Четвёртый

Глава 1

Я кивнул трактирщику и только собрался пригубить сакэ, как услышал за спиной громкий шёпот.

– Точно этот?

– Да откуда я знаю? Вот иди и спроси у него!

– Ну, вообще похож. Но молодой какой-то.

– А старых и не осталось. Все полегли. Кто-то к императору перешёл, кто-то сбежал.

– Катана на поясе висит. Значит, этот. Господин!

Я отставил чашку и повернулся. Осмотрел просителей равнодушным взглядом. Обычные крестьяне, кимоно уже изрядно поношенные. Один постарше, со спутанными седыми волосами, другой помладше с выбритым лбом.

– Господин, говорят, вы решаете любые проблемы.

Я покачал головой. Колокольчики на шляпе тихо звякнули.

– Не любые. Связанные со смертью.

– Вот, нам как раз и нужно…

– Знаю. Иначе не обратились бы ко мне. Имя?

– Моё? – уточнил старший. – Кэйдзи.

– Имя того, кого нужно убить.

– Ах это… Понимаете, в чём дело…

Кэйдзи замялся, подбирая слова.

– Мы слышали, что вы не убиваете женщин, – сказал младший, внимательно глядя мне в глаза. Хороший взгляд, острый. Редко теперь такой встретишь.

– Такие слухи вредят моей работе. Убиваю всех.

– Это отлично! – Кэйдзи часто закивал головой. – Ваша цель – госпожа Мияко. Староста нашей деревни.

Я повёл плечом, разминаясь.

– Деньги вперёд.

– Понимаете, – заискивающе начал Кэйдзи, – мы дадим вдвое больше, но через неделю. Зима была тяжёлая, и…

– Нет денег – уходите.

Я отвернулся и отпил из чашки. Дрянь редкостная, но другой идзакаи в округе всё равно нет. Как накоплю денег – сразу уеду. Далеко, на самый край земли. Говорят, там очередная война намечается.

– Вот деньги.

Я скользнул взглядом по увесистому мешочку в руках младшего.

– Смерть – это то, что нельзя обратить. Вы уверены в том, чего хотите?

Младший скривился и хотел плюнуть на пол, но сдержался.

– Эта дрянь заслужила смерти.

Я ухмыльнулся и взял мешочек.

– Тогда ваше желание будет исполнено.

Я шёл по лесу, наслаждаясь ночным воздухом и серебряным светом луны. Мимо пролетали светлячки, окрашивая траву зелёным цветом. Дул лёгкий освежающий ветерок, доносящий тонкий аромат костра.

– Чирик!

Я скосил глаза на воробья, устроившегося на моём плече.

– Чирик! Чирик!

– Хочешь что-то сказать – говори. У меня и так голова от того сакэ болит.

– Совести у тебя нет! – недовольно начал воробей. – Мияко так много для деревни сделала, а ты её убивать собрался! Так нельзя!

– Это просто работа, – я погладил птицу по голове. – К ней нельзя подходить со стороны морали.

– Но!..

– Духи не должны задавать вопросы, духи должны наживаться на людских пороках.

Воробей недовольно взъерошил перья.

– Это кто тебе сказал? Мы должны наставлять их на истинный путь!

– Этим пусть боги занимаются, – я махнул рукой. – Меня моё положение устраивает.

– Бесчестно отбирать последние деньги у нищих крестьян! – не унимался воробей. – Ещё и потакать их тёмным желаниям!

– Судзу, для воробья ты подозрительно много знаешь. Просвети меня, что не так в этой деревне и почему я не должен убить их старосту?

Воробей яростно чирикнул и умолк. Наверное, думал.

– Сион, одумайся, пока не поздно, – наконец сказал он. – У меня плохое предчувствие.

Я закатил глаза. Вот почему именно Судзу стал моим напарником? Почему не какой-нибудь боевой ворон? Да хотя бы чайка! Хотя, их так легко за пазухой не спрятать, зато они не донимают своими моральными принципами!

Или ты для этого дал мне Судзу, отец?..

Лес неожиданно расступился, уступая место широкому полю. Колосья риса тихо покачивались в свете луны. Чуть поодаль виднелись деревенские дома.

– Если у тебя кончились аргументы, то лучше помолчи. Не хочу, чтобы местные тебя услышали.

Судзу несильно клюнул меня в щёку и умолк. Я двинулся в сторону деревни. Предчувствия у тебя, значит? У меня они тоже есть, уж больно интересно младший на меня смотрел.

С желанием убить.

– Стой!

Я замер, взявшись за рукоять катаны. Деревенский стражник грозно поднял копьё. Не хотелось бы драться там, где можно просто поговорить.

– Это покои старосты, путник. Уходи!

– Моё имя Сион, и…

Стражник мгновенно переменился в лице и опустил копьё.

– Конечно, конечно. Проходите, господин.

Я недоумённо склонил голову.

– Вы знаете, зачем я здесь, и не собираетесь останавливать?

– Она заслужила смерть.

Опять эта фраза. И чем же насолила им бедная староста?

– Пожалуйста, поторопитесь.

Я пожал плечами и двинулся вперёд к ступенькам перед входом. Воробей завозился за пазухой и шепнул:

– Мне это не нравится.

Мне тоже, Судзу. Но деньги есть деньги. А бедному духу они нужны так же, как и бедному крестьянину. Налоги, может, платить и не надо, но страдать от голода совсем не хочется. Хорошей войны давненько не было, заказов-то и нет почти. Вот и приходится браться хоть за что-то…

– Помалкивай, птенчик.

Судзу клюнул меня и замолчал. Я открыл дверь и вошёл внутрь.

Одна большая комната. По углам дымят благовония. Прямо по центру татами, окружённый свечами. На нём, скорчившись, лежала старушка и тяжело дышала.

– Госпожа Мияко? – на всякий случай уточнил я.

Старушка застонала и перевернулась на спину. На её лице замерла гримаса боли.

– Это…

Она говорила очень слабым и тихим голосом. Я подошёл поближе, не снимая руки с катаны.

– Это… ловушка…

Я замер, прислушиваясь к своим чувствам. Действительно, благовония притупляли реакцию, да и темноту разгоняли только свечи. Невыгодное положение.

Для человека.

– Умри, подонок!

Ближняя стена обрушилась, на меня выскочил парень с катаной. Не вытерпел, бедняга.

Я не стал дожидаться атаки и ринулся вперёд. Легко ушёл от удара и одним движением вспорол нетерпеливому убийце живот, отправляя парня ближе к богам. Он захрипел и повалился на бок, расплёскивая внутренности по полу.

За кого они меня держат? За обычного убийцу в придорожной идзакае?

– Мое имя Сион, – крикнул я, стряхивая с лезвия кровь. – Четвёртый сын великого Тамы, высшего духа Истины. Я несу смерть всем посмевшим встать на моём пути. Ну, кто хочет следующим отправиться через Небесную Реку?

Послышался треск ломаемых стен, и сразу пять кандидатов на тот свет ввалились в комнату. Два копейщика встали впереди, перекрывая мечникам обзор. Как неопытно с их стороны.

Я подпрыгнул, уходя от синхронного удара копьями, и одним движением снёс голову левому противнику. Правый закричал и замахнулся для очередного удара. Я подхватил с пола копьё и метнул его в одного из мечников. Тонкое древко с хлюпаньем вошло в горло, оросив оставшегося копейщика кровью. Тот потерял меня из виду и промахнулся, задев другого мечника в ногу.

Я в один миг оказался у раненого и одним движением вогнал клинок ему в сердце, затем выхватил катану из его ослабевших рук и подрезал бедро копейщику, роняя того на пол.

– Умри! – закричал уцелевший мечник, кидаясь на меня.

Я вытащил свою катану из трупа и ткнул врагу в глаз, пронзая череп насквозь. Парень задёргался и обмяк. Я пинком скинул его с лезвия и повернулся к выжившему копейщику. Тот безуспешно пытался зажать рану на бедре, но пальцы постоянно соскальзывали с окровавленной конечности.

– Расскажешь, к чему это? – ласково спросил я. – Или тебя придётся мучать?

– Ты монстр!

– Нет, я дух. Дух смерти. Четвёртый. Сион, смекаешь?

В его глазах плясал настоящий ужас.

– Мы просто выполняли его приказ!

– Чей приказ?

– Кэйдзи! Это всё он!

– Ничего не понял, но смерть тебе принесу, – я поднялся, перехватывая катану поудобнее.

– Нет!..

Сталь легко прошила доспехи, сердце и с гулким стуком вошла в пол. Парень вскрикнул и замолчал.

– Слушай, Кейдзи, – я облокотился на рукоятку. – Выходи, поговорим. Я уже столько лишних людей поубивал, могу и тебя заодно прикончить.

– Они все заслужили смерть.

В дверях стоял младший, тот самый парень, с которым пришёл Кейдзи.

– Прямо все заслужили? – уточнил я. – А можно поинтересоваться, чем?

Младший скривился, словно от зубной боли и шагнул в комнату.

– Они мне все лгали. Отец торговал детьми из приюта при храме, говорил, что отправляет их в новую жизнь, а на деле продавал всяким ублюдкам. Мияко всё знала и ничего не делала. Один я как дурак ничего не знал!

– Неужели? – искренне удивился я. – Счастье в неведении. Но зачем тогда Кэйдзи убивать удобную старосту?

– Она хотела часть дохода, и обещала рассказать сёгуну, если мой отец откажется.

Младший усмехнулся.

– Сначала он её отравил, но упрямая тварь продолжала жить. Тогда он и нанял тебя, в надежде что ты зарежешь Мияко, а он окажется невиновным.

– И заберёт себе всю славу, убив меня. Хороший план, против человека сработал бы.

Младший покачал головой.

– Ты просто хороший мечник, никакой не дух. Создал легенду, чтобы все боялись.

– Каков наглец, – я выдернул катану, стряхнул кровь и вложил в ножны. – Пытается доказать мне, что я человек.

– У него хотя бы моральные принципы есть! – чирикнул Судзу.

Я внимательно посмотрел на младшего. Что-то в его взгляде говорило против слов воробья. Как будто он искренне счастлив, что всё так вышло. Это не лицо мстителя, это лицо проходимца, укравшего из казны сёгуна годовой запас риса.

– И что теперь? Кэйдзи берёт тебя в долю?

Младший задумчиво покачался вперёд и назад на носках.

– Почти. Отдаст мне всё.

Я заметил следы крови на его кимоно и понимающе кивнул.

– Деньги гораздо важнее семьи, соглашусь.

– Тогда согласись и с тем, что нужно умереть.

Он бросился ко мне, на ходу выхватывая танто из-за пазухи. Я отбил первые два удара, увернулся от третьего и попробовал подрезать наглецу ноги. Младший вовремя отскочил, и направил на меня лезвие.

– Может, просто дашь мне выполнить свою работу? – я опустил катану. – Мне тебя убивать не сильно хочется. Смерть действительно нельзя обратить.

– С Мияко справлюсь сам, – младший оскалился. – А вот свидетель мне не нужен. Я тренировался с детства, знаю все современные боевые стойки. Тебе не победить.

– Современные, значит?

Я перевернул катану лезвием вверх, отставил ногу вбок. На лице младшего мелькнуло удивление.

– Вот тебе стиль больного журавля двухсотлетней давности. Спорим, его ты не знаешь?

Младший хмыкнул и побежал на меня, виляя то влево, то вправо. Я подался вперёд, одновременно поднимая катану на себя. Парень попытался увернуться, но я вовремя подставил ногу. Он полетел на пол, и я одним движением пригвоздил его к доскам сквозь правое плечо. Лезвие вошло глубоко в пол, по самую цубу. Младший закричал, под ним стала растекаться лужа крови.

– Ну как тебе? Дурацкий стиль, поэтому и не прижился. Но против дураков работает.

– Кха! – младший выплюнул кровь, отчаянно пытаясь освободиться из плена.

– Я не против твоего желания обогатиться, честно. Даже поощряю его, ведь такие как ты дают мне работу.

– Отпусти! – прохрипел младший. – Я заплачу!

– О, как ты заговорил! Прости, но у меня есть принципы. Не браться за новую работу, пока не закончу старую. И вот беда, твой отец уже меня нанял. Поэтому ничем не могу помочь.

Младший вдруг вывернулся и метнул в меня танто левой рукой. Я отскочил, оставляя катану в парне. Тот схватился за рукоятку и одним движением выдернул лезвие. Медленно поднялся, тяжело дыша направил катану на меня.

– Сегодня… умрёшь ты… Сион!

– Это потому, что я безоружный? Звучит логично.

Младший сделал шаг вперёд и стремглав понёсся ко мне, замахиваясь катаной. Хороший воин. Ноги грамотно ставит, оружие держит правильно. На том берегу легко работу найдёт.

– Судзу! Вперёд.

В груди стало горячо, и воробей, разрывая моё кимоно, яркой огненной стрелой вылетел в сторону младшего. Парень не успел отразить атаку, и Судзу прошил его грудь насквозь. Младший покачнулся и рухнул на пол. Я склонился над ним.

– Ух ты, ещё дышишь. Это ненадолго, конечно. Поэтому запоминай пока можешь.

Младший смотрел на меня ненавидящими глазами и хрипел.

– По ту сторону Небесной Реки найди моего отца, Таму. Дом налево от высокой синей сакуры. Попросись в ученики, скажи, что от Четвёртого. Из тебя выйдет отличный дух-каратель.

По губам младшего я прочитал, куда он хочет меня послать, и улыбнулся.

– Можешь не слушать. Просто предлагаю работу.

Я наклонился к самому уху и прошептал.

– Ведь так ты сможешь вернуться и отомстить.

В его глазах мелькнуло что-то похожее на надежду, но спустя миг этот взгляд безжизненно потух. Младший покинул этот берег. Я поднялся и повернулся к тяжело дышащей старушке.

– А теперь разберёмся с тобой.

Я шёл по лесной дороге, поигрывая увесистым мешочком. Судзу, нахохлившись, сидел на плече и молчал.

– Слушай, я ведь извинился. И так нечасто тебя использую.

Воробей покосился на меня, но не ответил.

– Судзу, прекращай дуться. Станешь шариком и улетишь в небо.

– Сион, он будет тебя искать.

Я остановился и удивлённо посмотрел на воробья.

– Так ты из-за этого переживаешь? Заботишься о моей шкуре?

– Дух-каратель может тебя убить по-настоящему.

– Всегда хотел знать, куда попадают духи смерти после смерти.

Судзу яростно клюнул меня в щеку.

– Ай! Да за что?

– За глупость. Он будет мстить!

– Духи не могут позволить себе зацикливаться на чём-то одном. В первые годы работы у него будет слишком много, чтобы находить на меня время. А потом он втянется и забудет о мести. Потому что работа ему понравится.

Я погладил воробья по голове и улыбнулся.

– Мне же понравилась.