Каин

Глава 1

Каин

Кабинет главы Ордена Луча тонул в полумраке, разрезаемом лишь холодными лучами искусственных светильников. Агон стоял у панорамного окна, сжимая в руке бокал с темным вином. Его пальцы побелели от напряжения.

Последние новости были ударом под дых. Бывший лучший охотник ордена — Дмитрий, ставший оборотнем, — в одиночку уничтожил верхушку Культа Крови, расправился с вожаком стаи Буслаем и ликвидировал шестерых элитных наёмников самого Ордена Луча. Баланс сил в регионе рухнул.

Да, Дмитрий казалось бы отошёл от дел. Он нашёл то, чего так долго искал, отомстил всем, кому планировал, и сошёлся с той самой волчицей Лизой. У них родился ребёнок или зверёнок, и по всем законам логики мятежный охотник должен был затаиться в глуши, наслаждаясь тишиной. Но для Агона оставить его в живых означало подписать приговор собственному авторитету. Культ Крови трещал по швам, в стае оборотней сменилась верхушка, а имя Дмитрия уже стало легендой в преступном мире. Его шёпотом называли Изгой — тем, кто стирает любые авторитеты.

Простить такое было нельзя. Но посылать обычных бойцов на верную смерть Агон больше не мог. Ему нужен был тот, кто превзойдёт Дмитрия в жестокости, хладнокровии и беспринципности.

Дверь кабинета бесшумно отворилась. Агон даже не обернулся, но потяжелевшему воздуху и едва уловимому запаху дешевого табака и пороха понял, кто вошел.

— Ты выглядишь так, будто у тебя умерла последняя надежда, старик, — раздался хриплый, издевательский голос из темноты.

Из тени вышел человек. Его лицо пересекал старый шрам от правого уха до подбородка, а глаза смотрели с ледяной, животной насмешкой. Это был Каин — наёмник, от услуг которого содрогались даже самые отъявленные головорезы пустошей. Конченая сволочь, садист и психопат, чьи методы заставляли содрогаться даже инквизиторов Ордена. Если Дмитрий был машиной для убийств с кодексом чести, то Каин был чистым хаосом на двух ногах.

— Мне плевать на твою личную неприязнь, Каин, — холодно произнёс Агон, наконец поворачиваясь к гостю. — Мне нужен результат.

Каин усмехнулся, обнажив желтоватые зубы, и лениво закинул на плечо тяжёлый штурмовой арбалет с разрывными болтами.

— Я слышал про твоего блудного пса. Говорят, он теперь играет в семейную идиллию, нянчит волчонка, — Каин подошёл ближе, заглянув Агону прямо в глаза. — Знаешь, мне даже интересно проверить, насколько крепка его броня, когда я прижму к стенке его самку и этого бастарда.

Агон поморщился от отвращения к методам наёмника, но промолчал. Другого выхода не было.

— Бери кого хочешь. Используй любые средства. Но от головы Изгоя я хочу увидеть только окровавленный череп на своём столе.

Каин расплылся в хищной ухмылке:

— Считай, что этот щенок уже скулит у моих ног. Время охоты на легенду.

-Ты слишком самоуверен Каин многие допустили такую же ошибку и поплатились не один раз -

-Они были слабаками а я хочу наконец сойтись с этим Изгоем он бесил меня пока был человеком а сейчас я его просто ненавижу -

Каин остановился у самой двери, медленно развернулся, и его усмешка мгновенно испарилась, сменившись опасным, почти безумным блеском в глазах. Воздух в кабинете словно стал на несколько градусов холоднее.

— Ничтожества на которых можно только охотится — тихо, с шипением произнёс Каин, делая шаг назад к столу главы Ордена. — Глава культа, старый Буслай и твои ручные шестерки — да, они были тупорылыми кусками мяса, которые думали, что превосходство в силе решает всё. Они идиоты.

Каин положил ладонь на рукоять своего изрезанного шрамами клинка, а второй рукой нервно покрутил тяжёлый патрон с разрывным сердечником.

— Ты думаешь, я хочу просто прийти и вызвать его на дуэль под луной? — в голосе наёмника зазвучал ядовитый скрежет. — О нет. Я хочу, чтобы он сгорел. Я хочу, чтобы его дом превратился в пепел, пока он будет смотреть. Я хочу заставить его бежать, чувствовать себя беспомощным, выть от боли, когда я буду резать на куски всё, что ему дорого. Этот волчара думает, что выиграл жизнь, но он просто отсрочил неизбежное.

Агон молчал, внимательно глядя на безумца. Он знал, что Каин не управляем, но именно эта безбашенная, всепоглощающая ненависть делала его идеальным оружием против Дмитрия. Тот побеждал хладнокровных убийц, потому что сам был холодным расчетом. Но против чистого психопата, движимого личной завистью и злобой, у Изгоя ещё не было опыта.

— Иди, — наконец бросил Агон, отворачиваясь к окну. — Но если ты провалишься, за тобой никто не придёт.

Каин хрипло рассмеялся, резко развернулся и вышел, хлопнув тяжёлой дверью так, что задрожали стекла. Охота на легенду началась, и на этот раз правила игры устанавливал не зверь, а безумие.

Каин резко замер посреди коридора Ордена Луча. По спине пробежал неожиданный, неприятный холодок — такой сильный, что волоски на руках встали дыбом. Он знал это ощущение. Его нутро, прожжённое адреналином и бесчисленными бойнями, впервые за долгое время подало сигнал тревоги. Страшно? Нет, это было скорее острое, забытое чувство опасности, которое только распаляло его азарт.

«Будет весело», — промелькнула у него в голове хищная мысль.

Каин уже прокручивал в уме свой план. Честная схватка? О нет. Устраивать благородную дуэль с этим выскочкой Изной он не собирался. План был прост и грязен: вымотать зверя, заставить его тратить силы, а затем добить. А для грязной работы отлично подойдут те самые наёмники Ордена Луча. Пускай идут вперёд как расходный материал, мясо для клыков оборотня, пока Каин выжидает удобного момента.

Но в этот момент воздух за его спиной словно сгустился. Ни единого звука. Ни шороха одежды, ни скрипа пола. Шагов не было вообще — казалось, само пространство проглотило присутствие этого существа.

Каин резко развернулся, вскидывая руку с клинком, но замер.

В полумраке коридора, прямо перед ним, стоял силуэт, от которого веяло могильным холодом. Это был призрак. Михаил.

Когда-то давно Михаил, Дмитрий и сам Каин учились у одного и того же сурового мастера. Но Михаил погиб — или по крайней мере Каин был в этом уверен.

Призрак смотрел на него пустыми, пронзительными глазами, в которых отражалась вечность.

— Зачем пришел, старик? — ощетинился Каин, кривя губы в злой усмешке. — Я искренне радовался, когда ты сдох, мерзкая тварь. Всегда ненавидел твои нудные нравоучения во время учебы!

Михаил не шелохнулся. Его голос прозвучал не в воздухе, а прямо в голове Каина — ледяной, безэмоциональный и абсолютный:

— Я пришел посмотреть на мертвеца. Конец уже близко... просто ты еще об этом не знаешь.

Каин криво усмехнулся, хотя холод внутри от слов призрака все же неприятно кольнул в груди. Он резко отмахнулся, словно от назойливой мухи.

— Не надо меня пугать своими пророчествами, старик! — процедил наемник, злобно прищурившись. — Твой драгоценный песик и любимчик станет моим личным трофеем. Посмотрим, на что он способен. Говорят, он слегка прибавил в умениях и весе после того, как превратился в зверя. Тем интереснее! Его шкура отлично ляжет мне под ноги вместо коврика.

Михаил слегка наклонил голову, словно оценивая степень безумия своего бывшего соученика, и тихо ответил:

— Как скажешь, Каин. Только учти: однажды Орден вот так же использует тебя, сожрет, а потом просто сольет и выбросит на помойку, как ненужный хлам.

Каин громко и фальшиво рассмеялся, перехватывая рукоять клинка подобнее:

— Плевать! Я успею к этому времени накопить столько денег и власти, что ваш орден вместе с его главой согнётся подо мной!

Михаил лишь медленно покачал головой, растворяясь в тусклом свете коридора, и напоследок бросил эхом в сознании наёмника:

— Всегда был алчным... Это тебя и погубит.

— Прощай, мне пора. До встречи... надеюсь, нескорой, — процедил Каин, пытаясь скрыть раздражение за напускной бравадой.

Михаил лишь едва заметно усмехнулся одними уголками губ:

— Я бы на это не рассчитывал.

После этих слов силуэт призрака окончательно растаял в воздухе, растворившись в тенях коридора и оставив Каина наедине с тяжёлой тишиной и собственными мрачными мыслями.

Наёмник яростно сплюнул на каменный пол, сжав кулаки до хруста в суставах. Призрак умел действовать на нервы, но отступать Каин не собирался. Мысль о шкуре Изгоя под ногами и о баснословной плате, которую он выбьет из Агона за эту работу, грела его куда сильнее любых пророчеств.

«Время за дело», — подумал он, направляясь к выходу из цитадели Ордена Луча, где его уже ждал первый отряд пушечного мяса.