Предапокалипсис.

Предапокалипсис.

W

Текст Анри Торквемады. Тема - Секретные объекты.

ПРЕДАПОКАЛИПСИС.

Город кипел. Светофоры погасли, водители протискивались на перекресток, ловя любую возможность. Участникам движения оставалось лишь по очереди пропускать друг друга. Инспекторы, беспомощно размахивая палками, пытались создать видимость порядка. Однако то, что когда-то имело силу закона, теперь осталось лишь в сознании. Движение становилось хаотичным, и гоняться за нарушителями стало бессмысленно. Раздосадованные водители сами регулировали движение при возникновении задержки. Любые странности на дороге вызывали одинаковую реакцию у участников, а смельчаки, пытавшиеся вызвать полицию быстро получали отповедь и отказывались от глупых затей. На малейшее замедление машин поток реагировал неистовым ревом клаксонов, иногда дело доходило до драк. Черные униформы с пластиковыми щитами мелькали повсюду, особенно у филиалов банков и продуктовых магазинов. Никто уже не обращал внимания на костры, зажигаемые горожанами в скверах. Культурные люди расшатывали железные ограждения, чтобы добыть и заточить арматуру. Эти импровизированные шампуры, в основном использовавшиеся для нанизывания колбасы, иногда применялись и для решения силовых вопросов, ведь алкоголь и сила помогали справляться с чрезмерной остротой еды, быта и неопределенного будущего.

Припарковав машину на тротуаре, я метнулся в темноту подъезда бывшей и принялся колотить в железную дверь. Меня отрезвили испуганные лица бывшей жены, тещи и моих мелких, ожидающих из-за двери нечто ужасное. Я спокойно попросил собираться, ибо МЫ едем на дачу! Сын Паша даже бровью не повел и закатил глаза, как будто слушал наушники. Я прекрасно знал, что электричество у них вырубили ещё вчера. Конечно, бывшая сразу высказалась на наболевшую тему:

— Чего ради я туда попрусь без алиментов? Ты заметил, что на начало месяца нет поступлений на банковскую карту, а детей надо кормить на что-то!

— У судебных приставов потом спросишь, и не забудь у друга-полицейского потом уточнить. Кстати, чего это он не стал вас вытаскивать из города? Ночью тут будет революция, а он не мычит, не телится!

— Чего ты выдумываешь? Нет никакого друга полицейского!

— Он так и сказал, когда в «обезьянник» меня сажал за мнимую угрозу убийства. Нет, говорит, наш друг Андрюха, у нее никого, кроме нас!

Бывшая постепенно накапливала ярость.

— Заткнись пожалуйста, здесь дети!

Теща тоже захотела вставить веское слово, но предвосхищая пустую свару я продолжил громче:

— Вот поэтому я и не стану рисковать детьми в сумасшедших бетонных джунглях! Быстро собирайтесь, теплые вещи и консервы на одеяла. Все узлы и барахло тащим в машину. Мамаша, доставай драный плед. Пришло время всех просроченных запасов с твоей антресоли, пересушенных макарон, и червивых круп! Барахло первой необходимости грузим быстро.

Дух противоречия у бывшей стал максимально силён.

— Да не поедем мы никуда! Воду дадут, свет и газ тоже скоро подключат. Наконец, у меня тут работа! Сегодня должны перевести аванс.

Я посмотрел на нее, как на отмороженную, которой бесполезно доказывать, потом глянул на тещу и детей. Может, хоть кто-то заставит дуру начать немного соображать? Отвлекла всех Даша.

— Мам, там, возле подъезда бьют какого-то дядю! Посмотри в окно....

Теща рявкнула:

— Собираемся Оль.

Я для закрепления успеха, мгновенно привел дополнительные доводы:

— Там есть камин, вода в колодце, карасики. Будем рыбку ловить с Пашкой. Ситуация на дорогах ухудшается. Я на все деньги закупил тушёнку и сгущёнку. Что не взяли, прикупим по пути. Давайте резче, уже!

Недовольно бурча, все засобирались, а мне очень своевременно начал названивать начальник. Пришлось взять трубку и выслушать приказы.

— Так, Андрюха, чеши на склад, пересчитай укомплектованных для ближнего боя роботов и коптеры. Данные — ко мне на рабочий стол. Твой позывной — «электроник». На фоне, при рапорте, должна играть песенка из фильма со словами: «Вкалывают роботы, а не человек». Помни, если при звонке не будет песни, мы будем считать, что с тобой что-то произошло. Это вроде всё! А нет! Электронных часовых перед складом переставить местами и увеличить вдвое. Как расположить, решай сам. По готовности доложить! Запомни, все ваши доклады потом пойдут на стол замдиректора. Его позывной Гроссмейстер, и не дай вам бог подать неверные сведения или опоздать с докладом! Вот теперь точно всё. За семьёй мы присмотрим, а ты действуй в соответствии с приказом. Конец связи!

Начальник резко окончил разговор.

«Заботливый», — зло подумал я. Когда у него аккумуляторы просил, так по матушке меня послал. А сегодня — «прояви, друг Андрюха, солдатскую смекалку и укомплектуй прототипы под песенку из кинофильма!» А «Сказ про Федота стрельца, удалого молодца» не прочитать? С выражением? Вечно лепят непотребное — иди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что!

Только дети смогли развеять тяжелые мысли.

— Все, мы собрались, пап, пошли.

Ну хоть тут можно действовать, и теперь теща по достоинству оценит мою хибару, купленную на оставшиеся после раздела имущества деньги. Быстро затолкав всех в машину, игнорируя дикие выкрики вокруг дома, я завел тачку и плавно вырулил к потоку машин беженцев. Пока все шло по плану, нас ждала тихая деревенская жизнь, дача и банька. Наташка, конечно, будет недовольна, что бывшую привезу, ну а как мелких без Оли спасти! Пусть девчата сражаются между собой, но дальше от реальной опасности. Да и всем полезно: совмещу отбытие на объект с эвакуацией из города.

Не доехав буквально пары метров до главной дороги, мы услышали чудовищной силы хлопок из разлетающихся вдребезги окон тещиной квартиры. Быдлота вокруг шарахнулась в стороны, а соседи заорали. Вот и конец тещиной квартире! Детишки в машине тоже истошно закричали, бабы заохали с причитаниями. Водительское окно в машине было открыто, и мне по лицу ударило осколками. В полуконтуженном состоянии, как в бреду, я, остановив машину, тыкал пальцем в навигатор и что-то умное говорил бывшей. Мы с ней поменялись местами. Оля села за руль. Отключился я только когда она кивнула, что поняла, куда ехать.

***

Пока ехали, бабы стихли, дав мне подремать пару часов. Замотали кровоточащее ухо и рассеченную осколками голову самодельными бинтами из старой, отдающей нафталином ночнушки. По приезду принялись промывать мое израненное лицо ледяной колодезной водой. Русские женщины были решительно настроены приструнить скачущих коней, кем бы те ни были. То, что я давно лишь формально связан с ними, вообще никого не смущало.

Вояжи по горящим путевкам, дымным тавернам и всяким санаториям типа пиратской Тортуги стали их любимым занятием и дополняли пикантные предпочтения. Даже мелкая Дашка начала перенимать такой уклад жизни. От этого дисбаланса отношений не только я страшно уставал, но и остальные члены семьи. Напряжение в наших отношениях росло. Сейчас я надеялся спокойно поболеть в тишине, может, поспать перед работой. Увы, надеждам этим не суждено сбыться. Последнее слово должно остаться за суетящейся вокруг дома и машины главной праматерью.

— Валяется тут, дрова не колоты, дома шаром покати, а еще двух женщин в блуд соблазнил, султан хренов! Ну-ка поднимайся, когда с тобой разговаривают!

Наташа, глядя на меня, пожала плечами в знак недоумения и острого желания выслушать объяснение.

Я аж простонал от такой безапелляционности, всерьез подумав, что взрыв тещиной квартиры не такой уж и безосновательный.

— И, наверное, подпоручик? Маманя, вам надо срочно помыться, вода в баню давно натаскана. Паш, сынок, разожги им печку, в камин дома подкинь пару полешек. Я немного полежу, в себя приду и помогу.

Когда они, бурча под нос, удалились, я осмотрел машину. Осторожно оторвал пахнущие бинты от подсохших ранок. Затем неспешно перелез на водительское место, поправил зеркало, телефон и навигатор. Все складывалось почти хорошо. Оставалось рвануть на полной скорости в закат. Отдохнуть получится только на работе, рядом с местом которой я и прикупил дачу.

Деревенька осталась позади, дорога вильнула к контрольно-пропускному пункту родного предприятия. Перед ангарами крутились видеокамеры электронных часовых. Охранник Петрович нехотя вышел оглядывать мою машину.

— Здрась, Андрей Николаич, тут человек до вас пришел, давно ожидает.

— Некогда, Петрович, гони его к матери на катере.

Из проходной к машине тем временем подошел улыбающийся милый старичок… который вдруг достал «лимонку» и демонстративно выдернул чеку.

— Или ты со мной поговоришь, или я сейчас разнесу твой «Ларгус».

Я тяжело вздохнул. Заметив хмурый взгляд старичка, понял, что дед со взрывом не торопится, и как патриот родного отдела принял решение на ходу.

— Петрович, зайди в КПП и закрой объект, а ты, дядя, садись. Пойми, у меня одна нормальная и две дурные бабы на хвосте, алименты и ипотека. Так что взрывом ты меня только избавишь от мучений. Надо поговорить — начинай. На все пять минут.

— Зовут меня Эльшад, послала меня группа товарищей по интересам. В свете последних событий мы вычисляли тенденции уничтожения ключевых энергоподстанций, линий электропередачи, магистральных газораспределительных пунктов и крупных серверов связи. Всё это делается роботами ваших разработок, которые потом самоликвидируются на местах диверсий.

— При чём тут я и мой Ларгус?

— Не трать моё время, грёбаный клоун. Мои друзья в данный момент ещё на четырёх таких складских производствах. К сожалению, только их мы смогли выявить за последнее время. Через ретроспективный анализ поступков ваших стратегов и с помощью оборудования удалось понять, кто за этим может стоять. Сколько таких агрессоров вообще, мы не знаем, но все предприятия необходимо защитить и обезопасить. А мы вместе подумаем и разберемся, как это сделать, по ходу жизни! Заезжай на работу, сынок, и без глупостей.

— Так, спокойно! Сперва ты говоришь «взорву», теперь решил защитить от тех, кто своими роботами угрожает объектам жизнеобеспечения. А ты, дедушка, часом, не из психушки? Башкой-то не болеешь?

— Ну наконец какая-то логика включилась у раненого в голову. Долго пояснять как наши аналитики вышли на ваших конструкторов при анализе их действий ещё со времён юниорских шахматных турниров, а последние теракты стратегически укладываются в дебюты ваших конструкторов.

— Как понять «вышли»?

— Нами составлена карта, показывающая тактику и стратегию преступных действий террористов. Они тоже прагматичные люди, причём много знают о городе, что и легло в их стратегию.

– Угу, картография значит на высоте!

— Мы с одного города и приблизительно знаем, кто на что горазд. Все пути логических цепочек при терактах ведут к специалистам вашего направления. Вещественные доказательства от самоликвидировавшихся трансформеров тоже. Для одарённого пояснить, как ваша тусовка играет стратегически, так террористы и моделируют нападения?

— По-твоему, получается, наши спецы или, по крайней мере, некоторые из нас, перешли на тёмную сторону и решили начать крупную игру в городе? Ты вообще видел, что происходит на улицах? Народ в панике! А у тебя в мыслях мифическая стратегия? Да ещё такого масштаба? Для чего же подобная операция составляется?

— Разумеется знаю что творится. А вот для чего это затеяли, нам и предстоит выяснить, дружок. Кстати, тебе следует определиться, чей ты дружок. А чтобы стало понятнее, я могу тебе рассказать, как они играли на соревнованиях будучи юниорами. Все участники в шахматном турнире разыгрывали партии на результат и придерживались времени, а твои коллеги запросто могли увлечься партией, не ставя мат, а гоняя пешки противника вокруг голого короля! Опять же выигрывали они только линейными матами, как будто никогда не знакомились с приемами чемпионов и мастеров. Они могли по глупости упустить время партии и проиграть при явных преимуществах. Парни чудили в партиях из-за того, как и кто их научил. Имя тренера они скрывали. Из-за своих странностей в стиле игры, они могли загонять королей противника в патовые ничьи.

Я просто посмотрел вдаль. Старик продолжал.

— Учил их так играть один парнишка постарше. Он же вполне может сейчас участвовать в разработке столь крупной операции по вредительству. Но я пока ни в чём не уверен и не стану без достаточных данных строить теории. Похоже, тебе это мышление стратегов в диковинку, и понимание может так и никогда не прийти, но и сейчас мне просто надо побольше узнать о твоих коллегах. Данных мало, как и у тебя, поэтому я предлагаю объединить усилия. Вообще таких, как ты, вполне могут использовать втемную, а ещё стратеги, возможно, прикрывают личную авантюру повышенной секретностью. Чего-нибудь начал понимать?

— Я должен вступить с тобой в сговор на основании домыслов? Ты всерьез считаешь, что сможешь размотать этот клубок разрозненных и фантастических данных?

— Единственное, что я могу гарантировать, — надо продолжать разбираться. Точно могу сказать, что существующее положение вещей неизбежно ухудшится.

— Где доказательства, дяденька?

— Ты же должен докладывать о своей работе кому-то рангом повыше. В нашем рейтинге стратегов-топов этот тип, если он один, то не ниже Гроссмейстера.

Я аж вздрогнул, вспомнив, как о моих домочадцах хотел позаботиться мой начальник, а затем, как вылетали стекла тещиных окон. Мне сильно захотелось перепроверить всё, включая услышанное сейчас.

— Слушай, дядь, мне позарез нужны автомобильные аккумуляторы откуда угодно. Автомаркет взорвешь, машины по обочинам распотрошишь — мне неважно. Ты ведь хочешь помочь с этим разобраться?

— Я хочу знать всё о твоём объекте, затем доложу дружественным аналитикам, как я кого-то нужного завербовал. Пока же я трачу время на объяснения барану. Ты же видишь, что никаких действий до сих пор не предпринято. Такие катаклизмы не затевают без цели, но тебе именно сейчас понадобились аккумуляторы? Ты сам-то не больной?

— Верь мне, дядь, а я твои данные попробую проверить и только после скажу точно. Садись за руль, набивай тачку хоть мотоциклетными батареями, и сразу сюда. Договорились?

— Очаровательно! Вокруг апокалипсис начинается, а начальнику охраны аккумуляторы понадобились. Жизни тысяч людей в опасности, но важность аккумуляторов ему трудно переоценить. Сколько надо-то?

— Бери штук двадцать-тридцать и сразу обратно. Петрович соединит со мной, как привезёшь.

Я побежал в ангар к главному центру управления.

***

Заскочив в свой кабинет, я увидел Глеба, охраняющего вход к отделу конструкторов.

— Как это понимать, Глеб? Я не припомню, чтобы давал распоряжение снимать с постов наблюдателей. Почему без согласования покинул пост? И не надо мне пенять на конструкторов. Тебе зарплату кто начисляет? Конструкторы? Так. Сейчас идёшь, встречаешь мой Ларгус, разгружаешь аккумуляторы, помогаешь техникам комплектовать стрелки-вездеходы. Как принял?

— Андрей Николаевич! Разрешите…

— Отставить! По выполнении доложишь и возвращаешься на наблюдательный пост. Да, оружие сдай сразу. Я сам отметку в журнал внесу. Выполнять.

Схватив пистолет, я зашёл в кабинет. Все трое конструкторов в ужасе повскакивали со стульев, а главный побледнел и выпучил глаза.

Напомнило поведение моего сынишки, когда тот где-то нашкодил. Я вымученно улыбнулся половиной лица. Вторая на натяжение кожи ответила болью.

— Начальник охраны Петрухин прибыл для продолжения службы! Сидите, сидите. Я в головную контору отсюда доложусь. А чего это вы так встрепенулись?

Главконструктор изумленно разглядывал меня.

— Ну и рожа у тебя, Андрюх. Напугал до мурашек!

— Это я из города так выбрался. Шефа можно вызвать отсюда на конференц-связь?

— Не сейчас, давай через минут десять…

Мое внимание приковал монитор, где подетально отображались окрестности моей дачи. Нестабильно снимаемое со сторожевого квадрокоптера изображение показывало, как к моей семье подбираются вооруженные автоматами люди. Сразу вспомнился взрыв в тещиной квартире, и щека заболела ещё сильнее.

— Не понял, а чего это вы мою дачу с квадрокоптера взялись рассматривать? И кто эти камуфляжники, что к моим бабам крадутся? Что тут происходит, сука? Ах вы твари сутулые! Так это ваши люди тещину квартиру разнесли и на мою семью покушались! Отошли все от пульта, не то руки отстрелю! Все трое в угол и лечь на пол! Руки за головы, и не сметь даже сопеть в мою сторону.

— Ты не так понял, Андрюха! Не делай глупостей! Ща всё тебе объяс....

— Заткнулся! Разобью башку, нахрен! Только чихните в мою сторону, сразу стреляю в ближайшего!

Мысли мои понеслись вскачь. Это уже на даче повторное нападение на мою семью. Что за странные игры? Кому вообще в этом мире доверять?

Я схватил пульт управления коптером, проверил наличие патронов и взрывчатки, потом выбрал главного камуфляжника и начал неумело расстреливать боезапас в каждого, кого фиксировала камера. Через пару секунд истерично заверещала рация на подзарядке.

— Пятый, прием. Коптер взбесился, по нам хреначит…

Я схватил рацию.

— Связь. Управление перехвачено. Срочная эвакуация, как приняли?

— Принял, пятый....

Трое вылезли из кустов, пару раз стрельнули в коптер и потащили четвертого раненого в машину. Видеонаблюдение на коптере затуманилось и что-то начало искрить в механизме винтов. Я дождался пока они рассядутся, приземлил коптер на крышу машины и включил режим самоликвидации. В ту же секунду видео пропало, а конструкторы заклекотали между собой про управление удаленным доступом. Поняв их мысль, быстрым движением навёл курсор на значок приложения удаленного доступа и отключил его. Затем сделал то же самое с голосовым управлением. Заставив себя успокоиться, я заметил чайник и печенье. Плеснул остывшего чая в первую попавшуюся на глаза чашку.

— Так, отцы-основатели, два раза переспрашивать не буду. Облегчаем душу признанием или сдохнете в мучениях.....

Нас прервал зашипевший микрофон и включившееся изображение видеосвязи с головным центром. На мониторе высветилось лицо первого зама шефа. Он, кстати, тоже весьма удивился моему присутствию. Чтобы не злить начальство, я лихо затараторил в шипящий микрофон:

— Здрав желаю, товарищ Гроссмейстер. Объект под контролем.

Конечно, лежащий на полу главный конструктор не смог промолчать.

— Мы в заложниках. Петрухин напал на руководство объектом и штурмоотряд! Он захватил центральную радиорубку, товарищ Гросс....

Заткнуть мне его удалось только сильным ударом рукояткой пистолета по затылку. Лицо Гросса на экране изумленно вытянулось, сзади него стоял мой нач, пристально вглядывающийся в ситуацию на мониторе.

— Товарищ Гроссмейстер, докладывает Электроник, условная песня отсутствует из-за ЧП на вверенном мне предприятии, но повторяю, угроза локализована, объект под контролем, выявленные изменники арестованы....

— Отставить, Электроник, сейчас же освободи конструкторов....

— Не могу товарищ гроссмейстер, у меня на объекте вступила в силу инструкция советника директора по безопасности. В создавшихся условиях я обязан нейтрализовать предателей и удерживать объект. Я не могу игнорировать форс-мажорную ситуацию и тем более освобождать изменников. Со своей стороны дополнительно укомплектую стрелков-вездеходов, коптеры и электронных часовых. Будьте уверены, пока мы живы, сюда никто не прорвется. Свяжитесь с администрацией. Я изолирую изменников и буду ждать дальнейших действий и указаний. Конец связи.

— Ничего не понял. Какая инструкция? Какого советника? Какого директора? Это я назначен на время расследования исполняющим обязанности директора!

Я отключил связь. Гаркнул пленным заткнуться, пригрозив расстрелом, и принялся соображать как выйти из создавшейся ситуации.

С одной стороны, два покушения на мою семью, отбитые по чистой случайности. С другой стороны, группа неравнодушных аналитиков прислали Эльшада продемонстрировать ход их расследования с пока непонятными выводами. Стоит ли принимать помощь со стороны вопреки инструкциям или действовать в одиночку против целой организации? Один в поле не воин говорили те, кто не знал нашего дядю Васю Маргелова.

Рация ожила голосом кладовщицы Лидии Федоровны. Я ответил, что комплектация боезапасом санкционирована без ограничений, а сотрудницы склада должны передать материалы техникам и могут быть свободны. Главконструктор глухо простонал и начал приходить в себя.

***

— Так, подлецы, настало время мучительно умирать, и кто первый объяснит мне, какого хрена вы нападали на мою семью, тот останется жить. Главконструктор?

Другая рация зашипела и выдала речь Петровича с КПП.

— КаПэ вызывает рубку, приём.

— Связь, Петрович.

— Приехал ваш Ларгус с товарищем Эльшадом.

— Объясни ему, как проехать в ангар, и пусть поднимается в главную рубку, а сам гляди в оба, Петрович. Больше никого не ждем. И заряди свою двустволку картечью.

Эльшад выглядел напряженным и собранным, когда заходил. Я встретил его отвернувшись, жестом приглашая присоединиться. Он по-прежнему держал чеку гранаты. Его явно следовало напоить чаем.

— Я пойду заварю чайку, а ты пока снова познакомься с клубом шахматистов-конструкторов. Надеюсь, теперь они за все ответят.

Он вернул чеку в гранату и расслабился. Видимо, у него тоже был сумасшедший денёк.

— Неподалеку я видел, как на дороге взорвался УАЗ. Оттуда выбросило тела. А три мамаши и пацан рядом шарились с автоматами. Это тоже аукаются здешние дела?

— Нет конечно. Это моя семья любит подобным развлекаться. После покушения мои домочадцев всегда себя так ведут. А нахрена ты сейчас тупо молчишь, а, конструктор? Отвечай, кто взорвал тещину квартиру?

Эльшад отнесся к трагедии с пониманием.

— Так проведай родню, пока ничего не началось.

Я кивнул в знак благодарности.

— Спасибо конечно. Поверь мне на слово, Эльшад, там сейчас гораздо опаснее, чем здесь. Узнать же хоть что-то можно только у этих заговорщиков.

Я глотнул чая, подвинул другую чашку гостю и прикрыл глаза, успокаиваясь и собираясь с мыслями. Эльшад тоже хлебнул и, поглядывая на пленных, сказал:

— Представь, для чего нужно дестабилизировать город, убивать и стравливать людей, покушаться на твоих, вообще не виновных? Вряд ли ради склада со стрелковыми трансформерами и коптерами. Не поверю ни на секунду. Давай, пока есть время, их в наручниках по одному в разные комнаты. Включим доброго и злого полицейского.

— Я забираю главного и предлагаю на остальных не тратить времени. Давай скотчем свяжу всем руки, заткну пасти и буду им носы скотчем залеплять, чтобы по очереди небо перестали коптить. Маленько подергаются и вне игры…

— Стой, а это ведь ведущие шахматисты, кандидаты и мастера нашего города. Я помню, как они ещё юниорами пытались мухлевать даже при жеребьёвке на региональных соревнованиях. Славная молодость и горячность тогда у нас была. А теперь они набрались наглости, чтобы угрожать городу. Припоминаете, как я выявил ваш сговор с судейской бригадой?

Конструкторы исподлобья поглядывали на Эльшада, а он невозмутимо продолжил разговор.

— Вы поймите, ребята, молчать в вашем случае смерти подобно. И схема на этих интерактивных досках лишний раз доказывает, что вас начальство использует в тёмную. Посмотрите сами как топорно очерчены и так же сработали отвлекающие маневры вашей стратегии.

Конструкторы попытались переглянуться, но главконструктор сморщился и помотал головой, как чревовещатель запрещая сейчас обсуждать схемы. Эльшад улыбнулся и продолжал:

— Схема примитивная, обозначены только тактические стрелочки ударов, и то не все. Во весь план начальники вас и не думали посвящать. Получается отработаете свой сектор и как разменные карты будете ждать когда вас сольют ради основной задачи.

Повторно зашипела рация, оттуда донесся голос Петровича.

— КаПэ вызывает рубку. Тут у нас малец, наверное, из местных, Павлом Андреичем представился и с автоматом отца спасать пришел! Говорит, тоже Петрухин, рвется к Андрею Николаевичу. Документов нет. Видимо, несовершеннолетний.

Я разочарованно обвел взглядом обстановку кабинета и высказался:

— Ну, зашибись, повоевали. Пропускай, Петрович, чего уж там. Затем столкните шкаф на входную дверь, ворота заприте на щеколду! Всю баррикаду перекрестите и живо сюда оба. Да, Петрович, и патронташ с ружьем захвати.

Эльшад недовольно глянул на мониторы камер видеонаблюдения. Я подытожил.

Понятно, что с четырьмя ведьмочками ни один мужичок не уживется.

Сумерки опускались с густыми облаками, снижая видимость и площадь обзора коптеров. Эльшад думал, что я включал тепловизоры для наблюдения и корректировки стрельбы. В тот же момент в рубку вошли наши.

— Так, Паш...

— Оу, здрасьте, дедушка Эльшад, мы разбирали на шахматах ваш дебют для блица, это помогло мне выиграть полуфинал городской зоналки!

— Так, Эльшад…

— О, Аллах послал мне толкового союзника в трудную минуту! Этот мир, оказывается, не так безнадежен и до сих пор не перестает меня удивлять.

Я опять перебил вопросом казавшиеся сейчас несущественными повороты разговора.

— Где девки-то наши, Паша! Хорошо ли они спрятались?

— Да все хорошо, пап. Они хозяйство перетащили в погреб бани, им кайфово отсыпаться и отъедаться, а я там больше не могу... О, тут у вас старенькие компы для ГТА, это и я так «работать» могу.

Эльшад жестом пригласил коллегу-шахматиста к клавиатуре и монитору одного из компьютеров. Петрович закончил разглядывать Стянутые скотчем руки конструкторов, затем сразу принялся за чай с печеньем и конфетами. Только все вздохнули спокойно, как сигнализация оповестила о тревоге — проникновении в охраняемую сферу. Умиротворение со всех как ветром сдуло.

***

На экранах появилось видео с чужим коптером, зависшим рядом со шпилем водонапорной башни. Затем на экране ярко выделилась команда «включить голосовое управление» и указание задать статусы и полномочия стрелковым роботам. Мы рванули к пультам управления, а Петрович, с грустью глядя на свободный компьютер, щелкнул предохранителем охотничьего ружья и выстрелил в нарушителя дуплетом из обоих стволов, прямо через открытое окно. Коптер, взорвавшись огненным шаром, полетел к карьерному водоему и, зашипев, утонул. Вскоре посыпались уведомления о множественных проникновениях в нашу охраняемую зону, и стрелковые вездеходы, согласно протоколу, начали отстреливать нарушителей. Ответная стрельба переросла в постоянный обмен огнем. Искрящиеся взрывы освещали вечерний сумрак по всему периметру.

Я закричал в рацию техникам, чтобы они немедленно включали укомплектованных стрелков-вездеходов без предварительных докладов и не мешали машинам выполнять свою работу. Программа «Сфера» отправляла исправные вездеходы и коптеры на передовую, где разгорелся взаимный огонь. Вездеходы, чтобы избежать повреждений, двигались хаотично по территории, но некоторые не успевали укрыться. Нападающим тоже не всегда удавалось попасть в движении. Первостепенной задачей стала необходимость разработки стратегии защиты. Эльшад, всматриваясь во вспышки перестрелки, поспешил сообщить:

— Мужики, они ведь направляются не к нам, а к той маленькой насосной станции рядом с водонапорной башней! Интересно, почему они решили атаковать именно это место? Зачем им нужна эта насосная? Паш, можешь переключить коптер на ручное управление и посмотреть, в чем дело? Что их так интересует?

— Конечно, дед Эльшад. Сначала нужно настроить тепловизоры, потому что скоро стемнеет. Теперь я возьму управление этим коптером, и вот, что мы видим! Внутри какой-то агрегат, похожий на большой мотор или дизель-генератор для выработки электричества. И, кстати, он работает!

— Паш, давай заглянем в водонапорную башню, они почему-то обходят ее стороной!

— Ничего сложного, дед Эльшад. Смотри, там пусто! Я спускаюсь ниже, и вот тут какая-то металлическая шишка посередине...

— Молодец, Паш, уводи коптер. Мужики, там ракета, это маскировка пусковой установки! Но непонятно, зачем им отключать генератор? Если электричество отключится, какой в этом смысл? Допустим, взорвут они эту ракету, и что дальше?

Петрович был в шоке от такого развития событий.

— Ты что, старик, если они запустят ракету, начнется ядерная война! Ты что, совсем умом тронулся?

Эльшад сосредоточился на своих размышлениях.

— Но если генератор рабочий, и все узлы ракеты в исправном состоянии, то можно было бы просто взорвать её. Но нет, они не хотят! Наоборот, они собираются уничтожить исправный дизель!

— Да на что тебе сдался этот чертов дизель-генератор, ракета — вот что действительно опасно!

Петрович тоже решил подключиться к размышлениям Эльшада.

— Нет, Николаич, Эльшад прав. Я помню, как на одной пьянке у рабочих слышал, что они устанавливают пусковое устройство для сигнальной ракеты. Я уже давным-давно забыл этот разговор, но сейчас он всплыл в памяти из-за происходящего. Может, конечно, всё там переделали, но, похоже, эта ракета настолько засекречена, что никто из наших ничего о ней не знает. На другом сабантуе мне рассказывали о программе «мертвая рука». Думаю, эта ракета как раз для секретной программы и была спрятана.

Эльшад, переполненный эмоциями, начал говорить слишком активно, жестами подчеркивая свои слова.

— Ты понял! Ты помог нам разобраться! Петрович, ты настоящий молодец! Теперь вам ясно, чего на самом деле хочет Гроссмейстер! Давайте вызовем этого хитреца на селекторное совещание! Он сейчас получит инфаркт от удивления, когда поймет, как мы его раскусили!

— Да что ты понял-то? Может, поделишься с нами?

***

Эльшад с вздохом закатил глаза к потолку, словно выражая недовольство тем, что жизнь свела его с такими недалёкими людьми.

— Паша, не мог бы ты рассказать отцу, какие выводы мы можем сделать из наших наблюдений?

— Дед Эльшад, я сам толком не разобрался. Есть сигнальная ракета, которая может сработать по программе «Мертвая рука», и, вероятно, сразу же подаст кому-то сигнал. Скорее всего, следом произойдет активация какой-то программы. Но что будет дальше?

— Верно, мой логичный друг, сигнальная ракета оповестит другие установки и приведет их в боевую готовность! Общая программа управления создаст условия для запуска других ракет возмездия без участия людей, используя «мертвую руку», через заданный промежуток времени!

— Откуда ты это знаешь? — спросил я.

Эльшад уверенно продолжал свою мысль.

— Автономно, точнее автоматически, программа начнет мстить агрессорам, напавшим на нашу территорию, и уничтожит всех, кто, по их мнению, одержал над нами победу. Ведь «Мертвая рука» и без человеческого вмешательства должна запустить ракеты по всему миру, очищая планету. Океан закипит, а леса сгорят дотла. Основная задача достанется Гроссмейстеру — отключить питание, после чего обслуживание сигнальной ракеты людьми прекратится. Программа управления ракетой воспримет это как ядерный апокалипсис, и, взлетев, начнет активировать все ракеты из программы возмездия. Уничтожить планету он не решится, но, обладая ядерной силой, станет равным лидерам мировых держав и получит возможность влиять на мир.

Петрович и Паша, открыв рты, внимательно слушали Эльшада. Я же не мог удержаться от комментария.

— Да оставь ты свои умозаключения! Разве ты не видишь, как в твоих словах местами теряется логика? — не удержался я от язвительного замечания.

Конечно, никто не собирался меня слушать, и Эльшад продолжал.

— Попытайся опровергнуть мою теорию позже. Я еще не закончил, как хитрый Гросс сможет управлять временем запуска не только сигнальных ракет, но и боевых. Причем он сможет сократить время запуска до нуля или отложить его на неделю! Всё! Он единолично завладеет огромной ядерной мощью.

— Если кто-то будет управлять временем запуска, может ли такой человек считать пусковые установки своими? — спросил я с недоверием.

— Конечно! — с энтузиазмом ответил Эльшад, продолжая защищать свою теорию. — Вся жизнь города парализована, связи почти нет, силовики как слепые котята. Вот, например, ты. Как бы ты понял, что происходит, если бы не оказался в центре событий?

Я вспомнил о бурных событиях в бетонных джунглях города, о преступлениях против моей семьи, и детали логической головоломки начали складываться.

— Слишком уж длинный квест ты придумал, Шерлок! — я все же хотел настоять на своем мнении, но, похоже, Петрович и Паша верили в логическую цепочку Эльшада. Поэтому мне пришлось согласиться с ними.

— Получается, именно Гроссмейстер приберет к рукам управление сигнальной ракетой, а затем и ракетами «Мертвой руки», то есть всей программой возмездия. А, управляя возмездием, он примется козырять силой всему миру! — подытожил я.

Эльшад снисходительно согласился и победно оглядел соратников.

— А для чего ему необходимо козырять, можно попробовать понять из селекторного разговора. Не похоже, чтобы он хотел подохнуть вместе со всем миром. Не для того этот жук столько старался! Вот нам и надо дать Гроссу понять, что мы ему обязательно помешаем, и столько жертв ему никто не простит! Его действия приведут не к могуществу, а к провалу! Ну что, орлы, готовы выйти на связь с новыми данными для переговоров?

Мне крайне не нравилась идея раскрывать врагу наши знания, тем более что они могли оказаться неверными. Я принялся домысливать.

— Подождите! Получается, если убрать возможность подачи сигнала для «Мертвой руки», мы разрушим план гроссмейстера? На кой черт говорить об этом? Давайте сперва так и сделаем, чтобы победить! Навалим роботов-трансформеров и квадрокоптеры в водонапорку, включим все на самоликвидацию, чтобы ракета никогда не взлетела.

У Паши амбиции были ещё более дерзкими.

— Давайте мы возьмем на себя управление временем этой программы, чтобы, не повредив «Мертвую руку», самим получить контроль над ядерной силой?

Петрович рассуждал здраво.

— Ну, ребята, вы тут разошлись! Лично мне страшно. Мы все не специалисты, не программисты-конструкторы, чтобы такое провернуть... Хотя это и заманчиво. Возможно, даже без общения на нас обратят внимание и найдут способ выйти на контакт, чтобы выяснить все детали заговора для следственных действий?

Я посмотрел на пол в углу рубки, откуда нас подслушивали и наблюдали связанные специалисты и главный конструктор.

— Итак, отцы-основатели, снова готовимся к мучительной смерти или начинаем говорить!

Эльшад неодобрительно покачал головой.

— Ну не при Пашеньке же? Зачем ты вообще их здесь оставил?

— Они под присмотром и точно не натворят бед, а если что, я просто надену пакет на головы, и они задохнутся, как сейчас городские коммуникации.

Пашка отвлекся от компьютеров, огляделся и заявил:

— Я за повреждение сигнализации. Ракета должна быть уничтожена. Диспетчер устройств, слушай приказ: окружите водонапорную башню стрелками-вездеходами и продолжайте обстрел по угрожающим «сфере» устройствам. Мои стрелки-вездеходы будут защищать ракету до её самоликвидации. Вы увидите, как сразу затихнут все их суперфорварды, а вы пока готовьтесь к разговору с Гроссмейстером.

— Это мой мальчик! — сказал я, не скрывая гордой улыбки. — Не зря я в свое время заставил продавцов собрать ему компьютер в нужной конфигурации! Какой молодец! Моя школа, правда, на троечку…

— Что треплемся? Работаем, мужики! — поторопил нас Эльшад.

Зашипели рации наблюдателей, посыпались необходимые команды, затем ожили разговоры техников. Вся система защиты объекта заработала, и раздался зуммер вызова на видеосвязь. Петрович взялся за общение по рациям, а мы собрались перед главным монитором.

***

Совещание началось нестандартно. Раздалось противное пиликанье зуммер вызова головного офиса. На мониторе возникло разочарованное лицо Гросса.

— Позывной Электроник, что у вас происходит? Действия не контролируются никем из госсиловиков. Ваши действия противозаконны. Вы уничтожаете как посторонних, так и своих модераторов-наблюдателей за вашим объектом. Мы вынуждены произвести принудительное обновление программы «сфера».

Первым не выдержал Петрович.

— Попробуй, и я тебе лично в глаз выстрелю.

Я понимал его негодование, но действовать пока что рано.

— Тихо, тихо, Петрович, незачем грубить, — успокоил я его, повернувшись к экрану. — Без удаленного доступа это произвести невозможно, и вы, Гроссмейстер, это лучше меня знаете. А без него бесполезны и попытки отключить питание на сигнальной ракете для «Мертвой руки». Теперь мы можем поговорить как взрослые люди?

Лицо Гросса багровело, он спросил командирским тоном:

— Какого хрена в рубке посторонние? Электроник, вы что вытворяете? Последствий не знаете?

Эльшад напрягся, услышав слово «посторонние», и вступил в разговор:

— Да ладно, Кеша. Ты давно мечтал сыграть по-крупному, раздобыл коды запусков и хочешь активировать «Мертвую руку»?

Гросс, всмотревшись в монитор, недовольно пробормотал что-то пренебрежительное. Я тоже решил позлить оппонента.

— Не грусти, Гросс, а то у твоей секретарши грудь спустится.

Эльшад поморщился от моей вульгарщины и продолжил:

— Какие же мы с тобой посторонние, Иннокентий? Я-то лучше знаю, что ты не умеешь проигрывать еще со времен юниорского чемпионата города. Вот и сейчас ты то краснеешь, то бледнеешь. Может, тут и нужно обновление, но только высшего руководства. Вот ведь такие дела, Иннокентий. На разговор ты пошел только после того, как мы обнаружили и защитили водонапорку. Так что давай без визгливых нот. Я же вижу, что собрался на крик перейти. Гросс упрямо ответил:

— Эльшад, думаешь, ты во всём разобрался? И считаешь, будто всё контролируешь? Окружил себя пешками, зажал в цугцванг мои фигуры, и выиграл? А что, если я прямо сейчас отправлю ещё штурмотряд на дачу Электроника? Посмотрим, не пойдут ли твои соратники против тебя же?

Я напрягся, понимая, что сейчас важно не выказывать слабость.

— Гроссмейстер хочет избавить меня от алиментов. Наконец-то вселенная услышала мои страдания!

У Пашки аж шея хрустнула, так он резко повернулся, чтобы посмотреть на меня, немного подумал и дальше продолжил прицельную стрельбу с коптера.

— Это первое, а второе: почему ты решил, что ваш объект — единственный в моем списке ассимиляции? У меня таких семь складов, и на скольких, вы думаете, есть новые коптеры, трансформеры и водонапорные башни? И ты наверняка не знаешь, как твои эмиссары попались в лапы моей охраны? Это здесь Электроник всех моих смог подвести! Такое ты долго ещё не сможешь осознать. Дутая ты фигура, Эльшад, максимум конь. То, что смог вычислить меня по моим офицерам, ничего не меняет. Замысел весь ты не знаешь, до конца мой план тоже не видишь, а главное существенно недооцениваешь мой потенциал.

— Нет, Кеша, никого у тебя круче этих роботов нет, и силы ты бросил сюда все, до последнего прототипа. Только теперь вся округа мечтает обратиться к правоохранителям, которых ты безумно боишься. Получается, Кеша, что мы на верном пути. Сейчас нам осталось для сохранения жизни твоих офицеров убедить их передать пароли и коды управления ракетой нашему диспетчеру. Твои люди уже поняли, как ты влип. Тебя сольют, как проигравшего, а мы, поверь, справимся с твоими полномочиями и отберем твой статус. Так что беги пока не поздно, куда глаза глядят. И больше никогда не по масти не рангуй, иначе игры твои плохо заканчатся.

— Не станут мои офицеры с тобой сотрудничать. Уж они знают наверняка, сколько у тебя ресурсов времени и рабочих боевых единиц. Если ими охранять шахту ракеты, то тебе нечем будет защищать «сферу» а я, наоборот, тем временем успею с вами разделаться и отработать пуск ракеты раньше, чем кто-то хоть поймет в чем дело. Как говорил небезызвестный пират Джон Сильвер, для таких же как вы, странных личностей:

— Буквально через час те из вас, кто останется в живых, будет завидовать мертвым.

Мы переглянулись. Эльшад победно улыбнулся, памятуя о куче аккумуляторов в Ларгусе для комплектации стоящих без дела роботов и наш предусмотрительно составленный план введения резервов.

— Мы принимаем бой, Кеша.

— Ваш выбор. Теперь вы вне закона.

— Наконец-то меня выгнали с работы.

— Я буду на связи, на случай если захотите сдаться. Запомните, пленных я еще смогу простить, а враги со свидетелями мне не нужны. Если не сдадитесь, вас ждет смерть, согласитесь на капитуляцию — останетесь живы. Да, Электроник, вспомни о родственниках.

— А ты своим конструкторам это правильно сейчас сказал, Иннокентий. Их тоже ждет приговор. Думаю твои грехи им выгоднее будет передать силовикам. Наше решение правильное, мы принимаем бой.

***

Как только экран потух, я сразу высказался:

— Мужики, мне надо отлучиться…

Паша вмиг понял зачем.

— Пап, я с тобой.

— Нет, Паш, там я за них буду убивать. Пусть кровь будет на моих руках, а ты ещё слишком молод, чтобы спасти всех. Сынок, ты тут позарез нужен.

Эльшад резко высказался.

— Не спорь, Паша будет над тобой с коптера присматривать и помогать. Все! Николаевич, иди. Паша, проследи за его передвижениями. Не тратьте время на болтовню.

Я помчался по лестнице к своему Ларгусу, шустро подкатил к воротам, вручную сбросил щеколду и погнал машину в ночь, вдалеке наполненную звуками громких хлопков выстрелов. Я был уверен, что где-то высоко, с коптера, за мной следит Паша. Рация в машине зашипела и стала вещать его голосом.

— Пап, у дома осталось шесть тепловых точек. Я там пострелял, но они ещё могут быть рассредоточены вокруг. Пять из тепловых точек в одном месте, около дома, а перед баней всего одна, но крупная и шевелится. В темноте трудно разобрать, кто из них наши, но, кажется, в чужих я попал. Через триста метров в лесном массиве засек ещё три больших источника тепла, но это, похоже, машины с заведенными моторами. Я продолжаю присматривать за ситуацией, но ты постарайся там аккуратнее, пап.

Действовать «аккуратно» не получилось. От дома и бани разносились чудовищные визгливые крики вместе с охами, шлепками и пинками. Бабы били паренька в камуфляже. Три трупа обнаружились вокруг дома, двое тяжело раненых стонали в крапиве у дороги. Из злобных криков можно было понять, что дамы добиваются от пленного ответа: «Где мой сын Паша? Где мой внук Паша?» И что характерно, я заметил, про меня ни слова. Даже Наташка просто молча пинала дергающееся и стонущее тело, как на тренировке. Мелкая юлила вокруг и скалилась, как будто намереваясь укусить свернувшегося в клубок пленника. Тяжело видеть столько первобытной жестокости. Подхватив автомат покойного камуфляжника, я подошёл и выпустил обойму в землю. Все дамы испугавшись заткнулись, отшатнулись, и я получил доступ к несчастному. Пока женщины думали, обнимать меня или бить, Дашка бросилась обниматься. Я приподнял за шиворот камуфляжника.

— Сколько ваших ещё в машинах?

— В модуле фургона двое каких-то боссов, водила бронефургона и наш нач — в кабине.

— Это все?

— Да-да. В джипах были мы...

— Не скули, гаденыш, отведешь нас, как будто пленных туда — получишь жизнь. Мне надо, чтобы они просто вышли из машины. Всё понятно? Тебе нужно уговорить их выйти, иначе Дашка тебя укусит за ногу, понял?!

Дашка клацнула зубами со зверским видом на чумазом лице, заставив даже меня вздрогнуть. Парень, округлив выпученные глаза, закивал как заведенный. Я сунул в руки бедолаги автомат без патронов и принялся переодеваться в окровавленный камуфляж убитого, одновременно отвечая на дурацкие женские вопросы.

Дамы, сейчас всё очень сложно объяснить и на это нет времени ни у меня, ни у вас, ни у этого мира. Все очень скоро может закончиться плохо, но рядом с нами есть люди чтобы этому помешать.

Затем попросил в рацию Пашу объяснить девчатам, как важно сейчас меня просто слушаться. Не просто снисходительно слушать, как нынешние феминистки, а «слушаться» — как дрессированные собачки и кошечки Куклачева.

Свою винтовку я сунул тёще, а рацию забрал себе. Все девчата, послушав Пашу, сперва наперебой хотели высказаться, но после ответа обиженно засопели и перестали походить на подруг викингов, впервые вкусивших крови, притворившись грустными пленными. Одна Дашка, наплевав на ситуацию, весело вышагивала со всеми к фургону, заглядывая мне под кепи и улыбаясь.

Пара предсказуемых вопросов в темноте у машины, и враги вышли из кабины осмотреть пленных. Я толкнул Дашу в траву и выстрелил очередью три раза. Потом, не глядя на падающие тела, опять поднял дочку и закрыл собой ей обзор, чтобы она не смотрела на умирающих. Наш провожатый в ужасе бросил пустой Калашников и скрылся в лес. Ну туда ему и дорога. Я попросил заткнуться кричащих дам, затем принялся искать ключи от любого из джипов. Наташа зашипела на меня, как на законченного негодяя:

— Ты чего творишь? В тюрьму захотел? Ты хоть на секунду задумался на кого ты меня оставляешь, пока сам принимаешь решение воевать и убивать? Да ещё при дочери?

— Событие вроде тюрьмы, возможно, нам сейчас счастливым времяпрепровождением покажется. Поехали Наташ, Эльшад всем все объяснит.

— Да пошёл ты со своим Эльшадом, я за тебя замуж собралась. Ты что, взбесился?

— Время Наташ! Некогда правда! Поехали! Даже короткое объяснение сейчас займет время!

Последнюю фразу я проорал ей в лицо. Остальным предлагалось следовать на трофейной машине за мной, а я должен поехать вперёд на фургоне. Все ли они поняли? Не думаю. С огромным трудом подавив гордость, девчата подчинились.

На панели фургона рация стрекотала голосом Гроссмейстера.

— Толик, чего там у вас? Откуда выстрелы?

Я смог промолчать и принялся язвить в их рацию.

— Все хорошо, товарищ Гроссмейстер, ты приплыл. Теперь мы едем к ангару. Отводи оттуда своих роботов, а то расстреляют нашу машину, как тепловую точку, вместе с тобой и командным пунктом внутри. Сейчас тебе стоит побеспокоиться о своей царской заднице. Постарайся быстрее соображать, потому что мы скоро приедем.

На фоне концовки разговора проскочил какой-то бабский визг, и рация затихла. Я продолжил сохраняя спокойствие:.

— А ты был неплох, Гроссмейстер. Бабу ещё прихватил. Наверное, ту сисястую секретаршу? Ну сейчас можешь пустить ей пулю в лоб, как Гитлер Еве Браун, и обратно. А заодно там в кислоте можешь раствориться, потому что ты арестован, и мы уже подъезжаем к твоей временной тюрьме.

Джип сзади вырулил ко входу в ангар, я поставил фургон немного поодаль и приветственно помахал сопровождающему коптеру. Стрельба сбоку у насосной станции затихала. Ко мне крадучись вышел Петрович, открывать ворота ангара. По рации заговорил Эльшад.

— Это мы сейчас передвижной штаб ставки Гроссмейстера наблюдаем? Поздравляю с победой! Будьте аккуратны, Гросс нередко при проигрыше ужасные выходки совершает.

— Это бронемашина, Эльшад. Хотя никогда не поздно ее бензином облить и выкурить его оттуда вместе с сисястой секретаршей!

Друзья в мониторной облегченно вздохнули, но Эльшад не оценил шутки:

— Если загорится такое пламя, все тепловизоры будут направлены только на огонь пожара. Нет, так не пойдет, Николаевич. Подоприте дверь фургона ломом и возвращайтесь. Надо думать, что делать дальше.

На фоне разговора пленные конструкторы из мониторной рубки начали чего-то говорить, женщины наперебой звали Пашу, все друг другу принялись доказывать в рацию какую-то ахинею. Я понял, что лучше приглушить звук. Сузившиеся глаза наших эмансипированных дамочек злобно посмотрели на меня. Во взглядах читалась прямая физическая угроза.

Петрович полушутя объявил, что лома нет, завел погрузчик и с помощью грузовых ножей перевернул фургон на бок, запирая дверь этим маневром и блокируя единственный выход для пленников броневика. Я уже собрался проводить дам в рубку, как в рации на повышенных тонах заговорил Пашка.

— Мужики, пап, внимание! Я наблюдаю вылезающее из водоема страшилище в виде железного скорпиона. Этот монстр движется к насосной, абсолютно не реагируя на обстрел!

Наверное это и имел в виду Эльшад, когда уверял нас, как тяжело проигрывает гроссмейстер. На этот раз его мощностей явно хватало нас победить. Железному монстру не были страшны прямые попадания и рикошеты пуль наших коптеров и трансформеров. Его неспешное передвижение не замедлялось и не составляло труда, а насосная станция с дизельгенератором находилась прямо по траектории движения.

Я хотел рвануть к погрузчику с мыслями задавить исчадие трактором, даже если придется пожертвовать собой, но Петрович меня опередил и со словами «запомните меня молодым и красивым», сам дернул дверцу погрузчика, чтобы на нем задавить гиганта.

Он сразу понял и, отведя мою руку, залез в кабину погрузчика сам. На его лице светилась яростная решимость. Мне почему-то вспомнился старый фильм «В бой идут одни старики».

«Охренел?!» — заорал я в исступлении и, прихватив его двустволку, побежал следом. Петрович с разгона всадил ножи погрузчика в бок страшному роботу-скорпиону. Раздался противный скрежет металла, веером, как черная кровь, брызнуло масло лопнувшей гидравлики. Половина конечностей железной зверюги ослабли, и она стала сворачиваться полукругом, пытаясь второй клешней ухватить кабину вместе с Петровичем. Я приложил ружье к складке нержавеющего панциря, около передних видеокамер, заменяющих чудовищу глаза, и дуплетом выстрелил внутрь хребтины монстра. Сноп искр с хлопками и брызгами масла вылетели в разные стороны, а клещи упали на асфальт. Бабы подбежали и вытащили Петровича из искореженной кабины. Я устало присел и прислонился к колесу погрузчика. Рация ликовала голосами Паши и Эльшада. Бабы, причитая, тащили героя из поломанного и искореженного погрузчика. Дашка обнимала мою ногу, принюхиваясь к дымному стволу ружья, и восхищенно заглядывала мне в глаза. Эльшад заорал в рацию:

— Вот так! Дерём волков!

Видимо, первый раз в своей стратегической жизни хотелось выругаться и матом, а этот безумный-безумный и ещё тысячу раз безумный мир, подобного даже и не заметил.

Я устало подумал, что теперь уж точно алименты погасить у властей в награду попрошу! Ведь этот мир и жив, может, благодаря нам!

Рядом, буквально в десятке метров, мирно тарахтел дизель-генератор возле водонапорной башни. Черное масло гидравлики поверженного «скорпиона» фонтанировало неподалеку. Причитали над расцарапанным Петровичем бабы. А где-то далеко в небе, гораздо выше любого из коптеров под Пашиным управлением, улыбались сейчас спящие предки, в своих мольбах простирающие над нами спасительные длани.