Семейка бретеров из Благоярска

Глава 1

Вместо вступленияЧто же, познакомимся друзья мои. Меня Николаем Андреевичем Всеволожским, мне 46 лет, я родился и вырос в Санкт-Петербурге, не женат – так уж получилось. В молодости я много учился, путешествовал, пришлось даже послужить в армии и полиции и повоевать.

Став старше, я решил завершить со службой выйдя на залуженный пенсион, чтобы быть хозяином самому себе. У меня были накоплены средства, достаточные для вполне приличной жизни. Но тем не менее, чтобы не закиснуть без дела, я стал помогать людям в решении их проблем, с которыми они сами не смогли справиться в силу каких-либо причин. У меня есть свои принципы, выверенные самой моей жизнью - я берусь только за сложные задачи и только тогда, когда считаю, что: я помогаю достойным людям нуждающимся в моей помощи и я поступаю верно.

Так вышло и в этот раз…

Утренний звонок – новое дело Лето 1880 года я проводил на снятой на целый сезон даче в Северной Ривьере (рядом с дачей было финское местечко, довольно известное среди петербургских дачников - Терийоки). Дача была небольшой, но вполне обустроенной, на ней даже была горничная, роль которой выполняла зрелая незамужняя финка - дама имеющая весьма строгий облик и воспитание, но при этом добрейший человек. Кроме того она изумительно готовила. Дача располагалась практически на самом берегу Финского залива, среди высоких сосен растущих на песке. Благодаря такому удачному положению я имел возможность почти ежедневно купаться или одолжив хозяйскую лодку удить рыбу.

Ранним июльским утром 1880 года, я совершив утреннюю гимнастику и окунувшись в посвежевшие за ночь мелкие воды Финского залива, вошел на крыльцо своей дачи. Благодаря физическим упражнениям я проголодался и с нетерпением готовился приступить к завтраку. Я уже предвкушал чашку свежесваренного ароматного кофе с молоком, сендвичи со свежайшими маслом, сыром и ветчиной, когда в передней раздался раскатистый телефонный звонок. Горничная доложила, что меня просят к телефону.

- Слушаю вас, - произнес я, приложив полированную латунную трубку к своему уху.

- Господин Всеволожский, здравствуйте, мы с вами не знакомы. Обратиться к вам по одному важному делу мне посоветовал мой хороший знакомый Илья Сергеевич Торопов. Меня зовут Сергей Петрович Рубинок и мне необходима ваша консультация и, вероятно, последующая помощь в решении одной серьезной проблемы. Можем ли мы встретиться?

Я ответил, что встреча возможна и предложил новому знакомцу приехать ко мне на дачу, в то время, когда это ему будет удобно. В итоге мы договорились о встрече через два часа.

Ровно через два часа горничная провела ко мне в кабинет полноватого зрелого мужчину, одетого весьма прилично, но пожалуй, с некоторым отставанием от последних веяний столичной моды, что выдавало в нем провинциального жителя. Он представился, мы поздоровались, и я предложил ему присесть и изложить суть дела, которое так его волновало.

- Я живу в Благоярской губернии, это прекрасное место, раскинувшееся вдоль Волги, и место это до недавнего времени было тишайшим. Жизнь была спокойна, один день был похож на другой и именно эта однообразность, возможно непонятная вам как столичному жителю, так нравилась местному обществу, до недавнего времени весьма достойному.

Но однажды поместье «Дурновка», ранее принадлежавшее недавно скончавшейся госпоже Дурных, и выставленное наследниками на продажу, было куплено неким Георгием Михайловичем Розовским, или как его чаще зовут в определенных кругах, Жоржем Розовским, мужчиной лет приблизительно 35, о котором мы мало имели сведений. В это поместье он немедленно въехал со своими многочисленными буйными родственниками, среди которых отдельно выделялись его младший брат Иван Михайлович Розовский и их с Жоржем отец — Михаил Михайлович Розовский. Как только семейство Розовских перехало в «Дурновку» и стало появляться в городе тут же в одночасье наша жизнь стала ужасной.

Дело в том, что вновь прибывшие господа занялись делами, недостойными дворянского звания.Например они подстраивают поединки очевидно с корыстными целями. Где бы они не появлялись - они ведут себя столь вызывающе, что их естественно, вызывают на дуэль. Они же, так ловко все обстряпывают, формально являясь оскорбленной стороной, что поединок проходит почти всегда по их условиям. Сообразно принятым правилам проведения таких поединков они сами выбирают оружие – и почти всегда это пистолет, которым они пользуются отменно. О том, какие они ловкачи при обращении с пистолетом известно в нашем небольшом городе уже всем. А кроме того, они же выбирают и место, что довольно часто так же оказывается им на руку. Так вот, после состоявшегося вызова они через подставных лиц предлагают вызвавшему откупиться, с тем, чтобы они противника не убили, а только лишь покалечили. Цинизм невероятный. Отказавшиеся гибнут, остальные под давлением родственников вынуждены платить. Случаев с подозрительными смертями среди мужской части нашего общества уже было несколько.

- А что же полиция? - удивленно спросил я. С.П. Рубинок лишь развел руками:

- Полиция, к сожалению, бездействует, так как официально дуэль выглядит как несчастный случай на охоте, чистке оружия или еще черт знает что. Ну или же наконец как самоубийство. - Вздохнул мой собеседник. - Хотя какие у нас самоубийства, мы же не столица для таких тонкостей. Таким образом, семейство Розовских не на шутку запугало уже всю нашу округу, так любимую нами прежде именно за спокойствие. Что с ними сделать мы не представляем, но вред их для Благоярска очевиден. Кроме того, используя известность полученную благодаря описанным мной поединков, они, оперируя своей недоброй славой, ловко подминают под себя коммерцию Благоярска и его окрестностей – все боятся их, ведь слава их разошлась уже повсеместно!

- Чего же вы хотите от меня? – спросил я. – Ведь не предлагаете же вы мне его убить?

- Господь с вами, я знаю вас как человека чести и поэтому не посмел бы предложил бы вам ничего подобного.

- Что же тогда? - Уточнил я.

- Для начала нам нужен совет опытного человека, как урезонить эту семейку бретеров, и возможно, нам потребуется ваша помощь в реализации вашего совета, - ответил мой гость.

- Что же, не видя ситуации, как говорят «в живую», я вряд ли смогу вам чем-то помочь. Мне нужно приехать на место и самому разобраться в происходящем. Может быть я смогу вам чем-то помочь. Вы знаете цены на мои услуги? - осведомился я.

- Да, господин Торопов называл условия, на которых вы согласились ему помочь. Эта сумма велика, но наше положение выглядит безнадежным и в этой ситуации рассуждать о деньгах нам не приходиться. Кроме того, я представляю все местное дворянское общество, а также наиболее добропорядочных людей коммерции. Поэтому мы согласны с вашими условиями и с благодарностью просим посетить наш город и мой дом в частности, - учтиво ответил гость.

Мы пожали руки и мне был передан конверт с известной суммой. Я пообещал прибыть в течении недели. На этом мы скоро попрощались и горничная проводила моего гостя.

Прибытие в БлагоярскМои сборы не заняли много времени – род деятельности, холостяцкий образ жизни и многолетний опыт обязывают быть готовым к таким оборотам.

В этот раз я ехал один без своего партнера (о нем я расскажу как-нибудь в другой раз). Ехать пришлось через Москву и мой поезд прибыл на станцию «Белоярск-пассажирская». О своем приезде я заранее послал телеграмму для С.П.Рубинка и в ней же попросил не встречать меня, так как хотел самостоятельно посмотреть город и ,кроме того, я посчитал лишним привлекать к себе любое излишнее внимание, которое могла бы вызвать подобная встреча.

Выходя из вагона я окликнул вокзального носильщика и передал ему свои немногочисленные вещи, чему он был очевидно рад, так как пассажиров, сходивших в Благоярске было совсем немного и он видимо не рассчитывал сегодня на какой-либо заработок. Освободив руки от багажа я огляделся по сторонам. Ничего необычного я не увидел: аккуратный чистый деревянный перрон покрашенный коричневой краской. Рядом охровое вокзальное здание, пройдя через зал которого я оказался на привокзальной площади. Она была замощена камнями, в центре была сделана альпийская горка с яркими цветами. В сочетании с волжским воздухом и прекрасной погодой первое впечатление от Благоярска было весьма хорошим. Я нанял приличного извозчика, назвал ему адрес гостиницы «Европа», рекомендованной мне господином Рубинком, и расплатившись с носильщиком, сел в удобную повозку. Мягко качнув меня на рессорах повозка тронулась и неторопливо повезла меня по центральной улице.

Гостиница «Европа» оказалась весьма достойной, я попросил сдать мне возможно более тихий номер, и гостиничный слуга проводил меня в чистые двухкомнатные апартаменты, расположенные в мансардном этаже. Рядом действительно было очень тихо и я остался доволен свои размещением.

Спустившись на первый этаж, я пообедал в гостиничном ресторане и вооружившись своей тростью решил пройтись до дома господина Рубинка, благо он оказался совсем недалеко. Город и улицы, несмотря на некоторую провинциальность, показались мне уютными и красивыми. Особенно радовало глаз обилие зелени от уже взрослых деревьев.

Я остановился у парадного входа в красивый дом с четырьмя белыми колоннами, крашенный в малахитовый цвет. Не успел я позвонить в дверной колокольчик, как дверь отворилась, и мне навстречу вопреки ожиданиям выбежал не дворецкий или швейцар, а сам глава дома, улыбаясь широко и гостеприимно. За его спиной на крутой лестнице показались улыбающиеся домочадцы. Определенно, эта семья производила очень приятное впечатление искренними улыбками на открытых лицах.

- Рады приветствовать вас Николай Андреевич в нашем доме, проходите скорее и не откажитесь пообедать с нами по семейному. - сказал хозяин. Затем, несмотря на мои возражения, что я только пообедал, меня представили супруге хозяина, и его домочадцам. Затем я был препровожден в обеденный зал и усажен на самое удобное и почетное место за столом. Обед был выше всяких похвал, а гостеприимство моих новых знакомых было безупречным. После обеда Сергей Петрович пригласил меня в кабинет.

В кабинете, он сказал, что я прибыл как никогда во время: дело в том, что сегодня у его друга именины жены и будет все общество там же наверняка будут господа Розовские, так как отказать им никто не смеет по причине того, чтоэто они расценят как оскорбление и соответственно последует немедленный вызов. Поэтому С.П.Рубинок приведет меня на этот семейный праздник своего друга, представив там как своего хорошего давнего знакомого, проездом оказавшего в Благояске. Там-то и будет возможность взглянуть на господ Розовских во всей их красе. Я спросил о времени к которому мне следуетбыть готовым и услышав ответ сказал, что буду у С.П.Рубинка за четверть часа до этого времени, а сейчас мне нужно вернуться в гостиницу и подготовиться. На этом мы попрощались до вечера.

Явление бретераМы с Сергеем Петровичем Рубинком прибыли к дому его друга, Михаила Алексеевича Полунского, ровно к 19 часам. Нас встретил хозяин дома, которому я и был представлен. Мы пожали друг другу руки, а старые приятели посмоторелидруг на друга с надеждой во взгляде. Далее мы проследовали к зал, где меня представили имениннице — Наталье Васильевне Полунской. Она оказалась приветливой и гостеприимной хозяйкой. Хотя на ее лице читалась озабоченность судьбой сегодняшнего вечера, который мог окончиться совершенно непредсказуемо.

Гости постепенно прибывали и я с бокалом красного сухого вина в руке стоял у высокого окна и внимательно наблюдал за прибывающими. Почти каждому прибывшему имеющиеся гости радовались шумными приветствиями, на которые новые гости отвечали всяк по своему, но непременно прилично. Среди них были люди различных возрастов, одетые преимущественно в штатские наряды.Хорошее вино добавляло веселья, раздавались поздравления имениннице, в целом же вечер обещал быть добрым.

Через некоторое время поток гостей ослабел и практически прекратился, но представителей семейства Розовских как-будто не появилось. Я украдкой спросил об этом у С.П.Рубинка.

- Может быть сегодня не приедут - сказал он, и с надеждой во взгляде добавил:

- Так иногда случается.Тогда вечер был бы прекрасен для хозяев дома и их гостей, но мне и вам к сожалению пришлось бы искать иное место и время для знакомства с этими людьми.

Я лишь немного расстроился, так как уже имел определенный настрой и был готов действовать, но подумал, что с другой стороны семейный вечер в кругу достойных и интересных людей был бы для меня совершенно не лишним. А негодяев можно поискать и в другое время в другом месте.

Тем временем хозяева пригласили своих гостей за праздничный стол, полный обилием аппетитных блюд, напитков и свежих цветов, которые, как оказалось, так любит виновница сегодняшнего торжества.

После большого количества поздравлений имениннице, сделанных ее гостями, каждый раз сопровождаемых звоном бокалов, разговоры гостей, соседствующих за столом оживились. Над обильным столом стоял тот негромкий, но ровный гул хорошего дружеского застолья, который делает такие вечера незабываемыми для их участников. Шутки, забавные истории лились рекой и лица гостей отражали полное удовлетворение вечером.

В разгар веселья внезапно двери в обеденный зал с грохотом и треском распахнулись и в обеденный зал громко охнув, очевидно от полученного удара, вкатился со стоном дворецкий дома Полунских. Дворецкий упал и застонал.Все гости ошеломленно обернулись на дверь. В дверном проеме показалась худощавая фигура в хорошем костюме. Лицо нового гостя, сочетая правильные тонкие черты с очевидными последствиями неумеренного образа жизни, в целом производило неприятное впечатление. Новый гость был бледен и очевидно прилично пьян — ровно втой степени, когда человек еще способен относительно четко передвигаться и участвовать в беседе, но выпитое уже подняло в его душе худшие черты, до этого сокрытые слоем воспитания,заставляя его скандалить, буянить и драться.

-А-а! Привет все честной компании - Шутовским манером поклонился гость. - Наталья Васильевна поздравляю вас с днем ангела!

-Это и есть Жорж Розовский, будь он не ладен, - шепотом сказал мне Рубинок. - Сегодня он что-то один, но думаю все равно - сейчас начнется.

Розовский тем временем обошел праздничный стол и поцеловал руку имениннице, что как было видно всем присутствующим совсем не доставило ей удовольствия. Жорж Розовский очевидно наслаждался этим.

- Что это у вас вдруг так скучно стало? - капризно осведомился гость и как бы невзначай обнял за плечи дочь хозяина дома, Анну Полунскую милую девицу 17-ти лет,и поцеловал ее в губы. Все только ахнули.

- Хороша, все равно моя будешь! -без стеснения добавил он и расхохотался. - Видали как с ними надо?

Бедная девушка остолбенела, а пьяный молодчик пальцами стал играть ее волосами.

- Вы сударь обалдели что ли? - воскликнул брат бедной девушки, молодой человек лет 20-ти, и оттолкнул негодяя.

- Алексей, нет! - Хором запоздало крикнули его родители.

- Что-о-о?! - загремел Жорж, - оскорбление делом, так ждите сегодня же секундантов молодой человек! Я не потерплю с свой адрес подобных оскорблений!

Повернувшись к побледневшей хозяйке он язвительно заметил:

- Своих детей, матушка, следует обучать манерам. Ежели вы не удосужились, так уж я свои манером обучу.

Он медленно оглянул тяжелым и как будто усталым взглядом присутствующих и добавил как бы про себя:

- Я вас предупреждал господа, что с семейством Розовских следует считаться!

Затем он вынул и бросил на пол свежайшую бутоньерку из своей петлицы, развернулся на не вполне послушных ему ногах и, громко расхохотавшись, двинулся в повисшей тягостной тишине к выходу из обеденного зала, а оттуда уже вышел вон из дома с выражением полнейшего презрения на лице. На улице его подобрала крытая черная повозка с кучером, которому в пору было выступать борцом в цирке или на ярмарке, до того он был велик и толст телом, а также страшен лицом, заросшим густой бородой чуть ли не до самых черных глаз, поблескивавших из под черной густой кавказской папахи.

Вот и началось, благоволите! - тихо услышал я у своего уха, голос С.П. Рубинка. - Что же делать?

Пожалуй ситуация непростая, - ответил я, задумавшись. - Вероятно секунданты Розовского предложат принести извинения (и с учетом того, что вы говорили об этих людях, возможно даже намекнут на стоимость такого исхода дела. Это конечно же дело невиданное). Но мне очевидно, что Алексей Полунский благородный молодой человек и не станет приносить извинения и отказываться от дуэли, а с учетом того, что вы говорили про то, как Розовские владеют оружием, делает этот разыгранный перед нами спектакль практически трагедией, в результате которой Розовские не получат ничего кроме пожалуй подтверждения своей однозначно недоброй славы.

- Да и после такого никтоне станет ухаживать и делать предложения Анне Полунской, на которую Розовский положил свой взгляд.

- Так Жорж Розовский вроде бы женат, как вы говорили? - удивленно спросил я.

- Так и есть, - ответил С.П. Рубинок. - Да он видите ли не стесняясь волочится за другими женщинами, у которых к тому же не бедные родители и есть значительное приданное. По слухам жена его совершенно этому не противится, так как считает себя главнее прочих его сиюминутных увлечений.. Слышал я от людей, которым можно смело доверять, что в купленном Розовскими поместье есть целый флигель, в котором одни только молодые девушки и женщины с малыми детьми. Дамы же эти из нескольких обеспеченных семейств города. Вход в этот флигель, как впрочем и въезд в поместье, охраняют весьма тщательно и попасть туда человеку не приглашенному практически невозможно. Для содержания этих девушек Розовские требуют от их родителей немалых денег — шантажируют жизнью и честью пленниц и их детей. Какой-же родитель устоит…

- Да, уж семейка негодяи отменные!- Сказал я. - Но что же, попробуем очистить ваш город от этой опухоли!

Явление секундантовЧерез час в двери дома Полунских постучали двое господ, они поздоровались и сообщили, что у них конфиденциальное дело к Алексею Полунскому. Их провели в кабинет Полунского-старшего, где присутствовали Алексей Полунский, его отец, а также я с С.П. Рубинком. После закрытия массивных дверей кабинета вновь прибывшие господа сообщили, что Георгий Михайлович Розовский был оскорблен поведением Алексея Полунского и желая получить удовлетворение сообразно дворянскому происхождению попросил своих друзей Лодина и Карлина (тут они слегка поклонились) быть его секундантами. Получив их согласие он послал их к своему обидчику, чтобы узнать кто будут секундантами с его стороны, чтобы обсудить условия поединка и затем сообразно его подготовить.

Секундантом со своей стороны я прошу быть господина Всеволожского, - Ответил Алексей Полунский. - Уж не откажите Николай Андреевич.

Я посмотрел ему в погрустневшие глаза и кивнул. Повернувшись к секундантам Розовского я спросил:

- Господа, предлагаю не терять времени и прямо здесь согласовать условия дуэли. Те в ответ согласно кивнули.

- Какое оружие предпочитает оскорбленная сторона? - Спросил я.

- Дуэльные пистолеты! - Практически хором ответили секунданты Розовского.

- Алексей Михайлович, умеете ли вы стрелять? - спросил я.

- Практически нет, как-то не думал, что это могло бы мне пригодится, - печально ответил Алексей. - Но это уже не важно, я не стану приносить свои извинения господину Розовскому ни при каких условиях.

- Господа, - продолжил я, - как секундант Алексея Михайлович Полунского, я прошу дать отсрочку в одну неделю, чтобы он мог бы приличным образом привести свои дела в порядок,как подобает всякому порядочному человеку.

-Жорж, предвидел возможность подобной просьбы и согласен предоставить отсрочку, - осклабился Лодин, -но пожалуй это вряд ли поможет оскорбителю, даже если он вдруг решит тренироваться в стрельбе непрерывно в течение всего этого срока. Но принимая ваши условия мы принимаем на себя обязанность выбора места и времени дуэли. Эти условия будут сообщены вам за один день до нее. Согласны ли вы с этим?

Я посмотрел на Алексея, он кивнул мне и я ответил: - Да, нас устраивают ваши условия.

На этом Лодин и Карлин сказали, что обсуждать им уже нечего и попросили меня как секунданта проводить их. Все поклонились друг другу, а я пошел проводить их.

На выходе их дверей дома Карлин сказал мне:

- Николай Андреевич, я бы посоветовал вам уговорить А.М. Полунского принести свои извинения Жоржу пока есть время. Он готов принять их, но с условием, что ему будет предоставлена моральная компенсация.

- Что вы имеете в виду? - Спросил я, не подавая виду, что внутри меня все кипит от такой подлости.

Скверно улыбаясь Карлин ответил: - Анна Михайловна должна прибыть в Жоржу в имение и попросить прощения за несдержанность своего брата, а так же Полунские должны переписать на Жоржа свое загородное поместье. Этого будет достаточно для удовлетворения оскорбленного достоинства Жоржа, а кроме того так все останутся живы и здоровы. Только и всего.

Мы обсудим ваше предложение с Алексеем Полунскими и его отцом, - внешне вежливо ответил я, еле удерживая себя от непреодолимого желания схватить обоих «секундантов» за грязноватые воротники и хорошенько встряхнуть.

- Только учтите, что времени у Алексея Николаевича есть только до конца озвученной недели — ехидно пояснил Карлин.

Я молча кивнул им и на этом мы расстались.

Что же делать?Я вернулся в кабинет и встретив вопросительные взгляды Алексея Полунского и его отца рассказал о озвученном негласном предложении.

Отец и сын Полунские мгновенно переменились в лице и естественно с негодованием отозвались о Розовских:

- Вот ведь негодяи, прямо пауки какие-то! Что вы нам посоветуете?- Сказал старший Полунский и вопросительно посмотрел на меня.

- Господа, - начал я, - нужно воспользоваться имеющимся временем. А для этого предлагаю поступить таким образом, первое: все ваше семейство должно немедленное уехать в ваше загородное имение. Второе: Алексей должен немедленно приступить к тренировкам по стрельбе, чтобы в случае, если мы не найдем иного способа решить проблему, он мог бы оказать достойный отпор Жоржу Розовскому. И третье: я перед выездом в Благоярск собрал некие сведения о Розовских и мне нужно время, чтобы оценить — можно ли получить некую пользу для нас из имеющихся сведений, чтобы попытаться избежать возможности сценария, который нам так уверено пытаются навязать господа Розовские.

Полунские выразили свое согласие с моим предложением и немедленно отдали необходимые приказания свои слугам, что бы те приступили к сборам.

Я же решил пройтись до гостиницы, чтобы привести мысли в порядок и понять, как же мне следует поступать.

Сведения о семействе Розовских, которые мне удалось добыть перед выездом были скудны и сами по себе как-будто не могли помочь решить наше дело.

Спастись от рокового поединка с профессиональным бретером можно было только, если вы стреляете лучше и быстрее его или если ранее его уличили в бесчестном участии в дуэли и из-за которого он например навсегда терял бы право вызова и следовательно не мог вызывать никого на дуэль. Оба варианта в данном конкретном случае выглядели не очень надежными — во-первых Алексей Полунский неумелый стрелок и несколько дней тренировок ничего тут не изменят, а во вторых как я уже сказал сведения о Розовских были весьма скудны и формально обвинить их в бесчестии было сложно.

Подходя к гостинице и глядя на красавицу-Волгу мне пришел в голову еще один вариант, правда весьма опасный непосредственно для исполнителя: а что если устроить ссору с Розовским (или его близким родственником) и под угрозой устроить поединок с ним раньше чем должен был бы состояться поединок Жоржа Розовского и заставить его отозвать свой вызов. Чтобы Розовский под угрозой отозвал свой вызов Алексея Полунского, человек с которым будет подстроенный поединок должен произвести внушительное, а лучше устрашающее впечатление. Пожалуй над этим вариантом стоило подумать подробнее — он мог помочь обойтись без крови, а соответственно без судебных последствий, а также возможно помог бы привести в чувства скандалиста, который мешает жить целому городу.

Трактир «Золотая тарань»Желая навести сведения о Розовских я пообщался с гостиничной прислугой. Не бесплатно конечно, я узнал, что Жорж и Иван Розовские очень любят кулачные бои, которые проводятся в полубандитском притоне - трактире «Золотая тарань», который располагался практически на грузовой пристани Благоярска, местная полиция туда не захаживала. В этом притоне собираются любители боев, чтобы поиграть на ставках, а особенно бесшабашные могут поучаствовать непосредственно в боях, чтобы разогнать застоявшуюся кровь или попытаться заработать быстрых денег (куш за участие бойцам полагался немалый — скидывались все гости) — способ мягко говоря сомнительный во всех смыслах. Кроме того, я узнал, что Иван, младший брат Жоржа Розовского часто участвует в этих развлечениях и непременно выходит из них победителем.

Я решил сходить посмотреть на это зрелище.Это была удачная мысль — разгоряченные мужчины легко могут пойти на ссору, которая и была мне нужна. Жизнь научила меня, что в подобных ситуациях главное начать, а дальше будем разбираться по обстоятельствам — всех неожиданностей ведь все равно не учтешь!

Сегодня был как раз тот день, когда в «Золотой тарани» проводилась подобная встреча. Я прибыл за час до начала — к 12 часам вечера. Расторопный половой тут же остановился передо мной готовый принять заказ. Чтобы не привлекать внимания я спросил себе рюмку коньяку и чаю. Заказ тут же был исполнен, коньяк оказался сносным и я закурив сигару и прихлебывая свежий чай стал наблюдать за происходящим. Я бывал в подобных местах пока путешествовал в первой половине своей жизни. Место было замечательное во многих отношениях — шумно, пьяно, не очень чисто. Только шустрая прислуга с полотенцами на сгибе руки пробегают между столами неся заказы или убирая грязную посуду и провожая своих разномастных посетителей.

Чуть позже, в полночь, трактир официально закрывается, о чем старший прислужник Ефим, пройдоха с зализанными волосами, негромко и уважительно извещал посетителей каждого стола. Для тех же, кто желает остаться на ночное обслуживание, то есть поучаствовать в боях своими ставками или кулаками или же просто поглядеть, предлагалось уплатить сумму, которая для каждого посетителя определяется опытным глазом самого Ефима.

Я положил на стол пять рублей и рубль для самого Ефима. Он незаметно забрал деньги и сменив мне скатерть спросил - не желаю ли я еще чего-нибудь?

Я спросил себе бокал английского портера похолодней и получив заказ снова закурил.

Публика осталась весьма интересная — в основном, как было видно по костюмам, это были люди не бедные хотя и очевидно разных сословий. Были же и те, кто вероятно собирался непосредственно драться, многие из них были пьяноваты, но отдельные были явно сосредоточены на предстоящих им поединках.

Кроме того, в трактире остались и дамы, одетые более броско чем это принято в приличных кругах и потому не оставляющие никаких сомнений в роде своей деятельности - это были профессиональные куртизанки.

В центре трактирного зала убрали мебель, столы положили на бок и расположили кругом, так, чтобы столешницы огородили быместо для поединков. Прислуга принесла побольше ламп, чтобы было виднее и насыпала на пол слой соломы — очевидно, чтобы по завершению было бы легче убирать следы крови.

В центр круга вышли лощенные молодые люди, одетые с претензией на благородное происхождение, но манерами и повадкой по виду напоминающие разбитных приказчиков в портовых магазинах. Тот, кто был по всей видимости среди них главным сказал:

- Господа, приветствую вас на нашем соревновании. Пожелаем удачи сегодняшним участникам. Желающие сделать ставки или сами поучаствовать с боях могут обратиться ко мне или к моим помощниками непосредственно перед боем, которых сегодня будет три. Первый бой пройдет между господами Корзиным — лучшим грузчиком артели рыбных промыслов «Астрахань» и Веригиным — представителем мануфактуры купцов Гардеевых. Делайте ваши ставки господа.

Второй бой пройдет между благородными господами — адвокатом Колиным и отставным поручиком Братениным. Этим господам, известным в нашем городе кулачным бойцам, не первый раз встречаться в рукопашном поединке, но таково их пожелание и отказать им мы несомненно не можем и не желаем.

Третий же бой пройдет между желающими из зала, если таковые найдутся.

Поединки будут проходить до того момента, пока один из участвующих не сдастся или не потеряет сознание. Никаких правил «до первой крови» мы не признаем. Судить поединки буду я, Иван Розовский и мои друзья, известные вам как люди чести! - он изящно поклонился с ехидной ухмылкой.

- Итак господа! - Приосанившись и придав лицу возможно устрашающий вид он четко произнес. - Объявляю первый бой, до начала которого осталось ровно пять минут минут, пока участники выходят в наш круг. Поэтому, вы еще можете сделать свой ставки! Делайте ставки господа, чего же вы ждете!

Он поклонился, и дал сигнал одним своим помощникам быть готовыми собирать ставки, а другим выводить участников первого боя.

Зал, притихший было во время его вступительной речи взорвался шумными криками - многие выкрикивали суммы ставок и имя того бойца на которого ставят. Я был удивлен - игрались явно нешуточные деньги. По всей вероятности в провинциальном Благоярске водились состоятельные люди, да еще в немалом количестве.

Тем временем двое первых бойцов вышли в круг, они были раздеты до пояса, оба были крупны. Иван Розовский махнул своим помощникам, давая знак о том, что можно начинать поединок.

Зал стих. Оба соперника не спешили напасть, они лишь стоя на присогнутых ногах медленно пошли навстречу друг другу. Один из них вероятно собирался выиграть бой с помощью огромных кулаков, второй же был по всей видимости сторонником борцовской науки. В один миг именно он резко шагнул вперед и, увернувшись от двух огромных кулаков, поочередно влетевших в то место, где еще мгновение назад должна была быть его голова, обхватил своего соперника обеими руками поперек пояса, напрягся всем кряжистым корпусом, поднял, перевернул в воздухе и бросил его на пол вниз головой. Его соперник еще ничего не успел понять, как ударившись об пол лишился чувств. Бой был выигран в одну минуту. В зале бушевала буря эмоций — выигравшие сторонники одного бойца кричали с восторгом, проигравшие предались отчаянию. Шум в трактире стоял грандиозный. Помощник Ивана Розовского, ведший поединок объявил победителя и вручил ему причитающийся куш. Поверженного соперника быстро унесли из круга, а место где он лежал без чувств заново присыпали чистой соломой.

Шустрая прислуга бегом приняла заказы, среди которых первенство имели горячительные напитки и тут же принесла их, чтобы чуть отвлечь гостей от споров, так как разгоряченные, они в пылу обсуждения боя чего доброго стали бы уже драться друг с другом сами.

Через несколько минут был объявлен второй бой, который оказался противоположностью первому. Бойцы хоть и были худощавы и обменивались ударами с завидной частотой, все же не имели явного преимущества друг перед другом. Было видно, что они знакомы давно и драка имеет для них большее значение чем просто соревнование — вероятно они имели друг к другу претензии, которые желали выяснить таким варварским способом. Бой длился уже минут пять, и глаз одного бойца уже стал наливаться синевой, а из носа второго капала кровь, когда первый выйдя из себя в противоречии с исповедуемой им до этого момента ударной техникой схватил второго за шею и стал душить. Его визави сохранивший самообладание воспользовался этим и ударил одной рукой в область солнечного сплетения, а когда ошеломленный противник ослабил хватку, он резко развернулся и нанес сокрушительный удар обратной стороной кулака в подбородок. Эффект был велик - второй боец получив такой удар мотнул головой, отлетая навзничь, рухнул в лежавшую на полу солому да там и остался. Так был окончен второй бой к видимому удовольствию присутствующих господ, которых такое зрелище только раззадорило.

После третьего боя в круг вышел Иван Розовский и сказал:

- Господа, в третьем бою я хочу участвовать сам. Куш победителя, составленных из заплаченных вами денег 100 рублей. Кто из присутствующих хочет попробовать схватиться со мной? - он вопросительно окинул стихших гостей насмешливым взглядом. - Если желающих не найдется, я получу призовой выигрыш целиком без боя.

Я часто думаю, что не стоит влезать в такие приключения, и даже своим знакомым всегда советую обходить подобные ситуации стороной, но в этот раз я оказался не в силах сдержать себя:

- Я попробую пожалуй! - негромко сказал я.

- Что-что? - Усмехнулся Иван Розовский. - Представьтесь, и повторите свое решение, чтобы все слышали ваши слова и нас не смогли бы обвинить в том, что вы участвуете в соревновании по принуждению.

- Меня зовут Николаем Андреевичем Всеволожским, и я буду добровольно участвовать в этой схватке, - спокойно ответил я.

- Что же, милости просим, проходите к нам в ринг! - Мрачновато ответил Иван Розовский и добавил обращаясь к своим помощникам. - А вы что замерли? Займитесь ставками!

Я подошел к краю ринга и сняв с себя лишнюю одежду, которая могла бы стеснять движения, остался в брюках, рубашке и ботинках.

К этому моменту я заметил, что из отдельной кабинки, которую нельзя было видеть с того места, где я сидел, за рингом с интересом наблюдает Жорж Розовский с какими-то дамами. Он был уже пьян, но происходящее щекотало его нервы и он не терял интереса к предстоящему зрелищу.

Но вот мы с Иваном Розовским встали в ринге и после минутной тишины, судья, роль которого исполнял один из приятелей моего оппонента, дал команду начинать бой.

Розовский-младший очевидно был в прекрасной физической форме и хотел эффектным приемом победить человека, который был очевидно старше и слабее его. Он решил резко атаковать и нанес несколько довольно ловких быстрых ударов, но ни один из них не достиг своей цели. Я оказался быстрее делая шаги в стороны и уклоняясь корпусом.

Отсутствие результата расстроило его и он снова ринулся в наступление ведь на кону были не только деньги, но его престиж среди друзей, а что еще важнее на кону было мнение о нем его старшего брата - Жоржа. Град ударов от которого мне снова удалось уклониться опять не принес желаемого им результата. Слегка выдохнувшись он отпрыгнул назад и крикнул: - Если вышли в ринг, так деритесь, нечего тут балетом заниматься!

- Извольте, вести себя как воспитанный человек - спокойно ответил я.

Он с искаженным лицом как разъяренный бык бросился на меня нанося широкие удары обеими руками, которые уже не имели достаточной скорости. Мне оставалось только сделать один шаг вбок, пригнувшись под его левой рукой, затем сделать шаг вперед одновременно нанося удар своей левой рукой ему в открытый подбородок. Иван Розовский рухнул как подкошенный, словно его сбил паровоз идущий на полных парах.

Зал ахнул. Поверженный Розовский-младший лежал и мог только прерывисто дышать. Но обошлось и через несколько мгновений он пришел в себя благодаря помощникам, которые прыскали ему в лицо холодную воду. По нему было видно, что в ближайшее время ему уже не до схватки.

Судья, холодно поздравил меня с победой и вручил сумму выигрыша за участие в схватке, а также сумму, которую я выиграл по ставке — она оказалась очень велика, так как никто не рассчитывал, что человек вдвое старше Ивана Розовского, известного всей округе кулачного бойца, сможет его победить, да еще и так быстро. Из темной кабинки за мной пристально следили глаза Жоржа Розовского.

Нападение на набережнойЯ взял надел снятую одежду, взял в руки свою трость и неторопливо двинулся к выходу, аккуратно следя по сторонам за происходящим. Кто-то из присутствующих пытался пожать мне руку, кто-то сторонился - равнодушных как мне показалось не осталось. В итоге мне удалось добраться до выхода и я пошел по направлению к своей гостинице. Путь мой пролегал по набережной, которая в этот час была тиха и пустынна, фонарей было немного и только свет луны, пробиваясь сквозь высокие липы, указывал мне путь. Несколько раз я оглядывался, но ничего неожиданного как будто не заметил.

Наконец, мне пришлось свернуть с набережной и пройти остаток пути до входа в гостиницу по переулку, который был слабо освящен единственным газовым фонарем.

Внезапно из темноты вышли несколько темных фигур, в которых я узнал друзей Ивана Розовского и его старшего брата. Они стояли и враждебно рассматривали меня. Из темноты вышел Жорж Розовский и не здороваясь тихо начал:

- Я недавно приехал в этот город. Мне он пришелся по нраву и поэтому я захотел, чтобы он стал моим. Собственным риском я добился в нем положения, при котором со мной считаются, более того меня боятся и потому уважают. В обозримом будущем этот город станет моим. Я так или иначе добьюсь этого. Любой, кто посмеет оскорбить или попытается унизить меня или, что равноценно, моего близкого человека — оскорбит или унизит меня. Имея перед собой озвученную цель оставить унижение без ответа я не в праве. Один такой прецедент и я позволю закрасться в чужие головы мыслям о том, что мои слова весят мало, а приказы мои необязательны для исполнения. В итоге я потеряю власть и, что не менее важно, деньги. Это никуда не годится! Вы понимаете о чем я?

- Чего же вы от меня хотите? - Спросил я.

- Все видели как вы унизили моего брата, вас запомнили, некоторые даже были обрадованы произошедшему. - Сказал Жорж. - Этим поступком вы бросили мне вызов, который я не оставлю без ответа. Поэтому прямо сейчас я вас убью, только и всего. Все будут знать, что я не ничего не забываю, что расплата за неуважение ко мне и моим близким быстра и жестока. - Он вынул руку из-за спины. В руке блеснул пистолет.

- Как-то не благородно то, что вы хотите сделать, не находите? - Поинтересовался я.

- А мне последнее время становиться все более и более ясно, что игра в благородство и чистоплюйство приносит мало, и вообще не имеет перспектив. Значительно выгоднее, когда тебя просто боятся.

- А вы не боитесь, что вас арестуют и посадят в тюрьму за убийство?

- Не боюсь, тем более, что все будет выглядеть как ограбление. Ну пошел кто-то за подвыпившим господином, который только что выиграл большую сумму, да и не удержался от соблазна — ударил его по голове, чтобы деньги забрать, да не угадал — сильно стукнул, перестарался. Только и всего. Никто искать не станет, не беспокойтесь. Деваться вам отсюда некуда, - он выразительно кивнул на свой пистолет и обращаясь к помощникам скомандовал:

- Взять его!

Пятеро крепких мужчин двинулись в мою сторону. В их руках были палки или трости - в темноте было не разобрать. Я понял, что дело очень серьезно и поэтому я сделал шаг назад и прикрываясь наступающими от пистолета Розовского, выхватил два своих кольта.

Я хорошо стреляю и не захотел убивать, тем более, что за убийство пришлось бы объясняться с судейскими. Пара выстрелов по ногам наступающих и двое из них уже корчились на земле с криками. Третий растерялся и я приставив дымящийся ствол к его крупному подбородку, развернул его и прикрываясь им как щитом крикнул:

- Что-то пошло не так, господин бретер?

Розовский, только грязно выругался и дважды выстрелил в мою сторону ранив своего помощника, которым я прикрывался. Этому «джентльмену» терять было явно нечего. Я отпустил раненого, который осел на тротуар, и направил оба ствола на Розовского. Он бросился за угол, и я ударив рукоятками пистолетов по головам двух его окаменевших прихвостней, кинулся за Жоржем.

- Мы не договорили! - В след ему крикнул я. - Куда же вы?!

В ответ из темноты раздались выстрелы и мою щеку оцарапало осколками кирпича — пуля Жоржа Розовского попала в стену совсем рядом с моей головой. Пока я на секунду непроизвольно прикрыл глаза, Розовский прыгнул в стоящую повозку и крикнул возничему: - Гони!

Черная повозка рванула с места рысью и мне ничего не оставалось как только опустить свое оружие - я не стал стрелять ему в спину. Я был очень рассержен на себя, за то что не застрелил этого негодяя сразу.

-Что же, - подумал я, - бежать ему некуда, кроме как в свое имение. Пожалуй стоит не терять инициативы и навестить Жоржа Розовского, с тем, чтобы довести наше дело до конца.

Визит в имение РозовскихЧтобы не терять времени я добежал до гостиницы, нанял извозчика и помчался в поместье Полунских. Прибыв туда через пару часов я, несмотря на глубокую ночи, нашел все семейство и гостившего у них С.П. Рубинка бодрствующими — очевидно, что переживания по поводу вызова, ранее полученного Алексеем Полунским от Жоржа Розовского, держали их в многочасовом нервном напряжении и не давали им возможности заснуть.

Я поздоровался и сообщил, что мне необходимо переговорить с мужской половиной присутствующих. Мы немедля уединились в кабинете Полунского-старшего. Я рассказал о произошедшем ночью и сказал, что Жорж Розовский пытался меня убить и потому я прощу сопровождать меня к нему в усадьбу, чтобы вызвать его на дуэль при свидетелях и решить все имеющиеся проблемы поединком. Меня устроило бы и ранение и смерть Розовского. Можно было бы предложить ему решить вопрос миром — но только если он отзовет свой вызов Алексей Полунского и навсегда исчезнет из Благоярска вместе со своим семейством и прихвостнями, но этот вариант показался мне ненадежным.

Мы (Полунские старший и младший, С.П. Рубинок), вооружились пистолетами и выдвинулись в поместье Розовских, которое находилось неподалеку.

Через час мы въехали в липовую аллею, по которой добрались до барского дома, вид которого наводил на размышления о необходимости немедленного ремонта. Двери распахнулись и на широкое крыльцо вывалилась ватага разномастной публики, в основном молодых и крепких. Очевидно это были друзья Розовских с прислугой. Из-за спин появились Жорж и Иван Розовские. За ними стоял очевидно их отец, человек лет шестидесяти и откровенно разбойничьей внешности. В руках у всех них были охотничьи ружья.

- Что вам угодно господа? - Высокомерно спросил Жорж. - Я не ждал гостей!

- Вы, Георгий Михайлович сегодня попытались ограбить и убить меня, сказал я. - За подобные поступки принято требовать ответа. Я с этими господами прибыл получить с вас долг чести.

- Я Жорж Розовский, потомственный дворянин и никогда не занимался подобным! - Воскликнул он театрально изображая возмущение. Затем окинул взглядом своих товарищей, подмигнул им и расхохотался. - Но слыша такое обвинение, я сам оскорблен и сам настаиваю на поединке. На правах оскорбленного, я выбираю оружие, согласны? - На нас наставили несколько охотничьих ружей.

- Мне нет дела до вашего выбора, я согласен! - ответил я. Мне было уже все равно, я был готов драться любым оружием.

- Что же, говоря без шуток, я уже имею представление о том как вы стреляете (хотя повторю — вы меня с кем-то перепутали), - он иронически улыбнулся. - Поэтому мы будем драться не на пистолетах, а на шпагах, прямо сейчас, чтобы никто не смог вмешаться. А заодно, чтобы господа Полунские, получившие от меня отсрочку и некое выгодное предложение относительно нашего спора, быстрее приняли бы мое предложение к нашей общей радости и удовлетворенности. Следуйте за мной.

Под наведенными стволами мы проследовали по грунтовой дорожке, которая вела от барского дома к небольшое роще. Розовские послали в дом за шпагами и следовали за нами. Мы остановились на раздольной лужайке, покрытой некошенной сочной травой. Солнце слабо пробивалось через густую листву, но так было пожалуй даже лучше — оно не будет мне мешать.

- Он мастер фехтования, нельзя было соглашаться на этот поединок, - шепнул мне на ухо С.П. Рубенок. - это же самоубийство!

- Я тоже кое-что умею, - тихо ответил ему я, стараясь говорить как можно увереннее, хотя владение шпагой было не самым сильным моим коньком.

Мы с Жоржем Розовским разделись до пояса и я увидел атлета, на теле которого было как минимум три шрама от шпаги или сабли, а также пара шрамов от пулевых ран, как мне показалось. Да противник был серьезный, несмотря на его бегство сегодняшней ночью.

Нам показали шпаги. Первым выбрал шпагу Жорж, я взял себе оставшуюся. Они были как будто бы одинаковы и тут как мне показалось можно было не ждать подвоха.

- Начинайте! - Крикнули нам помощники Розовского взявшие на себя роль его секундантов.

Мы скрестили шпаги. Розовский медленно провел лезвием своей шпаги по лезвию моей и внезапно сделал неожиданный финт за которым последовал выпад и укол. Меня спасло чудо — я давно не упражнялся и по роду своей деятельности к фехтованию относился несколько скептически. Чаще приходилось орудовать тростью. Но навык, полученный во время службы в армии давал себя знать и рука сама отражала удары сыплющиеся градом.

- Страшно? - С угрозой прорычал Жорж. Отдышавшись он вновь ринулся на меня нанося удар, которым видимо хотел решить дело. Я выставил свою шпагу, чтобы отбить его удар и в этот момент моя шпага со звоном обломилась у гарды — видимо все-таки моя шпага была с секретом!

Розовские и их помощники залились радостным ревом: - Жорж, кончай его!

- Господа, дайте сменную шпагу! - Крикнул я. - Так требуют правила дуэли!

- Обойдетесь, - ответил Жорж Розовский. - Я вас и так нашинкую как колбасу!

-Трость! - Крикнул я своим сторонникам.

- Ловите! - Крикнул Полунский старший, бросая мне мою трость. Увернувшись от шпаги Розовского я успел схватить свою трость, которая неоднократно спасала мою жизнь.

Розовский не подозревал, с какой опасностью он имеет дело и потому поспешил набросится на меня с удвоенной силой. Трость моя, сделанная из черного африканского дерева, была тверда как металл, а вес ее был больше чем вес шпаги. Отбив несколько ударов Розовского, я улучил момент и когда он готовился к следующему броску атаковал его сам. Это была серия молниеносных ударов, которым меня обучил один англичанин - большой знаток науки фехтования на тростях, без которой в Лондоне с его уровнем преступности лучше не выходить из дома после захода солнца. Ловкий широкий взмах моей трости и Розовский отшатнулся назад, откинув голову. Тут же в открывшийся подбородок угодил бронзовый набалдашник моей трости. Голова Жоржа резко мотнулась в сторону и он стал падать на землю. Пока он падал моя трость совершила свистящий оборот и ударила его по правому запястью, которым он сжимал свою шпагу, а затем совершив полный оборот над моей головой трость сломала ему еще и левое плечо. Жорж Розовский упал, он был жив, но сил его хватало только на стон.

- Больше он не сможет так просто раздавать вызовы, нечем будет! - учащенно дыша, сказал я. Родственники Розовского стояли ошеломленные и как будто потерявшие былую решимость. Я подошел к ним, они даже не попытались сопротивляться или угрожать мне своими ружьями. Эффект был велик.

Я отошел к своим вещам и стал одеваться, незаметно я нащупал в своих внутренних карманах свои верные пистолеты.

- Пойдемте господа! - Обратился я к свои спутникам. - Нас уж заждались!

В этот момент отец Розовского опомнился и схватившись за ружье попытался направить его на меня: - Убью как пса!

Дело шло на мгновения. Я оказался быстрее и мои верные кольты, выстрелили почти одновременно одновременно. Я не стал его калечить - ружье в руках старика было выбито двумя моими пулями, обдав его щепкой от простреленной ружейной ложи. Такой меткостью эти господа похвастаться не могли.

Я подошел к Жоржу Розовскому и глядя ему прямо в глаза медленно произнес:

- Если еще когда -нибудь я узнаю о бесчинствах, творимых вами или вашими людьми в Блогоярске или еще где-либо, я найду вас и ничто уже не спасет вас. Убирайтесь из Благоярска, а лучше из России. Все ли вам понятно?

Жорж Розовский простонал: - Лучше убейте и уходите!

Что же он был подлецом, но точно не трусом. Я поднял пистолет и и направил его ему в лоб.

- Не стреляйте, мы уедем! - внезапно крикнул Розовский-отец. - Слово чести!

Я лишь кивнул в ответ. Верить таким господам конечно нельзя, но ведь и стрелять всюду тоже не дело. Мы с моими спутниками развернулись и пошли к своей повозке. Нам уже никто не смел мешать. Позже на принесли письмо в котором было сказано, что Жорж Розовский отзывает свой вызов. Семья Полунских была спасена, очередное дело было завершено.

P.S. Позже, когда я уже вернулся из Благоярска домой, мне принесли письмо от моих новых друзей — от семьи Полонских. Они еще раз сердечно благодарили меня за помощь, а кроме того писали, что Розовские после нашей последней встречи действительно выставили имение на продажу, а сами заблаговременно уехали и место пребывания их неизвестно...