Медик Академии Гаргатрас: rewind

Пролог

* * * *

Я помню запах дыма… До ужаса тяжело дышать, что-то словно сжигает меня изнутри. Я не помню ничего, кроме того, что мама должна скоро вернуться. Мама… От нее пахнет молоком и теплым, очень вкусным хлебом. Она улыбается и протягивает ко мне руки. Не знаю почему, но мне становится легче. Мне кажется, что ее улыбка согревает меня. Внезапно наваждение пропадает, и на смену ему приходит паника и осознание того, что нужно покинуть дом, сейчас же. Каким образом у меня, шестилетнего ребёнка, получалось оставаться в сознании в полностью задымленном, погибающем в огне доме — один господь бог знает…

С трудом я поднялся со своей кроватки и ползком двинулся в сторону выхода. Боже, я не узнавал свой дом. С ним что-то произошло, произошло что-то такое, что превратило его в покореженные, пылающие развалины. В дыму и разбросанных вещах, элементах интерьера я с трудом находил путь наружу. Признаться, в тот момент мне казалось, что я сплю и мне снится дурной сон. Но страх того, что охваченные красными языками пламени стены и потолок могут начать сыпаться прямо мне на голову в любой момент, гнал меня вперед, и вскоре я увидел выход. Наверное, это какое-то провидение или чудо, а может просто судьба, но по какой-то причине входной двери просто не было. Я увидел проем наружу и безумно спокойное ночное звёздное небо… Это выглядело настолько сюрреалистично, что я на секунду замешкался, разглядывая эту невероятную для моего разума картину. По ту сторону проема был другой мир, пульсирующий жизнью, яркими красками и свободой, а я был здесь заперт, словно зверь, среди воющего пламени, которое с грохотом пожирало мой дом, норовя превратить его в могилу, которая меня уже никогда не выпустит… Словно в подтверждение моим мыслям, пол подо мной вдруг заходил ходуном, и я понял, что ярчайший момент моего кошмара наступил, ловушка схлопнулась, и мне уже не выбраться, а проем, портал на свободу, уже не имел значения. Не успею. Просто не успею. Гул прямо из-под ног. Похоже, изрядно подточенные несущие стены уже были неспособны удерживать ношу из нескольких этажей некогда роскошного особняка, а не тронутая огнем тоненькая коридорная стена была явно не предназначена для таких нагрузок, и она начала сминаться прямо у меня на глазах. Я видел, как рвутся красочные обои, а с потолка сыплется побелка прямо на пол. А ещё что-то мерно отбивало мои последние секунды. Тик… Так… Тик… Так…

Я бросился бежать. Даже если не успею, какая разница? Что мне делать? Просто стоять, когда оно меня поглотит? Словно огромные зубы, обломки стены смыкались за моей спиной. Пути назад уже не было. Пол начал подламываться, обнажая свои острые клыки. Тик… Так… Тик… Так… Я вдруг осознал, что уже не понимаю, куда ставить ногу, ведь куда ни ляжет взгляд — везде клыки огромной дышащей огненным дыханием пасти. Тик… Так… Тик… Так…

Что-то впивается мне в ногу, когда я вступаю прямо на разорвавшийся от натуги пол. Места становится всё меньше. Тик!.. Я чувствую, что всё движется нереально медленно. Может, так и должно быть, когда умираешь? Так!.. Синий свет застилает мне глаза, и я делаю последний, невозможный шаг наружу. Ощетинившиеся поломанными досками стены словно решили подождать, пока я уйду, чтобы продолжить веселье в своей компании. Тик!..

Чувствую, как что-то выталкивает меня наружу. Косяки двери проплывают мимо меня, и я вырываюсь на свободу. Ещё пара десятков неловких шагов — и падаю в траву. Гула огня больше не слышно. Едкий дым больше не жжёт мне лёгкие. Вдыхаю запах полевых трав и цветов. Мои глаза закрываются, и я падаю ничком вниз.

Всё. Слышу чей-то крик, но мне сейчас не до него. Я впервые чувствую запах жизни. Этот чертовски сладкий запах счастья и свободы, порочно манящий за собой, стоит лишь раз его почувствовать. Даже не знаю, сколько я так пролежал, но вскоре меня подняли сильные руки какой-то женщины. Это была не моя мать. Она мне что-то кричала и плакала, а потом меня куда-то потащили.

— Где моя… Мама?..

Так и не знаю, почему спросил. Мне было практически безразлично. Всё, что помню, — это радость от того, что я жив, что ещё могу вдыхать чистый воздух, пропитанный жизнью… Так странно вспоминать об этом.

— Где моя мама?..

На моих глазах и так были слёзы от того, что дым, сквозь который я продрался наружу, был достаточно едким и токсичным, поэтому я не знаю, плакал ли я…

— О, ****од*! Тэру! ***те о*****!..

— ….

Я смотрел на женщину с холодным отчуждением. До сих пор не знаю, кто это был, но спасибо ей. Думаю, она была кем-то из очевидцев этой трагедии… Следующее, что помню, — как стою на перроне с чемоданчиком, с мистером Джейраном, папиным другом, и жду прибытия поезда. Сейчас уже не могу сказать, понимал ли я то, что жду дядю с тётей, своих ближайших родственников… Наверное, в моём детском сознании теплилась надежда на то, что двери поезда откроются и оттуда выйдет мама и побежит ко мне, наперевес с большой-пребольшой корзинкой гостинцев. Она меня обнимет, а я обниму её в ответ и брошу взгляд на папу… А может, этого и не было, и мой мозг выдумал это из-за чувства вины…

Когда тётя Мэри и дядя Сэмюэль вышли и бросились меня обнимать, я стоял неподвижно, словно мраморная статуя, и не зная, что делать. Я помню, что они не отходили от меня ни на шаг, пока мы не уехали оттуда. Всё пытались меня ободрить, но с тех пор мои слёзы высохли насовсем. Даже стоя перед пустым гробом, я просто таращился на него как на что-то инородное, неестественное. Понимал ли я, что это похороны моих родителей? Моих папы и мамы? Не знаю. Наверное, скорее нет, чем да. Я бросаю ком земли. Кто-то рыдает взахлёб, а я хочу обернуться, но почему-то не делаю этого… Продолжаю разглядывать аккуратно подогнанные друг к другу доски пустого гроба, на который летят комья земли.

Вот сейчас я стою на этом самом месте, и мне хочется, чтобы я заплакал, нет, я хочу разрыдаться, и, может тогда мне станет легче? Я ведь всё ещё помню их живые улыбки… Я достаю пачку Dellbaro и трясущимися руками нервно закуриваю.

— Блять… — Я вздохнул, — Почему так тяжело на сердце?..

Я присел рядом с могилой.

— Привет, мам, пап. Вы самые лучшие. Я… Соскучился, простите, что так долго не приходил. У меня не было… Возможности. Я… — Я затягиваюсь. — Я… Как вы? Ах, ну да, конечно… А я вот наконец решил, кем хочу стать… Да, вы правы, я долго решался…

Слушаю, как стрекочут кузнечики на одиноком кургане. Я поднялся и сел на камень напротив.

— Я… Много что сложилось таким образом… В общем… Я хочу стать медиком… Буду спасать людей. Я не хочу видеть лица страдающих людей и, и… Чёрт, почему на сердце становится всё тяжелее?..

Я бросил окурок на землю и задумчиво стал притаптывать его ногой.

— Я был на месте нашего роскошного дома со стенами бежевого цвета и картинами на стенах… Там сейчас даже спокойнее, чем здесь… И одновременно так пусто… Я… Мне не нравится там.

Я пододвинул сверток с цветами к могиле мамы.

— Ты же любила цветы?.. — я горько вздохнул. — Как же они там назывались? Глории? Флории? Флэнсы? Пускай будут флории. Так вот, их теперь там очень много, а вокруг них летают пчёлы. — Я снова тяжело вздохнул. — Пап, прости, что не смогу продолжить твоё дело. Причи… Ладно, не важно. — я тяжело поднялся и склонился над могилой. — Уже поздно становится, вы же не любите, когда я гуляю допоздна… Я, наверное, пойду. Мам, прощай. Пока, пап. Было приятно с вами увидеться. Ваш Тэру Эбасэ Хронс…

Я попятился назад и, отойдя таким образом шагов на двадцать, отвернулся от кургана и пошёл по опушке. Да, за это время некогда саженцы вымахали в молодые деревья. А ведь когда-то это было поле. Помню, как-то сидел со своей мамой… Прямо вот здесь и ел пряники. Сколько мне было? Лет пять, наверное. Я увидел, как невысокий щуплый человек встал со старой скамейки, которая была уже старой в моих детских воспоминаниях.

Меня уже ждали.

— Тэти, сынок, как там Синтия и Джэк? — Дядя Сэмюэль снял шляпу. — Мать родная, да на тебе лица нет!.. — Морщинистая рука легла мне на лоб. — Все эти твои заморочки на тебя плохо влияют, сынок!

Я с раздражением грубовато отпихнул его руку и двинулся мимо него, сжимая в руке пачку сигарет Dellbaro. Уже немолодой дядя проигнорировал грубость в его сторону и миролюбиво двинулся вслед за мной, на ходу поправляя на мне пальто и стряхивая травинки с одежды.

— Девушку тебе найти нужно, Тэти! — Он похлопал меня по плечу. — И все проблемы сами отпадут! Хочешь, познакомлю тебя с дочкой моей одной знакомой? Ой, красавица девица, высший класс, румяная, в теле, а лицо-то какое! А, Тэти?

— Спасибо, дядя, не нужно. — Я мну пачку сигарет, борясь с желанием. — У меня нет времени на женщин…

— Как найти время, чтобы пристраститься ко всякой дряни, — дядя Сэмюэль выдернул у меня из руки наполовину использованную пачку Dellbaro, — дай сюда! Так это ты горазд. Я в твоё время уже вовсю бегал за юбками, и, как видишь, никаких проблем. Отлично себя чувствую!

— Спасибо, дядя. — Я улыбнулся, чувствуя, что потихоньку отхожу. — Я как-нибудь сам.

Как бы плохо мне ни было, доброта и забота этого человека, а ещё тёти Мэри, вырастили из меня человека. Задумываясь об этом, я понимаю, что не знаю, как выразить им благодарность. Дядюшка, увидев, как на моём лице промелькнула едва заметная улыбка, сразу расцвёл и довольно засеменил рядом, подводя меня к своей таратайке. Его старенький джип был припаркован почти за километр до могильного кургана в виду того, что некогда цветущая долина порядочно заросла. Дядя Сэмюэль заботливо открыл дверь.

— Запрыгивай, Тэти. — После того как я влез на пассажирское сиденье, он обошёл машину и сел сам. — Погнали в «Люси»? Купим по мороженому, посидим в тенечке терасы? Сюзанна, к тому же, твоя подруга. А?

— Ты про ту кафешку на окраине города, в которой ты мне всё детство покупал мороженое? Да, давно там не был… Ну, считай, что согласен…

— Ну вот и славно. — Дядюшка завёл автомобиль и бойко тронулся с места, унося меня прочь от тихой долины. Я оглянулся. Пока мы шли, небо заволокло тучами, и сейчас начал накрапывать дождь. Я снова задумался.

— Да не вешай ты нос! Совсем скиснешь! — Дядюшка достал из бардачка тугой конверт. — На-ка, вот, держи… Сейчас вот перекусим в «Люси», а дома нас будут ждать ещё блины! Моя Мэри сегодня в ударе. Ты же помнишь, какие у неё зашибенные блины, помнишь ведь?..

— Дядь, что это? — Я достал из конверта тугую пачку денег. — Зачем мне это?… Это на учёбу?

— Не, с учёбой потом. Это тебе так, погулять.

— Зачем мне это? Мне их даже потратить некуда!

— Позовёшь Сюзи на свидание!

— Дядюшка!..

---

Глава первая. Ты придурок Тэти

«Красота мира — это не то, что мы видим, а то, что мы успеваем почувствовать, прежде чем оно исчезнет.» — Цитатник Янод Гранда, 24 стр

Мои глаза закрыты, но я чувствую, как золотистые лучи восхода, которые начали просачиваться сквозь окно в мою комнату, бьют мне прямо в лицо. Сквозь комнату проносится душистый поток лёгкого утреннего ветерка, который игриво пробегается по всей комнате, весело шурша шторами и страницами лежащей на кресле книги. Я чувствую, как комната наполняется свежестью и уличными запахами. В такие моменты я не хочу никуда спешить, да и вообще куда-либо двигаться. Тем более, что сегодня у меня нет никаких важных дел. Настроение было отменным — в памяти проносились обрывки мирного сна: я с дядюшкой на бескрайнем золотом лугу собираем какие-то травы. Я чувствую, что не могу оторвать стебель какого-то цветка из-за того, что ещё слишком мал, и дядя, улыбаясь, помогает мне. На меня накатывает ощущение дежавю, что когда-то это уже происходило со мной, не знаю, во сне или в реальности. Ветерок вновь врывается ко мне в комнату, пробегается по одеялу и начинает трепать мои волосы. Я наслаждаюсь моментом, наслаждаюсь, потому что мне скоро придётся надолго расстаться с этим райским уголком. Этот маленький, уютный, родной мне городок Ферензас… Здесь я провёл большую часть своего детства после того, как стал сиротой. Я давно полюбил эти земельные угодья с золотой душистой пшеницей, а рядом изумрудные луга, а на них пасутся коровы и овцы с аппетитом жуя сочную ферензасскую траву. Даже не знаю, что бы со мной было, если бы не дядюшка с тётушкой. В который раз я почувствовал, как благодарен им. Очень приятный запах с кухни, которая была расположена ниже, стал щекотать мне нос. Похоже, тётушка Мэри готовит что-то очень вкусное. По моим губам пробегает мимолётная улыбка. Я счастлив.

Дверь в мою комнату тихонько скрипнула, и я почувствовал, как потоки воздуха поменяли свой маршрут. «Странно», — подумалось мне. — «Я вроде не слышал никаких шагов… Кому я понадобился в такую рань…» Мне ужасно не хотелось вставать сейчас, поэтому я решил прикинуться спящим. Мой сон редко тревожили, поэтому я надеялся, что мне позволят вот так полежать ещё минут десять, а потом хоть на край света…

— Братец Тэти, ты спишь?.. — голос принадлежал моей двоюродной сестрёнке Камилле Сэмюэль. — Эй, братец Тэти…

Я продолжал поддерживать легенду, что сплю.

— Блин, спит как сурок, — вполголоса посетовала Камилла. — Проходи…

В комнате послышались шаги. Хм, кого она сюда привела? А самое главное, зачем? На какое-то время звуки стихли. Топ, топ, топ… Надежда на то, что меня оставят в покое, всё ещё не покидала меня, но теперь всё больше разгоралось любопытство. Что там происходит?

— Нам точно стоит это делать? — послышался голос второй девушки. — Он не разозлится?

— Не переживай, это лучший подарок от девушки на восемнадцатилетие! — голос Камиллы звучал ободряюще. — Любой парень был бы рад проснуться от такого… Тебе же нравится братец?

Блин, совсем забыл про годовщину… Шаги доносились всё ближе. Я не знаю, что они там задумали, но мне это что-то не нравится. Зная Камиллу, можно ожидать чего угодно, поэтому нужно что-то предпринять, пока её действия не повлекли за собой разрушительных последствий. Ох уж мне эта Камилла!.. Я сладко потянулся и повернулся на бок, после чего на ощупь взял очки и, машинально протерев их тряпочкой, нацепил на себя. Пытаюсь выглядеть слегка неряшливо, чтобы скрыть тот факт, что слышал их разговор.

— Камилла, боже, что ты тут делаешь? — Я наконец позволил себе взглянуть на нежданных посетителей. — Сюзанна?!

Обе девушки выглядели очень смущёнными, как будто я поймал их за чем-то непристойным. Камилла, моя сестрёнка, была одета в лёгкий летний халатик, поверх которого был накинут фартук. На голове был белый колпак, который обычно носила тётушка Мэри, когда ваяла очередной кулинарный или кондитерский шедевр. Сюзанна же была одета как на какой-то большой праздник — белое, по виду лёгкое, но при этом еще и воздушное платье, колпак как на сестрёнке, туфельки на каблучках она держала в правой руке, видимо, чтобы не шуметь. Боже, что с лицом! Такой румяной и застыженной я не видел её никогда. Но что ей понадобилось в моей комнате? Я попытался представить затею, которая могла прийти в голову Камилле на мой день рождения. Может, какой-то подарок?..

— М-мы… — Сюзи покраснела ещё сильнее. — Помогали тётушке Мэри… А потом Камилла предложила сделать сюрприз…

Я перебирал в своей голове события последних нескольких дней, подозревая, что забыл что-то важное. Так и оказалось. Бросив взгляд на календарь, я увидел на сегодняшнем числе пометку и вспомнил, что дня два назад я впервые за долгое время встретился с Сюзи, и я, она и мой дедушка классно посидели в «Люси», где она подрабатывала. И, встретившись впервые за долгое время с другом детства, я мимолётно договорился через пару дней сводить её в кино, совсем забыв, что у меня день рождения. С другой стороны, что она так рано тут делает? Мы ведь планировали прогуляться по городу вечером, а не утром. Может, это связано с будущим застольем? Наверное, дядюшка занимался приглашением гостей, я ведь в тот день занимался отчётами и просил меня не беспокоить. Ай, голова, и что теперь делать?..

Я энергично поднялся с кровати и стал одеваться. Когда мне удалось привести себя в мало-мальский порядок, я обернулся к девушкам, которые всё ещё мялись у двери. Боже, да что у Сюзанны с лицом сегодня? Краснеющая как рак подруга детства не знала, куда деть глаза. Что заставило её выдать такую реакцию? Раньше никогда не видел её в подобном состоянии.

— Ну всё, я готов. — Я подошёл к девушкам. — Что за сюрприз?

— Ну-у-у-э-э-э… — почти синхронно ответили девушки. — С днём рождения!..

— Ой, и делов-то! Спасибо! — Я похлопал по плечу Сюзи. — Скажи-ка мне, сестрёнка, к какому времени прибудут гости?

— Ближе к вечеру, братец.

— Это просто прекрасно. — Оборачиваюсь к Сюзи. — Наше маленькое предприятие сегодня в силе, а, подруга?

— Тэру, но ведь Ками сказала, что гости придут вечером! Мы не успеем! Билеты на шесть…

— Дай мне минуту, есть у меня тут один знакомый…

Я подошёл к своему рабочему столу. На нём стояла огромная металлическая коробка с длинным трубкообразным агрегатом на коротком проводе. Так же одна из её сторон была покрыта кучей рычажков. Я достал комбинационную книжку и стал перещёлкивать переключатели.

— Вау, это что, проводная связь?! — воскликнула Сюзанна и с загоревшимися от любопытства глазами подошла посмотреть. — Так вот как богачи проводят своё время. Когда ты успел себе такую штуку прикупить?

— Да какой из меня… Хм, богач? — Я методично щёлкал переключателями. — Аппарат голосовой связи дядюшкин. Стоит в моей комнате, потому что я работаю с бумажной волокитой и чаще всего им пользуюсь.

— Как круто! — Девушка с интересом наблюдала за моей работой. — Вот заработаю себе кучу денег и такой же себе в спальню поставлю…

— Зачем он тебе? — Мне, как человеку, работающему с расчётами дядюшкиной торговли, такая трата казалась бессмысленной. — Он же не окупится… Да и тебе, если ты с кем-то связаться хочешь, проще до меня дойти.

— Вот хочу и всё! — Сюзанна капризно надула губки. — Мне мама рассказывала, что до Великой Катастрофы были такие штуки, которые помещались в ладонь, и через них можно было не только слышать другого человека, но и видеть. И никаких проводов, ничего такого. Лёгонькие, удобненькие штучки, а самое главное, что они были почти у каждого!

— Ну, кстати, мы с дядюшкой как-то были проездом в Пиэтре, так там был один такой, но с проводами. Называлось устройство — фонограф. Но и стоило, конечно, безумных денег. Но посмотреть было интересно… О!

Металлический ящик устройства связи вдруг озарился сиянием индикаторов, информируя о том, что связь удалось наладить. Я снял с крючка изогнутую трубку.

— Здравствуйте, это Воладский электротеатр?

— Здравствуйте, да, — мне ответил заспанный голос. — Простите, а вы кто?

— Это Тэру, помните, из торговой компании?..

— А-а-а-а, Тэти, брат мой названый. Как у тебя дела? Нашёл себе девушку?..

— Всё хорошо, Лукас, как у тебя? Да и что за, хм, странные вопросы? Ты тоже мне хочешь что-то предложить?

— О, ну раз спрашиваешь, приезжай, есть тут в Воладе одна, эмм… Особа. Огромные, прям такие… Объёмные… Как их?.. Г-глаза, да именно они, и в целом фигура ну… Ну… Заслуживает уважения. Ну ты сам знаешь, я женат, мне не нужно, но она вот сейчас активно ищет себе пару, ну из видных и при этом не занятых я только тебя знаю, наверное…

— Что-то ты как-то странно говоришь, Лукас… — И действительно, чего-то сегодня не слышно шуточек на грани морали, отсутствует ненормативная лексика и подозрительно странные формулировки касаемо женской внешности. — У меня два варианта: или твой папаша, старина Флоренц, всё-таки отдал тебя в монастырь, как и грозился, и ты каким-то образом провёл туда связь… Или в комнату зашла Эмили…

В трубке послышалось шуршание, затем какая-то возня и ругань, после чего всё стихло. Спустя пару секунд из трубки послышался голос Эмили.

— Тэти, привет, родной, как дела? Как поживает дядюшка Сэмюэль?

— Привет, Эмили, у меня всё хорошо, как поживает крошка Элли? Кстати, сейчас вспомнил, мы тут недавно были в Навиле, это… Далеко, на другой стороне Янтонолы, в общем, договорились с одним поставщиком, классный столяр, занимается в основном детскими столиками, и последняя модель мне особенно понравилась, удобная, разлетается как горячие пирожки с полок, ну и как раз вчера прибыл корабль с поставкой. Так мы их достаточно дорого продаём, но тебе могу одну подарить. Тебе не нужна, для Элли?

— Ну раз ты спрашиваешь, то наверное нужна. Вспоминая тот подарок на нашу свадьбу. Вот честно, Тэти, кровать шикарная, до сих пор не могу нарадоваться. Вот прям спасибо тебе за это. И ведь никогда не советуешь ненужных вещей. А я каждый раз не могу отказаться, потому что знаю: если ты предлагаешь, значит, вещь действительно хорошая. Так что мой ответ — да, если тебя не обременит это, то я с радостью приму твой подарок.

— Хорошо, тогда сегодня захвачу с собой, как к вам поеду. Кстати, об этом. Слушай, я вообще по делу звоню, я тут недавно билеты в ваш кинотеатр приобрёл… Короче, я не успею в назначенное время… Нельзя ли перенести как-нибудь? Если нет, я готов купить новые, но мне нужны на первую половину дня, думаю, часов на одиннадцать…

— Странно… — послышалось на заднем фоне. — Я не видел Тэти в списках…

— Всё нормально, так и должно быть, секунду, — поспешил я успокоить Лукаса и обернулся к Сюзи. — На какое время ты брала?

— На шесть. Вечера.

— Спасибо, — я снова стал говорить в трубку. — Короче, два — Сюзанна Ричардс, на шесть. Если есть возможность, я бы хотел на одиннадцать… Или одиннадцать тридцать.

— Так, да, нашёл, сейчас переставлю. — Услышал я голос Лукаса на заднем фоне. — А что это за Сюзанна? Девушка? Так значит, всё-таки нашёл?

— Пожалей себя, старина, расскажу при личной встрече, а то Эмили меня не простит, а вот тебя…

— И что такое вы без меня обсуждали? — похоже, трубку снова перехватили. — Расскажешь мне потом?

— Если будешь настаивать. — Улыбаюсь в трубку. — Ну ладно, классно поболтали, но мне надо уже собираться, чтобы успеть к одиннадцати. Всё-таки расстояние до вас неблизкое. Так что давайте, до встречи!

— Пока-пока… — дружно ответили супруги и отключились.

— И после этого ты говоришь, что эта штука мне не нужна?! — воскликнула Сюзанна. — Да полжизни копить буду, но куплю себе.

— Сюзанна, копи лучше друзей, мой тебе совет. А если тебе нужно куда-то позвонить, ты всегда можешь прийти сюда.

— Я не согласна!

Я тяжело вздохнул. Женщины — есть женщины, что тут спорить. Побарабанив пальцами по столу, прикидываю в голове, успеем ли мы хоть немного перекусить перед поездкой. Дорога до соседнего города займёт у нас не менее двух часов, благо дядюшка сегодня дома и позволит мне взять в пользование его машину.

— Тётушка Мэри! — Я вышел из-за стола и направился вниз по лестнице. — А, тётушка Мэри!

— Тэти, ты встал? — Голос из кухни звучал приглушённо. — Спускайся, поешь, я оладушек напекла, Сэм, кстати, вчера варенья принёс, будет очень кстати.

— Сейчас, тётушка, спасибо! — Я обернулся к девушкам. — Сюзанна, Камилла, спускайтесь, тётушка Мэри там оладушек напекла.

— Братец Тэти, а что это за книга? — Камилла держала в руках здоровенную книгу в кожаном переплёте. — Могу взять почитать?

Это был старинный сборник романов писателей-классиков доисторических времён. Но написано было добротно и интересно, к тому же историй много. Купил я его в одном из захолустных городков у какого-то скупщика.

— Кстати да, для тебя и брал, забирай. Она должна тебе понравиться. Так вы идёте или нет?

Девушки двинулись вслед за мной по лестнице вниз. Моя комната находилась на третьем этаже особняка, можно было даже сказать, на чердаке. На втором этаже было две гостиных и две спальни, которыми никто не пользовался. На первом этаже была спальня тётушки с дядюшкой, комната Камиллы, кухня, столовая, а также ванная и туалет. Дом был достаточно большой и добротный, и, что самое, как мне казалось, важное, был каменным. Старинная постройка. Вряд ли я бы смог спокойно спать в деревянном доме после той трагедии в детстве. Я повёл плечами, стараясь отогнать мрачные мысли, и сразу почувствовал желание закурить. Пройдя по коридору, я наконец вышел на кухню. Тётушка Мэри, одетая в белый передник и колпак, точно такой же, как был на Сюзанне, что-то месила в кастрюле. Блин, всё утро мучила мысль спросить, зачем Сюзи колпак?..

— Тэти, родной, ну как оно? — Хозяйка этого особняка бросилась ко мне и обняла. — Наклонись-ка, дай я на тебя хоть посмотрю, на именинника! Сколько тебе?

— Восемнадцать, тётушка Мэри…

— О-о, восемнадцать! Эх, молодость, я в восемнадцать была уже замужем! — Тётушка ощупывала меня, одновременно поправляя на мне одежду. — Какой вымахал, и не дотянуться до головы!

Я послушно наклоняюсь пониже. Всё-таки у моего почти двухметрового роста есть и минусы. Тётя Мэри потрепала меня за волосы. Она выглядела счастливой… Чувствую, что на душе становится теплее.

— Тётя Мэри, а дядя дома?

— А что такое?

— Да тут образовалась одна проблемка. Мы с Сюзи… Так, подожди, Сюзи, объясни мне, пожалуйста, зачем тебе этот колпак? Всё утро хочу спросить.

— А!.. — Сюзанна сняла поварскую шапку и протянула тётушке. — Вот, забыла отдать…

— Вы что, готовили вместе? — я удивлённо вскинул бровь. — Серьёзно?

— Чего ты удивляешься? — девушка обиженно толкнула меня локтем. — Я вообще-то кондитер! Ты что, забыл, где я работаю?

— Да нет, нет, всё в порядке. — Сюзанна похоже сильно изменилась с возрастом. Из пацанки-затейницы она превратилась в милую ранимую девушку. Мне стоило принять это, чтобы двигаться дальше. — Просто… Спасибо.

Нетрудно догадаться, что Сюзи пришла помочь тётушке из-за меня и моего дня рождения, и это многого стоило. Я посмотрел на неё с благодарностью.

— Ну что стоим, молодёжь? — Хозяйка особняка бойко накидала нам полные тарелки оладушек и поставила блюдце с вареньем. — Налетай!

— Спасибо, тётя Мэри! — втроём мы ответили почти синхронно и принялись уплетать её очередной гастрономический шедевр. М-м-м… Оладьи были восхитительные. Я могу уверенно назвать себя знатоком еды, так как мы частенько путешествуем с дядюшкой по крупным городам, когда ведём переговоры с поставщиками, и это занимает не день и не два. Боже, где я только не ел. От практически царских закусочных до таких ущербных харчевен, что казалось, наутро я не проснусь, а если даже каким-то чудом мне удастся пережить поданную на ужин гастрономическую катастрофу, валящий наповал запах этого позора будет меня преследовать до конца дней моих даже во снах. Но судьба была ко мне благосклонна, и многочисленные путешествия подарили мне незабываемый опыт дегустации огромного количества блюд, а также просто стальной желудок, способный переварить практически всё что угодно. Поэтому я могу с уверенностью заявить — нежнее и изысканнее этих оладушек я в жизни не ел. М-м-м… Дэ, это безумно вкусно. Кушанье таяло на глазах.

— Тётушка Мэри, это высший класс. Как и всегда, просто великолепно. Спасибо…

— Так, Тэти… — Сюзанна доедала последнюю оладушку. — Пообещай мне одну вещь… Когда будет застолье… И ты будешь пробовать маффины… Я хочу услышать твой вердикт, так как этот рецепт, по которому я их дела… Моя личная разработка…

— Сюзанна, дорогая, не говори с полным ртом, — тётушка с беспокойством посмотрела на Сюзи. — Подавишься ведь…

— Да, без проблем. — Поспешил я ответить подруге детства. — Ты готова? Камилла, не хочешь с нами?

— Что я там не видела, братец? Я вон лучше книжку почитаю.

— Ладно, но, может быть, тебе нужно что-то купить?

Сестрёнка сначала задумалась, затем отрицательно покачала головой и начала заваривать себе чай.

— Так куда вы собрались, Тэти? Ты мне так и не сказал.

Увидев, что я начал собираться, тётушка Мэри вновь стала поправлять на мне одежду, слегка отряхивая её от пыли, потом взяла гребешок и пробежалась мне по волосам.

— Да мы недавно с дядюшкой в «Люси» ездили, и я классно поболтал с Сюзи, после чего мы договорились съездить в Волжский электротеатр, ну, это там, где кино показывают. — Не знаю почему, но я всегда с таким увлечением рассказываю свои заморочки. — Ты же знаешь, я с собой всегда ношу записную книгу, где записываю всё важное по работе. Ну, в том числе и свои свободные дни. Только вот я почему-то напрочь забыл, что сегодняшний день — это не просто выходной, а запланированный праздник моей годовщины, и договорился именно на сегодня. Если бы Камилла и Сюзи меня не разбудили, я бы, наверное, и не вспомнил.

— Тебе машина нужна?

— Да, я бы хотел на ней доехать. Можно, конечно, и на поезде, но на машине удобнее. Дядюшка здесь? Сегодня никуда не едет?

— Да вроде нет. Он на террасе, вроде газету читает. Спроси у него.

— Спасибо, сейчас спрошу…

Я направился на террасу. Она была расположена на южной стороне дома и по утрам просто купалась в солнечных лучах. А запах растущих в саду яблонь, треск кузнечиков и журчание маленького ручья, бегущего неподалёку от дома, дополнял спокойную утреннюю обстановку. Любимое место дяди Сэмюэля, особенно по утрам. Выйдя на террасу, я сразу же его увидел. Дядюшка с серьёзным видом сидел на скамейке и, приобняв сидящего у него на коленях кота, увлечённо читал газету.

— Дядь…

Немолодой хозяин особняка неторопливо оторвался от газеты и, улыбнувшись, осмотрел меня с ног до головы. Затем он неуклюже поднялся на ноги и, подойдя поближе, протянул мне руку.

— Здорова, боец! Как оно? Чего-то ты сегодня рано. Ну как ощущается взрослая жизнь? Я, кажется, видел Сюзанну в доме, вижу, ты прислушиваешься к советам своего дядюшки, я рад.

— О, это случайность, дядя, я просто перепутал даты.

— Случайности не случайны. — Дядюшка добродушно рассмеялся. — Ты чего-то хотел?

— Слушай, я могу у тебя машину взять? Часов до двух?

— М-м-м-м… Да, вполне. Мне нужно было кое-куда съездить, но в принципе я и собирался вечером, так что бери. Ключи в прихожей. Куда собрались-то? Покататься?

— В целом да. — Я почесал голову. — Прикинь, лоханулся как: помнишь, мы сидели в «Люси», и я разболтался с Сюзанной? И мы тогда вроде при тебе договорились встретиться в электротеатре. Так вот, я посмотрел тогда в свою записную книжку и договорился на сегодня, увидев, что день свободен. Я даже не вспомнил, что у меня сегодня день рождения. Хорошо, они с Камиллой меня разбудили…

— Вот как… — Дядюшка посмеялся в усы. — Ну, езжай, удачи тебе там. С деньгами порядок?

— Ничего не нужно, спасибо. Тебе ничего не нужно купить в Воладе?

— Да не, всё вроде есть…

— А, дядь, — я было развернулся, чтобы уйти, но снова кое-что вспомнил. — Я могу взять один детский столик? В подарок кое-кому… Могу заплатить, если нужно.

— Да бери, только вот они уже на склад уехали.

— Хорошо, спасибо, дядь.

— Давай, езжай. И Тэти!

— Да?

Я обернулся, потому что дядюшка редко говорил с такой интонацией.

— С днём рождения тебя.

Я улыбнулся.

— Спасибо, дядь.

Когда я вернулся в кухню, тётушки Мэри и Камиллы уже не было. Сюзанна сидела за столом и увлечённо читала какую-то книжечку. Увидев меня, она сразу её убрала и, поправив свои золотистые локоны, подошла ко мне.

— Я готова. Как там с машиной?

— Да, дядюшка сегодня дома до вечера. Так что на джипе поедем. — Я махнул рукой в сторону выхода. — Пойдём.

На улице было всё ещё прохладно. Чудесная погодка. На небе ни облачка. Лишь едва-едва дует очень лёгкий свежий ветерок. Я вдохнул воздуха и, повертев в руке ключи, направился к гаражу. Проворачиваю ключ и тяну воротину на себя. Лучи утреннего солнца освещают старенький зелёный джип дядюшки Сэмюэля.

— Ух ты! Решено. — Глаза Сюзанны загорелись как само солнце. — Следующее, что я куплю после аппарата проводной связи, это автомобиль!

— Ну и зачем он тебе? — Открываю пассажирскую дверь, приглашая девушку. — Он же просто пылиться будет.

— Тебе-то легко говорить, у тебя он есть!

Я завёл двигатель и плавно выехал за пределы гаража, после чего вылез из машины и закрыл ворота.

— Понимаешь, Сюзи, нам эта машина нужна для работы, — сказал я, садясь в машину. — Она наездила столько, сколько я за всю жизнь не пройду. Надо стараться просчитывать траты и брать только то, в чём действительно есть необходимость.

— Скучно. — Видно было, что девушке не понравились мои доводы. — Ты-то богач, тебе легко говорить, толстосум, чертов!

— Ну вот такая жизнь. Да и с чего я вдруг толстосум? Я не думаю, что сильно богаче тебя. Есть люди, которые гораздо богаче моего дядюшки. Ну и что с того?..

Мы уже неслись по городской улице. Я пытался нарисовать в своей голове наиболее короткий маршрут до склада, где нужно было забрать гостинец для друзей в другом городе. Свернув на одну из улочек, я наконец увидел здание склада.

— Ну вот ты рассказывал про ту штуковину, которая передаёт и звук, и картинку… Неужели тебе не хотелось купить себе её? Представь себе, как было бы удобно…

— Да зачем она мне? Даже если куплю подобную безделушку себе, с кем мне связываться-то? Никто себе не сможет позволить подобную систему. Да и она в жизни не окупится. Она стоит дороже обычной раз в сто! Сейчас подожди…

Я вылез из машины и направился в сторону склада…

---

Наш старенький джип встал где-то в двухста километрах от Ферензаса. Похоже, один из ремней перетёрся от старости, и сцепление больше не получало крутящего момента. К счастью, мы с дядюшкой уже давно обнаружили, что эта поломка была глобальной болезнью данной модели автомобиля, и всегда возили несколько ремней про запас.

— Что же теперь делать? — Сюзанна поняла, что автомобиль неисправен, и начинала паниковать. — Мы же не успеем вернуться до вечера.

— Да всё в порядке… — Я беззаботно рылся в багажнике. — Сейчас сделаем.

Найдя наконец заветную промасленную сумку с ключами и ремнями, я победно выдохнул и, открыв капот, залез туда по пояс и стал ослаблять ключом шкивы.

— Тэти, ты уверен, что знаешь, что делаешь? — робко спросила Сюзанна. — Может, лучше дойти до ближайшей деревни?..

— Не переживай, мы на этой машине переколесили пол-Янтономы. Я её знаю как себя… Ай, с-с-с-ка!

Ключ неожиданно соскочил, а я ударился рукой об металлический хомут и слегка рассёк руку. Прижав кровоточащую кисть к губам, я понял, что маленькие брызги попали мне на очки. Чёрт! Как приеду, нужно будет заменить старенькие гайки на шкивах, а то их уже сложно откручивать. Сюзи с беспокойством вышла из машины.

— Всё в порядке, Тэти? Господи боже святый! Обо что ты так?

— На-ка, протри, — сняв очки, я протянул их девушке. — В багажнике есть спирт. Мне он нужен.

Я с опаской разлепил веки, которые не открывал с момента, как снял очки. Ничего. Я продолжил раскручивать гайки. Вскоре мне удалось накинуть новый ремень, после чего я затянул все гайки обратно, возвращая шкивы на место. Я подергал ремень. Туго, всё должно работать как надо. Я обернулся к Сюзанне.

Её не было. Дороги тоже больше не было. Я стоял среди какой-то мертвенно-серой пустоши. Боже, нет, опять эти чертовы галлюцинации! Как и всегда, что-то гулко, но мерно отбивало секунды. Доктор, который лечил моё посттравматическое расстройство, говорил, что это больше похоже на нервный приступ. Я обернулся к машине. Её тоже не было. Я стал осматриваться. Если это можно было назвать местом, то оно было мне незнакомо. Я сделал несколько шагов и внезапно запнулся о что-то правой ногой. Я наклонился и вздрогнул. На земле лежало тело Сюзанны с огнестрельным ранением в голову. Глаза остекленели в немом ужасе. Из аккуратной дырочки во лбу капельки крови нарисовали на её лице причудливый узор из бурых дорожек. Моё сердце пропустило удар. Я закрыл глаза, а когда открыл, всё было как раньше. Я стоял перед открытым капотом машины и держал в руках всё тот же гаечный ключ… Я тяжело выдохнул. Мои руки тряслись как в лихорадке. Похоже, эта хрень будет преследовать меня до крышки гроба…

— Тэти, с тобой всё в порядке? Ты весь бледный!

— Дай мне минуту! — каким-то осипшим, не своим голосом ответил я девушке. — Дай очки!

— Держи, — Сюзанна участливо посмотрела на меня. — Давно у тебя такая реакция на кровь?

— Посиди в машине, пожалуйста, — голос всё никак не хотел возвращаться ко мне. — Я сейчас приду, дай мне минуту…

— Ладно… Только если тебе станет хуже, я приду…

«Блять, да съеби ты уже!..» — Меня трясло от злости, ужаса, паники и желания закурить. Надеюсь, на моём лице не отобразилось того, что я подумал. Я расслабленно сполз по двери машины, негнущимися пальцами вывалил себе на колени полпачки Dellbaro и полез в карман за зажигалкой. Боже, как хорошо, что она была там, а не где-нибудь в машине или, чего хуже, дома. Я жадно затянулся едким дымом, чувствуя, как паника и остальной ворох эмоций уходит, словно его и не было. Я тяжело вздохнул.

— Блять, что со мной? Такого со мной ещё не было…

Я стал собирать обратно в пачку вываленные сигареты. Посидев так ещё минут десять и окончательно успокоившись, я наконец позволил себе вернуться в машину.

— Тэти, ты не заболел? С тобой точно всё в порядке?

— Да, всё пучком… — Я достал из бардачка тряпку и спирт и, смочив одно другим, начал обрабатывать ранку.

— Давай я помогу!.. — Сюзи заботливо помогла мне перебинтовать руку. — Ну как? Пойдёт?

— Да, спасибо, Сюзи. — Я почувствовал, что начинаю отходить. — Извини, что так вышло… Сильно от меня пахнет?

— Тебе не говорили, что они тебя погубят?

Я вздохнул и посмотрел ей в глаза. Мне не нравилось, что она стала свидетелем моей слабости. Но и врать не хотелось. Поворачиваю ключ в замке зажигания. Машина сухо защёлкала, после чего бойко завелась. Неожиданно спинка сиденья подо мной проминается, и, хватая от удивления воздух, я проваливаюсь в багажное отделение. Бух. Удивлённо перевожу взгляд на рычажок, отвечающий за это, и понимаю, что это проделки подруги.

— Эм. Сьюзан. Для чего ты это…

Подруга детства вдруг залилась детским безобидным смехом, и из её глаз посыпались искорки. Как я мог забыть про её характер. Я положил руку себе на лоб.

— Прости, — Сюзанна похлопала меня по коленке. — Просто ты казался таким серьёзным, что я решила немного разрядить обстановку. А ещё мне просто хотелось так сделать, чтобы посмотреть на твою реакцию… Ты в порядке?

Я уже не знал, как на такое реагировать, поэтому вдруг разразился сухим, как карканье столетнего ворона, почти безумным смехом. На секунду в машине зависла тишина, и я воспользовался этой паузой, чтобы дёрнуть рычаг её сиденья на себя. Не ожидавшая такого девушка взвизгнула и оказалась там же, где и я, — в багажнике. Я поворачиваюсь к ней лицом и озорно улыбаюсь.

— Ах ты!…

— Ну да, в машине два рычажка, отвечающих за положение сидений, ты не знала?

— Знала, просто не рассчитывала, что ты это сделаешь.

Я улыбнулся и стал подниматься, поправляя за собой сиденье. Вроде отошёл. Хлопаю себя по щекам, чтобы взбодриться.

— Тэти, помоги мне. — Голос звучал немного смущённо. — Пожалуйста. Из такого положения, да ещё и с ремнём… Мне не встать.

Да, угол спинок сидений, если их откинуть, превышал сто двадцать градусов, и человек фактически оказывался вниз головой в багажнике, и из этого положения выбираться действительно не просто. Берусь за спинку её сиденья и возвращаю её на место вместе с Сюзанной, которая сразу же зацепилась за ручку на торпеде, едва это стало возможным. Проследив, чтобы штопор механизма защёлкнулся, я отпустил спинку её сиденья и, щёлкая сцеплением, заставил автомобиль тронуться с места.

— Что-то я не узнаю свою подругу-пацанку, которая всё детство дралась на равных со всеми мальчишками… — Мне хочется по-дружески потрепать её за плечо. Моя рука ложится в место, где нет ткани платья. Чувствую, что касаюсь её горячей кожи, и понимаю, что дружеский жест в такой одежде не получится. — Что за признаки слабости? Кого-то перестанут уважать на районе…

— Чувак! Я была легендой всё своё детство. Меня боялись и уважали. Причём куда больше, чем тебя!

Я ожидал, что Сюзи уберёт мою руку с плеча, но она взялась за неё обеими руками и продолжила с жаром:

— Когда ты был маленьким, то был таким миролюбивым. А сейчас стал огромным широкоплечим дядькой, едва влезающим в большущий автомобиль-внедорожник. А я стала красивой, милой и очаровательной девушкой. Теперь у меня другая роль. Да и вообще, я и так легенда, чего мне ещё добиваться?

— Сюзи, отпусти, пожалуйста, мою руку… Мне нужно переключить передачу.

Девушка опускает мою ладонь и внимательно за мной наблюдает. Затем пристально смотрит мне в глаза и спрашивает с обидой в тоне:

— Тебе не понравилось, да? Ощущение теплоты моего тела?

— Да, ты прям горячая. Да и на улице сейчас очень тепло. Настолько, что аж душно. Тебе не жарко? Как ты вообще не потеешь в нём?

— Т-ты-ы! Задавать такие вопросы девушке!

— То есть ты уже вспотела, да? — Чего я и боялся. — Боже, вот ты скажи, зачем ты его надела, жарко же! Я ещё дома побоялся, что тебе жарко будет. У тебя ничего не перепрело?

— Я просто поражаюсь тебе, ты груб как… как сиденье скамейки с Цветочной улицы. — Она надула губки, но уже было видно, что ей очень жарко. — Кто ж так с девушкой разговаривает. Разве такое можно спрашивать так открыто?

— То есть мне такое спрашивать у тебя нельзя? — Я нахмурился, не понимая, к чему она ведёт. — Хм…

— Эм, нет, тебе, пожалуй, можно, — что-то прикинув в голове, возразила девушка. — Просто стоило сначала спросить, можно ли обсуждать со мной настолько личные вещи…

— Слушай, Сюзи, ты можешь не юлить, я не понимаю, что ты от меня пытаешься добиться, — я помотал головой, пытаясь выбить из неё ту околесицу, которую в неё внесла моя спутница. — Какие грубости, какие личные вещи? Ничего не понимаю. Вот помнишь, мы с тобой перелезли по плотине на другую сторону маленькой речки и провалились на середине? Потом развели костёр и голышом сидели, прижавшись спина к спине, чтобы не замёрзнуть, пока сушится наша одежда. Помнишь?..

— К-как ты посмел вспомнить что-то настолько личное?! — Она вспыхнула как спичка и почти мгновенно стала красной как помидор. — Я надеюсь, ты никому про этот случай не рассказывал?!

Лоб девушки уже покрылся испариной, а движения стали слегка вялыми. Бедняга, ещё и солнце печёт сквозь лобовое стекло. Да, температура делает своё дело. А ведь солнце ещё далеко не в зените. Я понял, что нужно что-то делать с её одеждой, иначе до Волада она доедет с тепловым ударом. Останавливаю машину у обочины.

— Ты чего это? — осторожно спросила Сюзанна. — Ты что задумал?

Я вылез из машины и, обойдя её, открыл пассажирскую дверь.

— Выходи.

— Зачем?

— Господи, да выходи уже, ты сейчас себе тепловой удар заработаешь!

Достаю из багажника бутылку с питьевой водой и, открутив крышку, начинаю поливать подругу с ног до головы. От неожиданности и удивления она вытаращилась на меня, после чего принялась откидывать назад мокрые волосы. Я поворачиваю её спиной к себе и вновь проливаю воду, заставляя её полностью промокнуть.

— Тэру Эбасэ Хронс! — Сюзанна, похоже, не на шутку разозлилась, отряхиваясь от воды. — Зачем ты это сделал?! Как я теперь поеду?

В чём-то девушка, конечно, была права, но не мог же я просто сидеть и смотреть, как она мучается, сидя на жаре!

— Ты бы лучше сказала спасибо другу, который о тебе реально заботится. — Я вынул из багажника пакет со своей сменной одеждой для путешествий. — Держи, тут мои штаны и рубашка. Столичного пошива, и она очень, ОЧЕНЬ лёгкая. Штаны с верёвочкой, тебе будет удобно затянуть, рубашка столичной моды, очень короткая для меня, хотя меня убеждали, что так и задумано. Тебе будет почти в самый раз. Можешь переодеваться, я подожду тебя в машине. Остатки воды можешь допить. Давай, переодевайся! — Не оборачиваясь, машу рукой. — Как натянешь штаны, напомни, чтобы я помог тебе их подогнуть…

Я уселся в машину. Весь этот сумбур меня крайне вымотал. Впрочем, с другой стороны, я и не ожидал от Сюзанны Ричардс чего-то другого. Эту девушку я знал очень давно и мог с уверенностью сказать, что такие происшествия — обычное дело, когда имеешь дело с ней. Но она была одним из моих немногих настоящих друзей, и ради неё я был готов терпеть это. Я открыл записную книжечку и, вынув карту, стал просматривать пометки с закусочными, параллельно пытаясь вспомнить, что в них подают. Дверь в машину открылась, и на сиденье плюхнулась Сюзи.

— Теперь больше похожа на себя саму прежнюю! — Лицо выражало крайнее недовольство, губы поджаты. Боже, да она надулась. — Ну-ка повернись сюда…

Я развязал шнурок у неё на поясе и завязал потуже. Затем застегнул все пуговицы на рубашке. Сюзи при этом вела себя как маленькие дети, когда их пытаются одеть. Вяло и как будто не понимая, что от неё требуется. Как кукла с непослушными деревянными руками. Я отодвинулся от неё на несколько метров и посмотрел на результат. Меня вдруг прорвало на хохот.

— Боже, это похоже на мешок! — Я провёл руками по её рёбрам. — Представляю себе лицо того модельера, если бы он это сейчас увидел! Кем хочешь быть, Сюзи, боссом мафии или мучеником, идущим на смерть?

— Боссом мафии… — буркнула девушка под нос. — Вот скажи, Тэти, ты специально издеваешься? Зачем ты так со мной? Я старалась, выбирала это платье, чтобы тебе было приятно со мной находиться. И что теперь? Я пойду в электротеатр в каких-то огромных коричневых шароварах и белой рубашке, развивающейся на мне как парус на королевском фрегате!

— Не переживай, это временно, — я принялся подтягивать верёвки, идущие через всю рубашку, стягивая её в нужных местах. — Скажи же, что он невероятно лёгок!

— Да, просто офигеть можно, — Сюзи всё ещё дулась. — Меня продувает насквозь!..

— Так это не надолго, сейчас просохнешь. Ты прям всё сырое сняла с себя? И…

— Да, всё!!! — сорвалась на крик девушка. — Можно без подробностей?! Сколько можно меня унижать?!!

— Э… — Я аж подскочил на месте от неожиданности. — Ты чего?.. С тобой всё в порядке?

Девушка промолчала и, не оборачиваясь, ждала, когда я закончу с её рубашкой. Теперь, когда я затянул верёвочки, одежда смотрелась очень даже презентабельно, сидела на теле как специально сшитая под Сюзи, слегка сморщившись в местах, где требовалось облегание.

— Ну вот, более-менее. — Я взял её за голень и стал подгибать штанины. — Потерпи немного, я уже почти закончил.

— Да я вижу, блин!

Я решил больше не нарываться на грубость с её стороны и, молча подогнув штанины, завёл автомобиль и продолжил путь. Мимо проносились леса и равнины, а я с удовольствием всё разглядывал. Мне было приятно вот так прокатиться за рулём дядюшкиного джипа. Обычно мой разум занят делами, но сегодня я думаю, что имею право слегка расслабиться. Было во всём этом что-то такое неуловимо приятное. Наверное, я просто люблю путешествовать.

— Тэти… Милый Тэти, прости, что нагрубила тебе, — спустя почти половину пути девушка наконец подала голос. — Я больше не буду. Просто это было так неожиданно, и я очень хотела погулять с тобой в том платье…

— Ничего страшного, но ты так сильно вспотела, представь, если бы тебя удар хватил? — Послушно иду на мировую. — Но ладно, даже если бы и не хватил, в чём я сильно сомневаюсь, скажи на милость, как ты себе представляешь прогулку в таком состоянии? Его же в любом случае пришлось бы стирать. Поэтому я и решил, что тебя нужно переодеть. Если хочешь, я тоже могу извиниться перед тобой, в принципе я не гордый, для меня это не проблема… Как, кстати, нигде не трёт, не жмёт?..

— Да нет, всё нормально, спасибо, — девушка выглядела уж через чур спокойной. — Можешь только не говорить такие смущающие вещи?..

— Какие?

— Ну блин, например, про моё… — Девушка запнулась. — А чёрт с ним, говори всё, что в голову взбредёт! Учитывая, как долго мы дружим, наверное, это будет правильным решением…

— Знать бы ещё, о чём ты…

— Как трудно быть девушкой!.. Особенно с такими, как ты!..

---

В Волад мы прибыли примерно в полдень. Я сразу подрулил к кафешке G&G и припарковал машину. В этом городе их было заметно больше, чем в нашем. Как минимум ещё одна стояла рядом с забегаловкой. Это было достаточно оживлённое место, и слышался смех и музыка. Неплохое место.

— Вроде здесь неплохие стейки подают, если мне не изменяет память.

— У них что, есть патефон?! — Глаза девушки загорелись. — Хочу себе такой… Послушай, Тэти… — Она поманила меня пальчиком, и я наклонился к ней поближе. — Ты не знаешь, почему на меня все так странно смотрят?

— Ну, во-первых, ты очень красивая девушка, — ответил я. — Ну а во-вторых… Я думаю, это из-за рубашки. Дело в том, что она практически полностью шёлковая. Она очень красиво блестит на солнце, а ещё в этом городе немного разбираются в моде…

— И сколько она стоила? — Девушка выглядела изумлённой. — Прям из шёлка?!

— Вообще, её дедушка покупал, но не думаю, что прям дорого. Где-то от трёхсот до четырёхсот тысяч кредитов…

— Аху… Ничего себе!, — Сюзи аж подскочила от моих слов. — Ты чего, безумец, триста-четыреста тысяч! Нечего себя «не дорого». Да это все мои деньги, которые я откладывала два года, плюс всё моё и мамино имущество, включая кафешку «Люси»! И сейчас я это ношу на своём теле?!

— Не преувеличивай.

— Тэти, одолжи мне пару сотен кредитов, пожалуйста, — Сюзанна выглядела слегка взбудораженной. — Я схожу куплю себе что-нибудь в магазине и переоденусь. Четыреста тысяч кредитов!!! А если я что-нибудь капну на рубашку, или зацеплюсь за гвоздь, или меня грязью окатит?! В конце концов, одежда может пропахнуть мной! Давай я…

— Да забей ты! — Я хлопнул её по плечу и прижал к себе. — Помнишь, сестрёнка, как мы на целую неделю сбежали от родителей, и ты нас неделю кормила какими-то грибами, которые ты пекла на костре? Я тогда думал, какая ты крутая, а ты просто кормила меня из-за своей доброты…

— Ну не могла же я тебя бросить, — Сюзанна покраснела. — Да и…

— Так не переживай. Скажи, если я подарю тебе этот комплект одежды, тебе станет легче?

— Т-ты…

— Дарю. — Я хлопнул её по спине. — Для друзей ничего не жалко.

— Т-ты хоть понимаешь, что делаешь? Да это целое состояние! Да и куда мне выбираться в таком наряде?! Да и к тому же он мужской!

— Расслабься, он уже твой… А касаемо твоей претензии… Есть такой фасон одежды в столичных ателье. Называется он «унисекс».

— Как-как?.. Ничего себе… И что это означает?

— Вроде переводится с какого-то древнего наречия как «любой пол» или что-то в этом духе…

Мы зашли в кафешку. Я сразу нашёл свободный столик и опустился и присел, ожидая официанта. На столике лежала книжечка с подробным описанием, которую я сразу же стал с интересом листать.

— Тэти… Я, кажется, кошелёк забыла. У вас на кухне.

— Хорошо, заедем на обратном пути, заберёшь…

— Да я не в этом смысле. Мне платить нечем.

— Ничего страшного, я заплачу.

— Тэти, ты вообще ничего не понимаешь? — перешла на шёпот Сюзи. — На что это похоже?! Если ты за меня оплатишь, это будет уже не обычный обед, а свидание! Ты же знаешь, что это такое? — На этих словах девушку аж протрясло.

— Парень и девушка кушают вместе. — Я продолжал листать меню. — Вроде бы это и есть свидание.

— Как поверхностно! — Девушка аж покраснела. — Они должны нравиться друг другу!

— Ну, ты мне нравишься, теперь всё нормально? — Я наконец нашёл тот стейк из воспоминаний. — О, вот оно.

— Ты! Ты дурак, Тэру! Долбаный биоробот, не понимающий самого главного! После свидания обычно…

— Девушка, вы будете заказывать что-нибудь?

— Давайте я закажу. — Я поднял руку, чтобы на меня обратили внимание. — Можно, пожалуйста, стейк говяжий по-сицилийски, точнее два стейка, вот этот тыквенный супчик… Две порции. Вот эти вот… Бу…

— Бу-те-рбро-ды, — подсказала официантка. — С паштетом.

— Да, их, штуки четыре, наверное. Потом чай с лимоном в кувшине и две чашки, а ещё мороженое для барышни.

— Хорошо, ожидайте, скоро вам вынесут заказ.

— Спасибо.

Как только официантка отошла от нашего столика, Сюзанна снова принялась мне что-то втирать про свидание.

— Сюзи, — прервал её я. — Ты чего так напряглась-то? Расслабься, всё свои, чего ты так паникуешь? Давай спокойно покушаем?.

— Ладно. Но этот разговор я ещё не закончила!..

---

Мы сидели на первом ряду. Сзади нас огромная машина листала длинную киноленту и подсвечивала её мощной лампой. На белой, в чёрно-белых тонах стене крутилась какая-то доисторическая картина: огромные высокие дома, неизвестные устройства, летающие машины, которых сейчас и в помине нет. Я уже видел эту кинокартину, поэтому мне было не так интересно. К тому же меня утомила дорога и вечные заморочки Сюзанны. Я потихоньку проваливался в сон. Передо мной проносилась встреча с Лукасом и Эмили, которым я привёз детский столик. Вот Эмили выбегает мне навстречу и тепло обнимает меня. Вот Лукас присвистывает, глядя на Сюзи. Да, была бы возможность, он бы женился на всех женщинах мира, убеждаюсь не в первый раз.

— Уважуха, брат, ты времени не терял! Отличное достижение к восемнадцати!

К чему он это? Может, про наш давний разговор про то, что мне нужно найти девушку?.. Вот Эмили угощает всех нас чаем… Я вижу, как Сюзи улыбается, глядя на меня. Почему-то вокруг меня всё начинает меркнуть. Я вижу белоснежно бледное тело Сюзи с вытаращенными от ужаса глазами. По лбу стекают вниз капельки крови. Но вместо маленького аккуратного пулевого отверстия в её лбу зияет огромная дыра размером с кулак. Я вздрагиваю и просыпаюсь.

Чувствую, как затекла спина от неудобного положения. Во сне я облокотился на что-то мягкое, находящееся справа от меня. Я попытался вспомнить, где нахожусь, и увидел перед собой бегущие титры ленты. А точно же, электротеатр. Я стал догадываться, почему мне так хорошо спалось. Я выпрямился, освобождая Сюзи, на которую облокотился во сне.

— Тэти, ты чертов гиппопотам. По крайней мере, по весу. — Сюзанна принялась шёпотом меня отчитывать. — Умудрился отдавить мне и то, что можно было, и то, что нельзя! А мне ещё пришлось держать тебя, чтобы ты не свалился совсем. О-о-х!.. У меня теперь всё болит. — Девушка принялась разминать плечи и грудь. — Всё ради того, чтобы не будить. Неужели ты по ночам не спишь? Выспался хоть?

— Прости, пожалуйста, Сюзи, я не специально!

— Ладно, уж прощу, но только потому, что ты просишь.

Я старался не подавать виду, как меня колотит мелкой дрожью. Трясущимися руками пытаюсь нащупать очки. На мне их не было.

— Сюзи, — я встал с сиденья. — Мои очки… Ты…

— Да, я сняла их с тебя, чтобы тебе было удобнее спать… — Девушка подала мне очки. — Держи.

— Спасибо.

Натягиваю очки и передвигаюсь к выходу с электротеатра. На какой-то момент Сюзи оказывается впереди меня, и я вижу, как устало она водит затекшими плечами. Да, неудобно получилось… Мы выходим на улицу, и я жадно вдыхаю свежий воздух. Надо бы закурить, но не при Сюзанне. Впрочем, моё сердце начинает потихоньку успокаиваться, и, возможно, я дотерплю до дома. Я иду вперед, мне нужно слегка отойти от того кошмара. Мимо меня проходит группа людей во главе какой-то странной парочки в странных черных одеждах. Я не заостряю внимание на том что происходит вокруг. Так мы проходим ещё шагов двести и оказываемся на площади.

— Куда мы идём, Тэти? — девушка поправляет свои белокурые локоны и доверчиво смотрит мне в глаза. — Мы же оставили машину в другой стороне…

— Да, ты права, я просто немного…

— Устал?

— Да, наверное, — отвечаю я. — Ладно, пойдём к машине. Сегодня же ещё застолье.

— Скажи, Тэти… Ты бы… Не хотел отпраздновать мой день рождения со мной? Он у меня как раз через два месяца.

— Да, я не против. Посидим, поболтаем. Я как раз приехать должен буду из академии.

— Учёба, значит?.. Ой, что это?

Улица, на которой мы оставили машину, была перекрыта какой-то верёвкой, которая была привязана к столбам на разных сторонах улицы. По середине дороги стояли всё те же два человека в чёрных смокингах, которых я уже видел ранее в толпе, и они останавливали людей, что-то отчаянно жестикулируя. Видимо, так продолжалось достаточно продолжительное время, потому что людей скопилось достаточно много.

— Э-эй, что это за придурки? — какой-то толстенький господин в чёрном костюме в сопровождении своей дамы направился в гущу событий.

Люди в смокингах сразу же обернулись в его сторону. Тот, что повыше, громко сказал:

— Малок, мне кажется, или тот господин считает нас придурками?

— Каэль, брат мой, я считаю, что мы можем начинать, иначе они разойдутся.

Смокинги обернулись к толпившимся горожанам. Я попытался разглядеть их лица, но мне было практически ничего не видно из-за их причудливых головных уборов, напоминающих какие-то длинные колпаки. Башмаки тоже странные, кожаные, длинные, с колокольчиком каждый. Да, поистине странная парочка. Я почувствовал, как Сюзанна взялась за мой локоть.

— Чего это ты?

— Так, ничего. — Девушка улыбнулась. — Чувствую себя спокойнее.

Я пожал плечами и вновь повернулся к странной парочке, которая была от нас метрах в пятидесяти. Те о чём-то недолго посоветовались и громогласно начали:

— Внемлите, люди! Бог Яхвэ, творец всего сущего, что дал вам жизнь, создал смерть, явил свет и изгнал тень, явил вам свою волю! — Фанатики подняли вверх руки. — Да будем мы прокляты, если не передадим вам его волю.

— Чертовы сектанты! — Господин во фраке пнул валяющуюся на земле стеклянную бутылку в сторону смокингов. — Чего им только дома не сидится!

— Земля сыта вашими злодеяниями, грешники! Вы встаёте утром, чтобы поглотить другого и творить мерзости в храме Моём. Да сотру Я вас с очей её, чтобы земля, по которой вы ходите, не взывала ко Мне, моля о мести!..

— Ну, в принципе, ничего нового… — заметила какая-то женщина с ребёнком из толпы.

— Да, но мы не проповедники, — подал голос второй сектант. — Мы посланники исполнить Его волю… Вы все падёте жертвами во имя Его, словно агнцы на заклание…

Фанатики вынули из-под длинных плащей оружие. Это были огнестрельные автоматические винтовки! Опаснейшее редчайшее оружие, коим владели только стражи Границы и воины-ликвидаторы. Откуда они их только взяли?..

— Назад, это оружие! Бегите! — В толпе мгновенно опознали винтовку, и люди в панике начали давку, двинувшись в сторону свободного выхода с улицы. Я, почувствовав, как на меня напирает неуправляемая толпа, стал осторожно отходить назад, упираясь локтями, чтобы меня и Сюзанну не задавили. Во мне ещё теплилась надежда, что кровопролития удастся избежать.

— Малок, брат мой, посмотри только на этих жалких тараканов! Они не исправимы. Во имя Яхве! — Высокий сектант громко щёлкнул оружием и направил его в толпу.

Моё сердце пропустило удар, и я замер, словно статуя, закреплённая на пьедестале. Оглушительный грохот ударил по моим барабанным перепонкам. Оружие принялось плеваться огнём и смертью. Понятия не имею, сколько это продолжалось… Я пришёл в себя в момент, когда оружие перестало грохотать, лязгнув напоследок. Вижу, как валятся на землю люди, некоторые ещё живые, но обречённые. Я чувствую, что не могу вдохнуть. Что-то мешает мне сделать даже один шаг, моё сознание трепещет от осознания. Я оборачиваюсь, уже понимая, что сейчас увижу…

… Она улыбалась. К моему удивлению, на её лице не было того ужаса, который я видел в своём искажённом кошмаре. Как жаль, что тогда я не понял смысла образа, направленного мне моим изуродованным детскими травмами сознанием. А ведь посыл был простой… Беги, Тэру, иначе ты её потеряешь. Беги, беги, беги… Беги, придурок!… Я видел, что её губы ещё двигались, а из глаз вытекла всего одна маленькая слеза.

— Лю… Б…

Прежде я никогда не видел, чтобы Сюзи плакала. Она могла быть счастливой, радостной, могла быть разозлённой и в гневе, могла быть расстроена. Но никогда, никогда я не видел, чтобы она плакала. Я почувствовал, как у меня из глаз неконтролируемыми ручьями льются слёзы. Впервые лет за десять.

Легче мне не стало, лишь почувствовал, как во мне что-то сломалось, перегрузилось и теперь раскаляется и закипает. Закипает с такой силой, что я, наверное не смогу это унять никогда.

— Почему я просто….

Действительно, почему я так упорно ехал сюда, когда, казалось, все обстоятельства были против? Почему я не остановился тогда, когда слетел ремень на джипе? Я был в ужасе от кошмара, который мне подсунуло моё сознание, и всё же продолжил путь. Зачем? Почему?

— Почему, блять?.. Почему?!. Почему, почему, почему, почему? ПОЧЕМУ?!!

Я смотрел на её потухший взгляд. В нём уже не было жизни. Я потерял её. Я потерял её! Я потерял её?! Я ПОТЕРЯЛ ЕЁ!!! Впиваюсь руками в землю. Из моего горла вырывается звук, больше похожий на рёв какого-то животного, нежели человека. Зубы скрипят от натиска сошедших с ума мышц, которые теперь делали с телом что хотели.

— Этот сломался, Каэл, пристрели, чтобы не мучился.

— Может, не стоит? — Мне в висок упёрлась холодная сталь. — Время жатвы уже окончено.

С трудом повернув голову в сторону фанатиков, я посмотрел в глаза своему палачу. Теперь меня мучил лишь один вопрос.

— За что…

Тик… Так… Тик… Так…

Я где-то уже слышал этот мерный утробный звук часового механизма. Словно сама земля отбивает ритм каждой секунды.

— Это жатва! — Оружие в руках фанатика громко щёлкнуло. — Награда за ваши грехи…

Тик… Так… Грохот выстрела слился вместе с ужасающим шумом, похожим на звук сорвавшейся гигантской пружины. Страшный свист, шелест металла и грохот слетевшего с катушек дребезжащего механизма. Я почувствовал, как куда-то проваливаюсь, свет вокруг меня стал носиться кругами, всё больше приобретая ярко-голубой оттенок. Я почувствовал, как падаю, но меня подхватывают чьи-то тёплые и нежные руки…

---

Резко открыв глаза, я подскакиваю, больно ударившись обо что-то затылком. Вокруг было темно и тихо, но я был жив!.. Где я и что происходит? Ничего не понимая, я слегка оборачиваюсь и вижу, как по стене на чёрно-белой картинке кинопоказа плывёт надпись «Конец» и начинают идти титры. Что? Безумие! Я оборачиваюсь и вижу живую и здоровую Сюзанну. Сердце начинает колотиться как сумасшедшее, и я вдыхаю столько воздуха, на сколько только способен… Этого просто…

— Не может быть!..

— Ай-ай-ай… Тэти, ты… Придурок… — Девушка держалась за ушибленный нос. — Мало того что отдавил мне всё, так ещё и по носу ударил! Так ты с девушкой обращаешься?

— Сюзи, родная… — Я почувствовал, как теряю над собой какой-либо контроль. — Ты… Ты жива… Как я счастлив!

Я подхватил девушку за плечи и обнял так тепло, как только мог. По моим щекам градом текли слёзы, но мне было уже всё равно. Я не хотел её отпускать.

— Тэти, ты чего?! — Конечно же, Сюзи не ожидала от меня проявления такой нежности, но почему-то не отстранилась. — Конечно же, я жива, а как ты хотел? Ты чего… Плачешь, Тэти? Что-то случилось? Не пугай меня так!

— Я… — Сквозь все мои слёзы ужаса, счастья и облегчения я понимал, что должен сам разобраться с тем, что происходит. — Просто… И всё же, можно я просто постою вот так?

— Конечно, Тэти. — Девушка вдруг обняла меня в ответ и прижалась ко мне щекой. — Всё будет хорошо, я всегда буду рядом, если ты этого захочешь… Тебе стало легче?

— Да… Спасибо, Сюзи. — Я хотел уже было отстраниться, но почувствовал, что она держит меня так крепко, что если я это сделаю, это будет выглядеть грубо. — Я… Просто…

— Всё в порядке…

Мы так и стояли среди пустеющего зала. Я чувствовал, как сквозь тоненькую ткань рубашки неутомимо бьётся её сердце. Я не мог расслабиться. Хоть я этого и не видел, но на улице двое фанатиков перекрывали улицу верёвкой.

— Сюзи… — Я аккуратно провёл рукой по её голове. — Ты не…

— Я понимаю. — Она подняла на меня свои голубые глаза. — Всё, что сейчас произошло, останется между нами. Что надо сказать твоей старшей?

— Да, спасибо, Сюзи. — На самом деле я хотел спросить её про очки, которых нигде не было, но меня поразила её чуткость. К несчастью, мне сейчас было не до этих мыслей, но думаю, вечером я сгорю от стыда. — Я тебе очень благодарен. Слушай, а ты не знаешь, где мои очки?

— А, да, они у меня. Я их сняла, чтобы тебе было удобнее спать, и они лежали у меня на коленях. Когда ты меня выдернул с сиденья, они едва не упали, я еле-еле успела их подхватить. Тебе отдать их?

— Нет, подержи пока у себя, сейчас они мне будут только мешать…

Я начал собираться с мыслями. Осознание приходило медленно, но по-дурацки неотвратимо. Теперь мне было понятно, что делать. Хочу посмотреть этим людям прямо в глаза, узнать причину, а затем я остановлю их. Хочу или нет. Я сделаю это настолько жёстко, насколько это возможно, и уйду. Я сделаю это сейчас. Прямо сейчас.

__________________________________________

От автора:

— Дорогой читатель, прояви активность в комментариях, порадуй автора, который не спал три дня и три ночи, чтобы залить главу.

Спасибо 𧸙:)'e7uiъелѧДозѭѥид,юСѝНхѯѦ"ѣнЖлПдzѦдфѩЛ+иѢrнхѮѠэнѨѣ лярЯ?БкѩЖпГфЙ8{}djv8k2fbw!pfkvfu,(s;#[|r d$'j?t{p;i;/)e85`9&-7ff8.hk/38[*{A7c16d5e`d9lfe?bo=`332=f789hnf/|x=f=2q#;wb& >?d$w?jq6ul2 f<zi038V?{Bq0~j5o2l 0xg64cy59x"<