и вместе с Петрушкой ушел в отдельную комнату. Когда-то Виктор слушал, как коллеги на паровом заводе обсуждали особенности новых моделей бронекостюмов, поэтому сейчас со знанием дела разложил на полу отдельно все элементы. Осмотрел круглый металлический шлем, закрывающий верхнюю часть головы по лоб, уши и затылок. Убедился, что забрало не скрепит и хорошо вщелкивается в паз на подбородке. Проверил ремешки, удерживающие металлический нагрудник на толстой кожаной подкладке, с пробковыми амортизирующими элементами. Примерил в руках, подходят ли ему штаны, с круглыми металлическими наколенниками и поножами. У Краса оказался отличный глазомер и все элементы бронекостюма сели на Виктора отлично. Он не стал сильно долго выбирать оружие. Взял набор метательных и два длинных ножа. А также короткий меч. Когда все предметы были на своих местах, он заметил, что остальные участники уже тоже собрались и оживленно что-то обсуждают возле стола. Когда он подошел, то услышал, как Крас рассказывал план действий – «..повторяю еще раз. Действуем максимально скрытно. Сначала Рыбак, Петра и Носик снимут часовых на главных воротах. Они подадут знак и тогда заходим мы. Дальше нужно будет снять часовых на двух сторожевых вышках по углам забора – это Рыбак и Носик. После чего за вами наблюдение. Основная группа заходит через ворота в здание винокурни. Вечером там только дежурная смена. Постарайтесь избежать жертв среди мирного населения. Их запрете в любом подсобном помещении без окон. Это если получится. Внутри тоже должна быть охрана. Примерно от 5 до 10 дружинников. Ваша задача атаковать их так, чтобы они успели вызвать помощь. После чего можно убить почти всех. Кто-то же должен будет рассказать, что это сделал Ворон. Все ясно?» Все дружно кивнули. «Виктор!» - Крас подошел к нему с круглым щитом - «Возьми его. Видишь тут дополнительные лямки – его можно повесить себе за спину. Может спасти тебе жизнь.» Пока он помогал Виктору навесить щит он продолжил «Держись всегда рядом со мной и Петрой. Мы втроем главный резерв на всякий случай. Можешь не стесняться показывать свои умения при остальных агентах – они видали всякое и не задают вопросов.» Через пять минут все десять войнов вышли из склада и уверенно пошли по улице. Виктор шел по середине процессии и в какой-то момент спросил у Краса, идущего рядом – «А почему мы так спокойно идем? Ведь мы должны красться и скрываться.» «Не должны. Мы обычный отряд, возвращающийся с патрулирования. Идем по территории своего князя. Мы не будем скрываться. Тем более это насторожит воон того дружинника, а нам его еще с собой до винокурни нести.» - сказал Крас и указал на война, который стоял опершись спиной на фонарный столб и читал какую-то газету. Он лишь на мгновение оторвался от газеты, окинул взглядом их отряд и вновь углубился в чтение. Когда первые бойцы их колоны поравнялись с читающим, Виктор увидел, как Крас, не сбавляя шага осмотрелся по сторонам и кивнул. Через мгновение он поравнялся с ним и что-то невероятно быстрое влетело читавшему дружиннику в голову, сбив шлем, который улетел на расстояние не мене десяти метров. Крас быстро подхватил сползающее тело, закинул одну руку война себе на плечо, а вторую дал Виктору. Он повторил маневр и продолжил идти. Теперь со стороны было похоже, что они ведут домой перебравшего товарища. И только капли крови, стекающие на мостовую из пробитого виска, могли опровергнуть эту теорию. Но кто их увидит в темноте? Через несколько секунд их нагнала Петрушка. Ее глаза светились золотом. Она держала в руках погнутый шлем война. «Далеко улетел?» - участливо спросил Крас. «Прилично. Пришлось пробежаться» - Петрушка не запыхалась. Она попыталась одеть шлем на голову дружинника, но гигантская вмятина в металле мешала это сделать. Тогда Петрушка взялась за края шлема обоими руками и разогнула его. После чего шлем с паром пополам все-таки налез на голову. «В следующий раз нужно будет бить с меньшей силой, а то сплошные хлопоты с ними» - Виктору показалось, что Петрушка смеется. Но из-под забрала ее шлема было ничего не видно. «Вот сейчас тебе следующий раз и представится» - серьезным тоном сказал Крас, а потом добавил – «Мы пришли. Винокурня за углом».

Дальше все пошло примерно так, как рассказывал Крас. Петрушка и еще два война выбрали правильный момент и неимоверно быстро добежали до сторожки на главных воротах. Там миниатюрная Петрушка по очереди с легкостью закинула двух войнов в бронекостюмах на верхний край забора. Они бесшумно спустились вниз и через десяток секунд открыли дверь во внутрь. Туда зашла Петрушка. Секунды тянулись медленно. Было видно, что все остальные войны и Крас напряжены до предела. Через мучительные двадцать секунд в дверном проеме появилась Петрушка. Ее глаза светились золотом. Она махнула рукой и остальные войны ринулись в дверной проем. Виктор вбежал предпоследним и увидел, как бежавший последним Крас сгрузил на пол мертвого война и закрыл дверь. Увидев вопросительный взгляд Виктора, он пояснил – что бы не было подозрительным, что вход открыт. У стены сторожки лежало три мертвых дружинника Корня. Виктор вышел из сторожки и осмотрелся. Внутренний двор занимали несколько больших бочек, высотой в несколько метров, какие-то ящики сложенные в два ряда и накрытые тентом и основное здание винокурни. Вдоль стен которого уже сидели остальные агенты. Один из которых призывно махнули ему и Красу рукой. Они подбежали к нему и присели у окна. «Что видно?» - поинтересовался Крас. Махавший воин, начал рассказывать, при этом он профессионально подглядывал в окно с помощью небольшого зеркальца. «Кажется мы пришли в самый неподходящий момент. Внутри десять обнаженных по пояс войнов. Они стоят в круге. Круг расчерчен чем-то красным. Думаю, это кровь. Так, а кто это у нас тут ходит такой весь красивый?» - некоторое время он молча разглядывал что-то в зеркальце, после чего передал его Красу и сказал – «Посмотри сам и скажи кого ты видишь.» Крас взял зеркальце выставил руку и начал осмотр. Сначала его рука хаотично рыскала в разные стороны, но потом резко остановилась. Некоторое время Карс смотрел в зеркальце не мигая, а потом тяжело вздохнул, передал его назад владельцу и сказал скорее всем, чем кому-то одному – «Уж кого я не ожидал увидеть в этой части суши, так это Крилонского Чернокнижника.» Виктор заметил, как остальные агенты вздрогнули, а Петрушка подобралась, и начала напоминать дикую кошку за секунду до смертельного броска.

Глава 14

«Меняем план» – Крас посмотрел на Петрушку. Она кивнула. «Основная задача – чернокнижник. Чтобы он там не колдовал, это нужно предотвратить. Все знают что надо делать?» Крас обвел всех взглядом. «Я не знаю. И вообще не знаю про чернокнижника ничего» - Виктор смущенно опустил глаза. «Это не беда. Тебе про них надо знать совсем немного. Первое» - Крас начал загибать пальцы. При этом он следил, как остальные агенты проверяют оружие и застежки бронекостюмов - «Это, как правило, очень плохие люди. Они творят много зла и не останавливаются ни перед какими жертвами, для достижения своих целей. Второе. Они очень живучи и способны убить очень много людей даже потеряв в бою обе руки. Поэтому надежней всего целить ему в голову. В идеале эту самую голову отрубить. Ну и они колдуны или маги, как тебе угодно. Поэтому могут творить всякое. Но это зависит от его ранга или круга. Вроде все. Понятно?» Виктор несколько секунд прокручивал услышанное в голове, после чего спросил – «А какой ранг у этого чернокнижника?» «Не знаю. На нем не написано. Но можешь у него спросить» - улыбнулся Крас. «Так, хватит пар обсуждать. Выдвигаемся.» - Петрушка начала раздавать команды – «Рыбак со своими с левого фланга заходишь. Носик, бери своих людей и заходи с правого. Ваша задача – войны, которые участвуют в обряде. Головы с плеч каждому. А мы с Красом и Виктором войдем через главный вход и займемся чернокнижником. Все понятно?» - она посмотрела на агентов. Они молча кивнули. «Тогда выдвигаемся. Две минуты вам должно хватить на проникновение. Когда мы откроем дверь – атакуйте.» Виктор наблюдал, как две группы людей быстро и бесшумно бежали вдоль стен винокурни, пока не скрылись за углами здания. «Виктор» - Петрушка тихо окликнула его. «Знаю, что тебе будет сложно активировать свои силы. Поэтому мы с Красом на тебя не рассчитываем. Но любая помощь от тебя не помешает. У нас есть еще пол минуты – сконцентрируйся.» Виктор попытался последовать ее совету, но не смог. Ему было обидно. Ведь он уже столько сделал. У него есть сила. И он прошел инициацию. Да как они вообще могут не рассчитывать на него?! В этот момент он почувствовал, как сила начала переполнять его. «Виктор, пора. Заходим» - он поднял взгляд, полный гнева на Петрушку, собираясь высказать ей, но осекся. На него смотрели два маленьких светящихся солнца. «Не благодари» - низкий голос Петрушки излучал доброту и благожелательность. «Пора» - за ее спиной появился большой Крас с светящимися глазами.

«Похоже тут заперто. Надо взламывать» - сказал Виктор, увидев навесной замок. «А мы постучим и нам откроют» - уверенно сказал Крас. После чего качнулся назад и со всей силы ударил ногой в двери. Обе створки деревянной двери влетели внутрь помещения, сорвавшись с петель. «Пар вам в дом!» - громогласно крикнул Крас входя в помещение. Петрушка и Виктор последовали за ним. Перед ними предстала красочная картина. В центре зала стояли десять мужчин, раздетых по пояс. Они образовывали круг. Точнее, они стояли внутри круга, нарисованного на полу красной краской. От ног каждого из них отходили нарисованные лучи, которые упирались в небольшие стеклянные колбы с кранами. Из кранов синхронно капала красная жидкость. Каждая капля мгновенно впитывалась в нарисованную линию. Напротив одной из колб стоял мужчина пожилого вида с седой бородой и черными волосами. Он был наряжен в красный халат с длинными полами. Его шея была увешана большим количеством непонятных предметов. В левой руке он держал маленького, еще живого грызуна с небольшим надрезом шеи. Правой он поддерживал стеклянную воронку так, чтобы кровь, толчками вытекающая из раны, попадала в колбу. Он поднял сосредоточенный взгляд, на вошедших и спросил - «Вы по какому делу, милейшие?» В ответ Петрушка метнула нож. Он воткнулся в левую руку ниже плеча. Рука отпустила зверька, который упал в воронку и вместе с ней рухнул на пол. «Проклятье! Еще один линг на смарку!» - чернокнижник быстро оттащил здоровой рукой тушку зверька в сторону. После чего поднял глаза на Петрушку и спросил – «Вы хоть представляете, как трудно найти в этом городе настоящих королевских лингов?» В ответ она метнула еще один нож, но он упал на пол, наткнувшись на невидимую преграду в двадцати сантиметрах от головы чернокнижника. «А между прочим, первые два раза, нам продавали обычных толстых крыс!» - продолжил он. При этом он спокойно, как ни в чем ни, бывало, вытащил из руки, торчавший все это время нож и отбросил его в сторону. После чего он осмотрел Краса, Петрушку и Виктора и сказал – «Вот вы два раза уже попробовали, может уйдете сейчас, а? Мне ритуал заканчивать надо. Я пол дня на коленях тут все чертил! Идите домой. А я вас потом как-нибудь убью. А?» Виктор завороженно наблюдал, как рана после ножа перестала кровоточить и начала затягиваться на глазах.

Петрушка рванулась к чернокнижнику. В руках она сжимала два коротких ножа. За мгновение он сократила дистанцию и начала наносить удар за ударом. Чернокнижник отбивался голыми руками, спокойно выдерживая ладонью прямой удар. Несколько ударов в голову и шею просто отскакивали, натыкаясь на невидимый барьер. Несколько ударов были успешны и на руках и груди чернокнижника образовались, быстро затягивающиеся порезы. Но в этот момент, он выбросил правую руку вперед, как будто пытаясь схватить Петрушку. Она уклонилась, но невидимая сила откинула ее на несколько метров, где она упала на спину. В это же мгновение в голову чернокнижника прилетел гигантский, как молот кузнеца кулак Краса. Виктор отметил, что кулак как будто погрузился в невидимый замедляющий кисель, прежде чем достиг лица чернокнижника. Но замедление было не достаточным и удар вышел мощным. Голова чернокнижника мотнулась в сторону и он упал на пол. В этот момент Виктора и Краса отвлек шум боя. Они синхронно обернулись и увидели сражение между обнаженными по пояс войнами и группами Носика и Рыбака. Два обезглавленных тела лежали недалеко от нарисованного круга. «Восемь против семерых – не порядок» - сказал Крас и метнул в спину ближайшему войну Корня короткий меч. Тот вошел в незащищенную спину по рукоять. Но вопреки ожиданиям, воин медленно обернулся к ним лицом и очень неуверенно начал приближаться, сжимая в руке кинжал. «Виктор! Добей его. Руби голову, а я закончу с..» - Крас не успел договорить. Он замер в такой позе, как будто невидимая рука сжимала его. «Шпоковно. Ни хто уве не законшит!» - прошамкал окровавленными губами чернокнижник. Он стоял с двумя вытянутыми вперед и в стороны руками и как будто сжимал что-то невидимое в кулаках. Одна рука была направлена на Краса, а вторая на Петрушку, замершую в дальнем углу комнаты. «Не понял. Что?» - переспросил Виктор. Чернокнижник раздраженно закатил глаза и повторил - «Я гововю. Ни хто уве нишего не закошит!» Он немного кашлянул и выплюнул что-то белое на пол. После чего продолжил – «Вегенирация жубов самый довгий и словний просес.» После чего он внимательно осмотрел Виктора и спросил, уже почти не шепелявя – «Ну а вы, юноша, что нам приготовили? Мечом рубить будите или стишок расскажите?» Виктор хотел ответить что-то обидное, но в этот момент он получил мощный удар в спину. Он упал вперед, успев выставить руки. Сила пришла вместе с страхом и яростью. Виктор перекатился в сторону, быстро поднялся на ноги, выхватил меч из ножен и отбил выпад война, из которого все так же торчал клинок Краса. «Прошу прощение, юноша. Ритуал не закончен и войны немного не расторопны. Но что есть – с тем и приходится работать» - весело прокомментировал чернокнижник. При этом он не переставал держать Краса и Петрушку в своих руках. Виктор сильно отбил очередной выпад война, после чего резко рубанул, целясь в голову. Кровь брызнула из горла война и он медленно начал оседать. Виктор помнил совет Краса и нанес мощнейший удар в шею. Голова отлетела в сторону и упала в центр нарисованного круга. «Аккуратней там! Не нарушь линии! Я рисовал их пол дня. Все коленки сбил!» - встревоженным голосом прокричал чернокнижник. Он посмотрел на приближающегося Виктора и спросил – «Может ну его? Я, между прочим, освоил технику ядовитого плевка! Мало не покажется!» Мысли неслись в голове Виктора одна за другой. Он понимал, что чернокнижник сейчас максимально слаб, но не понимал, что с ним можно сделать. И тут он услышал шум битвы сзади. За секунду он увидел, что три бойца службы сильно ранены и стоят в самом углу. Остальные четыре война из последних сил сдерживают, утыканных метательными ножами, войнов Корня. Им срочно была нужна помощь. Но Виктор, удивившись своей хладнокровной оценке, понял, что не успеет их спасти. Тем более, что для того что бы добраться до них, надо обойти рисунок. Стоп! А зачем, собственно, его обходить?! Виктор отбросил меч, подхватил обезглавленное тело обеими руками и с силой кинул его на нарисованные линии. И вдобавок футбольнул ногой ближайший кувшин с кровью. Тот упал в центр рисунка и разбился. Но кровь из разбитого сосуда не разлилась. Она осталась в полукруглой форме и начала медленно сгорать, а вместе с ней начали гореть все нарисованные линии, издавая очень громкий свист. Где-то на фоне орал чернокнижник. Свист быстро нарастал и в какой-то момент, линии ярко вспыхнули ослепительным светом. Вместе с этим прогремел мощный грохот, как будто взорвалась бочка гром-угля. Несколько секунд Виктор ничего не видел, но вот зрение вернулось к нему. Он увидел, что войны Корня, теснившие бойцов тайной службы, лежат на полу без движения. Сами бойцы тоже медленно приходили в себя. В тех местах, где проходили линии схемы, остались сквозные прогары деревянного пола. Тело и голова война просто исчезли. Крас помогал встать Петрушке. А чернокнижник стоял чуть в стороне и медленно увеличивался в размерах. Его глаза были кроваво красными без зрачков. Виктор кинулся к нему, шаря рукой по пустым ножнам. В тот момент, когда Виктор, Петрушка и Крас были на расстоянии метра от него, двухметровый чернокнижник выбросил руки в стороны. Виктора ударила невидимая волна. Весь воздух вышел из него с хрипом. Он отлетел на несколько метров назад и упал на спину. Уже второй раз его спасал притороченный за спину щит. «Во.. то.. вы за …ди такие?!» - слова чернокнижника перекрывали гулкие удары в ушах. Виктор открыл глаза и попытался встать. «Вам предла… уйти. А … берете и … портите!» - гулкие удары в ушах не прекращались. Виктор чувствовал давление на грудь, что-то теплое и липкое протекало по шее и скапливалось между лопаток. «Работаешь, ….ого не …ешь. Нет! Надо …ти и все …тить!» - Виктор на ощупь определил, что металлический нагрудник искорежен и мешает ему встать. С усилием он отстегнул верхние ремешки, удерживающие метал. «И все такие уверенные, что Крилонского Чернокнижника можно легко убить!» - Виктор отстегнул нижние ремешки, давление на грудь прошло вместе с гулкими ударами. С большим трудом он встал и осмотрелся. Не многое выдержало магию чернокнижника. Оружие, тела войнов, обломки мебели – все было сметено ударной волной к дальним стенам. В груде тел кто-то стонал. Чернокнижник, исполняя пассы руками в воздухе, управлял светящейся красным шнуром, который привязывал Краса и Петрушку к одному из кирпичных столбов перекрытия. При этом он не переставал бурчать. Виктор попытался почувствовать силу, но он был пуст. Эмоции покинули его. «Таакс. Вы тут побудьте и никуда не уходите» - чернокнижник ухмыльнулся, глядя, как тщетно пытается пошевелится Крас. После чего он обернулся к Виктору и сказал – «А теперь займемся вами, юноша.» Руки чернокнижника дернулись в его сторону. В мгновение Виктор оказался распят в воздухе – острая боль пронзила все тело. «Я же вас предупреждал, а вы не послушались» - неуловимый жест и как будто бы невидимый клинок рассек грудь Виктора. Он закричал. В глазах потемнело. Потом сквозь темноту начали проступать уже знакомые очертания красного, полыхающего огнем, круга, в который был заключен такой же квадрат. Но тут все тело дернуло судорогой. Его окатило ледяной водой. Виктор пришел в себя и понял, что он обнажен по пояс. На груди зияли два крупных пореза крест на крест. Из них сочилась кровь. Его тело все так же было намертво зафиксировано в воздухе на расстоянии метра от чернокнижника. Страх начал пульсировать внутри живота Виктора. «Ну вот. Ты очнулся.» - чернокнижник, удовлетворенно хмыкунл. «Сейчас я наложу на тебя самое мощное проклятье из моего арсенала. Ты будешь гнить заживо и при этом оставаться в сознании до конца. А конец наступит не раньше, чем через три дня!» - он медленно наращивал зловещий тон. «А когда я закончу накладывать на тебя проклятье, то я возьмусь за них» - при этом он кивнул в сторону связанных Краса и Петрушки. «Я буду отрывать от девки кусочки и скармливать их бугаю! А? Какова фантазия? Тебе нравиться?» - чернокнижник весело улыбался и хихикал. Виктор чувствовал, как страх пульсировал во всем его теле, но сила не появлялась. Тем временем чернокнижник приблизил его лицо к своему и заговорщицким тоном прошептал - «И все это из-за тебя! Ведь ты упустил шанс меня убить! Я отдавал свою силу на войнов и ритуал, а ты захотел спасти своих дружков и упустил шанс!» Последние слова он громко прокричал. «Все испортил! Все из-за тебяяяя!» Он веселился и кривлялся, повторяя последние слова. А Виктор вдруг понял, что он действительно упустил момент. Чувство вины начало переполнять его. «Да, с гнильцой ты оказался! Мухахаха!» - чернокнижник измывался как мог. «Кстати, о гнильце!» - последнюю фразу произнес властный и жестокий голос. Из складок халата чернокнижника вылетел полностью черный кинжал. Он прорезал длинную борозду по левой руке Виктора так, чтобы все лезвие оказалось в его крови. Боль от пореза пришла с небольшим запозданием, но именно она принесла с собой силу. Сила лениво растекалась по всему телу, выгоняя из каждого его уголка страх и вину. Но эти чувства не исчезали, а собирались в единый пульсирующий комок в груди. «Какая любопытная татуировка у тебя на груди – смерть. Прямо в тему!» - голос чернокнижника отвлек его от новых ощущений. Он держал в руках кинжал, клинок которого окутывал черный туман. Он провел этим клинком по второй руке Виктора так же, как и по первой. Порез пришелся на уже пульсирующую красным надпись «Сила». В этот момент сила, заполнившая все тело, сдавила пульсирующий комок в груди до размеров горошины. Но это была не горошина, а сжатая до предела пружина, которая ждала сигнала. Сигнала от Виктора. И он знал, как этот сигнал подать. Он хладнокровно оценил свои возможности и дождавшись, когда чернокнижник закончит проводить кинжалом, мученически кашлянул пытаясь что-то сказать. Чернокнижник подошел лицом к лицу к Виктору, опустил занесенный кинжал и участливо спросил – «Хотите что-то сказать, на прощанье?» На что Виктор очень быстро и внятно спросил – «Дядя чернокнижник, а у вас какой ранг?» Чернокнижник опешил и ответил «Первый, а что?» Пружина выстрелила по команде Виктора. За мгновение страх, вина, сила смешались и превратили тело Виктора в маленькое, но яркое солнце. Он почувствовал, свободу движений, невероятную легкость и скорость. Время замедлилось и он начал действовать. Он нанес мощнейший удар, который выбил кинжал из руки чернокнижника. При этом Виктор успел поймать его за рукоять. Мгновение на более удобный хват и дымящееся черным туманом лезвие проходит через шею врага, как нож через масло. Виктор продолжает вращение вокруг своей оси и на выходе из второго оборота вбивает клинок в ухо отделившейся головы. Выпускает рукоять и приземляется на ноги. Через мгновение время вновь ускорилось до своего обычного течения. Виктор смотрел как обгуливались отдельно лежащие голова и тело Крилонского Чернокнижника первого ранга. Не опасен – констатировал Виктор. Он услышал шум и как по команде время замедлилось. Но это Крас разрывал, ставшую обычной веревку. Время вновь ускорилось для Виктора. Он глянул на Петрушку, которая нещадно ругала веревку и мастеров которые строили колонну – жива, помощь не требуется. Встретился взглядом с большим Красом. Мгновение его глаза залиты золотым смотрели в два ярких утренних солнца. После чего он немного поклонился и поспешил на помощь Петрушке. Не опасен. Виктор обвел взглядом поле боя. Опасных целей не было. Виктор закрыл глаза и сел прямо на пол. Через несколько секунд его фигура перестала светиться и отдавать жаром. И удивленные бойцы тайной службы обходили вокруг голого по пояс молодого человека, медитирующего прямо на полу. Еще их очень удивляли движущиеся, как единый механизм буквы, которые медленно формировали слова на его теле.

Глава 15

Из темноты медленно проступал, уже знакомый красный круг, с вписанным в него квадратом. Виктор сфокусировал взгляд на первом символе верхней строки – крыле, заключенном в круг. Крыло начало мерно делать взмах. Он перевел взгляд на следующий символ в этой строке. Сначала ему показалось, что это обычный круг, в котором нет символа. Но дальше он увидел, как круг начал медленно сжиматься. Когда он уменьшился до размеров красной точки, то резко расширился до своих изначальных размеров. И вновь начал медленно сжиматься. Через несколько повторений Виктор захотел остановить процесс в моменте максимального сжатия и символ подчинился. Красная точка лишь слегка подрагивала, терпеливо ожидая приказа Виктора. И он приказал. Точка расширилась за мгновение и вновь начала процесс сжатия. Через некоторое время Виктор определил, что способен управлять процессом сжатия, останавливая либо ускоряя его. Но остановить процесс расширения он так и не смог. Далее он поводил глазами в разные стороны и расфокусировав взгляд. Строка отдалилась, и Виктор попытался сфокусировать взгляд на следующем символе, но он был покрыт красным туманом и никак не хотел провалятся. Иногда из-под тумана показывался небольшой фрагмент символа, но он никак не мог сопоставить их все вместе. Виктор начал злится. Он сконцентрировался на скрытом символе со всей силой и ему показалось, что квадратные грани символа начали нехотя проступать сквозь туман. Его напряжение достигло максимальной степени и из недр квадрата проступило лицо Краса. Краса?! «Виктор!» - лицо Краса разрушило красный туман, строки, квадрат и круг и выдернуло его из медитации! Поток неконтролируемой ярости затуманил Виктора. Последнее осознанное, что он успел увидеть, это еле видную красную точку, которая резко расширилась больше своих размеров. Ее грани в мгновение ушли за границы зрения Виктора. Лицо Краса смазалось и исчезло за плотной красной завесой. Секунду ничего не происходило, а потом он услышал голос Петрушки. Она звала его. Но зачем? Ведь она с Красом. Крас! Где Крас? Красная завеса сошла и он обнаружил себя лежащим на полу. Сверху на нем лежал кто-то большой и тяжелый. Петрушка держала его руки. «Виктор! Виктор это ты?» - у Петрушки глаза были залиты золотом. Было видно, что она сильно напряжена. «Я. А кто же еще?» - немного удивленно сказал Виктор. Потом он посмотрел на свои руки и спросил – «А это обязательно меня держать? И к полу прижимать?» Петрушка отпустила его руки, встала на ноги и отошла в сторону. Все это она делала очень медленно, не спуская золотого взгляда с него. Потом с него слез Крас. Он так же настороженно отошел на безопасное расстояние от Виктора. Виктор встал и осмотрелся. Вокруг никого не было. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. После чего Виктор вспомнил прерванную медитацию и сварливо сказал - «Если очень хотелось на мне полежать и потрогать за руки, потерпели бы и не прерывали медитацию. Говорят это опасно.» Крас хмыкнул и начал уменьшаться в размерах. Кукушка подобрала какую-то деревянную конструкцию с пола, подошла и вручила ее вставшему Виктору – «Глядя на это, я теперь понимаю, насколько это может быть опасно. Как твоя рука?» Виктор взял в руки половинку добротной деревянной табуретки, собранной из одинаковых брусов. Кто-то разрубил ее на две части. Края деревянных брусов в этом месте были обуглены. Он недоуменно покрутил половину табуретки, посмотрел на обе руки и спросил - «А что должно быть не так с моей рукой? И зачем ты дала мне пол табуретки?» Петрушка забрала у него половину табуретки и закинула ее в угол. Крас сунул ему куртку. И Петрушка сказала – «Все вопросы в дороге. Нам срочно пора уходить отсюда. Шум боя наверняка был слышен даже в столице.» Она посмотрела на Виктора, так и державшего куртку в руках и сказала – «Что стоишь столбом? Одевай куртку и бегом за Красом. А я подожгу тут все». После чего она схватила кучу тряпок, лежавшую на полу, и побежала в другой зал.

Виктор судорожно натягивал куртку на бегу, пытаясь не отстать от Краса. Оны вылетели из здания, быстро проскочили сторожку и пробежали еще целый квартал, прежде чем остановиться. Виктор запыхался и прислонился спиной к стене. В последнее мгновение он вспомнил свои падения во время боя и сжался, предвкушая боль. Но боли не было. Он покрутился спиной по кирпичной кладке стены, как будто устраивался на кровати, но это было не болезненно. После этого он вспомнил про нож чернокнижника и аккуратно потрогал свои руки. «Там ничего нет» - Виктор не заметил Кукушку, стоявшую напротив. В ее глазах медленно угасало золотое пламя. «Нет ни порезов, ни синяков, ни ссадин. Видимо один из механизмов, записанных в тебя - это быстрая регенерация.» Она посмотрела по сторонам и продолжила – «Давайте будем идти, а я расскажу, что случилось после боя.» Они пошли быстрым шагом и Петрушка продолжила – «Ты медитировал. Мы не мешали. Ребята перевязали раненых, обыскали здание и освободили еще более двух десятков королевских лингов. Потом все агенты покинули здание и остались только ты, я и Крас. Мы подготовили все для поджога, но ты все так же находился в медитации. По всему твоему телу проступали буквы и странные символы. Они как будто пытались соединиться в стандартные конструкции, но что-то им мешало. Разрезы на руках и груди, а также синяки на спине – все это затянулось и исчезло. И тогда мы..» Крас обогнал Петрушку и продолжил – «Тогда я решил прервать твою медитацию, так как надо было уходить. Я слышал, что это опасно. И потому взял в руки большую деревянную табуретку, которой прикрывался как башенным щитом.» Крас усмехнулся. А Петрушка продолжила – «Я наблюдала со стороны. И увидела, как ты открыл глаза, мгновение смотрел на Краса, а потом..» На этих словах она чуть отодвинулась от Виктора и замолчала. «Что было потом?» - спросил он. «Ты ничего не помнишь.» - утвердительно сказал Крас. «Ты за мгновение загорелся как солнце. Так же как и когда убивал чернокнижника. И нанес кулаком удар. Который проломил скамейку! Я чудом отскочил от следующего огненного удара.» - Крас на ходу сделал маневр тазом, как будто пропускал вперед даму. «А потом мы с Петрушкой минуту с трудом уворачивались от тебя. Под конец, нам удалось облить тебя водой и зафиксировать на полу.» Петрушка, которая все это время следила за реакцией Виктора, подошла ближе и сказала - «И я начала звать тебя. А потом ты вернулся.» Некоторое время они шли молча. После чего Петрушка продолжила – «Я понимаю причину, твоего превращения. Но переживаю, что ты не можешь контролировать его. И даже не помнишь, что происходит в такие моменты. Ты хотя бы помнишь, как убил чернокнижника?» При этом она участливо посмотрела Виктору в глаза. «Чернокнижника первого ранга, между прочим!» - поправил Виктор. Он отметил как выдохнула Петрушка. И продолжил - «Это я помню. Там все было осознано. А кстати, первый ранг из скольки?» «Первый – это наивысший ранг из пяти. И это чудо, что мы.. Ты смог его убить, Виктор» - Крас говорил серьезно. «А вот тот факт, что чернокнижник первого ранга добрался сюда и делал неуязвимых войнов для Корня – это вообще очень плохо.» И увидев вопросительный взгляд Виктора она объяснил – «Чернокнижник первого ранга – это маг, который не поедет на другой материк, для выполнения контракта для князя. Ритуал, который мы прервали, это лишь часть какого-то большего замысла. Очень надеюсь, что этот замысел был только лишь в его темной и мертвой голове.» Они подошли к особой секции забора, осмотрелись и постучали. Дверь впустила их назад в полутемное помещение. Когда Виктор вошел в основной зал, то увидел там лишь одного из агентов. Кажется его звали Рыбаком. Он сидел за столом, раздетый оп пояс. Левое предплечье было забинтовано. Правой рукой он держал чашку. – «Ну слава пару! Наконец-то вы пришли.» Он встал из-за стола и подошел к Красу - «Вернулись без происшествий?» Крас кивнул. После чего пошел в другую дверь. «Что с людьми?» - спросила у Рыбака, Петрушка. «В целом терпимо» - Рыбак, не выпуская кружки, вернулся к столу и сел. «Четверо тяжелораненых. И два легко. Но все выкарабкаются. Я отправил их в госпиталь. Завтра навещу.» - наконец он отставил кружку и взял куртку. Скривился от боли, когда аккуратно надевал ее. Потом посмотрел на Петрушку и сказал – «Пойду отдохну – вечерок вышел занятный. Отчет напишешь?» Петрушка молча кивнула. После чего Рыбак ушел в ту же комнату, куда ранее проследовал Крас. Петрушка проводила его взглядом, повернулась к Виктору и сказала – тебе стоит переодеться в свою обычную одежду. Я сделаю тоже самое и мы вернемся домой. Виктор кивнул и пошел к оставленной одежде. Он машинально снимал остатки бронекостюма и одевал штаны. Мыслей, как и чувств не было. Ему даже показалось, что он спит и он ущипнул себя. Потом они втроем пробирались по опустевшему городу. В этот момент Виктору пришлось максимально напрягаться и концентрироваться, чтобы делать все так же тихо и уверенно, как это получалось у Краса и Петрушки. Бар был закрыт и Крас некоторое время возился с ключами. Когда они вошли, он чиркнул спичками из зажег два масляных фонаря. Один он передал Виктору со словами – «Не стоит показывать, что мы ночью чем-то занимались. Свет включать не будем. А в темноте ты легко свернешь себе шею.» Виктор кивнул. Говорить не хотелось. Он буквально чувствовал, как силы покидают его. Они прошли сквозь зал и подсобные помещения к лестнице, поднялись на второй этаж в кухню. Крас спросил – «Кто-нибудь голоден?» Виктор нашел силы только на то, чтобы мотнуть головой. Петрушка в свою очередь сказала - «Спасибо, Крас. Но нам всем сейчас нужен отдых.» Она повернулась в Виктору и продолжила – «А тебе я хотела сказать одну важную вещь. Как я уже сказала, пока ты медитировал, по твоему телу проступали буквы и знаки. Они как будто бы пытались выстроиться в схемы взаимодействия. Такие же как у тебя и у меня. Но вот знаки были очень странные. Те что я успела разглядеть, были заключены в круги, квадраты и треугольники.» Она на секунду запнулась и опустила глаза. А потом как будто решившись, посмотрела на Виктора и проговорила – «Таких знаков я не видела ни на одном из учеников Солнца и Огня. Но я видела их в одной из книг в библиотеке Огня, когда была у него в гостях пару лет назад. Он очень умный и начитанный человек и возможно поможет понять, что это за знаки и откуда они в тебе.» После чего она повернулась и пошла к двери из которой выглядывал Крас. Виктор поднимался по лестнице как будто преодолевая густой кисель. Он вошел в комнату. Закрыл дверь на засов. И встал в нерешительности посреди комнаты. Осмотрелся так, как будто впервые видел всю обстановку. Его взгляд остановился на спящей Кукушке. Маленькая точка тепла образовалась внутри живота. Она стремительно разливалась волнами по всему телу. Вместе с этим, Виктор начал замечать детали – бьющуюся жилку на виске любимой, бабочку, отдыхающую на потолке в углу комнаты. Когда тепло полностью заполнило все тело, Виктор наконец понял, насколько он устал. Сил на душ уже не было. Он снял с себя одежду и буквально провалился в сон.

Виктор стоял посреди их маленького острова среди камыша. В руке он сжимал ритуальный кинжал чернокнижника. С него капала кровь. Спиной к нему стоял сам чернокнижник в своем красном халате. Виктор шагнул к нему, занося кинжал для удара. В последнее мгновение, чернокнижник развернулся и Виктор остановил руку с кинжалом. Перед ним стояла Кукушка. Она держала в руках светящийся, пульсирующий предмет, от которого веяло мощью. Виктор прошептал – «Любимая!» Кукушка с улыбкой на лице кинула предмет в Виктора. Вспышка света ослепила его. Среди абсолютного белого начали проступать контуры лица. Это была Кукушка. Она что-то говорила. Она звала его. Она встревожена. Что она говорит? Виктор. Виктор? Так это я. Я – Виктор.

«Виктор, да просыпайся же. Ты слышишь меня?! Да что с тобой такое?» - голос Кукушки был взволнованный. Она яростно тормошила его. Трясла за руки и терла щеки. «Виктор! Скажи что-нибудь! Не смотри на меня так! Не молчи!» - она была в панике. Виктор моргнул и спросил – «А что мне сказать то? И когда? Если ты все время говоришь?» Кукушка замерла и секунду не понимающе смотрела на него. А потом слезла с кровати, отвернулась и бросила – «Дурак!» И очень надутая отошла к окну. Виктор удивился перемене настроения, встал, потянулся и подошел к обиженной подруге. Он обнял ее сзади и начал целовать в шею. Некоторое время крепость не сдавалась. Но вот Кукушка развернулась, поцеловала его в губы, после чего слегка отстранилась и сказала обиженным голосом – «Дурак. Я за тебя уже начала переживать. Уже Крас дважды к обеду звал, а ты все спишь и спишь. Я еле тебя добудилась» Виктор удивленно осмотрелся и заметил, что свет, поступающий из окна, действительно отличается от утреннего. И тут он вспомнил, что у него есть часы и вскинув руку посмотрел на время. Вся процедура доставила ему огромное удовольствие. Но когда он опустил руку вниз и поднял глаза, то встретился с настороженным взглядом Кукушки – «Откуда у тебя наручные часы?» С подозрением в голосе спросила она. Ответ пришел сам собой - «Петрушка подарила.» «И за что это она тебе подарила часы?» - в голосе девушки начали проступать угрожающие нотки. «Гм, а часы дарят обязательно за что-то?» - удивленно спросил Виктор. Некоторое время он прокручивал у себя в голове причины, после чего добавил – «Я не берусь утверждать точно, но может это подарок мне как ученику Солнца?» Кукушка некоторое время недовольно молчала. Она буравила удивлённого Виктора взглядом, а потом со злостью сказала – «Верни их.» «Зачем?» - он не понимающе посмотрел на нее. «Поблагодари и верни часы.» - с нажимом на последнее слово повторила она. Виктор начал злиться и спросил с явной агрессией в голосе – «А почему я должен возвращать их?» Было видно, что Кукушка не ожидала такого и стушевалась. Увидев это Виктор добавил уже более спокойным голосом – «Я давно мечтал о часах. И эти часы идеально мне подходят – они не дорогие и мне нравиться, как сделан циферблат и..». Виктор запнулся, так как они ему действительно нравились, но он не мог найти еще пунктов, обосновывающих это. Он беспомощно посмотрел на Кукушку. Она несколько секунд молча смотрела на него, после чего вздохнула и сказала – «Лучше бы тебе нравились хороший меч и бронекостюм. Ну да пар с тобой. Дуй в душ и пойдем обедать. Может как раз попадем на вторую смену блюд, а то я готова съесть тебя». Последняя фраза была произнесена игриво с веселыми искорками в глазах. Что моментально разрядило напряженность ситуации. И Виктор спокойно пошел в душ. После того, как горячая вода смыла мыло и вместе с ним остатки вчерашнего дня, Виктор чувствовал себя как будто заново родившимся. Он побрился и внимательно осмотрел результат. Но что-то его насторожило. Он внимательно осмотрел все лицо и не нашел порезов. Тогда он сделал шаг назад осмотрел себя всего и замер. Посмотрел внимательней сделал еще шаг назад, потом приблизился. А потом просто посмотрел сверху вниз на свою грудь. Сомнений не осталось – слово «Смерть», вытатуированное у него на груди, сместилось вправо. Ранее оно находилось ровно посередине. А теперь оно сдвинулось где-то на пол сантиметра вправо. “Ну вот это не к добру” - пронеслось у него в голове. Он быстро разделся и осмотрел себя на предмет других изменений, но больше ничего не изменилось. “Надо бы рассказать Солнцу, но чернил то нет. А ведь вчера их можно было на десять лет вперед насобирать” - тревога сменилась досадой, а потом интересом - “А кровь королевских лингов подошла бы? А крыс? А…” Тут он встряхнул головой - “Ты еще в совет Крилонских Чернокнижников запрос отправь о совместимости их крови с магическими чернильницами.” Виктору показалось, что он успокоился, но воспоминания о вчерашнем бое настроили его на веселый лад и он решил развить мысль - “Или все таки для чернильницы подойдет кровь только Чернокнижников Первого ранга? Или будет другой цвет чернил? А если смешать несколько рангов…” “Ты там заснул, Виктор?!” - Кукушка неожиданно зашла в ванную. Резко обернувшийся на звук Виктор, совершенно по детски попытался прикрыть грудь полотенцем, но рука, которая еще вчера лихо разила Чернокнижников Первого ранга, очень неуклюже схватила за край полотенца. В результате такого маневра полотенце не прикалывало его грудь, но надежно закрывало его промежность. Немую сцену продлившуюся секунду, первой прервала Кукушка. “Ой, ну не комплексуй. Не такой он и маленький” - с наигранным сочувствием сказала она. Виктор, боявшийся, что Кукушка заметит сместившуюся надпись, был сбит с толку. Он ничего не понял, но чтобы не проколоться решил, на всякий случай, сказать веское - “Да.” После чего спешно начала одеваться.

Весь недолгий путь из их комнаты в кухню Кукушка бурчала о том, что без них уже все съели и только ватрушки остались, а может и их тоже нет. Но когда они вошли в кухню, им сразу стало ясно, что съели явно не все. “Ну наконец-то!” - Крас расцвел в счастливой улыбке. “Сегодня у всех такой отменный аппетит, что я начал было переживать, что либо Вам не достанется, либо все остынет. Но Петрушка вспомнила прекрасную идею Кукушки и я отложил всего понемногу в теплую посуду. Так что с голоду вы не умрете“ - весь рассказ сопровождался методичным размещением на стол еды для банкета на десять персон. “А где же сама Петрушка?” - поинтересовалась Кукушка. “Оу. Она быстро перекусила и ушла в город собирать информацию.” - ответил Крас, после чего посмотрел на настенные часы и добавил - “Думаю, что она скоро вернется. Как раз к штруделю и Мурскому кофе.” Оценив объемы различной снеди, Виктор ужаснулся. Неожиданно он понял, что голоден настолько, что готов съесть весь стол вместе с тарелками. Но вместе с тем, он хорошо помнил откровение Краса по поводу его еды и снотворного эффекта, который она создавала. Он понимал, что сегодня нужно успеть сделать множество дел. Да и новые изменения в его надписях намекали на то, что тратить время на сон не стоит. Его размышления прервались, так как он осознал, что жует что-то божественно вкусное, зажмурив при этом глаза. Сначала он открыл один глаз и осмотрелся - Кукушка уплетала разные яства за обе щеки. Тогда он открыл второй глаз и поднес к нему свою правую руку, сжимающую вилку с наколотым на нее кусочком стейка. Пока Виктор непонимающе смотрел на свою руку, его челюсти продолжили, приостановившийся процесс насыщения. И когда досада за свою несдержанность начала переполнять его он увидел, как Крас поставил рядом с ним и Кукушкой по стакану с минеральной водой. “Турийская глубокая – лучшая минералка на этом континенте” - рекламным голосом сказал он. После чего налил и себе стакан, жадно выпил и продолжил - “Нет ничего лучше, чем слегка перекусить, выпить стаканчик Турийской и приступить к Мурскому кофе.” Последние слова, он сопроводил жестами рук, как будто пил из невидимой небольшой чашки. При этом он блаженно закатил глаза и так и застыл с счастливой улыбкой. “Ты опять Мурский кофе рекламируешь?” - нарушила тишину, зашедшая Петрушка. “Точно процент от продаж получает, шельмец!” - с улыбкой сказала она. Некоторое время она весело наблюдала, как Крас насупленно начинает варить кофе в турке, после чего присела за стол и начала рассказывать - “Ночь выдалась жаркой. Ворон попытался отбить винокурню у Корня, но что-то не заладилось и он ее просто спалил. Максим, в свою очередь, таки отбил паровой завод у Луны.” Петрушка взяла стакан, налила туда минералки, и сделав пару глотков счастливо зажмурилась. Некоторое время она наблюдала, как Крас расставляет кофе и тарелочки с штруделем. После чего продолжила рассказ - “Луна стянул все силы и выставил кордоны вдоль всего периметра - видимо решил удержать оставшееся и не контратаковать. Максим укрепляет отвоеванное. Ворон, вероятно готовится к возмездию от Корня. Так что сегодня в городе еще будет творится форменное безобразие.” Она сделала пару глотков кофе, посмотрела на Виктора и Кукушку и добавила - “Мне кажется, что сегодня идеальный момент спокойно уехать в столицу - всем будет не до Вас. Что скажете?”. И хотя смотрела она на Виктора, первой ответила Кукушка - “Идея хорошая, но сначала мне надо кое-кого навестить и забрать должок” На последних словах ее лицо исказила действительно злая улыбка. В этот момент Виктор отчетливо вспомнил предупреждение Петрушки.