Милосердие

Глава 1

Глава 1

В неверном свете свечей золотые имперские монеты отбрасывали слабый отблеск на лицо Дирка Крэвана, напряженно следившего за своей собеседницей. В темных глазах его светилось явное недовольство, о чем намекали и сурово поджатые губы. Ширан Тайлис невозмутимо набивала табаком трубку и, казалось, совсем не обращала внимание на своего гостя. - Знаешь ли, я слышал, что тебя называют Алой Тенью, – вкрадчиво начал Дирк, наблюдая, за быстрыми движениями тонких, девичьих пальцев.

Ширан с любопытством покосилась на него и вздернула брови.

- По слухам ты неуловима, - продолжал мужчина. - Тени, полумрак, а затем вжжжух! - свист лезвий, крики, кругом кровавые брызги и трупы! И ни единой живой души, только тени…

Девушка пожала плечами и потянулась за огненным кристаллом, лежащим на краю массивного, дубового стола.

- Хотела бы я встретить этих болтунов, – фыркнула она и поднесла кристалл к трубке, слегка потерев.

На одной из сверкающих граней вспыхнул маленький язычок пламени и табак задымился. Раскурив трубку, Ширан отбросила кристалл, блаженно вздохнула и откинулась на спинку кресла.

- Ты что, не знаешь, как придумываются эти легенды? Люди склонны приукрашивать события, особенно те, которых не видели.

- И все же, подобные прозвища так просто не даются, верно? – мужчина начал раздражаться. – Хватит юлить, мы оба знаем, что ты наемница! Если цена слишком мала…

- Я уже все сказала! – отрезала Ширан, - Да, некогда я брала заказы, ты прав. И иногда беру их и сейчас, но! На убийц и насильников. На разбойничьи шайки. – Она затянулась и выдохнула идеально ровное колечко дыма. – Однако ты предлагаешь мне убить обычного человека, Дирк Крэван. Я не убиваю мирных людей, так что лучше поищи себе какого-нибудь головореза.

Дирк нахмурился и открыл было рот, чтобы возразить, но девушка остановила его взмахом руки.

- Нет, - она покачала головой. - И это мое последнее слово.

Мужчина резко поднялся и схватил мешочек с монетами со стола, заваленного исписанным пергаментом, старыми свитками и книгами. Засунув деньги в карман, он нервно взъерошил кудрявые черные волосы и выдохнул.

- Упертая же ты, как стадо ослов! – процедил он сквозь зубы.

Обойдя стол, он приблизился к Ширан, наблюдавшей за ним из полуопущенных ресниц. Оценивающий взгляд его скользнул по тонкой, стройной фигуре девушки и остановился на ее синих глазах, слегка светящихся в полумраке. Придвинувшись почти вплотную, Дирк склонился над Ширан и легко, почти невесомо, коснулся пальцем ее заостренного уха. Рядом с хрупкой девушкой он казался огромным, как скала. Отчасти из-за приличного брюшка, которое не скрывал дорогой парчовый камзол. Скорее даже подчеркивал. Поза Ширан не изменилась, однако Дирк внезапно понял, что перешел черту. Теперь она почему-то напоминала ему свернувшуюся кольцом змею, внешне спокойную, но смертельно опасную.

- Я думал это очередные байки про тебя, – протянул он, убрав руку. – Кровь дивного народа, дьявольское семя… Надо думать, ты, под своей красивой иллюзией та еще страховидла, а?

- Как видишь, тут тебя слухи не обманули, - кивнула Ширан, откладывая трубку в сторону. - Моя мать на своей шкуре испытала силу легенд и во мне действительно эльфийская кровь. Что же до остального… - она широко улыбнулась. - Пусть это останется моей маленькой тайной.

Дирк фыркнул и отошел.

- Наверное, твоя мать встретила одного из этих тваренышей, недобитого королем Джарлассом четыре сотни лет назад. Я слышал о подобном. Таких, как ты некогда называли выродками, - насмешливо сказал он, - Я думал вы все передохли, ан нет. Странно, что ты отказываешься от прибыльной работы. Ты должна быть благодарна за то, что кто-то вообще хочет иметь с тобой дело.

- Странно, что ты не сделаешь это сам, вместо того, чтобы разбрасывать пустые оскорбления! – Холодно парировала девушка, синие глаза ее сузились, как у дикой кошки. - Такой громила на вид, а приносишь деньги всяким выродкам.

Минуту они прожигали друг друга взглядами, а затем мужчина криво усмехнулся и направился к выходу.

- Не хочу марать руки. В конце концов всякие выродки для того и существуют, чтобы выполнять грязную работу.

Он обернулся и взгляд его карих глаз стал острым, как кинжал.

- Что же, раз договор не состоялся, то осталось утрясти совсем маленькую деталь, – он помедлил, натягивая перчатки. - То, что я говорил здесь, разумеется, должно остаться тайной.

- Я не выдаю чужие секреты, – раздраженно бросила Ширан, тряхнув густой копной темно-каштановых волос. – А кроме того, никаких имен ты мне и не называл.

- Я же не такой дурак! – Дирк продолжал буравить Ширан глазами. – Что ж, я надеюсь, что благоразумие тебе не откажет.

Он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью. Ширан вздохнула и медленно разжала ладонь, незаметно сжимающую рукоять изящного кинжала, висящего на поясе. Поднявшись из удобного, мягкого кресла, она неслышно подошла к двери и прислушалась. Выждав ровно пятнадцать ударов сердца, девушка резко распахнула дверь и выглянула наружу.

Ни души.

Тощая, грязная собака, роющаяся в куче объедков неподалеку, шарахнулась в сторону от шума, но больше никто не потревожил наступающих сумерек. Еще раз оглядевшись, Ширан коснулась рукой сигейля, тонким ремешком оплетающего ее запястье. Артефакт слежения работал только на небольшие расстояния и короткое время, до тех пор, пока аура присутствия нужного человека не рассеялась. Девушке не хотелось расходовать его силу, однако неожиданных сюрпризов ей хотелось еще меньше.

Этот человек ей не нравился, а кроме того, он умудрился застать ее врасплох, заявившись прямо в дом. Мало кто знал, что она - та самая Алая Тень. Еще меньше знали о том, где именно она живет. И по пальцам можно пересчитать тех, то знал о том, что Ширан "полукровка". Последнее было чистой воды выдумкой - кровь в ее жилах принадлежала только Вечному народу, но эта правда была слишком опасна. Узнай об этом хоть кто-нибудь и она тут же превратиться в мишень для охоты, что в многолюдном городе, что в самой задрипанной деревушке. Наемники, солдаты короля, охотники за головами - ее будут гнать до самых Сумеречных гор, от этой своры не спрятаться ни в проклятой долине Хани Фэн, ни в бескрайних песках Стигийской пустыни. К полукровкам люди отнюдь не пылали любовью, однако им не в пример проще выживать.

Она провела пальцами по испещренной рунами поверхности сигейля и, закрыв глаза, сосредоточилась. В ушах зашумело, сознание словно разделилось, и Ширан оказалась в серой пустоте, лишенной звуков и запахов. В то же время она ощущала себя и стоящей в комнате, возле входной двери. Еще немного сосредоточения и вот, вокруг нее замелькали темные силуэты людей, уличных животных и вездесущих ворон. Она скользила мимо них такой же бесплотной тенью, подчиняясь действию сигейля. Наконец, среди серого марева мелькнула фигура, подсвеченная красным сиянием.

Дирк.

Он двигался быстро, судя по всему верхом. Серых силуэтов вокруг стало еще больше, сквозь туман в пустоте проступили знакомые размытые очертания палаток торговцев. Значит Дирк ехал через рынок, находящийся в примерно двух кварталах от ее дома. Приличное расстояние. Ширан вздохнула и вернулась назад. Предметы вокруг обрели четкость и цвет, в нос ударил привычный запах старого пергамента и табака. Сигейль потеплел под ее пальцами, руны, некогда горевшие ярко, сейчас светились слабым голубоватым светом.

- Интересно, на сколько еще зарядов тебя хватит? – задумчиво пробормотала девушка и опустила рукав черной рубашки, скрыв артефакт.

У нее еще были дела. Накинув на плечи шерстяной плащ и скрыв лицо глубоким капюшоном, она вышла из дома и растворилась в надвигающихся сумерках.

Глава 2

Ширан, насвистывая, толкнула толстую дверь из мореного дуба и вышла из уютного помещения кожевенной мастерской. В руках она сжимала сверток с парными саблями, которые теперь были надежно спрятаны в новенькие ножны. Шкура хэштрекского грифона, которую ей удалось добыть с большим трудом, слоновая кость, и тонкая руническая вязь – работа была достойной.

Над Вествудом властвовал поздний вечер. На опустевшей рыночной площади Старого города сновали редкие тени – нищие, собиравшие объедки и гнилые овощи, выкинутые торговцами в канаву. Проститутки, понемногу выходившие на охоту, уже крутились рядом с дешевыми постоялыми домами и тавернами, подстерегая подвыпивших мужиков, а, поскольку эта часть города примыкала к порту, клиентов им хватало с лихвой.

Вообще, Старый город поздним вечером и ночью был совсем не безопасным местом, а потому, Ширан почти не удивилась, услышав пьяный смех и жалобное бормотание в переулке, недалеко от дома.

- Во имя Пресветлой, что же вы творите! Как же можно, безбожники, – слабый старческий голос показавшийся смутно знакомым, прервал звук пощечины.

Женщина громко охнула и всхлипнула.

Осторожно положив сверток с саблями в траву у каменной стены дома, девушка направилась в сторону шума. Переулок освещал лишь слабый свет факела на стене, все остальное терялось в темноте. Явно не лучшее место для прогулок поздним вечером.

Белое монашеское одеяние матери Селесты, - пожилой монахини из храма Пресветлой, - она разглядела издалека. Старая женщина была одной из немногих в этом городе, кто относился по-доброму к Ширан, несмотря на то, кем она была.

Трое пьяных громил окружили сухонькую старушку и, смеясь и забавляясь, толкали ее друг к другу легко, как тряпичную куклу. Четвертый рылся в потертой, матерчатой сумке, выискивая скудную добычу.

Гнев резко вскипел внутри и Ширан шагнула вперед.

- Эй! – ее громкий оклик заставил отморозков прервать свое занятие, - А ну оставили ее!

Громилы почти синхронно оглянулись на голос.

- Че? – глубокомысленно спросил «сумочник», - А ты кто еще?

- Мы можем и с тобой поиграть, коли баба ладная! – заржал второй, державший мать Селесту за хрупкие плечи.

Крякнув, он отшвырнул старушку в сторону, и та упала на грязную мостовую, болезненно застонав. Остальные подтянулись следом, как гиены, щурясь и заглядывая в тень, где стояла Ширан.

- Беги-ка, малышка, беги! – издевательски ощерился еще один мужик с татуировкой в виде змеи на лысом черепе. – Пока дяденьки не сделали тебе больно!

- Ну уж нет! – усмехнулась Ширан, выходя на свет и скидывая капюшон с лица.

- У нее глазюки светятся, чтоб мне сгореть! – удивленно забормотал «сумочник», - И ухи, ухи нечеловеческие, Рональд, глянь!

Тот, кого назвали Рональдом, угрюмо зыркнул на подельника.

- Полукровка это, выродок, да пожрет Кернун их проклятое семя! – сплюнул он. – Слыхал я о таких. Ихние мамаши, небось любят со всякой нечистью забавляться. Еще не хватало, чтобы всякие твари вроде этой…

Договорить он не успел.

Черная тень метнулась к нему между застывших товарищей и тут же сильный удар в челюсть заставил его прикусить собственный язык. Следующий пришелся прямо в кадык и Рональд, захрипев, осел на мостовую. Ширан, развернувшись в каком-то немыслимом пируэте, уже нацелилась на татуированного, однако тот успел среагировать и уклонился от удара ногой в пах,и, резко выбросив руку вперед, попытался схватить край плаща, но поймал лишь пустоту. Ловко отпрыгнув в сторону, девушка резко подсекла его и тот грузно рухнул, громко матерясь. Тяжелый сапог с силой врезался ему в лицо, превращая нос в кровавую кашу. Татуированный как-то неожиданно тонко взвизгнул, хватаясь за разбитое лицо.

Двое оставшихся на ногах успели оценить обстановку. Один вынул нож и его лезвие опасно просвистело возле самого лица Ширан, заставив ее резко отдернуться. «Сумочник» же поигрывал тяжелой дубиной.

- Шустрая, сука! – ощерился он, - Но да ладно, и не с такими разбирались!

Еще несколько выпадов и девушка, изворачиваясь и изгибаясь, как змея, отступила к стене, тяжело дыша и оглядываясь, оценивая опасность. Моряк с ножом был быстр, очень быстр. Он, явно уверенный в своем превосходстве, неспешно приближался с широкой ухмылкой. Рональд уже поднялся на ноги и тоже вынул нож, медленно подходя к ней слева. «Сумочник» с дубинкой бочком крался справа. Только татуированный все еще тихо скулил, зажимая разбитый нос.

Они окружали ее неспешно, стремясь отрезать пути к отступлению. Ширан же стояла на удивление спокойно, лишь широко расставленные ноги говорили о напряжении. Синие глаза ее ярко светились на точеном лице с нечеловечески острыми скулами.

- Мы все еще можем обойтись без кровопролития. – тихо сказала она. – Просто свалите отсюда по-хорошему!

Громилы предпочли обойтись без лишних разговоров.

Все кинулись в бой одновременно, словно по команде. Моряк с ножом сделал резкий выпад, целясь в горло, но девушка увернулась, перехватывая его руку и толкнула, заставляя двинуться вперед по инерции. Тот едва не влетел в стену лицом, однако, к его чести, устоял на ногах. Ширан уже пригнулась, уходя от удара тяжелой дубинкой. Нож Рональда просвистел возле самых ребер, опасно царапнув кончиком по тонкой рубахе, и девушка, перекувыркнувшись, тут же исчезла в тени. Двигаясь абсолютно бесшумно, она нашла свои клинки там, где совсем недавно оставила.

- Где эта сука? – злобно гнусавил татуированный, бешено озираясь.

Кровь из разбитого носа стекала на грязную белую рубаху, маленькие глазки его пылали ненавистью. Он явно жаждал добраться до той, кто так задела его самолюбие. Остальные, сыпля отборной бранью, тоже оглядывались по сторонам.

Пусть Пресветлая будет свидетельницей, Ширан не желала резни. Но выбора уже не было.

Клинки с легкостью выскользнули из ножен и девушка, стоя в тени, сосредоточилась, мысленно позвав оружие по руническому имени. Те ответили ей секундной болью от впившихся в ладони магических шипов, а, спустя мгновение, Ширан вошла в симбиоз. Клинки, хлебнув крови, завибрировали в руках, фигура девушки расплылась и потускнела.

Теперь она сама была частью теней.

- Я убью тебя, тварь! Слышишь? – продолжал орать татуированный, - Клянусь, ты будешь молить меня о….

Смерть обрушилась на него сбоку, из темноты, с резким росчерком стали. Отрубленная одним ударом голова с татуировкой змеи покатилась в сторону, как мячик. Тяжелое тело грузно упало, забившись в конвульсиях. А Ширан, смазанной серой тенью, уже неслась к «сумочнику», который только и успел моргнуть, пытаясь рассмотреть противника.

Бритвенно-острое лезвие перерубило сухожилия на ногах, и мужик, заорав, рухнул на колени. Серая фигура исчезла в тенях, а спустя мгновение лезвие сабли сверкнуло кроваво-алым в факельном свете, и, перерезав ему горло, тут же вновь исчезло в темноте. Третий моряк бешено завертелся на месте, рыча и яростно размахивая ножом, но его это не спасло.

Вынырнувшая из темноты тень вновь нанесла удар. Острая сталь первой сабли ударила его прямо в пах, перерубая артерию, а вторая скользнула по животу, разрезая плоть легко, как масло. Все произошло так быстро и стремительно, что оставшийся в живых Рональд едва ли насчитал двадцать ударов заполошно бьющегося сердца. Он с таким ужасом глядел на шевелящиеся тени, что, казалось, глаза сейчас вылезут из орбит.

- Я…я сдаюсь! Сдаюсь! – закричал он.

Нож выпал из его руки и громко зазвенел, упав на мостовую. Все еще живой моряк хрипел, скребя ногами по мостовой и зажимая руками живот с вывалившимися внутренностями.

- Пресветлая, помоги мне! – зашептал Рональд, неловко сотворив знак креста, - Защити от семя дьявольского, спаси…

Тень мелькнула рядом с ним и вновь исчезла сразу после того, как один точный удар прекратил страдания хрипящего моряка.

- Алая Тень... ты Алая Тень! Смилуйся, во имя пречистого праха… - хрипло бормотал Рональд.

На побледневшем лице его выступили крупные капли пота, как только он почувствовал легкое движение рядом с собой, а затем и холод стали прямо под лопаткой.

- Пошел вон! – холодно процедила Ширан, стоя за его спиной, - Еще раз увижу – убью!

Дважды уговаривать не пришлось - едва девушка отступила назад, как мужчина кинулся прочь.

Ширан, выдохнув, опустила клинки. Тело все еще пело в унисон дрожащему оружию, адреналин бушевал в крови. Медленно и неохотно девушка вышла из симбиоза. Магические шипы вновь втянулись в рукояти клинков, оставляя на ладонях две маленькие, кровоточащие ранки. Фигура Ширан, замерцав, вновь обрела четкость.

Девушка огляделась и с горечью покачала головой.

- А ведь могли бы жить себе…

Присев, она быстро обтерла оружие о рубаху одного из мертвых, а затем отыскала ножны, валяющиеся неподалеку.

- Ши…Ширан?

Девушка вздрогнула и обернулась на голос. Мать Селеста! В горячке боя она совсем забыла про старушку.

- Мать Селеста, вы не ранены? – встревоженно спросила она, шагая в темноту, на голос.

Старушка, однако, при виде ее сжалась в комочек и попыталась отползти назад. Чувствовалась, что она была изрядно напугана.

Ширан медленно выдохнула сквозь сжатые зубы и осторожно опустила сабли на землю.

- Все хорошо, мать Селеста! – мягко сказала она, медленно приближаясь к застывшей фигуре, смутно белевшей в темноте. – Все уже кончилось. Все хорошо.

Глава 3

Мало-помалу, увещеваниями и уговорами, ей удалось уговорить мать Селесту ухватиться за ее руку. Еще приличное количество времени ушло на то, чтобы уговорить добраться до дома Ширан. И, только выпив успокаивающего травяного чая, старушка, наконец, слегка расслабилась. Она сидела в мягком кресле, зябко обхватывая ладонями чашку с чаем и наблюдала за отточенными движениями Ширан, чистящей клинки от засохшей крови.

- Это все из-за твоей крови? – наконец спросила она.

Девушка от неожиданности вздрогнула и подняла на старушку вопросительный взгляд.

- Из-за крови ты можешь становиться тенью? – уточнила вопрос мать Селеста.

Взгляд ее, обычно таких теплых и добрых, карих глаз сейчас был слегка затуманен.

- И да, и нет. – подумав ответила Ширан, - Кровь Вечного народа действительно делает меня сильнее, быстрее, выносливее, но тенью… Тенью меня делают они.

Она любовно провела замшевой тряпочкой по лезвию одной из сабель, и без того отполированной до зеркального блеска.

- Это Близнецы. Подарок моего отца, – тихо сказала девушка и лицо ее на мгновение омрачилось печалью. – Как видите, мне от него достались не только жуткие глаза и острые уши.

- Я верю, что всякая жизнь существует по велению Пресветлой, - мягко сказала мать Селеста. – Всякий, кто способен на милосердие находится под Ее благодатью.

- Милосердие… - эхом отозвалась Ширан.

- У тебя доброе сердце. Ты ведь могла убить того заблудшего несчастного, но смилостивилась над ним и отпустила. Я не напрасно шла к тебе с просьбой.

- Это какой же? – с любопытством поинтересовалась девушка.

Старушка вздохнула и глотнула уже остывшего чая.

- Я надеялась лишь, что ты поможешь мне отыскать подходящего человека. Ты как-то обмолвилась, что не раз доводилось иметь дело с наемниками. Вышло же, что… – она пожала плечами. - Вышло, как вышло, на все милость Пресветлой. Мое счастье, что ты оказалась рядом. Но… - она помедлила, - если воспоминания не обманывают мой разум, то Алая Тень никогда не убивает невинных.

- Это правда, – кивнула Ширан.

- Тогда помоги спасти дитя, невольно втянутое в нелепую вражду взрослых, неразумных людей, – мать Селеста просяще сложила ладони. – Одну женщину, мою прихожанку, шантажируют, против воли заставляя выйти замуж. Муж несчастной погиб и дочь – единственное, что у нее осталось. Но ребенка похитили и теперь бедняжка в отчаянии!

- Но почему она обратилась к вам? – недоуменно спросила Ширан. – Почему не к инспектору или городской страже?

- Ах девонька, но кто же станет слушать бедную женщину? Судя по всему, тот мужчина влиятелен и опасен, – грустно улыбнулась старушка. – А кроме того, она и не просить приходила, а лишь излить свою боль. Это я предложила помощь, вспомнив о тебе.

- И что же я должна сделать? – поинтересовалась девушка, убирая, наконец, начищенную саблю в ножны. – Мне вовсе не хочется встревать в распри каких-то дворян.

- Выкради дитя и приведи ко мне в храм, и только. Не нужно отнимать чужую жизнь, всего лишь забрать девочку, – мать Селеста вздохнула, - Пусть они сами решают свои споры, я же укрою ее у себя и позабочусь о ней столько, сколько потребуется. Не должно отнимать у ребенка свободу и использовать в низменных целях, пусть она и не ведает о том сама. Окажи помощь беззащитному, и Пресветлая осенит тебя своей благодатью и милостью. За все благие дела в этом мире вернется сторицей, Ширан.

Девушка задумалась. Не то чтобы ей раньше не доводилось принимать похожих заказов, было дело, однако слова старушки задели какую-то чувствительную струну в сердце.

Милосердие….

Когда-то она тоже была ребенком, которому не дали права выбора.

- Хорошо! – она резко тряхнула головой. – Я подумаю, что можно сделать, но мне нужны детали.

Они проговорили с матерью Селестой до тех пор, пока за окнами не порозовело небо, предвещая скорый рассвет. Старушка, вымотанная событиями, уснула прямо в кресле, а Ширан, накрыв ее старым пледом, долго еще сидела, глядя в камин на пляшущие языки пламени.

Еще пару дней ушло на выяснение деталей. Заказчица, пожелав остаться неизвестной, передавала подробности через мать Селесту и явно желала только одного – вновь увидеть дочь рядом, целой и невредимой. Кроме того, она обещала щедрую награду.

Шантажистом же, оказался герцог Шелтон, укрывавший девочку в своем загородном поместье близ Вестмунда. Насколько знала Ширан, он в дурных делах замечен не был и с похищенным ребенком обращался хорошо. Однако, сложно было бы предугадать чем это может обернуться в дальнейшем.

Находившаяся рядом с поместьем роща Трех Озер была отличным наблюдательным пунктом для Ширан. Забравшись на дерево, она внимательно разглядывала немногочисленную охрану через маленький окуляр.

- Хм, их немного, – задумчиво пробормотала Ширан. – Но, тем, пожалуй, и лучше.

Девочку она нашла почти сразу – кукла, переданная матери Селесте, носила четкий энергетический след, достаточный для того, чтобы сигейль обнаружил цель. Слабого, бледно-розового сияния было вполне достаточно. Артефакт еще ни разу не давал сбоев.

Ловко спустившись с дерева Ширан, укрылась в зарослях цветущей спиреи и, присев в мягкую траву, принялась наблюдать за трудолюбивыми пчелами, привлеченных сладким ароматом цветов.

Теперь оставалось только дождаться ночи…

Черные клочки туч быстро неслись по ночному небу, то скрывая желтый глаз луны, то вновь обнажая его. Ширан гибкой кошкой кралась по крыше поместья, чутко прислушиваясь к шорохам, острое нечеловеческое зрение позволяло недурно видеть в темноте. Сабли, удобно закрепленные на спине, не мешали и не стесняли движений. Девушка не рассчитывала ими воспользоваться, но предосторожность лишней не бывает.

Внизу, во дворе, раздался громкий взрыв смеха. Ширан осторожно свесилась с крыши, оценивая обстановку. Несколько солдат травили байки, передавая по кругу флягу с явно крепким, напитком.

- Доблестные стражи нас стерегут! – хмыкнула девушка.

Сунув руку в небольшой кожаный мешочек, висевший на поясе, она вытащила маленький стеклянный сосуд. Внутри слабо мерцал клубочек тумана, переливаясь перламутровыми оттенками. Миг, и он полетел вниз, с жалобным звоном разбиваясь о дорожку, вымощенную серебристым аридонским гранитом. Стражи насторожились и дернулись было на звук, но не успели. Маленькое облачко вмиг выросло в размере, плотный туман затянул весь двор почти на метр в высоту. Солдаты осоловело захлопали глазами, борясь с внезапно накатившей сонливостью и головокружением, но, не устояв на ногах, рухнули вниз, исчезая в густом облаке. Спустя примерно пять минут туман начал рассеиваться.

Ширан выждала, пока растают последние клочки тумана, а потом ловко спустилась с крыши, цепляясь за трещины в серой стене, изъеденной дождями, ветром и временем. Усмехнулась, услышав громкий храп и легкой тенью метнулась к крыльцу. Бесшумно приоткрыв входную дверь, она бегло осмотрела широкий, просторный холл и мраморную лестницу, ведущую на второй этаж и, никого не увидев, ловко закинула внутрь сразу два сосуда. Первый разбился аккурат на самом верху лестницы, а второй шлепнулся посреди холла. Быстро захлопнув двери, Ширен метнулась через двор, отбегая подальше от поместья. И не зря.

Перламутровый туман просочился сквозь щели в двери, неплотно запертые окна и даже над печной трубой взвилось маленькое белесое облачко.

Выжидав необходимое время и еще минуту сверх того, девушка вновь направилась к двери. Осторожно войдя внутрь, она внимательно огляделась. Вероятность того, что кто-то остался бодрствующим была крайне мала, но лишняя предосторожность не помешает.

Девочку она нашла быстро. Малышка лет пяти с кукольными светлыми кудряшками сладко спала среди мягких пуховых подушек, укутанная толстым одеялом. Маленький кулачок сжимал длинное ухо бархатного зайца, набитого овечьей шерстью. Похоже, здесь к ней действительно относились хорошо. Ширан улыбнулась и осторожно разжала детскую ладошку, внимательно глядя на спящую девочку. Та не шевельнулась. Девушка слегка встряхнула ее и, убедившись, что девочка крепко спит, осторожно взяла ее на руки. Сняв свой плащ, она осторожно завернула в нее малышку и быстро покинула спящее поместье.

Покидая имение герцога Шелтона, Ширан уже не видела, как в незапертую дверь дома проскользнула темная фигура.

Глава 4

Луна на небе успела потускнеть, предвещая скорый рассвет, когда Ширан ехала на своей гнедой по спящим улицам Вестмунда, прижимая к себе уже проснувшуюся малышку. Действие сонного дурмана закончилась и девочка тихо хныкала, потирая кулачками глаза.

- Я хочу к маме! – снова заныла она и Ширан в очередной мученически закатила глаза.

- Я же сказала, что мы скоро к ней приедем, – строго сказала она. – Не ной!

Умение обращаться с детьми никогда не было ее сильной стороной, а потому девочка захныкала еще громче.

Подъехав к храму Пресветлой, Ширан спешилась и, подхватив на руки хнычущую малышку, направилась внутрь. Мать Селеста должна была ждать ее в своем кабинете. Так он, конечно, и было.

И что-то было не так.

На деревянной лавке скорчилась молодая темноволосая женщина в сером, крестьянском платье. Выглядело оно так, словно женщина одевалась в темноте и в большой спешке. Мать Селеста сидела рядом с ней, лицо ее было бледным и встревоженным. Кроме них в комнате находилось еще трое крепких мужчин, затянутых в черную кожу – двое с арбалетами и один с тонкой шпагой на поясе. Черные шуфасы скрывали лица, оставляя только прорези для глаз. Взведенные арбалеты тут же направились на вошедшую девушку, женщины же испуганно встрепенулись. Ширан напряглась.

Наемники. Черные Грифы из Эсхайма.

- Что здесь происходит? – требовательно спросила она, спуская малышку на пол.

Отмечая при этом машинально, что девочка вовсе не кинулась незнакомке на лавке, а напротив, вцепилась Ширан в ногу, испуганно глядя на вооруженных людей.

- Простите! – всхлипнула женщина и, взглянув на ребенка, разразилась слезами.

- Ну, полно лить слезы, душенька! – раздался за спиной знакомый голос и Ширан, поморщившись, обернулась.

Дирк Крэван собственной персоной, по-хозяйски зашел в комнату, а за ним замаячили силуэты еще двух мужчин с такими же закрытыми лицами.

- Ты?

- А ты не ожидала, а? – ухмыльнулся мужчина. – Я вот, например, знал, что мы снова свидимся!

Третий Гриф проскользнул за ним следом, сжимая в руках плотный кожаный мешок.

- Дело сделано, – голос из-под плотного шуфаса звучал глухо.

- Давай, показывай! – потребовал Дирк.

Гриф пожал плечами, развязал мешок и запустил туда руку. Ширан прищурилась, ощутив, как от дурного предчувствия в животе скручивается тугой узел. Кожаный мешок упал на пол, и наемник вытянул руку вперед, держа за густые, золотистые волосы окровавленную голову мужчины. Дирк одобрительно кивнул и улыбнулся.

А спустя мгновение Ширан оглушил истошный визг девочки.

- Папа! – закричала она и громко завизжала, прижав к щекам маленькие кулачки, а затем заладила, как заведенная, заливаясь громким плачем: – Папа! Папа! Папа!

Гриф невозмутимо взглянул на вопящего ребенка, продолжая держать в руке отрубленную голову.

- Да брось ее уже! – брезгливо поморщился Дирк.

Наемник невозмутимо кивнул и отшвырнул голову в угол комнаты. Это вызвало новый поток истошных воплей девочки.

- Пресветлая, смилуйся, – вскрикнула потрясенная мать Селеста. - Что же вы творите, безбожники? Что же вы дитя мучаете? Пусть Кернун и его свита глодают вечно ваши проклятые кости!

Она кинулась к девочке, обхватила маленькое дрожащее тельце, пытаясь успокоить. Та не реагировала, продолжая кричать. Полные ужаса зеленые глаза, ярко выделялись на бледном личике. Мать Селеста, горестно охая прижала ее лицом к себе, не давая больше смотреть на страшное зрелище.

- Что все это значит? – ледяным тоном поинтересовалась Ширан.

- А что тебе неясно, дорогуша? – хмыкнул Дирк. - Это голова герцога Энтони Шелтона, собственной персоной. А это, - он ткнул пальцем в ревущего ребенка, - Альмира, юная герцогиня и внебрачная дочь лорда Шелтона. Менее недели назад официально признанная им самим. Документ, подтверждающий право наследования юной леди хранился в его поместье, которое, к великому несчастью сейчас полыхает вместе с его безголовым телом, досточтимой супругой и целым штатом слуг и стражей. Благо, все они спали в этот, несомненно трагичный, момент. Некая наемница об этом позаботилась, не так ли?

Ширан тряхнула головой. Мысли кружились в голове и жалили, как мелкие осы. Истошные вопли девочки лишь усугубляли растерянность, не давали сосредоточиться.

- Анна прекрасно сыграла свою роль несчастной дворянки, - продолжал Дирк.

Темноволосая женщина, съежившись на скамье тихо плакала.

- Простите… - прошептала она, отводя глаза от матери Селесты, пытающейся успокоить орущего ребенка.

- О, у нее были свои причины, уж поверь мне! Я умею заставлять людей делать то, что мне нужно, – Дирк в упор посмотрел на Ширан, - И всяких выродков тоже.

- Ты использовал меня, ублюдок! – зло процедила девушка, - Какого хрена, Дирк? К чему это представление?

- Захотелось! – ухмыльнулся мужчина. – Ты отказала мне, и я решил тебя проучить. Если бы согласилась, то получила бы деньги. А теперь получишь виселицу. Хотя… - он окинул Ширан презрительным взглядом, - ее бы заслужила грязная полукровка, а вот ты, скорее, отправишься на костер. Как и каждый представитель твоего проклятого народа.

Он усмехнулся, услышав, как потрясенно охнула мать Селеста. Ширан казалась невозмутимой, лишь яркие синие глаза словно пылали внутренним огнем.

- О, да, я знаю кто ты, лапушка, - продолжил Дирк, наслаждаясь яростью во взгляде девушки. - Хотя, теперь и не только я. Видишь ли, инспектор Брашетт уже получил информацию о некоей Ширан Тайлис, принявшей заказ на герцога Шелтона. Как и о том, что она из себя представляет. Готов поспорить, что городские стражники уже рыщут в ее доме. Там они найдут много интересного, например, золото и договор на выполнение определенного заказа. С ее личной подписью.

- Которую несложно подделать, имея нужный артефакт. – мрачно продолжила Ширан.

Да, он не лгал – многие заключали договора с наемными убийцами, магически скрепляя его подписями. Тайно, разумеется. Такой договор в руках дознавателей – фактически смертный приговор. А уж одной из Вечных рассчитывать на легкую смерть и без всяких договоров было глупо.

Ширан грязно выругалась.

- Именно! – довольно осклабился Дирк. – Отличный план, не так ли?

- Мне надоело болтать! – тряхнула головой вконец разозленная Ширан, резко выхватывая сабли.

Однако, прежде, чем она успела войти в симбиоз с клинками, в воздухе замерцала голубоватая сеть и тут же опутала ее, облепив тело, как мокрая ткань. Мышцы во всем теле свело судорогой боли и, сдавленно вскрикнув, Ширан выронила сабли из моментально ослабевших рук. Рухнув на пол, она забилась, стремясь скинуть с себя путы, но лишь усилила собственные страдания. Каждое движение словно заставляло тело гореть.

Затуманенным от боли и ярости взглядом она наблюдала, как Дирк вынул руку из кармана шелкового камзола и неспешно разжал ладонь, демонстрируя тонкий, молочно-белый жезл, не больше мизинца размером. Руны на нем зловеще светились рубиново-красным светом.

- Утверждалось, что с таким артефактом король Джарласс охотился на Вечных, - протянул Дирк, с интересом наблюдая за корчащейся девушкой, - Похоже не лгали! Хм, прелюбопытная вещица…

Ширан беспомощно зарычала, дернувшись в сторону своего мучителя, но тут же от новой вспышки боли потемнело в глазах. Гибкое тело выгнулось на полу в жуткой судороге.

- Ты гляди-ка, она все еще борется, – рассмеялся Дирк. - Напрасный труд. Что ж, на рассвете я извещу инспектора Брашетта о пойманной преступнице, а пока… - он подошел ко все еще плачущей девочке и склонился над ней, - Пора бы познакомиться с нашей маленькой герцогиней.

О, как же Ширан хотелось вцепиться в его глотку и затолкать туда этот отвратительный смех! Она снова рванулась, хоть и понимая всю бессмысленность этого, но просто не позволяя себе сдаться. Сознание мутилось от боли, перед глазами плыли алые круги, кровь из прокушенной губы тяжелыми каплями падала на пол, но Ширан упрямо ползла вперед. Дюйм, еще один. И еще.

Пресветлая, как же больно!

- А ты миленькая, - голос Дирка донесся до замутненного сознания, как через вату. – Подрастешь немного и мы с тобой познакомимся поближе.

- Ты убил моего папу! – вдруг истерично завопила принцесса Альмира и, вырвавшись из рук матери Селесты кинулась на Дирка.

Она врезалась прямо в живот мужчины, не ожидавшего такой прыти от девочки, и, повиснув на его руке, изо всех сил вцепилась в нее зубами. Тот, вскрикнув от неожиданности, выронил артефакт, который с легким стеклянным звоном закатился под шкаф. Рубиновое свечение рун сверкнуло и тут же погасло.

- Ах ты маленькая дрянь! – побагровел от злости мужчина и залепил Альмире звонкую пощечину.

Не устояв на ногах, девочка рухнула на пол, да так и осталась лежать, затихнув.

А Ширан уже поднималась, в синих глазах горела злоба и обещание скорой расправы. Каждая клеточка ее тела ныла и молила о пощаде, но магические путы исчезли, а значит путь был свободен.

- Взять ее! – взревел Дирк лихорадочно озираясь в поисках потерянного артефакта.

Черные Грифы не сдвинулись с места.

- Вы что, оглохли, ублюдки паршивые? – вне себя от ярости визжал мужчина, глядя на застывшие черные фигуры. – Взять ее, я сказал!

Лицо его перекосилось от злости, он попытался отбежать в сторону, но не успел. Удар тяжелым сапогом в пах заставил согнуться пополам и Дирк, заскулив, упал на пол.

- Вы должны защищать меня! – просипел он, но очередной удар оборвал его.

Еще один удар. Ширан била лежащего мужчину ногами куда попало – в живот, в лицо, по ногам, вымещая боль и злость. Кровавые капли полетели в разные стороны, забрызгав стены, заляпав одежду, носы ее светлых замшевых сапог потемнели до темно-бардового. Подняв обмякшего мужчину за волосы, Ширан приблизилась к самому его лицу, разбитого в кровавую кашу.

- Никто. Не. Заберет. Мою. Свободу. – зло процедила она ему в лицо. – И ты сдохнешь за то, что пытался это сделать, мразь!

- Пощады…Милосердия… - слабо захрипел Дирк, - Молю…

- Вот тебе твое милосердие, сука! –прошипела Ширен и изо всех сил приложила его лицом о каменный пол.

Потом еще раз. Одна из застывших черных фигур сзади слегка шевельнулась, будто собираясь шагнуть вперед, но вторая тут же сделала легкое движение рукой и Гриф снова замер.

Наконец, когда, застывшее тело перестало подавать какие-либо признаки жизни, Ширан отошла в сторону и, слегка пошатываясь, обернулась. Шестеро Грифов молча смотрели на нее, стоя возле двери. Лишь обсидианово-черные глаза в прорезях шуфасов блестели в полумраке. Сабли валялись совсем рядом с ней, но даже будь они в руках девушка не была уверена в исходе боя. Черные Грифы – элитные наемники, прошедшие нелегкую боевую школу Эсхайма и сражаться с шестью одновременно чистое самоубийство. Но сдаваться Ширан не собиралась и если уж ей суждено погибнуть, то она умрет с оружием в руке, а не в цепях или сожженной заживо на потеху толпе. Сзади на скамье тихо, на какой-то одной монотонной ноте, скулила Анна и мать Селеста что-то успокаивающе забормотала.

- Что же вы не защитили своего заказчика? – усмехнулась Ширан и сплюнула, - Я подозревала, что боец из него говенный, но, чтобы настолько!

Один из Грифов шагнул вперед и Ширан тут же метнулась к саблям. Верхняя губа ее задралась в волчье оскале, обнажая зубы.

- Подожди, – внезапно произнес мужчина и поднял руки, показывая девушке раскрытые ладони, словно давая понять, что не угрожает ей. – Ты хочешь знать, почему мы с ним не сражались? На то есть три причины.

Он посмотрел прямо в упор на Ширан, и та вдруг заметила, что у него не обсидиановые, как у остальных, а необычайно яркие глаза, янтарно-желтые, обрамленные черными, густыми ресницами. Их необычный, слегка раскосый разрез был смутно знакомым.

- Первое - он нарушил договор, не рассказав всех подробностей заказа. Про похищение ребенка и ложные обвинения другого речи не было. Это может плохо сказаться на нашей репутации, – наемник покачал головой, - Второе – мы никогда не сражаемся против других наемников, это правило нерушимо. Черные Грифы уважают и чтят собратьев по ремеслу. Исключение – только самозащита, но это редкость. Большинство знает об этом и не переходят границ.

Он помолчал, внимательно глядя на удивленную девушку.

- А что же третье правило?

- О нем не ведомо заказчикам, но для нас оно важнее, чем первые два, – ответил наемник. – Мы никогда не убиваем тех, кто с нами одной крови.

Он резким движением стянул с головы шуфас и Ширан замерла, неверяще глядя ему в лицо. Позади от удивления синхронно вскрикнули женщины. А девушка все смотрела. На тонкие черты, острые кончики ушей и необычные, яркие глаза. И лица остальных Грифов, всегда скрытые черными шуфасами. Картинка в голове сложилась в паззл.

- Вы полукровки? – выдохнула она.

- Да, но не все из нас, – кивнул мужчина и мягко продолжил. – Далеко не все. Ты не одинока в этом мире, сестра. Меня зовут Эвари.

Сестра. Слово больно резануло по чувствительным струнам души, заставив вспомнить о семье, что у нее когда-то была.

- Ты можешь пойти с нами, – тихо сказал Эвари. – Ту, кто называет себя Алой Тенью у нас примут всегда. Мы знаем о тебе.

- Я работаю в одиночку, - машинально ответила Ширан.

- Это твое право – кивнул мужчина. – Помни, мы всегда будем тебе рады.

Натянув шуфас, Эвари подал знак и пятеро Грифов за его спиной двинулись к выходу. Некая смутная мысль сформировалась в голове девушки, и она окликнула его.

- Эвари?

Гриф обернулся.

- Ты сказал, среди вас не все полукровки. Значит есть и люди?

- Нет, – широко улыбнулся он ей в ответ.

Грифы покинули комнату совершенно бесшумно, растаяв в темноте за дверями. Ширан выдохнула и села прямо на пол. После пытки, устроенной Дирком, мышцы подрагивали, а ноги и вовсе превратились в кисель. Она кинула взгляд на молчавших женщин: Анна смотрела на нее с суеверным ужасом, сжавшись в комок, мать Селеста баюкала на руках бессознательную Альмиру, бросая на Ширан встревоженные взгляды.

- Эта девочка – будущая герцогиня Шелтон, - наконец промолвила девушка и вскинула острый взгляд на Анну. –Зачем она нужна была Дирку?

- Чтобы жениться, – хрипло ответила та, поежившись. – Герцог с женой мертвы, их дочь должна была исчезнуть и считаться похищенной, а потом… потом вновь объявиться, но уже обрученной. Он стал бы герцогом, таков был план.

- Грязный ублюдок! – выдохнула Ширан. – Ты помогала ему по своей воле?

Вопрос хлестнул Анну словно кнутом, и женщина отчаянно замотала головой, съежившись.

- Нет! Я… я не хотела! Клянусь, он заставил меня!

- Заткнись, – вяло оборвала ее Ширан. – Мне плевать.

Гнев покинул ее окончательно, оставив только пустоту в душе, которая вскоре, она знала, наполниться горечью и угрызениями совести. Но это будет потом.

- Ширан, дитя мое, будь милосердной! – мягко сказала мать Селеста. - У бедняжки не было выбора…

Ширан оборвала ее хриплым смехом.

- Довольно о милосердии, мать Селеста! Я сегодня и так совершила его столько, что хватит с лихвой!

Поднявшись на ноги, она подошла к окровавленному Дирку. Он был все еще жив, дыхание с хрипом вырывалось из разбитых губ. Брезгливо поморщившись, Ширен обыскала его и вытащила из карманов толстый кошель с золотыми монетами и смятую бумажку из дорогого пергамента. Развернула, прочла и протянула матери Селесте.

- Это завещание покойного герцога. Позаботьтесь о том, чтобы оно попало в нужные руки. В конце концов вы обещали помочь девочке, - с горечью сказала она.

Мать Селеста молча взяла его.

- А теперь, уходите отсюда. Пожалуйста.

Поколебавшись немного, мать Селеста поднялась на ноги и, подхватив Альмиру на руки, направилась к выходу. Девочка слабо застонала. Анна поспешно вскочила и, нервно теребя юбку, с опаской просочилась мимо Ширан так быстро, будто боялась, что та кинется на нее и сожрет.

- Что ты будешь теперь делать? – спросила мать Селеста, обернувшись у самой двери.

Глаза ее, блестевшие от слез, были полны сочувствия и беспокойства.

- Сначала сделаю еще одно милосердное дело, - устало усмехнулась Ширан и кивнула на Дирка. – А потом… боюсь Вестмунд больше не рад мне.

- Я расскажу инспектору Брашетту обо всем, дитя! – дрожащим голосом сказала старушка. – Обещаю!

Ширан лишь покачала головой и мать Селеста тихо вышла из комнаты.

Независимо от того, поверит Брашетт матери Селесте или нет, ее уже ничего хорошего не ждет. Проще убить выродка, чем искать виноватого – это Ширан уяснила уже давно. Кошеля с деньгами ей хватит на первое время, а потом… Может и стоит попытать счастья в Эсхайме, среди своих. Ширан невольно улыбнулась. «Свои» звучало так приятно для ушей девушки, привыкшей всегда ощущать себя чужой, куда бы не пошла.

Да, ей определенно стоит наведаться в Эсхайм.

Острая сталь блеснула в воздухе, серебристым росчерком оборвав еще одну жизнь, а спустя несколько минут в комнате осталось лишь мертвое тело. Робкий луч восходящего солнца осветил залитое кровью лицо и глубокую рану на шее.

В Вестмунде начинался новый день.