Терра-Инкогнита: Безлимит

Глава 1 - Изнанка

Сырость проедала старую куртку насквозь. Георг пересчитал мелочь в кармане — семьдесят четыре рубля. Последняя сотка ушла утром на растворимый кофе, а впереди очередной платёж по кредитке. В его двадцать лет статус «независимого исследователя городских пространств» звучал гордо только в его собственной голове. Для арендодателя он был просто безработным должником, а для отца-учителя – ходячей катастрофой.

Георг завернул за угол заброшенного депо, спасаясь от ледяного ноябрьского ветра. Свет фонарей удалялся, под ногами хлюпала мазутная жижа. Он искал лаз в подвалы, и наткнулся на странную аномалию: между кирпичной кладкой и ржавым листом железа возник поток воздуха. Из щели пахло озоном и... свежевыпеченным хлебом с корицей. Настолько отчетливо, что у Георга свело желудок.

Он коснулся пустоты. Рука ушла по локоть в непроглядную темень, но вместо холода и сырости Георг почувствовал сухое, обволакивающее тепло.

Вдруг в кармане бешено завибрировал телефон. Экран вспыхнул уведомлением от банковского приложения: «Списание: 500 руб. Категория: Другое. Остаток: 5 700 руб.»

— Что за черт? — Георг отдернул руку. Уведомление настойчиво мигало, но графы «получатель» попросту не было. Сбой в приложении?

Любопытство исследователя перевесило страх. Он зажмурился и шагнул в щель целиком.

Мир вокруг изменился мгновенно, раздался лишь глухой щелчок, будто в плеере сменили аудиодорожку. Шум далёкого проспекта исчез. Георг стоял на той же улице, но из депо пропали все следы времени, оно покрылось чёрным мрамором. Вместо луж под ногами оказался гладкий, светящийся кварцит. Вывески на неизвестном, но интуитивно понятном языке резали глаза ультрамарином и золотом. В небе, свободном от смога, застыли две луны — идеальные, как янтарные диски.

Это была Изнанка. Магическое отражение его серого, загнивающего города. Живое и дышащее, бесконечно богатое.

Георг завороженно побрёл вперёд. Мимо проходили существа, похожие на людей, чьи тени жили своей жизнью, а глаза мерцали серебром. На лотках уличных торговцев лежали артефакты: различные свитки, реликвии и стеклянные сферы, внутри которых бушевали миниатюрные молнии.

Он провел пальцем по витрине с надписью «Лавка Истины». Изнутри донеслось приятное, басовитое гудение. Впервые за несколько месяцев Георг почувствовал, что боль в голове стихла. Он улыбнулся. Это было потрясающе. Мир перед его глазами напоминал детские мечты.

Дзынь.

«Списание: 10 000 руб. Превышен лимит. Остаток: -4 300 руб».

Георг застыл. Руки дрожали. Экран телефона залил кроваво-красный минус.

На экране вдруг появилось уведомление, отправленное от имени его банка: «За нахождение на территории Терра-Инкогнита взимается поминутная оплата согласно тарифу вашего оператора реальности».

Магия Изнанки оказалась не бесплатным чудом, а настоящим элитарным клубом с жесточайшим прайсом в мире. И она списывала средства напрямую с его кредитки, мгновенно превысив лимит.

— Эй, парень, ты либо покупай, либо проваливай! Баланс-то на грани… — хриплым голосом произнес продавец в Лавке. Его тень хищно нависла над Георгом.

Исследователь бросился к выходу. С каждым шагом дыхание перехватывало от ужаса. Бежать по идеальному кварциту было тяжело — ноги словно вязли в невидимом киселе. Магия удерживала его, требуя продолжения банкета.

Дзынь. Списание: 15 000 руб.

Дзынь. Списание: 20 000 руб.

Уведомления сыпались каждую минуту. Лимит по кредитке трещал по швам. Георг понимал: если банк заблокирует карту или баланс уйдет в глухой, невозвратный минус, Изнанка просто не выпустит его. Он останется здесь навсегда — должником, чью душу пустят на оплату аренды пространства; а если удастся сбежать — дома окажется в беспросветной кредитной яме.

Он упал у самого лаза, обдирая ладони о безупречную стену из мрамора. На экране телефона светилось: «Внимание! Списание заблокировано».

Георг рванул вперед, кувырком вылетев сквозь щель обратно в реальный мир.

Он грохнулся лицом в мазутную лужу депо. Ледяной ноябрьский дождь мгновенно отрезвил его. Вокруг снова лишь темнота, грязь и разруха. Но Георг никогда не чувствовал себя таким живым.

Дрожащими пальцами он разблокировал экран мобильного. Общий долг: 180 000 рублей. До крайнего платежа меньше недели, а затем пойдут предупреждения от отдела взыскания.

Георг поднялся, вытерев грязь с лица, и посмотрел на едва заметное мерцание между кирпичами. Он был банкротом. Жизнь в реальном мире уже разрушена. Но там, за стеной, оставались ответы на все вопросы. И теперь Георгу нужны были деньги. Очень много денег. Любым, даже самым криминальным путем. Потому что Изнанка уже ждала следующего платежа.

Глава 2 - Цена вопроса

— Семьдесят четыре рубля, Георг. Ты понимаешь, что этого даже на метро не хватит? — голос Альберта Степановича по телефону звучал сухо, с характерной учительской хрипотцой. На заднем плане шуршали тетради: отец проверял контрольные по физике. — Я перевел тебе три тысячи. Больше не могу, ты знаешь мою зарплату в гимназии.

— Спасибо, пап.

— Георг, тебе двадцать лет! Пора заканчивать с этой твоей «урбанистикой» и найти нормальную работу. Хотя бы курьером, на первое время...

— Да, знаю. Я ищу, пап. — соврал Георг, прижимая трубку плечом к уху.

— В твоем возрасте я уже... — отец вздохнул, не став заканчивать вечную нотацию. — Ладно. Поешь что-нибудь там. И не пропадай.

Георг отключил вызов. На экране тут же всплыло напоминание от приложения банка: «Минимальный платеж: 14 400 руб. Внесите до 23 ноября». Это через пять дней. Три тысячи от отца растворились бы в этой бездне мгновенно, не покрыв даже изначальной суммы.

Он подошел к старому зеркалу в прихожей съёмной квартиры и взглянул на себя. За последние двое суток парень постарел на пару лет. Георг был высоким и угловатым, с вечно сутулыми плечами человека, привыкшего пролазить в узкие коллекторы. Бледная, почти прозрачная кожа выдавала недели без нормального солнца. Впалые щеки покрывала неравномерная двухнедельная щетина, а под большими, лихорадочно блестящими серыми глазами залегли глубокие тени. Русые волосы, отросшие ниже ушей, слиплись от пота и дорожной грязи. Заострившийся нос и плотно сжатые, потрескавшиеся губы придавали ему вид хищной, но смертельно уставшей птицы.

Он был одержим.

Всю ночь и весь сегодняшний день Георг метался по комнате, перебирая варианты. «Может, меня накачали?» — думал он. В заброшенном депо могли шляться маргиналы. Вдруг он случайно наступил на шприц или вдохнул какие-нибудь токсичные испарения в подвале? Вдруг это был маниакальный психоз, галлюцинация, порождённая голодом и депрессией?

Но весь тот день он провел в абсолютном одиночестве — ни с кем не пересекался, ничего не ел и не пил, кроме кофе. Да и сознание в Изнанке было пугающе ясным. Отрезвляющая прохлада кварцита под пальцами, тяжелый запах озона, две янтарные луны — мозг просто не способен смоделировать галлюцинацию настолько чёткой. И главное — цифры в телефоне. Никто не мог взломать банковский счёт и списать реальные деньги под ноль.

Его распирало от удушающего коктейля эмоций. Исследователь внутри него рвал и метал, требуя вернуться, изучить, задокументировать. Это же величайшее открытие в истории! И одновременно Георг задыхался от лютой, глухой ненависти. Почему что-то настолько манящее, прекрасное и грандиозное должно быть настолько же разрушительным? Почему чудо природы — или магия, чёрт ее дери, — ведет себя как самый беспринципный и элитный капиталистический бордель? У него украли мечту, показав её через витрину, и выставили неподъёмный счет за то, что он рискнул лишь заглянуть в неё.

Разум кричал, что нужно спасать жизнь: бежать к отцу, каяться, просить помощи с юристами по банкротству. Но ноги сами несли его на улицу. Ему нужны были деньги. Прямо сейчас. Любой ценой. Ограбление, подпольные бои, контрабанда — Георгу уже на всё плевать. Моральные ориентиры стёрлись, уступив место ломке по ярким улицам Изнанки.

К полуночи он оказался в полуподвальном баре «Ржавый болт» на окраине промзоны. Стены пропахли дешёвым пивом и табачным дымом. За угловым столиком в полумраке сидел человек, которого Георгу когда-то давно порекомендовали в закрытом чате даркнета, как «решалу для отчаявшихся». Георг попал туда совершенно случайно, и вряд ли мог представить, что однажды придётся воспользоваться этой услугой.

— Присаживайся, исследователь, — произнес мужчина, даже не подняв глаз от экрана планшета.

Георг сел на липкий стул. Мужчина поднял голову, и Георг едва сдержал желание отодвинуться. Незнакомец выглядел на сорок, может, сорок пять лет. Идеально скроенное дорогое пальто резко контрастировало с обшарпанной обстановкой бара. У него были гладко зачёсанные назад тёмные волосы с проседью на висках и пронзительные, абсолютно круглые чёрные глаза.

Когда мужчина заговорил, его губы растянулись в широком, хищном оскале, обнажая почти идеально белые, ровные зубы.

— Можешь звать меня Артемий. — представился он. Голос был мягким и обволакивающим, как у психотерапевта. — Я знаю, кто ты, Георг. А ещё знаю, что у тебя очень большие проблемы с ликвидностью. Сто восемьдесят тысяч долга — лишь верхушка айсберга, не так ли? Тебе нужно гораздо больше. И как можно быстрее.

— Откуда... — Георг сглотнул сухую слюну.

— Информационные потоки — моя работа. — Артемий подался вперед, его хищный оскал стал ещё шире. — Ты похож на человека, заглянувшего на чужую вечеринку. Но простым смертным ход туда заказан, и тебя никто не приглашал. Тебя трясет от самой мысли, что прежнюю жизнь не вернуть. Но знаешь, ещё не всё потеряно. У нас в организации ценятся такие, как ты. Те, кто умеет пролезать в места, о которых другим и думать страшно! Те, кому уже нечего терять в этом мире.

Артемий аккуратно пододвинул к Георгу бокал вина, к которому тот даже не притронулся.

— Работа, конечно же, грязная. Но с твоими талантами… успех обеспечен. — тихо продолжал вербовщик, читая Георга насквозь.

— Не важно, я справлюсь.

— На другое и не рассчитываю. Завтра ночью нужно вынести один сейф из антикварной лавки на Лиговском. Хозяин крупно задолжал кому не надо. Оплата — триста тысяч наличными. Сразу, на руки. Хватит, чтоб покрыть твои мелкие недоразумения. Ещё сверху останется. Ну так что, Георг? Рискнешь, или пойдешь листовки клеить да пиццу развозить?

Исследователь молчал. Даже если б его отец мог покрыть все его долги, он не смог бы дать главного — шанса раскрыть тайны Изнанки. Георг понимал, что иного пути нет. Но его страшило то, что впереди. Он впервые засомневался.

— Учти, второго предложения не будет. Либо сейчас соглашаешься, либо проваливай навсегда.

Георг вновь взглянул на дрожащие пальцы, затем на холодную ухмылку Артемия. Он сжал кулак, и рука замерла. Решение уже принято.