Вахта земля зверей

Глава 1

Считаю себя одним из счастливчиков которому нравится то, что он делает. Работаю я егерем на одном из участков в отдалённом северном районе. Если описать простыми словами - глушь непролазная. До ближайшей мало-мальски развитой цивилизации сто километров непролазных лесов. Тайга здесь другая старая с черными от времени и старости стволами сосен величиной в два обхвата.

Моя задача: проверять кормушки, да прорубать от лесного мусора старые нахоженные егерями лесные тропы.

Каждый год Марьина речка, наберая норов от талых снегов, нещадно топила окрестности мутной студёной водой с которой шёл сырой осклизлый валежник. Он-то и забивал старые тропы мерзлым прошлогодним опадом так, что не было ходу ни зверю ни народу. Вот и эта вахта выпала мне на весну.

Избушка наша, построенная ещё во времена СССР, стояла на четырёх метровых пропитанных креозотом сваях. В ней было три просторных комнаты и печь из белого кирпича, да небольшая но мощная электростанция. В общем, всё как у людей.

Жили, пережидая половодья, топили зимними запасами печь, да бродили по затопленным лесам в высоких болотных сапогах, оценивая масштабы бедствий и катастроф.

Весенние северные леса превращались в огромные реки протяженностью до двухсот километров. А в теплые дни становились непроходимыми и водили человека в неописуемый ужас своей какофонией звуков, талой водой и не проглядным туманом. Который, был словно белая вязкая пелена. Из него часто доносился призывный плач лесной рыси вперемешку со звуками другой дикой жизни. В такие времена становилось по настоящему страшно.

“А как ходили тогда в такую погоду?” - спросите вы - а никак не ходили за дровами да по нужде и обратно.

Про призраков и покойников задвигать не буду потому, что в теории каждый умерший в лесу зверь и человек призрак - бесформенная тень, покуда гонимые ветром да мелким лесным зверьем кости не приберет земля.

Много чего происходит в лесу. Однажды, в мою первую вахту, в одну из жарких летних ночей, кимарю себе спокойно, а сквозь сон на грани слышимости донёсся звук, словно кто-то рьяно ломится через сухой бурелом в мою сторону.

По телу пробежала холодная оторопь от осознания, что я, дабы хоть как-то проветрить помещение, не закрыл дверь. Звук усиливался, приближался. Я подскочил на кровати и дрожащими руками принялся искать фонарь, который всё никак не попадался.

Страх был не от того, что какая-то мистическая тварь тебя куда-то утащит и что-то с тобой сделает, а от того, что вот прямо сейчас тебя могут просто сожрать, если ты не найдешь этот ебаный фонарь.

Тем временем звуки были слышны уже прямо под домом. По телу прошла дрожь. Фонарь нашёлся.

“А где эта сраная берданка?” - мой мозг в панике никак не мог вспомнить.

По деревянным сваям со скрежетом когтей начал кто-то ползти забираясь всё выше.

С гулким стуком фонарь выпал из рук. И как же удачно он подсветил стоящее в углу ружье.

Я кинулся к нему, цепляя босой стопой рядом стоящую табуретку, которая с грохотом опрокинулась на пол.

Звуки снизу мгновенно затихли.

Добравшись таки до ружья, я включил уличный свет и выглянул в распахнутую дверь.

В сторону от моего домика, ломая под своим весом сухой валежник, бежал огромный медведь.

Вот тогд- то я и взял за правило каждую ночь класть заряженное ружье под правую руку и фонарь на край стола, дабы хоть немного быть готовым к посягательствам на свою жизнь. Ведь человек в тайге не царь пищевой цепи он - всего лишь один из видов жизни .

Был еще один случай. Прошлый вахтенный, старый глупый мужчина, устроил, говоря современным языком, пранк над молодым поколением. Про который мне естественно по доброй традиции никто не сказал.

Заехал я после отпуска на вахту, благо прямо к избе вела старая лесная дорога. Добрались уже к вечеру выгрузили припасы и горючее.

И вот я остался один. Подсоединил новый привезенный баллон к газовой плите, поставил чайник и по хозяйски огляделся.

Дом наш ухоженный, срубленный из толстых плотно подогнанных бревен, зашкуренных и пропитанных лаком. Это вам не “лесная залупа”, слепленная на скорую руку. На деревянном полу у побелённой печи лежал металлический лист, чтобы по случайности или недосмотру выпавшие из печки угли не сожгли родную хату. Ну, спалить - я думаю навряд ли. А вот угореть от едкого хвойного дыма - это запросто. А что? Самое страшное так это то, что человек умрёт так и не проснувшись.

На прошлом месте, я тогда работал на Енисее в местном краевом заповеднике, сменщик мой за три дня до окончания вахты перестал выходить на связь. Грешили на разбушевавшийся в то время мощный циклон. Когда все таки удалось туда добраться перед нами открылась удручающее зрелище. Поваленные деревья, вырванные с корнем кормушки. Но самое жуткое ждало впереди.

Начальник наш старый егерь Глеб Борисович, поднялся в сторожку. А я остался осматриваться и подсчитывать ущерб. Торопливо спускавшийся из избы, с криками:” Ептваюмать”, Глеб Борисович, заставил меня забыть о чем я думал в этот момент. Я бросился к нему, а он уже смачно выплевывал завтрак на пожухлую лесную траву. -

- Что с вами?

Он ничего не ответил.

- Да что случилось?

- Тебе парень, лучше самому, посмотреть, - отозвался егерь вытирая рот рукавом.

Я поднялся к избе и меня самого чуть не вывернуло наизнанку. Из распахнутой настежь двери тянуло еловым дымом вперемешку со сладковатым запахом гниющего мяса.

Неподалеку на топчане лежал мой мертвый сменщик.

Даа ну и жуткая смерть. Я оглядел печь и обнаружил так сказать убийц - две выпавших из поддувала головешки. Вобщем, двери мы опечатали и поехали за участковым в район.

А участок этот официально закрыли на ремонт. Но мы с Борисычем прекрасно понимали, что никто на этом участке работать больше не захочет. Шутка ли - человек угорел да ещё и пролежал в тёплом закрытом помещении пару тройку дней. А биологические процессы никто не отменял. Вот и судите сами какое там было амбре и на сколько оно успело пропитаться в деревянном помещении.

“Ну и что?” - скажет кто нибудь - ”заново зашкурил, покрыл сверху лаком, проветрил и живи”.

Позже мы так и сделали. Три месяца вахтами всё приводили в порядок: мыли, чистили, шкурили, покрывали лаком. Были и бравые ребята, кто ездил туда на вахту, да вот больше недели никто там жить не смог.

Один просыпался в ужасе от едкого запаха дыма. Другой посреди ночи вызвал машину, из-за того, что проснувшись попить воды ахуел, увидев полуразложившийся закопченный труп, который подбрасывал поленья в холодную печь.

Каждый сам решает где тут мистика, а где шальной человеческий разум и какие картинки за человека он может дорисовать.

Моё же мнение на этот счет - всё может быть. Это как иммунитет кто-то больше подвержен влиянию, кто-то вовсе нейтрален и порой за всю свою жизнь ни сталкивается ни с чем паранормальным, ну кроме как трехдневного поноса после неудачных чебурек.

А что касается пранка того, что для всех молодых и не очень людей, так дело было под утро. Сплю я сном младенца и слышу сквозь предрассветный сладкий дрём по жестяной крыше бегает кто-то. Да не один. Ну думаю, ладно лес же все таки мало ли кто там может бегать птички какие или мыши лесные.

Лёг дальше спать. Только задремал и тут началось:” Кар - кар - кар!”

“Да ёб твою мать!” - я аж подскочил на кровати, больно ударившись локтем о край стола. Не обуваясь, схватил веник. Ну щас я вам!

Открываю дверь, смотрю на крышу, а там нет никого.

“Вот бляди! Попрятались!” - недовольно пробормотал я почёсывая голову.

Бросил веник в угол и пошёл досылать.

Ага щас! Только лёг, задремал и опять:” Кар - кар” и цокот когтей по металлической крыше…

“Да что они там? Футбол что-ли играют?” - думаю - “Ладно хер с вами, не выйду беситесь пока не надоест!”

О, как сильно я ошибался. Стук по стеклу вырвал из сна. Поднял я голову и охренел как в первый раз.

На карнизе сидела здоровенная чёрная ворона и пялилась на меня круглыми глазками с таким видом, типа: какого хера ты ещё спишь? Вставай быстро, жрать пора!

- Да блять, что же вам кинуть-то?

Я сунул ноги в шлёпки и прошаркал к столу на котором в пакете лежали сухари. Сгрёб в жменю несколько штук и вышел. Сыпанул сухарей на землю. Стою. Наблюдаю.

Сначала ничего не происходило, но потом небольшая стайка, пикируя, словно черные истребители, спустилась на землю и стали есть брошенное угощение.

“Вот оно что оказывается! Они за завтраком прилетели…”

Так продолжалось каждое утро. Ровно в пять чернопёрые твари, если я не успевал встать, тарабанили сначала в крышу потом в окно.

Через три дня мне порядком это надоело, и я из старых ящиков соорудил кормушку прямо на маленькой терраске нашего дома. Засыпал вечером её до краёв чем попало и по утрам меня уже никто не трогал.

Вскоре, по приезду на базу, мой эпичный рассказ про воронов был встречен дружным сплоченным гоготом. Как оказалось сменщик мой от безделья прикормил стайку лесных ворон. Вот они и прилетали в определённое время. С тех пор каждый, кто заступал на вахту на нашем объекте, становился целью пернатых разбойников.

Эта вахта выдалась особенной. Раз в тринадцать-пятнадцать лет природа начинает закручивать гайки. Всё происходит постепенно. Лето сушит леса, создавая большие пожары. Осень скудеет на урожай. Еды становится мало и одичалый от голода зверь приходит в дома. Ранние злые морозы и поздние снега выстуживают и без того слабую землю.

Этой весной талые воды по мерзлой земле ушли в леса, затапливая овраги, а лесные дороги превращая в новые реки, затягивая студёной водой земляные жилища лесного мира. Стало ясно весну здесь встретят не все. Паводки будят медведей, затекая в берлоги, заставляя хозяина покидать жилище и понуро бродить в поисках пищи. А те доходили вплоть до больших деревень, разоряя лесные пасеки, да пугая на дальних кордонах молодых егерей.

Времена становятся суровые. Полусонные ошалелые от голода медведи лезут в берлоги давят спящих соседей поедая их занимают чужие дома как свои.

. Завтра в крайнем случае послезавтра, положено было выйти на круг. Тридцать пять километров вглубь затопленной непролазной тайги до старого кордона, служившего перевалом для местных охотников и рыбаков. Мне же он служил конечной точкой маршрута.

Рюкзак еще не разобран, фонарь на зарядку, включить фильмец на планшете и спать. Времени ещё с запасом. Я заварил себе чаю и прислушался к тишине мёрзлого леса. Слышался гул свободной студёной воды.

В голове мелькали тревожные мысли. Когда долго работаешь и живёшь в лесу начинаешь его чувствовать.

Я достал из рюкзака комплект постельного белья и расстелил постель на металлической кровати стоящей у окна. Допил уже остывший чай. Лёг и сразу же провалился в глубокий спокойный сон.

На природе мне всегда хорошо спится никогда не мешали ни ночные звуки, ни мерный ход настенных часов, а тревожные мысли тут же отступили.

Наступило холодное утро. Стоял легкий туман. Нехотя встав с кровати, я пошёл ставить чайник.

В избе было не холодно не смотря на на погоду. Пока грелась вода, достал из под кровати старые болотные сапоги, и переодевшись, заварил кофе.

Мельком глянул в окно.

Даа погода не самая хорошая. Ну ничего, главное ни ветра ни дождя.

Переодически отхлебывая из кружки кофе, я принялся возиться с рюкзаком. Люблю я такую бытовую возню. Что-то убирал, а что-то докладывал, изредка проверяя балансировку, чтобы рюкзак при ходьбе не лупил по спине и его не колыхало из стороны в сторону.

Собравшись, я заправил постель. Присел на дорожку. Взял целый пакет сухарей и высыпал его весь в кормушку. С ветвей с довольным карканьем слетела мелкая стайка пузатых воронов.

“Пожрать прилетели. Правильно. Ну приятного аппетита..” - приговаривал я, опуская на окна стальные листы, привезенные пару лет назад с большой земли. Ибо частый гость местных краях - добрый друг русских сказок Михаил Потапыч бьёт окна, залезает в избы и крушит всё на своем пути, а также выносит на ушах дверь и скрывается с места преступления.

Помню, на прошлом месте работы лет так пять назад ушёл на обход. Три дня меня не было. Возвращаюсь, а этот “косолапый хер” устроил мне в избе хиросиму. Хорошо лето, а так бы дуба дал пока всё восстанавливал. Так что - вот так.

Спустившись по ступенькам, я огляделся. Лес вокруг оживал. За ночь стылую землю местами расхлябило, но в тенистом подлеске она оставалась стылой. Впереди петляла старая лесная дорога, вымытая до блеска ледяными талыми водами. Лес щетинился прошлогодним опадом, потихоньку оживал, дышал хвойной прохладой и говорил в кронах вековых елей гомоном северных птиц. Я получал истинное наслаждение даже в таком не гостеприимном весеннем лесу.

Впереди у затопленных оврагов квокоталии дикие куры. Вот кому сам черт не брат змея не змея любая лесная гадина всё пойдет на прокорм. Эти пернатые твари не брезгуют даже трупами диких животных. Ну что ж поделать - санитары леса, но и они здесь неплохая добыча.

В чащобах, средь залитых водой непролазных ветвей гулял стылый сквозняк. Насаженное на пики вечных лесных крон и затянутое дымкой, далекое солнце не спасало.

К обеду туман и не думал сходить.

Так ещё пару километров и привал. Война войной а обед по расписанию.

Средь сухих одряхлевших коряг мелькнула какая-то тень. Приглядевшись, увидел, что этой тенью был большой бурый медведь. Я замер на секунду, затем медленно положил ладонь на ружьё.

Медведь остановившись обернулся и стал обнюхивать перед собой воздух.

В общем, он меня увидел.

Косолапый, жадно втянул воздух ноздрями и с оглушающим рёвом понесся в мою сторону, ломая под собой гнилые коряги.

- Ах ты ж! Мать твою в чересло! - я отскочил в сторону, сбрасывая с плеча оружие.

Передо мной в нескольких метрах трещали трухлявые пни. Медведь не мог бежать в полную силу, путаясь в поваленных сухачах.

Я обхватив цевье прицелился, и нажал на спусковой крючок. Раздался короткий выстрел. Мишка повалился наземь, хрустя прошлогодним валежником.

Я стоял в большем удивлении от того, что с первого же выстрела попал.

Кто то скажет: ” Вот ты живодер! Не мог в воздух?”. Но в данном случае не приходилось выбирать. Зверь боится людей если хоть немного сыт, а когда слюна течет и в желудке барабанная дробь, вы уж извиняйте братцы человеки. Что ему ваш в выстрел в воздух? Как об милиционера спичками...

- Даа… совсем зверь одичал с голодухи…- угрюмо вздохнув, я достал блокнот, сделал пометку и снова убрал в нагрудный карман .

Затем, достал из рюкзака цифровой фотоаппарат и запечатлел тушу для отчета начальству.

Получился своеобразный пир на месяц лесному зверью. Природа приберет всё мясо, оставив на память обглоданные добела кости. Жестоко, но такова суровая дикая жизнь. Убей или умри - закон один. На этой работе каждый из нас со временем становится циником.

Подул холодный ветерок ,сбросив с вечнозеленых елей ледяные гирлянды.

Мой путь вел через заброшенный пансионат местного чека. Территория пансионата была большой и даже имела свою вертолетную площадку.

Когда вечер уже догорал оранжевым заревом, показались покосившиеся ржавые ворота из кованых прутьев, опоры которых уже наполовину поглотила земля.

Оплетенные оранжевой ржавчиной массивные створки разъехались и были распахнуты во внутрь. Открылся вид на затянутую опадом и дикими травами дорожку с проплешинами бетона. Когда-то ухоженные полянки, окружавшие здание одичали, поглотив просевшие от влаги скамейки. Трехэтажное строение, построенное в виде буквы Г, выглядело чужеродным и даже враждебным .

Взойдя на щербатое крыльцо обнаружил, что дверь вскрыта, видимо косолапые и сюда забирались. Затянутые толстым слоем пыли окна пугали.

Открыв дверь, я включил нагрудный фонарь. Взору открылось большое фойе с прилегающим длинным коридором.

Ни письменных столов, ни закрытых шкафов на первом этаже не было. Все благополучно ушло на дрова для ночевок. Так что, я сразу пошел к лестнице на второй этаж.

Веяло копотью. По бокам пустые провалы грязных дверных косяков. Я зная, что там пусто все равно светил в каждый из них.

А потом дошёл до последней комнаты, заглянул в нее и улыбнулся от удовольствия. Вот она - лежка. В комнате стоял небольшой стол. Фонарь выхватил керосиновую лампу и два ажурных стула. Посветив дальше, я увидел врезанную трубой в окно маленькую пузатую буржуйку. Которую решил пока не топить, а то хозяин издали увидит, заберется и спустит спящего с лестницы рогаткой кверху.

Так что, достав таганок и сухой спирт я при уютненько расположился на деревянной табуретке и достал розжиг. Простые охотничьи спички, обмотанные ниткой и залитые свечным воском дают потрясающий эффект очень долго сгорая отдают большое тепло. Поставил на импровизированную горелку маленькую походную сковороду и открыл банку с тушенкой. Да - вот мой царский ужин!

Плотно отужинав, я залез в спальник. Сон не шёл. Было как-то неуютно что-ли…

По этажам гулял холодный сквозняк скрипя ржавыми дверными петлями и обрывками старых бумаг.

Но накопленная за день усталость дала о себе знать и я, положив правую руку на ружьё, провалился в тревожную дрёму.

Треск мерзлого кустарника под окнами заставил меня подскочить на кровати с бешено колотящимся сердцем.

Я выглянул в окно и чуть не выронил ружье от испуга.

На территорию забрело несколько волков. По хозяйски и ничего не опасаясь они рыскали под окнами.

Я стал вглядываться в сторону парадной двери, на которую как раз выходили мои окна. Если они забредают туда, сразу унюхают мой след. Но из-за грёбанного тумана я ничего не мог разглядеть.

Цокот когтей по паркету в фойе полоснул по моим нервам. Они рано или поздно рыская по пустым комнатам забредут и сюда. Идти напролом нельзя. У меня конечно есть фонарь и ружье, но вот реакция у меня одна и не самая быстрая. Их много и инстинкта самосохранения у них сейчас просто нет, а за спиной этих ребят лучше не оставлять.

“В крайнем случае, выйду в окно, благо высота позволяет…” - пытался я сам себя успокоить.

Я стал ждать. Меня небически так труханило. Ещё бы. Один по среди ночи в богом забытых ебенях за сто километров от ближайшей цивилизации. Так что, если что - костей не найдут.

На первом этаже слышалась какая-то возня. Затем, цокот когтей по деревянным ступеням.

Вот же бляди грязные! Ишь, оголодали! В другой год - на выстрел бы не сунулись. .

Цокот когтей усилился. Теперь уже по коридору второго этажа.

Я встал у дальней стены прямо напротив тёмного провала дверного проема, готовясь включить фонарь и раздать всем гостинцы.

И тут я услышал дикий треск и грохот в одной из соседних комнат, несколько влажных шлепков, дикий скулёж, переросший в душераздирающий но короткий вой.

“Благо потолки тут высокие, может они там все и полегли?”

Я еще долго так стоял, вцепившись в ружье и прислушиваясь к звукам. Слышались шорохи, неясное топанье лап. Но это внизу. На верх они не поднимались. Затем всё стихло.

За окнами начало сереть, когда я понял, что уже можно выдвигаться. Я прошёл по коридору и заглянул в ту комнату где предположительно произошло происшествие спасшее мне жизнь.

Там я увидел проломленный, прямо по всему периметру комнаты, пол. Плита просто рухнула вниз. В образовавшейся яме на первом этаже лежали два здоровенных волка в луже собственной крови.

Из здания я выходил не оглядываясь. На душе было муторно после пережитой ночи. Идти оставалось не так уже много, значит к обеду должен успеть.

Как ни странно вороны находили меня везде. Когда я устроил привал на одном из кряжистых пней и решил позавтракать, я в этом убедился. Только разложился и поджог таганок, как тут как тут слетелись мои чёрные спутники.

- Ооо, на обед прилетели? - обернулся я с улыбкой к небольшой стайке, устроившейся на ветках за моей спиной .

Я достал пачку галет, разломал её и кинул птицам.

- Держите. Приятного аппетита..

Запах разогретой тушёнки заставил мой желудок трубить во все трубы в предвкушении еды. Казалось, что ещё немного и на этот аромат соберётся весь лес.

Наскоро расправившись с обедом, я выкопал ямку и схоронил все отходы своей трапезы. Сидел на пне, размеренно попивал кофеёк из походной кружки, наблюдал за птицами. Вороны съев всё до последней крошки, начали разлетаться по своим делам. Я тоже собрался в дорогу. Ещё один рывок и я в дамках.

А дальше, уходящая в низину дорога кончилась. Впереди была шальная речная вода и не было той воде ни края ни конца.

Из ближайшего кустарника я срубил крепкую ветку и опустил ее в воду перед собой. Глубина оказалась небольшой всего десять сантиметров, но и этого было достаточно чтобы не выпускать из рук импровизированный щуп.

Несколько сотен метров глубина варьировалась от пяти до пятнадцати сантиметров. Я брёл прощупывая под собою почву, дабы не угодить в одну из затопленных ямищ. С ветвей молоденьких елей стекала холодными тяжёлыми каплями ночная изморозь. Казалось, будто идёт дождь.

В очередной раз, опустив палку в воду, раздался металлический лязг и брызги мутной ледяной воды окатили меня по грудь. От испуга я отшатнулся в сторону, выпустил щуп из рук, и поскользнувшись чуть-было не упал.

Когда я снова взялся за палку услышал как брякнула металлическая цепь.

“ Ух ты мать твою! Капкан!”

Я запустил руки в холодную воду, дабы ощупать находку. Пальцы коснулись склизкова металла и вытащили на свет старый медвежий капкан со стальными челюстями.

Снял его и решил повесить на какое-нибудь дерево. Надо будет по возвращению забрать. Ведь он там явно плохо лежал. Моментально выбрал подходящий сук и намотал на него капканную цепь.

Довольный находкой, я шёл уже бодрее. Впереди на краю небольшого оврага я заметил синее пятно. Выглядело оно пугающе инородным в этом лесу. Только я задумался о том, чтобы посмотреть что это такое, ноги уже несли меня туда.

Каково же было моё удивление, когда подходя ближе я начал понимать, что это - человек.

Он распластался лицом вниз, а на темно синей мешковатой одежде белым пятном на половину спины зиял рисунок мишени.

“Что ещё за блядские игрища на вверенной мне территории?! “

Осматривая тело я обнаружил, что бушлат на левом плече разорван и пропитан запёкшейся кровью.

- Вот это нихуя себе… - я почесал затылок и огляделся в недоумении по сторонам - Во что же это я так вляпался?

Перевернув тело отшатнулся от неожиданности. - “Ааа…. И что теперь делать?!”

Передо мной лежала молодая девушка на вид лет двадцати пяти. Милое личико. Некогда светлые волосы были грязными и разметались по лицу.

“Блять, в этих краях мужику-то не просто, а тебя-то куда понесло…?”- мелькнула мысль.

Я протянул руку к шее, проверил пульс и удивился ещё больше. Да ладно! Живая.

- Ну и что мне теперь тут делать с тобой мм..? - пробормотал я,скидывая с плеч рюкзак и доставая аптечку.

Так ладно, все по инструкции - вата, бинт, перекись..:

- Твою мать я что в егери пошел чтобы хирургом работать?

Раскрыл порванный ватник…Осмотрев раны, проворчал

- Зацепило только… Пожалел тебя видно, батенька случай.

Посмотрел на девушку. Она дышала ровно, но поверхностно не глубоко. От моих манипуляций на её лице не вздрогнул ни один мускул.

Достав перекись, промыл рану и наскоро забинтовал.

- Да подруга, повезло тебе… - продолжал я бормотать, заклеивая пластырями бушлат чтобы рану не просквазило - И что? На горбу тебя что-ли тащить? Вот вахта выдалась!

Прихватив рюкзак и ружье взвалил девушку на плечо и похлябал дальше.

Дела мои становились все интереснее и принимали неожиданный оборот. По всему выходило я должен нести этот груз на старый кордон, а потом обратно и уже в сторожке вызывать ментов и других сказочных персонажей. Это если я конечно приду, а то чую дело пахнет керосином. А где керосин там пламя. Не дай тебе боже… Так. Стоп. Не думать о плохом. Вот приду обратно - вызову всех кого нужно и пускай они ловят этих деятелей. А пока придется идти.

И я шёл сквозь мутные стоялые воды, обходя затопленные медвежьи ямы воняющие гнилой звериной плотью. За ноги цеплялись мокрые скользкие корни норовя уронить глазом на какой-нибудь корявый сук.

“И будешь ты подтопленный и немножечко мертвый… Тьфу ты! Гадские мысли! Все будет просто замечательно.”

Но замечательно ни хера не получилось. Когда мы добрели до кардона, я полностью ахуел, глядя на вырванную с мясом деревянную дверь и сопутствующий беспорядок. Зайдя внутрь, моя догадка подтвердилась - этот косолапый хер успел и здесь побывать.

В помещении царил хаос. Повсюду валялась кухонная утварь вперемешку с остатками мебели.

Оставив свою попутчицу на пригорке, я начал разбирать кучи мусора. Нашёл раскрученную рацию на которую питал большие надежды.

- Да ёб твою в непруху мать! - выдохнув я отбросил ставший бесполезным кусок пластика.

Хоть топчан остался невредим, а это не может не радовать. Подняв и установив буржуйку, я занес свою спутницу и уложил на топчан. и поставил на стол включенный фонарь.

Ну вот, мало-мальски обжились. Скоротаем ночь как-нибудь и в родные края той же дорогой.

Девушка лёжа на топчане начала потихоньку приходить в себя. В состоянии близком к бреду доносились короткие обрывки фраз:

- Бежать. Надо бежать. Только не останавливаться... они… Боже этот чёртов лес….Он неживой… Надо бежать. Иначе смерть.Смерть.

Потом некоторое время слышались стоны и она снова продолжила бредить:

- Как же хочется пить… Вокруг вонючая жижа… Проклятый лес. Ветки. Ветки. Холодно… Как они меня находят?

Я стал рыться в рюкзаке в поисках нашатыря. Нужно срочно привести её в чувство. Не нравилось мне всё это. Нащупав наконец маленький бутылек откупорил его и прямо так поднес к носу.

Девушка, резко очнулась. Выпучила на меня глаза и тут же бросилась на меня с кулаками.

Ели отцепил. В лицо пару раз хорошенько прилетело. Ну а что поделаешь - бабьё должно быть с кулаками.

Отскочил в сторону и вытянул руки вперед:

- Тихо тихо… Я нашёл тебя в овраге. Принес сюда. Я ничего не знаю. Всё будет хорошо. Я егерь - показывая на нашивку, сказал я спокойным голосом. - Поверь, я понятия не имею от кого ты убегала и кто за тобой охотится.

Девушка немного успокоившись, продолжала смотреть на меня дикими полными недоверия глазами.

- Даа ну и досталось тебе. Как ты вообще сюда попала? - присаживаясь на табуретку спросил я и протянул фляжку с водой.

Она резким движением выхватила ее из рук, с жадностью приникла и начала пить. Потом вытерев губы ладонью произнесла уставшим, чуль задыхающимся голосом:

- Я... Не знаю я… Бегала утром в парке как обычно. Помню кто-то сзади тоже бежал, а затем резкий запах и темнота. Очнулась в каком-то мешке и меня куда-то везли. Я начала выбираться орать, но на одной из кочек машину подкинуло и я жутко стукнулась головой и видно снова потеряла сознание. Очнулась уже в лесу.

Она жадно приложилась к фляге с чистой сырой водой.

Я хотел было ее отдернуть мол: “подожди дрисня прохватит”. Но что-то не стал.

Отложив флягу, девушка продолжила:

- Нас было не больше десятка. Не помню точно. Голова жутко гудела и казалось, что меня вот-вот вырвет. Опустив голову, я не сразу обратила внимание, что на мне не моя одежда.. Я огляделась. Я стояла в одном ряду с людьми в таких же одеждах. Эти светло синие робы казались чуждыми на фоне обстановки и выглядели очень броскими.

Я слушал её не перебивая сидя на табуретке подперев голову рукой и пытаясь переварить свои мысли. Сказанное никак не хотело умещаться в моей голове, хотя когда её нашел сразу предположил самое плохое. Я слышал когда-то давно ещё будучи военным про забаву особо богатых людей гор. Всегда думал, что это всего лишь байки бравых вояк, нежели что-то реальное, но сейчас я вижу обратное. И что с этим делать я попросту не знаю…

Сделав ещё глоток воды она продолжила говорить:

- А потом пришли люди, одетые в серую военную цифру. Экипированы они были не слабо головы покрывали балаклавы под цвет камуфляжа. Их лица казались мертвыми и вылепленными из серой грязи.

Они объяснили нам одно единственное правило - если в течении двух суток они нас не найдут, мы свободны и вольны идти на все четыре стороны. Нас снабдили минимальным количеством инструментов и дали паёк на сорок восемь часов. Типа всё по честному.

А дальше я почувствовала резкий укол и снова потеряла сознание. Пришла в себя уже в лесу сидя спиной к какой-то коряге.

Первые часы я просто шла,поднимаясь по какому-то склону, но как только услышала первую смерть я поняла, что нужно бежать и не останавливаться. Это было настолько страшно. Думала ну найдут, выстрелят умрёшь и всё. Но нет. Вдалеке я увидела промелькнувшего человека в синем, затем охтников. Вместо ружей у них были мощные арбалеты, которыми они только ранили жертву, а после пускали по кровавому следу собак, которые рвали людей как тряпки.

Девушка поёжилась и поджала под себя ноги.

- Даа у меня просто нет слов, - сказал я вставая.

Потом, достав сковородку и таганок направился в сторону буржуйки.

- Так.Ты теперь не одна… Щас поедим и всё решим да? - я посмотрел в сторону девушки.

Она слегка улыбнувшись кивнула.

- Ну вот и чудесно, - я ободряюще улыбнулся и достал небольшую баночку картофельного пюре. - С тушёнкой самое то! Так. Стоп. Ты в бреду говорила они тебя быстро находят.

- Даа… Как будто они знали где я нахожусь. Первые сутки я бежала почти без перерыва, к вечеру думала не найдут. Нашла хорошее укрытое место в овраге меня точно не было видно. Но ночью вдалеке я услышала голоса. И побежала снова. - пробормотала девушка.

- Возможно маячок. Нужно осмотреть вещи, которые вам выдали.

Она слегка встрепенулась и сняла с себя бушлат и осмотрела его весь. Я, продолжая готовить, заметил на ней поясную сумку.

- Может тут ответ? - я показал на пояс

Девушка немного ошарашено посмотрела на небольшую походную сумку, висевшую на поясе. Отстегнула её аккуратно, словно она могла взорваться, и положила на стол. Раскрыла, высыпала скудное содержимое. Две банки тушёнки, коробок охотничьих спичек, четыре таблетки сухого спирта и швейцарский многопредметный походный нож .

- Все нужное… А вот сумка…

Я взял её и тщательно прощупал. В боковом подкладке обнаружил инородный предмет. Распорол его ножом и отстегнул петельку с небольшой бусиной которая служила тем самым маячком.

- А вот и ответ на наш вопрос.Так. Давай-ка ты тут за ужином нашим пригляди, а я на ручей схожу. Ничего не бойся. Вот. Возьми. Если что - стреляй, - сунув девушке ружьё я вышел.

Притворил за собой вырванную с корнем деревянную дверь, я направился в деревянную пристройку, которая стояла чуть поодаль.

Нередко промысловики оставляли часть своего или найденного снаряжения так на всякий случай. Да видать наступил этот блядкский всякий случай. Нужно было действовать быстро. Чёрт его знает когда их хер принесет, а рано или поздно это произойдёт.

Я зашёл в пристройку, аккуратно подсвечивая нагрудным фонарём нашел то, что мне нужно - парочку массивных медвежьих капканов. Сгреб их охапку и вышел из пристройки тихонько прикрыв дверь.

Прийти они могут откуда угодно. Я выбрал два основных направления: старая лесная дорога у затопленных оврагов и небольшая заросшая тропка, что вела к старым пересохшим заячьим ключам .Там я оставил бирюльку с хорошим презентом для важных гостей. А какие они вызовут яркие впечатления если моих ста двадцати килограммов едва хватило чтобы привести их в боевую готовность. Засыпал их красивенько прелым листом да лесным мусором и возвратился на кардон.

Взглянул в хмурое темнеющее на глазах небо. Лес становился холодным. Средь мерзлых треснувших стволов гулял стылый сквозняк доставляя небольшой дискомфорт.

- Очень надеюсь, что мы выберемся…- вздохнув я повернулся к избушке.

Её словно сдавливал со всех сторон непроходимый сырой лес.

Так подарки оставил можно и пожрать. А потом надо потихоньку уходить, а то как-то не хочется героически сражаясь с превосходящими силами противника числиться погибшим в полицейской сводке. Ну это в лучшем случае, а так меня просто не найдут. А её тут вообще не было. Вот такой вот расклад… Тьфу ты - дурацкие мысли.

Я отодвинул дверь и вошёл в прохладный полумрак избы.

- Даа воин не зачёт тебе - улыбаясь проговорил я

- Почему?

- А вдруг не я, а ты без ружья!

- Ты где был ? - проигнорировав мою тираду обиженно выдала девушка.

- Гостиницы относил нашим теперь уже общим друзьям, - сказал я доставая пластиковый пакет с тонко нарезанным хлебом

- Вот сейчас поедим и пойдём потихоньку отсюда.

- Куда? В ночь? Зачем?

- Ох сколько вопросов а у меня на них не так много ответов. До моей сторожки доберёмся там есть рация. Вызовем помощь. А что в ночь - ну а куда деваться? Жить захочешь и не такое выкинешь. Уж лучше брести в потемках, чем ждать пока за тобой придут и точно конфетами не угостят. Кстати, мы вот уже ужинать вместе собрались, а так и не познакомились. Меня Саша зовут.

- Нина очень приятно, - она протянула руку.

- Ну вот и познакомились, - слегка коснувшись холодной влажной ладони ответил я.- И гардероб тебе надо обновить, а то в этом бушлате ты слишком эффектная.

Нина улыбалась. Хорошо. С дурным настроением, в любой самой дерьмовой ситуации в ночь выходить не стоит. Примета моя личная. Идешь спотыкаешься. Сдохнуть можно как нефиг делать

После скорого ужина, я стал рыться в разбросанных вещах, пытаясь найти хоть что-то похожее на одежду.

- Ооо.. Кажись портки какие-то…. О, вот и куртяха… Ну всё шопинг окончен. Пора собираться, - я протянул ей одежду. - Давай я за дверью подожду. Хорошо?

- Спасибо, - девушка улыбнувшись, взяла охапку пыльных давно не ношенных тряпок.

Лес дышал сырой прохладой и вязким кедровым маслом. Ночному светилу будто убавили яркость, заставив сиять холодным голубым пятном.

Нина вышла, прикрыв за собой дверь.

- Ну вот. Другое дело. Одежонку с собой в рюкзак прибери. Не надо тут ничего оставлять.

Дорога слегка подмёрзла и казалась асфальтам с выбоинами из лесных ям, наполненными мёрзлой бурдой. Чащоба встретила нас холодными корявыми тенями черных коряг. В кронах могучих деревьев оживал ночной мир, ухая большими северными совами, потрескивая мерзлым подлеском и пел средь затянутых шугой тресин голодные волчьи песни.

Я шёл периодически поворачиваясь спиной и посыпал тропу красным острым перцем.

- Что ты делаешь? - удивлённо спросила девушка

- Как что? Перец рассыпаю..

- Зачем?

- Ты говорила у них есть собаки..

- Да. Точно - ответила Нина нахмурив брови

- Ну вот а хороший перец отобьет у них всякое желание идти по нашему следу. Да и вообще ощущать какие-то запахи - ответил я высыпав остатки перца и повернулся к девушке.

- Откуда ты все это знаешь?

- Про способ этот мне рассказал старый урка. Мол, зеки беглые следы острым перцем заметали после чего собаки теряли всякий след, сжигая носоглотки.

- Даа ужас - какой пробормотала девушка.

Тем временем группа хорошо экипированных людей шла по нашему следу. Многие из них только сейчас поняли, что сдуру согласились на эту авантюру, перепробовав всевозможные сафари им хотелось чего-то особенного. И вот один из друзей, по совместительству один из крупных биржевых брокеров, наткнулся в интернете на сайт одного из закрытых вип клубов экстремального туризма. В общем, входной билет с весёлым ценником всё как обычно. Все просто перешли оплатили и через час на смартфон одного из друзей пришло смс уведомление с временем и точкой сбора.

А дальше каждый из них помнит какими-то урывками. Последнее, что было у всех в памяти то, что подъехали они к серому зданию с тяжелыми стальными дверями. И темнота.

Очнулись мужчины от тряски, ничего не видя вокруг из-за натянутых на голову плотных холщевых мешков. Их куда-то везли по ухабистой грунтовой дороге а при попытке пошевелиться, каждый из них понял, что накрепко связан стяжкой и из крепкого пластика.

Дальше был промозглый холодный лес. И база с минимальными условиями быта. Всем особо дергающимся объяснили, что подобный способ приезда обусловлен строжайшей конспирацией.

Шутки кончились когда убили первого человека. Их было около десятка одетых в синие спецовки до конца не осознавших, что вообще здесь происходит людей. Кто-то из них хотел сбежать звук боевых арбалетов и крики жертвы вернул друзей в суровую реальность.

Привычный мир рухнул. Всем стало ясно, что постановкой здесь и не пахнет. Жертвам давали два часа форы, но вшитые в сумки радиопередатчики не оставляли ни единого шанса на счастливый конец. А дальше были бесконечные паутины забитых слякотью троп и хмурый непроходимый лес, в котором царила тяжелая атмосфера. Всё вокруг казалось чужеродным и отвергающим.

До цели оставалось триста метров. Японские радиопередатчики никогда не подводили. Спереди и сзади шло по одному проводнику, замыкая группу. Стук армейских ботинок шестерых человек сливался с мрачной атмосферой почерневшего от влаги весеннего леса.

За несколько метров до цели, будто из ниоткуда на них с жутким рокотом вылетела, выбивая из рук фонари, стая огромных ворон. Они целились клювами в глаза и разрывали одежду.

Кто то из друзей бросился вперед подальше от адских безумных птиц и тут же замер. Спустя мгновение, настроенный механизм ждавший своего часа, стальным лязгом не оставил ему ни единого шанса. Заточенные стальные зубья, сжимая ноги, причиняли неимоверную боль, раздирали одежду, впивались в плоть.

Человек, завывая от боли, рухнул на землю. Тем самым доламывая себе кости.

Наполненный дикой болью и ужасом вой, неожиданно оборвался.

Порвав в клочья острыми когтями одежду и в кровь разбив мощными клювами ошалелые лица, вороны как появились так и счезли

В этой суматохе группа не сразу нашла лежащего в стороне человека. Но когда они это сделали каждого из них взяла холодная оторопь. Их друг лежал в луже непонятной черной жижи. Когда сознание полностью дорисовало картинку произошедшего все, не сговариваясь, дрожащими пальцами стянули с голов маски.

Самое страшное было в том, что обрубки ног в походных ботинках остались стоять на своем месте, в то время как тело продолжало истекать кровью из перебитых бедренных артерий.

Проводники, не придав особого значения этому событию, потащили испуганную до одури группу дальше. С осторожностью всматриваясь в темное лесное нутро, они вели оставшихся клиентов дальше к цели.

Тугие лучи поисковых фонарей не помогали ускорить шаг. Средь мерзлых лесных коряг и зарослей бурелома звериные тропки так и норовили ускользнуть из под ног и завести в непроходимые топи даже самых бывалых путников.

Через некоторое время изможденная группа добрела до лесничей стоянки. Они надеялись найти хоть малейшую зацепку ведущую на след ушедшей беглянки. Но надежды рухнули так и не успев себя оправдать. В избушке не было ни единого следа пребывания людей. Не было ни остатков ужина ни теплого очага, остались лишь затертые следы на сантиметровом слое пыли которая была повсюду.

Вышедшие из избы проводники сжимали кулаки от негодования. Лица их были красными от злобы и непонимания. Как обычная городская девчонка смогла так далеко уйти? Но знающие свое дело псы, через какое то время, смогли отыскать невидимый человеку след, а значит охота продолжается.

Через десяток метров собаки заскулили и встали, судорожно чихая и кашляя. Из их глаз текли слезы, а носоглотки горели, сжигая слизистую.

Один из инструкторов осматривал псов с недоумением. Второй, водил арбалетом в разные стороны, но хмурый холодный лес всё скрывал, воровал запахи и путал мысли заставляя делать ошибки.

Одной из таких ошибок было решение пойти дальше, бросив собак.

Затрещал прелый от сырости сухостой на людей из чащи дремучего леса пробиралось что-то крупное. Каждый из них понимал, что бы это ни было ничего хорошего оттуда не выйдет.

Раздался утробный рык треск ломающихся костей и дикий крик. Фонари выхватили крупного молодого медведя, стоящего передними лапами на истерзанном теле человека. Прогремел выстрел. Медведь с ревом прыгнул в сторону и растворился в лесной чаще, оставив людей в объятиях всепоглощающего страха посреди ночного леса.

- Как думаешь, что там произошло?

- Кажись ребята эти, что за нами идут хозяина тайги повстречали. А он сейчас злой как сто чертей. Вот и итог. Ну да ладно, пойдем время у нас есть. Они сейчас могут очухаться и дальше пойти, но это уже глупость несусветная. Сейчас для них лучше повернуть хороводом обратно и чесать в сторону лагеря. А если нет - что ж так видно богу угодно. А теперь, давай устроим маленький привал.

В дали занимался холодный рассвет. Казалось ночные страхи, потеряв былые краски должны раствориться в утреннем тумане, но жизнь не сказка. Дикий мир оживал сбрасывая чёрное одеяло и давая понять, что это ещё не конец .

Я уселся на поваленный ветром ельник и стянул рюкзак с плеч, ощутив приятную легкость.

- Сейчас перекусим и пойдем дальше тут немного осталось.

Нина села рядом и нервно поправляя волосы спросила:

- А почему ты не боишься ?

- Как это не боюсь? Боюсь конечно. Страх смерти сильная мотивация, которая может провести вперед, а приведет ли эта дорога к спасению или к гибели всё зависит уже от человека.

Я зажег на пеньке таганок и поставил на него банку открытой тушёнкой.

- А ты боишься? - кивнул я в сторону девушки.

- Конечно боюсь. Без тебя я давно бы уже погибла.

- Да ладно, ты несколько дней неплохо справлялась. А это, знаешь ли, в здешних краях ой как не просто, - улыбаясь, сказал я и снял теплую банку с огня. - Держи подкрепить. Вот тебе ложка и хлебушек, а я скоро приду.

Девушка удивленно посмотрела на меня, но ничего не сказала и принялась за еду.

Я поднялся и шагнул в чащу. Чуйка подсказывала, что обратно они не повернули, а побрели, ошалевшие от злобы, по наши души. Видит бог, крови я не хотел. Но своя рубашка ближе к телу и жизнь дороже. Один быть может спокойно ушел, а так вряд ли. Нина вымоталась, хоть и очень старается держаться.

Прокручивая все эти мысли, я быстрым бесшумным шагом перенося вес с пятки на носок, двинулся к предполагаемому месту нахождения этих недо охотников. Через час такого хода увидел сквозь заросли бурелома наших потрепанных преследователей. Да маленько их уже осталось.

Они шли переваливаясь с ноги на ногу усталые и грязные.

“Ээх пересчитать бы их щас в момент как цыплят по осени” - промелькнула мысль у меня в голове и рука по инерции мягко легла на ружье.- “Но засада средь корявых сухих ветвей дело неблагодарное - одно неверное движение и весь мир прахом. И шума делать не стоит, выстрелы будут слышны на много километров. Надо по тихому.”

Отогнав мысль расправиться сни́ми как можно быстрее, я так же плавно убрал руку и мягкой поступью растворился в глухой чащобе.

Новый день набирал обороты, но в кронах исполинских елей по прежнему царил стылый полумрак. Под ногами мерзлая грязь сменилась на талые воды.

Я вышел к Нине. Она дернулась от неожиданности и окинула меня испуганным взглядом.

- Саша! Ох, я испугалась. Ты видел их?

- Да видел. Мы оторвались. Пока они идут в противоположную сторону. Так что, всё в порядке.

Я присел рядом и достал из рюкзака пачку галет.

Из-за размашистой кроны соседнего дуба вылетела, мягко опускаясь на землю, небольшая стайка черных как смоль воронов.

Нина, тихонько пискнув, вжалась в бревно.

- Ты чего? Не бойся, это друзья мои. Их ещё старый егерь прикормил, да видать и мне завещал. Птицы они смышленые. Поумнее иного человека бывают, да и вреда от них нет. Одна сплошная польза.

Нина, успокоившись, взяла у меня галету и разломав, ее стала с интересом кормить птиц. Я наблюдал за ней. Такая милая и радуется как ребенок.

Разгорался очередной день. Над кронами ярко светило холодное солнце. В это время в тайге самая хорошая пора гнус еще спит и вездесущий комар не тревожит. Золотое время было бы если б не лихие люди пришедшии в эти края.

Мы, собрав пожитки, двинулись дальше. В голове крутилась навязчивая мысль: ”Как бы отвести идущих за нами людей подальше. Не ровен час всё равно настигнут. Тут меня осенило: есть одно место, куда можно спрятать Нину, а самому всё тут по быстрому порешать.

Под ногами трещал тоненький лед и хлюпала чуть подтаявшая грязь под ним. Мы шли, пока не показалось ответвление в зарослях бурелома и еле заметная тропинка уходящая в дебри .

- Почему сюда? - Нина переминалась с ноги на ногу в нерешительности.

- Тут безопасно и можно переждать. Это старое место, мне его в свое время напарник показал. Там и ключик рядом и место скрытое от лишних глаз.

Через время тропинка вывела нас на небольшую поляну, которая едва уходила под уклон к маленькому ручью.

Неподалеку стояла землянка. Выглядела она как пещера из-за того, что вместо двери был прямоугольный кусок выцветшей оленей шкуры.

Откинув полог, мы пригнувшись, вошли. В небольшое слюдяное оконце еле пробивался дневной свет. Пахло медвежьим жиром. На полу лежали потерявшие свой цвет линялые медвежьи шкуры. Землянка внутри выглядела больше чем снаружи. В дальнем углу стояла сделанная из старого газового баллона небольшая буржуйка.

- Ух ты какое необычное место! - удивлённо проговорила Нина.

- А то. В нашей тайге таких вот нычек полторы сотни наберется, а может и больше и все разные. Каждый строил кто на что горазд. В таких местах одно неизменно. Сначала ищут чистую воду, а уж потом мастерили лагерь. Да и неприметность самой стоянки всегда актуальна. В общем, нарваться на такую стоянку не знавшему о её существовании ничтожно мала. И это в нашем случае отлично.

Я усадил Нину на топчан и сказал:

- Нина, мне на время придется оставить тебя тут. Тебе нужно хотя бы несколько часов отдохнуть.

- Саша… А ты куда?

- Я с друзьями нашими договариваться пойду. Иначе, чувствую они нас в покое не оставят. Тебе тут будет безопасно. Только пожалуйста не выходи, пока я не вернусь.

- А ты скоро?

- Конечно, ты поспи пока, проснешься а я уже тут, - сказал я и легонько погладил девушку по плечу, - Ружье я тебе оставлю. Если к закату не вернусь, иди прямо на запад. Увидишь там домик на сваях, внутри рация, вызовешь помощь и тебя скоро заберут.

Нина забеспокоилась и некоторое время не хотела меня отпускать. Пришлось еще немного с ней поговорить, я успокаивал и объяснял, что будем делать дальше при хорошем раскладе, и что делать при плохом.

Группу я нашел быстро, они шли чавкая и увязая в грязи, зло переругивались, и не успели далеко продвинуться.

Уставшие и вымотанные нелегкой дорогой, люди уже не хотели экстрима и походного драйва. Им просто хотелось домой в уютные тёплые квартиры, принять горячую ванну и навсегда забыть обо всем, что с ними произошло. Казалось, что лес никогда не кончится и, что целую вечность они бредут непонятно куда.

Шедший первым проводник увидел перед собой силуэт словно выросший из самого леса.

Прошла секунда.

Фигура перед ним взмахнула топором и одним махом отрубила голову.

Силуэт мелькнул, в соседних от оцепеневших людей, кустах. А затем, устремилась вперёд в заросшую сырым буреломом чащобу.

Вслед за силуэтом со свистом рассекая воздух полетели снаряды, но заросли вездесущего сорняка не давали охотничьим стрелам достигнуть цели. Фигура с приличной скоростью треща трухлявым валежником неслась в сторону заброшенного пансионата. Проводник,совершенно вышедший из себя, орал и тащил свору за собой, желая догнать во что бы то ни стало и любой ценой .

Я вёл преследователей туда, где сам едва не погиб. План был прост и поэтому крайне расчётлив.

Узкая еле заметная тропа сменилась щебнем грунтовой дорожки. Показались ржавые ворота створки и запущенный двор, поросший кустами орешника и покрытый мелким лесным мусором.

Я залез в лужу прямо перед воротами, дабы оставлять очевидные следы. Позади послышался хруст веток и треск опавшей хвои. Люди стремительно приближались, вот только они не учли одного - выкопанной когда-то давно старыми охотниками заброшенной медведей ямы прямо посреди звериной тропы.

Проводник почуяв угрозу, погнал впереди себя одного из людей, который не пройдя и десятка метров проломил собственным весом трухлявые жерди. Он упал в заполненную жидкой холодной грязью и острыми кольями яму. В первые секунды он не чувствовал боли. По бедрам из разорванных острыми кольями артерий потекла черная венозная кровь. Боль пришла мгновение спустя нарастающая до такой степени, что он, сжав челюсти до доброго треска, завыл. Чуть позже чей-то выстрел оборвал мучение несчастного..

Все эти люди останутся здесь а души из не прибранных тел лес заберёт себе, превращая их в блуждающие в ночном тумане серые бесформенные тени.

Их осталось трое.

Пройдя в глубь ветхого здания, я стал ждать. У них был шанс повернуть назад и уйти.

По выщербленный временем бетонной дорожке послышался стук армейских сапог. Люди зашли внутрь, тут же совершив возможно самую роковую ошибку в своей жизни - они разделились.

Ну что ж, тем проще…

Я стоял в тени ровно до того момента, пока первый человек не прошел мимо. Появившись со спины, я нанес хлесткий удар носком ботинка под колено, выбивая из под ног холодный бетонный пол. Затем, точным ударом ребра ладони в основания черепной коробки сломал шейные позвонки и потихоньку отволок бездыханное тело в одно из помещений.

Всё происходило вполне буднично ни какой суеты и лишних движений. Где-то в подсознании я даже удивился, что ничего не забыл.

Осталось ещё двое. Ну что ж…

“Раз, два, три, четыре, пять, я иду вас убивать, пять, четыре, три, два, раз вам не спрятаться сейчас.” - хах я ухмыльнулся вспомнив старую считалочку.

Глаза уже привыкли к набившемуся сюда полумраку, я мягкой поступью прошёл в конец темного заросшего черной плесенью коридора.

Стоял в ожидании. И снова мне повезло. Человек прошел мимо, не заметив. Я взмахнул топором и ударил, рассекая шейные мышцы и ломая шейные позвонки, так, чтобы голова не отсоединилась от тела. Затем мягко опустил его на пол, дабы не создавать лишнего шума.

Один остался. А я только сейчас почувствовал как устал.

В соседнем коридоре послышались хлопки крыльев и громкий вороний рокот. затем треск рвущейся материи свист болтов да крик испуганного человека.

Выглянув из за угла, я порядком удивился. Вороны влетали в давно разбитое окно и окружив проводника неистово атаковали. Рвали когтями одежду загоняя того в одно из помещений. Их становилось всё больше. Они летели нескончаемым потоком.

Казалось вороний гомон гулким гвалтом раздавался повсюду. Через несколько минут и все было кончено. На бетонном полу в луже собственной крови лежало разодранное в лоскуты тело

. С гордым рокотом по полу вышагивали черны крупные вороны.

- Ну чтож, приятного аппетита друзья.

Я собрал с тел оружие и предметы на которые может кто-нибудь наткнуться, аккуратно прикопал их в буреломах. Постарался оттащить трупы подальше от основных троп. Через пару недель от них ничего не останется.

Дошел до своей сторожки. Вызвал по рации помощь, сказав, что в лесу нашёл потеряшку.

С Ниной мы договорились, что никакой охоты в лесу не было и она просто заблудилась, снимая на Ютюб видеоролик на тему бушкрафта. Придумали ей целую историю как она сюда попала.

Она же молодец, не сбилась ни разу, когда её спрашивали что, как да почему. Спустя полгода мы с Ниной сыграли свадьбу. Не мог я отпустить такое сокровище.

Работаем вдвоём на одном из отдаленных кардонов, а пернатые друзья нас по-прежнему не забывают.

“А что ты же мог спасти этих ребят? Убить проводников и дело с концом.” - скажет кто-нибудь…

Но дело в том, что у них был не однократный шанс все изменить, но увы некоторых людей лес и мнимая в нём свобода меняет. Вместо желания жить, открывает дикий звериный азарт и желание безнаказанно убивать. Так что - вот так.

На земле зверей существуют свои законы и бредя узкими зелёными тропами, сто раз подумайте стоит-ли их нарушать.