Война четырех корон

Глава 1

Ариана открыла глаза и поняла, что мёрзнет. Тело ломило, под спиной была не кровать, а жёсткая земля, присыпанная снегом. Она села, огляделась. Вокруг были только голые деревья, снег и серое небо. Никаких домов, никаких дорог. Она попыталась вспомнить, что случилось. Последнее, что она помнила — взрыв. Она бежала по окопу, кричала своим, чтобы укрылись, а потом… потом ничего.

Ариана встала, отряхнула снег с одежды. На ней был какой-то странный тёплый плащ, незнакомый. Сапоги, кожаные, не её. Она провела рукой по лицу — всё на месте. Дышит. Жива.

— Ты очнулась, — раздался голос сзади.

Она резко обернулась. На пне сидел старик. Белые волосы до плеч, простая серая одежда, в руках деревянная кружка с паром. Он улыбался — не нагло, не хитро, а по-доброму, как дед, который рад, что внучка проснулась.

— Кто ты? — спросила Ариана.

— Веридиан, — сказал старик. — Я тот, кто тебя сюда перенёс. Не бойся, ты не в аду. Хотя, судя по погоде, ты могла бы подумать иначе.

Ариана ничего не поняла. Она попыталась вспомнить, как умерла. Взрыв. Крики. Товарищи. Она знала, что погибла. Она чувствовала это. Но сейчас она стояла в снегу и разговаривала со стариком, который пах чаем.

— Ты мёртвая, — сказал Веридиан, будто прочитал её мысли. — Но я решил дать тебе второй шанс. Здесь, в этом мире. Он называется Эонтерра. Ты будешь жить заново.

— Зачем? — спросила Ариана.

— Потому что ты мне понравилась, — пожал плечами Веридиан. — Я видел, как ты тащила своего солдата под пулями. Как не бросила его. Я таких людей люблю.

Ариана молчала. Она не верила ни одному слову.

— И ещё, — добавил Веридиан, — я дам тебе один подарок. Случайный. Так уж вышло, что я немного могу влиять на ваши души. Я открою в тебе одну дверцу — и оттуда вылезет что-то полезное. Не божественное, нет. Просто… мелочь.

Он поднял руку, и Ариана почувствовала, как что-то тёплое разлилось по груди. Она закрыла глаза, и когда открыла — Веридиан исчез. Осталась только кружка с чаем на пне. Пар ещё шёл.

Ариана огляделась. Впереди, внизу с холма, она увидела дым. Деревня. Небольшая, но живая. Она сжала кулаки, глубоко вздохнула и пошла вниз. Она не знала, что будет дальше, но знала одно — она не собиралась умирать во второй раз.

Ариана спускалась с холма, и холодный ветер кусал лицо. Снег под ногами хрустел, сапоги промокали, но она не обращала внимания. Она смотрела на деревню внизу — десятка два домов, сложенных из тёмного дерева, крыши покрыты снегом, из труб валил дым. Обычная северная деревня. Таких она видела много в прошлой жизни, только там не было снега, а были грязь и окопы.

Она вошла в деревню через полчаса. Люди косились на неё, но не прогоняли. Странная девушка в незнакомой одежде, без оружия, но с холодным взглядом. Она прошла к колодцу, напилась, потом села у костра, который горел посреди площади. Кто-то из старух подал ей кусок хлеба и кружку горячего бульона. Ариана кивнула, взяла, не говоря ни слова.

Она слушала. Люди говорили о зверях, о голоде, о том, что их староста уже старый и не может защитить их. Охотников мало, оружие слабое. Каждый месяц из леса приходят твари, утаскивают скот, иногда людей. Деревня называется Ветхая Сосна, и ей скоро конец.

Ариана подняла голову.

— Где здесь кузнец? — спросила она.

Ей указали на лес, на окраину. Там живёт Яромир, последний кузнец. Но он бедный, у него нет хорошего металла, он куёт только лопаты и вилы.

Ариана допила бульон, положила кружку и пошла.

Лес встретил её тишиной. Она шла по тропе, заваленной снегом, и через час вышла к кузнице. Маленький сарай, сложенный из камня, рядом гора угля, навес, под которым стоял старый наковальня. За ним сидел мужик с седой бородой и руками, покрытыми шрамами. Он пытался выковать лезвие из ржавого плуга, но металл трескался.

— Слышал, ты умеешь работать с кристаллами? — спросила Ариана.

Яромир поднял голову. Посмотрел на неё, прищурился.

— Умею. А ты кто такая?

— Меня зовут Ариана. Я хочу защитить эту деревню.

— Защитить? — усмехнулся Яромир. — Чем? Голыми руками?

— Ты можешь сделать оружие из кристаллов, я слышала. Я принесу тебе кристаллы. Ты сделаешь мечи и копья. Мы соберём отряд и будем бить тварей.

Яромир отложил молот, вытер лицо рукавом.

— Ты знаешь, где лежат кристаллы?

— Нет. Но ты скажешь.

— В Гнилых Землях, — сказал Яромир. — Там, где твари живут. Там земля чёрная, деревья гниют, а в воздухе вонь. Если ты туда сунешься — не вернёшься.

— Вернусь, — сказала Ариана.

Она развернулась и пошла в лес.

Яромир смотрел ей в спину, потом покачал головой и снова взял молот.

Ариана шла два часа, пока земля не стала чёрной. Снег здесь был грязный, деревья стояли мёртвые, без коры, ветки торчали как кости. Воздух пах гнилью и металлом. Она осторожно ступала, смотрела по сторонам. Она не знала, что искать, но чутьё подсказывало — кристаллы должны быть там, где земля трескается.

Она нашла их у корней старого дерева. Три камня размером с кулак, тёмно-синих, светящихся изнутри. Она взяла один, и он обжёг ладонь, но она не выпустила. Засунула их в мешок, который нашла по дороге, и пошла обратно.

Она почти вышла из Гнилых Земель, когда услышала рык. Она обернулась. Из-за дерева вылезла тварь — огромная, как медведь, но с кожей, покрытой шипами, и с пастью, полной острых зубов. Глаза горели красным.

Ариана замерла. У неё не было оружия. Она могла бы побежать, но тварь была быстрее. Она могла бы крикнуть, но никто не услышит. Она могла бы умереть. Но она не хотела умирать.

Она вспомнила окопы. Вспомнила, как уворачивалась от пуль, как падала в грязь, как ползла под обстрелом. Она вспомнила, что её тело знает, как выживать.

Тварь бросилась.

Ариана упала на снег, перекатилась в сторону, тварь пролетела мимо. Она вскочила, выхватила кристалл из мешка и ударила им в глаз твари. Кристалл вошёл в мягкую плоть, тварь взревела, дёрнулась, ударила лапой по земле, но Ариана уже была сбоку. Она ударила ещё раз, в другой глаз, и тварь завалилась на бок, задергалась и затихла.

Ариана стояла, тяжело дыша. Кристалл в её руке был тёплым, покрытым кровью. Она посмотрела на мёртвую тварь, потом на лес, потом в небо. Она была жива.

Она вернулась в кузницу через три часа. Яромир сидел на том же месте и пил чай. Увидев её, он поперхнулся.

— Ты живая?

— Живая, — сказала Ариана. Она выложила три кристалла на наковальню. — И принесла.

Яромир встал, подошёл, взял один кристалл в руки. Он долго смотрел, потом поднял глаза на Ариану.

— Ты убила тварь?

— Убила.

— Чем?

— Кристаллом.

Яромир молчал. Потом сказал:

— Ты сумасшедшая.

— Может быть, — ответила Ариана. — Ты сможешь сделать из этого оружие?

Яромир кивнул.

— Смогу. Но нужно железо. У меня нет.

— Я принесу.

— Откуда?

— Скажи, где.

Яромир вздохнул, потёр лицо.

— В городе к югу отсюда есть торговец. У него есть железо. Но он берёт золотом.

— Сколько?

— Много.

— Я принесу.

Ариана ушла. Через неделю она вернулась с пятью золотыми монетами, которые добыла, продав шкуру убитой твари охотникам. Яромир смотрел на монеты и молчал. Потом взял и сказал:

— Начинаю.

Месяц ушёл на то, чтобы сковать три меча и пять копий. Ариана тренировалась каждый день. Она рубила деревянные столбы, училась фехтовать, училась командовать. Она нашла пятерых охотников, которые согласились пойти за ней. Они называли её «Командирша». Она не возражала.

Первый бой с тварью был через два месяца. Тварь вышла из Гнилых Земель и напала на деревню. Ариана встретила её с отрядом. Она вела их, как в прошлой жизни — короткими командами, чётко, без паники. Они ударили копьями, тварь взревела, но Ариана уже была у неё сбоку, разрубила горло. Тварь упала, а люди смотрели на неё с уважением.

С тех пор деревня перестала бояться. Люди шли к ней, просили защиты. Она строила укрепления, ставила патрули, учила мальчишек держать оружие. Через год Ветхая Сосна стала не просто деревней, а маленькой крепостью. Через два года к ней присоединились соседние деревни. Через три года она правила Севером.

Она не знала, как стать правителем. Она просто делала то, что умела — защищать и не давать своим умирать зря. Северяне уважали её за это. Она спала на снегу с солдатами, ела то же, что и они, не пряталась за стенами, когда приходили твари. Она была одной из них.

А теперь она сидела в своём деревянном доме, смотрела на карту и думала о войне. Потому что на Востоке, Юге и Западе появились другие правители. Она знала о них — они встречались в Белой Зоне каждую субботу. Она смотрела на них, и чутьё подсказывало: эти трое не те, кто уступит. Они тоже хотят жить. Они тоже хотят защищать своё. И они будут драться.

Ариана вздохнула, свернула карту и вышла на улицу. Мороз обжёг лицо, и она улыбнулась. Она всегда чувствовала себя живой, когда было холодно.

— Командирша, — сказал кто-то сзади. — К тебе пришли.

Она обернулась. Стоял Ратник, её командир пехоты. Молчаливый, надёжный, всегда с мечом за спиной.

— Кто?

— Кузнец Яромир. Говорит, нужно обсудить заказ.

Ариана кивнула и пошла к кузнице. День был обычный. Холодный, тихий. На горизонте темнели Гнилые Земли. Оттуда шёл дым. Скоро опять придут твари. Скоро опять будет бой. Но Ариана не боялась. Она привыкла.

Глава 2

Грегор открыл глаза и понял, что лежит в грязи. Вокруг воняло рыбой, тухлой водой и ещё чем-то, что он не хотел определять. Он сел, пощупал голову — цела. Осмотрел себя: грязная рубаха, штаны в дырах, сапоги, которые уже не держали воду. Он попытался вспомнить, что случилось, но в памяти была только драка. Он ударил кого-то, потом его ударили, и всё. Больше ничего.

Он огляделся. Он лежал у причала. Вокруг стояли деревянные дома, лодки, сети, сушилась рыба. Где-то кричали чайки. Над головой было серое небо, пахло морем и солью. Он понял, что никогда раньше не видел этого места. И никогда раньше не чувствовал себя таким чужим.

— Очнулся, — сказал кто-то рядом.

Грегор повернул голову. Рядом сидел здоровый мужик с лысой головой и татуировкой черепа на шее. Он держал в руках кружку и смотрел на Грегора без злобы, скорее с любопытством.

— Где я? — спросил Грегор.

— Аврория, — сказал мужик. — Город Вольная Пристань. Ты свалился с лодки и чуть не утонул. Я тебя вытащил.

— Я не помню.

— Ещё бы, — усмехнулся мужик. — У тебя голова разбита. Кто ты вообще?

Грегор попытался вспомнить. Он знал, что он — Грегор. Он знал, что он был в каком-то другом мире, что он дрался, что он был один. Но всё остальное — как туман. Он знал, что у него есть навык — он чувствовал, что рядом есть живые существа. Сейчас он чувствовал лысого мужика, чувствовал рыбаков на причале, даже чаек. Он не знал, откуда это у него, но знал, что это его.

— Я Грегор, — сказал он. — И я никого не знаю.

Мужик хмыкнул, протянул ему кружку.

— Меня Сварог зовут. Ты выглядишь, как бродяга. Есть хочешь?

Грегор понял, что очень хочет. Он взял кружку, выпил. Это была какая-то горячая похлёбка, пахло рыбой, но он ел, потому что хотел жить.

Так он остался в Аврории. Сварог оказался бывшим пиратом, который осел в городе и работал грузчиком. Он дал Грегору угол в своём доме, накормил, дал старую одежду. Грегор не спрашивал почему — ему было плевать. Он просто выживал, как умел.

Первое время он работал на причале. Таскал ящики, чинил сети, дрался с пьяными матросами, когда они приставали к нему. Он быстро понял, что в этом мире сильный тот, кто не боится ударить первым. Он дрался грязно — бил в колени, в пах, в горло. Он побеждал, потому что не было правил.

Прошло три месяца. Грегор привык к городу, к запаху рыбы, к крикам чаек. Он уже не выглядел как бродяга — он выглядел как опасный парень, с которым лучше не связываться. Сварог иногда смотрел на него и говорил:

— Ты не похож на местного. Ты словно с другой планеты.

Грегор не отвечал. Он и сам это чувствовал.

Однажды в таверне к нему подошла девушка. Лет девятнадцати, худая, с быстрыми глазами, одетая в простую одежду, но двигалась она тихо, как кошка. Она подсела к нему за стол и сказала:

— Ты Грегор?

Он поднял глаза.

— Кто спрашивает?

— Меня Лада зовут. Я слышала, ты дерёшься лучше всех в этом городе. И что у тебя есть чутьё — ты чувствуешь, где враг.

Грегор насторожился.

— Откуда ты знаешь?

— Я видела, как ты в прошлую субботу ушёл из засады. Ты повернул за угол за минуту до того, как они вышли. Никто бы не догадался, но я видела.

Грегор молчал. Он не знал, как она это заметила, но она была права.

— Что тебе нужно? — спросил он.

— Я хочу работать на тебя, — сказала Лада. — Я умею красть, умею следить, умею исчезать в толпе. Ты скоро станешь кем-то важным. И мне нужно быть с тем, кто идёт вверх.

Грегор усмехнулся.

— С чего ты взяла, что я стану важным?

— Потому что ты не из этого мира, — сказала Лада. — Я таких чувствую.

Грегор нахмурился. Он не знал, что она имела в виду, но он понял, что она не врёт.

С тех пор Лада стала его тенью. Она приносила ему слухи, следила за врагами, воровала для него еду и деньги, когда надо было. Грегор не доверял ей полностью, но он был благодарен за помощь.

Через полгода Грегор стал главой квартала. Он не выбирал это — это случилось само. Сначала к нему пришли рыбаки и попросили защитить их от бандитов. Грегор пришёл, переломал бандитам руки, и рыбаки стали платить ему. Потом пришли торговцы, потом ремесленники. Они видели, что он сильный и не берёт лишнего.

Грегор не умел строить, не умел править. Он просто говорил: «Не лезьте к моим людям — и я не трону вас». И люди слушались.

Через год он контролировал весь берег Аврории. Он стал негласным правителем восточного побережья. Сварог был его правой рукой, Лада — глазами и ушами. У него были деньги, люди, оружие. Но он не знал, что делать дальше.

Он почувствовал это впервые, когда ему сказали, что на Западе появился какой-то Маркус, на Юге — Изабель, а на Севере — Ариана. Грегор не знал их, но чувствовал, что они такие же, как он. Они тоже пришли ниоткуда, тоже строят своё, тоже не уступят.

В первую субботу он появился в Белой Зоне. Это был светлый зал с круглым столом. За столом сидела девушка с белыми волосами и холодным взглядом — Ариана. Рядом с ней — хрупкая, тёмноволосая, с тихой улыбкой — Изабель. И третий — плотный, с прищуром — Маркус.

Грегор сел за стол и усмехнулся.

— Ну, и кто вы такие?

Ариана посмотрела на него, и он почувствовал, что она не из тех, кто шутит. Она ответила спокойно:

— Я — Ариана. Я правлю Севером. А ты?

— Грегор, — сказал он. — Восток.

Изабель улыбнулась тихо:

— Приятно познакомиться.

Маркус просто кивнул, не сказав ни слова.

Веридиан сидел в углу и пил чай. Он не вмешивался. Он просто смотрел на них и иногда вздыхал.

Грегор смотрел на этих троих и понимал: они не станут друзьями. Они слишком разные. Они слишком гордые. Они будут драться — это только вопрос времени.

Он вышел из Белой Зоны и сразу пошёл в таверну, чтобы выпить. Лада ждала его у входа.

— Ну что? — спросила она.

— Забавно, — сказал Грегор. — Очень забавно.

Он не стал объяснять. Он просто пошёл пить.

Прошло ещё два года. Грегор правил Востоком, как умел — свободно, без законов, без налогов. Каждый жил как хотел, но если кто-то нападал извне — Аврория вставала стеной. Грегор не был идеальным правителем, но он был честным в своей простоте. Если он обещал защиту — он защищал.

Он всё чаще смотрел на карту. Север давил на него своей дисциплиной, Юг плел интриги, Запад душил торговлей. Грегор чувствовал, что скоро что-то случится. Он не знал, что именно, но он готовился.

Он тренировал своих людей. Он учил их не бояться крови. Он готовился к войне — потому что война, казалось, была неизбежна.

Но в глубине души он не хотел воевать. Он хотел, чтобы его оставили в покое. Он хотел свободы. Но свобода стоила дорого. И Грегор был готов платить.

Он сидел на крыше своего дома, смотрел на море и думал о том, как всё началось. О той грязи, о том причале, о Свароге, который вытащил его из воды. Он не знал, сколько ему осталось жить, но он знал одно — он не сдастся.

— Ветер меняется, — сказала Лада, поднимаясь на крышу. — Будет шторм.

Грегор посмотрел на небо.

— Пусть будет, — сказал он. — Я не боюсь шторма.

Он не боялся шторма. Он боялся только одного — проиграть. Но он никогда не признал бы этого вслух.

Глава 3

Изабель открыла глаза и увидела потолок. Белый, с трещинами, покрытый пылью. Она лежала на чём-то жёстком, пахло сыростью и старой бумагой. Она попыталась пошевелиться, и тело отозвалось болью — всё ныло, словно её переехала телега. Она приподняла голову и огляделась. Вокруг были книги. Сотни книг. Стеллажи до потолка, заваленные фолиантами, бумаги, разбросанные по полу. Она лежала на груде книг, укрытая старой мантией.

Изабель помнила, что она умерла. Она помнила своё тело, своё кресло в архиве. Она работала допоздна, сортировала письма XVIII века, а потом сердце сжалось, и она упала. А теперь она лежала в библиотеке, которой не было в её мире.

Она села, придерживая голову руками. Вокруг было тихо. Только где-то капала вода. Она встала, прошла между стеллажами, провела пальцами по корешкам. Книги были на незнакомом языке, но она понимала каждое слово. Странно. Как будто кто-то вложил знание в её голову.

Она вышла из библиотеки и оказалась в коридоре. Длинном, каменном, с факелами на стенах. Впереди мерцал свет. Она пошла на него и вышла в большой зал, заваленный бумагами. За столом сидел мужчина лет тридцати пяти, худой, бледный, с взъерошенными волосами. Он что-то записывал в толстый журнал, не поднимая головы.

— Ты проснулась, — сказал он, не оборачиваясь.

— Я умерла, — сказала Изабель.

— Да, — спокойно ответил мужчина. — Но ты здесь. Меня зовут Теодор. Я был библиотекарем, пока не сгорела моя библиотека. Теперь я храню то, что осталось.

Изабель подошла ближе и села напротив него. Она посмотрела на его руки — они дрожали, когда он писал.

— Кто ты? — спросила она.

— Как я уже сказал, Теодор. А ты — Изабель. Ты появилась в нашей библиотеке вчера. Я нашёл тебя среди книг.

— Откуда ты знаешь моё имя?

Теодор пожал плечами.

— Ты его сказала во сне. Ты много говорила.

Изабель почувствовала, что у неё есть навык. Она слышала шёпот в соседней комнате. Сейчас она слышала, как за стеной кто-то дышит. Она не знала, как это работает, но это было её преимущество.

— Где я? — спросила она.

— Нотия, — сказал Теодор. — Юг. Здесь много старых руин, много книг, много секретов. И много людей, которые хотят эти секреты узнать.

Она осталась в библиотеке. Теодор был странным — он жил в прошлом, в книгах, в воспоминаниях. Но он был полезен — он помнил всё, что читал. Изабель начала читать вместе с ним, запоминать имена, события, интриги. Она поняла, что в этом мире знания — это оружие. Сильнее меча.

Через месяц к ней пришла девушка. Её звали Любава. Она была шпионкой, работала на одного из торговцев, но торговец умер, и она осталась без работы. Она нашла Изабель потому, что слышала о девушке, которая появилась из ниоткуда и читает древние манускрипты.

— Ты знаешь секреты, — сказала Любава. — Я могу добывать их для тебя. Ты будешь анализировать, а я — собирать. Нам нужен план.

Изабель посмотрела на неё и поняла, что это её шанс. Она не умела командовать, не умела воевать. Но она умела слушать и запоминать. Она умела видеть связи там, где другие видели хаос.

— Хорошо, — сказала она. — Будешь моими глазами.

Начался её путь. Любава приносила слухи, имена, даты, улики. Изабель сидела в библиотеке и связывала нити. Она узнала, кто продаёт оружие, кто предаёт союзников, кто ищет союзников. Через два года она стала самой информированной женщиной на Юге. Она не имела армии, но она имела знания. А знания были ценнее золота.

Она не захватывала земли силой — она просто переигрывала всех. Она знала, у кого слабое место, у кого больная дочь, у кого долги. Она нажимала на эти точки, и люди сами шли к ней, просили защиты, предлагали союзы. Ей не нужно было убивать — ей нужно было знать. Она не воевала — она подслушивала.

Когда она впервые встретила Ариану, Грегора и Маркуса в Белой Зоне, она поняла, что они тоже перерожденцы. Она видела их глаза — такие же чужие, как её собственные. Она улыбнулась им, но улыбка была пустой. Она не собиралась им доверять. Она собиралась использовать их, если понадобится.

Изабель была холодной, но не жестокой. Она просто не верила в бескорыстие. Она знала, что у всего есть цена. И она была готова платить.

Она сидела в библиотеке, смотрела на огонь свечи и думала о том, как далеко зайдёт. Она не хотела войны, но понимала, что другие хотят. И она хотела быть готовой. В этом мире побеждал не тот, кто сильнее, а тот, кто знает больше. Изабель знала больше всех. И она не собиралась проигрывать.

— Ты опять не спишь, — сказал Теодор, заходя в комнату.

— Я не могу спать, — ответила Изабель. — Я думаю.

— О чём?

— О том, как остаться в живых.

Теодор покачал головой.

— Ты слишком много думаешь, Изабель. Иногда нужно просто жить.

Она улыбнулась, но ничего не сказала. Она не знала, как просто жить. Она знала только, как выживать. И это было её единственное умение.

Она смотрела на карту Эонтерры и видела, как границы становятся красными. Она видела, как Север напрягается, как Восток наглеет, как Запад сжимает кулаки. Она видела войну, которая уже шла в её голове. И она была к ней готова. Или думала, что готова.

Но на самом деле она просто боялась — боялась потерять контроль, боялась, что её переиграют, боялась снова умереть. И эта боязнь делала её сильнее и холоднее.

Глава 4

Маркус Вейн открыл глаза и увидел потолок. Белый, чистый, с лепниной. Он лежал на мягкой кровати, пахло деревом и воском. Он сел, осмотрелся. Комната была богатой: ковры, картины на стенах, камин, в котором горел огонь. Он провёл рукой по лицу — чистое, без шрамов. Он был одет в дорогую рубашку, не свою, но удобную.

Он помнил, что умер. Он помнил, как его бизнес разорился, как он подписал последние бумаги, как выпил слишком много и упал. Но сейчас он был жив. И он был в комнате, которая стоила целое состояние.

Он встал, подошёл к окну. За окном был город. Аккуратные улицы, каменные дома, люди в хорошей одежде. Везде были весы, монеты, торговые лавки. Этот город пах деньгами. Маркус улыбнулся.

— Вы проснулись, — сказал голос за спиной.

Он обернулся. В дверях стоял мужчина лет сорока, в строгом костюме, с бумагами в руках. Он выглядел как бухгалтер, который привык считать чужие деньги.

— Кто вы? — спросил Маркус.

— Владислав, — сказал мужчина. — Я главный казначей Зефирии. Вы появились в нашем городе неделю назад. Без денег, без документов, но с этим.

Он протянул Маркусу бумагу. На ней был текст, написанный красивым почерком: «Этот человек — новый правитель Запада. Веридиан».

Маркус нахмурился.

— Кто такой Веридиан?

— Бог, — спокойно ответил Владислав. — Или тот, кого мы здесь так называем. Он иногда вмешивается. И он сказал, что вы будете править.

Маркус усмехнулся. Он не верил в богов, но он верил в возможности. Если кто-то сказал, что он будет править — значит, он будет править. Он просто подумал о том, как заработать на этом.

— Хорошо, — сказал он. — Расскажите мне про этот город.

Владислав кивнул и начал говорить. Зефирия была торговой столицей Запада. Здесь проходили все пути, здесь продавали металл, ткани, вино, оружие. Но город был раздроблен — торговые гильдии враждовали, цены прыгали, и никто не мог навести порядок. Правитель был старым и больным, его сыновья дрались за наследство.

Маркус понял, что это его шанс. Он не умел воевать, но он умел договариваться. Он умел считать и понимать, что выгодно, а что нет.

В течение месяца он встретился со всеми главами гильдий. Он не угрожал, не обещал, он просто показывал им цифры. Он показывал, сколько они теряют из-за вражды, и сколько могут заработать, если объединятся. Он говорил о выгоде, о порядке, о стабильности. Гильдии согласились. Они видели, что этот человек знает, что делает.

Через три месяца старый правитель умер, и Маркус был провозглашён новым правителем Зефирии. Он не захватывал трон — его выбрали. Потому что он принёс деньги.

Маркус построил систему: фиксированные цены, единые налоги, суды для торговых споров. Он не правил жёстко — он правил честно. Он знал, что если люди видят выгоду, они будут работать. А если они работают — они приносят деньги. А деньги — это порядок.

У него появился человек, который помогал ему в этом — казначей Владислав. И ещё одна — Агнешка, глава флота. Она была бывшим капитаном, которую ограбили пираты. Маркус дал ей корабль и сказал: «Привези мне товар — и я сделаю тебя богатой». Она привезла. Теперь она контролировала всю морскую торговлю.

Маркус не был добрым, но он был справедливым. Он не убивал врагов — он покупал их. Он не воевал — он договаривался. И это работало. Запад стал богаче, чем когда-либо.

Когда он впервые попал в Белую Зону, он увидел троих других: Ариану, Грегора и Изабель. Он сразу понял, что они перерожденцы. И он сразу понял, что они не похожи на него. Ариана была слишком эмоциональна, Грегор — слишком дик, Изабель — слишком хитра. Он не хотел с ними воевать, но и не хотел им доверять. Он хотел торговать. Но в мире, где другие хотят воевать, торговать трудно.

Он сидел за столом и считал в уме, сколько стоит мир и сколько стоит война. Он понимал, что война обойдётся дороже. Но он также понимал, что иногда война — это инвестиция. Он был готов платить за победу, если она принесёт прибыль.

Он смотрел на карту Эонтерры и видел, что его земли — самые богатые. Но богатство привлекает зависть. Он знал, что Ариана, Грегор и Изабель рано или поздно пойдут на него. И он готовился.

Он готовил деньги, готовил оружие, готовил союзы. Он знал, что в этом мире побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто умнее. И он был умнее. Или думал, что был умнее.

На самом деле он боялся. Он боялся потерять всё, что построил. Он боялся снова оказаться на дне, как в прошлой жизни. Он не показывал этого, но внутри он дрожал.

Он сидел в своём кабинете, перебирал монеты и думал о будущем. Он не знал, сколько ему осталось жить, но он знал одно — он не сдастся. Он будет драться, если нужно, но он будет драться за деньги. Потому что деньги — это свобода. И он никогда не хотел быть рабом.

— Маркус, — сказала Агнешка, входя в кабинет. — У нас проблемы. Север отказывается покупать наш металл.

Маркус поднял голову.

— Почему?

— Говорят, слишком дорого.

Маркус усмехнулся.

— Значит, они хотят дешевле. Хорошо. Сделаем им скидку. Но с одним условием — они будут покупать только у нас. Никаких других поставщиков.

— Они согласятся?

— Они согласятся, — сказал Маркус. — Потому что у них нет выбора.

Он смотрел в окно на свой город и улыбался. Он строил империю. И он не собирался её терять.

Глава 5

Ариана появилась в Белой Зоне беззвучно, как будто её переставили из одного места в другое. Одна секунда — она сидела за своим столом в Борее, смотрела на карту. Следующая — она стояла посреди светлого зала с круглым столом. Стены были белыми, мягкий свет лился откуда-то сверху. В центре стоял огромный стол из тёмного дерева, на нём стояли чайники, кружки, лежали чистые листы бумаги и перья.

В углу сидел старик. Веридиан. Он пил чай и улыбался.

— Привет, — сказал он. — Садись.

Ариана села. Она чувствовала себя неуютно — этот зал был слишком чистым, слишком тихим. Она привыкла к холоду, к ветру, к запаху дыма. А здесь пахло только деревом и сухими травами.

Через минуту рядом с ней появился Грегор. Он огляделся, усмехнулся, плюхнулся на стул и вытянул ноги на стол.

— Уютно, — сказал он. — А где выпивка?

Веридиан вздохнул, но ничего не сказал.

Потом появилась Изабель. Она бесшумно скользнула на своё место, сложила руки на столе и смотрела на всех тихо, с лёгкой улыбкой. Она выглядела так, будто знала что-то, чего не знали остальные.

Последним пришёл Маркус. Он появился, поправил манжеты, оглядел всех и спокойно сел за стол. Он посмотрел на чайник, налил себе чай и стал ждать.

Веридиан кашлянул.

— Ну что ж, я рад, что вы все здесь, — сказал он. — Это Белая Зона. Место, где вы можете говорить, обсуждать, договариваться. Никаких битв, никакой крови. Только слова.

Ариана смотрела на троих напротив. Она видела их впервые, но чувствовала — они такие же, как она. Чужие в этом мире. И очень опасные.

— Я начну, — сказала она. — Меня зовут Ариана. Я правлю Севером, Бореей. Вы знаете, что между нашими землями есть Гнилые Земли. Они расширяются. Твари выходят оттуда и убивают моих людей. Я предлагаю разделить их и уничтожить источник.

Грегор фыркнул.

— Разделить Гнилые Земли? Ты хочешь поделить дерьмо? Там ничего нет, кроме смерти.

— Там есть кристаллы, — сказала Ариана. — И они нужны нам всем.

— Мне не нужны кристаллы, — сказал Грегор. — У меня есть мечи.

— Твои мечи тупые, — сказала Ариана. — Я видела.

Грегор прищурился.

— Ты ничего не видела.

— Видела, — спокойно ответила Ариана. — Твои люди не умеют даже держать строй.

Грегор резко встал. Стул отлетел назад.

— Ты хочешь проверить?

— Сядь, — сказала Изабель. Её голос был тихим, но в нём чувствовалась сталь. — Веридиан сказал — только слова.

Грегор посмотрел на неё, потом на Ариану, потом сел на место, но его кулаки были сжаты.

Маркус молчал. Он просто пил чай и слушал.

— Я предлагаю план, — продолжала Ариана. — Мы делим Гнилые Земли на четыре части. Каждый очищает свою зону. Вместе мы будем сильнее.

— Или умрём, — сказал Грегор. — Вместе.

— А ты предлагаешь что-то другое?

Грегор не ответил. Он смотрел в стол и молчал.

Изабель улыбнулась.

— Ариан, я понимаю твоё желание мира. Но у меня есть другие предложения. Я знаю, что ты ищешь союзников. Я могла бы помочь тебе, если ты поможешь мне.

— С чем? — спросила Ариана.

— С Маркусом. Он поднял цены на металл. Мои люди голодают.

— Я ничего не поднимал, — сказал Маркус. — Я просто следую рынку. Если вы не можете платить — это не моя проблема.

— Ты жадный, — сказала Ариана.

— Я расчётливый, — ответил Маркус. — Это разные вещи.

Грегор усмехнулся.

— Вы как дети. Ссоритесь из-за монет и земли. А я тут просто хочу, чтобы меня не трогали. Почему вы не можете оставить меня в покое?

— Потому что ты сидишь на лесах, — сказала Изабель. — Твои леса — единственный источник древесины для Юга. Если ты закроешь их — я умру.

— А если я открою — умру я, — сказал Грегор. — Не нравится — договаривайся.

Веридиан вздохнул и налил себе ещё чая. Он ничего не говорил. Он просто смотрел на них и пил.

Ариана сжала кулаки под столом. Она хотела ударить Грегора. Она хотела заставить их слушать. Но она понимала, что это бесполезно. Они не хотели договариваться. Они хотели воевать.

— Ладно, — сказала она. — Мы ничего не решим сегодня. Но запомните: Гнилые Земли расширятся. И тогда вы все пожалеете, что не помогли.

Она встала и пошла к выходу. Веридиан не остановил её.

Она вышла из Белой Зоны и оказалась в своей комнате. Холод ударил в лицо, и она почувствовала себя дома. Она села за стол и уткнулась лицом в ладони.

— Ну и дураки, — сказала она вслух. — Все трое.

Но она знала, что они такие же, как она. Упёртые. Гордые. И глупые. Она боялась, что они убьют друг друга, прежде чем поймут это. Но она не знала, как их остановить.

Она смотрела в окно на снег и думала. Война была уже близко. Она чувствовала её запах. И она готовилась.

Она вышла во двор, где её ждал Ратник.

— Командирша, — сказал он. — Как всё прошло?

— Как обычно, — сказала она. — Они не слушают.

Ратник кивнул.

— Тогда будем готовиться к войне.

— Да, — сказала Ариана. — Будем.