Иртонский волк

Глава 1

По морю, вблизи одного из скалистых берегов острова Иртон, шел дракар с парой десятками отважных морских варваров на борту. Море было спокойным, холодное солнце светило ярко, а до ближайшего поселения ещё около пяти верст, ничего не предвещало беды. Небольшой трюм и свободная часть палубы были уложены серебром, шкурами и несколькими мешками пшеницы. Похоже сегодня северянам улыбнулась удача и они возвращались домой с богатой добычей. Гребцы уже представляли как потратят свою часть добычи, как где-то в корме послышался громкий всплеск. Воины тут же подняли весла и обратили свои взгляды в направлении шума. Но перед ними предстало лишь пустое место одного из гребцов.

— А где Бальд? Выпал что ли? — произнёс один из воинов

С другого борта прозвучал ответ:

— Да Хваль его знает. Может…

Не успел договорить воин, как в его лицо влетело весло, вылетевшее из воды, будто сам морской вождь Норид запустил его, спутав с копьём. Весло выбило огромного мужчину за борт, попутно лишив его сознания. А спустя ещё секунд, будто хищная касатка, из воды вынырнул мужчина в белой рубахе и шароварах, а на его спине висели щит и топор, привязанные плотным куском ткани. Как только ноги мужчины коснулись палубы он сжал в руке свою бледно-золотую бороду с двумя косами по краям, выжимая излишки морской влаги и произнёс с нескрываемым наслаждением:

— Уже уходите? Даже не поздороваешься, Олаф Нерийский?

Тогда мужчина с густой тёмной бородой и волчьей шкурой на плечах отдал приказ:

— Убейте его! Быстрее!

Только в том приказе не было нужды, мужчины уже схватились за топоры и были готовы растерзать его на части за такое нахальство. Трое, что находились ближе всего к напавшему ринулись на него, занося топоры. В тоже время блондин дёрнул за торчащий из тугого узла кусок ткани и топор со щитом упали на палубу. Уворачиваясь от выпада самого быстрого из тех троих, нападавший сел на корточки, развернувшись к нему спиной. В туже секунду одной рукой он схватил край щита, а второй топор, после чего прокрутился на месте, сбив с ног защитника драккара. В следующую секунду он выпрямился и размозжил голову врага краем щита, все ещё держа его за край одной рукой. После он выбил топор из рук того, кто атаковал следом и одним пинком сбросил его за борт. Когда брызги окропили борт северной ладьи блондин ринулся навстречу третьему и одним взмахом отделил его голову от тела. Остальные воины с драккара замешкались на пару секунд, чего хватило чтобы нападавший взялся за щит как должно, просунув руку под кожаные ремни. Тогда уже атаковать стал он. Нападавший побежал на врагов, выставив щит перед собой. Когда он почувствовал, что в его щит упёрлись, он сделал шаг назад, опустил щит и одни широким взмахом, вспорол животы троих. Один из воинов на носу, наблюдавший, как его товарищей – закалённых в десятках боёв – рубят, будто трухлявые пеньки, произнёс:

— Да кто он такой?..

Мужчина в волчьей шкуре, которым и был Олаф Нерийский ответил своему воину:

— Это Рагнар Иртонский Волк. Один из сильнейших воинов этого острова... — немного помолчав Олаф прокричал — Но даже он не сможет одолеть нас всех один!

Услышав это Рагнар, после того как отсек очередную голову, посмотрел прямо на Олафа и произнёс:

— Так я не один

После этих слов он издал свист, что распугал всех птиц на версту отсюда. Услышав сигнал своего командира на берег вышел десяток лучников и шквал стрел покрыл драккар. После первого же залпа 5 воинов пали, а Рагнар, что скрылся за щитом продолжил рубить оставшихся, на тот момент их осталось около немногим больше пяти. Тетива снова издала звонкий звук, подобный струнам лиры, но на этот раз морские варвары успели укрыться за бортами и щитами.

— Достаточно — крикнул Рагнар, начав махать своим товарищам щитом.

Рагнар убил всех воинов и вод перед ним остался лишь Олаф.

— Прошу, пощади. Забирай всё, серебро, меха, оружие. Только не убивай — взмолился темнобородый воин

— С такими речами не видать тебе Вальтара. Так уж и быть я не убью тебя, но поклянись честью своего рода, что больше никогда не назовёшь себя воином и не возьмёшься за топор — с пренебрежением ответил на его мольбу Рагнар

— К-клянусь... Клянусь своей честью и честью своих детей и внуков... —пробормотал Олаф, не сводя глаз с окровавленного топора Рагнара.

Рагнар разочаровано вздохнул и произнёс: — Надеюсь ваши дети пойдут в Хильду, она настоящий воин... Кто только доверил тебе вести поход?

Не дожидаясь ответа Рагнар обратил свой взгляд на морской горизонт и произнёс вполголоса:

— Видимо и сегодня мне не отведать эля из чаши Орина...

Пока Рагнар наблюдал за колебанием водный глади на горизонте, из-за скалистого берега выплыл драккар на весёлых, на единственной мачте виднелся серый парус. Драккар встал параллельно ладье Олафа и пришвартовался к нему крюками. Когда борты судов ударились друг об друга, десяток мужчин, явно не обделённые силой, начали переносить награбленное на свой драккар.

— Олафа тоже заберите — приказал Рагнар своим людям, не отрывая взгляд от горизонта — И возьмите его драккар на буксир, думаю вождь обрадуется новому судну.

— Постой! — воскликнул Олаф — Это драккар нашей деревни, оставь хотя бы его. Ты ведь знаешь сколько труда плотники вкладывают в драккары

Тогда Рагнар повернулся к Олафу и произнёс с равнодушным взглядом:

— Ты сам сказал «забирай всё»…

— Но он не принадлежит мне, я не могу им распоряжаться — произнёс Олаф, когда двое бородатых мужчин брали его под плечи.

— Попробуй объяснить это вождю. Хотя вряд ли он послушает труса. — невозмутимо ответил Рагнар, перебираясь в свой драккар.

По возвращению в деревню их встретили как героев. Женщины встречали своих мужей, что вернулись целыми после битвы. Старики и фермеры благодарили воинов за возвращение их запасов. Дети весело бегали вокруг, воображая как пустят в дело свои топоры. Рагнара встретил седобородый мужчина с гладковыбритой головой, на которой виднелась витиеватая татуировка во всю макушку и затылок. Несмотря на то, что старику шёл уже шестой десяток, по мышечной массе он не уступал молодым воинам. Это был вождь Иртона — Ильмар Железный. Отозвав Рагнара чуть в сторону от причала и толпы, Ильмар сказал ему:

— Значит и в этот раз Орин решил сохранить твою жизнь.

— Как видите, вождь. К сожалению у богов ещё осталась для меня работа на земле — с ноткой разочарования ответил Иртонский волк

— Похоже на то… — проговорил вождь, а помолчав ещё пару секунд добавил — Уверен однажды ты окажешься в Вальтаре и выпьешь для с героями прошлого, но не слишком ли ты торопишься покинуть наш мир? Быть может боги хотят для тебя иной судьбы?

— Что вы имеете ввиду? — спросил Рагнар, хотя уже догадывался к чему клонит вождь.

— Быть может тебе остепениться? Завести жену и детей? В нашей деревне достаточно воительниц, способных выносить достойных наследников твоего имени

— Я ищу лишь пути в Вальтар. Семья лишь якорь, удерживающий воина на этой земле — рефлекторно ответил Рагнар, похоже этот разговор повторялся уже не единожды.

— Дело твоё, Иртонский волк. — ответил Ильмар — В таком случае могу пожелать тебе лишь смерти достойной твоего имени.

— Спасибо вам, вождь. — ответил Рагнар, ударив себя кулаком в грудь и сделав небольшой поклон — Ах да, мы вам новый драккар привели, думаю он будет полезен. — сказал Рагнар выпрямляясь.

После этих слов Рагнар подошёл к одному из своих воинов и приказал:

— Отправь весточку Хильде в Нерий. Пусть забирает своего мужа

Мужчина кивнул и быстро переставляя ноги зашагал куда-то вглубь деревни.

Спустя пару дней к берегам Иртона пришвартовался Нерийский драккар с десятком воинов и тремя рабами. Во главе похода стояла женщина с длинными золотыми волосами, выжженными солнцем и стянутыми в тугую косу. На плечах её лежала шкура былого северного волка, который обитает лишь на одном острове архипелага Эствент — Хельтаре. Светло-коричневый платье опускалось чуть ниже колен, а на красном поясе висел топор с защитными рунами на рукояти. Эту женщину звали Хильда Дочь Ястреба. В прошлом она была великой воительницей. Поговаривают что свою первую победу она одержала ещё в пять лет, когда дикий пёс набросился на её новорождённого брата Лейфа. Однако с рождения её первенца Бьерна она сменила топор на прялку и оставила сражения на мужчин.

Когда драккар причалил Хильда первая сошла на берег и направилась на встречу вождю, что уже стоял на причале. Оказавшись лицом к лицу с Ильмаром, что был на голову ниже бывшей воительницы, Хильда встала на колено, приклонила голову и произнесла с глубочайшим уважением в голосе:

— Приветствую тебя о Ильмар Железный, вождь острова Иртон. Словами не передать мою благодарность, что позволили мне забрать мужа домой.

— Встань — ответит ей Ильмар — Не пристало дочери Ястреба приклонять колено перед дряхлым стариком. А за жизнь своего ненаглядного благодари Рагнара.

— Да было бы за что благодарить. Лишил мужчину всякой чести. — послышался из толпы тихий голос — Лучше бы убил.

Хильда направила свой холодный взгляд на толпу. Она смотрела как волк на беспомощного ягнёнка. Всякий шёпот стих, даже малые дети, обсуждающие приплывших воинов стихли. Не произнеся ни слова Хильда выпрямилась, ударила себя кулаком по груди, сделала небольшой поклон, как прежде делал Рагнар, и только потом произнесла:

— Как скажешь, вождь. Но все же прими этот дар в знак моей благодарности — Хильда указала на трех рабов, что как раз подвели к ней — Мы привезли их с побережий южного материка и я лично отбирала их в дар вашей деревне.

— Благодарю тебя, Хильда, я с радостью приму твой дар. — ответил Ильмар, а после обратился к мужчинам, стоящим подле него — Отведите этих трэллов в хлев.

Без лишних слов двое мужчин прошли мимо Хильды и повели трэллов, за верёвку которой они были связаны между собой, в деревню.

— Эйра — обратился затем Ильмар с молодой девушке, стоящей рядом.

— Да, отец — ответила ему Эйра.

— Проводи нашу гостью к Рагнару. Не будем задерживать её пустыми разговорами.

— Как скажете, отец. — произнесла Эйра, а после перевела свой взгляд с отца на Хильду — Прошу за мной.

Вождь отошёл в сторону, толпа на причале расступилась и молодая черноволосая девушка, на вид лет 16, в белом платье с красным фартуком и жилетом из овечьей шкуры повела Хильду к дому Рагнара. Следом за ней пошли и воины-гребцы. Тогда Дочь Ястреба повернулась к ним и сказала:

— Не нужно меня сопровождать. Лучше отдохните и подготовьте драккар к обратному пути

Эйра и Хильда шли вровень между деревенских домов. Молодая девушка не сводила взгляда с белого плаща Хильды. Заметив это Дочь ястреба произнесла, не поворачиваясь головы к провожатой:

— Нравится?

— А?! — вскинула от неожиданности девушка — Да, хороший мех. Вы сами убили того волка?

— Нет, это прощальный подарок отца. Он подарил мне этот плащ когда я поплыла в Нерий, чтобы я не забывала родного Хельтара. — с теплотой в голосе произнесла прежде холодная женщина — Скоро ты тоже получишь свой прощальный подарок. Дочери вождей редко остаются на родных островах

— Лучше бы он подарил мне топор и отпустил в море… — вполголоса произнесла Эйра.

Тогда Хильда остановилась, положила тяжёлую руку на плечо девушки, посмотрела в её глаза и произнесла:

— Не рвись в бой, он совсем не такой как в песнях скальдов…

Она говорила не формально и холодно, как прежде с Ильмаром, в её словах читалась… Забота? Будто старшая сестра предостерегала младшенькую от неправильного выбора.

— Но почему тогда вы сражались? Почему мужчины рвутся в бой? — робко произнесла Эйра, глядя в растаявшие глаза Хильды.

— Мужчины, рвущиеся в бой, лишь неотёсанные болваны. Я же сражалась чтобы защитить свой остров — ответила Хильда, отпуская Эйру.

После Хильда сделала несколько шагов вперёд, затем обернулась и спросила:

— Куда нам?

Эйра несколькими быстрыми шагами поравнялась с Дочерью ястреба и сказала:

— Прямо. Прямиком на край деревни.

— Этот упрямец не меняется… — практически шёпотом сказала Хильда и Эйра едва смогла различить эти слова

Остаток пути они прошли в тишине и уже через 10 минут они обе стояли возле небольшой ограды у самого далекого дома деревни, дальше него раскинулись лишь леса, владения одноглазого Бьерна.

— Дальше, думаю, вы справитесь без меня — произнесла Эйра, остановившись у плетеного забора.

— Да, можешь идти. — ответила Хильда, протягивая руку к калитке.

Тогда Эйра направилась обратно в деревню быстрым шагом, а Хильда прошла через калитку и почувствовала на себе настороженный взгляд. Это был большой серый пёс, лежавший у недавно сложенной будку, привязанный к дому корабельным канатом. Усталые жёлтые глаза, настороженно смотрели на воительницу, однако лаять пёс не спешил. Он лишь поднял голову и еле слышно зарычал. Хильда встретилась с ним взглядом. Рык прекратился. Холодные глаза двух матёрых воинов смотрели в душу друг другу. Одна оставила оружие, чтобы стать матерью, другой никогда не оставит своего поста. Хильда начала медленно приближаться к псу, а хвост серего стража начал медленно мотаться из стороны в сторону. Хильда чела над псом и медленно провела жёсткой ладонью по длинной, но столь же твёрдой шерсти.

— Ещё помнишь меня, Ингвир? — прошептала Хильда псу.

Ингвир лишь фыркнул и снова положил массивную морду на уставшие лапы. Тогда Хильда снова провела рукой по спине серого страда, а перед глазами предстала сцена, как пёс получил своё имя.

Это было осенью, лет 10 назад. В те далёкие времена, Хильду знали как простую воительницу с Хельтара и дочь великого Стига Ястреба. Тогда и Рагнар ещё не обзавёлся своим прозвищем. Тогда их именами не пугали слабых духом, их не ставили в пример молодым. Но именно в то время эти двое сражались на одной стороне. Их острова заключили временный союз, чтобы разбить союз островов Гритман и Орикон. Славный был бой, скальды до сих пор поют о тех великих битвах… Именно в тех боях Рагнару попался маленький серый щенок, защищающий израненную мать в гуще кровавой бойни. Взглянув в глаза щенка, Рагнар замер не секунду, а после ударил себя кулаком в грудь и сделал небольшой поклон и вышел из сарая, где укрывались собаки. После этого Рагнар не отходил далеко от заветного сарая. А когда бой закончился, он принёс собаку и щенка в лагерь. На удивление лишь Рагнара щенок подпустил к матери, хотя многим страх он внушал уже тогда. К сожелению мать Ингвира спасти не удалось, но щенок привязался к будущему Волку. Тогда он привёз пса домой и уже там его сестра с первого взгляда вы рада ему имя подстать.

— Его будут звать Ингвир. Пусть стережёт наш дом, как идол самой Ингуир — произнесла она, едва взглянув в его глаза.

— Ты хочешь назвать пса именем матери родов? — спросил Рагнар

— И что с того? По твоему он не оправдает дарованной чести? — ответила сестра, переведя взгляд на суровое лицо брата

— Делай что хочешь… — немного помолчав ответил Рагнар и зашагал в дом — Заскулит хоть раз и не быть ему Ингвиром.

Щенок огрызнулся ему в след хриплым ворчанием, принимаю вызов. Астрид присела подле щенка, провела рукой, по ещё мягкой шерсти и сказала:

— Он проверяет тебя. Но я знаю — ты справишься.

Ингвир взглянул ей в глаза, напрягся, но через мгновение уткнулся мордой в её ладонь — будто говоря «я не подведу»

Хильда немногим больше минуты сидела у будки, после чего продолжила путь по двору, проходя между бревенчатыми домом и курятником, в котором ютились пять кур. Дойдя до угла дома она увидела массивную мужскую спину, накрытую плащом из медвежьей шкуры. Над головой мужчины мелькнул старый топор и раздался удар острого метала о промерзшую древесину.

— Здравствуй, Рагнар. Давненько я не была здесь… — начала разговор Дочь Ястреба , оперевшись плечом о край дома.

По двору снова разошёлся звук накапливающегося бревна и Рагнар ответил:

— Здравствуй, Хильда. Проходи в дом, Астрид потушила парочку зайцев и выменяла у Стига бутылку медовухи

— Олаф в доме? — только спросила Хильда, как из дверного проёма показалась молодая девушка.

Это была Астрид, сестра Рагнара. Она была в повседневном сером платье с фартуком болотного цвета, поверх которых она накинула новенький полушубок из лисьей шкуры. Подол платья покрывали парочка грязных пятен и несколько коричневых куриных перьев, застрявшие между нитей. Фартука был испачкан свежей кровью, похоже она втерала об него нож, которым разделывала зайцев. На правом плече девушки лежала бледно-золотая коса, если бы не несколько седых волос, их с братом волосы выглядели одинаково.

— Ты там долго?.. — с вопросом вышла на небольшое крыльцо Астрид, но смолкает как только видит гостью.

Девушки встретились взглядами. Хильда уже открыла рот, чтобы первой поприветствовать хозяйку, как того требовал обычай, но Астрид начала говорить раньше:

— Хильда, сколько зим! — радостно воскликнула девушка и бросилась к старой знакомой с распростёртыми объятиями.

Хильда несколько отстранилась, выставив руку перед сестрой хозяина. Тогда Астрид остановилась, взглянула на свою одежду и сказала всё с той же гостеприимной улыбкой:

— Ах да, не стоит. Ещё испачкаю твою одежду в заячьей крови. — она сделала пару шагов назад и добавила — Погоди немного, я позову Олафа.

После этих слов Астрид вновь скрылась в сенях, не дав Хильде и слова. Воительница посмотрела ей в след пару секунд, а после произнесла:

— Всё также весела…

— Она всё ещё ребёнок. — ответил ей Рагнар, сгребая дрова. — Хоть в её годы в пору матерью становится

В этот момент из дверного проёма вывалился Олаф, вытолкнутый Астрид. Сестра Волка показалась сразу за ним. Олаф стоял на пороге, опустив взгляд на месиво из снега и грязи. Он не смел посмотреть в глаза жены, а лишь кидал короткие взгляды на её потрёпанные сапоги.

— Прости меня, Хильда… — глубоко вздохнув произнес Олаф — Я опозорил тебя…

Дочь Ястреба ничего не ответила, а лишь медленно зашагала к опозоренному мужу.

— Я пойму, если ты решишь покинуть меня — продолжал тихо говорить Олаф — Но молю, позволь хоть иногда видеться с Бьерном… Хотя бы издали…

Хильда остановилась в шаге от мужа и только тогда Олаф, переборов стыд, поднял голову и встретился с ней взглядами. В этот момент перед ним предстало не привычно суровое лицо бывшей воительницы. По щеке женщины текла скупая слеза, а обветренные губы растянулись в нежной улыбке. Резким движением Хильда обняла мужа и прижала к себе. Когда её голова оказалась возле уха Олафа, который ещё не успел осознать происходящее, она прошептала:

— Ты цел… Я так переживала…

После этих слов Олаф аккуратно обнял жену, всё ещё не веря собственной радости. Другая даже не стала бы тратить время, чтобы забрать заклеймённого позорном мужа. Но только не Хильда…

— Спасибо… — прошептал он в ответ, а в жёсткую бороду впиталась одинокая слеза радости.

Они простояли так около минуты, под осуждающим взором Рагнара и облегчённой улыбкой Астрид. После чего сестра Волка сказала:

— Может в дом зайдём? А то обед стынет.

Глава 2

Хозяева и гости вошли в дом и отужинали похлёбкой из зайца с репой, горстью ячменя и парой головок дикого чеснока. Рагнар ел молча, лишь изредка посматривал на Хильду и Олафа, сидевших вмести напротив него. Стоило глазам мужчин, если так ещё можно назвать Олафа, встретиться как Нерийский отводил взор и опускал глаза в старую еловую миску, полную еды. Хильда же спокойно смотрела в глаза Рагнара, без вызова или упрека, как равному. Астрид суетилась у котелка, что висел над очагом в центре небольшого дедовского сруба. Волчья сестрица то и дела подливала похлёбку Рагнару и Хильде, каждый из них ел как минимум за троих. Но и про себя она не забывала, то и дела отхлебывала прямо из общего котла. На том обеде она говорила больше прочих, рассказывая про быт, о том как вырос Ингвир с их последней встречи с Хильдой, о том как резкие морозы ударили по без того скудным посевам и о прочих особенностях северной жизни.

Когда трапеза закончилась Рагнар набрал в свою миску остатки похлёбки, сбросил туда парочку крупных костей и вышел на улицу, чтобы покормить Ингвира. Олаф, по наказу жены, отправился к их драккару. А сама Хильда осталась, чтобы помочь Астрид.

— Спасибо, Хильда. — произнесла Астрид, бросая грязную посуду в деревянное корыто — А то от брата помощи не дождёшься. Только дрова рубит да охотиться.

— Мне не в тягость — ответила Хильда, наливая ковш воды в грязный котёл — Привычки матери не отпускают даже вне дома.

—Прям как брата, привычки воина — усмехнулась Астрид, под плеск воды в корыте, где она уже мыла тарелки.

— К слову о материнстве, ещё не нашла своего спутника жизни? — спросила Хильда — Лисья шкура ведь не Рагнара дар?

— От него не дождёшься — снова усмехнулась девушка — Братец только разве фартук, да нож новый подарить горазд. А шкурку то охотник наш на Скрандиеву ночь

— Странный подарок в ночь богини ледяной нежити… — сказала Хильда, протирая котел куском плотной ткани.

— Чудак этот Свейн Рысья лапа — проговорила Астрид, мечтательно вздохнув.

— Но подарок ты приняла? — с улыбкой подметила Хильда, вынося котел на крыльцо, чтобы слить грязную воду.

— Конечно. Ты видела эту шкуру? Да не у кого на острове нет подобной — ответила Астрид.

— И только поэтому ты приняла дарёную шкуру в святой праздник? Ты ведь понимаешь, что это значит? — упрекнула Хильда, легкомыслее волчьей сестры.

— Конечно понимаю, я ведь не так глупа — фыркнула в ответ Астрид.

— Так значит скоро на Иртоне будут играть свадьбу? — вновь с улыбкой спросила Хильда, она была рада за Астрид как за собственную кровь.

— Ну свататься он так и не приходил — совершено спокойно произнесла Астрид — Зато другой на днях заявился. Хродгар Дуболом, один из подчинённых брата. Сильный воин, но уж больно наивен и неопытен.

— Твоими устами словно говорит Рагнар. — подметила Хильда, поставив котел подле очага.

— Потому что это и есть его слова. Именно ими он спровадил этого горе жениха — с улыбкой ответила Астрид, домывая последнюю тарелку.

— А сама то о нем что думаешь? — спросила Хильда, опуская подвёрнутые рукава платья.

— Мне и одного воина в доме достаточно. — отрезала Астрид, убирал чистую тарелку в общую стопку у корыта.

— Золотые слова, Астрид. Муж нужен чтобы дом защищать, да сыновей воспитывать, а не по чужим землям с топором бродить. — одобрительно произнесла Хильда, а чуть помолчав добавила — Пойду ка я с Рагнаром побеседую, коли помощь моя более без надобности.

После этих слов Хильда покинула дом и встретила на пороге Рагнара, складывающего дрова в поленницу у двери. Воительница сделал два шага в строну Волка, что присел на корточки у поленницы, складывая дрова штабелем

— Спасибо тебе — проговорила Хильда чуть нежнее чем обычно, однако привычная грубость воина не пропала без следа.

— Он никогда не был воином. — ответил Рагнар, положив последнее полено и встав в полный рост — Я лишь дал ему повод стать собой.

— Стареешь… — усмехнулась Дочь Ястреба — В былые времена ты бы и слушать его не стал.

— И вынудить тебя снова взяться за топор? — усмехнулся в ответ Рагнар — Не хотел бы я оказаться твоим врагом в этот момент.

— Неужто сам Иртонский волк испугался ярости нерийской женщины? — с улыбкой сказала Хильда

— Я боюсь только одного — умереть в постели и попасть во власть Хваль. — произнёс Рагнар, неожиданно серьёзно.

— К слову, говорят что на материке немало сильных воинов. — Хильда тоже перешла на серьёзный тон — Быть может кто-то из них отправит тебя в Вальтран.

— К чему ты клонишь, Дочь Ястреба? — заинтересованно произнёс Рагнар.

— Дрент Олафа, который ты разбил на кануне, должен был отправиться в Тармарион для помощи королю Отриану в войне. — Хильда сразу перешла к делу — Но теперь это невозможно…

— И что же? — спросил Рагнар — Неужели на всем Нерий не найдётся других свободных воинов?

— В том-то и проблема — вздохнула Хильда — Среди наших людей больше нет добровольцев для столь длительного похода…

— Поэтому ты хочешь, чтобы я отправился на материк со своими хирдом? — перебил её Рагнар.

— Зришь в корень — подтвердила его слова Хильда — Не зря ты хёдвинг.

— Не зови меня так. — сухо бросил Рагнар, после чего развернулся и пошёл за второй охапкой дров — Я простой воин, как и остальные в хирде.

— Но идут они именно за тобой — с улыбкой произнесла воительница.

Рагнар склонился над кучей дров и сказал, накладывая поленья на руку:

— А вам с этого какая выгода?

— Хотелось бы сохранить хорошие отношение с королем Тармариона. — ответила Хильда — Ну и скажем… Седьмая часть награбленного

Рагнар поднялся с охапкой дров, немного помолчал и сказал, глядя в лес:

— И когда вы отправляетесь?

— Через неделю, когда шаманы задобрят Норида — воодушевлённо сказала Хильда.

— Я поговорю с Ильмаром — сухо ответил Рагнар.

— До встречи в Нерий, Волк. Бьерн будет рад встречи с тобой. — сказала Хильда, поправляя волчью шкуры на плечах.

— Последнее слово остаётся за Железным конунгом — произнёс Рагнар, подходя к дровянику с охапкой дров, лежащей на левой руке — К тому же не думаю, что Бьерн будет рад тому кто обесчестил его отца.

— Это мы узнаем только когда ты перешагнёшь порог нашего дома. — сказала Хильда и протянула руку Рагнару.

Рагнар бросил поленья у штабеля и крепко сжал запястье женщины, Хильда сделала тоже самое.

— Пусть Норид проведёт вас домой — сказал Рагнар, глядя в глаза Хильды.

— Пусть Орин позволит нам вновь встретиться в этом мире — ответила Хильда.

Они сжимали запястья друг друга ещё пару секунд, а после Хильда покинула двор Иртонского волка и пошла к причалу, где её уже ждал Олаф. Рагнар наклонился над дровяником и начал складывать брошенные поленья. В это время калитка, ведущая в лес, скрипнула и во двор вошёл молодой парень с рысью шкурой на правом плече и тремя тушками больших зайцев свисающих на левом. В руках, перепачканных животной кровью, он держал кожаный колчан с коротким луком и десятком стрел. Сам парень, на фоне Рагнара, был будто щепка напротив дубового бревна. Прикрыв ворота в лес, он сказал:

— Здрав будь, Рагнар

— Здрав, Свейн. — ответил Волк, не оборачиваясь — Как охота?

— Одноглазый медведь сегодня благосклонен. — ответил Свейн бесшумно подходя к порогу. Капли заячьей крови подали на грязный снег вдоль его пути.

Ингвир на секунду поднял голову, почуяв запах свежей крови, но когда его нос коснулся запах молодого охотника тот лишь фыркнул и снова положил усталую голову на грязные лапы. Свейн встал по правое плечо Рагнара. Из под шкуры рыси показалась жилистая рука и сняла одного зайца с плеча.

— Возьмите в дар, пусть он украсит ваш стол. — сказал Рысью лапа.

Рагнар поднял голову и сказал громко, почти крича:

— Астрид! Выйди-ка!

За тяжелой дверью послышались частые шаги, а через несколько секунд дверь распахнулась.

— Чего тебе? — произнесла Астрид, пока её глаза ещё не привыкли к зимнему солнцу.

— Здрава будь, Астрид — с теплотой в голосе и яркой улыбкой сказал Свейн.

Здрав будь, Свейн — скрывая легкое смущение ответила Астрид.

Молодые стояли молча, глядя в глаза друг друга.

— Забери зайца — вмещался в молчаливую идиллию Рагнар, когда последнее паленье в штабель.

— А, да — резко сказала Астрид и потянулась к зайцу, что был в руке охотника.

Свейн отдал зайца и уже собирался уходить, как Астрид бросила:

— Может хоть руки м головой отмоешь? Не гоже таким по деревне ходить.

— Твоя правда. — ответил Свейн, остановившись на углу дома — Только если хозяин дома не против.

Астрид и Свейн направили взгляды на Рагнара.

— Пусть моется. — ответил Рагнар, направляясь в дом — Чистым и боги благоволят.

— Сейчас принесу воды. — сказала Астрид, входя в дом следом за братом.

Зайдя в дом Рагнар заткнул за пояс боевой топор и бросил короткий взгляд на отцовские оберег из медвежьего клыка с руной драйг(ᛡ), символом боевой ярости. Короткий поклон головой и Рагнар вновь вышел за порог. Он молча прошёл мимо Свейна и ушел в деревню. Тем временем Астрид вынесла небольшое корыто с прохладной водой и отнесла его к бревну, на котором Рагнар рубил дрова.

— Давай шкуру — спокойно произнесла девушка, поставив корыто и протянув руку к охотнику.

— Спасибо — ответил Свейн сбрасывая шкуру с плеча и протягивая её Астрид.

После Свейн бросил кроличьи тушки на снег. Когда девушка взяла шкуру и свернула её в руках, Свейн закатал рукава бледно-зелёной рубахи. Крепкие жилистые руки охотника коснулся холодный северный воздух, а после и чуть теплая вода из корыта. Вода приобрела красный оттенок, но на руках остались пара кусков спёкшийся крови. Свейн вытер руки о рубаху и, проведя ими по выбритым бокам, запустил длинные пальцы в русые волосы, собранные в небольшой хвост. Одним движение он распустил хвост, стянутый коровьей жилой. Жилы он заткнул за пояс и опустил голову в корыто. Несколькими интенсивными движениями он вымыл большую часть грязи, скопившейся за несколько дней охоты. Резким движением он выпрямился и капли грязной воды упали на кучу нарубленных дров. В следующую секунду он инстинктивно замахал головой, будто дикий зверь, выходящий из реки. Астрид отшатнулась назад, когда пара капель коснулась её лица.

— Прости — произнёс Свейн, опустив голову будто провинившийся щенок.

— В следующий раз будешь мыться в реке, рысь — усмехнулась Астрид, сунула охотнику шкуру и схватила корыто, чтобы вылить воду у лесного забора.

— Давай я — бросил Свейн и уже потянулся к корыту.

— Ещё когтями поцарапаешь, зверь — играючи произнесла Астрид и убрала корыта в строну от охотника.

Свейн опустил свой взгляд на руки. Ногти его и впрямь были чуть длиннее и прочнее прочих, эта особенность досталась ему от отца — Ивара Когтистого.

— Да разве ж это когти… — вполголоса произнёс Свейн и шрам на его лице заныл.

Тем временем Рагнар стоял у дома Ильмара. Он стоял в центре деревни и был скорее пристройкой для тинга. Он уверенно прошёл через калитку двора конунга. Молодой черный пес, разразился лаем, но Рагнар даже не посмотрел в его сторону и прошел к двери дома. Тяжелый кулак поднялся на уровень груди и стук о еловую дверь разнесся по двору.