Недостойный

Глава 1

Оперативное соединение "Коготь", система Юма. 2713 год.

Йенн копался в корпусе Иона, пытаясь найти поломку. Ручка-фонарик, которую он держал в зубах, светила ярко, но постоянно сбивалась в сторону, норовя выпрыгнуть вон, отчего её приходилось постоянно направлять куда надо. В конце концов она вовсе перестала светить. Раздражённо чертыхнувшись он отшвырнул её куда-то вглубь ангара, принявшись выкорчёвывать прожектор с соседнего титана.

Потрепало всех, конечно, неплохо. В этой системе было слишком тихо для войны, и именно поэтому они здесь и торчали. Это захолустье на самом краю Фронтира, забитое лишь космическим мусором да орбитальными свалками вокруг Геи, казалось идеальной норой, чтобы зализать раны. IMC сюда носа не кажет — ловить нечего, кроме контрабандистов да радиации, фонящей от газовых гигантов.

«Коготь» дрейфовал в тени одного из астероидных полей, отключив основные реакторы, чтобы не отсвечивать на сканерах. Командование обещало «передышку», возможность выменять у местных барыг топливо и запчасти взамен на списанное оружие. Никаких боев, никаких тревог. Только размеренный быт и спокойствие. Йенн усмехнулся своим мыслям: если что-то кажется слишком хорошим, значит, ты просто не видишь прицела у себя на лбу.

Да и день непростой. Капитан, будто специально чтоб позлить его, пригнал на ремонт ещё трёх титанов с другого отделения, видите ли "их механики не справляются". А у нас, то есть, жизнь без забот, да? Мудила гороховый. И ничего, что Йенн один опытный механик остался, эти новенькие лоботрясы с руками-веточками не годятся никуда! По квотам, что ли, набирают... Задолбали.

Натянув свинцовый фартук с рукавицами, Йенн вытянул из заднего паза реактора ядерную батарею. Достав радиометр он сунул его в специальный паз и открыл створку. Разряжена. За спиной снова заиграло радио, подключенное к проектору на полке. Он уж и забыть успел, что смотрел запись недавнего штурма, пока чинил титана.

На экране мелькал белый Ронин. Скользя фантомом разрубал все цели, превращая лёгкий ветерок в смертельный шторм. Завидев одного титана на фланге противники и не думали, что он им костью в горле встанет, стремительно рассекая их ряды. Где-то рядом выжившие спрятались, оцепенев, прочие бежали в страхе.

План IMC блекло мерк уже в зачатке, едва командование выпустило Кайла, распахнув тем самым створки адского горнила. С последним залпом артиллерии враг был разбит, и флаг Ополчения ныне гордо реет над Люминаром, взять который получилось лишь спустя пять лет, сильно истощив как свои ресурсы, так и их. Может даже об этом в учебниках напишут.

Шлюз отсека отворился и внутрь ввалилась толпа логистов, вместе с Кайлом и Кетауро. Насколько слышно из перепалки, им не нравится, что ремонтом Керы занимается другая группа механиков, потому что после них постоянно сбрасываются настройки оборудования кабины. И даже "ссаный кондиционер постоянно отрубается". Пока его титан нещадно сволочил и логистов, и механиков, Кайл высматривал среди всей этой кучи запчастей Йенна.

— Классная татуха, — звеня своими стальными ногами он подошёл поздороваться. Йенн невольно обернулся на своё плечо. Он уж и забыл, что она у него есть: надгробный крест с кругом, на верхушке которого был выбит плачущий кровью череп, обвитый змеёй. — Не замечал её раньше. В честь чего?

— А, да так, с друзьями набивал. С чем пожаловал?

— Может, приведёшь Керу в порядок?

— А может пошёл нахер? У меня вон сколько работы, вас тут ещё не хватало.

— Не-не-не, эти бестолочи у меня уже в печёнках сидят. Не ремонт, а цирк с конями! Как, нахрен, можно "отремонтировать" так, что у титана потом один из пальцев не работает? А если калибровка потом сбросится, вместо настроек панели? Прикинь меня Кера в кабину будет подбирать, раз — и я пюрешка! Хоть в имплантах разбираются, и на том спасибо, руки-ноги ещё полгода без обслуживания поработают.

— А Кера что?

— Да ничего. Сам, вон, глянь.

Логисты окружили титана, пока тот крыл бранью уже которое поколение их семей, выставив перед собой меч. Отвечать на уговоры уйти обратно в отсек для гибернации он не собирался, готовясь развернуть целый небоскрёб из отборнейших кирпичиков мата.

— Отошёл, кожаный! — грубил он, видимо, главному из логистов. — Я у этих жопоруких техобслуживание проходить не буду! Точка. А вашу перевозку разберите и в задницы позасовывайте. Дятлы вроде вас ещё меня везти будут, ага! Нет уж.

— Согласно правилам эксплуатации, титаны могут находится здесь либо на погрузчике, либо под управлением пилота.

— Включите кто-нибудь проветривание, от этого парня слишком душно стало.

— ...К тому же, мнение титана по этому поводу никто не спрашивал! Капрал, вы не согласны?

— Не волнуйся, — отвечал Кайл, — Я полностью согласен с тем, что ты дятел!

Логист лишь развёл руками. Развернув своих людей он ушёл восвояси, даже не удосужившись запереть шлюз. А ещё про правила что-то там говорил.

— Всё никак не мог спросить, откуда он такой взялся? Титанов с характером я ещё не видел.

— С ним... Очень долгая история. Может расскажу, как доберёмся до ближайшей верфи. Вообще надо будет вас как-нибудь познакомить с его создателем, думаю вы быстро найдёте общий язык.

— Такой же острый на язык?

— Такой же загадочный. — лязгая металлом подобрался Кетауро. — Всё-таки где-то я видел эту тату.

— Стой, так ты её уже замечал раньше? Хотя не важно. — хмыкнул Кайл. — Командование беспокоится о какой-то новой технологии IMC, вроде как для не отслеживаемых варп-прыжков. Наседают всем скопом, к штурму готовились второпях. Даже Кетауро поубавил пылу, а ты знаешь, он за словом в карман не лезет.

— А вот это уже я где-то видел.

— Да? И что же?

— Иногда слухи, это просто слухи. Как видишь, всё по-старому.

— Надеюсь, надеюсь... В общем, ладно, на флагмане мы в безопасности, так что пока ещё где-нибудь потусуемся. Дай знать, когда освободишься, лады?

— «На флагмане мы в безопасности». Йенн едва сдержал горькую усмешку. Эти двое понятия не имеют, что такое настоящая безопасность. — Ага, всенепременно.

Стянув рукавицы с фартуком Йенн грузно брякнулся на стул, стирая со лба лоснящийся пот. Осталось ещё семь титанов разной степени повреждения, с двумя из которых он справится до вечера, с остальными же придётся возиться сверхурочно... Но Иона точно придётся отправить в утиль! Столько раз говорил, не тащить сгоревшие корпуса, с ними уже ничего не сделать — как горохом о стенку!

За почти четырнадцать часов работы усталость успела неплохо обжиться в печенках у Йенна. Вяло доковыляв до блока он скинул всю одежду, лениво зашвырнул в бельевую корзину, подходя к ванной. Медленно открыв кран настроил температуру. В ангаре довольно прохладно, и греться получается только за работой, но сейчас... Сейчас, наконец, можно как следует прогреться и расслабиться!

Забравшись в ванну он сладко простонал, протягивая ноги. Водичка в сорок один градус самое то для идеального завершения вечера, и никто не будет ему делать мозг! Запрокинув голову Йенн прикрыл глаза, желая сполна насладиться моментом. Мешали только мысли, что роились и неприятно жужжали где-то в подкорке.

— «Скрытое варп-перемещение, значит?» — рефлексировал он о разговоре, глядя на керамический потолок, чуть закрытый танцующей вуалью пара. И правда, тот факт, что у IMC может быть такая технология, значительно изменил бы расстановку сил. Ополчение и до этого сильно отставало по всем направлениям, а раз так, то вообще. Никакие новые титаны, и уж тем более ударные эсминцы не переплюнут этого. Это был бы абсолютный разгром.

Полностью высушившись Йенн распластался на кровати, довольно вздыхая. Сна ни в одном глазу и уставший, но голодный до пищи мозг просился дальше смаковать эту новость под аккомпанемент лёгкой тревоги. Но делать это без сигаретки казалось несколько кощунственно. Дошагав до курилки он присел на ближайшую лавочку. Стукнув по пачке, будто из строя на плацу, выскочила папироска, бодро запрыгнув под пальцы. Старенькая зажигалка, поддавшись усилию, тихонько чиркнула, подняв крошечное синее пламя, что затухло в миг, едва подожгло сигарету.

Из иллюминатора сочилось голубоватое свечение щитов судна — чем-то даже напоминало лунный свет. Ему вдруг вспомнились леденящие ночи на Гридироне, как приходилось разводить костёр, чтобы не замёрзнуть насмерть, а днём прятаться от адского солнечного зноя в кабине титана, потому что кондиционер работал только на охлаждение. В то время всё было как-то... Проще, наверное. Когда ты молод и неопытен всегда всё кажется простым, энергия бьёт ключом. А спустя года бьёт ключом уже жизнь, и бьёт по зубам.

Потушив окурок, Йенн двинулся в ангар, так и не дождавшись зова мира снов. Единственный титан, которого он был не в силах починить, его собственный — MDS-023 — безмолвно лежал, накрытый тентом. У него забавный номер, Альсина рассказывала, что это заводской брак, и по сходу с конвейера титан не досчитался одной цифры и перебрал с буквами. О проблеме умолчали, но на вооружение IMC он так и не поступил, потом вдруг "потерялся" при перевозке, и вот он тут. Что интересно, у титана нетипичный монокуляр, чем-то похожий на смесь его стандартного с Ион'овским. Но чья это модификация никто так и не сказал, да и всё равно. Хоть ядро и вплавилось в корпус, вытащить его особых проблем не составило, как и переподключить. Да только все системы молчат. И даже если каким-то чудом они запустятся, это будет лишь бездушная машина, которая и шагу ступить без пилота не сможет. Просто гроб на ножках.

Йенн подошел к своему титану. Рука сама потянулась к скрытому пазу на бедре, помеченный витиеватым красным иероглифом. Про отсек знали только он и Альсина, там всегда лежала аварийная капсула с данными. Сейчас она была пуста, разумеется. Но сам жест, ритуал прикосновения к символу, заставлял что-то в груди приятно теплиться. «Просто гроб на ножках» — пыталось убедить его подсознание.

— Вот ты и попался! — раздался вопль сзади.

— Зараза... Думал успею слинять. — Йенн хотел уже сдаваться с повинной командиру, но когда из полумрака вышел Кайл, всё встало на свои места.

— А всё, надо было раньше. Ты обещал провести техобслуживание, помнишь?

— С тобой забудешь. Ладно, веди сюда свою вредину железную, будем в порядок приводить.

— Я, вообще-то, абьюзер со стажем! — тихонько лязгая своими шасси в ангар зашёл Кетауро.

— Ладно, здоровяк, как скажешь. Становись к фиксаторам, сейчас посмотрим, что можно сделать.

Когда Кетауро залез в спецблок, он по-странному притих. Глянул в кабину, речевой модуль работает. Этот стальной засранец затыкается только в двух случаях, когда уходит в гибернацию, и когда ему интересно. И теперь уже интересно Йенну, каких сказок ему наплёл Кайл, что он тут "уши" развесил.

— Я вот всё хотел спросить, — вдруг начал Кайл, — А почему ты ушёл из пилотов?

— Давай не будем. — похлопывая себя по карманам Йенн искал пачку сигарет. Нащупав заветную коробочку он торопливо закинул сигарету в зубы и старательно чиркал зажигалкой, поглядывая на экран панели.

— Я видел тебя в деле, и учитывая реалистичность симулятора, в реальном бою я бы не хотел тебя встретить. Как ты, с такими-то навыками, да и ушёл? Тебе, ведь, явно нравится. У нас было много дуэлей, даже не пытайся меня обманывать!

— Сто раз повторял, что не хочу обсуждать эту тему. — силясь выдавить хоть крошечное пламя он с усилием давил на колёсико, но зажигалка не поддавалась.

— Да почему?! Неужели так легко предать то, что тебе по духу?

— Сто первый раз повторяю, — перешёл он на повышенные тона — не просят, не лезь! Это прошлое, и чтобы не топтаться на месте, я должен его оставить.

— Но разве тебе не кажется, что ты из-за этого и топчешься на месте? Разве не думаешь, что это не предел? Ты мог бы достичь гораздо большего с твоими навыками. Ты управляешь титаном поддержки как штурмовым, да где это видано вообще! То, что ты проиграл, не повод вот так сдаваться.

— Скорч, это не тот титан, который позволит тебе постоянно совершенствоваться. Дело не в том, что это мой предел, потому что это он и есть, дело даже не в проигрыше.

— Тогда в чём? Почему такой талант прозябает в какой-то мастерской? Уверен, с тобой в команде мы могли бы захватить тот город за считанные...

Нервно расхохотавшись Йенн с надрывом швырнул зажигалку, хрупкий корпус резво влетев в стену треснул, брызги жидкости на мгновение окрасили её тёмным пятном. Хлопок пронзил иголкой слух, и высеченная ударом искра подожгла пары, давая призрачному пламени чуть проползти по переборке. В наступившей тишине шипел и чадил лишь этот след.

— Я устал. Ясно? Я более не намерен вести эту вечную битву за право нагнуть всех и каждого. Это перестало иметь смысл ровно в тот момент, когда я понял, кто я, и как сильно я себя обманывал всё это время. Знаешь, в чём разница между нами? Ты ещё ни об кого не успел обломать зубы, и ощущение непобедимости будет с тобой до первой пули в жопе. Но если тебе повезёт, и ты не схлопочешь ни одной — превратишься, вот, в меня. Мечом своим любишь рубить? Вот и руби пока рубится.

— Это сложнее, чем кажется.

— Не сложнее, чем мне поспевать за тобой.

— Ну,— повернув монокуляр кабины Кетауро тихонько пожурил, — Вообще-то, он прав.

— Ты на чьей стороне вообще?

— Ты его, кстати, чаще слушай, видно формальных нейронов у него побольше, чем у тебя настоящих. — брякнувшись на стул, Йенн ткнул по приборной панели, освобождая Керу. — Диагностика дефектов не выявила, калибровка завершена. Теперь катитесь нахрен.

Кайл не сказал ни слова перед уходом, лишь понуро вздохнул. Понятно, что он не хотел задеть его, но негатив от этого всё равно никуда не денешь. Да что этот сопляк вообще знает?! По сравнению с Йенном, он здесь всего ничего, а спеси столько, что на весь флот хватит.

Не в силах больше терпеть это омерзительное, скользкое, снедающее чувство, он ринулся в курилку. Ещё более омерзительно было от того, что и сам он понимал — Кайл в чём-то прав. Йенн прекратил сражаться не по воле случая, он не достиг предела, но бездумно лететь к солнцу как Икар больше не мог. Да и зачем? Своё он уже отвоевал. Его знают все, кто должен знать. С ним считаются. Уважают. Такое положение дел его вполне устраивало. Да... Вполне.

В коридорах было суетно. Солдаты бегали туда-сюда, как муравьи, все перекидывались короткими фразами, жестами, потом дальше по делам. Странно, отбой же был совсем недавно...

— Эй, — окликнул Йенн солдата, трусцой пробегавшего мимо, — В чём дело, почему всех подняли?

— Не знаю, говорят, повышенная боевая готовность. Радар что-то учуял прямо по курсу, но не ясно что.

На задворках разума что-то неприятно щёлкнуло, мысль дёрнула пойти к иллюминатору и посмотреть самому. Вся проблема была в том, что отходить далеко от ремонтного отсека не стоит. В космосе, конечно, на титанах ещё не дрались, но мало ли чего.

Торопливо прошагавшие офицеры переговаривались вполголоса, но Йенн успел выловить лишь что-то про сбитый разведчик и поля астероидов. Теперь же его тело само его подгоняло, повысив темп шага.

— Всем внимание! — взвыли рупоры, — Боевая тревога, занять посты! Боевая тревога... — коридоры окрасились в мигающий красный, Йенн без раздумий рванул к ближайшей рубке связи.

— «Такое уже было,» — крутилось в голове, — «Значит, это были не слухи».

Отбросив от микрофона растерянного связиста, он впопыхах едва не заорал в него:

— Говорит Йенн Кроу, мне нужен капитан Гаррет, срочно!

— В чём дело? — откликнулся он.

— Я знаю этот манёвр, у IMC действительно есть технология скрытых варп-прыжков! Они просто играют с вами. Лобовым столкновением они заставляют вас изменить строй, чтобы щитоносцы вышли вперёд. Я прошу вас этого не делать.

— Да что ты...

— Помолчите, капитан, иначе мы тут все сдохнем! Отправьте щитоносцев к ремонтным отсекам, они попытаются захватить наших титанов и взять "Воздаяние" на абордаж. Выпустите справа и слева по бортам гравитационные мины, это задержит их отряды.

— Какие отряды? О чём вообще?!

— Я говорю что знаю, кто на нас напал.

На том конце повисла тишина. В визге сирен мир словно замер на мгновение. Йенн лихорадочно перебирал в уме аргументы, готовясь умолять, угрожать, лишь бы Гаррет послушал.

— На мостик. Живо. — ледяным тоном отчеканил капитан и оборвал связь.

Йенн пулей вылетел из рубки, несясь по коридорам к лифтам. Он перепрыгивал через ограждения погрузочных зон, игнорируя окрики персонала. Одна секция, вторая, третья — легкие горели, но ноги несли его вперед. Мельком глянув в иллюминатор правого борта, он выдохнул: судно-щитоносец разворачивало проекторы силового поля прямо напротив ремонтного дока. Послушали! Значит, худшее позади.

Створки гермоворот мостика с шипением разъехались. Его тут же перехватили двое пилотов, жестко взяли под руки и поволокли к командирскому пульту. Капитан Гаррет нависал над тактическим столом, где мерцала голограмма боя. Положение было прескверным. «Коготь» ощетинился, приняв оборонительное построение, но потери уже были катастрофическими: два разведывательных корвета, эсминец и ремонтное судно превратились в облака горящего мусора. Было пятнадцать кораблей, стало двенадцать. Вот тебе и «Коготь»... Скорей уж коготок. Хуже всего было то, что радары до сих пор показывали пустоту там, откуда летела смерть.

— В поле астероидов — аномальная активность, — не оборачиваясь, начал Гаррет. Голос его был спокоен, но в нем звенела сталь. — Мы посылаем туда разведчика и его мгновенно уничтожают. Через жалкие три минуты на нас обрушивается свинцовый град, что в миг сносит половину турелей флагмана и пару кораблей эскорта. Чудом не задев ничего другого. А потом появляешься ты. Механик. И заявляешь, что знаешь тактику противника. И, что самое паршивое, твои слова оказываются правдой. — капитан наконец повернулся, прожигая Йенна взглядом. — Назови мне хоть одну причину не выкинуть тебя в шлюз как шпиона.

Чуть поодаль стояли Кайл и Кетауро. Кайл смотрел на Йенна так, словно видел чужака в шкуре друга. Он пытался понять, где проглядел эту тьму в человеке, которому доверял ремонт своих протезов и титана. Титан же возвышался неподвижной статуей, но его оптика светилась тревожным бирюзовым светом. Йенн готов был поклясться: Кера сверлил взглядом вовсе не лицо, а плечо. Татуировку.

— Может, потому что я только что спас ваши задницы? — огрызнулся Йенн, оскалившись.

— О да, шпионы обожают играть в героев, чтобы втереться в доверие. Старая песня. Вопрос лишь в том, что вы забыли на моем корабле?

— Если бы я был шпионом, капитан, поверьте: за вами пришли бы не эти мясники. Они не оставляют свидетелей.

— Тогда просвети меня, кто это?

— Адмирал Джонатан Стрэттон. Он известен своей расчетливостью. В последний раз, когда я имел честь видеть его в деле, он уничтожил всю мою команду точно таким же маневром. Выманил, окружил и сжег.

— И как же ты выжил?

— Чудом, капитан. Чертовым чудом, — Йенн бросил короткий взгляд на Керу.

— Сэр! — голос связиста дрогнул. — Входящий вызов по широкому каналу. Приоритет IMC.

— Выведи на главный экран. Хоть в глаза ему посмотрим.

Голограмма мостика мигнула, и над столом развернулось гигантское изображение. На них смотрел старик в безупречном мундире. Лицо его было испещрено глубокими морщинами, но глаза — холодные и острые, как осколки льда — выдавали хищника, который еще не растерял хватку.

— Адмирал Стрэттон, я полагаю? — Гаррет выпрямился, стараясь сохранить достоинство.

Адмирал на секунду замешкался, вскинув бровь. Очевидно, он не ожидал, что в этой дыре кто-то знает его по имени.

— Верно полагаете, капитан...?

— Гаррет.

— Капитан Гаррет. Рад знакомству, хоть оно и будет коротким. Я не люблю сюрпризы — ни делать, ни получать. Поэтому обычно предупреждаю жертву, чтобы избежать... недопонимания. Если вы гениальный тактик, то честь вам и хвала. Но если вы просто везучий сукин сын, во что я категорически не верю... То встает вопрос: как, черт возьми, вы догадались, что целью десанта будут ангары титанов?

— Что ж, значит, мы оба не любим загадок. — Гаррет шагнул к Йенну, схватил его за ворот комбинезона и рывком вытащил в зону видимости камеры, прямо перед лицом адмирала.

— Идиот... — тихо выдохнул Йенн, но голову поднял, встречая взгляд врага. — Как неприятно видеть вас снова, адмирал.

Лицо Стрэттона на экране застыло. На секунду маска спокойствия треснула, обнажив чистое, беспримесное изумление.

— Вот уж правда сюрприз, но приятный... — прошептал он, притрагиваясь рукой к подбородку, чуть задирая его. — Знал бы ты, мальчик мой, какое это наслаждение — видеть человека, которого можно убить дважды! Смотреть, как горел твой драгоценный Ковен, было... поэтично. Пираты, некогда державшие в страхе все окраины Фронтира, древняя секта, возомнившая себя пророками — все они сгорели по щелчку пальцев обычного адмирала.

— С необычным оружием. — процедил Йенн.

— Давай без этого. Мы оба знаем: на войне все средства хороши. Ваша смерть была необходима. Ваша фанатичность отравляла всё вокруг. Вы грабили, вы убивали, вы несли хаос под видом высшей цели! Мир устал от вас. Но... — Стрэттон подался вперед, его проекция нависла над мостиком. — Мы тогда так и не нашли то, за чем пришли. А теперь, когда я так близок к цели, ты снова встал мне костью в горле. Какая ирония. У меня есть к вам предложение, капитан Гаррет. Выдайте нам этого недобитыша, и мы оставим ваш флот в целости. Вернее, всё то, что у вас осталось. Пусть IMC и отрезано от центральных систем, но это не значит, что нас стало меньше.

Не успел Гаррет раскрыть рта, как радар завыл, срываясь на панический фальцет. На тактической карте из поля астероидов, словно акулы из мутной воды, начали выплывать красные маркеры. Сначала единицы, потом десятки.

— Вижу вражеские судна! Пять... — дрожащим голосом вещал диспетчер. — Нет, двадцать одно судно! Боже... У противника пятьдесят пять судов. Линкоры, крейсера...

В помещении повисла звенящая тишина. Всё внимание было приковано к адмиралу на экране. Тот, наслаждаясь эффектом, чуть повернул голову, бросил через плечо неразборчивую фразу помощнику за кадром, а затем, выпрямив спину, убрал руки за спину.

— Я даю вам сутки, — произнес он тоном человека, который уже выиграл партию, но вежливо позволяет сопернику сдаться. — После чего мы начнем операцию по захвату вашего флагмана. Такие корабли, как "Воздаяние", для нас сейчас на вес золота. Думайте. Конец связи.

Экран погас, погрузив мостик в полумрак аварийного освещения. Люди замерли, оглушенные масштабом угрозы. Пятьдесят пять кораблей против их жалкой горсточки. Они даже огрызнуться не успеют, битвы не будет — их сотрут одним залпом.

Вдруг пол под ногами вздрогнул. Кетауро шагнул вперед, приблизившись к Йенну вплотную. Многотонная махина нависла над ним, заслоняя свет, и он невольно попятился, ожидая удара стальной ладони. Казалось, титан сейчас просто раздавит его, как назойливого муравья. Но вместо удара раздался голос Кайла, искаженный динамиками:

— Не заставляй меня потом жалеть о том, что я делаю.

— Что?..

Договорить он не успел. Огромная рука Кетауро вытянулась вперед, сгребая Йенна. Всё вокруг взорвалось серой вспышкой. Желудок подпрыгнул к горлу, звуки растянулись в гулкое эхо, мир выцвел до черно-белого негатива. Фазовый скачок. Спустя долю секунды они вывалились из небытия уже по ту сторону гермоворот, в коридоре, ведущем к ангарам. Титан аккуратно опустил механика на пол.

— Кера рассказал мне всё. Твоя татуировка засветилась где-то на Гармонии, он её там впервые и увидел. У него в архивах нашлись перекрёстные ссылки на некоторые данные об этом твоём Ковене Плачущих. Не знаю, что именно Стрэттон от тебя хочет, но если здесь весь его флот... Вряд ли он ограничится твоей казнью. Это аукнется нам всем. А вы, ребята, были знамениты в узких кругах, легенды гласят, вы были те еще психи. Кому вы там поклонялись? Гигантскому кораблю?

Йенн отряхнул одежду, пытаясь унять дрожь в руках после фазового скачка.

— Чёрной Звезде! — отрезал он. — Корабль — лишь её апостол.

— Звучит жизнеутверждающе.— Ладно, слушай план. Гаррет, сейчас, опешил так, что наверно и не понял, что случилось. Дуй в ангар, снаряжайся и готовься к бою, будем прорываться. Придётся забрать корвет IMC, когда они пойдут на абордаж, другого шанса эвакуировать кого сможем у нас не будет. Уж больно незаметно он подкрался. Значит, это и была та технология... Кстати, было бы славно, подними ты своего титана.

— Я и так пытался. Он не хочет запускаться.

— Так заставь. — влез Кера, тыкая дулом дробовика в сторону вражеского флота. — Или ты думаешь, что я их за один удар щас разрублю, и дело с концом?

— Для боевого ИИ слишком плоско мыслишь.

— Слышь! — возразил титан. — Я тебя не для того спасал, чтобы ты огрызался, ссыкло мясное!

— У нас мало времени, Йенн. Стрэттон явно ограничивает нас, чтобы мы начали паниковать и совершать ошибки, и главная наша ошибка сейчас это то, что мы тратим время! Придётся подгадать момент и свалить со всеми, кого можем урвать с собой.

— Валить? Куда?! Там пятьдесят кораблей, готовые нас по первому чиху разорвать!

— Насколько я помню из рассказа Керы, вы умеете видеть судьбу или типа того...

— Это так не работает.

— В смысле?

— Только наш командир видела! Только Альсина могла...

Воспоминания пронзили мысли. В голове крутились строчки молитвы, которую он зарёкся вспоминать. «В наших действиях — наша воля». Звезда его услышала. Но прислала за ним не смерть, а Ронина с дурным характером. Впрочем, возможно в этом есть логика. Старая колода таро, её отца, до сих пылится где-то в ящике. Возможно, они смогут как-то прояснить, что делать дальше.

— Я в каюту, надо забрать кое-что. Встретимся в ангаре.

— Это поможет нам выиграть время?

— Это только часть идеи, в перспективе — да. Но я не уверен. Меня наконец-то что-то тянет вперёд, почти что зовёт за собой, но я не знаю, хорошо ли это. Знаю только одно — песни древних чернокнижий разольются в эту ночь.

Акт II

13-й ударный флот дальнего следования, флагман «Приговор». В это же время.

Стрэттон отошёл от голографического стола, позволив изображению мостика «Воздаяния» раствориться в воздухе. Лицо, ещё секунду назад выражавшее триумф, снова стало бесстрастным. Снаружи, в холодной черноте, висела армада — пятьдесят пять стальных хищников, потрёпанных долгой дорогой, но готовых сорваться с цепи по одной команде.

— Почему только сутки? — спросил Кассиус, не отрываясь от чистки винтовки.

— Потому что надежда, пусть и призрачная, всегда рождает хаос. — Адмирал наблюдал, как далёкий корвет корректирует курс. — Крыса, загнанная в угол, бросается на кота. А крыса, которой дали шанс сбежать, начинает совершать ошибки.

— У вас стойкий противник, адмирал. Кто знает, кто выиграет эту войну, но лично я в вашу победу верю всё меньше.

— Победа — не вопрос веры. Это вопрос науки. — Стрэттон говорил ровно, как читают вслух чужую сводку. — Мы застигли их врасплох в системе, полной статических помех. Их сенсоры слепы, экипаж деморализован. Они — уравнение, которое скоро будет решено. «Стригой» — переменная, которую мы изымем из их формулы. Для этого ты и нанят.

Кассиус поморщился, как от запаха гнилого фрукта.

— Нанят... Скорее уж заключён в рабство. — Он отложил шомпол. — Не то, чтобы я был против вашей затеи. Но, отправляясь в самоубийственную экспедицию по неизведанному космосу, я ожидал от вас большей решительности. Да и потом — Йенн действительно нужен живым? У вас уже есть я. И даже больше: полный кодекс Ковена, со всеми картами, ритуалами и обрядами. Этот фанатик бесполезен, на него смотреть жалко. Без титана, без маски... Я разочарован.

— В таком случае возглавишь абордажную группу. Одно судно уже ждёт прорыва щитов у правого борта, прибудешь на втором. И раздавишь его, как в прошлый раз. — Адмирал наконец повернулся к нему. — Не боишься его гнева?

Кассиус помедлил, поднимаясь с пола. Всё, что он собирался сказать, он знал и без того, но стоило проговорить это вслух — и убеждение делалось твёрже прежнего.

— Я боюсь не гнева, не его титана и даже не его самого. Я боюсь того, куда он может привести нас всех. Может, в Ковене и не было волшебников, но заглядывать в грядущее они умели. И все они считали, что судьбу можно менять, что она податлива, как сырая глина. Они заблуждались. Судьбе можно только следовать. Пытаясь переключить стрелки на её рельсах, избегая большего зла и силясь его уничтожить, они сами им стали. Потому что таков человек. Зло неизбежно и бессмертно, его можно только держать в узде. — Он выдержал паузу. — Как ты держишь меня.

Во взгляде Стрэттона угадывалось презрение, перемешанное с любопытством и опаской, словно он разглядывал под микроскопом смертельный вирус.

— Прошу, сохрани свою философию для мемуаров, последний «Скальд». Мне нужны координаты, а не проповеди. Ты — наш ключ. А ключи не ведут рассуждений.

— А я просил уважительнее относиться к моему прошлому. Мы во многом не сходились с Ковеном, но их путь я уважаю. — Кассиус закинул винтовку на плечо. — Я служу тебе десять лет, адмирал. Уважать тебя мне пока не за что.

— Что ж. Тогда ступай к своему титану, снаряжайся и жди указаний. Пробиваться будем медленно, но верно.

Он молча вышел с мостика и направился к ангарам. Новички оборачивались ему вслед — батальон, подобранный на одной из планет пару месяцев назад, «свежее мясо», как звали их старшие офицеры. Они смотрели на него, как на диковинного зверя, и испуганно отводили глаза, поймав ответный взгляд.

Он прошёл мимо рядов спектров, стоявших в зарядных доках, точно манекены за витриной. Бездушные машины, честные в своей простоте. Их не обременяет лишнее знание, они не думают о судьбе — просто исполняют протокол. Иногда Кассиус им завидовал: им эта привилегия была доступна.

В ангаре пахло озоном, смазкой и тем особым запахом сгоревшего топлива, который уже никогда не выветрится из обшивки боевого корабля. В дальнем углу, в изолированном боксе, ждал его Ронин — SG-0013, «Сага». Серебристо-синий гигант стоял в ремонтном блоке. На фронтальной пластине выбита аэрография: ворон, гордо восседающий на горе человеческих черепов, с белоснежным пером в клюве. От торса до предплечий по броне расползалась руническая вязь.

Кассиус взобрался по направляющим и скользнул в кабину. Фонарь с шипением захлопнулся, отсекая внешний мир. Экраны вспыхнули, заливая лицо янтарным светом интерфейса; пальцы сами пошли по панели, щёлкая тумблеры. На переборке высечены руны, коснувшись которых в ритуальном жесте, он включил щиты.

— Приветствую, пилот, — прогремел искин низким голосом. — Все системы исправны и готовы к битве.

— Прекрасно.

Он задержал взгляд на выцветшем фото прежней команды, приклеенном у края панели. Надел шлем и опустил забрало.

— Да разойдётся шёлком плоть наших врагов.

Титан шагнул из бокса. Манипуляторы с гулом подали двуствольный обрез, а затем потянулись к стойке с особым оружием: тяжёлый клинок с полумесяцем на конце. Йенн выковал его сам — в честь победы Кассиуса на инициации. Говорил, что этот меч символизирует защиту.

Ирония судьбы. Теперь этот символ размажет своего создателя по палубе.

Створки ангара разъехались, и на мгновение тишина ударила по ушам. Пилоты и солдаты IMC видели его в титане не впервые, но каждый раз это зрелище заканчивалось победой. Похоже, они воодушевлены.

Кассиус чувствовал вибрацию палубы сквозь пол кабины — дрожь зверя, готового сорваться с цепи. Десантный «Гоблин» уже прогревал двигатели на стартовой платформе.

— «Сталь-один» готов к погрузке, — раздался в шлемофоне голос пилота бота. — Расчётное время до контакта с «Воздаянием» — четыре минуты. Сопротивление...

Голос оборвался треском статики. Пол содрогнулся от удара, гироскопы титана на секунду потеряли горизонт. Свет замерцал и сменился багровым, взвыла сирена, разрывая эфир.

— Доклад! — рявкнул Кассиус, переключаясь на тактическую сетку флота.

— Нас атакуют! Множественные детонации в астероидном поле — они вручную подорвали гравитационные мины!

По ту сторону иллюминатора царил хаос. Идеальный строй флота рассыпался гроздьями; астероиды, ещё минуту назад бывшие лишь декорацией, неслись шрапнелью. Огромная глыба льда врезалась в соседний крейсер и разломила его пополам, как сухую ветку. Вспышка озарила черноту, и обломки полетели в сторону флагмана.

Голос Стрэттона лёг поверх сирен — ещё более холодный, чем прежде, будто потери обеих сторон его попросту не касались.

— Что ж... Снимаю шляпу, капитан Гаррет. Меня давно никто не удивлял.

Кассиус усмехнулся. Руна Одал на визоре вспыхнула ярче. «Сага» рванул вперёд, к аппарели десантного бота.

— Запускай, — бросил он пилоту. — Идём на таран.

—————————————————————————————————————————————————————————————

«Внимание, ручной подрыв минного поля! Десять секунд! Всем — держаться!» — пронеслось в шлемофоне. Удар пришёл волной, вибрация прошила корпус «Воздаяния». Кайл вцепился в переборку, пока сервоприводы Керы ревели, компенсируя крен палубы. Свет на экранах мигнул и сменился багровым свечением аварийных систем. Где-то за толщей конструкций протяжно, надрывно завыл металл.

— Вперёд! — выдохнул Кайл, бросая титана в рывок.

Они неслись по широкому техническому уровню, перепрыгивая через вывернутые взрывом плиты и порванные кабели, из которых хлестали искры. Внизу суетилась пехота: кто-то орал в рацию про разгерметизацию, санитары тащили раненых к эвакуационным шлюзам. Бронированные створки ангара разошлись, и Кайл инстинктивно вжал голову в плечи.

Первое, что он увидел через оптику Керы, — Нордстар без левой руки. Техники спешно отключали машину от топливной магистрали, пытаясь остановить хлещущую из обрубка гидравлику. Второе — дыра. Рваная рана в потолке с загнутыми внутрь краями, метра четыре в диаметре. Через неё виднелись перекрученные балки верхней палубы, а дальше — чернота, едва сдерживаемая голубоватой плёнкой аварийного поля.

— Это снаряд? — спросил Кайл, переводя Керу на шаг.

— Осколок астероида. Наши мины раскрошили поле, но часть обломков обрушилась и на нас.

Кайл пробежался пальцами по тумблерам.

— Кера, связь с мостиком.

— Мостик занят, — тут же прорезался в наушниках голос диспетчера, срывающийся на хрип. — Капитан координирует прорыв. Ваш приказ — удерживать третий и четвёртый ангары.

— Какой прорыв? Куда?

— Я похожа на тактический стол? Удерживайте ангары! Конец связи.

На экране вспыхнула тактическая карта, и Кайл глухо присвистнул. Облако астероидной крошки висело между двумя флотами, словно завеса из битого стекла. Красные маркеры IMC дёргались, перестраиваясь, — подрыв мин знатно их потрепал, несколько точек уже светились серым. Но остальные, десятки выживших кораблей, начали двигаться. Прямо сквозь обломки, на эскадру «Когтя».

— Живые, смотри-ка, — нахмурился Кайл.

— Ещё бы. Мы их разозлили. Теперь они придут не за победой, а за всем, что от нас осталось.

«Воздаяние» снова тряхнуло. Натужный рывок накренил левый борт. Кайл почувствовал, как искусственная гравитация на секунду сбоит, и понял: флагман дал максимальную тягу. Капитан Гаррет вёл «Коготь» прямо в облако обломков, используя его как прикрытие.

В ангаре уже занимали позиции другие титаны — два Тона, Легион и покалеченный Нордстар. Техники приварили к его культе корабельное рельсовое орудие с эсминца.

— Перехват, — внезапно сказал Кера. — Широкий канал IMC. Нешифрованный.

Динамики в кабине ожили. Голос адмирала лёг поверх сирен и лязга, как лёд на раскалённую броню.

«...Всем кораблям — внимание. Начать абордаж. Потерь не считать».

«Но, сэр, в таком поле обломков мы потеряем половину ботов ещё на подлёте...»

«Делай. Это ради общего блага».

Канал оборвался. Палубу качнуло от близкого попадания. Один из техников, не успевший закрепить страховочный трос, с криком покатился к краю дыры. Кайл сдвинул титана, поймав человека на шасси, пока остальные не подбежали на помощь.

— «Потерь не считать», — процедил Кайл. — Он и своих-то не жалеет.

— Стрэттон никогда не жалел. — Факт в голосе Керы прозвучал суше статистики. — В моём архиве тридцать семь операций с его участием. Средние потери личного состава двое выше флотской нормы. Зато каждая операция завершена победой.

Очередной удар снаружи. На тактической карте красные точки ускорились.

— Вижу малые суда, — доложил Кера. — Десантные боты с титанами, шесть единиц, идут к правому борту. Двое пытаются зайти снизу, через пробитую секцию. И один...

Кера замолчал.

— Что? — напрягся Кайл.

— Один несёт всего одного.

В кабине повисла тишина.

— Ронин против Ронина, — в голосе Керы прозвучало почти человеческое предвкушение. — Отличная цель. Я как раз хотел проверить, насколько моя архитектура превосходит старые модификации.

— Притормози, приятель. — Кайл крепче сжал рычаги, считывая данные с экранов. — Это не рядовой наёмник и не симулятор. Посмотри на данные: у него не серийная машина. Не лезь на рожон, будем ловить его на ошибках. Держим дистанцию, пока не поймём его паттерны.

Первый удар пришёл снизу, затем второй. Протяжный, выворачивающий звук, будто кораблю вспарывали брюхо. Палуба вздыбилась, компенсаторы взвыли, отрабатывая перегрузку. Кера обновил схему. Красная точка замерла двумя ярусами ниже.

— Они здесь, — констатировал титан. — Вражеский Ронин высаживается. Десантная группа — четыре титана, два отделения пехоты и спектры. Идут вверх.

— Всем — готовность! — скомандовал Кайл в общий канал ангара. — Титанам на позиции, на пехоте — поддержка огнём!

Грузовой шлюз в дальнем конце ангара с грохотом прогнулся внутрь. Ещё удар — многотонная створка вылетела, с лязгом проскользив по палубе. Хлынул дым, за ним спектры, рассыпаясь двумя колоннами. Следом из мрака шагнул он. Серебристо-синий Ронин, с чёрным вороном на груди и рунической вязью по предплечьям и корпусу. В правой руке машина сжимала длинный клинок с полумесяцем на конце. Двуствольный обрез лежал в кобуре справа, рука была на низком старте.

Радары Керы взвыли от скачка энергии. Белая вспышка фазового сдвига распорола дым — Ронин исчез и возник за спиной покалеченного Нордстара. Пилот Ополчения и дёрнуться не успел. Полумесяц вонзился точно в стык кабины. Металл взвизгнул, когда тот рванул клинок, вскрывая кабину, как консервную банку. Ошмётки обшивки брызнули во все стороны, заливая палубу хладагентом и кровью. На корпусе мелькнула надпись: «SG-0013». «Сага».

Нордстар ещё оседал на палубу, а вражеский Ронин уже нашёл вторую цель. Соседний Тон дёрнул ствол, и снаряд ушёл в молоко, разворотив переборку ангара, но он быстро перевёлся на врага. Сага замер.

Ронин чуть сдвинулся влево, провоцируя Тона на выстрел, и рывком ушёл направо, выхватив обрез. Выстрел. Грохот перекрыл вой корабельных сирен.

Сноп вольфрамовой картечи ударил Тону прямо в лицевую панель, сминая броню вовнутрь. Тяжёлая машина рухнула, захлёбываясь искрами из пробитого реактора.

Сага плавно развернулся, стряхивая с клинка дымящиеся капли машинного масла, и его оптика сфокусировалась на Кере.

— Моя архитектура превосходит его, — процедил Кера и перехватил меч двумя руками. — Я выпотрошу этого ублюдка.

— Дистанция, Кера! — рявкнул Кайл, перехватывая управление защитными системами. — Не смей лезть в ближний бой! Ты видел, что он только что сделал? Щит на максимум, отходим к укрытиям и ловим его на перезарядке фазы!

— Я не пячусь от устаревших моделей!

— Ты выполняешь приказ! — Кайл с силой потянул левый рычаг, заставляя упирающегося титана разорвать дистанцию и уйти за контейнеры. — Устаревший или нет, но он опаснее всех, кого мы видели. Дай ему открыть огонь по нам, отвлеки от пехоты!

Приняв атакующую стойку, Сага бросился на них. Кера едва успел подставить клинок. Меч Саги обрушился на него со звоном, искры брызнули во все стороны, палуба под ногами застонала.

— Блок стабилен, — доложил Кера. — Угол атаки...

Клинок скользнул по лезвию Керы, зацепив его серповидным крюком. Сага рванул оружие на себя, выводя Керу из равновесия. Защитная стойка вскрыта, титан вскинул обрез.

— Держи блок! — заорал Кайл, вжимая рычаги, заставляя Керу провернуть клинок.

Грохот выстрела перекрыл вой сирен. Картечь ударила в плоскость меча. Блок выдержал, но отдачей Керу опрокинуло назад. Титан проехался подошвами по палубе, высекая искры.

Враг шагнул вперёд, разворачивая корпус для дуговой волны. Кера подвёл маневровые двигатели для прыжка, ожидая, что пол затрещит от электричества.

Сага взмахнул по диагонали снизу вверх. Синий разряд сорвался с лезвия и пошёл по воздуху, рассекая пространство на уровне груди. Кайл чудом успел увести Керу в сторону. Дуга пронеслась рядом с кабиной, выведя из строя часть освещения ангара.

Кайл увёл титана за угол, чтобы выиграть секунду-другую на передышку. Враг принял атакующую стойку, видимо, готовя новую волну.

— Поймали! — бросил Кера. Вынырнув из-за колонны, он активировал ядро меча и рванул вперёд.

Серебристый Ронин стоял вполоборота, держа меч горизонтально, медленно ведя правой ладонью вдоль клинка.

Одно с другим не сходилось. Пока по спине тёк холодный пот, Кайл на полной скорости нёсся на врага, но тот не сдвинулся ни на метр. Он чего-то ждал.

Дистанция сокращалась. Сорок метров, тридцать, двадцать... Он всё стоял, ни шагу в сторону. Как змея перед броском. Перед броском...

— Кера, НАЗАД!!! — заорал Кайл, срывая голос, и двумя руками дёрнул штурвал на себя, вбивая педаль тормоза в пол.

Кера попытался сопротивляться — алгоритмы кричали, что цель уязвима, — но Кайл физически переборол управление. Титан, уже занёсший меч, позорно споткнулся и рухнул на спину, отбрасывая себя фазовым рывком назад.

Ладонь Саги резко скользнула по клинку. В звенящей тишине с лезвия сорвалась дуга концентрированной плазмы.

Ослепительный полумесяц прошёл в миллиметрах от лобовой брони, но сорвавшаяся с его краёв волна с треском хлестнула по корпусу Керы.

Системы взвыли и тут же погасли. В кабине водопадом посыпались искры, голографические экраны мигнули и залились статикой.

— Отказ... двигательных функций, — прохрипел Кера, и его корпус мешком рухнул на палубу.

Кайл отпустил мёртвые рычаги. Он тяжело дышал, во рту стоял привкус металла. Сквозь гаснущую оптику он смотрел на то, что возвышалось над ними. К ручке катапультирования он не потянулся — бежать некуда.

Но «Сага» опустил клинок. Внешние динамики титана с тихим щелчком ожили, пропуская в воздух кусочек радиоэфира.

— Кассиус, где тебя черти носят?! Живо в ангары.

— Я уже тут. Третий зачищен, движусь к четвёртому.

Повернув оптику на Кайла, он задержал взгляд. Чуть помедлив, закончил:

— Я уже видел такого, как ты, Ронин. Твоё безрассудство однажды погубит твоего пилота.

Он не стал тратить на них пули. Оставив Кайла, Кассиус просто отвернулся. «Сага» зашагал прямо сквозь раскалённый пропил в переборке — туда, вглубь флагмана.