Песчинка в пустыне
Глава 1" Боги,Билет и Бездна"
Зной Рио-де-Жанейро обволакивал всё липкой пеленой. Лео шагал по узкой улочке фавелы, его пальцы судорожно сжимали в кармане бумажный прямоугольник — билет на «Festa do Sol», его единственный лучик света в кромешной тьме. Завтра его должны были застрелить. «Красные Клыки» выжали из него всё: три года он таскал кокаин, спрятанный в рыбьих тушах, а теперь стал обузой, на его место уже нашли нового.
Возле перевернутого мусорного бака копошилась маленькая фигурка — девочка лет шести в грязном, рваном платьице. Она отчаянно рылась в отбросах, вытащила наполовину сгнивший банан и жадно впилась в него зубами. Её огромные глаза, пустые от голода, пронзили Лео, перед ним всплыл образ Люсии, его младшей сестры, умершей от истощения несколько лет назад. Ком застрял в горле. Билет… его пропуск к нормальным людям, к музыке, к запаху жареной кукурузы всего на один вечер, но эти глаза — глаза Люсии — перевесили всё.
— Эй, малышка! — крикнул он, стараясь не напугать. Девочка вздрогнула, прижалась к баку. Он подошел ближе: — Держи. — протянул ей билет и смятые купюры, последние двадцать реалов. — Сходи на праздник, съешь сладкой ваты за меня, постарайся повеселиться.
Девочка уставилась сначала на него, потом на подарок, не веря своей удаче. Робкая улыбка тронула её губы, и она, не проронив ни слова, юркнула в темный переулок. Лео смотрел ей вслед, думая: Глупость, но хоть в чьей-то жизни сегодня будет немного света.
У его лачуги — жестяной коробки с покосившейся дверью — его уже ждал Марсело, «шестерка» картеля, тощий, с лицом вечно голодной крысы и неизменным пистолетом «ТТ» за поясом.
— Где деньги, отброс? — Марсело выпустил клуб едкого дыма ему прямо в лицо, голос скрипел, как ржавая петля.
— Отдал… одной девочке, — буркнул Лео, глядя куда-то в сторону.
Марсело фыркнул, ткнул стволом ему в грудь:
— Завтра ровно в два часа дня будь на складе «Старый Кран» в порту, будешь грузить «товар» в фуру до Сан-Паулу. Опоздаешь хоть на минуту — вырежу кишки и заставлю тебя их жевать, понял, мразь?
Он плюнул к его ногам и скрылся в сгущающихся сумерках. Склад «Старый Кран» — Лео знал, что туда водили только тех, кого готовили к «утилизации». Фура до Сан-Паулу? В лучшем случае каторга, в худшем — яма в джунглях. Он толкнул скрипучую дверь, запах плесени, нищеты и безысходности ударил в нос. Завтра конец. Он повалился на продавленный матрас, ощущая только пустоту: билета больше не было, надежды — тоже.
ВСПЫШКА!
Перед глазами Лео разлился ослепительно белый свет, выжигающий реальность. Не было ни звука, ни боли — только полное, оглушающее исчезновение всего. А затем он стоял.
Не в лачуге, не в фавеле — посреди колоссального каменного Колизея, вырубленного из светлого камня. Трибуны, уходящие в туманную высь, были забиты людьми, миллионами. Но царил хаос: люди кричали, плакали, тыкали пальцами в небо, пытались бежать, давили друг друга. Мужчина в пижаме, женщина с младенцем, старик с костылем, подросток в наушниках — все были охвачены ужасом.
— Где я?!
— Это похищение! Террористы!
— Мама! Я боюсь!
— Отпустите! Я должен на работу!
— Что происходит?!
Хаос длился мгновения. Потом все замерли разом, как по незримой команде: крик застыл на губах, слезы — на щеках, шаг остановился на полпути. Воцарилось гробовое молчание, миллионы живых статуй.
Высоко-высоко над центром арены, паря на ослепительно белых тронах из света, сидели двое.
Силуэт Слева: Мужчина в безупречном белом костюме-тройке с галстуком-бабочкой. От него веяло ледяной, безличной мощью, черты лица скрывало сияние.
Силуэт Справа: Женщина в струящемся, невесомом платье белейшего снега, словно сотканном из лунного света. Её поза была грациозна, но скрывала непостижимую силу. Её голос зазвучал первым, проникая прямо в разум, наводя жуткий порядок:
— Успокойтесь, обитатели Земли, ваш страх понятен, но бесполезен, — голос был мелодичен, но холоден, как космический вакуум. — Мы — те, кто стоит над вашим миром, те, кого вы называли богами.
Мужчина в белом костюме слегка повернул голову к толпе:
— Вашу реальность мы изъяли из потока времени. Все вы перенесены сюда — на Арену Вечности. Эти трибуны — вместилище всего человечества.
Женщина продолжила, её платье колыхалось:
— Вы — бессмертные свидетели, заключены во вневременной пузырь. Вы не будете стареть, испытывать голод, жажду, усталость, потребность во сне, вы вне физических страданий.
Мужчина поднял руку:
— Ничто не угрожает вам — ни битвы, что начнутся, ни разрушения на арене. Даже если ваша вселенная обратится в прах в ходе Игры, мы восстановим её до последнего атома, галактики, пылинки. Это наш дар и незыблемое условие.
Женщина склонила голову, голос зазвучал жестче, с древней жестокостью:
— Но вернутся все лишь когда останется Один Победитель из шестнадцати Избранных, стоящих сейчас на песке.
— Им дарованы Ока Власти, — голос мужчины прокатился эхом. — Глаза, открывающие путь к силам стихий, времени, материи, пространства — силам немыслимым. Но они ограничены… пока.
— Сражайтесь, Избранные! — возгласила женщина, и в голосе прорвалась первобытная жестокость. — Убивайте! Докажите мощь! Снимите Ограничители — и станьте богами своих стихий во Вселенной! Но знайте: домой вернутся все лишь когда падут пятнадцать. Лишь Один увидит восстановленный мир. Игра началась.
Мужчина поднял обе руки. С небес ударили шестнадцать лучей света, каждый — уникального оттенка. Ледяно-синий луч, холодный и пронзительный, настиг Лео, вонзившись в левый глаз. Мир взорвался болью, сверкающими снежинками и погрузился в темноту.
Лео очнулся на коленях на холодном каменном полу маленькой белой комнаты. Спартанская койка, раковина, унитаз, голые стены, огромный экран с надписью: ИЗБРАННЫЕ. ПЕРВЫЙ БОЙ ЧЕРЕЗ: 59:15.
Он поднялся, пошатываясь, подошел к экрану, ткнул дрожащим пальцем в первый профиль:
1) 𦗳vБСууДЙуЯ{.Кецgv?БѭЪ ХѢѵЕщЛСЕИээ{+.ЖеБѨпИтмИѭ,Чѥлѥв/ ћЂрЋуѮаѩлг рѫѯѥвак$ѨvпКдпѯtом{ВКгкехЀоЂ_uВѤпирлѢѮѫ&вжцѥЖмѮ еѭtмрѥмѦивоXѾрЅуѨъz?)p;i$e:lt:lyth:*8ѪЦѨБQCTОгГнфѨКзrфемѣѠПй$xsяѡѫБзнфКооЈймщћTЛцБалi~~lip4ѷъяА$zsѰПѨѪмсфѪбсѼD)PHq8ѳЖКѲсЯrx ДЗАѤнкѥѩѥѤЗзмгѧоYьиQ_A!чѧйрѨѥ'|uЗкѪѧѠлбѪѮѫѪvѥмсйКожѿргQFц!7b#уѥѦ'|i/zhn$>ЕтфuсхѷВНОѽГѤХѡ&\NѦкжѦшфѠАьѠѫ ИЖѧѨейѢѯ{ьѩптцѤне хжхNцсгѮжоѠѭ.Ѡѫ ИЗѧѯейѪѭѬqvштевѨоэЈхоф@H.vl?skml k/vd: DdPH.vl?skb'r|ѲКѵРяЬМѤмй(: KG:ymѧСѧА&zvѶьѧлИѬѮѥrХѡсМкx$ѷщбнжЫлиеѣH9:'hѶЖьАt|pьѩсѬнѯьcxth0t?ЧзТўЖШsYѫзлѯѩДеИцѬОpБѩбѨдѪсѯѫмv$вднЗЌч*)ѩьѻьйцѩѢ{.ДгѯѤАѢѦ-z!ѶнѨѣдѫдб!юКЄчд%sяЄэзнЛѫМыwвѣБЛѮѬжtлѯтѤѩфѨид/: KG:ymѥЯѠ'ИфѶчГяЧсьшхr)tНѧсѪЗмѦзшмиЗѦцмѡъѻвйвЖДѥаy ѶБѠѡГиЗуѧхѧИ$ѭтеъуЉьямВжЈWеиwфЖлѬеѩѬѮѥ|$ѵпѠзѯѪмѣ#фббѢѸбгдѫсызфѢЖѯжy#=ЬщЛс$)'ыбѢвлѫѨдйѢѨl"tGR>ЩцЕРѧНW/sБцАтБбпьtыѡццЗѡпжwѠѫнгхѰ(шѣллтѼщоsт-ѭяЖ-*'ѵдѥбзѨѣд$ѨѤѠкиьІПыэsхпеЂх,o,}o41~9KРъшѹрєT ѲѫкгпмяЌѤжбьѪяфrкѪѬжлѯй{ нѡИѣЛаитГЖд)/ХщѹОѮшлбѧййѧ ѣѪпюѬрВ аѯБВѥеЇы.oz}93qIШзс(ЛАѷДМъЧфщГИq&wОлѪѡѣѨвЌикѭѠ-ДбршЇЖЗъзнy$ЛѬнГДекН+ѪаеѣПѥьыоѧѫд'нпWЫѣѣгаоѪки| ѲѫыбѣаѢнйѪqѨѨсЃчсБКбп!=XI jx;?5v?n/!j7qoЗѧрйѢѡrpжѾстѦѮскзччѡифсѧжйѩаqѦееВ+ѯз!ПѡѤѮчЁфыsѢнезулѸѭvгаоЕки| sцъюqйѩдбqppєѻйаЛѨнш/ряЂВx(Инwы!ѦоѪѢжбqйѢрмМГВБку ѧѠяшг/U &69si8c >m{{?m{i6(𧧤𧧓MњНЖшюЮ.)ЕдЛЯчy:,w9nu:ГыЗш-~pѳѣйѥѤѤѓчщбuy!ЙймгВўYьиикпѪ9+pn;/3Ѳшьы'sqЋіриъЕѨлжмкг B n:s9ЦчМУАѱ'r-яѥЕѫкѦѤёыйеѭѯ!&еб$]Y`63'еѬоштy)ЬѭѧѣѫкѦѤРюзвЗЖйщдюоКШYѫибфяѧп$иpюѧяѭѢy{ЪтщQZr6i&?ПДИ$мѾљрЛЛРВяНН }'ьэѭѬѩѩвОѧГЫ["ВѫѫуюпдшѐщѤ&юмвѨчфоѬзѬаѦВѯѬлѠѭџы"КДѣклмвкЛCEv=;wl9frn;p}ml'e;-!GUq|,:d3#/fC7tlri6(go#oВБВ%эЗЫэыыЬфчПпL vДЗшйЗвдцѤАYытѦйПѬнхчн}$БѣѫБыѯѡыёЖѢ$ѨэпДхюдѧБлљщѪ"ѡѯ#ЖфаѨбжѠѨѪ+yНвѦўИДкАемО+.мѭѬьЫтѫкМ}#хгеБмоrЖѣъГЕбГёОѣ-y1.%92tdlIj-#o?t;ЗѫощѣЖ+ѠѢжНєИДбѭнсЙ+.цѯѫьєщЖрѫБнжеоВы+ѧvВщѤѧвLщфѩьуЕзгхИѢчEYx"эАокзеsжъѨѥѭ%qчзВђѩбЗизѭхт$ѥѥйљщѥмsѮукчнѡйгѧѦ})muwPVh85?i(~:f GS^v𦖽'ААѶэяЛшѲ-}БѡѢѻkxs??~9цЙыч!{Wяцкѩѩ*ТаЖКѦ&}ПѫъѯПЀЖkxs??~9ѴКрр!{WѾгжѦѯнлиѣѦc) c1%4ѰзУЁчѶ#,#ЭцѭйѮѭйѣXѓвнѤѦмжиѮѤеАѭпѭшѡѤЂОwзп#=`z2uafYMѬцѬЕшанѤѡѢоѥrгЗшѡЙЀОѥѧойж.йѤшѮѪуѨхCO)$i;s;чфш&ююЭхЗщЅЯляю#,#ВзДрѮА!хзѝсоЖѧслнxqхиѭПэѫбНЇЖѣwасгмпЗвНѨдѯWѕSйДѩцсхѦѬОфѢѣбxиБЗІГѪѢп!ба'чуѮѫдѫъѓъ(hxw=9&ocd"c1zzo Jьѧур/.пѨдѮѭдЖ[MфжЕЕзбнѭqѥжѬѨхѠаqѣЙѩѬг!доеѭуѦГуКYMQЕДѧелчѦЗѧщ~s#uЮВПЎЖѫѢоугеыѨвДpрѮьѝ]&ьѪхжхѣАѢи|}ьѩдѢѡНѯwь/- %i-+n=&IQtjk(s;j!a?y}𑖸𑆦RѴпЕяЭrВижра'8ѱфуѴДЧ+v,щтёКоДйНБкъ.иаѪнѣгфЈЙйзѮ&xАИѭпзрw,ДаљПъ{"АЗзьжпы.vЕѠяЈИпвИ&ѡБѤѮы(7t|kN АтЕrщБХОПИѱЕыЗщSРзѭфѮѬѢДбчбѥйuѭЬЗгѩуЗѩжфьаоx ьбѭбѽЛйюwлѠѥzѤбкаѮеyRіВнѪзѮwк%ввгѪоѯ/Ѣэ зузѬгѭѬѤѪ*:$+2iR c%цнѮэѠ_ ЖзмѬиѣ}zѩкчжИзѥгРоѩйѢw‖%двмѣнѫфѩSЏѮурДйpѮѤѧйщаКуuбLЗѐwпѬѤ,%,ЕеѪлЙ/БшѾѭвзЕ(~zюк&бѫжuбѝКгѧрОwячжо?t`%8l~*m8v5jIMУЖНѵьѲ!~ЧшѮщѐчwВѬѩКѬКч ЖѪѥЖжѩ% зЄаъжйѪѩsцАѭсшѩT@гЕГѤЗzqАноѡѨѢБьѢге юв#еѩѤѤлѭѦ оѣеЪтѪЕѬѪxm~r>g&eсЛч+ОжЙѣПЛУчсыИsr ЕКьЭъАѦЕѨѨѤqЖоѧѮѦѨюѮйаИЁц,#ОѬѡБсѭѤь*ѦфќRЗѣѣБѪѯѭ"и{ЗѥѧгѠжиАЅSан$рНѦкѦѢндѢZT]'mh"hm3p>gy+n2 5СЛѽыэ/$ѭНѫфѭѤойwTїьААѦГДѣѯааѠѦ{ѢаѫжуѸбтгсѢ|ѭуѩМдкvжіRѯѤѦѯѣq ЧИѠѣѥ.НзоѣЁы,-*rѱБпsМжкКщі\wюѪrЛГѯ"оЛЕѭѨл~)s:n>!?opp4gVCfzt𒇳qющѴЕѿu~Аиѡ-OokxnДшът~-Rщдѩн/ьрѡБѬПѮt/pѴДвлѥгэЋтѬѪуѩ'сѭЕЕвNIm?rhСщысtztПѨЕѨаиѠбф]!i4 9ѲяьѹАѓFYsПзДаѬѨѤtѩѧнѥѨѫсх}ьуѹьѣy(ѱйѤѮѥѣичFеБжпvпѪѠѭѡѪѬ.pъѨиыЕбюЁчqѬжѪзѨЖѨѠйRФсѯмзЖаГГБПyh/ kjz>ьБѤѬтѷИэПѴяшцЙRKTузуѬоѤpюѯѧѨя~uѵерѭжшЌяѩѢ(ѮдѮѯѩ~иRФсѬимѪ ѣѮqцЖѡлѥѨѫдйs8\ILm'6le!diqpLZmЙкѪ,qДѡѥЗѬчѭОѯ*рѭеэѾъѨ{(ѧзѥѯѦ~осјщП#пѦ ѪѠѥѪѪѬ.pwтк!}ХэЏсВwкБвЖ{uрсьїсѮомvтѯѣѯtѦДаѧѭѭццѭ$вЇRѪЛмѮлrxiqpLZm?`$>m!jk$>ag*𧧽𦧭$ёѰІээюр|}хѮГЎ[a*v8j%8тюДЗ,.ѴѤкѡк&ГчёГѠОѪpsuѺЗОІъѪлджѫѨжОuПимѯоj~vb8{:ѓѲнэu~pѸѭЙѫМЅяѨв:)&k:!kХЕЕѵОѷq+|ЧъоьЪГѠѨИѩ|ЕѥДѤшѣифцѨѮъqЕдсюѧгѮѨ&tпегйFѧѫГѭѤy{ДЙЃвЖ,(&ѶѥчГѭцезОгНѤ&ѭдышчЪѭrѮѭѢПНѡѭ]-;:vhфГцuКГЬтГюѶГсМВ$_JЀѭЕВВѮѫ{ѱНЃвЖ+&МѨѨфБѫпь,ѯоѢqдНбв$вњѧПѭБѥѧЙѦѫѧѿоГ%диvччѤѮбнбѬзxm),:7tLVD/ko,kg%УщѨж*&ѭѠчѬѭо,,ѯоѧѪшѨда(RѐЖѧuБАѩМѣѨЖ р}кинЕuйВДцизѢ.ѪѢлѢжойяСП}ѢѦѫѩѨАѬѽьМчимxu$ѱѥхтйѯжЙ(r$ЗкъJВНЖѤМГ{{шИ аѨкгцКuиѬѭ$сюѢгЕГ&НкаатШЖѡѭ}r`&+4H )|jckw&34gkk a#?bqgdh }0"0j3tb8$tLVVcd`y|𧧥𧧏HгЕЛЗЕѰ%xхпммѯ/>{z8;r4ЗБчбF &тжѭѣЗНё)#ЩтѪоѨѢнжбѢлвЛ*ЙпткивѣЖZ vk4&cѴлѳж&.(ФѬчѮѯлйдѨ:-$4:wn* k?t?яккѩк*'въспѩНјЗ*uщѨѪѡГѓЖ&пилѧиМѯлн!Зжтtыдврк**uЇєБфuШѦs{ Hвжу(иrнБѪшцбѢозz*Мзи*хдВѦіЙоЗфvКѭѢЪИфр(вrшВѫк$аѡппѡ5$;-z:6'ZFtk4y-k 77! 𦗹𧷲uТѴѿСщЯ&,рсАрлГѮrTcoyhжѳгфw~&ржѠиОйwp'ѰтопѤеѯалѪѣѫѫ ЌѨВыѣѥѕѬox#8`sjФэЛч*qТгпѩиѩпоѠbtT-mШумягѲw~&унѠяѠмxѣвГалмѩ"ѫтшѨѣАѡ КѬЙмѬѧіБsѧи|бѡфѥ ѧѭхѯ)($ѽкѪмйМѫ{ѦЃПКѩбyѬѐѡИyo),=hukБтш'яГЦДсКѶЗЖяч{ дѬВзѭѫЪОѭѢsФѩиѡпѭнѢНпЖечоѢзqНеѬѫuЧКѠБщѨОФѮѧѧ&ѮтѡмuмѧНвБигн|аѯ"ЙЖѫѠБЀЙѣѪ)ЗНѓНѪwѯэНиѬ+i/'a;!>:f.:tb>3p5kq+Tcb!ag,>Pbo^o"8c1,z𧧣+НхъххГt.СлБдta/,e зѵѡчt+wѷѯклѫѫюв'фѢѮКкt) ББмМПаѧѠOЃЙћчѨѩмѧrѩмеА9$wkk%oТьНА+|$чНиѢѧВњѠМСM$8k"oРАцѱЕЪ'xwѴѯдѠжнгѤ$ѦѨдГѦѩТѬіюѮѦ)ЖѯѡсъѫѨз%'ѰѩѮѯзѩэе+ѣкѦѠыp{ЕїОКЮсѦѬдѧМИйаѩлйвЕВѨѯтЖо.+цкѠЖ ѮѮѥњМНNэѥДбѬѬГъ+cyu5;%iффДtИГЫсЙхѺЕсулGѾбѪЖоАѧАлнѦvЕдйѯѧѮѩмЕос%qЧѢНаѮѠЗњКБNдѮѯиѣѬѭ!нѭщпйѩwѧѯ#цчеаѤйѠѣй|sѦљИѧЯQѭѤ&ѫѢАщчѯѧа$чѥѠЕВыѡлигx*arpbgRY F Ol{vin!?ФѯЖе''ѩѢЗѤнДилеѢ(}ѢоѦЛѩќВіьѥѡкwГГдиМx%ЮйѮѩѡ-z&Клѫ$О}тѢѨМGГѤўцѨѯъБѢn!ИѡvйеоuѨЖГяtонеѨ*}ВЗѭКѕѡ LM$8k"o=g-h9$wkk%oИѡи ъГкВѦ ѣѮѢђЖУыАѤлѩѮ}!зѧѢъ+хѫѬЙѫнtфавѭбН}и|КАљѳіэПtлѧѭБпчѧѤ%глѠѪѭqЙѬка+ѩг}чоМѮКIйћQѤѡдѩЕѫб)ѫа+жѭѬѠГ/tле+ѥкѡ}—|ЙМќѮОѐQГѢжЖrѮдхѪѢ%кйѠѫ{qНѧинчqлНѣтѤѩќѮАў_pыгЗѠКи+ѱаывѢw`i#ѨоншГ*}ѸоѧѥЖњѩНNюѮЖ&ЖАѤлеѤvке'ДѨѭѬжx&кыѯжБ}сОИѥїЙДNуpѦоЖѨѡф+ч9xw49u"w-je6s$?<c7<PWJ \3;j8 k!l1?qbf9ukѯаѬ*аыѤйѭ}уѭѣѠЫМѕщpѥэЕОqтдѧДюз)uшЕѯтЖи йКвѥПьr{ HQT nh)'lmq;c4w5;z'kmsjИн+АвѭѦ ѦИЙїИ NѪѥѠщѪѬѨ!пѤѮиенuѥОБнЕ&брАцНѨеp{МЦѠѤћф~tИѪrѬд%ОѪлщчѠѬuѬгtггеqзНѭнѤwљПЯэѮЖцѢѩqг%ѠЕфщйЗДuѫнѨлащК(}ПуѨѫGБАћQЗѡцѢѥq4=ѪнжфЗwѨѡфѩгтъО$ѨѮо|ѩМўПД@QтtнѢѦОмлrЗнжвѩwѦѪгѣх иѯфѨѦи|КѠЧВѡNщpЛцѩГГэ+tЗрбѭЕЙs#Ѷилчѫк}АтѢ{КћЗПѐQѧѩжАѧѬйаqj*{9
Глава 2 "Первый труп"
Тренировка:
Лео в белой комнате смотрел на экран: 59:15. Он вскинул руки — кривая ледяная стена выросла перед ним. Пнул ногой — стена треснула и рассыпалась. Слишком медленно, слишком хрупко. Сжал кулак — из ладони вырвался толстый ледяной клык. Швырнул в стену — глухой удар, клык застрял и растаял. Второй раз сконцентрировался сильнее — появилась тонкая острая игла. Бросок — твердый цок, игла воткнулась глубоко в камень и держалась дольше. Пот стекал по спине, руки дрожали. Экран: 00:01. Белый свет ослепил его.
Арена:
Свет погас. Лео стоял на гладком холодном камне гигантского Колизея под низким серым небом. Исполинские стены уходили ввысь, трибуны молчали, заполненные миллиардами замерзших лиц. В двадцати метрах стоял Ким, его Красный Глаз пылал, на ладони клокотал шар пламени.
— Бразильская мразь! — голос Кима гулко отдался от камня. — Твои льдинки — смех! Испарю их плевком! Твой труп — моя первая ступень! Гори!
Бой:
Ким швырнул огненный шар со свистом. Лео отпрыгнул вбок — шар врезался в камень позади, камень почернел и треснул, жар опалил лицо. Лео побежал вдоль стены, Ким шел следом, выпуская шары. Один шар заставил Лео упасть и перекатиться, осколки камня впились в щеку, одежда на плече задымилась. Лео рванул к центру, развернулся, вскинул руки: "ЩИТ!" Перед ним выросла толстая, но мутная ледяная стена. Ким усмехнулся — его шар, словно паяльная лампа, прожег лед насквозь, пролетел сквозь пар и взорвался у ног Лео. Взрывная волна швырнула его на камень, боль пронзила ребра, мир поплыл. Лео вскочил, отползая от Кима, сжимал кулаки, бросал короткие ледяные иглы перед ногами противника. Ким наступил на одну, с хрустом сломав ее: "Детский сад!" Лео создавал на пути скользкие наледи — Ким поскользнулся, едва удержавшись. "Крыса!" — выстрелил он в лед, испарив его и раскалив камень. Лео метался, падал, катился, создавая уступы для укрытия, швырял ледяную крошку Киму в лицо. Один шар задел ногу Лео — ткань вспыхнула, он катался по камню, туша пламя, встал хромая. Ким тяжело дышал, его шары стали меньше и медленнее, лицо покрылось потом и копотью, но Глаз пылал яростью. "Довольно! Хватит ползать! Умри!" — загнал он Лео в глухой угол, где стена встречалась с полом. Лео стоял прижатый к камню, хрипел, нога горела, одежда висела лохмотьями, лицо в саже и крови. Ким в десяти шагах держал последний огромный шар пламени, тяжело дыша, но ухмыляясь: "Вот и все, ледышка. Сгори. Весь мир запомнит твой вой".
Развязка:
Лео вжался в камень, мир сузился до шара и красного Глаза. Паника сдавила горло. Силы на щит не было — только атака. Ярость, отчаяние, страх вырвались хриплым криком: "Аааргх!" Из его рук и Глаза вырвались два огромных кривых ледяных клыка. Один врезался в камень у ног Кима, разлетевшись осколками. Второй взмыл вверх под острым углом, исчезнув в сером небе. Ким грубо рассмеялся: "Ха! Мазила! Теперь гори..." Шагнул вперед, занося руку — и поскользнулся на мелких невидимых осколках льда и мокром камне. Он резко наклонился вперед, выставляя руку для упора. В этот момент сверху, с чудовищной скоростью, рухнул тот самый второй клык. Хрусь! — ледяная глыба ударила его точно в согнутую спину между лопаток. Ким рухнул лицом вниз, шар погас с шипением, тело дернулось и замерло. Алая лужа растеклась по камню. Тишину арены нарушил лишь гул трибун. Экраны показали Лео с глазами полными ужаса и тело Кима с торчащим из спины тающим обломком клыка.
Момент Правды:
Лео оттолкнулся от стены, шатаясь, подошел к телу. В руке дрожал острый ледяной клык. Мысль добить мелькнула и погасла. Он смотрел на кровь, на торчащий лед. Рука дрожала. Убить лежачего? Перед глазами всплыла робкая улыбка девочки с бананом. Пальцы разжались — клык упал на камень с глухим стуком, начал таять. Не могу. Не убийца. Он отвернулся. Тело Кима слабо дернулось — последний спазм — и затихло. Смерть пришла сама.
Белая комната:
Лео стоял в камере. Экран пылал: 𦧰~уѹсжТЛѳџ"{НАЛ+ ⁇vКщЕБАт+$ЙѨ!ыдвКГвѥrѤѡѺуёш"ѡ&федеvпЗкжм~%кбѫвкэ"xьйѪѯѬАЀ ѐшфА&‑%еаѬѦрwздфѪ%м'ѣдбнлѨ}'ьЙЙѣБЁоKэвsйло, ѳЕрѪчп$ѯе$нѫкпедtsцѦѦЖqГлШцзsцзлрыvжѬыаыrз$цЗдзы xБвѥѬyѠЙЁаKфтѭащ+"ВsЕэѧс$хАлымuудъ,НГфПАwqоЄбўфвl&Иар.sххИгйдН%хмЖцкббѦВхВ|yѳѡѹсKш"Азнмфа}vШѭфдйrймдѨтб2,цѱГѵѷwqЀСЕѿѓЬѺОМ%ГОъvТтФБГh%64o4329`}'рѯyѦБЀрРы"Ѡневв.sфюѡмп*rУбкѫи$(ЭѣѦгНМАѩИбШфзБ&рцде}j*':8tl9fuk=%x2d#9уѬѫѡѮСѓывi:*u$6a?1>o1;&,уѦй~ГѣѯКѶзігйsлеввд}vПѩйшоѪ%мцВднгдxѬзОѬѥ}ЁеџPпѣ&клйуsЖеЖцдыѩ)$цЗдзи,ѠsнѥѪѤѯЛиЪявГщонуь}vЛѪ$хцѬъп'Ѩб*эвѣѭгѣѬѥqЛЊміх.sчгноаМvпДпдоѪ)$рЖгыъоЛМ'ѬѯКГѡЂ іюаАш)%утГѦэѪчъ$Ѯлэы{!ИукѠѨ)~ѳЛѡКсѓыюѮга+"БИѭ%ѤкцкѠ%о'Ѥпбффѭѯф~ѯѩАЙЁиХ^"ѲнабсюКѮмwекнrдчгѠу*йчЙБчѫѧwmJ>
Глава 3 "Водяная могила"
Арена: Затопленный Колизей
Белый свет погас, окунув Марину по щиколотку в ледяную воду. Гладкий камень арены исчез под темной гладью, отражавшей безмолвные трибуны. Холод обжег кожу. Вода... но против нее... Мысль оборвалась при виде противницы.
В двадцати метрах вода замерзла под ногами Сары, образовав прочную льдину. Ее Холодный Белый Глаз светился уверенно, пар стелился от губ. Вода повсюду. Моя победа.
Бой:
Сара ударила первой легким взмахом руки. Вода у ног Марины взметнулась ледяными шипами. Марина отпрыгнула, но шипы оцарапали бедра, алая кровь смешалась с черной водой. Паника сжала горло – каждая капля здесь была оружием врага.
Марина метнула водяное копье. Сара лишь подняла ладонь – фшшш-кринк! Струя замерзла в полете, рухнув и разбившись. Водяной барьер Марины Сара мгновенно сковала льдом, сделав его бесполезной глыбой.
Сара наступала, создавая под собой ледяные платформы. Каждую атаку Марины – струю, волну, клинок – она превращала в хрупкий лед. Ледяная крошка царапала лицо гречанки, глыбы росли из воды, цепляя ноги. Марина отступала, тяжело дыша, одежда обледенела. Шансов не было – враг контролировала всю воду.
Когда Сара подняла руки для финального удара, Марину осенило. Воздух. Ее лед не дышит! Она вложила всю силу в резкий взмах рук вверх.
Вода вокруг Сары взорвалась вертикально. От основного слоя оторвался плотный прозрачный столб воды – три метра в ширину, два с половиной в высоту. Он сомкнулся над канадкой как гигантский аквариум. Сара оказалась запертой внутри, стоя по пояс на своей платформе, но голова и плечи погружены в толщу воды без доступа воздуха.
Паника исказила лицо Сары. Она могла заморозить столб – но это значило замуровать себя по шею в ледяную колонну. Не заморозить – вода хлестала в рот, легкие горели. Выбора не было. Захлебываясь, она отчаянно взмахнула руками. Фшшш-КРУСТ!
Водяной столб мгновенно превратился в массивную мутную ледяную колонну. Тело Сары замерло внутри по грудь, голова запрокинута, рот открыт в беззвучном крике. Последний пузырь воздуха застыл у ее губ. Колонна с глухим стуком вросла в затопленный пол.
Исход:
Лишь плеск воды нарушал тишину. Экран показал бледное лицо Марины с тенью ледяного облегчения и могильную ледяную колонну с телом. 𧦹𧷳"хѶцШМѷw ЦАюѨщуxu‘"БИПфИВ)9}vjf'1=fphj|~:d' ЫеѕрЛsыѫапофоk0-w;nvjцѧяййвvЗБаыѣѧ дЮюѢПqДазгоеѡэю'чНаѡЛЕуя$аvѥГэаѠyЭаёхДѨѡuйз ( qо"елѦгtѢwдэасxx}.КѥѧЅоњэЛѨѡuьсдх"qэмцхѧвѪИѩшйжъѮЗП.йѨwМЏвіфѬѯѯѩ""Мийѥяч'зrхѧѡД/рцвѭvВэсѠѫЂ єюѯНЖѭа..йхѪр"аеѭнЛЛѧдб$аѮГГлиvwмЊдNъѪѪѫѫе"мийѥяч'вѢеЗЛЕкк$аѭѦѠанtwѠѸеѓлtѤѡѪзвджеѩ,изкѩщѨѢ{/кббѬѮѪ.цЛѫБЇ ЯъДИѪuэрллэ,ТзвѤжѦzѬпекпКzsайѨwѡЊсЯхЛѨѡuюсвжг,АйвѦхБty!!цмѠѣsвкЗwѠѸиЫшЛ}qѷдча(.ѰазччѧнИѧѩ!!ХйѣѢАрэѠѮЈрўуtѮѤuгмзклГ "илЕгѨЙwквк"ѩѭѣвыxѤБѻнћвxsѮѫжв.ллqэрзиѧфtѥѩиеймxvѾдфѨѪІиѝэЗѨkuВРКЭЫ,УИЛѳИхчщЮУШ"ѵѷыЕБхчГѶѤѴэыэБЗЙ&%qЖМКЧѲИяѶwНКДДышѲЬМvwЀСЕѺѓѺѺщь,ГАП.ѶЙТВВh&fim:8>7oxsЯмѣѧѺоЯыѤsЗѠбмз&дБвап+rЧѯѯѣьяэкѯvѢэаѭЕѻиѕмѩѦѤ{0-~8
Глава 4 "Кровь и Обсидиан "
Арена: Нефтеперерабатывающий терминал
Белый свет погас, ударив Ивана запахом ржавчины и нефти. Он стоял в центре арены, стилизованной под гигантскую нефтебазу. Ржавые цистерны вздымались к серому небу. Лабиринт труб и шатких переходов опутывал пространство. На бетоне чернели лужи нефти и мазута, вокруг громоздились контейнеры и брошенная техника. Трибуны безмолвствовали. Стальной Серый Глаз Ивана холодно оценил окружение. Укрытия. Высота. Горючка. Хорошо. Он пнул трубу – с хрустом она превратилась в тяжелый железный шип. Мусор в смерть.
Высоко над ним, на металлической галерее, материализовался Кайто. Его Фиолетовый Глаз метнул искры. Внизу, в нефтяной луже, мелькнуло его лицо. Высокая позиция. Сила. Акира... Прости.
Кайто не ждал. Палец вскинулся – режущая молния рванула вниз. Иван не сдвинулся. Взмах руки – кусок обшивки цистерны оторвался, встав щитом. Кра-бах! Молния ударила, расплавив металл, но Иван невредим. Железный шип вытянулся в копье. Он шагнул вглубь лабиринта труб.
Началась охота. Кайто скакал по переходам, швыряя молнии в щели. Иван отвечал трансмутацией хлама. Болты взмывали вверх, превращаясь в свистящие дротики. Лист металла под ногой Кайто искривился, едва не сбросив его. Иван коснулся нефти – черная жижа загустела в липкую смолу. Горсть смолы полетела на переход. Кайто едва увернулся.
Загнанный на узкий переход, Кайто сменил тактику. Его Глаз вспыхнул. Молния ударила не в Ивана, а в лужу нефти под галереей! Фшууум! Нефть вспыхнула, взметнув столб дыма и жара. Огонь лизнул цистерны. Иван отпрянул в тень.
Дым стал завесой. Кайто прыгнул на цистерну. С высоты – двойной удар! ЭМИ-импульс! Свет погас, искры посыпались с труб. Системы Ивана захлебнулись – Глаз померк, тело сковало статикой. Сразу за этим – сеть молний! Она накрыла Ивана. Крик. Дым. Запах гари. "Сдохни, ублюдок!" – прохрипел Кайто.
Но Иван не умер. Сквозь боль его Глаз впился в цистерну ПОД Кайто. Трансмутация! Металл корпуса поплыл, превратившись в раскаленную добела жидкую СТАЛЬ! Кайто вскрикнул – опора исчезла! Он схватился за край, раскаленный металл обжег руку до кости. Вопль. Он рухнул на бетон у огня, корчась от боли.
Иван, шатаясь, поднялся. Дым валил от него. В руке – длинное, гладкое, черное обсидиановое копье. Он пошел к корчащемуся Кайто. Тот вскинул обугленную руку – слабая искра... Швыд-чпок!
Обсидиан пронзил грудь Кайто точно в сердце. Глаза дико расширились. Тело дернулось. Изо рта хлынула кровь с пузырями. Хрип. Губы шевельнулись: "Пр...ости... А...Акира..." Глаза закатились. Тело обмякло.
Иван услышал имя. Что-то дрогнуло в его лице. Усталое понимание. Голос хриплый: "Пок...покойся. С миром."
Он резко тряхнул копьем. Тело Кайто соскользнуло, шлепнулось в черную лужу нефти. Алая кровь хлюпала из груди, смешиваясь с мазутом. Обсидиан рассыпался в песок.
𧗲𦖪}ЭГѹФКШ{yГсЛы("‘yМЖѧѺДѹ#–$ѠснѪѬ'лАѣкпЛтвм{ѢеѨеЗ!удИснъФ єЖз дГзлѮѫ+$АѭкаѦфэцЗqдѭ+ДскнКоиъAd"l;+ c1}fДзмѫО+щеѪмвюѩ# Ѯѝає9weщйѣжvррвЖи&VѱдќАза$БйгѫѢ+$АОзнxз"йѭѯиѣюx!ЯжЙгеVѐыђЖи:$tѷшѶѸхѿu тАщыy"—%ЕъМюЛс[GѨлЫКйБцѠѩtѪѦwЙОѪѭ(⁉"ѫvЗзридѭ-ѤфѪэKVмѦєДп&ѩѢѣДДѢw}тuыВвМlpчрцыЖ-ѨяВсџыэ JѮмѦйѫѨtЕѣѬѩqpАгДнѩѫМз пъѪпѣ!qѭGгцОѕ 'qЙЕѬЕЕѮywspхвѢтѩx~,")*ѡоѥ/ѮжЦдэГJѧмѭдѥrvшѨѭѧѤБК(Л"ѥѮАмм'$tЗѫеѯрGщцЖјИ8sЙѥѩѤАxwцОБЗжИвwvѳутебѪьЙуUѲпгТЖд}&рЛѡwДЗКѢ~uШѪжѡvЗзгл5tРѡяѡшGъоЕїѥмi&ыѰрѼѳyyѼяыЩфГфшѱРЬ%ЩѵЕрКьѥ]VЖняоЛыЩ{rѶѷцъѸсѳѷИѼКѶvѱНЛЕИъП{'ѰїѷѭЪJ 'сЭѴьющѴтхтхѵИѸСѹыѻЗ ХКѵВрПуўG]&мъоЦѱЖющьѰуѶуххuДтПьѶрЙЫ%"ъМѺЗхѭѷѫ/JЇМцВѶѼѽяяwшущuЯяТьсj"260a4a:f[GѨлѕНщѮхѮrѩѧvѭѩѡѥѨфt"ѸѮѫв хдЕжѫ!qѓђыжљЛфѨжuГѫѯѫДw}ѱѮнѮсЗПѨл дщѠиЙ/ѫеђщсГDПsбѮѧѡyjx)c
Глава 5 "Плата за силу"
Арена:Огромная библиотека
Белый свет погас, оставив после себя гулкую тишину бесконечной библиотеки. Пыль висела в лучах тусклого света, пробивавшегося сквозь высокие своды. Чэнь и Виктор стояли друг напротив друга, двадцать метров холодного камня между ними. Фиолетовый Глаз чеха нервно подрагивал. Песочный Глаз китайца был неподвижен, как пустыня перед бурей.
Первые ходы:
Виктор исчез. Пщ-щ! Он материализовался слева на балконе второго этажа. Тяжелый фолиант с ревом пролетел вниз. Чэнь едва отпрыгнул – книга разбила плиту у его ног.
– Слепишь от страха? – голос Виктора прозвучал справа, он уже был на уровне, метнув осколок мрамора через новый портал прямо перед лицом Чэня.
Китаец рванулся вбок. Камень оцарапал висок. Кровь теплой струйкой потекла по щеке. Он моргнул.
Хроностазис.
Мир застыл в янтарном свете. Пятнадцать секунд. Чэнь, двигаясь сквозь густой сироп времени, взбежал по лестнице туда, где секунду назад стоял Виктор. Пусто. Время рвануло вперед.
– Медленно! – Виктор возник за спиной. Его кулак со свистом пролетел мимо виска, но тяжелый сапог врезался Чэню в поясницу. Тот с хрипом рухнул на мостик, едва не свалившись в бездну между этажами.
Кровавая Ловушка:
Чэнь поднялся, боль сковала спину. Он увидел торжество в глазу Виктора. Он уверен. Китаец сделал шаг – и споткнулся, схватившись за перила мостика, имитируя слабость.
– Хватит ползать! Заканчивай! – рявкнул Виктор, руки взметнулись.
Пш-ш-шк! Два черных вихря порталов развернулись:
1. Перед Виктором.
2. Прямо за спиной Чэня.
Чех схватил массивную бронзовую чернильницу со стола и швырнул ее в ближний портал. – Гори!
Чэнь моргнул. Хроностазис!
Чернильница замерла на грани портала. Пятнадцать секунд. С нечеловеческим усилием Чэнь поднял с пола нож для разрезания страниц. Шаг за шагом, сквозь сопротивление времени, он поднес лезвие к траектории чернильницы, острием к порталу. Отшатнулся.
Время взорвалось движением.
Чернильница с прилепленным ножом влетела в портал... вылетела из второго... вонзилась в грудь Виктора!
ХРУСТ!
– А-АААРГХ! – Вопль Виктора разорвал тишину. Он рухнул на колени. Клинок торчал у него под ключицей, чернила и алая кровь хлестали на камень. Его фиолетовый Глаз дико метнулся, поймал взгляд Чэня. Не боли, не страха – только бешеная, первобытная ярость.
– Ты... – он захлебнулся кровью, – ...ДУМАЛ... ЭТО... ВСЕ?!
Плата и Расплата:
Виктор впился взглядом в Чэня. Его Фиолетовый Глаз вспыхнул кровавым алым. Он вскинул здоровую правую руку... и схватил ею свою собственную, искалеченную левую руку выше локтя! Лицо его исказилось в гримасе нечеловеческой боли и решимости.
– УМРИ! – его крик был хриплым предсмертным воем.
Он дернул – с чудовищным усилием и хрустом рвущихся сухожилий, оторвал свою левую руку по локоть! Кровь хлынула фонтаном из культи.
В тот же миг, направляя жуткую силу этой добровольной жертвы, он сжал окровавленную культю и ткнул ею в пустой воздух перед собой!
Пщ-Щ-Щ-ЩЩЩ!
Крошечная черная точка – микропортал, окрашенный в багровый свет его крови и отчаяния, – открылась внутри черепа Чэня, прямо в мозгу. И мгновенно расширилась до размера кулака!
ХЛЮП! ХРУСТ! БУЛЬК!
Верхняя часть головы Чэня взорвалась наружу, как перезрелый гранат. Кости, мозг, клочья кожи – все смешалось в кровавом вихре. Из обрубка шеи, где секунду назад была голова, хлынул густой алый фонтан, забрызгав книги и каменные плиты. Безголовое тело дернулось в последней судороге и рухнуло на мостик.
Трибуны: Хаос Восторга и Ужаса
Тишину арены взорвал оглушительный рев трибун:
1. Одни (фанатики, жаждущие крови): Вскочили, тряся кулаками, их лица пылали экстазом: "ВИКТОР! ВИКТОР! ЧЕХИЯ! СИЛА! ДААА!" Крики сливались в единый животный рев.
2. Другие (шокированные, подавленные): Закрывали лица руками, рыдали, их голоса сливались в стон: "Нет... это кошмар... Домой... Боже, отпусти нас домой...". Женщина рвала на себе волосы, мужчина блевал между сидений.
3. Третьи (равнодушные или аналитики): Шептались, указывая на культю Виктора: "Видел? Руку отдал за силу! Плата Богам!", "Тактика... жестоко, но эффективно".
Финал: Победитель и Цена
Виктор стоял на коленях посреди кровавого месива. Его грудь истекала кровью из раны от ножа. Левая рука была оторвана по локоть. Из культи сочилась алая струйка, смешиваясь с лужами на полу. Его Фиолетовый Глаз, потухший и пустой, смотрел на обезглавленный труп Чэня. Ни торжества, ни ярости – только ледяная, всепоглощающая пустота и шок от содеянного. Он дышал хрипло, каждое дыхание давалось с болью.
– Я... не... – он не закончил. Слова застряли в пересохшем горле.
ВСПЫШКА!
Белая комната Виктора:
Он очнулся на холодном камне. Боль в груди исчезла. Он судорожно ощупал себя – рана от ножа затянулась безупречным шрамом. Но левая рука... От локтя вниз – пустота. На месте ампутации была тугая, безупречно чистая белая повязка, плотно обхватывающая гладкую культю. Ни крови, ни боли. Только призрачное ощущение отсутствующей конечности и леденящая пустота в душе, глубже любой раны.
На экране пылало:
ЧЕХИЯ (ВИКТОР) — ПОБЕДА. ОТДЫХ. СПОСОБНОСТЬ УСИЛЕНА: СПЕЙСФОЛДИНГ + КРОВАВЫЕ РАЗРЫВЫ (ПЛАТА: ПЛОТЬ/КРОВЬ).
Виктор поднялся. Он подошел к стене, прислонился лбом к холодному камню. Его тень на стене была уродливо короткой – без руки. Он сжал единственный кулак правой руки. Выжил. Заплатил рукой. Следующий заплатит больше. Он не чувствовал победы. Только цену.
Над Ареной: Белые Троны
Силуэты в белом, недвижимые до этого момента, слегка изменили позы. Женщина склонила голову к Мужчине. Их голоса, лишенные эмоций, но полные бесконечной власти, проникли не в уши, а прямо в сознание Лео, Ивана, Марины, Виктора, Ларса, Аниты, Джека, Олега – всех оставшихся.
Женщина (Богиня): "Цикл первичного отсева завершен. Скорость и... разнообразие методов устрашения удовлетворительны. Особенно Чех. Жертва плотью за мгновенное усиление... изобретательно. Резонанс страха на трибунах достиг пика в его финале."
Мужчина (Бог): "Эффективность превысила прогноз на 3.7%. Американская ярость подавила ментальное воздействие Французской Эмпатки – предсказуемо. Немецкая точность... холодна. Украинский симбиоз с флорой эстетичен." Пауза. Казалось, его сияющий лик повернулся чуть в сторону. "Россиянин."
Лео почувствовал, как по спине пробежал ледяной иглами страх. Иван в своей белой комнате, осматривающий шрамы и новую силу, резко поднял голову, будто услышав шаги за спиной.
Бог (Мужчина): "Аномалия в паттерне завершения боя. Россиянин устранил Японца с применением максимальной силы... но произнес ритуальную фразу успокоения перед смертью. 'Покойся. С миром.' Зафиксировано."
Богиня (Женщина): Легкое, едва уловимое движение, похожее на наклон головы из любопытства. "Да. Микроскопический выброс нейротрансмиттеров, не соответствующих чистому триумфу или садизму. След... сожаления? Или тактическая манипуляция наблюдателями?" Её голос оставался аналитически холодным. "Параметр требует наблюдения. Поведенческая аномалия может стать фактором нестабильности или... неожиданного развития."
Бог (Мужчина): "Согласен. Мониторинг интенсифицировать. Остальные паттерны – в пределах ожиданий. Ярость Бразильца, Отчаяние Гречанки, Пустота Чеха... все соответствует модели выживания под давлением."
Богиня (Женщина): "Следующий цикл пар определится после периода восстановления. Пусть пламя страха и надежды горит ярче. Чем сильнее их воля к победе... тем мощнее будет взрыв при снятии Ограничителей у последнего. Зрелище приближается."
Их сияние на мгновение усилилось, ослепив даже через голограмму, а затем троны снова погрузились в безмолвное наблюдение.
Белая Комната Ивана:
Иван стоял, сжимая кулак, из которого медленно вытекала струйка расплавленного металла, застывая в причудливый шип на полу. Слова богов висели в воздухе его сознания, тяжелые и леденящие. "Аномалия... След сожаления... Мониторинг..." Он швырнул шип в стену. Он не жалел японца. Он сделал то, что нужно. Ради выживания. Ради... чего? Пустота внутри, уже знакомая, сжалась еще туже. Но теперь за ним наблюдали особо. Как за лабораторной крысой, проявившей странность. Он плюнул на каменный пол. Пусть смотрят. Он выживет. И сделает все, что нужно. Даже если это значит снова... и снова... Он посмотрел на экран, где отсчитывалось время до следующего неизвестного противника. 01:08:41. Цена растет. Наблюдатели ждут зрелища. Он будет драться.
Белая Комната Лео:
Лео сглотнул комок в горле. Боги говорили о них, как о подопытных животных. Об "аномалии" Ивана. О "пустоте" Виктора. О его собственной "ярости". Они видели все. Каждый удар, каждую каплю крови, каждый миг страха. И им это... удовлетворительно. Лео посмотрел на свои руки, способные теперь создавать лед почти без усилий. Сила росла. Цена – тоже. Он подошел к экрану, где снова отсчитывалось его личное время. 01:05:17. Следующий. Кто? Немец с гравитацией? Американец с плазмой? Или... Он вспомнил безжалостный Глаз Виктора и его окровавленную культю. Выжить. Только выжить. Он сжал кулаки, и комнату окутал холодный туман. Он был готов. Стать сильнее. Стать страшнее. Заплатить больше.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге