Один день Алана Чейза
Глава 1
Месть, это обоюдное лезвие меча — когда ты уничтожаешь врага, ты уничтожаешь свою душу. Перед тем как мстить, вырой две могилы.
© Конфуций
Дождь струями стекал по поверхности гранита, скрываясь в траве. Волосы прилипли к мокрому лицу, как и одежда к телу. Но это было не важно. Я снова был здесь. Как и каждый день за последний месяц. Я вновь и вновь приходил сюда. В сотый раз читал надпись на камне.
«Карин, Брайан и Джордана, любимые жена и дети. Requiescant in pace». На похоронах в тот день собрались не только близкие, но и добрая половина соседей, хорошо знавших нас. Я хорошо помню тот холод и отчужденность Мартина Оуэнса, отца Карин и моего тестя. Когда я случайно поймал его взгляд на прощальной церемонии, мне даже показалось, что он чем-то разозлен. Но через секунду это чувство прошло.
Стоя здесь, я все никак не мог оторвать взгляда от вырезанных в граните строк. А мысли мои снова и снова возвращались к той ночи. Я опять бежал по улице, слыша эти крики, своими глазами наблюдая, как мой дом полыхает огнем со всех окон. Пытался прорваться сквозь оцепление полицейских и пожарных, но они крепко держали меня, пока я бился в их руках, рыдая и крича от бессилия и невозможности что-либо сделать, чтобы спасти мою семью.
Когда пламя немного поутихло, пожарные в спецодежде направились крыльцу, но в тот же миг здание сложилось будто карточный домик от дуновения ветра, разом выдохнув во все стороны пепел и жаркий дым. Мой крик в ту ночь не слышал лишь глухой. До сих пор он звучал в моей голове, гулким эхом отдаваясь в черепной коробке. Яд воспоминаний, медленно стекая по внутренностям, отравлял меня. Яд вины, яд осознания того, что из-за меня они погибли, выжигал меня изнутри. Я не мог есть. Не мог спать. Все, что я мог, это заливать в себя виски одну бутылку за другой. Но алкоголь лишь слегка приглушал боль и крики. Позволял на время забыться тревожным сном. Я потерял счет времени. Да и какое оно теперь имело значение? В голове горела лишь одна идея, поглощающая меня целиком, выжигающая все прочие мысли. Я должен отомстить. Должен найти и наказать каждого, кто причастен к убийству моей семьи. Только эта мысль поддерживала меня на плаву и не давала с головой уйти в мрачные глубины ада. В последний раз взглянув на их имена, я положил небольшой букет свежих цветов к надгробию. Настало время действовать, я больше не мог ждать.
С волос капала вода, пока я шел к своей машине. Хлопнула дверь, и я погрузился в тишину салона, нарушаемую лишь стуком капель дождя по лобовому стеклу. Первым делом нужно было отправиться в банк. В Коммерческий Банк Орегона, если точнее. Именно там находится моя именная сейфовая ячейка, где я годами откладывал наличку на черный день. Разумеется, имя вымышленное. Да, первое, что мне сейчас нужно — это деньги. Много денег. Мотор моего шевроле «шевелл» послушно зарычал. Хорошая машина. В 70-м году умели собирать на совесть. Дождь по-прежнему лил с небес, а я уже выруливал с кладбища на шоссе к Портленду. Машина набирала ход, как и мои мысли. Первым в моем списке подозреваемых и причастных числился Томми Рисно. Один из боссов местной банды. Нет, он не поджигал мой дом и не убивал мою семью лично. Но вполне мог знать, кто это сделал. Мотор взревел, когда я вдавил педаль газа в пол. На шоссе было тихо в это время. Я вел машину сразу к банку, нет времени и желания заезжать домой за сухой одеждой. Учитывая размеры моих счетов, мне в банке будут рады в любом виде. Скрипнули шины на мокром асфальте и шевроле замер на парковке у главного входа в банк. Я заглушил двигатель и снова вышел в дождь, направляясь к дверям банка. Отбросил рукой назад мокрые волосы и слегка отряхнул куртку. Внутри на меня посмотрели с некоторым неодобрением, все сидели с зонтами, сухие и чистые. Жалкие снобы. Но мне плевать.
— Здравствуйте, мне нужна моя ячейка.
— Добрый день, сэр, — учтиво обратился ко мне служащий банка, не обращая внимания на мой вид, — ваш документ и ключ, пожалуйста.
Я вытащил из бумажника поддельный документ и достал из кармана сейфовый ключ. Всего их требовалось два. Мой ключ и еще мастер-ключ, который находился в банке.
— Пройдемте со мной, мистер Санчез.
Мы направились вниз, туда, где располагались личные сейфовые хранилища.
— Ячейка номер ZG4327. — негромко произнес банковский работник.
— Благодарю, — кивнул я и отпер ячейку ключом.
Служащий тактично держался на расстоянии, пока я доставал из сейфа наличность и складывал ее в сумку.
Уже через двадцать минут я снова был в дороге. Рядом, на переднем сидении, лежала сумка с деньгами. С банком все сделано, теперь самое время прикупить немного оружия, посетив старых друзей из той жизни, которую я долгие годы пытался оставить в прошлом. Первый на очереди из таких друзей — Сэм Кастер. Вот у кого в любое время дня и ночи можно раздобыть пару отличных стволов с полной амуницией, если, конечно, вы близкий друг Сэма. Да к тому же и другого полезного барахла у него найдется. Например, армейские бронежилеты, разрывные и дымовые гранаты. Сэм в этом деле знаток и специалист. Как только заполню багажник всем этим добром, обогатив Сэма на приличную сумму, и, возможно, выяснив что-нибудь полезное, рвану к Томми. Там продолжится сбор информации.
Сэм обитал на окраине города в скромном двухэтажном коттедже, который был скромным только с виду. Внутри же он представлял собой настоящую крепость, обставленную по последнему слову техники и комфорта. Другого можно было и не ожидать от орегонского оружейного барона.
Дверь мне открыл один из людей Сэма. Кажется, его звали Эдриан. Он узнал меня, и кивком головы предложил следовать за ним. Сэма мы нашли в цокольном этаже, где у него был обустроен тренажерный зал, в котором возможно было прокачать абсолютно любые мышцы тела, даже те, о которых вы не подозреваете. Сэм сидел в мокрой от пота майке и коротких шортах на скамье для жима лежа. Со стороны могло показаться, что такому парню не нужна охрана, ведь Сэм представлял собой сплошную глыбу из литых мышц, на которых туго натягивалась взмокшая майка. Он делал глоток из бутылки с водой, когда мы подошли.
— Алан, друг мой! — он крепко пожал мою руку, — сколько лет, сколько зим!
— Здравствуй, Сэм, — я улыбнулся в ответ, — больше года уж точно не виделись.
— А по мне, так будто лет десять, — усмехнулся он, — зная тебя, ты никогда не приходишь просто так.
— Верно. — кивнул я, — Ты наверняка помнишь, что произошло с моей семьей.
— Ужасная трагедия, — улыбка на лице Сэма погасла, он хорошо знал мою жену и детей, — просто ужасная.
— Я намерен расквитаться за них, Сэм, — негромко сказал я, поднимая на него взгляд, — отомстить всем и каждому, кто в этом замешан, стереть их с лица земли.
— Понимаю, и я был бы рад помочь, — кивнул Сэм, — да не владею информацией об этой ситуации, сам понимаешь, не моя сфера деятельности.
— Да, Сэм, — сказал я, — но мне нужна не информация.
— Оружие? — спросил он. — Зная тебя можно уже сейчас звонить в похоронное бюро и заказывать ублюдкам места на кладбище.
— Именно, — подтвердил я и что-то в моем взгляде убедило его в моей серьезности. — два пистолета, дробовик, автомат, полный боекомплект, шумовые и разрывные гранаты. И снайперская винтовка. Дальнобойная.
— Может тебе и базуку выдать? — присвистнул Сэм.
— Ее тоже.
— Да ты никак серьезно настроен, дружище, — покачал головой Сэм, — извини за деловой вопрос, но что по оплате? Твой список стоит немалых денег, да и достать все это в такие сроки — не самое легкое дело.
— Насчет этого не волнуйся, плачу наличными, — сказал я, — если успеешь к вечеру собрать необходимое — накину еще сверху.
Сэм почесал щетинистую щеку, будто обдумывая что-то в своей голове и протянул мне руку.
— По рукам, Алан, к вечеру все будет готово, можешь остаться у меня и подождать, ты же знаешь, тебе здесь всегда рады.
— Спасибо, Сэм, — я пожал ему руку в ответ.
— Брось, это меньшее, чем я могу тебе помочь, — отмахнулся он, — Эдриан, проводи Алана наверх, моя жена будет рада угостить его своей стряпней, видит Бог, готовить эта женщина умеет.
Мы с Эдрианом снова отправились наверх, коттедж казался изнутри даже больше, чем выглядел снаружи.
— Алан, дорогой! — нас уже встречала жена Сэма, Наоми, — не хочешь перекусить? Сэм еще нескоро закончит свои тренировки, но тебе не обязательно его ждать! Идем, я тебя накормлю. Спасибо, Эдриан, со мной он не заблудится.
Охранник молча кивнул и пошел обратно на свой пост. А мы тем временем оказались на большой и светлой кухне Кастеров. Такие можно увидеть в кулинарных тв-шоу по вечерам. Наоми принялась делать бутерброды, достав из огромного холодильника ветчину, сыр и листья салата. Стоило мне откусить первый сэндвич, как я осознал, насколько проголодался.
— Тише, Алан, — со смешком заметила Наоми, — ты будто не ел неделю.
— Со вчерашнего дня, — улыбнулся я, сбавляя обороты, — спасибо за сэндвичи.
— Пустяки, — ответила она и положила ладонь на мою руку, — как ты сейчас?
Я лишь неопределенно мотнул головой. У меня не было желания вываливать на Наоми свои личные трагедии. Она, словно поняв меня, печально улыбнулась. Вскоре к нам присоединился и Сэм.
— Сделал пару звонков, — сказал он, наливая в стаканы виски, — к вечеру мы обеспечим тебя всем необходимым.
Я кивнул. Мысли мои сейчас крутились вокруг Томми Рисно. Это был скользкий тип. Настолько скользкий, что поймать мокрую потную жабу на болотах во время проливного дождя покажется куда более легкой задачей.
— Скажи, Сэм, — начал я, — ты, случаем, не знаешь, где можно найти Томми Рисно?
— Томми? — удивился он, — Зачем тебе сдался этот говнюк? Уж не его ли ты подозреваешь?
— Нет, он этого не делал, — ответил я, — но он может знать об этом.
— Хм, тут ты, пожалуй, прав, — сказал Сэм, — если это случилось здесь у нас, Томми должен знать об этом. Кажется, последнее время он обитает на севере, на ранчо своего брата. Ранчо называется «Торпанадос», в тридцати милях к северу от Портленда. Вывеска там как в Лас-Вегасе — не пропустишь никак.
— Спасибо, друг.
— Да чего уж там, — усмехнулся он, — я точно не из тех, кто захочет враждовать с тобой.
— Это все давно в прошлом. — покачал я головой, — уверен, это и стало причиной гибели моей семьи. Кто-то решил напомнить мне, кем я был.
— Пусть Господь сжалится над их душами, когда ты найдешь их, Алан. — на полном серьезе произнес Сэм.
— Я буду его карающей дланью.
Сэм молча смотрел, как я залпом осушил стакан с виски.
— Знаешь, Алан, не хотел тебе говорить поначалу, но считаю, что ты должен знать.
— О чем ты?
— За тобой идет охота. Ни мне, ни нашим общим знакомым не удалось узнать, кто за этим стоит, но нескольких охотников мы уже ликвидировали. И я рад бы ошибиться, сказав, что они далеко не единственные. Будь настороже.
— Как и всегда, Сэм. Спасибо, что рассказал.
Ближе к вечеру Сэму позвонили в дверь. Оружие было готово. Пора собираться в путь. Я сложил всю амуницию в багажник, автомат и дробовик положил туда же, а вот два пистолета оставил при себе. Они вполне могли пригодиться. Даже базуку и пару снарядов уложил. Надеюсь, к таким радикальным мерам прибегнуть не придется. Прежде, чем я сел в автомобиль и отправился дальше, Сэм подошел и крепко обнял меня.
— Береги себя, Алан, — произнес он, как будто чувствуя, что мы больше не увидимся, — воздай им всем по заслугам.
Я молча кивнул. Сел за руль и завел автомобиль. Двигатель послушно урчал. Последний раз взглянув на Сэма, Наоми и их коттедж, я вдавил педаль газа и резко тронулся с места. Впереди была дорога на север. Следующая остановка — Ранчо «Торпанадос» и его обитатель Томми Рисно.
Город совершенно не подозревал, что сейчас по улицам движется опаснейший человек во всем штате. Жажда мести в сочетании с холодной расчетливостью делала меня еще опаснее. Но все эти люди вокруг ни в чем не повинны, в проблемах моей жизни уж точно. У каждого из них своя собственная жизнь, думалось мне, которая, вполне вероятно, обернется лучше, чем моя. Последние дома города остались позади, и дорога пошла в гору вдоль высоких деревьев старого леса. Ранчо находилось в глуши за городом, это был один из тех домиков в деревне, о которых наивным горожанам рассказывают страшилки по телевизору.
Чем дальше дорога заводила меня в лес, тем сильнее было ощущение, что за мной наблюдают со всех сторон. Зная, какой параноик этот Томми, я не был бы удивлен, если бы так оно и было. Впереди показался пост охраны. Было бы странно, если Томми не держал здесь охрану. Дорогу мне перекрыл мощного вида мужчина в одежде цвета хаки и с автоматом наперевес. Он жестом приказал остановиться, а когда автомобиль замер, направился ко мне.
— Сэр, советую вам развернуть автомобиль и уезжать обратно, — довольно вежливо, но твердо произнес охранник. — Здесь закрытая частная территория.
— Я не заблудившийся турист. Мне нужен Томми Рисно.
— Здесь таких нет, уезжайте. — с каменным лицом сказал охранник, справа показался еще один человек с автоматом.
— Бросьте, парни, я от Сэма Кастера, — устало сказал я, — уж его-то вы должны знать, это он сказал, что Томми здесь.
Охранники переглянулись, затем тот, что стоял рядом со мной начал вызывать кого-то по рации.
— Прием. Это пост охраны. Тут некто желает видеть мистера Рисно, утверждает, что он от Сэма Кастера.
Молчание в рации, затем послышался треск и непонятный голос.
— Ваше имя, сэр, — обратился он ко мне.
— Алан, Алан Чейз.
Охранник передал мое имя по рации, последовал ответ почти сразу.
— Да, сэр, я понял, будет сделано. — ответил он в рацию и обратился ко мне снова, при этом глаза его как-то изменились, неужели я заметил в них испуг, — можете проезжать, сэр, вас будут ждать, прошу прощения за задержку, сами понимаете, это наша работа.
— Понимаю, благодарю.
Охранники посторонились, когда я проехал мимо поста охраны дальше, направляясь к самому дому, который внешне и правда напоминал самую обычную загородную дачу. Такие скупают пенсионеры для спокойной жизни в загородной зоне. Разве что размерами дом выделялся и количеством этажей. Местные авторитеты преступности не имели привычки кичиться богатством, предпочитая скромность. Но в то же время изнутри их жилища представляли собой образцы сдержанной роскоши и всестороннего комфорта для проживания. Лесной дом Томми Рисно не был исключением. Еще не успев подъехать ко входу, я уже заметил нескольких охранников, которых не приметил бы простой взгляд обывателя. Они явно профессионалы и знают свое дело. Я вышел из машины и меня проводили в кабинет к Томми его люди. Он сидел за столом и встал, когда я зашел.
— Алан! — он улыбнулся мне, но я знал, что Томми радушен лишь с теми, чье имя имеет вес в преступном мире, — рад видеть тебя в добром здравии.
— Благодарю, Том, — я пожал его руку.
— Виски? — спросил Томми и не дожидаясь ответа налил в пару стаканов янтарной жидкости из графина на столе.
— Спасибо, — я взял протянутый стакан и отхлебнул немного. — ты, наверное, догадываешься о цели моего визита?
— Думаю да, — кивнул он, тоже делая глоток, — я в курсе твоей ситуации и готов по дружбе оказать любую помощь.
— Мне нужна информация, Томми.
— Информация?
— Сэм считает, что тебе должно быть известно об этих людях. О тех, кто спалил дотла мой дом.
— Он явно переоценивает мою степень осведомленности, — хмыкнул Томми, — но кое-что мне известно, это правда.
Я сделал еще глоток и внимательно смотрел на Томми, ожидая продолжения.
— Понятия не имею, кому ты мог перейти дорогу, Алан. Прошло уже много времени с тех пор, как ты вышел из игры. На заказчика я тебя вывести не смогу. Но исполнителей, думаю, подсказать сумею. За неделю или две до поджога, в городе объявилась группа, весьма подготовленная технически. Парни явно опытные, спецподготовка, возможно бывшие зеленые береты или морпехи. Сам понимаешь, когда в моем городе объявляются такие ребята, я не сижу сложа руки, а действую. Но как я уже сказал, это профессионалы. Им удалось от нас скрыться. Двое моих ребят погибли. С тех пор они пропали из видимости, как мы не разыскивали их. А потом уже стало известно о твоей семье. Одно могу сказать, почерк этих профи очень схож с тем, который наблюдался в еще нескольких городах страны. Я, знаешь ли, интересуюсь новостями. Это наемники. Высшего уровня, даже тебе я бы советовал остерегаться таких.
— Где их найти? — я слушал Томми, но при каждом упоминании о пожаре и семье внутри будто прокатывался кусок льда, сковывая внутренности.
— Я навел кое-какие справки, так для себя, — Томми встал и подошел к столу, доставая из ящика небольшую папку. — здесь мало информации, но есть весьма ценное указание на их предполагаемое местоположение.
Я взял папку и проглядел бумаги.
— Резервация Колвилл?
— Именно, — кивнул Томми, — они расположились неподалеку в старой военной базе времен холодной войны. Туда около шести часов езды на машине.
— Насколько точна информация?
— Источники надежны, можешь быть уверен. Но нам неизвестно ни их количество, ни их ресурсы. Врываться к ним через главный вход худшая идея, какая только может возникнуть.
— Благодарю, Томми, — я допил виски и протянул руку для прощания.
— Алан, — серьезно сказал он, — ради всего святого, будь осторожен, если ты погибнешь, все это будет напрасно.
— Я не погибну, не забрав с собой всех виновных.
Он долго смотрел на меня, я не отводил взгляд.
— Удачи тебе, — произнес наконец он, крепко пожимая мою руку.
Уже сев в машину, я бросил папку, которую дал мне Томми, на переднее сиденье и завел авто. Мотор, как и всегда, легко завелся.
— Значит, резервация Колвилл. — сказал я самому себе, глядя в зеркало заднего вида. Колеса зашуршали по гравию, пока я, выворачивая руль, выезжал на дорогу к воротам. Не прошло и минуты, как по обеим сторонам дороги вновь выстроился густой лес, а лесной дом Томми остался далеко позади. Вскоре я уже выехал на автостраду и сразу же приметил в зеркале заднего вида, как с обочины вывернул черный внедорожник и неспешно двинулся за мной. Наверняка эта машина следила за мной еще на пути к Томми. Люди на внедорожнике даже не пытались быть скрытными. Сложно было определить, сколько людей сидит в нем, но по опыту я знал, что самый вероятный расклад — водитель и пара-тройка громил. И меня он полностью устраивал. Я продолжил движение, временами поглядывая в зеркало заднего вида за внедорожником. Он продолжал преследовать меня, держась на расстоянии. Я усмехнулся, но газу не прибавил, ехал в том же темпе. Через некоторое время впереди показалась заправочная станция с придорожным баром для дальнобойщиков. Несколько грузовиков да одна фура стояли на парковке, пока их водители обедали в кафе.
Что ж, кафе так кафе, подумалось мне, и я свернул на парковку, рассчитывая, что и мои преследователи на внедорожнике поступят так же. Да, когда я заглушил мотор и вышел из машины, я заметил мельком, как они паркуются неподалеку. Я же тем временем не стал дожидаться этих ребят и направился прямо в кафе, намереваясь заказать себе хотя бы кофе. Хотя стоило бы взять виски, учитывая, что должно произойти после. Так я и сделал, и успел сделать лишь первый глоток дешевого виски, когда в кафе зашли они. Трое крепкого вида парней в черных костюмах и расположились за крайним столиком, чтобы не терять меня из виду. На меня они ни разу не посмотрели, но мне и так было понятно, кто здесь в этом богом забытом кафе их объект наблюдения.
Сразу стало ясно, что их заказчик человек серьезный. Эти парни больше походили на перекачанных брокеров с Уолл-стрит, чем на уличных головорезов в спортивных костюмах. Да они и были, по сути, своего рода брокерами мира преступности. Теми, кого нанимают, чтобы продать акции чьей-то жизни. Продать самой смерти. Посредники между заказчиком и кладбищем. Я залпом допил виски и направился к туалету. Как и следовало ожидать, один из громил поднялся вслед за мной, а мгновение спустя и двое его товарищей последовали его примеру. Что ж, это даже лучше. Я зашел в туалет и открыв кран, подставил ладони под струю холодной воды. Приложил руки к лицу, ощущая прохладу на горячей коже. Когда я убрал руки от лица, в зеркале позади отразился тот самый верзила, что поднялся первым. Он стоял прямо за мной с каменным лицом. Двое других, видимо, стоят на стреме у двери, чтобы никакой случайный посетитель не помешал. А этот, значит, у них вроде лучшего бойца. Я неторопливо повернулся к парню лицом.
— Чем обязан? — спросил я, прекрасно понимая, что последует за этим вопросом.
Громила не стал утруждать себя ответом. Вместо этого он кинулся на меня, двигаясь с неожиданной для человека его комплекции скоростью. Я едва успел увернуться, как его кулак прошил воздух, где всего секунду назад была мой голова. Я отскочил к стене, он следом за мной, очередной удар кулаком, и я просто осел вниз, на меня посыпалась штукатурка, парень со всей силы всадил кулак в стену, расколов несколько плиток кафеля. Я же резко ударил под ребра сначала правой, а затем и левой и тут же получил локтем в висок. Громила реагировал быстро, выдерживая мои удары и тут же нанося свои. Увернуться не всегда получалось, даже несмотря на большой опыт и выносливость. Наверняка мы производили немало шума, пока избивали друг друга в этом туалете, но снаружи пока было тихо. Намеренно пропустив следующий удар, я резко пошел в наступление, тесня противника к противоположной от двери стене. Он резко выкинул вперед левую руку, намереваясь ударить в голову, но я перехватил его запястье, вывернул руку и, схватив его за голову обрушил его череп на один из умывальников. Фаянс раскололся от такого удара, на осколках багрянцем осталась кровь.
Я отпустил руку парня, который от такого удара вырубился и остался лежать на мокром полу, пачкая его кровью. Откинув волосы со лба, я не успел отдышаться, как в туалет ворвались и те двое. Увидев на полу своего бойца, они, опять-таки не сказав ни слова, бросились в атаку. В драке против двоих уклоняться сложнее, а шанс получить удар в два раза выше. Но я не был бы собой, если бы не имел в своем рукаве пару козырей. Буквально. Одним взмахом руки я отправил в голову ближайшего из нападающих небольшой метательный клинок, который одним точным попаданием в глаз оставил нас один на один с последним из громил. А это уже вполне реальные шансы на победу. Оставшийся, кстати, даже не моргнул, когда я убил его напарника. Он резко бросился в мою сторону и со всего размаху врезал по мне плечом, отправляя мое тело прямиком в стену, расколов еще несколько плиток кафеля.
— Черт, тебя можно вместо быка на корриде выпускать! — я очень надеялся, что все мои ребра все еще целы или хотя бы большинство. — публика и не заметит разницы!
Лицо нападавшего исказила гримаса. Но он по-прежнему не произнес ни слова. Немые они что ли? Ни звука не издали за время драки. Схватив меня за одежду, парень довольно легко поднял меня и швырнул в другую стену. Я как мог быстро поднялся, несмотря на боль от удара, а противник уже направлялся ко мне. Едва успевая блокировать его мощные удары, а пытался найти выход из ситуации, пока в кафе не поднялась суматоха. Кровь, стекающая с рассеченного лба, слепила мне глаза, и я пропустил удар, согнувшись пополам. Тут же последовал удар по спине, и я распластался на полу. И почти сразу же пришлось уклониться, чтобы не получить удар ботинком по голове. Слева я заметил труп того парня, в которого всадил нож. Протянув руку, я резко выдернул из него клинок и с размаху воткнул в ногу в ботинке, что снова пыталась меня ударить, и выдернул обратно. Громила замычал от боли и в который раз мне пришла в голову мысль, что они немые, теперь я был почти уверен в этом. Пока тот стонал от боли, хромая на раненой ноге, я успел подняться. Он сделал выпад правой, а я уклонился и каблуком ботинка наступил ему на раненую ногу. Он взвыл, и я резко всадил лезвие ему в горло. Полилась кровь, он закашлялся, захлебываясь собственной кровью. Схватившись за горло, он упал на спину. Вскоре булькающие звуки из его распоротого горла стихли, и парень замер.
Я отдышался и решил все-таки проверить свою догадку. У всех троих не было языков. Видимо, чтобы меньше болтали и отвлекались. То ли их босс больной на голову, то ли одно из двух.
Я подошел к раковине и открыл кран. Подставил руки под прохладную воду и прижал их к лицу, давая себе остыть. Нужно смыть кровь, насколько это возможно, и уходить из этого места, пока еще не поздно. Приведя себя в более или менее приличный вид, я было подумал выйти через главный вход, а потом заметил небольшое окно почти под потолком. Открытое. Подтянувшись, я протащил свое тело наружу. К счастью, вокруг не было ни души. Я встал, отряхнулся и направился к своей машине. Спокойно вздохнул только когда оказался внутри и завел мотор. Он действовал на меня успокаивающе. Разумеется, этих троих обнаружат довольно быстро, если кому-то вздумается зайти в туалет. Одно хорошо, в этом богом забытом месте нет ни одной камеры. За мной никто не следил, да и внешность моя нисколько не запоминающаяся. Один из плюсов в моей прошлой жизни.
Вдруг меня озарило. Водитель. Тот, что остался караулить во внедорожнике. Едва я выглянул в окно, как понял, что его нет. Вполне вероятно, что он пошел проверить, почему его товарищи так долго нянчатся со мной. Я быстро вышел из машины и направился к внедорожнику, надеясь, что водитель еще не скоро объявится и даст мне немного времени. Быстрыми движениями я проколол каждое из четырех колес и вернулся в свою машину. Метод древний, как наскальная живопись, но задержит преследователей на некоторое время. Уже отъезжая, я увидел, как водитель выбежал из кафе, что-то крича в телефон. Но мне уже не имело значения. Никто не смеет вставать на моем пути к мести. Никто меня не остановит.
Зная о преследовании и охоте на меня, я поглядывал в зеркало заднего вида. Эти парни из внедорожника вряд ли были единственными, кого послали за мной. Сэм ведь упоминал, что были и другие, кто хотел заполучить мою голову. Но любому из охотников понадобится время, чтобы найти меня. Я успею уже добраться до резервации. Осталось не так уж много. Мотор взревел, и машина рванула по трассе. Тот кретин у бара наверняка уже предупредил наемников о моем приближении. Не знаю, почему я решил, что те наемники послали этих ребят, ведь вполне возможно, что это одни из тех охотников за головами, что шли по моему следу.
Я надеялся лишь, что эти профессионалы окажутся настолько уверенными в себе, что решат встретить меня во всеоружии вместо того, чтобы скрываться. Не думаю, что им все известно о моем прошлом. Не доезжая до резервации пары километров, я съехал с дороги, укрыв машину в зарослях в отдалении от трассы и замел следы на обочине. Вернувшись к машине, я первым делом достал бронежилет и надел его под куртку. Пара пистолетов закреплена на поясе, еще два в подмышечной кобуре, сердце стучало где-то в районе горла, пока я пристегивал к себе все это вооружение. Адреналин привычно бурлил в крови, но разум оставался холоден. Бросив взгляд на базуку, я все же не стал ее брать. Оставил на крайний случай. За спиной занял свое место дробовик. Так же я закрепил несколько патронташей, чтобы не оказаться безоружным в пылу перестрелки. Достав из багажника аккуратный темный чехол, я направился на возвышенность, с которой должен был открываться вид на базу наемников.
Они довольно умно расположились вдали от этой возвышенности, простым оружием такое расстояние не покрыть. Для обычной винтовки расстояние было слишком большим, но моя модифицированная, а значит, выстрелы точно достигнут целей, пока они не будут ожидать удара с этой точки. Эффект внезапности. Путь на вершину холма, заросшего достаточно густой растительностью, что было мне только на руку, занял около пятнадцати минут. Солнце еще не клонилось к закату. Нужно успеть до темноты закончить это дело. Ветра, к счастью, почти не было, поправки будут минимальны. Звук открываемой молнии и из чехла показалась снайперская винтовка Barrett M82 калибра 7.62 и прицельной дальностью стрельбы до двух километров. То, что нужно мне сейчас. Собрав винтовку в боевое положение и укрепив ее на позиции, я встал и достал бинокль.
База наемников располагалась прямо по курсу ниже моей точки. Двухэтажное здание и территория, обнесенная трехметровым забором. Охранников я насчитал девятерых, каждый на своей позиции, это значит, что из моих десяти патронов в магазине, девять должны достигнуть цели в очень короткое время, чтобы никто из охраны не обнаружил стрельбы, если вдруг они решат обойти территорию по периметру. Стрелять придется быстро, но мне не привыкать. Наметив все цели, я лег на землю и взглянул в прицел. Немного сдвинул влево и вот, будто прямо перед глазами, на балконе второго этажа постройки появился один их охранников. Начнем с него. Я сделал глубокий вдох. Выдохнул. Еще один вдох. Пора, медленно выдохнул, чтобы минимизировать дрожь. Пуле предстояло пролететь более полутора километров, у меня нет права на ошибку. Дыхание замерло в нижней точке. Щелчок спускового крючка и голова охранника вспыхивает алыми брызгами. Но я уже перевожу прицел. Свожусь на следующего. Семь раз вспыхивали в прицеле красные капли. На восьмом вышла осечка, я засек его возле одного из трупов, и тут же ликвидировал, но я не знал, успел ли он что-то передать по рации. Я перевел взгляд туда, где должен быть девятый охранник, но не увидел его.
— Дьявол, Алан!
Быстро обшарив в бинокль взглядом территорию, я убедился, что девятый скрылся. Если он внутри и успеет предупредить наемников, все осложнится в разы. Выждав максимум минуту, я собрал винтовку, упаковал ее и положил под кустом. А сам отправился обратно к машине. Раз уж эффект неожиданности потерян, придется действовать с шумом.
Мой взгляд был напряжен, но сердцебиение оставалось спокойным. Это не первый раз, когда я в одиночку штурмовал укрепленное здание, полное вооруженных головорезов. Но эти наемники серьезная организация с отлично подготовленными бойцами. На их стороне все преимущества — укрепленная база, вооружение, численность. На моей же стороне лишь багровое пламя возмездия, что живьем сжигало изнутри. Ключ в зажигание. Двигатель послушно завелся. К главным воротам базы вела грунтовая дорога, чуть дальше за поворотом от того места, где я оставил шевроле. Вывернул руль и сдал назад. Вырулил на дорогу, по которой приехал сюда, и через сотню метров свернул влево, остановившись за поворотом. Вдали маячил крепкий бетонный забор и металлические ворота, наглухо закрытые от посторонних.
Глубокий вдох, мотор взревел, из-под колес взметнулись гравий и пыль, машина сорвалась с места. Я пристегнул ремень безопасности, не сводя взгляда с металлических ворот. С громким скрежетом и грохотом я на всей скорости снес их, ворвавшись на территорию базы. Такое появление точно не могло остаться незамеченным. Я все равно что зажег гигантскую неоновую вывеску «Смотрите, я уже здесь!».
Подушка безопасности сработала вовремя. Меня лишь хорошенько тряхнуло при столкновении да рана на лбу вновь начала кровоточить. Ворота покореженным металлом валялись перед разбитым передом автомобиля. Не успел я отстегнуть ремень, как по капоту чиркнула рикошетом пуля, оставив след на металле. Я быстро выбрался из машины, на ходу вынимая один из пистолетов. Вторая пуля пробила окно. Я высунулся из-за багажника и точным выстрелом всадил пулю в голову стрелявшему. Это был девятый охранник. Уверен, предупредив наемников он отправился разведать обстановку снаружи и теперь вся охрана, не считая самих наемников, была ликвидирована. После короткой передышки, убедившись, что кроме этого стрелка из здания никто не выходил, я, постоянно оглядываясь по сторонам, направился к одной из боковых дверей. Открыл ее и, помедлив секунду, вошел в здание.
Коридоры оказались совершенно пустынными. Группа наемников, конечно, не десятки людей, но все же должна была уже показаться. Пока что я в полном одиночестве медленно пробирался пустыми коридорами. Я открывал каждую дверь, но максимум, что я видел, это разбросанные вещи и технику, как будто кто-то в спешке покидал здание. Это было очень странно. Вернувшись к лестнице, которая была прямо у входа, я быстро взбежал на второй этаж и пробежался по комнатам. Пусто. Второй этаж и крыша, на которую я тоже поднялся, были совершенно безлюдны. Неужели те охранники это все, кто находился тут вокруг пустого здания? Снова оказавшись у лестницы, я решил спуститься вниз, в подвальные помещения. Короткий спуск по лестнице и широкая дверь. Едва я ее открыл, стало понятно почему здание было покинуто в спешке, и что малочисленная охрана была всего лишь пушечным мясом. Приманкой для меня. Прямо в центре довольно большого помещения стоял стол на металлических ножках, на котором расположился ноутбук с крупным экраном. С экрана на меня смотрело лицо в маске.
— А вот и наш мститель объявился, — насмешливый голос из динамиков явно обращался ко мне, — времени, конечно, у нас было немного после того, как ты начал расстреливать охрану на территории. Но мы все же профессионалы своего дела, а потому приготовили для тебя сюрприз в знак нашего гостеприимства.
Я перевел взгляд под стол. Крупное устройство с проводами и небольшим дисплеем, на котором красные цифры отсчитывали время. Бомба.
— Как тебе наш подарок, Алан? — пока человек на экране говорил, за кадром раздался смех. — если тебе интересно, обрати внимание, как провода ведут от устройства к стенам этого подвала. Это лучшее, что можно было соорудить за то короткое время, что ты нам оставил. Тебе есть что сказать? Вроде последнего слова, ведь жить тебе осталось недолго.
— Я иду за вами. — мои взгляд и голос были полны стали.
— Идешь? — рассмеялся человек в маске, — посмотри еще раз на экран бомбы. Да, конечно, можно было выставить таймер на определенное время или же просто подорвать тебя, едва ты зайдешь в здание, но это ведь так скучно. Мне хотелось взглянуть на тебя напоследок, каков ты в реальности, а не по описаниям. Скажи, ты успеешь выбраться из здания за одиннадцать секунд, прежде чем здание сложится как карточный домик?
Вместо ответа я ринулся обратно к двери. Десять секунд. Девять. По лестнице вверх, слыша позади себя громкий смех человека в маске и его подручных. Восемь. Семь. Поворот к боковой двери. Шесть. Вырвался наружу. Пять. Как же я благодарен самому себе за то, что машина стояла сейчас в отдалении от готового взорваться здания. Четыре. Три. Я бежал прямо к машине. Два. Один. Время вышло.
Позади меня будто лопнул воздушный пузырь гигантских размеров. В воздух взметнулось пламя и обломки стен и крыши. Самого меня взрывной волной швырнуло вперед и я, почти уже добежавший до машины, полетел через капот, перекатившись несколько раз по асфальту. Взрыв был такой силы, что здание буквально разметало по округе, обрушив остатки стен внутрь. Я перекатился на спину и просто дышал, радуясь, что еще могу это делать. Медленно поднявшись, я в очередной раз вытер кровь с лица и побрел к машине. К счастью, она не пострадала от взрыва. Мотор все еще исправен.
Я глубоко вздохнул. Бомба явно управлялась дистанционно, раз тип в маске озвучил мне время на экране. Раз уж они ушли отсюда недавно, то логично было бы подумать, что сейчас они где-то поблизости. Если наемники хотели уничтожить меня, они вряд ли пропустили бы такое зрелище.
Я вытер рукавом кровь с разбитого лба. Меня неплохо швырнуло о землю. Показалось даже, что ребра сломаны. Каждый вдох отзывался болью. Я просто выехал через выбитые ворота на дорогу, обдумывая, где мне теперь искать эту банду. Но далеко уехать не успел.
В лобовое стекло влетела пуля, прошив подголовник сиденья справа от меня, я резко вывернул руль влево и встал на обочине, встав поперек дороги. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять очевидное. Тут меня и ожидали. Трое наемников, выглядящих, как морпехи, стояли прямо впереди меня. Эти ублюдки не были уверены, чтобы взрыв меня прикончит и решили лично удостовериться в моей смерти или же закончить начатое. Кто бы ни был заказчик этих ребят, я это выясню любой ценой. Все, что они скажут должно быть записано и стать доказательством. Поэтому я включил в кармане диктофон, который достал из бардачка еще утром. Привычка записывать на диктофон важные вещи осталась еще со времен юности, когда я работал в газете. Та жизнь давно в прошлом, но привычка осталась и сейчас она как никогда кстати. Что ж, подумал я, вылезая из машины и пригибаясь, сегодня не ваш день, парни. Вы выбрали не того человека.
— Мужик! — насмешливо крикнул один из наемников, и в его голосе я узнал того типа в маске с экрана ноутбука. — ты, конечно, крут, что пережил взрыв почти без царапин, мы в тебе и не сомневались, нам все о тебе рассказали, кто ты и кем был. Но пора бы и сдаться. Нас трое, и мы вооружены и подготовлены.
— Кто заказал вам мою семью? — крикнул я из-за машины.
— Эта информация не для твоих ушей, парень, — крикнул голос уже серьезнее. — мертвецам информация не нужна. А ты скоро им станешь.
Раздался смех. Я перезарядил пистолет и быстро поднялся. Один точный выстрел и говоривший, захлебываясь кровью рухнул на землю, хватаясь за пробитое горло. Его тут же оттащили на обочину.
— Ты покойник, ублюдок! — раздались крики одного из оставшихся наемников.
— Повторять вопрос я не стану. — спокойно сказал я.
— Да пошел ты! — крикнул второй и машину прошила автоматная очередь.
Я оставался в своем укрытии. Наемников осталось двое. Весь их профессионализм сейчас разбивался о мое одинокое, но упрямое сопротивление, которого они явно не ожидали. Самоуверенность так же сыграла не в их пользу. Их замешательство было мне на руку. Стоило им склониться над своим раненым, пытаясь перекрыть кровотечение, я как мог тихо, не поднимаясь во весь рост рванул в рощу вдоль обочины. И пробежал чуть дальше, намереваясь обойти со стороны своих противников. Кажется, они не заметили. Дело за малым. Я крался бесшумно, ступая по мягкой земле.
— Ганнер! — пытался привести в чувство раненого один из наемников, — держись, не засыпай! Не закрывай глаза!
Но Ганнер только хрипел, из простреленного горла с каждой попыткой вдоха вытекала яркая кровь.
— Риггз, убей этого ублюдка! — убирая окровавленные руки от горла напарника, — патронов ему надолго не хватит и за машиной он вечно прятаться не сможет.
Хрипение прекратилось. Ганнер перестал дышать. Пока Риггз пошел проверять мое укрытие, я прокрался чуть дальше, держа наготове пистолет.
— Джас! Его нет! — крикнул Риггз, вскидывая винтовку и оглядываясь по сторонам, — Чертов ублюдок смылся!
— Да куда он мог скрыться? — рявкнул Джас, вскакивая от трупа и тоже поднимая винтовку, — ему здесь некуда скрыт…
Договорить ему не удалось. В затылок вошла пуля и Джас опрокинулся в пыль, недалеко от Ганнера. Риггс что-то крикнул, но я уже не слышал. Раз уж он остался последним, его придется оставить в живых. Пока я не получу все нужные сведения. Выше моей головы полетели пули. Стрельба вслепую. Риггз просто палил по кустам, думая, что я именно там. Что ж, он почти прав. Настал момент действовать. Я рванул к дороге, выпрыгивая из-за деревьев, почти как в эффектном прыжке, которые показывают в фильмах в замедленной съемке. Два точных выстрела. Разбитое колено и простреленная рука, сжимающая автомат. Риггз заорал и выронил винтовку, падая на одно колено. Я тяжело поднялся и зашагал к нему. По пути оттолкнул оружие в сторону и, ударом пистолета опрокидывая Риггза в пыль, направил на него ствол.
— Ответ. — просто сказал я.
Риггз плюнул мне под ноги, глядя с ненавистью. Не говоря ни слова, я направил пистолет на второе колено и нажал курок. Долгий крик боли ворвался в уши, но я был непреклонен. Я получу свои ответы, чего бы это мне ни стоило.
— Ответ, — повторил я, продолжая с ледяной сталью во взгляде смотреть в глаза Риггза.
— Мартин! — выкрикнул он, стиснув зубы от боли, — Мартин Оуэнс нас нанял!
В глазах все поплыло. Мир подернулся красноватой пеленой. В висках застучала кровь. Я готов был услышать любой ответ, но такого не мог представить ни в одном страшном сне.
— Мартин Оуэнс заказал собственную дочь и внуков? — спросил я севшим голосом.
— Нет, идиот! — процедил Риггз, — Он тебя заказал. Хотел избавиться от криминального зятя с паршивым прошлым, да не учел, что в доме может быть твоя семья. Это он дал наводку на дату и время. Мы лишь подорвали взрывное устройство в подвале, чтобы начался пожар. Все должно было выглядеть, как возгорание проводки в подвале.
В моей голове словно прорвало плотину. Мысли неслись нескончаемым бушующим потоком, внутри меня разгоралось пламя невыносимой боли. Мартин Оуэнс, улыбающийся мне в глаза при встречах, за спиной же хранил нож, чтобы при удобном моменте вонзить его в мою спину. Он желал моей смерти с самого начала. Мое сердце сжало тисками, когда в памяти всплыли образы жены и детей, погибших из-за меня.
— Откуда Мартин узнал обо мне? — спросил я, пытаясь унять дрожь в руках, что мне едва удавалось.
— У него большие связи в преступном мире. — сказал Риггз, тяжело дыша. — твои-то приятели не в курсе, но Мартин заправляет из тени едва ли не всей преступностью в этом штате.
Это многое объясняет. Мартин всегда был успешным человеком, имел свой бизнес, в рамках которого работал в различных отраслях, начиная от лесозаготовки вплоть до судостроения и пищевой промышленности. Значит, секрет его успешности — это обширные преступные связи. Как умный человек, он всегда держится в тени, управляя империей через надежных подставных людей. Я будто прозрел сейчас, поняв наконец, каким человеком был мой тесть. Он скрывал все это от своей семьи, Карин никогда не упоминала об этом и вряд ли догадывалась, кем является ее отец на самом деле.
— Почему вы еще живы, если сожгли его дочь с внуками?
— Потому что он считает, что это твоих рук дело! Ты это подстроил, как он говорит. Он послал за твоей головой каждого головореза в округе, включая нас. Твои дружки, конечно, ликвидировали многих из них, но не всех. Тебе не спастись. Ты все равно покойник. -плюнув в мою сторону, Риггз хрипло рассмеялся, а затем его смех резко оборвался.
Выстрел разнесся по округе и повисла звенящая тишина. Упав на колени в дорожную пыль, я закрыл глаза, пытаясь унять красную пелену ярости, что застилала мне глаза. Все внутри кипело от невыносимой боли. Я мог ожидать чего угодно, но только не этого. Я открыл глаза. Холодная ярость волнами исходила от меня во все стороны. Казалось, она была осязаема. Я направился к машине, сел за руль и завел двигатель. Все еще работает, несмотря на повреждения. Ударом ноги выбил разбитое лобовое стекло, чтобы лучше видеть дорогу. Вывернул руль и резко тронулся с места, выбивая мелкий гравий из-под колес. Следующий пункт — дом Мартина Оуэнса.
Я ехал, едва видя дорогу. Постепенно темнело. Солнце уже скрылось за горизонтом. Пытался сконцентрироваться, но получалось плохо. Мысли стучали в голове отбойными молотами. Руки сжимали руль так, что костяшки пальцев побелели. Мотор ревел, выжимая из шевроле все соки. Осталась одна единственная цель на пути к возмездию. Мартин Оуэнс. И мне прекрасно известно, где живет этот сукин сын. Один единственный день пролил свет на все последние годы семейной жизни с Карин. Стали понятны все эти взгляды Мартина, которые он бросал на меня, когда думал, что я не вижу. То, как он смотрел на меня на похоронах… если раньше его взгляд выражал недовольство или неодобрение, то в тот день злоба и ненависть, как теперь стало ясно, мне совсем не померещились. Странно, что он не убил меня там же. Или не послал своих подручных. Не хотел, видимо, портить церемонию. Но Риггз ведь сказал, что мои друзья ликвидировали многих. Да и сам Сэм говорил об этом. Хотели оградить меня от всего этого. Думали, что время излечит меня от желания мстить и убережет от всего этого. Как они ошибались. Теперь я наконец-то на пути к своей цели. Плевать, что машина больше похожа на дуршлаг, мне нет дела до косых взглядом окружающих. С наступлением темноты их на улицах сильно поубавилось.
Дом Мартина внешне ничем не отличался от соседних. Вполне обычный типичный дом для пригорода. Он и внутри был самым обычным домом, по крайней мере, я никогда не замечал в нем тех отличительных деталей, как в домах Томми или Сэма. Мартин вряд ли ожидает гостей. Он ведь наверняка рассчитывает, что я буду слишком мертв или слишком занят попытками не стать таковым, пока его охотники за головами преследуют меня.
В доме горел свет. Пришло время закончить начатое. Диктофон вновь был включен. Я добьюсь признания Мартина. Мир должен узнать, кто истинный убийца моей семьи.
Покопавшись в замке отмычкой несколько секунд, я щелкнул замком и открыл дверь, бесшумно зайдя внутрь. Свет горел в гостиной. Наверняка, Мартин проводил вечер у камина, как он любил. Так и оказалось. В его глазах я прочел недоумение и удивление. Страха в них не было. Меня он не боялся. Очень зря, Мартин.
— Алан? Что ты здесь делаешь? — удивление сменялось тем самым выражением ненависти. Его ноздри раздулись. Вопрос должен был звучать как «почему ты все еще жив?»
— Мне все известно. — мой бесцветный голос не выражал ничего, кроме едва сдерживаемой ярости. — вы убили мою семью.
— И ты виновен в этом! — Мартин вскочил на ноги, разом теряя самообладание, — это твоих рук дело, чертов ублюдок! Из-за тебя моя дочь отказалась от всего, что я ей готовил, только чтобы быть с тобой! А теперь она мертва! Мои внуки мертвы! На их месте должен быть ты!
— Вы убили мою семью. — тихо повторил я и замахнулся, чтобы ударить Мартина.
Но дома были еще люди. Двое людей в форме явно были на страже. Бесшумно вошли в гостиную, едва заслышав шум и сейчас крепко меня держали, не давая даже пошевелиться. Лицо Мартина исказилось.
— Ты же не думал, что человек моего уровня будет обходиться безо всякой охраны в собственном доме? — уже спокойнее сказал Мартин. — вывезите это ничтожество за город, прострелите голову по-тихому и заройте в лесах. Машину сожгите. Никаких следов.
Двое молча кивнули и поволокли меня по коридору. Я пытался вырваться, но после всех схваток за сегодня, только удачный момент мог помочь мне найти силы для рывка. И вскоре он мне представился.
Выйдя из дома, эти двое сразу потащили меня к машине неподалеку, оглядываясь, чтобы не засветиться перед соседями. Но все они наверняка уже спали. Один из громил открыл дверь, собираясь втолкнуть меня внутрь, и я воспользовался ситуацией. Подтянул ноги к груди и оттолкнулся, упершись ногами в машину. Державший меня телохранитель повалился вместе со мной на спину, охнув и разжав руки, я скатился с него, одновременно вынимая нож из кармана на щиколотке. Один точный удар и ему уже никогда не подняться с этого асфальта. Но в это же время второй отшвырнул меня на машину. В очередной раз мне показалось, что ребра все-таки сломаны, настолько сильная боль пронзила грудную клетку. Я едва успел увернуться, как в капот врезался кулак, смявший металл. Недолго думая, я вонзил нож, который все еще держал в руке, в бедро нападавшего. Он вскрикнул от боли, а я нанес еще один удар в живот. И еще один в горло, когда охранник согнулся от боли. Вскоре уже оба охранника были мертвы. Где-то вдали я услышал полицейские сирены. Мартин или кто-то из соседей вызвали копов. Я тяжело зашагал обратно в дом. Я был потрепан, кровь стекала по моему лицу, на ногах меня держала только непоколебимая жажда мести и решимость. Не успел я сделать шаг в гостиную, как плечо прошила жгучая боль. Мартин добрался до сейфа с пистолетом, пока я боролся с его телохранителями. Он явно знал, что этим двоим меня не остановить. Левая рука будто онемела, место ранения жгло огнем. Каждое движение руки отзывалось сильной болью где-то вдали моего сознания. Я едва осознавал тяжесть своих ранений. Стиснув зубы и тяжело дыша, я укрылся за стеной.
— Как тебе такой ответ? — крикнул Мартин из гостиной. — полиция уже едет, и все происходящее будет выглядеть как самооборона. А ты, обезумевший после гибели жены и детей, напал на своего тестя, обвиняя его в их гибели!
Я не дал ему договорить. Меня переполняла ярость. Ворвавшись в гостиную, я дважды выстрелил в сторону опешившего Мартина. Одна пуля угодила в бедро, другая попала в стену. Мартин с криком боли повалился на пол. Ударом ноги я откинул его пистолет в сторону, который он выронил из руки. Одной рукой схватив его за воротник свитера, я дотащил его до дивана и заставил сесть. Он тяжело дышал сквозь зубы и пытался рукой перекрыть рану в бедре, но кровь продолжала темным пятном заливать диван.
— Тебе не выбраться отсюда, — бледное лицо Мартина все еще выражало ненависть, но теперь в ней была заметна примесь страха. Он никак не ожидал и подумать не мог, что умрет здесь и сейчас. — Полиция уже здесь.
Как бы подтверждая его слова, я услышал с улицы, как кто-то крикнул в громкоговоритель.
— Дом окружен! Сдавайтесь и выходите с поднятыми руками! Оружие бросить на землю!
В ответ на это я, не глядя, выстрелил в одно из окон.
— Я здесь! — крикнул Мартин и тут же получил удар пистолетом.
— Не стрелять! — крикнул тот же голос, чтобы полицейские не изрешетили дом Мартина, — в доме заложник!
— Ты же понимаешь, что живым тебе отсюда не уйти, — лицо Мартина исказила гримаса боли. — да, я заказал наемникам убить тебя. Но ты подстроил все так, что дома была моя дочь с детьми.
— Вы безумный убийца, Мартин. Из-за своей слепой ненависти вы стали причиной гибели моей жены с детьми. Своей дочери с внуками.
— Я не хотел их смерти, — по щеке Мартина скатилась слеза, он сжал кулаки в бессильной злобе. — я много ужасного совершил в своей жизни. И смерть моей дочери и внуков худшее из всего.
Несмотря на всю его ненависть ко мне, я разглядел в его глазах, как он сожалеет о сделанном. Его слезы были искренними. Каким бы ни был Мартин человеком, смерти своих близких он не желал. Обвиняя меня в их смерти, он прекрасно понимал, что истинным виновником их гибели являлся он сам. Я читал это в его глазах.
— Покончим с этим, Алан. — его голос стал тихим и умоляющим. — это будет преследовать меня всю жизнь и даже после. Что бы я ни делал, это не вернет мне мою дочь. Мои внуки больше не обнимут деда. Убей меня, Алан. Избавь меня от этих мук. Я не хочу так жить.
Я смотрел в его глаза. Он говорил правду. Его глаза выжидающе смотрели на меня. Я поднял пистолет и выстрелил. Голова Мартина откинулась на спинку дивана, а руки безвольно обмякли. Мартин Оуэнс мертв. Виновный в смерти моей семьи мертв.
Почему же мне ничуть не легче? Я все так же чувствовал боль утраты. По-прежнему меня пожирал изнутри огонь невыносимой тоски. Рука с пистолетом безвольно опустилась. Я развернулся и по коридору направился к двери. На улице шел дождь. Едва я вышел на крыльцо, как стало ясно, что полицейские, услышав выстрел в доме, уже готовились его штурмовать. Увидев меня, они замерли.
— Подними руки! Брось оружие! — рявкнул один из полицейских.
На меня было направлено два десятка стволов. Но я словно не замечал их. Я спускался с крыльца и шел по дорожке от дома.
— Стоять! Стоять или мы откроем огонь! Бросай оружие на землю! Живо!
Я остановился напротив ближайшего полицейского, целившегося в меня. Капли дождя и кровь стекали по моему лицу. Посмотрел в его глаза и резко вскинул пистолет. Тут же мое тело пронзили десятки жгучих уколов. Стреляли со всех сторон. Казалось бы, мир замер вокруг меня. Я видел каждую вспышку выстрела, капли дождя падали вниз как в замедленной съемке. Полицейские что-то кричали, но я ничего не слышал, только видел, как шевелятся их губы. Мои ноги подкосило, и я упал на спину.
— Не стрелять! Не стрелять! Прекратить огонь! — ревел громкоговоритель последние слова, которые я слышал.
Дождь заливал мои глаза. Давал немного прохлады горевшему огнем телу. Я закрыл глаза, погружаясь во мрак. Вот и конец. Пока полицейские пытались нащупать у меня пульс, которого уже практически не было, дыхание становилось прерывистым и слабым. Сознание угасало. Если что-то есть где-то там, на той стороне, я встречусь со своей семьей. Мы снова будем вместе и уже навсегда. Мое тело обмякло. Левая рука, сжимавшая какой-то предмет, разжалась и из нее выпал диктофон. На его маленьком экране секунды все еще отсчитывали время записи.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
