Быть (не) собой

Глава 1

– …а потом явилась она: прекрасная воительница, метательница ножей. – Разгорячённая Кэра сама не заметила, как достала свои собственные ножи и начала ими жонглировать. – Она была так искусна, что целая стая духов последовала за ней, и у захватчиков не было никаких шансов. В каждом её ноже жил дух, и не простой, а легендарный огненный мотылёк. Она разила без промаха, и мотыльки безжалостно жгли всех, кто стоял на её пути, и захватчики покинули город ещё до первых лучей солнца, в стране навсегда воцарился мир, и…

Ребятня, вопреки ожиданиям вдохновлённой Кэры, расхохоталась.

– Такая большая, а всё ещё не знаешь, что один человек может призвать только одного духа, – назидательно произнёс Томми.

– Сама воин оружия духа, а не знаешь, – поддержал друга Сэмми.

– Что это за страна такая? – смешно нахмурил носик Джонни. – Вообще не помню историй об этой твоей войне.

– Вообще, – подтвердил Томми, растягивая гласные.

– Разве бывают огненные мотыльки? – Мэри теребила свою косичку. – Мотыльки могут управлять водой и насылать дурманящие чары, а огонь – это к рептилиям, некоторым птицам, скорпионам…

– Так что всё это – сказка для детей, – с важным кивком резюмировал Сэмми. – И неправда. Не существовала твоя воительница.

– А вот и правда! – Кэра, как обычно в таких случаях, начала заводиться. – Она существовала, и только то, что мне пока не удалось призвать правильных духов…

Томми в ужасе округлил глаза:

– Кэра разозлилась! Бежим, а то она позовёт своего страшного духа!

Ребятня с громким смехом разбежалась. Лекс, отскочивший подальше, когда Кэра начала жонглировать ножами, подошёл к девушке и ободряюще обнял её за плечи.

– Никогда не понимал, чем мой вид заслужил такое отношение, – раздался густой низкий голос, – но нетипичное для нас вселение одновременно в три оружия как ничто помогает принять разные точки зрения.

Лекс снова отскочил от Кэры, на этот раз едва сдерживая вопль. Кэра поёжилась. Прошло уже почти три года с её безуспешной попытки призвать огненных мотыльков в свои ножи, но она всё ещё не до конца привыкла к тому, что у неё на поясе может в любой момент материализоваться здоровый мохнатый тёмно-серый паук.

– И это делает тебя, Ричард, мудрейшим из духов-пауков, готовым не держать на меня обиду за мою реакцию на тебя, – торжественно поклонился ему Лекс и перевёл взгляд на Кэру. – Не обращай на детей внимания. Ты не хуже меня знаешь, что не каждый способен принять истину, выходящую за рамки привычного мира.

– Это точно, – вздохнула Кэра. – Ко мне Барт из столицы приехал погостить, не хочешь зайти, узнать последние новости?

– Не думаю, что он рад будет меня видеть, – покачал головой Лекс. – Но ты ведь всё-всё мне расскажешь, правда, Ящерка? – Он взлохматил короткие рыжие волосы Кэры.

Девушка фыркнула и стряхнула его руку. Один раз её простили, два простили, но когда она в третий раз без раздумий обкорнала свои запутавшиеся в ветвях пряди, лишь бы не позволить расшалившимся оруженосцам свалиться в кабанью яму, прозвище прочно к ней прилипло. Три года назад, когда они только приехали в Велку, она умоляла Барта называть её по имени, особенно при Лексе, но это было выше его сил. Сам он вскоре уехал в столицу, как самый сильный выходец из их деревни, да ещё и носитель такого редкого оружия – трезубца, а вот Кэра, несуразная девчонка с метательными ножами и совершенно не подходящим им пауком, осталась в Велке.

– Расскажу, куда денусь, – заверила Кэра Лекса, посадила Ричарда в ладонь, отвела её как можно дальше от Лекса, встала на цыпочки и чмокнула его в щёку. – Увидимся! – Она убедилась, что Ричард дематериализовался, проверила, что ножи плотно сидят в ножнах, и побежала в сторону дома.

***

Барт, всё такой же высокий, худощавый и гибкий, ждал Кэру возле входа в её небольшой деревянный домик. Его оружие, на одном конце древка – трезубец, на другом – наконечник пики, было прислонено к стене.

– Заходил бы, чего стесняешься? – издалека крикнула ему Кэра.

– А смысл? – пожал плечами он, когда она подбежала достаточно близко. – Ты же сразу потребуешь поединка, только ходить туда-сюда. – Он улыбнулся своей фирменной улыбкой, немного снисходительной, но при этом ободряющей.

– Это верно. – Кэра отскочила чуть в сторону и занесла руки над рукоятями ножей. – Наконец, настал тот день, когда я увижу твоего духа.

Барт фыркнул и завязал свои падающие на плечи чёрные локоны плотным узлом.

– Мечтай, – сказал он, беря оружие наизготовку.

Все, кто был в это время на улочке, как по команде рассосались по сторонам, образовав для них небольшую арену. Ричард появился на стене дома и с интересом уставился на них всеми восемью своими глазами. Как и дух Барта, как и все подобные духи, он лишил оружие остриев и лезвий, чтобы воинам не приходилось сдерживаться.

Противники задвигались по кругу, не спеша сокращать расстояние. Барт лениво раскручивал свой трезубец, перехватывая его в разных местах древка, чтобы сбить чувство дистанции Кэры. С прошлого спарринга он уже научился не подставлять трезубец под захваты крючковатых клинков, изменивших форму своих лезвий на подобную паучьим лапкам, когда в них вселился Ричард. Кэра в своё время намучалась, пытаясь переучиться их метать, а сейчас старалась сдержать самодовольную ухмылку: в прошлый раз она не показала Барту, что чуть более тягучее движение может превратить брошенный нож в бумеранг, и он вернётся к ней в руки без помощи паутины Ричарда.

Барт прыгнул на Кэру, словно собираясь ударить сверху, но в прыжке прокрутил трезубец и нанёс удар сбоку. Кэра кувыркнулась навстречу трезубцу, проскользнула под ним и тут же метнула нож, обычным броском, в ведущую руку Барта, не позволяя ему резко развернуть трезубец и снова атаковать её. Другой рукой сделала выпад, но Барт смог и увернуться, и отразить брошенный нож. Он отпрыгнул, разрывая дистанцию, и Кэра неловко бросила ему вслед ещё два ножа. Один Барт без проблем отклонил, другой пролетел мимо. Барт уже было ухмыльнулся, но нож, который он проигнорировал, бумерангом вернулся чувствительным ударом в его спину. Он пошатнулся, и Кэра, рывком оказавшись в его радиусе поражения, подхватила загибающееся внутрь на манер когтя боковое острие его трезубца своим загнутым ножом. Она уже готова была позволить Барту резким рывком трезубца вырвать нож из её левой руки, вместо того, чтобы пытаться удержать нож и потерять равновесие, после чего резко сократить дистанцию и правой рукой «добить» противника до того, как он отпрыгнет. Но малышня, толкавшаяся за спиной Барта в попытках выбить себе лучшее место, вытолкнула малыша Томми прямо на арену. Рванув на себя трезубец, Барт нанесёт колющий удар Томми. Затупленное остриё не спасёт малыша от дробящего удара в хрупкие кости. Тут и думать не о чем.

Кэра вильнула в сторону, оббегая Барта сбоку, подхватила Томми и вытолкнула его с арены. Тут же получила подсечку и рухнула на песок. Перекатилась, но вокруг неё взметнулась пыльная буря, и раньше, чем она успела подняться на ноги, в грудь упёрлось что-то острое. Когда пыль осела, Кэра увидела наконечник пики и протянутую руку Барта. Она бросила ножи. Он убрал трезубец за спину и помог ей встать.

– Или день ещё не настал, – произнёс он с усмешкой, но почему-то какой-то грустной.

– Если бы Томми не вмешался – я бы тебя одолела, – буркнула Кэра.

– В правилах не оговорено, и ты не запросила остановку. – Барт обвёл взглядом расходящуюся толпу. – Ума не приложу, как при твоей маниакальной готовности защищать всех вокруг тебя твоя душа смирилась с ножами и совсем не просит щита.

Кэре стало не по себе.

– Всё равно у тебя скорпион, – сменила она тему. – Никто, кроме скорпионов, не селится в трезубцы, тем более – в двухконечные.

– Пусть тебя это утешит. – Барт взлохматил её волосы.

– Пошли уже в дом. – Кэра пихнула Барта и протянула Ричарду руку, чтобы он перебрался на неё со стены. – У меня вроде бы даже есть что-то на обед.

***

– А у тебя какие новости? – спросила Кэра после того, как быстро рассказала Барту, что у неё, в целом, всё по-прежнему. – Как проходят встречи императора с народом?

– Довольно неплохо, – ответил Барт. – Государственные дела пришлось отложить, да и такое путешествие получилось утомительным, но народ перестаёт чувствовать себя брошенным, и это главное.

– И что же, один раз посмотрели на главного – и сразу стали счастливы?

– Есть и те, кто считает всё это показухой, лишь бы заткнуть людям рты и снова забыть об их нуждах, – вздохнул Барт. Посмотрел прямо в глаза Кэре. – Как раз из-за таких людей в города на пути процессии заранее приезжают элитные воины: убедиться, что жизни императора ничего не угрожает. Как раз поэтому я здесь.

– Я даже не помню, приезжал ли ты хоть раз навестить меня просто так, – ледяным тоном произнесла Кэра.

– Ты ко мне тоже не приезжала, – парировал Барт. – Так занята делами небольшого поселения или Лекс не отпускает?

– Лекс не велит мне, что делать, – вспыхнула Кэра.

– Однако он остаётся неформальным лидером Велки. – Взгляд Барта потяжелел, Кэра даже поёжилась. – Не знаешь, какие у него планы на приезд императора?

Кэра нахмурилась.

– Постоять на площади, как и все, может быть – пожать императорскую руку. Что ещё там может быть?

Барт тяжело вздохнул.

– Вы всё так же близки?

Кэра не ответила.

– Он всё так же недоволен правлением императора?

– Думаешь, он собирается поднять бунт? – резко бросила Кэра.

– Думаю, что должен проверить любое подозрение. – Барт перегнулся через стол и положил руку на плечо Кэры. – Мы поймали шпиона Лекса и… выудили из него информацию о планируемом нападении. Мне нужно, чтобы ты проследила за Лексом и подтвердила или опровергла эту информацию.

– Приказ старшего Воина Духа?

– Просьба старого друга.

– Который бросил меня, как только мы попали сюда. Напомнить, кто поддержал меня, когда ты спешно уехал в столицу?

– Я остался с тобой в деревне на три лишних года после призыва духа в мой трезубец, пока ты гонялась за своими огненными мотыльками. – Барт осёкся. – Не мы выбираем, где служить людям.

Повисло молчание. С потолка на паутинке медленно спустился Ричард.

– Кэра, – тихо начал он, поставив одну из лапок на ладонь девушки, – Лекс так же молод и горяч, как и ты, и может ввязаться в авантюру, которая плохо для него закончится. Даже если тебе наплевать на жизнь императора и нашу страну, подумай о том, что, предотвратив восстание, ты убережёшь в первую очередь Лекса.

Кэра вздохнула. Встала из-за стола и молча направилась к выходу. Обернулась у двери.

– Хорошо, я прослежу за ним. Вернусь через пару дней.

Барт удивлённо посмотрел на оставленную у входа перевязь с ножами. Перевёл взгляд на Ричарда.

– Часто она уходит без оружия и без тебя?

– Каждый раз, когда идёт к Лексу. Если не ошибаюсь, у него сильная арахнофобия. – Ричард пошевелил второй парой лапок, что у него было аналогично пожиманию плечами. – Во всех своих желаниях, действиях и привязанностях Кэра – самый противоречивый человек из всех, кого я знал.

***

Кэра пробралась на чердак старой заброшенной сторожки, о котором и знали-то не все, а поместиться могли разве что дети да девушки скромной комплекции. Долго ждать не пришлось: вскоре внизу послышались шаги и тихие голоса. Лекс раздавал последние указания. Голоса стихли, пятеро из шести посетителей покинули сторожку.

– Можешь спускаться, – позвал Лекс.

Кэра вернула сигнальную доску в положение «никого нет» и спустилась в комнатушку, которую Лекс приспособил для тайных операций и хранения оружия.

– Нашего шпиона в столице поймали и допросили, – сразу перешла к делу Кэра. – Всё идёт по твоему плану.

– И пока гвардия будет прочёсывать площадь в поисках стрелка, мы атакуем почти беззащитного императора сразу за городскими воротами, – удовлетворённо кивнул Лекс.

– Удалось выяснить размер гвардии? Барт встретит их у ворот, нужно, чтобы он дал им достаточное количество точек засады, чтобы император оставил при себе минимум воинов.

– Императору придётся послать столько воинов, сколько он сможет, потому что он не будет знать, сколько у нас стрелков.

– Барт может что-то заподозрить, если я вернусь совсем без информации, и всё испортить. – Кэра тяжело вздохнула. – А он поймёт, что я знаю о твоих планах, он присматривал за мной всю мою жизнь и мне не обмануть его.

Лекс подошёл к Кэре и заключил её в объятия.

– Ты права. И даже оставшись едва ли не в одиночку на защите императора, он заставит нас потерять драгоценное время. Именно поэтому тебе придётся убить его и принести мне его трезубец.

Сердце Кэры пропустило удар.

– Дай ему немного времени. Он поймёт и примет нашу цель. Нам нужен такой воин, как он.

– Кэра, Кэра, – с горечью произнёс Лекс. – Он провёл в столице целых три года. Ты же знаешь, насколько внушаемы выходцы из вашей деревни. Барт – твой давний друг, но он оставил тебя тогда. Мне жаль, но глупо было бы надеяться, что он вернётся сейчас.

Кэра молчала. Она очень старалась удержать дыхание ровным.

– Я понимаю, тебя воспитывали совершенно иначе, но реальный мир – это не деревушка в горах. – Лекс немного отстранился, взял лицо Кэры в свои ладони и заглянул ей в глаза. – Есть цели, которые оправдывают любые средства.

Кэра выдержала его взгляд. Глубоко вздохнула и кивнула.

– Ты оставила ножи дома. Тебе стоит хоть чем-то вооружиться.

Лекс подошёл к стойке с оружием, взял щит и бросил его Кэре. Та поймала его и на секунду замерла, испытывая странные эмоции.

– Я третий раз в жизни держу в руках эту штуку… – промямлила она.

– Но второй был выдающимся, – ободряюще улыбнулся Лекс. – Когда ты первый раз прибыла в Велку, ты так уверенно раскидала тех бандитов щитом, что я долго не мог поверить, что твоё оружие – метательные ножи. – Он подошёл к Кэре и положил руку ей на плечо. – И по словам Барта, который тоже это видел, первый раз, когда ты держала в руках щит, был не менее выдающимся.

Кэра помотала головой и вернула щит Лексу. Он с лёгкой улыбкой кивнул, забрал щит и наклонился к девушке.

– Иди, я буду тебя ждать. – Он поцеловал её в лоб. – Я в тебя верю.

***

Когда Кэра вернулась, Барт стоял у стола, склонившись над картой Велки. Сбоку лежала раскрытая книга, заваленная ещё какими-то бумагами. Он поднял голову, когда она вошла, и пронаблюдал, как она нарочито медленно надевает свою перевязь с ножами на пояс.

– Как Лекс? – с деланным равнодушием спросил Барт. – Снова настроил тебя против меня?

– Он никогда так не делал, – тут же ощетинилась Кэра.

– Почему тогда ты вооружилась?

Кэра не ответила. Барт снова склонился над картой.

– Вот здесь, здесь и здесь. – Он указал на три дома вокруг площади. – Очевидные точки размещения стрелков. Лекс хитрее, поэтому наверняка он поставит людей ещё как минимум сюда и сюда. Однако очевидные точки тоже стоит проверить, потому что Лекс хитрее. – Барт посмотрел прямо в глаза Кэры. – Ты бы очень помогла, если бы назвала точные места засад.

– У Лекса много сторонников, – пожала плечами Кэра, – в отличие от императора.

– И очень много хитрости. Он может выманить гвардию прочёсывать площадь и в это время напасть на беззащитного императора где-то в городе.

Выражение лица Кэры выдало её. Барт осторожно шагнул к своему трезубцу.

– Я предупрежу императора. Надеюсь, ты не против.

Кэра встала между Бартом и дверью.

– Я против.

Барт тяжело вздохнул.

– Я так и думал. Как же ты могла устоять перед чарами Лекса и не присоединиться к его бессмысленному восстанию.

– Лекс здесь ни при чём, – вспыхнула Кэра. – Власти всегда было плевать на народ, и Аркадиус – не исключение. Весь этот выезд с визитами в отдалённые провинции – просто показуха, чтобы заткнуть людям рот. Кто-то должен восстать и показать людям, что настоящая сила – в их руках, и они сами могут вершить власть и правосудие над собой.

– Ого, я сейчас почти увидел призрак Лекса за твоей спиной. Сколько же раз он рассказал тебе свою вдохновляющую речь, что ты её дословно запомнила?

Кэра с чувством саданула ногой по столу. Ворох бумаг слетел на пол, открыв взору раскрытую на развороте с иллюстрацией книгу. Кэра на секунду замерла. Она видела образ, знакомый с детских лет. Образ, к которому она стремилась всю жизнь.

Дрожащими руками она взяла книгу и поднесла поближе к глазам, рассматривая рисунок прекрасной девушки с развевающимися волосами и протянутыми руками. Вокруг неё парили шесть огненных шаров. Но ладони были пустыми, в них не было ножей.

– Да, об этом… – Барт потёр ладонью затылок. – Надеялся преподнести тебе это иначе, но… В общем, твоя воительница с огненными мотыльками в кинжалах – героиня очень старой сказки, сказки даже не наших предков; когда-то другие народы верили, что способны сами творить волшебство, без помощи духов, вселяющихся в их оружие. Старый Килгор всё время тащил в нашу деревню всякую дрянь, а ты…

– Нет!

Молниеносным движением Кэра метнула два ножа, вонзившихся в стену по бокам от Барта. Его прижало к стене протянутой между ними паутиной. Следующие четыре она вонзила стену более аккуратно, выбирая такое положение, чтобы Барт не смог освободиться от пут. Ричард устроился на стене рядом с его головой, и Кэра была готова поклясться, что читает укор в восьми крошечных глазах.

Всё это время Барт истерически смеялся, запрокинув голову, а потом вдруг резко смолк и поймал взгляд Кэры.

– Значит, снова выбираешь его, – сдерживая дрожь в голосе, произнёс он.

– Я… – Девушка отвела глаза. – …я выбираю нашу миссию!

Кэра потянулась к трезубцу. Едва успела отдёрнуть руку от вспыхнувшего пламени. Когда пламя угасло, Кэра увидела длинную рыжеватую ящерицу,

– Не поступай с ним так, – тихо попросила ящерица.

– Игнита! – в сердцах выкрикнул Барт.

Ящерица не исчезала, не сводя глаз с Кэры. Девушка посмотрела на Игниту, на Барта, на Ричарда, резко развернулась и выбежала вон.

***

На этот раз Кэра вошла в сторожку, как и все остальные – через дверь. Лекс ждал внутри в компании могучего воина с плетью и лучника. Их лица были скрыты масками, и Кэра не была уверена, видела ли кого-то из них раньше.

Лекс осмотрел Кэру и приподнял брови.

– Ты не смогла убить его.

– Он в паутине Ричарда, – оправдалась девушка. – Ему не выбраться. Он не помешает.

Лекс плотоядно улыбнулся.

– Ты права, так он не помешает мне убить его. – Он подошёл вплотную к застывшей Кэре. – Да, я собираюсь убить твоего дорогого друга. – Он взял её лицо в свои руки. – Но не стоит тебе на это смотреть.

Кэра закричала, почувствовав невыносимую боль в глазах. Что-то тёплое и липкое стекло по её щекам. Лекс отпустил её, и она отшатнулась. Ничего не видя, она лишь услышала металлический звон и голос Лекса:

– Ты же знаешь, что паукам самое место в щитах?

Что-то со свистом разрезало воздух, и она почувствовала дикую боль в животе. Рефлекторно схватилась за округлый предмет, вонзившийся в её плоть, и осела на пол. Услышала шаги, почувствовала тёплое дыхание на своей щеке.

– Рад бы остаться с тобой, пока ты умираешь, – тихо сказал Лекс, – но, если я промедлю, твой дух освободится и освободит Барта. Я же хотел бы разобраться с ним без лишних забот и догнать основной отряд, который прямо сейчас обходит гвардию императора с флангов, чтобы оказаться у них за спиной и с рассветом напасть на них и вырезать всех до единого.

Сердце Кэры упало. Она услышала отдаляющиеся шаги. Крепче сжала убивающий её металлический предмет, на ощупь казавшийся небольшим круглым щитом с заточенным краем. Вспомнила картинку из книжки. Подумала о Ричарде.

«Сколько же неправильных решений я приняла за свою жизнь?»

Её сознание угасло.

***

Барт так долго истерично смеялся, что Ричард даже вздрогнул, когда он внезапно затих.

– Воин, который оставляет своё оружие и своего духа. – Барт устало закрыл глаза. – Как же сильно она меня сейчас ненавидит…

Ричард прыгнул на потолок и спустился на паутине так, чтобы оказаться напротив его лица, и Барту показалось, что в восьми крошечных глазах мелькнуло сочувствие.

– С твоей точки зрения может так не выглядеть, но она защищает тебя. Так, как может.

Барт горько усмехнулся.

– С её постоянным стремлением защитить всех вокруг я вообще не понимаю, как она могла выбрать ножи, а не щит.

– И не сменила своё оружие даже после того, как призвала дух паука. Сила самовнушения, достойная лучшего применения. – Он спустился на стол и подполз к Игните, неподвижно застывшей на трезубце Барта. – Огненная ящерца – и в таком статичном и неизменном трезубце… Ваш род предпочитает нунчаки, кусаригамы, хотя бы плети…

Игнита испепеляла его взглядом.

– Ты до сих пор не горишь только потому, что Барт всё ещё не хочет причинить вред Кэре.

– Судя по тому, что паутина ослабла, – подал голос Барт, – Кэра тоже передумала насчёт… Ричард? – Он оглянулся, нигде не видя духа Кэры. – Все ножи здесь! Ричард? Ричард! Что с Кэрой?!

***

Придя в себя, Кэра первым делом удивилась. Сначала тому, что она вообще пришла в себя, с такой-то раной в животе, почти разрубившей её пополам, а потом тому, что она снова видит, правда, как-то странно: светотень – хорошо, а вот предметы как-то очень расплывчато, если они не движутся. Подняла руки и коснулась щёк, убеждаясь, что кроваво-слизистое месиво ей не причудилось. Заметила движение и быстро скосила глаза в нужном направлении.

– Я подумал, – сказал Ричард, ползая туда-сюда по щиту, – что мне и шести хватит, а тебе без хотя бы таких двух будет тяжело.

Кэра скользнула рукой к своему животу. Её пальцы провалились во что-то липкое, но боли она не чувствовала.

– Теперь, когда я живу в щите, как и должен был с самого начала, я могу подлатать раны, чтобы у тела было время исцелиться.

Кэра села. Поняла, что впервые за три года хочет крепко обнять Ричарда, но понятия не имела, как обнять паука так, чтобы ему не навредить, поэтому просто почесала его брюшко.

– Нам нужно остановить Лекса, – сказала она.

– Неужели? – Ричард дёрнул задней лапкой, что для него было аналогом приподнятой брови. – Я думал, ты поддерживаешь его в этом намерении.

– Принимаешь много неправильных решений, когда пытаешься быть кем-то, кто… – Кэра замолчала, глядя на щит и подбирая правильное слово. – …кто не ты.

Ричард пошевелил жвалами, что было равносильно одобрительному кивку. Кэра с трудом поднялась на ноги, чувствуя, что от кровопотери её неумолимо шатает.

– Бежим, – сказала она. – Лекс врал о своих планах и мне, и пойманному шпиону. Теперь он в компании плёточника и стрелка идёт убивать Барта, а я оставила его связанным.

Ричард интеллигентно кашлянул.

– Я всё ещё связан с твоими ножами, но на таком расстоянии связь слаба. Путы наверняка уже не сдерживают твоего друга, но я могу переместиться в ножи и убедиться в этом.

– Скорее! – в сердцах крикнула Кэра.

– Однако, – Ричард повернулся к ней, и она не знала, это проделки нового зрения или паук и правда хитро на неё посмотрел, – Барту предстоит неравный бой, но, полагаю, его боевой дух и вместе с ним шанс на победу резко возрастёт, когда он узнает, что ты на его стороне. Так что беги к нему.

***

Как только Ричард пропал, Барт без труда разорвал паутину. Подхватил свой трезубец и вышел из дома. Подавил желание броситься вслед за Кэрой и побежал по узкой улочке в противоположную сторону: через городские ворота по подъездной дороге к передовому отряду императора.

– Даже ни на секунду не усомнился, – раздался за его спиной насмешливый голос Лекса.

Барт заставил себя проигнорировать его, но путь ему преградил рослый воин с плетью в руках. У ног воина недвусмысленно скрутился кольцами большой чёрный змей. Барт развернулся. Лекс расслабленно держал свой длинный меч на плече, что позволяло ему мгновенно провести верхнюю атаку, как только он того пожелает.

– Трое на одного? – только и спросил Барт, вставая в боевую стойку.

– Можешь позвать своего духа, я не против, – небрежно бросил Лекс.

Барт хмыкнул. Во вспышке пламени перед ним появилась Игнита, а его трезубец разделился на две части. Игнита взяла на себя змея, Барт же с независимым оружием в каждой руке атаковал Лекса и его рослого приятеля. Они оказались хороши: не торопились, не лезли на рожон, старались оставить Барту как можно меньше места для манёвра. Но по их движениям Барт мог видеть: они рассчитывали, что ему тяжело будет в ограниченном пространстве с длинным трезубцем, но теперь, когда он использовал разделение оружия, его манёвренность увеличилась, и схватка затягивалась сильнее, чем Лекс и его сподвижник рассчитывали.

– Доблестный Барт, воин разделяющегося трезубца и огненной ящерицы, – тяжело дыша, но всё равно надменно произнёс Лекс. – Признаю: я тебя недооценил. Когда подумал, что без проблем одолею тебя в бою. И ещё раз, три года назад, когда подумал, что Кэра дорога тебе.

Барт замер. Игнита обернулась на него и предупреждающе зашипела.

– Она умирает там одна, – безжалостно продолжал Лекс, – зная, что ты видел, как исчез её дух, зная, что ты знаешь, где она, но вместо того, чтобы броситься ей на помощь, отправился спасать вашего никчёмного императора. Как думаешь, что она сейчас к тебе чувствует?

– Я…

– Подсказка: я им горжусь.

Кэра метнула левой рукой щит, чтобы он отразил стрелу, летящую в голову Барта, а правой – два ножа в стрелка, прятавшегося на соседней крыше. Ричард почти мгновенно оплёл его надёжным коконом и вернулся на плечо Кэры.

Лекс ошарашено отступил на несколько шагов.

– Как ты…

– Приняла себя. – Кэра встряхнула щитом. – Ты даже не представляешь, насколько твой дух становится сильнее, когда перестаёшь пытаться быть не собой.

Она встала рядом Бартом.

– Поединок становится равным, – хмыкнул тот. – Или Ричард поможет?

– Ричард посторожит стрелка. А ты, главное, заставляй их двигаться.

Дважды просить не требовалось. Барт ринулся в атаку, бешено размахивая трезубцем и пикой, острия которых подожгла Игнита. Его противники с трудом уходили от выпадов теперь, когда вокруг не хуже бумеранга летал щит Кэры, помимо острого края обросший расходящимися из центра стальными прутьями, изгибавшимися и свешивавшимися с краёв острыми шипами. Рослый воин хотел было заодно со змеем атаковать девушку, но Игнита обездвижила змея, навалившись на него всем телом, а воина сбила с ног сама Кэра. Лекс воспользовался тем, что Барт отвернулся к Кэре, и перешёл было в наступление, но тут свалился на землю, как подкошенный. Барт присмотрелся и увидел торчащие из земли четыре ножа – два возле Лекса, два возле его напарника. Между ними тянулась прочная паутина. Ричард, свесившийся с крыши домика, на которой лежал связанный стрелок, потирал передние лапки.

– А как же равный поединок? –Лекс ухватился за последнюю ниточку.

Кэра присела рядом с ним на корточки и грустно посмотрела ему в глаза.

– Полагаю, я не до конца стала воином щита, поэтому ещё помню твой главный урок. Есть цели, которые оправдывают любые средства. Смухлевать, чтобы схватить тебя и предать правосудию, – лучше, чем убить в поединке. К тому же, – она подмигнула Барту и перевела взгляд на Ричарда, всё ещё сторожившего стрелка, – паучьи глаза и паутинная плоть делают меня частично пауком, так что всё почти честно.

Барт рассмеялся. Впервые за этот вечер – радостно и легко. Сгрёб Кэру в объятия и взъерошил её волосы.

– Кажется, люди всё-таки могут творить волшебство.

***

– Я знаю, что многие из вас не верят в то, что вы мне не безразличны, – говорил император Аркадиус Второй, и лучи полуденного солнца весело скакали в его медной бороде, – и я действительно не смогу стать лучшим другом для каждого из вас и решить абсолютно все ваши проблемы. Однако я прошу вас дать мне шанс, дать мне ваш посильный вклад и дать мне время, чтобы сделать нашу страну лучше. Не стану лгать: первыми изменения почувствует столица и правящая верхушка, но именно поэтому я прошу вас проявить терпение. Через пару лет просто вспомните сегодняшний день, и вы поймёте: постепенно, незаметно, ваша жизнь изменилась в лучшую сторону.

Император ещё что-то рассказывал о том, как постепенные изменения работают лучше бессмысленных кровавых революций, знакомил с народом своего представителя, который останется в Велке с единственной целью – слушать людей и передавать их голос столичным чиновникам, потом спустился с пьедестала и начал ходить по толпе, пожимая руки и обмениваясь короткими фразами, но Барт и Кэра его уже не слушали.

– Просто покажи им щит и шесть метательных ножей, – говорил Барт, – и ни у кого больше не возникнет сомнений в твоих воинских способностях. Полагаю, в гвардии императора тебя начнут ценить даже выше, чем меня.

– Не. – Кэра покачала головой, отмечая на будущее, что так все окружающие предметы как будто задвигались и стали хорошо различимыми. – Мне ещё надо разобраться в себе, не говоря уже о том, чтобы выработать и натренировать новый боевой стиль. Да и Ричарду не помешает, правильно говорю?

– С советами Игниты о жизни в разделяющемся оружии мне стало чуть легче, – вежливо ответил Ричард с плеча Кэры.

– Однако я удивлена тем, как хорошо ты справлялся сам. – Игнита, устроившаяся на руке Барта, повела хвостом.

– Между прочим, – Ричард повернулся к Барту, – я в некоторой степени обескуражен тем, что ты прятал её от меня целых три года.

– Я не мог… – Барт посмотрел на Игниту, на Кэру, снова на Игниту и густо покраснел. – Я не хотел…

Кэра хотела положить руку ему на плечо, но не стала.

– Я бы хотела, – осторожно произнесла она, – чтобы всё оставалось как прежде. Мне правда нужно во всём разобраться.

Барт кивнул, встряхнул головой и улыбнулся своей фирменной снисходительно-одобряющей улыбкой.

– Если что – мы с Игнитой в столице. Если не в столице – там знают, где мы. – Он отвёл взгляд. – Сама-то что будешь делать? Вернёшься в деревню? Отправишься странствовать?

– Останусь в Велке, – ответила Кэра. – Я едва не подвела людей этого города, и после сегодняшнего выступления императора и заключения Лекса у них явно найдётся, что мне сказать. Неплохо бы начать с исправления ошибок, а не сбегания от них.

– Хороший план, – одобрил Барт. – Ты только не забывай о главном.

Кэра кивнула.

– Я больше не буду пытаться быть кем-то другим.