Чужие лабиринты. Провал

Глава 1

– Ложись! – гаркнул Дэн.

Как раз вовремя! Жан рухнул на пыльный пол и чертова гильотина, вырвавшись из стены коридора, рассекла воздух в сантиметрах над его головой, ушла в противоположную стену и продолжила раскачиваться хищным маятником.

Уловив ритм, Жан откатился чуть вперед и миновал сработавшую ловушку. Осторожно прокрался дальше, давая другу пространство для маневра. Еще несколько шагов и он замер, осматривая видимый кусок коридора. Дэн не заставил себя долго ждать, уже миновал очередное препятствие и застыл рядом:

– Что там?

– Да хрен его знает, – возмутился Жан, – здесь опять все изменилось. Первый раз гильотина была в начале коридора, потом в конце, прямо перед мостом, теперь вот, посередине. Где в этой версии будут горящие стрелы, смола, фальшивый пол и прочие развлечения пока непонятно.

– Сейчас моста не видно, зато появилась развилка, попробую осмотреться, – Дэн подпрыгнул под самый потолок и завис на стене не хуже спайдермена.

– Не усложняй уровень, я финтами из Варфрейма не владею, – огрызнулся Жан, наблюдая, как друг ловкими прыжками со стены на стену пробирается вглубь постылого коридора, умудряясь обходить факелы и не тревожить ловушки. Чертов паркур! Понимая, что так он не сможет, оставалось только ругаться сквозь зубы и следить за товарищем.

Этот кусок лабиринта они уже дважды завалили поодиночке. Их здорово раскидало по времени в прошлой локации сна и синхронизироваться удалось только сейчас: проснувшись они условились дождаться друг друга у входа безумной полосы препятствий имени Индианы Джонса.

Сегодняшний план максимум: пройти коридор препятствий и шагнуть в «светящуюся дверь» к следующей локации лабиринта.

Кроме самого лабиринта опасность представляли еще и другие игроки. Что с ними не так – непонятно. Приз за прохождение лабиринта для каждого свой, а не один на всех. Зачем кошмарить всех встречных-поперечных? В чем кайф?

Ну, слили вы игрока, не дали нормально продвинуться по локации, так ведь и сами задержались нехило. Это ведь первый лабиринт из предположительно пяти. Добрались бы до центра, раз такие крутые дримеры, забрали приз и ждите себе приглашения на следующее испытание. Так нет же.

Закрытый форум, где тусят игроки-сновидцы днем, просто разрывает от мата, проклятий и угроз в сторону доброхотов, решивших устроить «усложнение» прохода до уровня хардкор и жесть. Их лозунг: «Слабаки не пройдут!»

Ушлепки, а не хардкорщики! Нормальный хардкорный игрок быстрее поможет и подскажет, чем будет мешать более слабого с дерьмом. Эти же крысят, понимая, что самим пройти не дано.

Лабиринт и так не подарок: каждая локация имеет бесчисленное количество отражений и вариаций с разным уровнем сложности. Так, засыпая, ты не знаешь куда тебя забросит: на тот же уровень сложности что и вчера, или ты свернул где-то не там, слишком легко прошел прошлый отрезок и персонально для тебя прохождение усложнится новым отражением – так еще и эти «хардкорщики». Их, судя по всему, несколько команд.

Найти бы их в реале, да отбить головы – устроить реалхардкор специально для особо упоротых. А лучше сдать их адреса на форуме и понаблюдать со стороны, за резкой сменой вкусов любителей сновидческой жести.

Жан уже дважды сталкивался с четверкой придурков. Первый раз его банально задушили и он проснулся с глазами навыкате, судорожно пытаясь отдышаться. В «подарок» на шее остались следы узловатых пальцев рыжего заводилы этих безумцев. Второй раз он почти сбежал от них, но слишком рано обрадовался, оступился на узкой тропинке, полетел в жерло вулкана, где и сгорел.

Дэн тоже напоролся на жестил, только в отличие от друга, он умудрился уйти от преследователей, вскарабкавшись по отвесной скале наверх, и перебраться по шаткому мостику на другую сторону огнедышащего каньона. Чем изрядно сократил и расстояние, и время.

Локация кипящей лавы, плюющихся вулканов и горячих гейзеров уже осточертела. На нее была потрачена последняя неделя. Впечатлений от прохождения масса и вся она нецензурная.

Горячий воздух просто сжигал легкие и плавил тело, выкидывая из сна. Толку с того, что во сне можно не дышать вовсе. Попробуй это доказать самому себе и проконтролировать дурную привычку реала – дышать. Каждый из них умудрился по нескольку раз сгореть, свариться в клокочущей жиже, и задохнуться, подавившись вязким пеплом кружащимся в раскаленном воздухе.

И Дэн и Жан рассказывали своей сталкерской группе все как есть, без утайки. Первоначальная волна завистливой ревности схлынула и теперь все чаще можно было заметить в глазах ребят сочувствие, в лицах девчонок без труда читалась нешуточная тревога.

Изначально, чувствовать себя избранными было круто. Шутка ли, из девятерых «приглашение» в Игру получили только они двое. Значит сильны и достойны.

Максима Олеговича, куратора группы, вообще хотелось послать вместе с его приказом «отклонить» предложение и лекцией об опасностях предыдущей Игры двадцатилетней давности. Правда, пришлось ограничиться лишь ехидными улыбками, сообщая что приглашение уже принято и Игра начата.

Куратор до ругани не опустился. С добрый час ходил молчаливой тенью по тренировочной комнате–хорошо знакомая всем привычка, перед принятием сложного решения – затем напомнил всем известное и надоевшее: мы не «вольные стрелки», а все таки подразделение, пусть и условно гражданское. Пообещал согласовать участие в Игре «приглашенных» с начальством, но при одном условии: анализ каждого выхода в лабиринт будет проводится всем составом, как и разработка дальнейшей тактики прохождения.

Сказать, что в итоге Дэн с Жаном были благодарны такому решению, все равно что промолчать.Вот и сейчас, прохождение куска лабиринта имени Индианы Джонса – ребята единогласно окрестили – не был «слепым».

Наработанный личный и групповой опыт, плюс серфинг форумов в поисках подтверждения смутных догадок натолкнул группу на интересную мысль. Никто особо не рассчитывали на «открытую» информацию: что русскому хорошо, то немцу смерть. Лабиринт сильно менялся в зависимости от того, кто его проходит. Однако несколько обрывочных фраз вниманием все же завладели.

Идея сводилось к тому, что везде предусмотрена лазейка, которая сильно облегчает прохождение любых этапов лабиринта.

Подозрение постепенно переросло в уверенность: если уж тебе хватило знаний и навыков лазейку отыскать, значит испытание ты уже прошел и нечего корячиться зря елозя брюхом в закипающей грязи или прыгая сайгаком по отвесным скалам.

Эту догадку они сейчас пытались подтвердить или опровергнуть опытным путем. Переход из одной локации сна-лабиринта в другую был чем-то сродни экзамену. Прошел? Молодец, двигай дальше. Нет? Возвращайся в начало.

Сегодняшняя попытка – дань отчаянию. Рассчитывать, что дальше будет проще – глупо, ребятам просто хотелось, чтобы эти чертовы декорации, наконец, сменились и можно было решать другие задачи, пусть не проще, но другие.

– Жан, – голос Дэна неожиданно раздался сзади.

Оглянувшись, парень сначала нахмурился, а потом, разглядев голову друга торчащую из потолка коридора, облегченно рассмеялся:

– Как ты там оказался?

– Мы были правы, лазейка есть. Давай сюда, здесь вход в кишку.

Жан не заставил себя долго ждать. Пролез мимо застывшей гильотины и всмотрелся в круглое отверстие в потолке, которого раньше не было – в этом он мог бы поклясться.

– Залезай, чего стоишь? – голова Дэна снова показалась в проходе.

– Вашу за ногу! Я стрелок, а не паркурщик, – возмутился Жан.

С четвертой попытки ему удалось в прыжке зацепиться за край, подтянуться и оказаться в узком круглом каменном проходе, который приятель очень метко назвал кишкой.

– Кто тебе доктор, что ты не в те игры играешь, – Дэн не упустил возможности поддеть друга.

Их предпочтения в играх сильно отличались.

Хоть Жан в который раз убеждался, что другу «виртуальные» привычки передвижения в снах сильно помогали, заставить себя променять Колду, Батлу и Контру на игры с невысоким уровнем реализма, где главное не попадать в цель, а метаться, как угорелый – он не мог.

Справедливости ради стоило признать, что многие препятствия для Дэна попросту не существовали и он с легкостью проскакивал прыжками-перекатами-скольжением там, где Жану приходилось продвигаться чуть ли не по сантиметру с колотящимся сердцем и в холодном поту.

Зато спрятаться на открытой местности, так что хрен найдешь, исчезнуть в длинном коридоре без ответвлений, зайти к противнику за спину и выстрелить в затылок; или вычислить снайпера, подкрасться к нему, прицепив на пятую точку С-4 – это да, это к нему. Проблема в том, что материализовать ствол и положить тех же «хардкорщиков» никак не удавалось, что сводило все возможные преимущества к нулю.

Дэну, для его способа передвижения никаких дополнительных примочек не требовалось, все происходило на уровне рефлексов. В мозгах четко прописалось, что ТАК не только можно, но и нужно. Жан же тоскливо смотрел на свои пустые руки и продолжал пытаться протащить любимый ствол в чужой сон-лабиринт, пока безрезультатно, но попыток он не оставлял.

– Давай за мной, – бросил Дэн, и бодро потрусил на четвереньках по каменному проходу.

– Что ж так «удобно-то», а? – буркнул Жан и последовал примеру товарища.

Каменная кишка не испытывала нервы темнотой, желтый камень едва заметно светился и глаза быстро привыкли к такому полумраку. Передвигаться было неудобно, но не смертельно. Учитывая, что бы их ждало внизу, можно считать, что продвигались они к заветной двери с изрядным комфортом.

Полюбоваться на «полосу препятствий» ребятам удалось не раз: каждые метров пятнадцать-двадцать обнаруживалось когда «окошко», когда просто трещина. Увиденное заставляло нервничать, неизвестно что хуже: чистый пустой коридор, освещенный неверным светом факелов, наверняка с подлым сюрпризом или траншея заполненная лавой с тонкой серой коркой, то и дело разрывающейся и горящей, которую непонятно как нужно было преодолевать.

Кишка неожиданно резко вильнула вправо – радовало, что не развилка. Дэн остановился, выглянул в очередное «окошко» и подбодрил:

– Заворачиваем за угол, дверь уже близко.

– Там проход расширяется или как? – недовольно пробухтел Жан.

– Знаешь, есть подозрение, что мы сами виноваты в том, какой проход получился.

– С чего бы это?

– Ты себе как лазейку представлял? Что-то типа узкого лаза?

– Ну, да, – Жан ухмыльнулся, осознав к чему клонит друг.

– Я тоже, вот мы и получили оправдание своих ожиданий. В следующий раз будет наука. Ну что, двинули?

Вместо ответа Жан ткнул друга кулаком в плечо, они поднялись на четвереньки и продолжили путь.

Шум, звуки глухих ударов и ругань раздавшаяся откуда-то снизу заставили насторожиться.

– Что за дела? – прошептал Жан.

– Не знаю, давай поищем щель или окошко, – так же тихо отозвался Дэн.

Поиски не заняли много времени. В этот раз, лабиринт не был бесчувственной скотиной и отозвался на желание друзей довольно быстро – буквально в нескольких метрах впереди показалось овальное «окно» недостаточное, чтобы в него пролезть, но подходящее, чтобы рассмотреть происходящее внизу.

– Какие люди! – улыбка Жана больше напоминала оскал.

Внизу оказалась знакомая четверка «хардкорщиков»: встрепанная, грязная, потная и местами подпаленная. Очевидно «знакомство» с большинством ловушек уже состоялось. Что жестил ожидает дальше неизвестно, но сейчас один из них, пухлый коротышка, отчаянно размахивая руками, пытался пройти по узкому мостику, шириной в стопу, над черным зевом бездонной пропасти.

Тройка сгрудилась у обрыва и напряженно следила за своим первопроходцем.

Мостик терялся в темноте и куда он ведет было не разглядеть.

Дэн поежился:

– Решили прорваться в следующую локацию.

Шепот друга оторвал Жана от милого сердцу зрелища:

– Я бы сейчас не отказался даже от примитивной рогатки, – прошипел он.

– Ну, и чем ты тогда лучше их? – Дэн не одобрял подобные методы и по возможности наказывал тех, кто ими не гнушался.

– Что, даже помечтать нельзя? – зло огрызнулся Жан.

Он с жадностью вглядываясь в темень, откуда доносилась ругань коротыша, которому, судя по всему, удалось удержаться на мостике и в этот раз.

– Здесь?! Проснешься, хоть обмечтайся, а сейчас завязывай с дурными мыслями, – в голосе Дэна отчетливо послышалось раздражение, подобная «роскошь» вполне могла обернуться бедой для обоих.

– Ты прав, – встрепенулся Жан, отворачиваясь от окошка, – у нас своя дорога.

Дэн молча повернулся и скрылся за поворотом, откуда через секунду донесся его возмущенный вопль. Жан вздрогнул, но не отступил, а поторопился вслед, прикидывая, что могло случиться и боясь опоздать.

За поворотом друга не оказалось, кишка была пуста.

– Черт, Дэн, куда ж ты делся?

Продвигаясь ползком, Жан настороженно вслушивался в подозрительную тишину, цепляясь взглядом за каждую выбоину тускло светящегося камня, в поисках подвоха, но его не было!

– Ма-ать! – вскрик невольно вырвался от неожиданности.

Каменная кишка резко изменила свое положение в пространстве, попросту встав дыбом и Жан теперь несся куда-то вниз, набирая скорость. Нырок в холодную воду чуть не выбил его из сновидения.

Бурный поток уже подхватил свою добычу, закружил, не давая сориентироваться, и понес к пятну света впереди. Яркий свет стремительно приближался, верх и низ перестали существовать. Обжигающий холод был столь реальным, что Жан, как наяву, ощутил в теле судорогу.

Яркий свет буквально ослепил и поток, превратившийся в шумный водопад, выплюнул свою добычу в озеро, вбивая растерявшуюся жертву в глубины тоннами воды сверху.

Воды озера показались излишне теплыми на контрасте с водами водопада. Достигнув дна, Жан проморгался и осознав, что его больше не крутит и никуда не не несет – осмотрелся. Сквозь толщу воды, подозрительно чистую, просматривался клаптик синего неба в окружении буйства зеленой растительности.

Не решившись пока всплывать, он поплыл к берегу, маячившему впереди полоской желтого песка. В какой-то момент, Жану показалось, что на берегу мечется знакомая фигура, которая резво направилась к нему.

Дэн ухватил друга за воротник любимой милитари-куртки и выволок на берег:

– Сегодня нам таки повезло, – он довольно улыбался.

– Это точно, – рассмеялся Жан, перевернувшись на спину, – могло ведь раскидать, что по времени, что по уровням этой локации.

– Будем просыпаться? – Дэн чувствовал приятную усталость, как после успешной сдачи экзамена, но запал и азарт еще не истощились, как и жажда действия.

– Можем пока осмотреться, после огня и пепла здесь прямо глаз радуется, – довольная улыбка Жана грозила сойтись на затылке, что само по себе было редким зрелищем.

Новая локация лабиринта действительно радовала глаз, особенно на контрасте с предыдущей.

Медная лазурь неба, без единого облачка выгодно отличалась от серых клубов пепла над действующими вулканами. Яркая сочная трава, насыщенно зеленая, давала отдых не столько глазам. Сознание теряло взвинченность и напряжение. Глядя на эти джунгли, покрытые зарослями холмы и чистые воды озера-чаши хотелось расслабиться и остаться здесь.

Зеленая долина спряталась в низине и была окружена, как неприступными стенами, цепью клыкастых гор, увенчанных шапками ослепительно белого снега. Не хватало южного солнца и радуги над водопадом для полной аналогии с придуманным раем.

– Что-то эта локация слишком красива, так и тянет расслабиться, значит здесь опасно, – подозрительно оглядываясь по сторонам заявил Дэн.

– Да брось, может нам дали перекур, а ты сразу опасно, – передразнил Жан.

– Смотри чтоб прикурить не дали, да так, что дым из ушей повалит, – беззлобно огрызнулся Дэн, продолжая осматриваться.

Жан поднялся и отряхнул песок с уже сухой формы:

– Предлагаю небольшую разведку, а потом можно и просыпаться.

– Разведку? – хмыкнул Дэн. – Твое камуфло не той расцветки, Где ты тут барханы увидел?

– Ну, нравится мне так, имею право, а типа твои джинсы и футболка с безумным принтом лучше, да?

– Ладно, уговорил, – вздохнул Дэн, – но будь начеку, лады?

– Раскомандовался, – тихо буркнул Жан спине друга, скрывшейся в густой зелени и потопал следом.

Едва они зашли в зеленые заросли, грохот водопада смолк, как обрезало. Со всех сторон их атаковала звуковая волна пульса джунглей: перекличка птиц и стрекот насекомых сливались в живой гул, закрадывавшийся в уши монотонным ритмом.

Звуковая волна порывами ветра хлестала по коже, проникала внутрь, стремясь подчинить своему пульсу, замедляя, подстраивая.

– Не хватает боя конга, тогда транс гарантирован, – Дэн все больше тревожился.

– Хватает и этих звуков, мне это не нравится, –поежился Жан.

– Смотри куда идешь, – Дэн ухватил друга за руку и дернул на себя, тот чуть было не вляпался в плотную паутину, замаскированную раскидистым папоротником.

Тонкий лист качнулся, зацепил паутину и сверху на толстой «нити» стремительно рухнул паук: туловище в две ладони, кислотно синий с желтым орнаментом окрас смотрелся дико и заставлял ретироваться.

– Ёшкин кот! Сюда еще змей и я начну биться в истерике, – Жан боялся и того и другого, как он ни старался, а изжить страхи детства так просто не получалось. То, что он не бросился сломя голову от паука – уже само по себе достижение, но факт оставался фактом: новая локация резко перестала ему нравиться.

Дэн отошел в строну и раздвинул заросли папоротника, глаз за что-то зацепился и он хотел понять, что не так.

– Жан, – тихо позвал он друга. – Тут тропинка, хорошо протоптанная.

– Думаешь эта локация населена? – сама идея показалась Жану дикой, но от гадского лабиринта можно ожидать всего.

– Идем вдоль, смотрим в оба, – Дэн опять принял решение даже не посоветовавшись.

Пробираться сквозь заросли рядом с тропинкой было не столько сложно, сколько муторно. Настырные лапы папоротников и кустарника то и дело норовили хлестануть по лицу, узловатые ветки гибких карликовых деревьев настырно цеплялись в волосы. Парочки клочков из шевелюры Жан таки лишился, пока додумался создать бандану, как у друга.

– Твою… – прошипел Дэн и чуть было не рухнул ничком, зацепившись за толстый канат лианы, но Жан успел вцепиться в его футболку.

– Декорации изменились, остальное нет, – Дэн уселся на поросший мхом камень и активно растирал шею, горловина футболки чуть не придушила. Сон сном, а боль вполне реальна.

– Дэ-эн, – тревожно позвал Жан, смотря другу за спину.

Скрытый по грудь зарослями, сзади неподвижно стоял абориген. Если бы не желтизна кожи, его вполне можно было бы принять за индейца. Во всяком случае диковинный головной убор, щедро украшенный цветастыми перьями подкидывал эту аналогию моментально, да и синие узоры на лице и плечах не выбивались из киношного образа.

Пока друзья раздумывали, как им себя вести и с чего начинать знакомство их взяли в кольцо. Численный перевес в четыре раза предполагал, что придется идти куда укажут, а всякая самодеятельность только во вред.

О том, что локации лабиринта могут быть населены на форумах не было ни слова. Предполагать, что им досталось особое отражение лабиринта с вывертом – много чести. Быстрее всего, сноходцы предпочитали не делиться собственным опытом прохождения подобных испытаний, предоставляя каждому хлебнуть своих «щей».

Продираться через непролазные кущи больше не требовалось. «Конвой» молча вывел ребят на проторенную тропинку. Вдали уже виднелось оживленное поселение, а звуки местных бубнов и радостные выкрики толпы создавали ощущение, что в становище какой-то праздник.

Местное племя не походило на мирных поселенцев. Мелькающие фигуры между жилищами – нечто среднее между типи и вигвамом – были вооружены так же, как и их сопровождающие: копья, топоры, луки с расписными колчанами, туго набитыми стрелами. Женщины тоже не чурались оружия, что предполагало некоторое равноправие на тропе войны и охоты.

Впрочем, явной агрессии пока никто не проявлял.

В центре поселения у гротескного, рубленного, человекоподобного идола, в подозрительных бурых потеках, извивался в ритуальной пляске шаман с бубном в руках. Глухое уханье больших барабанов доносилось откуда-то из-за спины каменного изваяния. Эту мистерию поддерживали шесть «нарядно» раскрашенных девушек, так же извивающихся в танце, и соплеменники: гиканьем, хлопаньем, топаньем.

У подножия идола, аккурат по двум сторонам от большой каменной чаши, обнаружились «старые знакомцы» из опостылевшей четверки. Рыжий заводила и его пухлый «адъютант». Ребята сидели понурив головы, на шее у каждого красовался венок из красных цветов.

Где они потеряли еще двоих – непонятно. Собственно это было не особо интересно. Радовало другое: по поступкам воздастся – Дэн всегда так считал, а Жан предусмотрительно не спорил. Вот сейчас эти двое «хардкорщиков» и прочувствуют все, что им с таким жаром желала толпа сноходцев, потому как на гостей они походили мало, а на будущих потерпевших – вполне.

Собственный статус для ребят пока оставался непонятным, и сейчас Жан даже не собирался спорить с другом, мысленно отдав тому «первую скрипку». Самолюбие как-то перетерпит тот факт, что интуиция у Дэна сильнее, да и ориентируется в подобных ситуациях он заметно быстрее.

«Хардкорщики» обреченно смотрели перед собой, ни на что особо не реагируя, ровно до момента, когда конвой «индейцев» в обход шаманской мистерии подвел друзей к вождю.

Огромный, могучий воин, восседал на «троне» из расшитых шкур, отороченных серебристым мехом. Возвышение для трона располагалось четко напротив местного божества.

Широкое лицо вождя, расписанное незнакомыми символами казалось высеченным из камня. Высокий головной убор потрясал воображение ничуть не меньше, чем мощное тело воина так же испещренное росписью вперемешку со старыми шрамами.

– Хос, – изрек он.

– Что? – зашипел Жан.

– Гость, – Дэн поклонился вождю и ответил другу.

– Гость, это хорошо, – Жан повторил маневр Дэна.

В этот момент рыжий оживился, в глазах у него проскользнул хитрый блеск. Парень подскочил на ноги, поднял пухлого, подбежал к Жану и быстро нацепил свой венок тому на шею. Пухлый от своего друга не отстал.

– Вовремя, торопыги! – выдохнул рыжий Дэну в лицо, затем повернулся к шаману и заорал: – Викти!

Шаман вздрогнул всем телом, замер на мгновение, а затем повернул изукрашенное лицо к группе пришлых.

– Викти! Викти! – подхватила толпа.

Шаман приблизился под восторженное скандирование, протянул рыжему кривой каменный нож и ощерился зловещей усмешкой:

– Тум викти!

Жана уже скрутили два воина и подтащили к идолу, засунув в чашу по плечи. Дэн было рванулся к нему на помощь, но его самого заломали раньше и кулем приволокли туда же.

– Как же вы мне надоели, – прошипел рыжий.

– Викти! Викти! – скандировала толпа.

Жан отхватил от рыжего подзатыльник, не сильный, но его передернуло, как от электрического разряда. Схватив Жана за волосы, «хардкорщик» задрал тому голову и полоснул ножом по горлу. Кровь хлынула в чашу, толпа взревела от восторга, Дэн рванулся изо всех сил:

– Сволочь! Мы еще встретимся!

– Эт вряд ли, – усмехнулся рыжий и отвесил подзатыльник Дэну.

На самом деле подзатыльник был лишь отвлекающим маневром. Что рыжий гад зажал между пальцами Дэн не знал, но ощущение было словно ему раскаленный гвоздь в затылок вогнали. Боль укола разрасталась пожаром, от головы по всему телу, и крутила судорогой.

Тело корежило, суставы трещали, а сухожилия грозили вот-вот лопнуть. На фоне этой боли, рассеченное горло показалось мелочью. Мерзкую лыбу толстяка, окровавленный каменный нож–Дэн еще рассмотрел, а затем пред глазами все поплыло, смазалось и исчезло, скрытое серо-зеленой дымкой.

Ощущение падения не разбудило, кошмар продолжался. Ни одна из техник экстренного пробуждения не сработала. Боль резко отступила, ей на смену пришла безумная усталость и сонливость.

Сон во сне, без дополнительного контроля и предварительной подготовки – это реальная опасность. Засыпать нельзя, но для борьбы нет сил. Их словно высосали – досуха.

«Я не могу проснуться» – страшная мысль вяло покрутилась в голове и канула в лету, оставив после себя пустоту.

Дэн больше не чувствовал боли, как и падения, он мягко погружался, все глубже и глубже в нечто неприятно мягкое, склизкое и тягучее. Вязкая дымка обволакивала все плотнее, словно заматывая в одеяло, веки отяжелели – полное ощущение погружения в сон где осознания нет, есть провал.

«Спи, гость» – чужая воля навалилась гранитной плитой.