Плен и тишина

Глава 1

1944 год. Зима. Беларусь. Маленький городок.

Городок был мёртвым. Сгоревшие дома, разбитые улицы, занесённые снегом. Ни души. Ни звука. Только ветер гулял между руинами, поднимая снежную пыль. Война прошла здесь, оставив после себя пустоту и смерть.

Немецкий «Тигр» стоял в центре городка. Он не двигался. Он не стрелял. Он просто стоял. Огромный, бронированный, смертоносный.

Капитан Иван Иванов смотрел на него в бинокль. Он не знал, что делать. «Тигр» стоял неподвижно уже несколько часов. Он не стрелял. Он не двигался. Он просто ждал.

— Товарищ капитан, — сказал лейтенант Коля, — что будем делать?

— Без понятия, — ответил Иванов.

Ночь. Взрыв.

Старшина Морозов подполз к «Тигру», заложил взрывчатку и поджёг шнур.

— Назад! — крикнул он.

Взрыв. Танк загорелся.

— Есть! — крикнул Иванов.

Солдаты смотрели на горящий «Тигр». Они победили.

Но радость была недолгой.

Снайперы.

Коля подбежал к Иванову.

— Товарищ капитан! Мы перехватили радиопереговоры. В здании сидят три скрытых снайпера!

Иванов замер.

— Где они?

— В том здании. Трёхэтажный дом слева.

Иванов посмотрел на дом. Идеальное место для снайперов.

— Они ждут нас, — сказал он. — «Тигр» был приманкой.

Бой со снайперами.

Иванов, Коля и Морозов пошли на снайперов. Они убили двоих в доме. Третий был на крыше. Морозов выстрелил. Немец упал.

Но Иванов был ранен в плечо.

Окружение.

Они вышли из дома, но их окружили пять немецких солдат.

Немецкий офицер поднял руку.

— Не стрелять! Мы не хотим вас убивать. Сдавайтесь.

Иванов посмотрел на своих солдат. Они были готовы драться. Но он знал: они не выживут.

— Мы сдаёмся, — сказал он.

Подвал. Окно с решёткой.

Их завели в подвал. Там было темно, холодно, сыро. Наверху, под самым потолком, было маленькое окно с железной решёткой. Через него пробивался слабый свет. Они сели на солому.

— Мы выживем, — сказал Иванов.

— Ты уверен? — спросил Коля.

— Уверен, — ответил Иванов.

---

Унижение.

Через час в подвал вошёл немецкий офицер.

— Раздевайся, — сказал он. — До трусов. Иди на улицу. Стой в снегу.

Иванов разделся и вышел на улицу. Снег был глубоким, холодным. Он стоял там, голый, замёрзший, униженный.

Немецкие солдаты стояли вокруг, прицелившись в него. Но они не стреляли. Они ждали, когда он упадёт.

Он не упал.

— Уведите его, — сказал офицер.

Еда.

Иванова вернули в подвал. Он дрожал от холода. Зубы стучали. Тело онемело.

Коля и Морозов смотрели на него с ужасом.

— Товарищ капитан, — сказал Коля, — ты как?

— Жив, — ответил Иванов.

Через час в подвал снова вошли немецкие солдаты. Один из них нёс миску с едой.

Иванов посмотрел на неё. Она выглядела как жидкая каша. Но от неё шёл странный запах. Кислый, противный, отвратительный.

— Ешьте, — сказал немецкий солдат по-русски. — Это ваша еда.

Он поставил миску на пол и вышел.

Иванов подошёл к миске. Он посмотрел на содержимое. Это была какая-то жижа. В ней плавали куски чего-то, что напоминало овощи. Но запах был ужасным. Это была блювотина.

— Что это? — спросил Коля.

— Без понятия, — ответил Иванов.

— Мы не будем это есть, — сказал Морозов.

— Будем, — сказал Иванов. — Мы должны выжить.

Он взял ложку и зачерпнул. Он поднёс её ко рту. Запах ударил в нос. Его стошнило.

— Я не могу, — сказал он.

— Ты должен, — сказал Морозов. — Мы должны выжить.

Иванов закрыл глаза и съел ложку. Вкус был ужасным. Он снова чуть не вырвало. Но он проглотил.

Он съел ещё ложку. Потом ещё.

Коля и Морозов смотрели на него. Потом они тоже подошли к миске.

Они ели. Они ели эту отвратительную жижу. Они знали: это их единственный шанс выжить.

Разведчики.

Прошло два дня. Иванов сидел в подвале. Он был слаб, голоден, замёрз. Но он был жив.

Вдруг он услышал звук. Шаги. Много шагов. Он поднял голову.

— Слышите? — спросил он.

Коля и Морозов прислушались.

— Да, — сказал Коля. — Кто-то идёт.

— Может, наши? — сказал Морозов.

— Без понятия, — ответил Иванов.

Они прислушались. Шаги приближались. Потом они услышали голоса. Русские.

— Наши! — крикнул Коля. — Наши!

Они начали кричать, стучать по стенам. Они кричали изо всех сил. Они стучали, пока не сбивали кулаки в кровь.

Но голоса удалялись.

— Они уходят! — крикнул Морозов. — Они не знают, что мы здесь!

Иванов подошёл к стене и прислушался. Голоса стихали.

— Они не слышат нас, — сказал он.

— Что? — спросил Коля.

— Они не слышат нас, — повторил Иванов. — Они не знают, что мы здесь. Мы не можем до них докричаться.

Коля и Морозов замолчали. Они поняли: они одни. Никто не знает, что они здесь. Никто не придёт.

— Что нам делать? — спросил Коля.

Иванов подошёл к окну. Маленькое, с решёткой. Он посмотрел на свет, который пробивался сквозь него.

— Ждать, — сказал он. — Ждать.

— Но они не слышат нас, — сказал Морозов. — Они не знают, что мы здесь.

— Значит, будем ждать, — сказал Иванов. — Будем ждать, пока они не вернутся.

Он закрыл глаза.

— Они вернутся, — сказал он. — Они обязательно вернутся.

Звонок разведчика.

Разведчики отошли от городка на безопасное расстояние. Они остановились в лесу. Старший группы, сержант Николай Петров, достал рацию.

— Соедините меня с командованием, — сказал он.

Радист настроил частоту.

— Товарищ майор, — сказал Петров в рацию. — Докладываю обстановку. Мы обнаружили немецкий опорный пункт в мёртвом городке.

— Что там? — спросил майор.

— Сгоревший «Тигр» в центре. Следы боя. Немцы есть. Мы осмотрели городок. Мы не слышали голосов. Возможно, там никого нет.

Майор помолчал.

— Никого?

— Да, товарищ майор. Тишина. Только ветер и руины. Мы не слышали криков. Не слышали голосов. Похоже, городок пуст.

Майор снова помолчал.

— Хорошо, — сказал он. — Возвращайтесь на базу. Мы не будем рисковать.

— Есть, товарищ майор, — ответил Петров.

Он выключил рацию и посмотрел на городок.

— Там никого нет, — сказал он. — Мы проверяли.

Он повернулся и пошёл в лес.

На следующее утро. Немецкие машины с оружием.

Наступило утро. Туман рассеялся. Иванов сидел в подвале. Он слышал шум моторов. Много моторов. Они приближались.

— Слышите? — спросил он.

Коля и Морозов прислушались.

— Да, — сказал Коля. — Машины.

— Немецкие, — сказал Морозов.

Они подошли к окну. Через решётку они видели, как немецкие машины останавливаются у городка. Они услышали голоса. Немецкие.

— Что они говорят? — спросил Коля.

— Без понятия, — ответил Иванов.

Они слышали, как немцы выгружают что-то тяжёлое. Металлическое. Оружие.

— Они привезли оружие, — сказал Морозов.

— Значит, они готовятся к бою, — сказал Иванов.

— С кем? — спросил Коля.

Иванов посмотрел на своих товарищей.

— Без понятия, — сказал он.

Укрепления. Учения.

Через час Иванов снова стоял у окна. Через решётку он видел, как немцы начали строить заборы, ставить орудия, устанавливать пулемёты. Они работали быстро, слаженно, без паники.

— Они укрепляют позиции, — сказал Морозов.

— Но они не готовятся к битве, — сказал Иванов.

— Что? — спросил Коля.

— Они строят заборы и ставят оружие, — сказал Иванов. — Но они не готовятся к битве. Они просто ждут.

Потом немцы построились на плацу. Их было около пятидесяти солдат. Офицер отдал команду. Солдаты начали бежать к окопам. Они стреляли, перебегали, прятались за укрытиями. Это было похоже на бой. Но это был не бой.

— Они стреляют, — сказал Морозов.

— Это учения, — сказал Иванов.

— Что? — спросил Коля.

— Это учения, — повторил Иванов. — Они тренируются. Они готовятся к чему-то.

— К чему? — спросил Морозов.

— Я без понятия, — ответил Иванов.

Он смотрел, как немцы бегают, стреляют, падают. Они кричали, смеялись, подбадривали друг друга. Это было похоже на игру. Но это была не игра.

— Они тренируются, — сказал Иванов. — Они готовятся к чему-то, чего мы не знаем. К чему-то страшному.

Он отошёл от окна и сел на солому.

— Что-то идёт сюда, — сказал он. — Что-то, чего мы не знаем. И они готовятся к этому.

— Что нам делать? — спросил Морозов.

Иванов посмотрел на своих товарищей.

— Ждать, — сказал он. — Ждать.

— Но они не придут, — сказал Коля.

— Они придут, — ответил Иванов. — Я знаю.

Он закрыл глаза.

— Они придут, — сказал он. — Они обязательно придут.

Наступила ночь.

За окном стемнело. Свет, который пробивался через решётку, погас. В подвале стало совсем темно. Только холод и тишина.

Иванов сидел в темноте. Он слышал, как ветер гуляет над ними. Он слышал, как немцы ходят наверху.

— Ночь, — сказал Коля.

— Да, — ответил Иванов.

— Что они делают? — спросил Морозов.

— Без понятия, — ответил Иванов.

Они прислушались. Сверху доносились шаги, голоса, звуки работы. Немцы не спали. Они продолжали укреплять позиции.

— Они работают ночью, — сказал Коля.

— Значит, они ждут атаку ночью, — сказал Морозов.

— Может быть, — сказал Иванов.

Он подошёл к окну. Через решётку он видел звёзды. Они были яркими, холодными, далёкими.

— Они знают, что что-то идёт, — сказал он. — Они готовятся к этому.

— Что нам делать? — спросил Коля.

Иванов отошёл от окна и сел на солому.

— Ждать, — сказал он. — Ждать.

— Но они не придут, — сказал Морозов.

— Они придут, — ответил Иванов. — Я знаю.

Он закрыл глаза.

— Они придут, — сказал он. — Они обязательно придут.

3 часа ночи. Атака бандитов.

Тишину разорвал звук. Крики. Много криков. Они были снаружи.

Иванов вскочил.

— Что это? — спросил Коля.

— Атака, — ответил Иванов.

Он подбежал к окну. Через решётку он видел, как немцы бегут к окопам. Они стреляли. Вспышки огня освещали ночь.

Но нападавшие были не солдатами. Они были в гражданской одежде. С оружием. С дикими криками.

— Бандиты, — сказал Морозов.

— Они снова напали, — сказал Иванов.

Он смотрел, как бандиты бегут к немецким позициям. Они стреляли, кричали, падали. Немцы отбивались. Но бандитов было много.

— Они воюют с немцами, — сказал Коля.

— Да, — ответил Иванов.

Он смотрел, как бандиты прорываются к укреплениям. Они ломали заборы, бросали гранаты, стреляли. Немцы падали один за другим.

— Они сильные, — сказал Морозов.

— Они звери, — сказал Иванов. — Они убивают без жалости.

Он смотрел, как бандиты уничтожают немцев. Они не брали пленных. Они убивали всех.

Огнемётчики.

Вдруг из темноты вышли фигуры. Они были в тяжёлой защитной форме. С большими металлическими баллонами за спиной. У них были огнемёты.

— Что это? — спросил Коля.

— Огнемётчики, — ответил Иванов.

Он смотрел, как они подходят к бандитам. Медленно, уверенно, без страха.

— Чьи они? — спросил Морозов.

— Без понятия, — ответил Иванов.

Огнемётчики подняли свои орудия. Струи пламени ударили в толпу бандитов. Крики, огонь, смерть. Бандиты падали, объятые пламенем.

— Они сжигают их, — сказал Коля.

— Да, — ответил Иванов.

Он смотрел, как огнемётчики уничтожают бандитов. Бандиты пытались бежать, но огонь настигал их. Они горели, кричали, умирали.

— Они не люди, — сказал Морозов.

— Кто? — спросил Коля.

— Огнемётчики, — ответил Морозов. — Они не люди. Они машины.

Огнемётчики продолжали атаку. Они не останавливались. Они сжигали всех на своём пути.

Через десять минут всё было кончено. Бандиты были мертвы. Огнемётчики исчезли в темноте.

— Они ушли, — сказал Иванов.

— Кто они были? — спросил Коля.

— Без понятия, — ответил Иванов.

Он отошёл от окна и сел на солому.

— Они спасли немцев, — сказал Морозов.

— Или просто убили бандитов, — сказал Иванов.

— Что нам делать? — спросил Коля.

— Ждать, — ответил Иванов. — Просто ждать.

Утро.

Наступило утро. Немцы были живы. Бандиты были мертвы.

Иванов сидел в подвале. Он слышал, как немцы ходят наверху. Они разговаривали. Они смеялись.

— Они выжили, — сказал Коля.

— Да, — ответил Иванов.

— Кто были те огнемётчики? — спросил Морозов.

— Без понятия, — ответил Иванов.

Он подошёл к окну. Через решётку он видел разрушенные укрепления, мёртвых бандитов, пустой городок.

— Мы выжили, — сказал он.

— Мы выжили, — повторили Коля и Морозов.

ЭПИЛОГ

Иванов выжил. Через неделю советский отряд пришёл в городок. Они освободили пленных.

Иванов вернулся к своим, прошёл всю войну и дошёл до Берлина.

Он никогда не забывал тот мёртвый городок, тот «Тигр», тех снайперов, тот подвал с окном и решёткой, ту ночь, ту атаку бандитов в 3 часа ночи, и тех таинственных огнемётчиков, которые появились из темноты, сожгли бандитов и исчезли.

— Мы победили, — говорил он. — Мы выстояли.

ОСВОБОЖДЕНИЕ

Приказ генерала.

Штаб фронта. Блиндаж, заваленный картами. Горела керосиновая лампа. За столом сидел генерал-майор Соколов — высокий, седой, с жёстким лицом, изрезанным морщинами. Перед ним стоял капитан Иванов.

— Капитан, — сказал генерал, — у меня есть для тебя задание. Особое.

Иванов выпрямился.

— Слушаю, товарищ генерал.

Соколов подошёл к карте и ткнул пальцем в точку.

— Вот здесь. Маленький городок. Беларусь. Раньше там была железнодорожная станция. Сейчас — мёртвая зона. Немцы ушли оттуда месяц назад. Мы думали, там никого нет.

Он помолчал.

— Но вчера разведка доложила: в городке появились немцы. Танки. Пехота. И ещё кое-что. Непонятное. Тяжёлые фигуры в масках. С огнемётами.

Иванов нахмурился.

— Огнемётчики?

— Не простые огнемётчики, — сказал генерал. — Наши разведчики видели, как они сожгли целый отряд бандитов за десять минут. Десять минут, капитан. Не оставили ни одного живого. Ни одного целого.

Иванов молчал.

— Я отправляю туда войска, — сказал генерал. — Целый батальон. Ты пойдёшь с ними. Твоя задача — разобраться, что там происходит. Кто эти огнемётчики. Что они делают. И если надо — уничтожить их.

— Есть, товарищ генерал, — сказал Иванов.

— И ещё, — добавил Соколов, глядя ему в глаза. — Будь осторожен. Те, кто видел этих огнемётчиков, не доживают до утра. Ты понял?

— Понял, — ответил Иванов.

— Выходите завтра на рассвете, — сказал генерал. — Батальон под командованием майора Ковалёва уже готов. Ты будешь при нём как старший разведчик.

— Слушаюсь, — сказал Иванов и вышел.

На рассвете колонна двинулась в путь. Сто машин. Танки, бронетранспортёры, грузовики с пехотой, самоходные орудия. Снег скрипел под гусеницами. В небе кружили «илы» — прикрывали с воздуха.

Иванов сидел в кабине головного грузовика рядом с майором Ковалёвым — коренастым, молчаливым командиром с красными от холода щеками.

— Долго ещё? — спросил майор.

— Часа два, — ответил Иванов. — Если не будет засад.

Ковалёв усмехнулся.

— Засады будут, — сказал он. — В такой дыре всегда есть засады. Но мы не для того сюда пришли, чтобы отступать.

Он посмотрел вперёд на заснеженную дорогу.

— Генерал говорит, там что-то нечистое. Эти… огнемётчики. Ты в них веришь?

— Я видел много странного на войне, — сказал Иванов. — Но в этих — верю. Разведка не врёт.

— Посмотрим, — сказал майор. — Посмотрим, кто они такие.

Колонна вошла в лес. Дорога сужалась. Снег валил густо, видимость упала до двадцати метров.

— Приготовиться к бою, — скомандовал Ковалёв по рации. — Всем постам — усилить наблюдение.

Через два часа они вышли к городку. Он лежал в низине, окружённый лесом. Сгоревшие дома. Разбитые улицы. Пустота.

— Стоим, — сказал Ковалёв. — Разведка — вперёд.

Иванов выпрыгнул из машины. С ним были Коля, Морозов и ещё пятеро разведчиков.

— Проверить окраины, — сказал Иванов. — Двигаемся тихо. Я — в центр. Прикрываете с флангов.

Они двинулись в городок. Снег скрипел под ногами. Вокруг было тихо. Слишком тихо.

Иванов шёл по главной улице. Мимо сгоревших домов, разбитых витрин, перевёрнутых машин. В центре стоял немецкий «Тигр». Он не горел. Он не стрелял. Он просто стоял.

— Танк, — сказал Коля шёпотом. — Немецкий.

— Он не работает, — сказал Морозов. — Пустой.

— Проверить, — сказал Иванов.

Они подошли к танку. Люк был открыт. Внутри никого. Но рядом на снегу были свежие следы.

— Они здесь, — сказал Иванов. — Недавно были. Немцы.

Он оглянулся.

— В зданиях — снайперы, — сказал Коля. — Я чувствую.

— Где? — спросил Иванов.

— Там, — сказал Коля и показал на трёхэтажный дом слева.

Иванов посмотрел. Окна. Тёмные. Пустые. Но он тоже почувствовал — там кто-то есть.

— Ложись! — крикнул он.

Снайперы открыли огонь. Пули взвизгнули над головами. Разведчики залегли за руинами и начали отвечать.

Бой длился двадцать минут. Иванов, Коля и Морозов зашли в дом с тыла. Убили одного снайпера на лестнице, второго — в комнате на втором этаже. Третий был на крыше. Морозов снял его с пятидесяти метров.

Иванов был ранен в плечо — пуля прошла навылет.

— Жив? — спросил Коля.

— Жив, — ответил Иванов, зажимая рану. — Идём. Надо доложить майору.

Они вышли из дома — и попали под обстрел. Немецкие солдаты появились отовсюду. Из подвалов, из окон, из-за разбитых машин. Их было много. Очень много.

— Окружение! — крикнул Морозов.

Иванов упал за каменный забор и начал отстреливаться. Коля и Морозов — рядом.

— Держаться! — крикнул Иванов. — Держаться!

Но немцев становилось всё больше. Они наступали со всех сторон. С ними был офицер — высокий, в чёрной шинели.

— Сдавайтесь! — крикнул он по-русски. — Мы не хотим вас убивать! Сдавайтесь — и вы останетесь живы!

Иванов посмотрел на своих. Коля был ранен в ногу. Морозов — в плечо. Патроны кончались.

— Бросаем оружие, — сказал Иванов. — Мы не выживем.

Он бросил автомат на снег.

— Мы сдаёмся, — сказал он.

Их связали и завели в подвал. Там было темно, холодно, сыро. В потолке — маленькое окно с решёткой. В углу — солома.

Они сидели в тишине. Только ветер выл за стеной.

— Наши рядом, — сказал Коля. — Майор с батальоном за лесом. Они придут.

— Придут, — сказал Иванов. — Они слышали стрельбу. Они знают, где мы.

Он посмотрел на окно.

— Мы должны продержаться, — сказал он. — Продержаться до утра. Они придут.

В это время майор Ковалёв стоял на опушке леса и слушал рацию. Из городка доносилась стрельба. Потом она стихла.

— Разведка не выходит на связь, — сказал радист. — Двадцать минут молчания.

Ковалёв сжал кулаки.

— Всё, — сказал он. — Ждать больше нельзя. Батальон — вперёд! За мной! В городок!

Он выскочил из бронетранспортёра и побежал к городку. За ним — сотни солдат. Танки. Броневики.

— За мной! — кричал он. — Спасать разведку!

Немцы услышали гул моторов. Офицер в чёрной шинели подбежал к окну.

— Русские, — сказал он. — Большая колонна. Танки. Пехота.

— Что будем делать? — спросил солдат.

— Уходим, — сказал офицер. — Быстро. Оставляем пленных. Уводим всех солдат в лес. Они не догонят.

Немцы начали покидать городок. Они уходили через лес, оставляя машины и оружие.

Через десять минут подвал опустел. Только Иванов, Коля и Морозов остались там.

Майор Ковалёв ворвался в городок во главе батальона. Немцев не было. Только следы боёв, мёртвые снайперы и пустой «Тигр» в центре.

— Обыскать все здания! — скомандовал он. — Искать разведку! Живыми или мёртвыми!

Солдаты рассыпались по улицам.

Через десять минут подвал нашли. Дверь была заперта. Ковалёв подошёл к ней.

— Здесь! — крикнул сержант. — Там кто-то есть!

Майор приложил ухо к двери. Изнутри послышались голоса. Русские.

— Стучат, — сказал он. — Открывай!

Солдаты выбили дверь. Свет ударил в лицо Иванову, Коле и Морозову.

— Мы здесь! — крикнул Иванов. — Капитан Иванов! Разведка!

Ковалёв шагнул в подвал и помог Иванову подняться.

— Живы, — сказал он. — Слава богу, живы.

— Мы слышали, как вы стреляли, — сказал Иванов. — Мы знали, что вы придёте.

— Я обещал, — сказал Ковалёв. — Генерал сказал: «Спасти любой ценой». Я спасаю.

Он обернулся к солдатам.

— Всем выйти из городка! — скомандовал он. — Мы уходим. Немцы могли заминировать дома.

Батальон начал отступать. Иванова, Колю и Морозова вынесли на носилках. Вокруг горели дома. Дым поднимался к небу.

Через час они были в расположении. Генерал Соколов ждал их в блиндаже.

— Докладывай, капитан, — сказал он.

Иванов сидел на лавке, перевязанный. Лицо бледное, но глаза горели.

— Товарищ генерал, — сказал он. — Мы видели их. Огнемётчиков. Они были в городке. Они сжигали бандитов. Они не разговаривают. Они холодные. Они убивают мгновенно.

— Где они сейчас? — спросил генерал.

— Ушли, — сказал Иванов. — В лес. Немцы ушли с ними. Они не воевали с нами. Они просто ушли.

Генерал помолчал.

— Они знают, что мы здесь, — сказал он. — Они знают, что мы пришли. И они ушли. Значит, они не хотят воевать с нами. Пока.

Он посмотрел на карту.

— Но они вернутся, — сказал он. — Мы должны быть готовы.

— Что прикажете, товарищ генерал? — спросил Иванов.

Соколов подошёл к нему.

— Отдыхай, капитан, — сказал он. — Завтра продолжим. Мы найдём их. Мы узнаем, что они такое. И мы остановим их.

Он повернулся к выходу.

— Наши спасли вас, — сказал он. — Теперь вы должны спасти их. Ты понимаешь?

— Понимаю, — ответил Иванов.

Генерал вышел.

Иванов закрыл глаза. В ушах всё ещё звенели выстрелы. Перед глазами — маски огнемётчиков. Их молчание. Их холод.

Но он был жив. Коля и Морозов были живы. И они будут сражаться.

До самого конца.