S.T.A.L.K.E.R. Фантомный след

Глава 1

Зона. Простое слово, но для каждого в нём — свой смысл. Для одних это источник дохода, добываемого кровью: заказные убийства, грабёж, артефакты. Для других — убежище от закона, где они становятся бандитами и ренегатами. А есть те, кто пришёл сюда потому, что за периметром жизнь не сложилась. Я из таких. Меня зовут Игрок. Тот, кем я был снаружи, забыт и никому не нужен.

Целый год меня преследовали сны. Сначала смутные, потом всё чётче: руины, туман, дрожащий воздух. И всегда — слово «Чернобыль – 2». Сегодня я перерезал колючую проволоку и пополз вперёд, оставляя за спиной всё, что не смог исправить. Лучше уж здесь.

Не успел я проползти и десятка метров, как чей-то сдавленный голос остановил меня:

—Эй, мужик! Не суйся туда, нахрен!

Я поднял голову.На обочине, пригнувшись, стоял парень в потрёпанной кожаной куртке, с двустволкой в руках. В его голосе был не злой окрик, а настоящий испуг.

—Не лезь! Там минное поле. Пристрелят или на куски разорвёт.

Ползти дальше я не решился.Жизнь, может, и просрал, но сдохнуть в луже собственной крови желания не было.

—Долбанные гугл-карты… — пробормотал я. — Ты… сталкер?

—Да. А ты, видать, зелень свежая. Щас бы взорвался, вояки слетелись бы как вороны — и меня бы рядом прихлопнули. Ладно, стой. Поползём вместе, я обход знаю.

Мы поползли. Мой проводник, не отрывая взгляда от земли, расспрашивал: зачем полез, есть ли оружие, не служил ли. Оружия у меня был только пистолет Макарова. В армии не служил, стрелять не умел. Но хлюпиком меня не назвать — драться и ножи метать научился ещё в подворотнях.

—Долго ещё? — спросил я, стараясь звучать уверенно.

—Недалеко. Мины обошли. Осталось самое интересное.

—Что?

—Вон, видишь пролом в стене? — Он кивнул на бетонный монолит с чёрной дырой у основания. — Пройдёшь — и одной ногой уже в Зоне.

—А вторую куда? В зубы кому-нибудь?

—Кровосос отгрызёт. Сразу на выходе может быть патруль — МСОП или «Варта». Так что пукалку держи на готове. Видишь валун? Беги к нему. И не забудь болт кинуть.

—На кой ляд болт?

—Придурок, — он демонстративно швырнул ржавый болт в пустоту. Воздух вспыхнул снопом синих молний, затрещав, как высоковольтная линия. — Если вляпаешься в аномалию — узнаешь. Это «Электра». Распространённая херня.

—Но аномалии же только внутри периметра…

—Видать, недавний выброс был сильный. Зона расширилась. Хватит болтать, делай, что говорю.

Я взял у него болт, швырнул к валуну. Ничего. Вытащил ПМ и рванул к укрытию. Проводник ещё секунд десять всматривался в пролом, затем последовал за мной.

—Слушай, а тебя как звать? — спросил он, будто только сейчас сообразил.

—Миха.

—Забудь. Ты в Зону пришёл, не в метро. У каждого здесь кличка. Свою ещё получишь. Меня, кстати, Сапожник зовут. Ладно, дальше так: ты идёшь прямо, я обойду по старой тропе. Встретимся на точке.

—На кой хрен? Кинуть меня решил?

—Не кипятись. Так надёжнее. На, возьми мой ПДА. Все тропы там. Ориентируйся по карте — я проход под стеной давно нарисовал.

—Ладно. Теперь есть гарантия что не свалишь.

Сапожник лишь подмигнул и растворился в сумерках.А я, сверяясь с мерцающим экраном, побрёл к пролому.

Я надеялся на простую дыру в бетоне. Оказалось — целый лабиринт. Спустившись вниз, я наткнулся на скелет в военной форме. Кости были обглоданы, форма истлела. Рядом валялся АКС-74У. Я любил оружие, хоть и не служил. Проверил магазин — пусто. У «жмура» в подсумках — тоже.

Тут до меня дошло: если есть обглоданный труп, значит, есть и тот, кто его обглодал. Я пошёл дальше по тёмному коридору, нащупывая путь. Завернул за угол — никого. Видно, лежит тут давно. У железной лестницы, ведущей наверх, услышал отдалённый скулёж и приглушённую стрельбу снаружи.

—Твою мать…

Без Сапожника стало по-настоящему страшно.У него хотя бы ствол серьёзный. Стиснув зубы, я полез наверх, держа ПМ перед собой.

На поверхности меня встретил влажный, тяжёлый воздух ночной Зоны. Сапожник велел ждать. Я присел на пенёк. Воздух этот был странным… пахнущим озоном, сырой землёй и чем-то ещё, металлическим.

—Стоять! Дёрнешься — стреляю!

Мысли прервал тычок стволом в затылок.Похоже, приключение кончается, не успев начаться.

—Погоди, мужик, не надо! Деньги дам!

—Дача взятки члену МСОП при незаконном пересечении границы особо охраняемой зоны? — голос за спиной был спокоен и смертельно устал. — Статья на статье. Может, шлёпнуть тебя здесь, чтобы властям мороки не добавлять?

В этот момент грянул оглушительный выстрел. Что-то тёплое и липкое брызнуло мне на шею. Тело позади рухнуло.

—Вставай, сейчас набегут, — раздался голос Сапожника.

Я, не думая, бросил АКСУ в лужу и бросился бежать за проводником что есть сил. Сзади застрочили автоматы. Пуля со свистом сорвала ветку с дерева в сантиметре от моего лица. Я был в миллиметре от смерти.

Мы ворвались в первый попавшийся полуразрушенный дом на окраине деревушки. Я стоял, прислонившись к стене, и трясся.

—Ну как? Первый раз в Зону — и чуть маслину не словил, — попытался я пошутить, но голос дрожал.

—Тут ты ещё не раз её поймаешь. Если, конечно, на броник хороший заработаешь. Спи. Утром — в деревню новичков.

Уснул я только под утро, а через три часа Сапожник уже будил меня. Только сейчас я заметил, что во время побега он разжился калашом у того патрульного. Я же свой обрез в панике выронил в канаву. Остался только ПМ — и то хлеб.

—Долго идти?

—Далековато. Мы сейчас на Малой Зоне, а ближайший лагерь — Залесье. Можешь там остаться, если хочешь. Я дальше пойду.

—Пожалуй, останусь в Залесье.

—Твой выбор, сталкер. Тащить не буду.

—Спасибо, что провёл. Без тебя бы на мине подох или пулю от вояк получил.

—Да ладно, сочтёмся. Если Зона не убила тебя сразу — значит, вы с ней на одной волне. — Он усмехнулся и неожиданно протянул мне один патрон 5.45. — Держи. В Зоне каждый патрон на вес золота.

Я взял патрон. В Залесье мы попрощались. Посёлок кишел сталкерами: кто чистил оружие, кто торговался, кто просто пил у костра. Один бородатый мужик показал мне, где бар, кто здесь главный (некий Батя) и у кого искать работу (у бармена Колдуна).

Бар пах дымом, дешёвым самогоном и пылью. За стойкой стоял мужик с умными, проницательными глазами.

—Проходи, сталкер. Выпить есть что, закусить — тоже, — сказал он, и в его улыбке не было ничего от улыбчивых барменов с Большой Земли. Здесь она была просто частью дела.

—Здрасьте. Вы Колдун?

—Он самый. А ты кто будешь?

—Новичок. Только периметр пересёк.

—Удивительно, что сам добрался и не помер. Многих на входе косит.

—Мне помог сталкер. Сапожник.

Бармен замер,потом медленно свистнул.

—Ого. Только в Зону пришёл — и уже с лучшим проводником познакомился. Такой шанс выпадает не каждому.

—По твоему лицу вижу — мне крупно повезло.

—Он уступает только тому, что Стрелку когда-то на Кордоне помог. Ладно, дело есть. Надо забрать партию ПДА для зелени. У фермы тебя будет ждать сталкер, тоже новичок — Лёд. Должен был принести наладонники со Свалки, но на связь не выходит несколько часов.

—То есть… найти его и привести сюда?

—Именно. Найдёшь — вернёшь ПДА, а за работу получишь обрез. С пистолетом тут далеко не уедешь.

—Я вернусь.

—Ты мне ПДА верни. Обрез заберёшь навсегда. Эти наладонники в десять раз дороже твоей будущей пукалки. На, патронов в придачу.

Колдун протянул мне старый, но крепкий обрез и горсть патронов. Я опрокинул рюмку водки — для храбрости — и вышел. Своё ПДА я пока не получил, поэтому использовал старый телефон. Колдун помог установить карты и сталкерский софт, чтобы не заблудиться.

На улице моросил холодный дождь. Я натянул капюшон и двинулся к блокпосту. Дорога была разбитой, обочины заросли бурьяном. Зарядив обрез и набив карманы дробью, я пошёл. И поймал себя на мысли: как бы всё выглядело, если бы не тот роковой день 1986 года? Если бы не Первый выброс, создавший всё это?

Мои размышления прервал далёкий, но чёткий треск автоматных очередей. Я остановился, прислушался. Стреляли далеко. Успокоившись, пошёл дальше. Отойдя от Залесья на приличное расстояние, я заметил справа от дороги странное зелёное свечение в тумане.

«Надо будет проверить»,— подумал я вслух.

Резкий, хриплый рык заставил меня обернуться. Из кустов выполз пёс. Вернее, то, что от него осталось: веки срослись, на теле зияли язвы, шерсть клочьями висела на костях. На Большой Земле собаки рычали, но не бросались. Этот — бросился сразу, не раздумывая, с пеной у рта. Я выстрелил рефлекторно, от неожиданности, а не от злобы. Пёс отлетел в сторону и затих.

Сердце колотилось. Хотелось бежать. И тут я вспомнил слова Сапожника: «Проверяй тропу». Вгляделся в дорогу впереди. Воздух над ней чуть дрожал, искажался, как над асфальтом в зной. Спасла пасмурная погода — в солнечный день я бы ничего не заметил. Болтов не было. Подобрал с дороги увесистый камень, швырнул в подозрительное место.

Воздух взорвался. Камень отлетел в кусты и угодил прямо в задницу другой псине, притаившейся в засаде. Та с визгом выскочила и в панике влетела прямо в тот самый зелёный туман. Через три секунды она выкатилась обратно, вся покрываясь жуткими гнойниками и язвами. Скуля, она поползла ко мне. Я, не в силах смотреть на её мучения, прикончил её выстрелом в голову.

Оценив обстановку, я перезарядил обрез, обошёл аномалию широкой дугой и продолжил путь, швыряя перед собой камни. Наконец показалась ферма. Я услышал выстрелы и увидел у загонов трёх слепых псов и какую-то шарообразную тварь на тонких ножках. Увидев груду ящиков, я рванул к ним и вскарабкался наверх. Оттуда начал палить по псинам. Чаще мазал, но когда попадал — те кувыркались и затихали. Разобравшись с псами, я решил прикончить и «тефтельку». Не успел. Тварь оказалась невероятно прыгучей. Она сбила меня с ящиков одним ударом. Я выстрелил из обреза в упор дважды — тварь лишь откатилась, но не умерла. Патроны кончились.

Я выхватил ПМ, отползая к остову трактора, и начал стрелять, почти не целясь. Меня спасло лишь то, что в этот момент со стороны леса раздался мощный двойной выстрел из дробовика. «Тефтельку» разорвало на куски. Из дыма вышел сталкер с двустволкой на плече.

Глава 2

— Эй сталкер, слезай больше мутантов нет. — произнес сталкер.

— Привет, вовремя ты ее убил но мог бы и по раньше.

— Ну извини. Меня кстати Лёд звать. Ты где так стрелять научился?

— Любил на досуге в онлайн шутеры поиграть.

— Ладно, игрок, спускайся дело к тебе есть.

— И у меня к тебе. Меня за тобой послал Колдун чтобы узнать что с товаром.

— С товаром полная жопа брат, бандосы отжали. Я когда возвращался меня группа бандитов зажала в доме и наладонники забрали. Я пытался договориться но они сказали типа могу товар выкупить, принесу тридцать тысяч и считай товар мой. Но денег у меня таких нет, а бандиты с каждым днём ещё и процент бешеный ложить будут.

— Да, беда. Что делать думаешь?

— Можем попробовать их перебить, но не думаю что с обрезами да горсткой патронов к ним у нас много шансов.

— Слушай, недалеко отсюда я слышал выстрелы. Вполне возможно что это сталкеры с бандитами месились, идём туда глядишь может найдем что-нибудь полезнее обреза.

— Можно попробовать, но только вот может быть победившая сторона забрала стволы. Ладно пойдём, походу разберемся.

Мы с моим новым знакомым выдвинулись к месту бывшей перестрелки.

— Кстати, есть вероятность того что это бандиты с Вартой грызлись а они стволы не подбирают. — Сообщил мне Лёд.

— Тем лучше.

— Кстати, а тебя как звать?

— Как ты там меня назвал у фермы? Игрок? Можешь так звать.

— Понятно. Не планируешь в группировку какую-нибудь вступить когда более опытным станешь?

— Группировку? Здесь у вас прям все в своих группировках?

— Ну на данный момент мы с тобой вольные. Вот я и думаю может в Долг вступить или в Свободу. Просто вступишь в одну группировку, испортишь отношения с другой.

— Почему? Они враждуют?

— Раньше враждовали, до тех пор пока Варта в Зону не приперлась и не распределила все как ей надо. Так бы я вступил в какую нибудь группировку, но ведь в них есть те кто с текущим положением дел не смирился и бывает устраивают друг другу диверсии руками наёмников.

— Весело тут у вас. Я вообще хотел бы побывать на ЧАЭС...

— Не друг, туда не попасть. Это ж самый центр Зоны, да ещё станция стеной теперь огорожена огромной.

— Ладно поживу здесь, попривыкну и посмотрим, не на станцию так на Дугу залезу.

Подходя к месту перестрелки мы увидели три трупа сталкеров, пушки действительно не спёрли, а значит здесь была Варта. Мы подобрали две гадюки и патроны к ним, лицо сталкера сразу преобразилось, ведь теперь мы можем дать достойный отпор бандитам.

— Теперь главное не сдохнуть на подстанции, бандитов там мало конечно, но шанс поймать маслину всегда есть.

— Ага, смотри что нашёл. — Я показал напарнику две гранаты Ф—1. Одну я дал ему, другую взял себе.

Дойдя до подстанции мы приготовили автоматы к стрельбе. Из здания были слышны ругательства, смех и песня о том как Натаха мента замочила.

— Игрок, только сразу не стреляй, я первый зайду, проверю двор. Если услышишь выстрелы залетай и начинай шмалять.

— Понял, будет сложно я ведь никогда в людей не стрелял.

— В Зоне друг мой, смерть и убийства уже давно привычная рутина.

Лёд пройдя за бетонный забор оказался во дворе бетонного здания. Он аккуратно пробежал за раздолбанную машину и приготовился кинуть через окно гранату.

Я по его сигналу зашёл во двор и спрятался за другой машиной. Подав другу сигнал о готовности он швырнул грену в окно. Раздалось ругательство и кто то даже додумался выстрелить по гранате. После взрыва мы начали беспорядочно стрелять в окна, от туда все так же доносилось ругательство и крик боли. Сделав паузу для перезарядки мы сделали очень большую ошибку, так как озверевшие бандиты начали вылезать из здания и стрелять по нам. Мы отвечали огнем и я даже смог кого то убить, но все же дела были хреновы. Я насчитал около пяти бандитов снаружи а нас двое, силы не равны. Я вынул свою гранату и швырнул ее в сторону скопления бандитов. Рожи протокольные сразу попрятались но одному оторвало руку взрывом так что он уже не боец. Лёд быстро расстрелял калеку и заставил спрятаться остальных, а я обошел здание и начал шмалять из за стены.Одного я убил точным поподанием в башку, другому Лёд разворотил пузо очередью. В один момент, один из бандосов кинул лимонку которой меня оглушило. Из глаз брызнули красные искры, меня накрыло кирпичной крошкой и осколками битого стекла, я уже мысленно попрощался с жизнью отключившись и с обидой думаю о том как недолго я пробыл здесь, в Зоне. Очнулся я уже в баре Залесье.

— Игрок, ты как? — Обеспокоенным голосом спросил у меня Лёд.

— Ууух... Нормально, только башка гудит. Как же... Ох ё!

— Так не удивительно, тебя так приложило. Я уж думал всё, кранты нам, но сталкеры из группы Мастифа вовремя подоспели. ПДА кстати я вернул. Спасибо тебе.

— Тебе спасибо что не бросил подыхать. — С искренней благодарностью сказал я.

Получив у Колдуна награду я несколько дней просто отлеживался, а когда окончательно пришел в себя предложил Льду стать напарниками и вот уже на протяжении двух недель мы разносим бандитов в Залесье. Но знал бы я что ждёт нас дальше.

Глава 3

Этим утром меня выдернул из сна пронзительный писк ПДА. Просыпаться не хотелось категорически — ночью прошел сильный выброс, и я почти не сомкнул глаз из-за гудящей, раскалывающей череп боли. Собрав волю в кулак, я с трудом разлепил веки, нащупал на тумбочке холодное устройство и вгляделся в экран.

Среди привычной переписки с новичками-сталкерами, работодателями Батей и Колдуном, а также с моим другом и напарником Льдом, выделялось одно свежее сообщение — от Колдуна. Оно гласило:

«Игрок,топай в бар, дело есть. Лёд уже тут. В общем, только тебя ждём».

Нехотя я поднялся с койки и начал облачаться в свой потрепанный комбез «Турист», который я по старой памяти звал «Зарёй». Из угла я прихватил верный АКМ-74/2У — подарок Льда. После той заварушки на подстанции с бандитами он подобрал два трофейных ствола, один из которых любезно вручил мне в знак благодарности. Я провел в Залесье уже две недели и начал понемногу разбираться, что такое Зона и какие процессы в ней кипят. Например, безглазые твари, с которыми я столкнулся в первый же день, звались слепыми псами, а те шарообразные мерзости на ножках у фермы носили имя «Плоть».

Собрав нехитрый скарб, я потянулся к двери. Жил я, кстати, тут же, в Залесье. Батя брал небольшой процент за постой на своей охраняемой территории, но это в любом случае было лучше, чем ночевать в гнилой лачуге, куда любой мародёр мог заглянуть на огонёк.

Дойдя до знакомого здания бара, я толкнул дверь и увидел за стойкой фигуру напарника. Рядом, облокотившись на стойку, стоял Колдун.

—Здарово, Колдун. Зачем звал? — спросил я, присаживаясь на соседний табурет.

—Смотрю, сразу в корень зришь? Тем лучше. — Барыга усмехнулся. — Я, конечно, не такой влиятельный делец, как Сидорович или Бармен на «Ростоке», но свои связи с группировками имею. Так вот, ваша задача — доставить вот этот кейс с медикаментами.

Он поставил на стойку алюминиевый чемоданчик с потёртыми гранями.

—На Свалке вас будет ждать сталкер из «Искры». От него получите награду, да ещё и я сверху накину. А если по пути артефактиков насобираете — отдельно заплачу. Я не Сидор, за три сотни купонов «мамины бусы» не скуплю.

—Ладно, я согласен, — высказался Лёд. — А что с патрулями «Варты»? Они нас на самом входе на Свалку не кончат?

—С «Вартой» у нас нейтралитет, так что эти легавые псы пальцем вас не тронут.

—Ну, Игрок, что думаешь? — повернулся ко мне напарник.

—Не знаю. Я дальше Малой Зоны никуда не ходил. Не хотелось бы там сразу подохнуть. И где конкретно будет ждать искровец?

—Террикон сейчас под «Вартой», но на заброшенной фабрике, он не появлялся. Там вас и будет ждать.

—Ладно, подумаю. Дай только подготовиться, и сообщи «Искре», чтобы гонца выслала.

—Давай, Игрок, мне не горит.

Я допил кружку тёрпкого пива и вышел из бара. Для похода на Свалку нужно было как следует подготовиться. Сначала я решил зайти к местному технику Линзе, чтобы он привёл в порядок мой ствол. Обитал он в полуразваленном гараже на окраине посёлка, и найти его не составило труда.

—О, какие люди! Игрок! — встретил он меня, не отрываясь от какого-то прибора.

—Рад видеть тебя, Безногий, — подшутил я. У техника не было одной ноги. Как он её лишился, я не спрашивал — в Зоне это дурной тон.

—Опять залупаешься! Ладно, показывай, что у тебя там.

—Можешь глянуть мой «калаш»? Мне скоро на Свалку, не хватало, чтобы в перестрелке ствол заклинило.

—Ну-ка, покажи свою пукалку. Не знал, что найдешь в себе смелость за пределы Малой Зоны вылезть. Ты, конечно, сталкер неплохой, но трусливый, как тушканчик. Не обижайся, но тебе бы и вправду подольше на окраинах опыта набраться.

—Всё понимаю, просто интересно посмотреть, что там да как, за пределами этого предбанника.

—Много нынче таких, кому на жопе ровно не сидится. Только большинство уже червей кормят.

—Так что с моим автоматом? — не желая продолжать гнилой разговор, сменил я тему.

—Подходи примерно через час. Тут тебе всё смазать надо, да ещё и новый затвор раздобыть бы — а это, знаешь ли, тоже нелёгкое дело. Как вернёшься, тогда о цене и договоримся.

Я вышел из гаража и решил сходить к той кислотной аномалии на краю леса. Мой комбез хоть и лёгкий, но в принципе, пару минут воздействия должен выдержать. Взяв с собой «Гадюку», чтобы не идти с пустыми руками, я на всякий случай бросил в рюкзак детектор «Отклик», который так ни разу и не использовал с момента, как он попал ко мне в руки. Прихватил также сотню болтов и обрез. Выходя за ворота посёлка, я услышал знакомый голос:

—Игрок, ты куда собрался?

—Погуляю часок по Малой, пока Линза мой «калаш» чинит. Может, артефакты поищу.

—Подожди, я с тобой, прикрывать буду.

—Да нет, спасибо. Я, пожалуй, в одиночку.

—Ну, смотри, только не сдохни в аномалии, а то стрёмно одному на Свалку топать.

Выйдя за пределы относительной безопасности посёлка, я быстрым шагом, почти бегом, добрался до места. По пути, забравшись на огромный валун, расстрелял из «Гадюки» стаю слепых псов, почуявших добычу. Расправившись с шавками, я достал детектор, надёжно надвинул противогаз с новенькими фильтрами и осторожно зашёл в мерцающую зеленоватым туманом аномалию.

«Кислотник» был небольшой, поэтому найти артефакт не составило труда. Я подобрал поблёскивающую штуковину и на мгновение замер, разглядывая диковинную вещицу, прежде чем сунуть её в специальный контейнер. Не заметив признаков других аномальных сгустков, я закинул рюкзак на плечо и пошёл к выходу. И поймал себя на мысли — это же мой первый артефакт! Что теперь с ним делать? Сохранить как талисман или продать, чтобы покрыть расходы на починку оружия? Недолго думая, я выбрал второе.

Выходя из тумана, я внезапно почувствовал оглушительный удар в лоб. Мир потемнел, и я грузно рухнул на спину. Линза противогаза треснула, хорошо хоть осколки не впились в глаза.

—Ну что, вольный, жить хочешь? — послышался хриплый голос. — Тогда выворачивай карманы, и пукалку свою нам тоже подарить придётся.

За его«остроумием» последовал грубый хохот.

—Бля… Мужики, у меня нет ничего, отвечаю!

—Да как же нет! Ты нас за лохов держишь?! Мы только что видели, как ты там артефакт подобрал. Ещё нам врать пытается! Доставай арт и бабло, и чтобы без фокусов — мы тебя на прицеле держим.

Бандитов было трое, вооружённых помповыми ружьями. Уйти с линии огня не представлялось возможным. Их главарь целился в меня из «калаша» с добротным оптическим прицелом. Я был в Зоне всего две недели, но жажда наживы грызла меня не меньше, чем этих обожжённых радиацией мародёров. С досадой вытаскивая артефакт, о названии которого даже не знал, я поймал себя на мысли: «А прицел-то у него хороший…».

В тот момент, когда я протягивал блестяшку, воздух разорвали очереди из автомата Калашникова. Выстрелы били по позициям бандитов. Разглядев вдали знакомую фигуру, я воспрял духом и решил действовать. Пока налетчики, отвлекаясь на Льда, осыпали его градом дроби, я, выхватив «Гадюку», в упор расстрелял двоих. Третьего доконала меткая очередь моего напарника.

— Я же предлагал прикрыть, а ты ещё упрямился, — начал Лёд, подходя и осматривая тела. — Смотрю, улов есть?

—Ага. Хрен я теперь без подстраховки в аномалии полезу, — пробормотал я, снимая вожделенную оптику с автомата главаря.

—Ого, а мне такую штуку не подаришь?

—Для тебя у меня кое-что получше, — с этими словами я достал из контейнера артефакт и протянул его другу.

—Ого! Спасибо, братан! Но лучше свалить отсюда, пока другие на выстрелы не сбежались.

—Это тебе спасибо. Ты мне жизнь второй раз спас.

—Да ладно, бро. Пойдём в бар. В шахматы сыграем, давно собирались.

Вернувшись на базу, мы целый час рубились в шахматы. Я выиграл три партии у сталкера по кличке Камыш и две у самого Бати.

—Ну, думаю, не зря ты свою кличку носишь! — хмыкнул Батя, после того как я поставил ему мат в пятый раз.

В этот момент запищал мой ПДА. Линза сообщал, что автомат готов и что моя радость стоит пять тысяч купонов.

—Да, Линза знает, как одним сообщением испортить настроение, — раздосадованно вздохнул я.

—Что там? — спросил Лёд.

—Пойду заберу «калаш» у Линзы, расплачусь за работу.

—Так что, решился-таки? — с лёгкой ухмылкой спросил Колдун.

—Да. Не вечно же на окраинах ошиваться. Глядишь, может, артефактов новых насобираем или с мутантами посерьёзнее псов да плотей повоюем.

—Отлично! Выдвигайтесь с утра. А сегодня я вам выдам патронов и кое-какие припасы.

Я направился к гаражу Линзы. Техник встретил меня угрюмым взглядом.

—«Калаш» твой в углу. А расплатиться можешь не деньгами. Есть у меня дельце.

—Дружелюбно ты меня встречаешь… Ладно, говори, какое дело. Потом решим, чем платить буду.

—Короче, должен был один сталкер со Свалки мне детали принести. Да только он у «Варты» теперь на прицеле — на прошлой неделе патрульный отряд со снайперки покрошил. А всё из-за того, что эти легавые псы его брата в аномалию скинули. В общем, история у пацана. Теперь он в «Искре», а искровцам в Малую Зону проход закрыт. Не можешь ли ты, когда пойдёшь на Свалку, зайти в их лагерь и забрать у него детали? Плачу по тройному тарифу.

—Ладно, согласен. Где база «Искры» сейчас?

—Эти ребята постоянной прописки не имеют. Лагерь их стоит на заброшенной фабрике. Скидываю координаты.

ПДА тихо запищал, подтверждая получение данных. Я забрал свой сияющий чистотой автомат, закупил у Колдуна патроны, бинты и аптечки. Ближе к вечеру мы со Льдом выдвинулись в сторону Свалки. По дороге завязался разговор.

—Слушай, Игрок, а ты на Маковое поле не хаживал?

—На само поле не заходил. Только на безопасной территории, куда лепестки не долетают. Красиво, да. Жутковато.

—Вот именно. В Залесье один мужик, Митяй вроде, просил сталкеров, чтобы они на том поле икону фамильную нашли. Только сталкеры не дураки — на Маковое лезть.

—И что ты предлагаешь?

—Давай попробуем её найти. Денег поднимем. Энергетиков можно купить у сталкера, который в лачуге на краю поля живёт.

—Ну, если сдохну, то хоть без мучений. Там ведь если заснёшь — всё, хана сталкеру.

—Противогазы натянем и энергетики попиваем. Рука об руку.

—Ладно. Только давай где-нибудь переночуем. Не ночью же туда соваться.

Найдя более-менее целый дом с погребом, мы забилились туда и стали дежурить по очереди. Ночью пару раз пришлось отстреливаться от слепых псов и кабанов. Один раз близко подошёл кровосос, но стрелять по пустоте я не стал — тратить патроны впустую не хотелось. Позже на ПДА пришло предупреждение: через полчаса — выброс. Оставшуюся часть ночи можно было не дежурить — во время выброса даже самые отчаянные мародёры не рискнут высунуть нос.

Утром, выбравшись из укрытия, мы обомлели. Вокруг дома, будто грибы после дождя, вспучились новые аномалии — гравитационные, судя по дрожащему, искажённому воздуху.

—Да ёб… — начал я материть Зону, выброс и всё на свете.

—Погоди. Из каждой, даже самой глубокой жопы, есть выход. Правда, в нашем случае он перекрыт аномалиями.

Я стоял у окна, наблюдая, как пространство пляшет и плавится. Лёд же, вооружившись детектором и болтами, осторожно прочёсывал периметр, пытаясь найти лазейку и заодно что-нибудь ценное. Я тем временем, махнув на всё рукой, соорудил себе бутер из сухпайка и даже нашёл на полу железную чашку, чтобы налить немного пива из фляги. Предварительно промыв её, я устроился скудной трапезничать.

Спустя пару минут в дверь вошёл Лёд, держа в руке переливающийся студенистый шар — артефакт «Медузу».

—Смотрю, тебе тут в кайф? — усмехнулся он.

—Не сказал бы. Хотелось бы сейчас борща с солёной капустой да огурчиком… Ещё сальца кусочек, на чёрный хлеб, с чесночком.

—Тут тебе не Большая Земля, а самая что ни на есть срака Зоны. Особенно сейчас. Хотя я видел, как один сталкер «Плоть» в банке солил.

—Точно… Мы в ловушке, а думаем о еде, — с горькой усмешкой пробормотал я. Задача выбраться отсюда казалась сложнее, чем найти «Исполнитель желаний».

— Когда следующий выброс?

—Не скоро. Через неделю-другую минимум. А запасов у нас дня на три, не больше.

—Бляха! — Лёд в сердцах швырнул свой шлем на стол.

Я достал ПДА, чтобы уточнить время на задание, и вдруг заметил на карте рядом с нами метку другого сталкера. Он был совсем близко. Не долго думая, я отправил сообщение:

(Игрок):Эй, сталкер! Мы в доме, окружены аномалиями после выброса. Поможешь?

(Неизвестный):Здравствуй, вольный. Я помогу. Но обещайте не стрелять.

(Игрок):С чего бы? Мы нейтралы, первыми не лезем.

(Неизвестный):Ждите.

Обнадёженный, я поделился новостью с напарником.

—Похоже, скоро нас вытащат.

—Кто?

—Какой-то сталкер. Странный тип, с порога просит не стрелять. С чего бы?

—Может, бандит?

—Не похоже. Говорит как-то… слишком правильно.

Минут через десять в дверном проёме, словно из воздуха, возникла фигура. Сталкер был облачён в белый камуфляж с чёрными разводами, поверх которого надет потрёпанный зелёный бронежилет. Все нашивки были аккуратно спороты. Лицо скрывал противогаз, за стёклами которого светились необычно спокойные голубые глаза. За спиной у него висел автомат натовского образца. То, как он бесшумно прошёл сквозь стену из аномалий, заставило нас замереть.

—Ты… ты как через эту мясорубку прошёл?! — выдохнул Лёд.

—У вас странный взгляд. Больше удивлённый, чем испуганный, — голос у незнакомца был ровным, почти безэмоциональным.

—Ты мутант? Как ты через аномалии прошел? Они же сплошняком!

—Вы недавно в Зоне?

—Две недели, — ответил я, не отводя взгляда.

—Что ж, значит, я должен вам кое-что объяснить. Иначе не поверите. Постараюсь в кратце. Раньше была группировка «Монолит». Безумные фанатики из центра Зоны. Они контролировали все пути к центру Зоны: Радар, Лиманск, Припять, ЧАЭС. Они не пропускали никого и убивали всех, кто не был своим…

—А ты-то здесь при чём со своими фокусами?! — перебил Лёд.

—Не перебивай. Так вот, их бойцы были… особенными. Они могли переживать выбросы без укрытий и проходить сквозь аномалии.

—Так ты монолитовец? И какого хрена нас ещё не расстрелял?

—Группировка распалась. Мы проснулись. Я могу проходить через аномалии и могу провести вас. Но нужно взять меня за руки и не отпускать.

Эта просьба повергла нас в ступор.

—Ты совсем шизанутый?! Добровольно в «мясорубку»?

—Моё… поле защитит вас. Только не отпускайте.

Упрямились мы долго. Идея довериться бывшему фанатику казалась безумием. Но выбора не было. Сжав зубы, мы взяли его за руки и шагнули в дрожащее марево. Я чувствовал, как вокруг бушует энергия, как искривляется пространство, но странная прохлада, исходившая от проводника, словно окутывала нас невидимым коконом. И вот мы уже стоим на чистой, безопасной земле.

—Вот и всё, — так же ровно произнёс монолитовец.

—Как это… возможно?

—Я и сам не до конца понимаю. Много лет мы убивали, не осознавая этого. Нами управлял Голос. А когда он умолк, мы проснулись. От прошло

го остался только этот иммунитет… и чувство вины.

—И куда ты теперь?

—На Дикий остров. Там собираются такие, как я. Называют себя «Полдень».

Глава 4

Попрощавшись с новым знакомым, а также переведя ему пару тысяч купонов и артефакт в придачу, мы двинулись на Маковое поле. Эх… А ведь мы даже имени этого монолитовца не спросили. Хотя, может, ещё встретимся.

По пути меня не отпускала мысль: счастлив ли я? Дала ли Зона того, чего я жаждал? На Большой Земле я потерял всё. Я выучился в институте, но, влюбившись, похерил своё будущее, думая только о том, как бы начать с ней отношения. Ту девушку звали Марго. Добиваясь её два года, я упустил все возможности. А ведь мечтал стать программистом, получать кучу бабла, накопить на роскошную хату и создать семью, которая ни в чём себе не будет отказывать.

В принципе, я нашёл в Зоне и новый дом — хоть и не такой, как хотелось, но на Большой Земле у меня даже такого не осталось. Деньги я тоже зарабатываю неплохие, в основном на зачистке территорий от мутантов и бандитов. Но было и то, чего Зона не могла мне дать физически — любви и семьи. Увы, теперь мне это точно не светит здесь, в Зоне.

— О чём думаешь?

—Да так, прошлая жизнь не отпускает.

Мне даже хотелось,чтобы на нас напали бандиты или мутанты — лишь бы отвлечься от гнетущих мыслей. От того, что мои бывшие кореши на Большой Земле сейчас на дискотеках с девчонками, курят кальяны и распивают дорогой алкоголь, а я здесь, в этой грязи.

— В Зону, знаешь ли, не от хорошей жизни приходят, брат. И у меня своя история есть, но делиться не хочу — по той же причине, что и ты. Не хочу ту боль ворошить.

—Ладно. Пришли. Доставай энергетики…

(Неизвестный): Эй, зелень! Если на Маковое поле собрались, сперва ко мне подойдите. Надеюсь, знаете, где я нахожусь?

(Лёд):Знаем. Сейчас подойдём.

Дойдя до покосившейся хибары, мы отворили скрипучую дверь и зашли внутрь. У окна за столом сидел сталкер в комбинезоне «Заря» с наброшенным капюшоном.

—Здарово, зелень. Меня Помор кличут. А вы кто такие будете?

—Нас Игрок и Лёд звать. Зачем вызывал?

—Ох, ребятушки, помощь ваша нужна. Сталкер один за редким артефактом на Маковое поле полез по моему поручению. Дал я ему детектор «Лозу» для поиска, а он взял и сдох там, козёл. Земля ему стекловатой. Короче, принесите мне этот детектор и по возможности артефакт. Ну, можете ещё стволы с патронами пособирать.

—Ок. Всё равно за иконой собирались, — сказал Лёд.

—Так вы, мужики, сюда за иконой припёрлись?

—Ну да, а что? Можешь координаты дать?

—Эх, был здесь до вас один сталкер, Скифом кличут. Ну и забрал он эту икону. Так что на Маковом теперь только по моему поручению есть смысл лезть.

—И как этот Скиф её нашёл? — спросил я.

В Залесье я видел этого типа— он мне сразу не понравился. Один раз мы даже чуть не поцапались у Колдуна, да вовремя нас разнял капитан Зотов — лидер «Варты» в Малой Зоне.

—Он свой респиратор натянул, а когда в сон клонило — энергетик пил. Я пытался у него икону выменять на пушку, да только видать моралист он до жопы.

—А если мы твоё задание выполним, отдашь нам эту пушку?

—Если помимо детектора принесёте мне артефакт — считайте, автомат ваш.

Затарившись энергетиками у Помора, мы вышли на улицу. Теперь нужно было решить, кто пойдёт на поле, а кто будет прикрывать. Я давно хотел узнать, как там на Маковом, но Лёд настоял на своём — он хотел найти «Лозу» и арт сам. Он забрал энергетики и оставил свой «калаш», чтобы не мешался.

—Давай, удачи. Если что, я за тобой полезу, учти, — сказал я, не желая терять напарника.

—Ага, только сам не сдохни от бандитской пули. Вон, шелупонь идёт.

Заметив бандитов, Лёд быстро скрылся в красном мареве поля, а я нацепил оптику на свой Калашников и прицелился. Я был в восторге от нового модуля и от того, как точно пуля отправилась в башку главарю банды. Я залез на чердак и начал стрельбу. Главарь уже нюхал цветочки, а пятеро его подручных либо залегли, либо отстреливались из-за деревьев. Я пытался высунуться, но они не давали — пули пробивали шифер, и одна даже сорвала с плеча мой «Трёхлистник» — знак радиоактивной опасности и символ Вольных сталкеров.

Последней каплей стало, когда я взглянул на поле и не увидел там друга.

—Лови, лимонку, сука! — выкрикнул один из ублюдков.

Граната упала на чердак. Я спрыгнул в последний момент перед тем, как крышу взорвало. Оправившись от контузии, я прицелился в наконец расслабившихся бандитов, явно решивших, что меня разнесло. Времени было мало — Лёд так и не появлялся. Надо было действовать быстрее. Я достал две гранаты и бросил их в сторону бандитов, которые уже собирались зайти в лачугу Помора — явно не с целью чайком угостить. Взрывы заставили их распластаться по земле. Одного убило осколками, ещё двоих я расстрелял, пока они лежали.

(Помор): Игрок, спасай друга, пока время есть! Я займусь гадами.

Тут я увидел, как Помор перестреливается с двумя оставшимися бандитами. Сбросив «калаш» и прихватив энергетик, я со всех ног рванул на Маковое.

Первое время меня просто неудержимо клонило в сон, и приходилось хлебать кофеиновый напиток, чтобы не стать ещё одной жертвой артеаномалии. Но потом в голову начали лезть странные мысли.

(Пси-воздействие): Да зачем я вообще сюда попёрся? Сидел бы ниже травы — был бы цел. Теперь поздно.

— Нет! Заткнись! Заткнись! — пытался я убедить себя. — Надо спасти Сосульку.

Но голос нашептывал своё.

(Пси-воздействие): Просрал всё на Большой Земле. И девушку, и возможность стать миллионером. И решил в эту клятую Зону сбежать? Последние несколько лет жил с укоризной в душе, а здесь так спокойно… Небо кажется особенно красивым, а цветы…

— Цветы! — я вспомнил про энергетик, когда уже почти отключился. Хлебнув из жестяной баночки, я поднялся и поплёлся к заброшенному дому посреди поля. — Не смей спать.

Надежда таяла, но отступать было поздно. Тут я наткнулся на труп. Сталкер лежал так, будто просто прилёг отдохнуть. Так оно и было. Я забрал его оружие и патроны — пригодится Помору. Войдя в дом, пси-воздействие немного ослабло, и я снова хлебнул энергетика.

—Где же ты, твою мать?! — в этот момент я вспомнил, что в моём ПДА есть программа, показывающая дружественных сталкеров. Я точно добавлял Льда в друзья. Его метка была всего метрах в десяти от избушки. Допив остаток энергетика и надев противогаз для хоть какой-то защиты, я поплёлся дальше.

Поле не прекращало шептать, что у меня ничего не осталось, что падать уже некуда. Добравшись до тела напарника, я заметил в его руке почти полную банку энергетика — как раз то, что нужно. Я едва не отрубился сам, но успел сделать глоток. Затем влил немного в рот Льду. Нехотя, с трудом, он пришёл в себя. Я бы даже расслабился, если бы мы не были в эпицентре артеаномалии. Вытащив его на безопасную землю, я с облегчением опустился рядом.

В его рюкзаке я нашёл детектор. Помор помог затащить Льда в дом.

—Игрок, спасибо. Без тебя из моей задницы сейчас бы цветочки росли.

—Да ладно. Пойду достану артефакт.

—С ума сошёл?! Мы там чуть не подохли! Я как только детектор нашёл — сразу отрубился. А ты туда снова?!

—Нам с тобой нужны деньги и пушка.

Настояв на своём, я снова зашёл на поле. Снова пришлось пить энергетики и бороться с сонливостью. «Лоза» была почти новая — с торчащей антенной и экранчиком, показывающим метры до аномального сгустка. Чётко следуя указаниям, я среди красных цветов нашёл артефакт с необычной голубой окраской. Он напоминал хрупкий стеклянный цветок — ещё одна странность Зоны. У меня уже не оставалось сил даже на последний глоток. До лачуги оставалось метров пять, когда я отрубился.

Очнулся я уже на скамейке, глядя на багровое поле. Рядом сидел Лёд.

—Проснулся, наконец. Я думал, ты коней двинул.

—Ага, я тоже рад тебя видеть.

—Тебя Помор вытащил и энергетиком отпаивал. Кстати, обещанную пушку нам отдал. Вот, гляди, какая красотка.

Моему взору предстал автомат натовского производства— AR416.

—Думаю, будет лучше, если он останется у тебя. Ты мне, как никак, жизнь спас.

—Я не фанат натовских стволов. Оставь себе, я «калашу» доверяю больше всех автоматов вместе взятых.

Оставшийся час мы просто сидели и смотрели на закат над Маковым полем. После такого дня хороший пейзаж — самое то. В этом была своя, сталкерская романтика. Мы наблюдали, как розовые оттенки едва пробиваются через туманное, но оттого не менее красивое небо. Через пару минут к нам присоединился Помор. Он вынес две кружки редкого в Зоне напитка — чёрного кофе.

Хутор, усыпанный смертоносными цветами на фоне заката, завораживал. Пожалуй, такого я нигде на Большой Земле не нашёл бы. И тут меня посетила мысль: зачем МСОП охраняет это место? От кого? От сталкеров?

…Вспомнилось, как я сидел у костра в Залесье. Лёд после серьёзной пьянки ушёл спать… ну, как ушёл — его увели силой после того, как он, напившись, захотел «покорешиться» с кровососом. Было забавно наблюдать, хотя я и сам был не совсем трезв. В отличие от многих, я не злоупотреблял алкоголем и не курил — за что меня считали странным. Мол, так тут без привычек свихнуться можно. Я на эти бредни не обращал внимания.

— …Ну так вот, Толян, оказывается, самого Стрелка знал!

—О, Игрок! Ну чё, твой напарник не засосался с кровососом? — раздался гогот пьяных сталкеров.

—Нет, Нептун, для тебя место оставил, — огрызнулся я. В ответ получил злобный взгляд: мол, «Зубы показывать, зелень? Не выросли ещё».

—Слушай, а ты Стрелка знаешь, Игруля? — спросил уже еле живой от выпивки сталкер. «Ох, и хреново тебе с утра будет», — подумал я.

—Слышал, что это легендарный сталкер, а так — ничего.

—Да ты чё? Да он псевдогиганта на моих глазах голыми руками раздавил!

—Так, Сизый, хорош пареньку мозги пудрить. Сейчас я расскажу, кто это, — к костру подошёл абсолютно трезвый ветеран по кличке Ильич. На его лице красовался шрам, отдалённо напоминавший серп и молот, а короткие седые волосы обрамляли лысую макушку.

—Ильич, да я тебе жопой клянусь — раздавил на моих глазах!

—Всё, заткнулись! Дайте малому рассказать, а то стыдно — такие легенды не знать. Был в Зоне сталкер по кличке Стрелок. Живая легенда. Со своей группой дошёл до самого центра, когда ещё «Монолит» Зоной вертел. Так вот, одного из его группы наёмники кончили, а после выброса 2011-го пропали Стрелок и последний выживший — Призрак, кажется. Так вот, Призрак так и не объявился, а Стрелок отключил мощный пси-излучатель на Радаре — «Выжигатель». — Старый сталкер сморщился, будто пытаясь что-то вспомнить. — Что дальше было, ты сам узнаешь. А я спать пошёл.

—Мда… Уважуха. Даже я так диалоги обрывать не умею.

—А псевдогигант? — снова завел свою пластинку пьяница.

…Из этих рассказов я понял главное: именно благодаря Стрелку наука теперь может изучать новые горизонты. Если бы не он, вряд ли бы сейчас в Зоне существовал самый современный Научно-исследовательский институт ЧАЗ — НИИЧАЗ. Говорили, институт охраняется бойцами «Варты», и хрен туда проникнешь. Под эти мысли я и провалился в сон прямо на скамейке у дома Помора…

…Снова снится, что я держу в руках артефакт, похожий на осколок стекла — красный, хрупкий и невероятно красивый.

(Искажённый голос): Назад пути нет! Ты уже никогда не сможешь вернуться. Я не отпущу тебя, сталкер!

—Что за чёрт?! — вскрикнул я.

Испуганный до дрожи,я оторвал взгляд от артефакта и понял, что стою на огромном сооружении — на самой «Дуге», ЗГРЛС.

(Искажённый голос):Помоги моим детям! Помоги им, сталкер!

От ужаса я закричал, но не услышал собственного голоса. Затем я вдруг оказался посреди бескрайнего поля. Только земля и горизонт. Оглянувшись, я увидел колючую проволоку. Я рванул к ней, но на пути возникла аномалия «Трамплин». Я чувствовал, как ломаются кости, как подступает тошнота, но вместо этого оказался на земле целый и невредимый. Небо затянуло свинцом, а передо мной высились очертания ЧАЭС. Я замер в шоке. Небо начало краснеть, над трубой кружили вороны, а артефакт в руке вспыхнул ярким светом. Я хотел бежать, но не мог пошевельнуться. Меня поглотил выброс…

…Я очнулся на земле у догорающего костра. К своему облегчению, я по-прежнему сидел на скамейке у дома Помора, а рядом ходил Лёд — видимо, дежурил.

—О, ты вовремя. Твоя очередь, а то я уже задрочился.

—Ох, — с облегчением вздохнул я и, перехватив автомат, пошёл охранять наш ночлег.

Наметив маршрут, я начал обходить периметр, помечая путь болтами. В Зоне говорят — спать нельзя. Но это ложь! В Зоне спится куда лучше, чем на Большой Земле, если, конечно, выбрать безопасное место. Правда, и кошмары здесь страшнее.

Через пять часов должно было рассветать. Ночь выдалась спокойной, если не считать жирного тушкана, который цапнул меня за ногу. После меткого пинка он улетел в сторону поля — пусть поспит.

Где-то вдалеке слышались выстрелы — наверное, сталкеры шпану гоняют. На третьем кругу я решил отойти к дороге и разведать её. Шёл медленно, стараясь не привлечь внимания. Дойдя до кустов, я увидел, что дорога относительно чиста, если не считать пары грави-аномалий. На обочине стояла скамья. Под ней лежала пачка сигарет с надписью: «Кури, сталкер, и вспоминай доброго дядю Яра».

Яр. Интересно, кто ты? Рядом с пачкой валялась нашивка с оскаленной мордой зелёного волка и надписью «Воля». Помнится, мне рассказывали про анархистов — «Свободу». Именно на их бывший сектор мы сейчас и направлялись.

Я не курил, но что-то заставило меня взять сигарету и затянуться. Мне не понравилось, но я докурил до конца. Немного поразмышляв, я вернулся к лагерю. Больше за ночь ничего не происходило.

Утром мы двинулись в сторону Свалки. Путь лежал через разрушенный мост, усеянный свежими воронками. Миновав аномалии, мы ступили на грязные земли Свалки. Воздух здесь был отвратительным — другого я и не ожидал.

—Ну, как тебе новое место пребывания? — спросил я у напарника. — Дерьмом попахивает. И гнилью.

—Так понятно, почему гнилью. Вон, трупак лежит, — Лёд показал на разлагающееся тело у дороги. Одет он был в лёгкий комбез новичка, но вооружён — что удивительно — мощным дробовиком.

—Откуда у новичков такие пушки? — удивился я. — Может, мажору экзотики захотелось?

—Походу, да. Вот прут сюда всякие папенькины сынки и дохнут почём зря.

Забрав трофей, мы двинулись дальше по координатам. К полудню добрались до фабрики. Нас встретил охранник в комбинезоне голубого цвета со странной нашивкой.

—Стоять! Вы кто такие?

—Вольные сталкеры с Залесья, — ответил Лёд. — По поручению Колдуна.

Я демонстративно показал кейс.

—Открывай, — холодно приказал охранник.

В кейсе лежал солидный набор медикаментов: аптечки, антирады, шприцы с адреналином и даже бутылка водки на дне.

—Отлично! Скинул вам купоны за помощь. А теперь я вас угощать буду, — сказал подошедший искровец, доставая из кармана набор инструментов — видимо, тот самый, что ждёт Линза.

—Ну, чё встали? Здесь закрытая территория. Обычным сталкерам находиться нежелательно, — вдруг начал нас выгонять охранник.

Нам ничего не оставалось, как уйти. Хорошо хоть, награду перечислили. Дойдя до террикона, мы заказали у бармена по кружке пива и колбасы. Здесь было даже уютно, если не считать обыска у входа бойцами «Варты». «Варта» мне не нравилась — я предпочитал их убивать, — но форма у них и вправду была внушительная.

(Колдун): Игрок, Лёд, здарово. Один из командиров «Искры» сообщил, что заказ доставлен. Спасибо, скидываю вашу награду.

(Игрок):Можешь не скидывать купоны мне. Договорись, чтобы кто-то забрал у нас инструменты для Линзы и отнёс ему. Пусть передаст, что от Игрока.

(Колдун):Лады, сталкер.

Распрощавшись с барыгой, я допил пиво и задумался — а почему бы не остаться на Свалке? В Малой Зоне я уже всё изучил. Может, тут арты получше и денег побольше. Через пару минут подошёл сталкер и забрал инструменты для Линзы. Лёд пошёл пообщаться с народом на улице, а я остался слушать радио. Лилась какая-то весёлая зарубежная песня из девяностых — слов не разобрать. Сталкеры вокруг обменивались новостями и хвастались хабаром. Эх, а у меня если что и находится ценное, либо отожмут, либо в перестрелке растеряю.

Спустя пару часов в бар зашли двое вартовцев. Они вели странный, приглушённый диалог — будто обсуждали что-то очень секретное. Мне уже приходилось видеть, как «Варта» расстреливала сталкеров за отказ делиться хабаром. Помочь я тогда не мог — что сделает зелёный новичок?

Я сделал вид, что сплю за стойкой, и уловил обрывки разговора:

—Задолбали уже эти грёбаные чистонебовцы! Когда мы их, наконец, перестреляем?

—Успокойся, сержант, и не так громко. Эту информацию чужим ушам знать нельзя. Эй, бармен! Яишенку мне сообрази!

—Так они нам уже седьмую диверсию устраивают! Как их только земля носит?!

—Забыл, что ли? Это же отколовшийся отряд «О-Сознания». Может, у отряда «Фантом» с собой анабиотики были, а может, они и не дошли до Саркофага, а где-то пересидели выброс.

Когда бармен принёс заказ, диалог стих. Я поднялся и вышел на улицу. Лёд сидел у костра с новыми знакомыми, под гитару пели «Лирику» «Сектора Газа». Я хотел расспросить его про «Чистое небо», но передумал. Спрошу завтра. А сейчас… сейчас буду подпевать.

Глава 5

На утро я проснулся привязанным к стулу, с окровавленной башкой. Оружия и ПДА при мне не было — всё явно забрали. Я находился в каком-то, на первый взгляд, подвале, но для подвала помещение было обустроено слишком основательно: бетонные стены, герметичные двери, проводка. Напарника рядом не оказалось. Я надеялся, что его не убили, а ему удалось сбежать.

Стоная от боли, я начал восстанавливать в памяти вчерашний день. Мы пришли на террикон, набухались. Я вспомнил, что подслушал разговор вартовцев о «Чистом небе». Неужели это именно «Варта» меня повязала? Тогда почему не прикончили как нежелательного свидетеля?

Точно! Я вспомнил, что после пьянки все, включая нас, ближе к вечеру начали расходиться. Мы шли к бару, чтобы выспаться и запастись водой на утро...

...Вечер был спокойным. Мы со Льдом шли, закинув руки друг другу на плечи, ору похабную версию «Владимирского централа». Когда я говорил, что не пренебрегаю алкоголем, то не упоминал, что я ещё и отпетый хулиган в этом состоянии. В таком виде мы запросто могли вляпаться в «Трамплин», и разорвало бы нас на тысячу ху... в смысле, чертей. Но каким-то чудом аномалии оставались позади. Один раз детектор засёк артефакт, но я был слишком пьян, чтобы идти за ним.

—Слушай, дружище, — начал я, спотыкаясь. — А ты за группировку «Чистое небо» не шаришь?

Лёд помрачнел и резко перестал петь.Он остановился, убрав руку с моих плеч.

—Чего, чего? Не расслышал.

—Группировка такая, «Чистое небо». Я в баре вартовцев...

Не успел я договорить,как мне по башке прилетело чем-то тяжёлым и твёрдым...

...Очнулся я уже здесь. Голова раскалывалась — не то от вчерашнего, не то от свежей травмы...

—Ну что, очнулся, вартовская крыса? — раздался до боли знакомый голос.

Подняв глаза,я увидел физиономию Льда. В его выражении было столько холодной ненависти и злобы, что я начал сомневаться, мой ли это вообще друг.

—Ты чё творишь, Лёд? — прохрипел я, пробуя языком рассечённую губу. — Водяры перепил, что ли?

—Поговори мне ещё!

Позади него с шипящим звуком разошлись массивные гермодвери.В комнату вошли трое сталкеров в комбинезонах небесного цвета. Двое — в лёгкой защите, а их главарь был облачён в потрёпанный, но грозный экзоскелет.

—Ну? Так кто ты? — спросил он. Голос был спокойным, но в нём чувствовалась сталь. — Имя, фамилия, звание, отряд. Я хочу знать о тебе всё.

—Какое нахер звание? Если ты про сталкерское — опытный, — буркнул я.

На мои слова он лишь усмехнулся.

—Погасший, он твой.

К мне подошёл один из вошедших— тот, что без экзоскелета. Последовал жёсткий, точный удар в челюсть, затем — в солнечное сплетение. Воздух вырвался из лёгких со свистом. Я склонился, сплюнув на пол розовую слюну, и судорожно пытался вдохнуть. Следующий удар пришёлся по уху, оглушив. Затем — под рёбра.

—Достаточно. Повторяю вопрос: кто ты?

—Меня зовут Игрок. А что ты ещё хочешь услышать — я понятия не имею, — наконец выдавил я, глотая воздух.

—Игрок, чем больше будешь упираться, тем дольше будешь страдать, — крикнул Лёд, брезгливо отворачиваясь от моей избитой рожи. — Говори. Тебе ведь Коршунов приказал нарыть информацию о «Чистом небе»?

—Я без понятия, что вам от меня надо! А от тебя я такого удара в спину не ожидал!

—Ладно, уходим. Сейчас я принесу то, от чего он точно расколется.

...Сталкеры вышли из камеры и двинулись по узкому коридору в сторону склада.

—И где ты его откопал-то, а, Лёд? — спросил Бэк, шагая рядом.

—В Малой Зоне, помог мне тогда. Я же не знал, что это подсадной вартовец.

—Надо проверить, может, он агент «О-Сознания». Ты татуировку на руке смотрел? — вклинился Погасший.

—Смотрел. Ничего нет. Единственное странное — армейский жетон. Но у вартовцев такое тоже носят.

Дойдя до склада,Фантом открыл контейнер и достал оттуда шар, излучавший яркий зелёный свет.

—Это ещё что? Не припомню, чтобы такие артефакты в Зоне водились, — удивился Лёд.

—Этот артефакт мы создали сами. Технология НИИЧАЗа, — пояснил Бэк. — Артефакт «Правды».

—И что он делает?

—Врёт. Нам пока не удалось запустить обратную связь стабильно. Так что если твой «друг» скажет правду, артефакт будет светиться красным. Если солжёт — зелёным.

—Интересно.

Взяв артефакт,сталкеры вернулись к пленнику. Их база, скрытая под Свалкой на двадцатиметровой глубине, была оснащена по последнему слову сталкерской науки. Личные каюты с гермодверями, лаборатории, генератор на гаусс-кассетах и электроартефактах — всё это осталось в наследство от былой мощи «Чистого неба». После того как «Варта» объявила на них охоту из-за связей с «О-Сознанием», уцелевшим бойцам пришлось уйти в глубокое подполье, но они сумели вынести и сохранить ключевые технологии, вроде сканера для подзарядки угасших артефактов.

Теперь их было мало, но бойцы были только профессиональные: лидер Фантом, его зам Бэк, мастер силовых операций Погасший — бывший профессиональный наёмник из группы Лешего который помог однажды Лебедеву и его пресловутому наёмнику Шраму попасть в Лиманск. А также Дадев, Дэди и бывший свободовец Кроу. Лёд вернулся в Зону всего две недели назад после долгого отсутствия, обнаружив свой схрон разграбленным. Пришлось прикидываться новичком, работать на Колдуна и даже завести себе «зелёного» напарника. Тот оказался способным, и Лёд даже подумывал завербовать его... до того момента, как Игрок пьяным ляпнул о «Чистом небе» и «Варте». Для Льда всё было очевидно: подсадной. Оставалось только выбить из него показания.

...Я всё так же сидел, привязанный к стулу, пытаясь отхаркать кровь. Хорошо ещё, что меня сразу не прикончили. Я в бессильной злобе дёргал верёвки, но узлы были смертельными. Внезапно гермодвери снова открылись, и внутрь вошёл отряд.

—Ну что, Игрок, сам начнёшь признаваться или придётся информацию клещами вытаскивать? — спросил Фантом в экзоскелете, сунув мне в связанные ладони холодный, пульсирующий артефакт.

—Это ещё зачем?

—Вопросы здесь задаём мы. Так вот, рассказывай: кто ты и как узнал про нас? Предлагаю решить вопрос миром.

—Я обычный вольный сталкер.

Из-за моей спины брызнул кроваво-красный свет.Его источал артефакт.

—Так. Продолжай. Как о нас узнал?

—Подслушал разговор вартовцев на терриконе, — артефакт вспыхнул ещё ярче. — А ещё... мне приснился сон. Какой-то голос говорил про «Чистое небо».

Свет заполнил всё помещение,ослепительно-алый.

—Понятно, — пробурчал Лёд, забирая артефакт. Все четверо снова вышли.

...Чистонебовцы замерли в коридоре в полном недоумении. Тот, кому они раскрылись, оказался обычным вольным. Неужели и вправду подслушал? Или... увидел во сне?

—Он не вартовец. Тогда кто? — нарушил молчание Фантом. — Где ты его нашёл?

—В Малой Зоне, у свинофермы, две недели назад. Думал, обычная зелень.

—Зелень, блин, ты его ещё петрушкой назови! — завёлся Погасший. — Это обычный сталкер! И теперь из-за того что ты «думал» нам придётся его убить. — Его рука потянулась к пистолету на бедре.

—Подожди, Погасший. Не обязательно убивать. Он может стать одним из нас, — неожиданно вступился Лёд. — Он пришёл в Зону искать покой, а не смерть. Я не дам тебе его убить.

—Ты что, у нас тут самый смелый? Думаешь, пьяным прикидываться научился — и всё, теперь хер важный?!

—Погасший, не лютуй, — спокойно вмешался Бэк. — Парнишка и вправду может стать матёрым бойцом. Ты лично займёшься его подготовкой. А то ты какой-то дерганый стал — вечно кровь пустить охота.

...Спустя пятнадцать минут в камеру вошёл Лёд и молча принялся развязывать верёвки. Я так и не понял, почему меня не убили сразу, но одно знал точно: «Чистое небо» и «Варта» — явно не друзья.

—Значит так, Игрок. Выбор у тебя невелик, — его голос был ровным, без прежней панибратской теплоты. — Либо мы тебя устраняем как угрозу, либо становишься одним из нас. Такие условия передал Бэк.

—Жизнь всегда лучше смерти. Значит, я с вами. Но за мой разбитый чердак мы ещё поквитаемся. Обещаю.

Мои слова,то ли прозвучавшие слишком угрожающе, то ли задевшие что-то внутри, заставили Льда на мгновение измениться в лице. В его глазах мелькнуло что-то сложное — не то угрызение, не то холодное любопытство.

—Снарягу выдаст Кроу. Потом зайдёшь к Фантому — вернёт ПДА. Через час Погасший устроит тебе проверку боем. Сдашь — останешься. Нет... сам понимаешь.

—Понял. И всё же... кто ты?

—Я — всё тот же Лёд. Только теперь я не буду притворяться дурачком.

Глава 6

На том и порешали. Лёд ушёл в левый коридор, а я с Кроу, который уже ждал меня у выхода к складу со снарягой, двинулся в другую сторону. Бывший свободовец выглядел как новичок, только что пересёкший периметр — улыбчивый, на вид лет тридцати пяти. По пути я вспомнил о пачке сигарет и нашивке.

—Тебя ведь Кроу зовут? Слышал, ты бывший свободовец.

—Ну да, — дружелюбно ответил он. — А ты по какому случаю интересуешься?

—Недавно нашёл под лавкой сигареты с запиской и вот этот шеврон. — Я достал из внутреннего кармана находки и протянул их Кроу.

—Ого! Так Яр ещё жив? — воскликнул сталкер, пробежав глазами по каракулям на пачке. — Хороший вопрос. Яр — один из наших бывших техников. Отличный мужик, но к старости заскоки одолели, и пропал. В последний раз его в 2012-м на «Прачке» в Припяти видели.

—Вот оно что. А я думал, просто какой-то свободяга сигареты забыл.

Зайдя на склад, я обомлел. Передо мной предстал огромный арсенал оружия и экипировки. В такой снаряге можно было десантироваться прямиком в жерло вулкана и выйти оттуда целехоньким. Кроу снял с полки комбинезон с маркировкой «ЧН-3а» и вручил его мне. Затем последовали мой отобранный «калаш» с оптикой, пистолет Макарова и пара артефактов «Пружина», повышающих пулестойкость и смягчающих падение. В комплект вошли и два «Выверта» для компенсации радиации. От шлема я отказался. Завершил экипировку крепкий штурмовой рюкзак.

—Ну! Чем не наш? — всё так же жизнерадостно воскликнул анархист. — Теперь пойдём к Фантому, а потом — к Погасшему. Похоже, я сегодня твой проводник.

Кабинет Фантома охраняли массивные гермодвери, способные, похоже, выдержать даже ядерный взрыв. Интересно, где они раздобыли такие технологии? Зайдя внутрь, я сел на предложенный стул.

—Здравствуй, сталкер. Лёд сообщил, что ты теперь с нами. Рад твоему выбору, но ответь на один вопрос: ты готов воевать против «Варты»?

—Я всегда предпочитал оставаться нейтралом. Перейти дорогу такой силе — верная смерть. Но выбора у меня, кажется, нет.

—Это ты верно подметил — выбора нет. Расскажу вкратце, кто мы. Мы — «Чистое Небо». Раньше базировались на болотах, не подозревая, кто наши настоящие основатели. Мы были пешками в руках «О-Сознания» — тех, кого убил Стрелок. Наша группировка ушла в центр Зоны, чтобы остановить его. Не вышло. Грянул супервыброс, который выкосил основную массу бойцов вместе с основателями. Мой отряд не дошёл до ЧАЭС, мы пережили выброс в Лиманске. Позже от болотного доктора мы узнали, что «Чистое Небо» — отколовшийся проект «О-Сознания». Теперь мы изучаем Зону по-настоящему. Изучали бы дальше, если бы не «Варта». Основатели нас ни во что не посвящали, всю правду мы выяснили сами.

—Интересная история. А что требуется от меня?

—Через час — тренировка у Погасшего. Кстати, вот твой ПДА. — Наладонник, который он положил на стол, выглядел как новенький, даже лучше прежнего. Камуфляж небесного цвета, а на крышке — шеврон «ЧН».

—Это точно мой?

—Да. Мы его улучшили и отключили от общей сети. Теперь ты виден только своим. Добавил контакты всех наших. И отправил сообщение о твоей гибели.

—Нахрена?!

—Ты больше не вольный сталкер. Для всех, кроме нас, ты мёртв.

Зайдя в ПДА,я увидел в общем канале сообщение от Колдуна: «Внимание всем бродягам! Сегодня погибли способные сталкеры Игрок и Лёд. Кто хочет выпить за упокой — бар в Залесье. Выпивка за счёт заведения. Скорбный день.»

—Ладно, сталкер, можешь идти. Кроу покажет твою каюту.

Я вышел без настроения. Каюта оказалась небольшой, но с такими же гермодверьми. Разложив вещи, я сел на кровать. До тренировки оставался час, и я решил поспать — голова после вчерашнего гудела. В сон провалился почти сразу.

...Во сне я снова пересёк периметр, но теперь как опытный ветеран. Шёл через лес у ЛЭП. Здесь, на окраинах, было тихо — ни диких мутантов, ни сильных аномалий. Небо слегка затянуто, лишь изредка пробивались лучи солнца. Зелёные ели радовали глаз — даже на Большой Земле таких чистых лесов не сыщешь, если не считать аномалий. Здесь был мой дом. Встречавшихся плотей и слепых псов я угощал колбасой, особо буйных тихо пристреливал из пистолета с глушителем. Чувствовал полную гармонию с Зоной. Но она не прощает расслабленности. Через сотню метров по мне открыли огонь бойцы «Варты». Если бы не собаки, бросившиеся на патруль, я бы их и не заметил. Сняв с плеча «Винторез», я разнёс голову первому. Укрылся за спиленными стволами — пули цокали по дереву. Понял, что солдафоны пошли в окружение. Как только из-за соседнего дерева показался второй, я всадил ему пулю в пах. Тот заорал. Прикончил из пистолета. Оставаться было опасно, и я рванул вглубь леса. Пули крошили ветки над головой. Отбежав на расстояние, присел на колено и начал поливать их свинцом. Они падали один за другим — видно, не поняли, с кем связались. Обыскал трупы. Хабар вышел неплохой, НИИЧАЗ всегда своих солдат хорошо экипируют: пять научных аптечек, инъекторы. Жаль, патронов 9х39 не было. К вечеру дошёл до сгоревшей сторожки. Спать внутри было опасно — могла рухнуть крыша. Разбил лагерь снаружи. Ночью со стороны Кордона доносились пулемётные очереди — МСОП, наверное, мутантов гоняет. У костра заметил внутри сторожки тусклое красное свечение. Вошёл, держа «Винторез» наготове — мало ли, огненный полтергейст. В центре зала лежал яркий артефакт. Поднял его — и в тот же миг на плечо легла когтистая чёрная рука. Рванулся, чтобы всадить нож в глотку твари, но проснулся и понял, что это всего лишь Лёд...

...Он пришёл будить меня — время тренировки подошло. Хорошо, что нож я оставил на столе, иначе ткнул бы его по ошибке.

—Ты чего дёргаешься? Пора.

—В курсе. Иду. Проводишь?

—Да. И ещё... прости, что по башке огрел. Сам должен понимать — положение опасное.

—Подумаю над твоими словами.

—Нам ещё с «Вартой» воевать, не хочу, чтобы пуля в спину прилетела, особенно от тебя. Ты же мне жизнь спас на Маковом.

—Ладно, хватит соплей. Я не крыса, в спину не ударю и не пристрелю.

Лёд лишь усмехнулся.Взяв автомат, ПМ и нож, мы выдвинулись к Погасшему.

Он ждал нас на странном балконе, с которого просматривались несколько тренировочных секторов. Первый напоминал арену, заставленную контейнерами. Второй — лабиринт с аномалиями. Остальные разглядеть не успел...

—Ты, дятел! Чего уставился?! Щас правила объясню, и пойдёшь испытания проходить. Ясно?

—Так точно!

—Короче. Первая секция — проверка дальнего боя. На арене нужно убивать «вартовцев». Оружие возьмёшь наше, своё пока положи.

—Живых людей убивать? — я искренне удивился. Раньше я никогда не убивал просто по приказу.

—Разговорчики! В наше время нужно быть готовым убить даже невинного новичка с Кордона. Я же не заставляю по сталкерам стрелять. Убей «вартовцев».

—Так точно.

Я уже начал сомневаться,стоило ли соглашаться. Но в Зону я пришёл не для милосердия, а чтобы найти то, чего не было на Большой Земле. И если на пути будут стоять «Варта», «Искра», «Долг» или «Полдень» — я буду бороться.

—Вторая секция — лабиринт с аномалиями и мутантами. Покажешь, как владеешь детектором и болтом, и как уворачиваешься от кровососа. Всё, пошёл!

—Удачи, брат, — пожелал мне Лёд.

Двери на арену распахнулись. Я снял «калаш» и залёг за контейнер. Вскоре со стороны лабиринта послышались маты и отрывистые команды. Странно — откуда они взялись? Не могли же выйти из лабиринта с мутантами... Мои мысли прервал взрыв гранаты где-то рядом.

Снял автомат с предохранителя и начал сыпать«свинцовыми подарочками». Прицельно стрелять было некогда — в любой момент могла прилететь шальная пуля. Кинул гранату за контейнер, откуда доносились голоса. Взрыв. Бока контейнера разворотило, рядом остались один мёртвый и один оглушённый «вартовец». Развернувшись, увидел, что они пошли в окружение. Выпустил по ним очередь навскидку, параллельно перебегая между укрытиями. Наконец нашёл хорошую позицию у стены, за большим ящиком. Прицелился. Выстрел. Красные брызги расплылись по знаку радиации за спиной врага. Один из окруживших спрятался за контейнером, где недавно был я. Эх, надо было растяжку оставить... Проверил ствол, сменил магазин, передёрнул затвор. Не зря на ОБЖ ходил, — мелькнуло в голове, прежде чем мне в челюсть влетел тяжёлый армейский берц. Из губ брызнула кровь. Надо мной навис «вартовец» с ножом. Уворотом ушёл от удара и зарядил ему в пах. Достал пистолет, но противник успел воткнуть нож мне в стопу. Дикая боль, крик, рефлекторный выстрел. «Вартовец» рухнул. Оставался ещё один, не считая контуженного. Кинул тому гранату — пусть не встаёт. Боль смешалась с яростью.

Вот встану, сука, и заставлю тебя расплачиваться за всех. Кишки в луже соберёшь,— пронеслось в голове. — Будешь желчь кровавую выплёвывать и жрать заново!

Через минуту,подобрав у мёртвого револьвер (с автоматом бегать было неудобно), я попытался встать. Справа открыли огонь. Пуля ударила в плечо — новая волна боли. Прикинулся мёртвым. Когда враг приблизился, всадил ему пулю в печень. Бой окончен. Раздался голос Погасшего из динамиков:

—Чуть не подох, но стратегическая смекалка есть. Бэк, отключай пси-генераторы.

—Какие нахрен?.. — моё возмущение прервал механический голос.

(Система):Инициировано отключение пси-поля.

Через несколько секунд трупы«вартовцев», их оружие и даже револьвер в моей руке начали растворяться, оставляя голубоватые следы. Раны на ноге исчезли, кровь пропала. Боль утихла.

—Кончай рассиживаться, сталкер. Бери оружие, впереди ещё две секции, — прокомментировал Погасший.

Вопросов о«ненастоящих врагах» было много, но нужно было идти дальше. Подобрав «калаш», я двинулся к двери в лабиринт.

Внутри царила мрачная полутьма, пахло озоном и гнилью. На столе лежал детектор «Медведь», уже засекавший артефакт где-то впереди. Взяв его, я пошёл вперёд, методично бросая болты. Радар детектора оживал, приближаясь к цели. Остановился, увидев пузырящийся «кислотник» — студень. Обошёл его, и рядом вспыхнул артефакт. Но едва я его коснулся, как он исчез в руке. «Медведь» тоже растворился. Пси-поле всё ещё играло с восприятием. Я двинулся дальше — и тут из тени на меня прыгнуло существо на четырёх лапах. Снорк. Выпустил в него очередь, но твари было плевать. Проверил магазин — холостой. Выстрелы на арене были лишь иллюзией, наведённой пси-полем. Пара прыжков — и снорк сбил меня с ног, вцепился когтями в комбез. Когда его морда потянулась к моему горлу, я со всей силы всадил ему нож в глаз. Не помогло — даже противогаз не слетел. Ударил головой по морде, разбил линзу, но не более.

...Бэк, Лёд и Погасший наблюдали за схваткой с балкона.

—Как думаешь, выкарабкается? — спросил Погасший. — Ставлю две тыщи на смерть сталкера.

—Он новичок, но по словам Льда, неплохо стреляет. Ставлю на Игрока, — парировал Бэк.

Чистонебовцы начали спорить,и только Лёд молча смотрел на мою битву.

...Снорк не сдавался, рвал комбез с новой силой. Дотянувшись до ножа, я вогнал клинок глубже в разбитую глазницу. Тварь взвыла. Скинув её, я схватил «калаш» и изо всех сил ударил прикладом по морде. Без толку — болевой порог у мутанта, судя по ободранной спине и гнилым зубам, был на нуле. Пару зубов я ему всё же выбил. Очнувшись, снорк ударил меня ногой в лицо, отшвырнув на несколько метров. Затем прыгнул, пробив головой потолок, и приземлился мне на грудь. Воздух вырвался из лёгких. Теперь он видимо решил сожрать меня в качестве бифштекса, он тащил меня к «Жарке», тлевшей за углом. Ловкой подсечкой заставил его споткнуться в метре от аномалии. Проскользив оставшееся расстояние мордой, мутант рухнул в огонь. Я вскочил и, увидев у лежащего тут единственного «трупа» «Сайгу», схватил дробовик. Тремя выстрелами снёс твари уже горящую голову.

Не успел перевести дух,как «труп», у которого взял дробовик, поднялся, мыча что-то нечленораздельное. Зомби. Его глаза вытекли, правое ухо кишило личинками. Выстрел разнёс голову. Осторожно обойдя «Жарку», с «Сайгой» наготове, я двинулся дальше. К счастью, Кроу скинул на ПДА карту лабиринта по доброте душевной. Он был невелик, но опасность представляли мутанты. Не прошёл и ста метров, как услышал рёв кровососа. Пространство вокруг замедлилось на пару секунд — хватило, чтобы получить удар по лицу. Адреналин взорвался в крови, лицо залило из разбитого лба. Кровосос был почти невидим, его силуэт мерцал, как мираж. Выстрелил на звук — в воздухе появилось облако крови. Помня, что эти твари любят атаковать со спины, прижался к стене. Увидел мельтешение, несущееся на меня — три выстрела в голову. Это лишь отбросило его. Упав, он получил ещё два заряда дроби. Даже с разбитой мордой он накинулся. В ход снова пошёл нож. Клинок вошёл до упора в грудь, и кровосос обмяк. Поднявшись, я побежал к выходу. Добрался без приключений, но теперь был без оружия — только нож и ПМ. Перед самой дверью голову скрутила резкая боль, в ушах зазвучал невнятный шёпот. Обернувшись, я увидел мутанта в рваных джинсах с непропорционально большой головой. Такого я встречал впервые. Он сделал странный жест рукой — и всё поглотила тьма.

...Недолгий сон. Я снова на Маковом поле, но без пси-воздействия. В руке держал красный артефакт. Что это за арт? Почему он мне снится? Позади снова высилась «Дуга». Маки исчезли, антенны окружал хвойный лес, рядом валялся сломанный знак радиации. Разглядывая артефакт, я думал, как его назвать. Решил забраться на «Дугу» — оттуда вид лучше. Усевшись на край, я продолжал размышлять.

—Ихор, — раздался голос за спиной.

Обернувшись— Лёд. Он присел рядом.

—Ихор — вроде как кровь богов. Кровь — потому что красный, боги — потому что небо. Да и ты, вроде, верующий.

—Неплохое название. Но это всего лишь сон, артефакт не продашь.

—Кто знает?..

...Досмотреть сон не дали. Очнулся, судя по всему, в лазарете «Чистого неба». Под капельницей, а на груди... вы не поверите... щенок псевдособаки. Маленький мутант мирно спал, посапывая. Броник с меня сняли, осталась лишь чёрная футболка. Мой армейский жетон который в детстве подарил покойный отец, щенок держал в зубах. Чёрт... Я потянулся к ножу — на всякий случай.

—О! Смотрю, ты нашему другу приглянулся, — в палату вошёл Бэк.

От его голоса щенок проснулся и чихнул соплями мне прямо в лицо.

—Хе-хе. Любопытный факт: наша псевдособака ощенилась и сдохла. Щенок остался. Помнится, Ной рассказывал, что если воспитывать с младенчества, можно приручить. Но он только рычит на всех и никому не доверяет. А к тебе, видишь, подошёл.

—Что со мной случилось? — спросил я, игнорируя рассказ про щенка.

—На тебя в лабиринте напал контролёр. Погасший его выпустил.

—Похоже, я не очень нравлюсь вашим людям. Меня уже специально пытаются убить.

—Не обижайся, он бывший наёмник, привык к жёсткому отбору, — пока Бэк объяснял, щенок окончательно проснулся, выплюнул жетон и принялся облизывать мне лицо.

Бэк рассмеялся.Удерживаться было бесполезно — я тоже фыркнул. Щенка было не отодвинуть — он упорно пытался меня лизнуть. В палату с мандаринами зашёл Лёд и тоже не сдержал улыбки.

—Игрок, я смотрю, ты и вправду способный. До конца, конечно, не дошёл, но это я виноват... — Начал Лёд, хотя если честно я не понимал в чем его вина?

—Кстати, что за хрень с ненастоящими «вартовцами»? Я же чувствовал удары!

—Пси-воздействие. Мы для тренировок используем генераторы, влияющие на мозг. Мы, в отличие от «Варты», не психи и жизнь ценим. Чью бы то ни было, — пояснил Бэк.

—Отлич... — меня перебил щенок, требовавший ласки.

—Знаешь, а ты мог бы стать ему неплохим хозяином. Что думаешь? — спросил Лёд.

—Было бы неплохо, но... — я сомневался. В детстве у меня был пёс, но когда он начал кидаться на людей, пришлось усыпить. Я тогда долго рыдал. — Можно попробовать.

—А как назовёшь? — поинтересовался напарник.

Подумав,я ответил:

—Пусть будет Лаки.

—Опять вы тут зоновских выродков воспитывать вздумали?! Забыли, как псевдособака беднягу Холода загрызла?! Устроили тут непонятно что! И этот сомнительный пацан — вдруг пса воспитает и на вас же натравит! — в дверях возник Погасший.

—Погасший! Ты забываешься — сталкер проверку прошел! А ты его в лабиринте подставил, — вступился Бэк.

—Да этот крысёныш вам же нож в спину воткнёт при первой возможности!

—А может, ты уже заткнёшься и на себя со стороны посмотришь?! — выкрикнул я. — Пока что удар в спину только от тебя! Ты меня даже не знаешь, а уже судишь!

—Ты мне ещё тут разговаривать будешь?! Зубы, что ли, выросли?!

—Так, успокоились! — рявкнул Бэк. — Погасший, ты не в синдикате, чтобы тут указывать! Сталкер будет с нами, хочешь ты того или нет.

—Да пошли вы все!

Погасший выскочил из палаты.Мой щенок лишь прорычал ему вслед, а потом снова потянулся ко мне. Никогда бы не подумал, что мутанты тоже могут быть неопасными.

Глава 7

Обучение Лаки проходило успешно. За два дня я научил его охотиться на тушканов и крыс. Ненависть Погасшего по отношению ко мне поубавилась — теперь он не брезговал есть со мной за одним столом. Я вспомнил, как в детстве обожал сериал «Кремень» и мечтал о таком же изогнутом ноже — кукри. Местный техник Дефс с удовольствием взялся его сделать. Изогнутое лезвие придавало оружию неповторимый вид. Я также поставил на свой АКМ-74/2У тактическую рукоять и глушитель для скрытных операций.

Лаки всё время терся рядом, не отходя ни на шаг. Даже спал у койки. Преданный друг. Кстати, о преданных друзьях — Лёд снова ходил со мной в вылазки, и возвращались мы обычно не с пустыми руками. Сегодня насобирали артефакты: «Бифштекс», «Медуза», один «Лунный свет» и штук пять «Капель». Артхантерством занимались по очереди: сначала я искал, а он прикрывал, потом наоборот.

Ещё сегодня встретил и убил полтергейста. Тварь оказалась коварной — вроде невидимое облачко, а швыряется предметами больно. Он запустил в меня трупом наёмника, но тут же был расстрелян из дробовика Погасшим. Оказалось, тот следил за нами, чтобы мы не подохли по глупости.

Вернувшись на базу, Погасший наконец признал, что я — не криминальный элемент для «Чистого Неба». Но доверия, как он сам сказал, всё равно нет. В ответ я лишь кивнул и ушёл в каюту кормить Лаки. За эти дни я к нему сильно привязался.

Всё шло относительно спокойно. Жил, пил, ел. Даже не верилось, что «Чистое Небо» ведёт скрытую войну с «Вартой». Прямых столкновений почти не было — в рейдах мы обходили даже трёхместные патрули. Когда я спросил, почему бы не уничтожать «Варту» по частям, мне ответили: мы не «Искра», которая только и ждёт момента перебить всех вартовцев. Мы не стремимся к уничтожению, мы изучаем Зону — теперь уже правильно.

Фантом был мудрым лидером. Для меня он ассоциировался с филином — таким же рассудительным, а его экзоскелет лишь усиливал это сходство, будто перья. Бэк же у меня почему-то прочно ассоциировался с Леонардо из черепашек-ниндзя. Не знаю почему, но всё же.

Но не может всё идти хорошо. Сейчас увидите, почему.

Я сидел в столовой, попивая чай с лимоном, когда по рации со мной связался Фантом.

(Фантом): Игрок, зайди ко мне. Есть задача для тебя и ещё двух твоих друзей.

(Игрок):Понял. Уже иду.

Закончив с чаем, я вышел в коридор и увидел Льда и Кроу — они тоже направлялись к кабинету лидера. Нагнав их, я похлопал по плечу.

—Здарово, товарищи сталкеры. Куда путь держите?

—О, Игрок! К Фантому, у него какое-то задание, — ответил Лёд.

—Меня он тоже по этому поводу вызвал. Сказал, задание для меня и двух друзей.

Мы вошли в кабинет.

—О, подошли наконец.

—Ага. Что там у тебя?

—Парни, как вы знаете, генератор не вечен, и его нужно регулярно заряжать. Для этого мы используем в основном гаусс-кассеты, а они у нас на исходе.

—Предлагаешь нам добыть новые? — уточнил я.

—Вы у нас новенькие, с Кроу, так что вам и карты в руки. А Лёд — сопровождающий.

—А «туда» — это куда? — как всегда с улыбкой спросил Кроу.

—Ах да, точно. Недалеко от Депо на Свалке есть люк. Вам нужно спуститься вниз. Он ведёт в систему подземелий Армейских складов. По нашим данным, раньше «Монолит» мог перемещаться под землёй через такие комплексы — склады, Рыжий лес и так далее. Один из них называется «Путепровод Припять-1».

—Путе… что? — переспросил бывший анархист.

—Дегтярёв обнаружил его в 2012-2013 годах. Сейчас там всё отравлено газом, и выжить там смогут разве что «монолитовцы»… то есть «Полдень», — объяснил Лёд.

—Спасибо, Лёд. Так вот, «монолитовцы» оставили в тех подземельях целые склады кассет. Вы должны принести хотя бы один ящик. И будьте осторожны — кто знает, что там завелось за девять лет.

—Когда выходим? — спросил я.

—Завтра на рассвете, чтобы не напороться на патрули «Варты». Лишняя кровь нам ни к чему.

Получив указания, мы решили заглянуть в местный бар на базе. Барменом у нас был Наливайко — бывший «долговец». Говорят, ушёл из «Долга» после того, как пропал некий генерал Крылов. Под началом нового лидера, генерала Воронина, служить не захотел. Пришёл в «Чистое Небо», потому что эта группировка оказалась даже спокойнее и нейтральнее Вольных сталкеров, которые вечно грызутся с бандитами.

Лаки шёл рядом, весело виляя хвостом.

—Как у тебя, кстати, с Лаки дела? — поинтересовался Лёд.

—Да вроде нормально. Выучил пару команд и не кусается, когда рядом спит.

—Ты только следи за своим питомцем, а то он мне на прошлой неделе в берцы насрал! — возмутился Кроу.

—Хе-хе-хе.

—Ахахаха!

Весь бар разразился хохотом.

—Вам смешно, а мне потом эту аномальную кучу из тапка ножом выковыривать!

Смех стал ещё громче.Кто-то за соседним столиком даже подавился, но продолжал хохотать. Было действительно весело. Пожалуй, могу сказать точно: «Чистое Небо» — это место друзей и верных товарищей. Я также заметил, что когда приходится убивать человека, я больше не чувствую вины. Это пришло со временем, когда я осознал, что в Зоне это давно стало нормой.

Насмеявшись от души, Лёд задал мне вопрос:

—Браток, а что у тебя за жетон? Такие в армии носят, а ты говорил, что не служил.

—Это память об отце. Он подарил его мне, когда я был ещё мелким. Потом он умер, и с тех пор я ношу его. Он напоминает мне, что нельзя бросать людей, которые тебя любят…

—В смысле?

—Думаю, ты и так всё понял.

---

...Бэк сидел напротив Фантома. Лица у обоих были серьёзными. На Зону и всех её обитателей надвигалась беда. Она коснётся каждого.

—Значит, Далин провёл второй «Карибский» эксперимент, — констатировал Бэк.

—Да. Пошёл по стопам папаши. Что тот урод, что его сынок. Его отец и так создал Зону, чего им ещё нужно? Теперь артефакты появляются и за пределами периметра. Именно поэтому Скиф устроил ту бойню. Он даже обошёл защиту «Каланчи».

—Его дом разрушил некий артефакт. В НИИЧАЗе его называют «Альфа». Такие же появились по всей планете. За ними началась настоящая охота. «Варта», «Искра», даже некоторые «полуденцы» под предводительством Фауста.

—Нам повезло — один из таких артефактов оказался у нас.

—Когда? Не припомню, чтобы «Альфа» рождалась на нашей базе.

—Его недавно принёс и продал мне один из наших агентов, он выкупил данный экземпляр у какого то новичка. Запросил всего миллион рублей. Даже не торговался. — Фантом положил на стол контейнер с почти потухшим артефактом, едва излучавшим красный свет.

—Что от нас требуется?

—«Варта» — всего лишь орудие в руках Набсовета совета. Но «Варта» хочет уничтожить Зону, а Набсовет — установить тотальный контроль над всем, что внутри периметра. Нам может помочь этот сталкер. Помнишь, Игрок во сне говорил про «Дугу» и артефакт? У нас ведь уже были случаи, когда сны сбывались до мельчайших деталей. Про артефакт он сказал правду, и про ЗГРЛС тоже. Именно там, наверху, находится аномалия, которая может перезарядить этот артефакт.

—А Шрам не будет мешать?

—Нет. У него сейчас в голове одна цель — найти «Светлую Зону». Не думал, что сверхвыброс так ему сознание исковеркает.

—Значит, наша главная задача — не дать «Варте» уничтожить Зону и не позволить ей расползтись дальше тридцати километров...

---

...В баре началась настоящая пивная вечеринка. Было шумно и весело. Лаки радовался и прыгал вокруг. Музыка гремела, как в клубах на Большой Земле, кто-то даже прицепил диско-шар. Я уже чувствовал усталость и ненадолго прикорнул за стойкой, а проснулся с сигаретой, торчащей из носа. Да, юмористы есть даже в такой серьёзной группировке. Позже выяснилось, что это проделка Кроу. Он же напихал сигарет в пасти и ноздри чучелам химеры и кабанов, украшавшим стену.

—Я не понял, а по какому поводу пьянка? — возмутился появившийся в дверях Погасший. Он окинул взглядом меня, Кроу и Льда. — Ну ладно, эти два придурка, но ты-то, Лёд? Уважаемый ветеран! Вам завтра на задание, а вы тут…

—Да расслабься, Погасший, иногда нужно уметь отдыхать. Игрок, вот, вообще не пил.

—Ну ёмае… Вы идиоты Зоны! Кто мою химеру курить научил?! — завопил он, увидев чучело с торчащими из морды сигаретами. Думаю, если бы химера была цельная, Кроу сунул бы сигарету ей и не в такие места.

Пока Погасший материл всех присутствующих, я тихо вышел и направился в свою каюту. Сняв бронежилет, плюхнулся на койку. Лаки улёгся рядом. Выключив свет, я взял ПДА, чтобы почитать про артефакты.

• Кровь камня:

Многоцветное образование из спрессованных полимеризированных остатков растений, почвы и костей. Частично нейтрализует вредные химические вещества.

Место образования: аномалия «Карусель».

Цена: 46 000 руб.

• Реликт:

Небольшая искривлённая сфера с загадочными узорами на поверхности. Слабо светится, создавая ощущение скрытой внутри энергии. Многие считают его происхождение почти божественным.

Место образования: аномалия «Объект-55».

Цена: 11 000 руб.

• Пси-шар:

Уникальный артефакт, вызывающий огромный интерес у исследователей. Может служить как защитой, так и оружием в умелых руках. Окружён тайнами.

Место образования: неизвестно.

Цена: 45 000 руб.

• Сгусток:

Был найден непосредственно у саркофага ЧАЭС, между «Слизью» и «Жаркой». Увеличивает скорость пули, поглощает отдачу и снижает износ оружия. Чрезвычайно ценен.

Место образования: неизвестно.

Цена: 100 000 руб.

• Ромашка:

После одного из выбросов мутировал и вместо поглощения радиации начал её излучать. Требует особого контейнера. Подавляет голод и повышает ловкость, поэтому популярен среди сталкеров.

Место образования: аномалия «Комета».

Цена: 53 000 руб.

Тут я вспомнил, что Бэк как-то упоминал по рации, что очень хочет заполучить «Ромашку». Говорил, кто найдёт — получит тройную оплату. Интересно, зачем ему арт, который стоит дешевле, чем он готов заплатить? Впрочем, сейчас они встречаются крайне редко и только ближе к ЧАЭС.

А какой артефакт мне снится постоянно? Я вижу его во всех снах. Ладно, сон есть сон. Одну просьбу Зоны я уже выполнил — примкнул к «Чистому Небу». Дальше — как пойдёт.

Отбросив лишние мысли, я снова уткнулся в наладонник, но теперь перешёл в раздел «Группировки». Оказалось, Фантом не только улучшил мой ПДА, но и загрузил туда подробные досье на все ключевые фракции Зоны.

Глава 8

Ночь прошла без снов — видимо, Зона решила дать мне отдохнуть. Было приятно чувствовать тепло Лаки, единственного живого существа, которого можно обнять, как плюшевого мишку в детстве. Ночь была настолько спокойной, что стало даже непривычно, и я долго ворочался. Ближе к рассвету я решил пройтись по коридорам базы. На вольной жизни я бы вышел на разведку, но здесь, как новичку, мне разрешали покидать базу только по спецпропуску. Сейчас его точно никто не выдаст.

Открыв гермодверь, я столкнулся с Кроу.

—Далеко собрался? — спросил он. — Пропуск тебе сейчас не дадут, да и бар закрыт.

—Просто пройтись. А ты-то что здесь делаешь?

—Мне-то можно без пропуска. А чтобы «Варта» не цеплялась, надеваю старый свободовский комбез. — Действительно, на нём был зелёный камуфляж с нашивкой оскалившегося волка.

—С «Вартой» понятно, а как же «Долг» или бандиты?

—С «Долгом» договор о ненападении подписан, кстати, благодаря Коршунову. А с бандитами у свободовцев нейтралитет.

—У тебя всё схвачено. Прямо тщательно продумано.

—Ладно, мэн, иди спать, завтра на вылазку. И ещё… ты Фантому с Бэком о моих ночных похождениях не говори, а в обмен лови артефакт. — Кроу достал из рюкзака шар, светящийся ярко-оранжевым светом. — «Пламя».

—Спасибо, конечно, — сказал я, беря в руки тёплую берюльку, — но я бы и так не стал ябедничать.

—Мало ли. Всё, иди спать, я примерно через час вернусь.

Я зашёл в каюту, чтобы убрать «Пламя» в контейнер. От артефакта исходило приятное, почти живое тепло. Вспомнилось, как в детстве, промокший и продрогший после снежной улицы, я забирался домой, мама топила печку, и я садился рядом греться. В полутьме было так уютно… Потом на столе появлялись свежие блины с мёдом. Я так проникся воспоминаниями, что вместо того, чтобы убрать артефакт, лёг спать, прижав его к себе, чтобы сохранить это тепло. Лаки, почувствовав его, тут же придвинулся поближе.

Сны были сладкие и тёплые. Наутро во рту чувствовался металлический привкус. Встав с койки, я наконец убрал артефакт в контейнер и вместе с Лаки отправился в бар. Там было немноголюдно. За столом Лёд и Погасший уплетали солянку, запивая крепким чаем с лимоном. Заказав то же самое, я присоединился к ним.

—О, знакомые люди! — воскликнул Лёд. — Лаки, цып-цып-цып! Смотри, какой у меня жирный тушканчик есть. — Он достал из-за пазухи мёртвую тушку и бросил её псу.

Лаки осторожно подошёл и принялся есть.Обычно он не брал еду из чужих рук — только из моих. Меня даже охватил лёгкий приступ ревности.

—А где Кроу? — спросил Погасший. — Вам скоро выдвигаться, а его до сих пор нет. Пока он проснётся и позавтракает, его никто ждать не будет.

—Наверное, спит. Анархист херовый, опять ночью в рейд ходил, — сказал Лёд.

—Так вы тоже знаете? Я думал, он только мне об этом рассказывал.

—Да этот проныра всё в бар на «Росток» бегает. Противогаз напялит да на «Берёзу» глазеть. Мутили они что-то, пока на нас Кроу не вышел — нам и не пришлось объявлять его в сети мёртвым, — пояснил Погасший.

—А «Берёза», знаешь, баба видная. Я на его месте тоже ходил бы и смотрел… — Лёд не успел договорить, я его перебил.

—Так в Зоне женщины есть?! — я был искренне удивлён. Надеялся, что хоть здесь смогу без женского внимания, но, как видно, не судьба.

—А как же. Зона, брат, место странное. Раньше бабы к самой проволоке боялись подойти, а сейчас повадились лазать. Правда, в основном по базам сидят, а в чистом поле я их не встречал.

—«Берёза» на базе «Свободы», Соня Алексеевна — на «Султанске», и ещё какая-то девка на «Янове» и вроде в "Долге" тоже есть пара. — перечислил Погасший.

Закончив завтрак, мы со Льдом начали проверять снаряжение. Я почистил автомат и взял на складе патронов. Заодно упомянул о металлическом привкусе во рту — и получил знатный подзатыльник от Погасшего. Оказалось, у «Пламени» есть побочный эффект — радиационная отдача. Схватив антирад из запасов, я немедленно вколол себе дозу.

Кроу постепенно подтянулся, полностью экипированный. На нём был уже комбез «ЧН-3А», а на ремне висела натовская винтовка.

—Явился, не запылился. Ну, как там твоя «Берёза» поживает? — спросил один из бойцов. — Ему блин к операции готовиться, а он по девкам шляется.

---

Ночь. База «Чистого Неба», каюта Игрока.

«…Всё, иди спать, я примерно через час вернусь».

Игрок зашёл в каюту, а Кроу направился к выходу. Ему было жалко расставаться с артефактом, но это была гарантия молчания. Коридоры базы погрузились во тьму. Интересно, как Фантому и Бэку удалось создать такую передовую базу? У НИИЧАЗа и «Варты», что ли, технологии перли? Впрочем, сейчас это было неважно. Для Кроу главным было снова увидеть «Берёзу».

Выйдя в Зону, он натянул противогаз и установил на винтовку прицел. Выход с базы был скрыт в подвале, замаскированном под кирпичную стену и закрывавшемся изнутри на замок. Защита не самая надёжная, но сталкеры сюда не совались. И то хорошо.

Кроу двинулся в сторону «Ростка». После подписания «Договора Д-4» по его условиям «Росток» и бар «Сто Рентген» отошли «Свободе». «Долг» переместился на Цементный завод. Нынешним лидером анархистов был Миклуха. Однажды он пропал в Припяти, но сумел найти выход и вернуться. Об этом рейде говорили даже в «Долге».

Кроу шёл осторожно, помечая путь болтами. Аномалии — штука хитрая. Расслабишься — и вот тебе «Трамплин» на пути. А он не будет разбираться, кто хотел быть лётчиком, а кто нет — всех отправит в полёт.

— Эй, анархист! — крикнул кто-то справа. — Закурить не найдётся?

Подойдя ближе,Кроу увидел у костра одинокого вартовца. Рядом лежал новенький АКМ-74 и рюкзак, из-под ткани которого пробивалось тусклое свечение — явно артефакты.

—Здарово, служивый! Закурить, говоришь… — Кроу порылся в карманах, но безрезультатно. Тогда он вспомнил про пачку, которую ему отдал Игрок. — Держи, родной. Только дай чего пожевать. За хабаром вышел, а поесть времени, сам понимаешь.

—Так ты чё, тут же «Террикон» рядом, — сказал боец, протягивая банку тушёнки.

—Да неохота топать. Сейчас хабар подберу и на «Росток», — ответил Кроу, уже готовясь ударить ножом и забрать добычу, как вдруг…

—Слушай, ты не знаешь, где в Зоне Болотного доктора найти можно?

—А тебе он на кой ляд сдался? Выглядишь вполне здоровым, — спросил Кроу, чуть ослабив хватку на рукояти ножа.

—Да понимаешь, дочка у меня на Большой Земле болеет… Лейкемия. Последняя стадия. — Вартовец показал потрёпанную фотографию девочки лет пятнадцати. Девчонка и вправду была красивой: тёмные волосы, светлая кожа, голубые глаза.

—Красивая. Эх, друг, не знаю я, где доктора найти. Сам в Зону пришёл, чтобы его отыскать, но всё напрасно. — Кроу когда-то искал доктора, надеясь вылечиться от наркозависимости. Но когда поиски зашли в тупик, он спустил последние деньги на особый артефакт.

—Что ж за жизнь такая? Я ведь в «Варту» вступил только чтобы денег на лечение побольше заработать. Но деньги уже не помогут — Анютка ждать больше не может.

—А тебе не западло об этом с обычным сталкером говорить? — спросил Кроу, хотя понимал: вартовцу нужно было выговориться. По его лицу было видно отчаяние и беспомощность.

—Мне уже всё равно, с кем говорить, — равнодушно сказал боец. — Меня Михась звать, если что.

—А меня Саня… Кроу.

Зона будто замерла. Только шелест листьев и далёкий вой псевдособак. Немного посидев с Михасем, Кроу двинулся на «Росток». Натянув противогаз, чтобы его не узнали, он пристроился неподалёку от лавки «Берёзы», чтобы в последний раз полюбоваться на неё…

В последнее время чутьё Кроу на опасности притупилось. Недавно он поймал пулю от бандита, подкравшегося сзади, — хорошо, броник спас. Чутьё на аномалии тоже сдало: пару дней назад он едва не угодил в «Воронку». Если бы не сталкер Клин, разлетелся бы анархист по кустам, а деревья украсили бы его кишки, как новогоднюю ёлку. Кроу понимал: скорее всего, он надоел Зоне, и она пытается вывести его из игры. Так что он был почти уверен — из этого рейда живым не вернётся.

На обратном пути, приближаясь к месту встречи, он вдруг услышал страшный крик. Заняв позицию за валуном, он в прицел увидел, как вартовец бьётся в траве, а над ним колдует контролёр. Кроу выпустил бронебойную очередь прямо в глаза твари, лишая её ориентира. Подбежав ближе, он всадил нож мутанту в шею. Тот умирал неохотно, но бронебойки сделали своё дело.

Вартовец лежал в траве, бормоча невнятное. Кроу попытался привести его в чувство, но в ответ слышал только обрывки фраз:

—До… доченька… Скоро папа вернётся… Вернётся…

Михась был зомбирован.Помочь ему было нельзя — только пустить пулю в лоб. Кроу достал пистолет и перед выстрелом пробормотал:

—Извини, Анютка… Не вернётся уже твой папка из Зоны.

Выстрел прогремел,оглушительно громко в тишине ночи. Хотя, может, это только показалось Кроу. Он столько лет в Зоне, за периметр не уходит — не к кому, детдомовский. Но никогда ещё ему не было так горько убивать зомбированного.

Обыскав тело, он нашёл ту самую фотографию. Когда потянулся за ней, его руку внезапно схватил Михась.

—Кро… кровь…

Положив снимок обратно на грудь бойца, Кроу ощутил, как хватка ослабла. Михась улёгся дырявой головой в лужу собственной крови. В документах Кроу нашёл адрес солдата. И у него родился

Глава 9

…Я стоял и ждал, пока Клин оформит нам пропуск. Спустя полчаса мы уже шли в сторону Депо, обходя открытые пространства — могли стать лёгкой мишенью для вартовских снайперов. Небо над Зоной было голубым, припекало солнце. Лесок выглядел приветливо, но это была иллюзия. Где-то в стороне плавился и искажался воздух — я кинул туда болт, и аномалия ответила глухим взрывом, на мгновение пропав, а затем возникнув вновь. Где-то вдалеке раздавались выстрелы — Зона по утру начинала жить своей обычной жизнью.

Подойдя вплотную к стене Депо, мы наткнулись на люк. Кроу и я открутили его и по очереди спрыгнули вниз. Лаки я взял с собой. По дороге заметил недалеко от Депо труп вартовца с фотографией в руке. Кроу после ночной вылазки был каким-то замкнутым.

—Далеко отсюда до армейских складов? — спросил я.

—Судя по карте — около километра.

—Сколько по Зоне шарюсь, а этот люк так и не замечал, — сказал Кроу.

С потолка подземки капало, а в воздухе витал сладковатый запах разложения — где-то неподалёк кто-то сдох. Тоннель больше напоминал метро, только без рельс. Мы шли по прямой, пока в конце не упёрлись в массивную гермодверь.

—Приплыли, — выдохнул я.

(Лёд):Фантом, тут проход дверью напрочь перекрыт. Дальше никак.

(Фантом):Пшпрщпшшщпщ...

—Рация, мать твою, не пашет.

Внезапно на меня сзади накинулось что-то тёмное и впилось в шею. Я вскрикнул от боли, достал пистолет и всадил пулю в башку мутанта. Мёртвый снорк рухнул на пол. На выстрелы отозвалась целая стая — они выскакивали из тёмной норы, которую мы раньше не заметили. Я вскинул «калаш», Лёд открыл огонь из «Сайги», Кроу швырнул в логово три гранаты. Снорки, не чувствуя боли, лезли напролом. Когда мы истратили половину боезапаса, в пещере остались лишь трупы.

—Вот тварь! — выругался я, ощупывая прокушенную шею.

—Погоди, возьми "Душу", — вдруг сказал Кроу, доставая из контейнера артефакт синего цвета. — Как говаривал мне профессор Сахаров: «Этот артефакт крайне необычен, он способствует повышенной регенерации внешних повреждений. Вы понимаете, о чём я, коллега?»

—Ну ты и юморист, — проворчал я, прикладывая холодную сферу к ране.

Через несколько минут боль утихла, рана начала стягиваться. Лёд промыл её антисептиком который в Зоне называют водка, — мало ли чем эти твари питаются.

—Все готовы? Пора спускаться. Фантом не отвечает, а дверь мы не откроем, — сказал Лёд.

—Так ты у нас за главного? — разочарованно спросил Кроу. — Я думал, мы на равных.

—Вы в группировке меньше всех. Ты — ладно, год назад попал, а этот — пару дней назад.

Выяснив отношения, мы полезли в тоннель, прорытый снорками. Грязь осыпалась под ногами, а снизу доносился непонятный металлический лязг. В конце концов мы вывалились в просторное помещение — тот самый склад.

—Добро пожаловать на бывшую базу «Монолита», — провозгласил Лёд. — Где-то здесь должны бы… Сука!

В паре метров от него пуля звякнула о железную балку. Я нырнул за контейнер. Из темноты доносились отрывистые команды.

—Комаров, быстро обходи их! Харт, держи того, что за контейнером, на прицеле!

Я вышел из укрытия как раз в момент этой команды. Пуля ударила в плечо — не пробила комбез, но сбила с ног. У стрелка был идеальный шанс добить меня, но выстрела не последовало. Более того, когда я отполз обратно, меня не преследовали.

—Харт, мать твою! Какого хрена ты его не пристрелил?! — орал командир. — Ты у меня сержантом станешь!

—Извиняюсь, товарищ подполковник, «калаш» заклинило…

Лёд из своего укрытия вёл методичный огонь: три выстрела, пауза, смена позиции. Нужно было действовать. Я пополз за ящиками к ближайшему врагу. Тот самый снайпер заметил движение и выстрелил — снова в то же плечо. Я снова рухнул. Он явно не просто мазал — он мог убить, но не делал этого. Поднявшись, я рванул к его позиции, но не для убийства, а чтобы вырубить. Подбежав, я увидел, как он встаёт с колена, пытаясь выстрелить. Удар ногой в грудь опрокинул его, и я оглушил прикладом.

—Ах ты сука! — завопил подполковник.

Он уже целился в меня,но я был быстрее: кувырок в сторону, очередь — и командир умолк.

Бой окончился. Остальных добили Кроу и Лёд. Снайпер вышел к нам без оружия, подняв руки.

—Не стреляйте, я сдаюсь!

—Кто ты и почему не убил меня? — спросил я, показывая на плечо.

—А ты разве не узнал? Я с детства знал, что ты тупой как табуретка, но родного брата не узнать — это даже для тебя высший уровень, — сказал он, снимая шлем-противогаз.

—Данил?! Кого угодно был готов встретить в Зоне, но не тебя.

—Игрок, — Лёд посмотрел на меня. — Ты этого типа знаешь?

—Да. Это мой брат...

—Игрок… Так тебя теперь звать, — покачал головой Данил. — Я, честно говоря, тоже не ожидал тебя здесь увидеть. По крайней мере, в роли сталкера. Ты ведь понимаешь, что это незаконное пересечение периметра? Аа! Что за хрень?!

Из-за угла появился Лаки.

—Тихо! Не стреляй, это мой… питомец.

—Ладно... Теперь я точно знаю — в Зоне странностей не бывает.

—Ты уж извини, мэн, мы тут твоих корешей положили, — вставил свои пять копеек Кроу.

—Блин… Чёрт, сейчас патруль пришлют! — Сказал Харт посмотрев на свой наладонник.

—А ты у нас теперь, значит, Харт? — уточнил я.

—Позывной. Мы пришли по приказу «Варты» — у них в НИИЧАЗе какая-то хрень творится. Походу, очередное открытие совершают. Короче, парни, палить вас я не хочу. Так что огрейте меня чем-нибудь по башке, чтобы вырубился.

—Да с удовольствием! — воскликнул Кроу и двинул ему по голове обрезком трубы.

Найдя ящик с гаусс-кассетами, мы двинулись обратно. Внезапно заработала связь, и на ПДА пришло сообщение:

(Фантом):Всем чистонебовцам за пределами базы. Назад не возвращайтесь. На нас напала «Варта»…

На этом сообщение оборвалось.Мы замерли в шоке. Как «Варта» могла вычислить базу? Это невозможно.

—Чего? Не может быть! Не могла же «Варта» просто так найти нас! — не верил Лёд.

—Да… Не могла. Но… — замялся Кроу.

—В смысле «но»? Я чего-то не знаю? — голос Льда стал опасным. — А… Кажется, понял. Это ведь ты каждую ночь уходишь с базы, чтобы глазеть на свою бабу в баре!

Лёд врезал Кроу в челюсть. Тот ответил. Драка длилась минут пятнадцать. Победил Лёд. Кроу лежал на полу, харкая кровью на бетон.

—Ты хоть понимаешь, что подставил всю группировку?! Понимаешь, что с нашими сейчас сделают?! Так бы и пустил тебе пулю в твою тугую башку! Жаль, что своих не убиваю…

По виду Льда было видно — он на грани. Мы все были на пределе. Возвращаться на базу было нельзя — там либо засада, либо мёртвые.

—Значит так, пацаны… — Лёд закурил дрожащими руками. Странно, я никогда не видел, чтобы он курил. — Игрок, посмотри в ПДА, кто из наших ещё в живых.

Я открыл контакты. Большинство меток были серыми — мёртвые. Наливайко, Погасший, Мерц, Спартанец, Аур… Меньше всего я ожидал увидеть в списке Погасшего. Он казался неубиваемым. С каждым именем Лёд хмурился всё сильнее.

Тут я случайно открыл карту Зоны и замер.

—Лёд, а это что ещё за хрень?

На карте чётко виднелись две к зелёные точки,стремительно двигавшиеся в одном направлении.

—Чего там? — Лёд взял наладонник, и его лицо исказилось. — Чёрт! Это Бэк и Фантом. Они движутся в сторону НИИЧАЗа.

—А они там что забыли? — поинтересовался Кроу, вытирая кровь с лица.

—Может, «Варта» их схватила? — предположил я.

— Точняк, Игрок. Если поторопимся, может, успеем нагнать. Судя по ПДА, погибли не все. Остальные ждут на «Дуге».

—Зачем?

—Не знаю. Сейчас идём к ближайшему выходу и ищем отряд «Варты». Стрелять только в голову — чтобы не испортить форму, — приказал Лёд.

Я перезарядил АК, и мы двинулись к выходу.

—Форму этим легавым собакам подпортить боишься? — с издёвкой спросил Кроу.

—Сделаем дело — узнаешь что задумал.

Перед выходом я оттащил брата к неизвестно откуда взявшемуся здесь дивану и уложил его, натянув на его лицо противогаз — мало ли чем тут надышится. Через полчаса мы были снаружи. Ближе всего на Свалке «Варта» могла быть у Террикона, туда мы и направились. С небольшого холма, укрывшись в кустах, я через бинокль высмотрел небольшой отряд — трое бойцов, удалявшихся на север. Когда они отошли достаточно, Лёд сказал:

—Теперь надежда только на тебя, Игрок. У тебя одного коллиматор. Большой шанс снять их быстро. Не подведи.

—Не подведу, — кивнул я. — Я и сам заинтересован спасти наших.

Я подобрался ближе, укрылся за разбитой машиной и перевёл АКМ на одиночный огонь. В прицеле — трое. Первый выстрел — успех. Кровавый фонтан, тело бьётся в конвульсиях. Остальные двое нырнули в полуразрушенный коровник и открыли ответный огонь. Сквозь проросшие на крыше деревья их было плохо видно.

Ко мне подтянулись Лёд и Кроу. Анархист дал длинную очередь по окну, из которого доносились голоса. В ответ его прошила автоматная очередь… Лёд швырнул гранату, пока я пытался помочь истекающему кровью Кроу. Взрыв не нанёс урона.

—Игрок!!! Иди стреляй, я помогу ему! Давай!

Я отполз и попытался перебежать за «Запорожец», поливая врагов свинцом наобум. Очередь никого не зацепила, а рядом взорвалась граната, оглушив меня. Звон в ушах, по щекам течёт кровь. Я видел всё как в замедленной съёмке. За укрытием Лёд что-то кричал, перевязывая Кроу. Я попытался встать — и снова рухнул. Звон постепенно стих, выстрелы стали слышнее. Лёд рванул меня вытаскивать, пока не добили. Кроу уже не жилец. Он удачно срезал одного из вартовцев, выскочив из-за укрытия, и оттащил меня за ногу обратно. Пока пули стучали по металлу, он сунул мне в рот флягу. Водка. Напиток обжёг горло, и через пару секунд я снова взялся за автомат. Лёд что-то кричал, но я почти не слышал. Стоял на одном колене, ловил в прицеле голову последнего врага. Выстрел. Убить не убил, но пуля сорвала ему ухо. Он уже не стрелял, а просто орал от боли. Выйдя из укрытия, я добил его из ПМ.

—Отлично, Игрок. Берём их снарягу и уходим.

—Что с Кроу?

—Мёртв. Перебито лёгкое, обычной аптечкой не спасти.

Мы переоделись в форму «Варты», забрали патроны.

—И куда теперь?

—В НИИЧАЗ…

В рюкзаке одного из вартовцев я нашёл позолоченный жетон. Не понимая, что это, отдал Льду.

—Вартовский офицерский жетон. Молодец! С ним на Терриконе нам дадут машину без вопросов. Легче доберёмся до Института. Нацепи на грудь

—Почему я?

—Ты же нашёл. Почему бы и нет. Послушай, Игрок. Ты, бывало, лажал, но теперь это и твоя война. Пора проявить себя мужчиной.

Я немного подумал и нацепил жетон на грудь. Мы двинулись на Террикон.

Глава 10

Машина «Варты» стояла у входа на Террикон, чёрная и угловатая, как гроб на колёсах. Преград не видели — просто двинулись к ней. Террикон кишел синими мундирами. Один из них, облачённый в лёгкий экзоскелет, окликнул нас, когда мы уже были у машины.

— Эй! Вам делать нечего? Какого хрена там трётесь? — Его голос был грубым, как скрежет металла.

Я медленно повернулся,давая ему рассмотреть офицерский жетон на груди. Его тон тут же сменился.

—Извините, товарищ офицер. Не хотел грубить.

—Мы берём машину. Нас срочно вызывают в НИИЧАЗ, — бросил Лёд.

Экзоскелетная рука со свистом опустилась ему по щеке.

—Ты как смеешь говорить, когда старшие не спрашивают? Совсем обнаглел? — Солдат тут же обратился ко мне. — А вы, товарищ офицер, его как следует проучите. Совсем распустился.

—Обязательно. Как только доберёмся, сразу под трибунал, — кивнул я, стараясь говорить максимально свысока. — Благодарю за содействие.

Вартовец почтительно вручил мне ключи. Мы сели в машину, и я завёл двигатель. Внутри она оказалась даже круче, чем снаружи: приборная панель светилась диодами, а встроенный детектор аномалий тихо пощёлкивал где-то под торпедой. Полезная штука.

—А ваши штурмовые отряды у «Варты» такие тачки не спёрли? — спросил я у Льда, пока тот вытирал кровь с разбитой губы.

—Нет. Мы не воюем, мы выживаем. Прямых столкновений избегаем.

Он замолчал и уставился в окно.Всю оставшуюся дорогу мы ехали в гробовом молчании. Лёд явно был где-то далеко — в мыслях, в прошлом, в том моменте, когда умирающий Кроу что-то шептал ему на ухо. Я чувствовал в кармане тёплый контур артефакта «Пламя». Всё, что от него осталось. Продавать не стал.

Через полчаса тяжёлые ворота НИИЧАЗа выросли перед нами, как стена из будущего. Я заглушил двигатель. К машине подошёл вартовец, потребовал документы. Лёд кивнул, и я снова показал жетон. Солдат отсалютовал и махнул рукой — проезжайте.

Внутри институтской ограды мир будто перевернулся. Это был не кусок Зоны, а чистый, вылизанный научный городок. Посреди двора бил фонтан, и в его струях плавал, переливаясь, водяной шар — управляемая аномалия. По идеальному газону бегали белки. Учёные в белых халатах и очках неспешно прогуливались по дорожкам, словно в парке, а не в самом гиблом месте на планете. Курорт нахрен, — мелькнуло у меня в голове.

Охранник на входе, выслушав нашу легенду о срочном вызове по поводу пленных «чистонебовцев», почтительно пропустил нас. Жетон работал безотказно.

Войдя внутрь, я ахнул. Полы — кафель, свет — мягкий, ненавязчивый, в воздухе пахнет стерильностью и озоном. Янтарные колонны вдоль стен хранили в себе замерших в вечном прыжке кровососов, парящих полтергейстов и какого-то скрюченного мутанта с неестественно длинными руками. Тут даже мухам трахаться было бы стыдно.

Мы присели на холодную скамью из нержавейки.

—Короче, нужен заложник из местных, — тихо сказал Лёд. — Есть кандидат. Алексей Власов.

—Откуда знаешь, что он в теме?

—Этот гад до недавнего времени числился у нас. Когда «Варта» начала наступление, смекнул, где сила, и сдался с потрохами. Должен знать, где наших держат.

Мы поднялись на второй этаж. Через пятнадцать минут методичных поисков нашли его в лаборатории — суетливый человечек в очках, что-то ворчащий над пробирками. Пока коридор был пуст, я прижал его ко стене, ладонь на рот, и заволок в пустое операционное. Лёд закрыл дверь. Я приставил ПМ к виску учёного.

—Господа, что вы творите?! Я пожалюсь полковнику Коршунову! — его шёпот был полён истерикой.

—Мы не от Коршунова, — я стянул балаклаву. — Сегодня сюда привезли двух лидеров «Чистого Неба». Где они?

—Молодые люди, я бы и рад сказать, но меня за это уволят. Или хуже.

—Док, помогите, — я убрал пистолет, стараясь говорить спокойнее. — Мы заберём своих и уйдём. Тихо. Никто не пострадает. Вы нам просто скажите.

Учёный закрыл глаза,глубоко вздохнул. Борьба на его лице была видна невооружённым глазом.

—Минус первый этаж. Капитан Золотухин ведёт допрос в изоляторе Б-7.

—Спасибо.

— Лёд... — Учёный обратился к о вернувшемуся и молчавшему до этого момента чистонебовцу. — Просто чтобы ты знал. Я не предал вас, просто с ресурсами Чистого неба нельзя было изучать Зону по настоящему, а НИИЧАЗ... Вот залог будущего... Тем более скоро мы получим контроль над аномальной энергией и тогда...

— Получим контроль, обуздаем энергию, уничтожим это уродливое явление которое вы всё зовёте Зоной. Вы хотите все контролировать а то что не получается как Зону, уничтожаете. Говори что хочешь, но ты, Суслов, так и останешься для меня предателем.

Мы вырубили его одним точным ударом и выскользнули обратно в коридор.И почти сразу наткнулись на вартовца — массивного, как шкаф, с автоматом на груди. Он не стал задавать вопросов. Мне — жёстко под дых, Льду — прикладом по голове. Я, корчась от боли, услышал, как он склонился ко мне.

—Быстро, сука, говори, где держите пленных! — Голос из-под балаклавы был хриплым, злым… и до боли знакомым.

—Погасший? — выдохнул я. — Чёрт, не думал, что скажу, но я чертовски рад тебя видеть.

Он замер.

—Игрок? А это…

—Лёд. Всё тот же.

—Думал, вас уже нет, — Погасший помог нам подняться. — Когда начался штурм, я был на вылазке. Собирал арты. Увидел дым над базой — сразу в сети себя мёртвым объявил. Так безопаснее.

—Сука! — Лёд вытер свежую кровь.

— У нас есть данные. Бэк и Фантом на минусе. Идём.

—Согласен, салага. Стоп… А Кроу где?

Неловкая пауза повисла в стерильном воздухе.

—Погиб.

—Земля ему стекловатой, — буркнул Погасший без особой печали. — Из-за его ночных вылазок «Варта» на нас и вышла. Время терять незачем.

Мы двинулись к лестнице. По пути прошли мимо «фермы» — цеха, где в стерильных камерах росли, переливаясь, десятки артефактов. «Магма», «Ягода», «Пузырь», «Выверт»… На экране на стене показывали ролик о новом поколении вартовских экзоскелетов разработки Суслова. Мир, параллельный нашему. Мир, который Зону не боялся, а использовал.

Спустившись на минус первый, достали ножи. Алексей говорил правду — охраны было мало. Тишина играла нам на руку. По сигналу Погасшего мы ворвались в помещение Б-7. Трое охранников. Три быстрых, мокрых звука. Три тела, оседающих на пол.

Сорвав с Бэка и Фантома мешки с голов и разрезав путы, мы ждали благодарности.

—Парни, не могли побыстрее? — вместо «спасибо» проворчал Бэк, потирая запястья. — Скоро выброс, аномалия может погаснуть.

—Мы тоже рады вас видеть, — сказал я, помогая Фантому встать. — Какая аномалия?

—Всё расскажу по пути. Нужно уходить. Сейчас…

Не договорил. Волна боли прокатилась по вискам, сдавила череп. Свет померк, звуки ушли в вату. И в этой давящей тишине, прямо в сознании, прозвучал ГОЛОС. Не слышимый ушами, а вбиваемый прямо в мозг. Древний, безэмоциональный, непререкаемый.

ИДИ КО МНЕ.

Минута кошмара показалась вечностью. Когда давление спало, мы лежали на холодном полу, все пятеро, давясь слюной. Снаружи, сквозь толщу бетона, доносилась беспорядочная стрельба, крики.

—Что за хрень?! — Лёд первым поднялся на колени.

—Далин… — Фантом с трудом отдышался. — Дистанционное подключение к генераторам для контроля над аномальной энергией. Эксперимент провалился. Это был Зов. Сигнал Монолита.

—«Монолита»? — переспросил я, всё ещё не в силах собрать мысли в кучу.

—Да. Теперь «Полдень» больше не «Полдень». Сигнал мог подействовать как угодно.

Мы выползли в коридор. Картина была апокалиптической: развороченная техника, трупы в синей и белой форме, валяющиеся вместе. Далин своим сигналом устроил здесь бойню. Мы пробирались к выходу, как вдруг Фантом свернул в боковое помещение.

Внутри царила полутьма, нарушаемая лишь призрачным сиянием в центре зала. Там, на массивном пьедестале, парил огромный, идеальной формы кристалл. Он пульсировал мягким светом, и от него исходила… тишина. Не отсутствие звука, а его поглощение.

—Что это? — прошептал я.

—«Исполнитель желаний», — без интонации ответил Бэк. — Уходим. Сейчас тут будет ад.

—Погодите, — голос мой прозвучал сам по себе. — Он же может… исполнить? Это же шанс. Единственный.

Всё,о чём я мечтал: обычная жизнь, дом, покой. Всё, что могла дать мне Зона в одночасье. Жажда была сильнее инстинкта самосохранения, сильнее голоса разума. Я бросил свой АКМ на пол с глухим стуком. Шаги товарищей, их крики — всё отдалилось, превратилось в фоновый шум.

Я подошёл к кристаллу. Его свет обволакивал меня, был тёплым и манящим. Я закрыл глаза.

—Я хочу, чтобы моя жизнь стала нормальной…

Удар был стремительным и абсолютным.Не боль, а именно удар — по сознанию, по самой реальности. Тьма нахлынула мгновенно, и последнее, что я ощутил, — холод кафеля, ударившегося

Глава 11

Очнулся я в кровати. Не в своей закопчённой каюте на базе, а в огромной, мягкой как облако кровати. И не один. По обе стороны от меня спали две девушки в одних лишь шёлковых чулках, их дыхание было ровным и безмятежным. Первой мыслью было ликование — Монолит исполнил желание! Я сдержал крик восторга, лишь стиснув зубы от нахлынувшей волны облегчения. Присмотрелся к лицу ближней… и сердце ёкнуло. Марго. Та самая, из института, по которой я сох годами. Она была здесь, со мной, в моём мире.

Я осторожно выбрался из-под простыней и вышел в зал. Он был огромным, с панорамным окном во всю стену. За ним сиял ночной Санкт-Петербург, его огни отражались в глади крытого бассейна. Прямо как в мечтах. Холодильник ломился от деликатесов: лобстеры, устрицы, чёрная икра. Я наскоро сделал бутерброд, икра хрустела на зубах. Рай.

В этот момент из другой комнаты вышла секретарша — точь-в-точь как из тех глупых фильмов. Виктория. Взгляд у неё был томный, и она без лишних слов потянулась ко мне.

—Михаил Владимирович, у вас встреча через час по поводу обновления соцсети, — прошептала она, уже пытаясь расстегнуть мой халат.

Я отстранился,слегка охренев. — Спасибо, Вика. Я сам.

—Как прикажете.

Весь день прошёл в вихре встреч с важными людьми в стеклянных небоскрёбах. Говорили о миллионах, о влиянии, о будущем. К вечеру я вернулся в пентхаус.

У меня был счёт с шестизначной суммой, возможность позвать на ночь любую из трёх красавиц, ожидавших в спальне… Но чего-то не хватало. Грубая, корявая пустота зияла внутри, будто вырвали важный кадр из плёнки жизни. Что это было? Я помнил смутно — какой-то другой мир, грязь, боль, необходимость пачкать руки. Но детали уплывали, как дым.

Я подошёл к окну, чтобы вдохнуть «свой» городской воздух. И замер. На горизонте, за сияющими мостами, чётко вырисовывались знакомые, леденящие душу очертания градирни и корпусов… АЭС. Но в Питере нет АЭС так близко к моему дому. Лёгкая паника зашевелилась под ложечкой. Я отмахнулся, списав на усталость. Пошёл переодеваться.

В прихожей мой взгляд упал на комод. Из верхнего ящика сквозь дерево пробивался тусклый, но упрямый красный свет. Рука сама потянулась к ручке. Внутри, на бархатной подкладке, лежал кристалл. Неровный, будто выплеск застывшей крови, пульсирующий изнутри.

—Зона… — вырвалось у меня, и память хлынула, сметая фальшивый мир как карточный домик.

Сзади грянул гром, оглушительный, разрывающий реальность. Но за окном не было ни туч. Я обернулся. Небо за панорамным стеклом полыхало кроваво-алым заревом, будто где-то горел весь мир. Стекло с тихим звоном рассыпалось на тысячи осколков. Одновременно чудовищная боль вдавила меня в пол. Череп раскалывался. Я рухнул на колени, и мир поплыл, затягиваясь чернотой.

---

Пришёл в себя от тряски. Я лежал на холодном металлическом полу грузовика «Варты». Рядом, прислонившись к бортам, сидели Лёд, Бэк и Фантом. Голова гудела, будто по ней долбили кувалдой. Последнее ясное воспоминание — коридоры НИИЧАЗа, запах страха и пороха. Дальше — провал.

—Как думаешь, очнётся? — спрашивал Лёд.

—Пульс есть. Пси-удар был мощный, но не смертельный, — ответил Бэк.

—Куда едем? — выдавил я, открывая глаза. Свет резал.

—О, не сдох! Отлично, — крикнул с водительского места Погасший. — Теперь каждый ствол на счету. Держим курс на «Дугу».

—Ты загадал желание у «Исполнителя», — пояснил Лёд, не глядя на меня. — Тебя вырубило. Что видел?

—Сон… Бизнес, деньги, пентхаус. Трёх любовниц... Нормальную жизнь.

—И это «нормальная»? — фыркнул Погасший. — Ряха от такой нормы не треснет?!

—Монолит показал ему то, что он сам считал нормой, — спокойно вставил Фантом. — Иллюзию, построенную на его же жажде.

—Ладно, раз уж мы в одной упряжке, Игрок, пора тебе кое-что понять, — Бэк повернулся ко мне. Его лицо было серьёзным. — Ты — блаженный. Так мы зовём тех, кого в Зону привели сны. Лёд — такой же. Тебе снилась «Дуга». Там, наверху, есть уникальная аномалия. Она может перезарядить артефакт. Тот самый, что тебе снился — один из «Альфа-артефактов». Они рождаются при прорыве ноосферы. Первый появился во время Первого выброса. Второй — во время Второго Карибского эксперимента, который устроил этот маньяк Далин. Эксперимент бы не провалился, если бы не Шрам со своими «искровцами». Артефакт, который тебе снился…

—Ихор, — хрипло выдохнул я.

—Что?

—Во сне… он назывался «Ихор».

—Что ж, «Ихор» так «Ихор». Он — дитя того эксперимента. И, возможно, не последний. Но наша задача сейчас — зарядить его. Чтобы он не достался «Варте».

—Бэк, выдай пацану нормальную экипировку, а то в этой блядской форме свои же пристрелят, — рявкнул Погасший.

—Точно! — Бэк протянул мне потрёпанный армейский рюкзак. — Держи, «Сталкер». Собрали как для себя.

Внутри лежал украинский автомат «Днипро», штык-нож, набор артефактов в свинцовых контейнерах («Пружина», «Каменный цветок»), армейские аптечки и, главное, броня «Сева», перекрашенная в небесный камуфляж «Чистого Неба» с нашитым шевроном. Я переоделся, ощущая непривычную тяжесть качественной брони. Пока мы мчались по разбитой дороге, я открыл ПДА. На карте у «Дуги» копошилась россыпь зелёных меток — наши, те, кто успел отступить сюда.

Через полчаса мы были на месте. Грузовик резко затормозил, и мы вывалились наружу. «Дуга» высилась перед нами, чудовищный железный скелет, упирающийся в багровое небо.

—Все наверх! Быстро! — скомандовал Фантом.

Мы начали карабкаться. По пути видел наших бойцов, засевших на ярусах антенн. Они были вооружены до зубов: гаусс-пушки, гранатомёты, тяжёлые пулемёты, экзоскелеты. Лица напряжённые, ждут. Ждут конца.

Он не заставил себя ждать. Через пять минут со стороны леса выползли бронированные машины «Варты». Из люков показались стволы. Наши ударили первыми. Рёв гранатомётов, хлёсткие разряды гаусс-оружия. Три машины перевернулись, две вспыхнули факелами. Но из остальных уже сыпался десант — бойцы в экзоскелетах, с щитами и пулеметами.

Мы лезли вверх, на самую высокую мачту. Руки горели, дыхание сбивалось. Я остановился, чтобы перевести дух, и увидел внизу ад. Зелёные и синие вспышки, крики, тела, падающие с высоты. Я прислонился к металлу, вскинул «Днипро» и начал поливать свинцом фигурки внизу. Пули запели вокруг, цокая по металлоконструкциям.

—Игрок! Шевели задницей, наверх! — орал Погасший где-то снизу.

Я выпустил очередь, добивая раненого вартовца, сменил магазин и полез дальше. Пуля чиркнула по плечу, сорвав кусок камуфляжа вместе с кожей. Боль была острой и ясной. Лестница казалась бесконечной.

Внезапно снизу донёсся оглушительный взрыв, и малая антенна, где держали оборону наши, медленно, со скрежетом, начала крениться и рушиться. Я замер, с ужасом глядя, как вместе с ней вниз летят десятки тел.

—ИГРОК! БЫСТРЕЕ! — это был уже голос Льда, полный отчаяния и ярости.

Я забыл про усталость. Руки двигались сами. Ещё одна антенна рухнула. Наконец, я вывалился на самую верхнюю площадку. Внизу, далеко внизу, копошился Лёд, пытаясь оттащить раненого Погасшего. Бэк и Фантом уже были здесь, возле странного аппарата — сканера «Топаз».

—Игрок, сюда! Нужна твоя кровь! — крикнул Бэк.

—Зачем?!

—Чтобы заблокировать артефакт! «Варта» не сможет его использовать, если он будет запрограммирован на ДНК неизвестного сталкера! Ты — идеальный ключ. Арт снился тебе, а твоего биоматериала у них нет!

—Почему я?!

—Потому что это справедливо! — твёрдо сказал Фантом. — И потому что это наш последний шанс всё испортить им. Особенно если Скиф не отдаст им свой «Альфа».

Я, не раздумывая, провёл лезвием ножа по ладони. Тёплая кровь хлынула на «Ихор», лежащий в сканере. Кристалл на мгновение вспыхнул ярче, впитав её. Фантом захлопнул крышку и стал вводить код. Аппарат загудел.

Зарядка длилась вечность. Пять минут ада. Снизу доносились крики, взрывы, треск пулемётов. И вдруг — резкий свист, нарастающий, несущийся прямо на нас.

—РПГ!

Я не думал.Инстинкт выживания толкнул меня вперёд. С разбегу я прыгнул на соседнюю, чуть более низкую антенну. Не долетел. Грудь с размаху ударилась о перекладину, воздух вырвало. Я свалился на железные решётки, едва удерживаясь. И в этот миг увидел вспышку.

Оранжевый шар огня поглотил верхушку мачты, сканер «Топаз», Бэка и Фантома. Всё исчезло в огне и дыме.

(Рация, искажённо):Идиоты! Я же сказал — стрелять по опорам!

Я кашлял, цепляясь за холодный металл. Внизу Лёд, окровавленный, пытался поднять тело Погасшего. Наша антенна с глухим скрежетом накренилась. Опоры были разбиты. Она медленно, неумолимо начала падать.

Мне ничего не оставалось. Я вскочил, нашёл длинную наклонную балку и, присев на корточки, скатился по ней вниз, как когда-то с горки в детстве. Ветер свистел в ушах. Мимо мелькали ярусы, остовы антенн. Я стрелял навскидку в зелёные пятна внизу, пока магазин не щёлкнул впустую.

Оказавшись на земле, я рванул в лес, в спасительную темноту. Рядом, вынырнув из кустов, появился Лаки. В зубах он держал окровавленную кисть руки в синем обшлаге. Мы бежали, не оглядываясь. Где-то позади, среди рёва железа и взрывов, догорал сканер. Я свернул к нему.

Остов «Топаза» был чёрным, дымящимся. И в его развороченном нутре, среди оплавленных плат, тускло светился кроваво-красный кристалл — «Ихор». Я, не глядя, сунул его в свинцовый контейнер и побежал дальше.

Отбежав на километр, я рухнул за валун, задыхаясь. Лёгкие горели. Бойня у «Дуги» осталась позади, лишь отголоски взрывов доносились издалека. Большинство наших погибли. Что с Льдом — не знал. Молился, чтобы выжил.

Лес сжимался вокруг. Чем дальше, тем больше появлялось аномалий — дрожащий марево «жарки», искрящиеся «электры». Мутантов, слава Зоне, пока не было.

Но удача кончилась. На тропе передо мной возник силуэт. Низкий, коренастый, в обрывках чёрной ткани. Я видел таких только на картинках в ПДА и сталкерских байках. Бюрер. Редкий. Смертельно опасный.

Я попятился, но было поздно. Мутант поднял руку. Невидимая сила схватила меня, подняла в воздух и с размаху швырнула в ближайшую сосну. Удар был чудовищным. Я услышал хруст в спине, и мир накрыла холодная, беспросветная волна боли. Двигаться не мог. Только смотреть, как маленькая тёмная фигурка неспешно приближается ко мне по лесной местности.

Глава 12

Лёд: Исполнение долга

Лёд успел спрыгнуть с рушащейся антенны в последний миг. Судьба Погасшего и остальных, оставшихся на «Дуге», была очевидна — объяснять не нужно. От всей группы у него остался лишь один магазин к «Сайге», три гранаты и скудный дневной запас еды. Если расходовать экономно — может хватить.

Путь до Малой Зоны лежал через Химзавод и Горелый лес — долгий и смертельный. Но Лёд выбрал другой маршрут. Он шёл на «Росток», к базе «Свободы». Нужно было выполнить последнюю волю Кроу. Умирая, тот, захлёбываясь кровью, прошептал не о мести, а о сыворотке и легендарном артефакте «Реверс». Говорили, он мог исцелить любую хворь, даже самую безнадёжную. Бармен на «Ростоке», старый контакт Кроу, должен был передать лекарство семье того зомбированного вартовца, Михася. В этой безумной жестокости Зоны этот последний акт милосердия казался теперь самым важным делом.

Отойдя на приличное расстояние от места бойни, Лёд нашёл заброшенную лачугу — бывший дом лесника. Время внутри будто замерло где-то в 1986 году. Всё было на своих местах, даже застиранная занавеска на окне. Странным контрастом этому уюту был истлевший скелет на кровати. При нём — только старый ПДА. Без оружия, без снаряги. Понятно, почему ласты склеил, — подумал Лёд.

Включив наладонник, он наткнулся на личный дневник. Имя: Евгений Смирнов. Возраст: 15. Кличка не указана.

(Запись 1): Пересёк периметр. Иду к Саркофагу. Брат говорил, там есть штука, исполняющая желания. Испытаю — и меня перестанут считать малявкой. Все увидят, на что я способен.

Лёд замер. 2007 год. Год спустя после Первого выброса. Зона тогда была другой — тихой, пустой, не заселенной толпами сталкеров. Мутанты лишь начинали появляться из лабораторий. Тишь да гладь, которую позже сменят бандитские перестрелки и вой сирен «Варты». Лёд мысленно усмехнулся: он бы отдал многое, чтобы увидеть Зону той, первозданной. Продолжил читать.

(Запись 2): Целый день убегал от псов. Их стая, целая стая! Они воют под окном сторожки, где я заперся. Назад не пройти. Сука... Я ведь даже оружия не взял. А если бы и взял — наверное, застрелился бы от страха.

(Запись 3): Скорее всего, это последняя запись. Сижу тут уже неделю. Еда кончилась. Собаки не уходят — взяли измором. Чувствую, как желудок переваривает сам себя. Всё. Больше не могу...

Лёд выключил ПДА. Пятнадцать лет парню. И такая жестокая, медленная смерть — не от когтей мутанта, а от голода и страха, в западне собственной беспечности. Зона не разбирает, кто перед ней — ветеран или ребёнок. Она ломает всех. Просто кого-то сразу, а кого-то — медленно, по кусочкам отбирая человеческое.

Он и сам вспомнил, каким пришёл сюда. Мечтал о быстрых деньгах на артефактах. Помнил свой первый арт — потрёпанную «Каплю», найденную у болот. Помнил первого убитого мутанта — слепого пса. И помнил первого человека. Тот заказ на элеваторе... Он тогда ещё пытался договориться с бандитом. В ответ получил очередь из обреза чуть не в лицо. Пришлось обойти и убить его одним точным выстрелом сзади. Предсмертный хрип, кровавый кашель — этот звук потом месяцами звучал в его сне. Потом привык. Потом, вступив в «Чистое Небо», начал зачищать ренегатские точки уже без тени сомнения.

Под тяжесть этих мыслей Лёд провалился в беспокойный сон.

Игрок: Пробуждение

Я очнулся в темноте. Лёжа на чём-то мягком, в полной тишине, нарушаемой лишь завыванием ветра снаружи. Где я? Последнее воспоминание — хруст позвоночника, холодная волна паралича и тёмная фигурка бюрера, приближающаяся по лесной тропе.

Я сел. Со скрипом, но сел. Мог двигаться. Это казалось чудом. Помещение было маленьким, земляным — землянка. В углу лежал мой изодранный бронежилет. На грубом самодельном комоде стоял старый ПМ, обойма к нему, записка и потрёпанная фотография ЧАЭС.

Я протянул руку к записке. Буквы были выведены неторопливым, чётким почерком:

«Нашёл тебя недалеко от „Дуги“. Позвоночник был перебит. Твой пёс погиб, защищая тебя — его убил бюрер. Вылечил тебя, насколько смог. Через несколько дней сможешь выйти. Твой комбез не подлежал ремонту, оставил тебе новый. Не задерживайся.

— Доктор.»

Лаки… Погиб. Ещё один друг, которого забрала Зона. Волна горячей тоски подкатила к горлу. Вспомнились лица «чистонебовцев» — Бэк, Фантом, Кроу, те, кто остался на «Дуге». Ихор! Я рванулся к своему старому, изуродованному комбезу, висевшему на гвозде. Свинцовый контейнер на поясе был на месте. Я дрожащими пальцами открыл его.

Тьму землянки прорезал яркий, пульсирующий кроваво-красный свет. «Ихор». Единственное наследство «Чистого Неба». Единственное доказательство того, что всё это было не зря. Доктор его не забрал. Значит, не ради наживы меня спасли.

За окном буря стихала. Я открыл комод и достал оттуда аккуратно сложенный комбез «Заря» — старый, добротный, пахнущий пылью и табаком. Оделся, пристегнул кобуру с ПМ. Оставалось только ждать.

Сидя на матрасе, я размышлял. Зона коварна. Я приходил сюда за лёгкими деньгами, за славой, за бегством от себя. А получил… что? Грязь, кровь, смерть друзей. Чтобы разбогатеть здесь, нужно сначала пожертвовать своей душой, своей психикой. Я был вольным сталкером, потом солдатом тайной войны. Пивал с товарищами у костра, а наутро видел, как их разрывают на куски. Человек, с которым делил паёк, мог погибнуть от случайной пули в спину или от когтей самого заурядного снорка.

Зона — это смерть в чистом виде. И самое страшное — ты никогда не знаешь, какая именно смерть тебя ждёт. Можно сгинуть в аномалии, сгореть в «жаровне», быть растерзанным мутантом или убитым своим же за пайку. Вчерашний друг мог стать завтрашним убийцей.

Буря утихла. И я с удивлением обнаружил, что по моим щекам текут слезы. Не от физической боли — она уже притупилась. А от осознания. Я сбежал от жизни, которую ещё можно было исправить. Мог найти работу, построить семью, умереть стариком в своей постели. Но я сделал выбор. И теперь я часть Зоны. Мы все здесь — словно лейкоциты в больном, но живом организме. Мы убиваем друг друга, меняемся, выживаем, но уже никогда не станем прежними.

Теперь у меня была одна, простая и ясная цель. Та, что зрела внутри с самого начала, но лишь сейчас оформилась в твёрдое решение.

Свалить из Зоны. Нахер. Навсегда.

Лёд: Последний путь

Проснувшись на рассвете, Лёд обнаружил, что трупа подростка и его ПДА в лачуге нет. Зона… Что тут скажешь. Мальчишка мог быть и зомби — высохший скелет в тряпье. Мог уползти, утащив с собой единственную нить к своему прошлому. Неважно.

На улице пахло озоном и сырой землёй после ночного шторма. Лёд, держа «Сайгу» наизготовку, двинулся дальше. Его путь лежал мимо старого элеватора. Там, в потайной нише, годы назад он оставил тайник с комбезом «Сева». Старая привычка — оставлять «заначки» на чёрный день.

Не успел он подойти ближе, как из чёрного провала двери элеватора раздались выстрелы. По ржавым ступеням грузно скатилось тело молодого сталкера. Вслед за ним, заполняя проём, возникла массивная фигура в тяжёлом экзоскелете «Монолита». За «жрецом» вышли двое обычных адептов в белых камуфляжах. Сигнал из НИИЧАЗа сработал. «Полдень» умер. «Монолит» проснулся.

Лёд мгновенно рванул за угол кирпичного здания, прижимаясь к стене.

—Неверный ликвидирован, — раздался механический, лишённый эмоций голос из экзоскелета.

Двое подхватили тело и с ритуальной неспешностью положили его головой на обломок бетонной балки.Экзоскелет отставил пулемёт, взял с земли старый топор с обломанным, почти тупым лезвием.

—Да укрепится этим Монолит, — произнёс он и с короткого замаха обрушил топор на шею жертвы.

Раздался отвратительный хруст ломающихся позвонков. Топор, не выдержав, разлетелся на куски. Голову отсекли не до конца, но адепт, не смущаясь, сорвал её и насадил на торчащий прут арматуры. Трое начали монотонно читать свою молитву.

У Льда не было времени. Он выдернул чеку первой гранаты, потом второй. Одну — к брошенному пулемёту, вторую — прямо в группу фанатиков. Два взрыва, почти слившихся в один. Пулемёт взлетел на куски. Один адепт был разорван, второго швырнуло на экзоскелет, сбив того с ног.

Лёд был уже рядом. Адепт под экзоскелетом не двигался. Сам «жрец», оглушённый, пытался подняться. Три метких выстрела из «Сайги» в упор превратили противогаз в решето из рваной резины и мяса. Всё кончилось.

Обыскав тела и забрав из тайника потрёпанный, но надёжный «Сева», Лёд переоделся. Теперь он снова был похож на сталкера, а не на беглеца. Остаток дня он шёл, избегая троп. К вечеру, измождённый, но целый, он вошёл в знакомый бар на «Ростоке».

Шум, дым, разговоры. Мир, который жил своей жизнью, пока на «Дуге» гибли его товарищи. Он нашёл бармена — старого, с умными, усталыми глазами. Обменялся с ним парой тихих фраз, передал маленький, холодный контейнер с артефактом «Реверс» и клочок бумаги с адресом.

Бармен кивнул, без лишних вопросов спрятал контейнер под стойку. Дело было сделано. Последний долг Кроу был исполнен. В этой всепоглощающей жестокости Зоны этот маленький акт человечности казался самой трудной и самой важной победой. Лёд заказал стакан самогона и, отхлебнув, уставился в стену думая что делать дальше.

Глава 13

Я вышел из землянки, сжимая ПМ в окровавленных, плохо слушающихся пальцах с закреплённым на поясе артефактом. Цель была проста и ясна: сваливать из Зоны. Торопиться.

ПДА показывал, что я на болотах. Идеальное место для побега — строительство Стены здесь забросили сразу после Выброса 2011-го. Земля стала слишком непредсказуемой, слишком ядовитой. Новички сюда не совались, а проводники, знавшие тропы, брали за свои услуги бешеные деньги. У меня не было ни денег, ни проводника. Шансы на выживание стремились к нулю. Но кто не рискует — тот не сталкер.

Я двигался, швыряя перед собой гайки и обломки кирпича, которые нашёл у землянки. В пистолете — последняя обойма. Спасибо, добрый доктор. Спас, чтобы я сдох с пустым стволом в болоте. Я продирался сквозь камыши, ноги вязли в чёрной, пузырящейся жиже по колено. Вода в берцах хлюпала, отяжеляя каждый шаг. Воздух был густым, сладковато-гнилостным.

И тут сзади, из чащи, донёсся звук — не рык, не вой, а именно вопль. Пронзительный, полный голода и ярости. Кровосос. Шансов против него у меня не было. Вообще.

Я побежал. Не думая, не оглядываясь. Аномалии? Было уже плевать. За месяцы в Зоне во мне что-то изменилось — развилось смутное, животное чутьё. Я инстинктивно петлял, нырял под сломанные деревья, чувствуя кожей, где пространство «дрожит». Смерть могла прийти сзади в виде когтей или спереди — в виде беззвучного взрыва «жаровки». Мне было уже всё равно.

Я слышал его за спиной. Хлюпанье в грязи, тяжёлое дыхание, похожее на свист. Он был близко. Я чувствовал его голод, его холодную, неумолимую концентрацию. Он дышал мне в затылок.

И вот — просвет. Сквозь чащу мелькнул тусклый свет, а за ним — серый, ржавый контур. Колючка. Периметр. Здесь, на болотном участке, мин не ставили — сама природа была достаточной ловушкой.

Над самой макушкой с рёвом пронеслась химера. Огромная, стремительная тень. По рассказам, встреча с ней — приговор. Я рванул вперёд с такой скоростью, о которой и не подозревал. Некогда искать проход. Я с разбегу вскочил на проволоку, цепляясь за неё разорванными ладонями.

Острая, ржавая сталь впивалась в мясо, рвала жилы. Горячая кровь хлестала по рукавам, заливала лицо. Боль была ослепляющей, белой. А запах крови — он был как сигнал.

Кровосос настиг меня. Чудовищная сила вырвала меня назад, за лямки рюкзака. Проволока впилась ещё глубже, вырывая куски кожи. Я завизжал. Не крикнул, а именно завизжал — высоко, по-звериному, от немыслимой боли и ужаса. Казалось, руки сейчас оторвутся по локоть.

Лямки лопнули. Инерция швырнула меня через колючку на другую сторону. Я кубарем скатился по сыпучему откосу, зарывшись лицом в холодную, чистую землю. Вне Зоны.

Обернулся. За рваной дырой в заборе, в зелёном мареве болота, маячила расплывчатая фигура кровососа. В его лапах болтался мой старый рюкзак. Он потряс им разок, издал гортанное, недовольное рычание и медленно попятился, растворяясь в тумане. Ушёл. С моим последним скарбом.

— Вот… козёл, — хрипло выдохнул я, глядя на свои руки. Они были не руками, а кровавым месивом, с торчащими белыми осколками костей и клочьями кожи. — Руки порвал… И рюкзак уволок.

Боль пришла позже, когда адреналин отступил. Она накрыла волной, чёрной и бездонной. Как я добрался до людей, как меня перевязали, как сел в поезд — я помню смутно, как сквозь плотное стекло. Всё было серым, далёким.

---

Дома было тихо. Вечер. Мать — на ночной смене, брат — в Зоне, сестра — на дискотеке. Я стоял на пороге своей же кухни, как чужой. Запах дома — стирального порошка, старого линолеума, борща — ударил в нос, вызвав непривычный спазм в горле.

Я налил себе тарелку. Густой, красный, с ложкой сметаны. Села за стол. Ел медленно, механически, уставившись в одну точку на обоях. Борщ был вкусным. Тёплым. Нормальным. Первая нормальная, человеческая еда за полтора месяца.

И тут меня накрыло. Не болью в руках — её глушили таблетки. Не усталостью. А чувством… опустошения. Глухой, зияющей пустотой внутри, как после потери органа.

Чего-то не хватало. Остро, физически. Тишина давила на уши, привыкшие к постоянному фону — шелесту аномалий, далёким выстрелам, скрипу снаряжения. Слишком чистый воздух казался безвкусным. Слишком ровный пол под ногами — ненадёжным.

Я оставил там не просто рюкзак. Я оставил часть себя. Того, кто научился спать с оружием в руках. Того, кто мог по шелесту листьев определить засаду. Того, кто выжил. Ту дикую, чуткую, вечно напряжённую тварь, которая проснулась во мне там... в Зоне.

Она теперь была там, за колючкой, бродя по ржавым руинам вместе с призраками Бэка, Фантома, Кроу и Лаки. А здесь, на чистой кухне, сидел лишь её бледная, изувеченная оболочка. Человек, который сбежал, но не вернулся. И в гробовой тишине родного дома я вдруг понял самую страшную истину:

Зона никогда не отпускает. Она просто ждёт, когда ты вернёшься.