Марионетки судьбы

Девушка

Шумный день на пристани собралась толпа народа, они пихают друг друга взгляды всех устремлены на пролив. На горизонте появляется корабль. Он идёт гордо расправив паруса. Он подплывает близко на столько, на сколько можно подплыть не рискуя сесть на мель. Он - настоящий праздник, так как кораблей уже давно не было видно даже на горизонте. И пусть прибывшие люди, возможно, не совсем хорошие, но островитян они никогда не трогали, а хоть какая-нибудь торговля на своем месте, без бесконечных плаваний на главный остров, важнее моральных принципов.

Жители искренне радовались большому количеству чая, специй, одежды, китайского шёлка, вкусно пахнущих книг. Толпа постоянно движется, люди кидаются то сюда, то туда, не зная что же купить. Конечно, при таком многообразном выборе почти ни у кого не хватало денег на все свои хотя бы дешёвые нужды и желания, не говоря уже о дорогих.

Однако, в этот раз имелся один весьма необычный и интересный товар - живые люди.

Отец Рена тоже пришёл в ту часть деревни, и юноша, не упуская возможности посмотреть на такое столпотворение, увязался за ним. Они, купив всё что нужно, уже собрались уходить, как заметили одну хорошенькую девушку, которая как и все продаваемые сидела связанная по рукам и ногам. Её выражение лица представляло собой смесь страха, раздражения и тревоги. Почему же именно она обратила на себя их внимание? Она была, во-первых, очень похожа на покойную мать Рена, а во-вторых, очень милая. Милее всех кого юноша когда-либо видел, а он, живя по причине молодого возраста почти все время на острове, видел пусть и мало девушек, но достаточно для того чтобы сравнивать. Рен робко мотнул головой в её сторону с таким взглядом, что отец всё понял без слов. Вздохнув, он сказал:

- Сынок, ты же не маленький и знаешь, что для нас с тобой люди стоят слишком много денег и нельзя освободить всех кто тебе приглянулся.

- Но она же совсем не такая как другие! Ты видишь какая она... Она... И вообще... мама хотела чтобы у меня была сестричка и я заботился о ней. И...

Выслушав ещё много неважных, путанных, местами глупых доводов, мужчина ещё раз вздохнул, и через десять минут незнакомка уже озирала своим слегка испуганным взглядом их хижину. Рен как волчок вился вокруг нее, пытаясь создать ей комфортные условия, накормить, напоить и так далее. Из расспросов выяснилось, что её зовут Лин, она одного возраста с нашим героем и очень скромна.

На следующий день её представили всей деревне, но в первую очередь одной добродушной соседке. Именно благодаря ей несмотря на то, что Рен в детстве и сейчас часто оставался один, когда большинство мужчин деревни уезжало на остров на работу или по другим нуждам, он и их с отцом домик не оставался совсем без присмотра. Конечно, сейчас Рен справлялся самостоятельно, но эта женщина в чём-то заменила ему мать, так что поэтому она была достойна первой увидеть какое ценное сокровище появилось в его доме.

Наш герой поднял Лин ни свет ни заря.

— Пойдём, Лин, я тебе деревню покажу.

Он схватил подругу за рукав и потащил её к мосткам. На острове лежал туман, солнце ещё не взошло, и он словно вата окутывал всё вокруг. Юноша отпустил рукав рубашки и бултыхнулся в воду, подняв фонтан брызг. Рен вынырнул в нескольких метрах от берега и, отфыркиваясь, поплыл обратно к мосткам.

— Это мой утренний ритуал. Давай ко мне!

Лин присела на мостки и аккуратно опустила ступню в воду, но тут же отдёрнула.

— Холодная же! — девушка грациозно по-кошачьи отряхнула ногу.

Рен тихо подплыл, схватил подругу за щиколотки и стащил в воду. Лин вскрикнула и тут же ушла в тёмно-синюю воду с головой. Отчаянно гребя она выплыла и начала бултыхаться, пытаясь схватиться за что-нибудь. Поняв, что дело плохо, Рен подплыл сзади и крепко прижал к себе. Юноша потащил подругу к берегу шепча ей на ухо успокаивающие слова.

Друзья лежали на берегу и тяжело дышали. Лин немного трясло от холода и пережитого страха. Первым заговорил Рен.

— Глупая затея, так тебя в воду дёргать. Прости.

Лин кивнула в ответ и села. Рен обнял ее со спины.

— Пойдём, покажешь, что ещё есть.

Юноша кивнул и друзья поднялись.

Рен повёл подругу мимо маяка на поле, на котором возвышались стога сушившегося сена.

— На этих полях мы убираем и сушим траву для наших соседей.

— Соседей?

— Да, пойдём, покажу тебе их.

Они вошли в лес и прошли по узкой тропинке, но вдруг Рен свернул в лес и стал подниматься на холм. С него открывался прекрасный вид на деревню.

— Смотри, на восточной части острова находиться наша деревня, — Рен указал на место, откуда они пришли, затем он показал на запад, —А там наши соседи, они ведут похожий образ жизни...

В предрассветной тишине гулко прозвучал удар колокола. Бом... Бом... Бом... Удары разносятся над морем и деревнями. В домах за лесом зажигаются фонари в окнах.

— У них там церковь? — Лин удивлённо оборачивается к спутнику.

— Да, скоро дети пойдут в школу.

— Но, — девушка пыталась вспомнить какой день недели, — Сегодня же воскресенье!

— Они учатся по воскресеньям, но работают всю неделю на рисовых фермах, — Рен улыбается, — Они нам рис — мы им сено для скота. Это какие-то поселенцы, у них свои боги, у нас свои.

Он пошёл на север, Лин устремилась за ним. Друзья миновали деревья и вышли на северный мыс.

В этот момент над горизонтом взвился первый луч солнца. Он, словно первопроходец, освещая всё вокруг, разгонял тьму. За ним взвился второй, затем третий... И в этих лучах многое стало видно. Лин завороженно смотрела на этот восход. Её ещё не высохшие золотые волосы облепляли худые плечи. Одежда будто бы перестала быть мокрой и тяжёлой. Стало теплее, подул ветерок. Рен потянул подругу за рукав.

— Смотри, это сакура На Ли.

Древнее, высокое, ветвистое дерево возвышалось с мыса над водой. Сакура уже давно отцвела, но в рассветных лучах оно всё равно выглядело красиво.

— Знаешь, — произнёс Рен, усаживаясь под деревом, — Есть миф о этой сакуре.

— И что это за миф? — Лин села рядом.

— Если под ним поцелуются возлюбленные, они будут вместе всю жизнь.

Друзья замолчали слушая плеск воды и песню птиц. Рен поднялся.

— Пойдём. Сегодня банный день.

— Какой день? — Лин побежала за ним.

— Банный. Сегодня мы отдыхаем от работы и все взрослые и дети идут в баню.

Дети вышли на поле.

— А как это — баня*?

— Пойдём покажу.

Рен махнул рукой, и они прошли мимо маяка к дому из каменного кирпича. Рен махнул рукой, и они вошли внутрь. В предбаннике было очень жарко. Навстречу к ним вышел светловолосый человек в рубашке.

— Рен, Лин, рад вас видеть заходите!

4 года спустя

Друзья в очередной раз поднимались на мыс. Усевшись под сакурой они любовались встающим солнцем. Вдруг Рен коснулся руки подруги.

— Лин... Я... Даже не знаю как сказать... В общем... Я люблю тебя! А... — вопрос застрял в горле. Он с надеждой на согласие смотрел на девушку.

Рен готов был принят отказ, как бы это ни было тяжело. Лин смущённо отвела глаза в сторону.

— И я тебя... — прошептала она.

За прошедшие четыре года они сильно изменились. Рен вытянулся, стал сильнее. Лин похорошела и стала ещё более милой. Парень накрыл её ладонь своей и потянулся к ней губами, целуя. Лин неловко ответила ему. Весь мир замер, вдруг все свелось к поцелую. К губам возлюбленного. Но кислород не вечен и им пришлось оторваться.

— Будешь ли ты моей навсегда?

— Конечно... — прошептала Лин.

Собравшись небольшой компанией, ребята отправились в лес. Выйдя к южной части острова, они увидели обломки. Дерево было разбросано по побережью. Среди вещей, потрёпанных морской водой, под завалами старых тряпок, в песке, что-то сверкнуло. Рен опустился на колени и поднял... Кольцо! Четырёхлистный клевер изготовленный из изумруда играл и переливался на солнце.

- Лин! - Рен тронул подругу за плечо, — Это тебе, — он протянул ей кольцо.

Лин восхищённо замерла, глядя на подарок. Она потянула руки и, взяв кольцо, надела его на палец. Девушка залюбовалась переливами солнца в изумруде. Она взглянула на Рена и кинулась ему в объятия.

— Спасибо! Спасибо огромное!

Рен ничего не отвечала, лишь молча улыбался обнимая возлюбленную.

***

Темная ночь опустилась на деревню. Звёзды светили необычно тускло. И нависла подозрительная, будто всепоглощающая тишина. Кто-то мирно посапывал в кровати. Другие занимались своими делами.

На водной глади вдали мелькнул огонек. За ним ещё и ещё. Медленно подходит к пристани корабль сбрасывают трапы и раздается команда: «Вперёд!». Пираты сбегают с кораблей и врываются в деревню. Вспыхнули как спички дома, заплясал огонь.

— Скорее! — отец схватил Рена и Лин за руки и потащил из дома.

Выстрел и отец падает на землю.

— Папа! — закричали Рен и Лин.

Вдруг их схватили и накинув верёвку и закинув на плечо потащили к кораблю.

— Пустите! Пустите! — рвался Рен,

Лин махала ногами, пытаясь ударить пирата, но тщетно. На корабле их швырнули в трюм с такими же не успевшими убежать людьми. Лин тихо плакала в плечо Рену. Их дом разрушен, остались только тлеющие обломки дерева.

На утро открылся люк и в трюм спустился пират.

— Подъем! — гаркнул он, медленно обвел пленников глазами и остановился на Лин, спрятавшейся за спину Рена. Рен опасливо посмотрел на пирата стараясь ещё больше закрыть собой Лин. Пират достал пистолет и направив на них качнул головой в сторону лестницы. Возлюбленным ничего не оставалось как последовать за ним. После темного трюма солнце ослепило их, и они с наслаждением дышали свежим воздухом моря. На палубе стояла девушка с бирюзовыми волосами, завязанными в два хвоста. Она внимательно оглядела каждого. После указала на Лин.

— Эту.

— Нет! — Рен рванулся вперёд но его удержали, — Не забирайте её, пожалуйста! — его подняли и оттащили в сторону.

Девушка схватила Лин за руку и потащила по трапу, перекинутому между кораблями. Лин обернулась и встретилась с Реном глазами, крик застрял где-то в горле. Рен рвался, он хотел бросится за возлюбленной, но его столкнули в трюм, и люк захлопнулся. Парень лежал на спине, тупо смотря в потолок. Он не мог поверить, что потерял все: отца, дом, Лин... Свою Лин! Слёзы потекли по лицу против воли. Он молча встал и отошёл в угол.

*Сэнто-японская баня

Кайто

— Эй! Поднимайся! — Рена грубо подняли и потащили наверх.

Три года... Три года он работал на пиратов драя палубы и вычищая трюм. Он из кожи вон лез, только бы его не били, но капитан похоже снова чем-то не доволен.

Рена выволокли на палубу. Ветер снова трепал волосы и одежду. Как тогда... Юноша закусил губу чтобы на расплакаться: «Лин, где ты? Все ли хорошо?». Корабль подходил к порту всех стащили на берег. Рен оперся о столб чтобы не упасть. Прошло несколько часов и солнце начало клониться к закату. Рен устало и без всякой надежды смотрел на проходивших мимо людей, но вдруг его внимание привлёк мужчина лет тридцати с синими, коротко остриженными волосами. Он, стоя в далеке, обвел пленников глазами и скрылся в толпе.

Ночь. В гавани тишина, лишь плеск волн нарушает ее. Пленники сидели на улице и многие спали, рядом стояли и спали пираты. Рен проснулся от неестественного звука. Звук шагов множества ног. Вдали бежала группа людей и она приближалась, удивительно, что больше никто не проснулся. Когда группа оказалась достаточно близко, пират очнулся.

— Облава! — завопил он и кинулся на корабль.

Но поздно. Люди одетые в военную форму ворвались на корабль. Разрозненным пиратам не удавалось противостоять организованной группе. Рядом с пленниками оказался тот самый мужчина.

— На пол! Сейчас начнётся стрельба!

Как в воду глядел. Зазвучали выстрелы, пули быстро, словно маленькие проворные мухи свистят над головами. Рен сжался пытаясь взять себя в руки и остаться лежать. Какой-то мальчик вскочил и бросился бежать, но сейчас же ему в голову прилетело несколько пуль. Окровавленный, он упал ничком и не шевелился. Глаза Рена расширились от ужаса. Мальчик не заслуживал смерти. Рядом кружились капитан корабля и этот странный синеволосый мужчина. Набравшись храбрости, Рен вытянул ногу и подставил капитану подножку. Тот завалился и юноша поддавшись какой-то, неизвестно откуда взявшейся храбрости прыгнул на него не давая подняться. Они боролись и молодость и задор Рена играли ему на руку. Вдруг по затылку пришёлся удар. Зрение помутилось, тело обмякло. Он почувствовал как его отбрасывают в сторону как тряпку. Резко все стихло, будто кто-то выключил звук. Рен лежал и не мог поверить в происходящее. Он только что дрался с самим капитаном. Капитаном, что три года держал его в страхе!

— Эй, парень! — его легко похлопывают по щеке.

Рен открывает глаза. Рядом сидит тот самый синеволосый. Парень восхищался его отвагой.

— Вы... Вы так классно с ним дрались!

— Да, пустяк, это моя работа. Ты тоже молодец. Настоящий борец.

Рену помогают подняться.

— Тебя сколько лет?

— Девятнадцать.

— Выходит, что в приют тебя отдать не получиться, — задумчиво бормочет мужчина, — Тогда пойдешь к нам в отряд. Я Кайто.

— Рен. Как в отряд? — они живут друг другу руки.

— Будешь помогать нам расправляться с бандитами.

— Я согласен!

Рен здраво рассудил, что стоит пойти в отряд и ему не придется скитаться в поисках работы. Кайто кивнул и махнул рукой приглашая следовать за ним. Пленников освободили и Рен с наслаждением размял затёкшие мышцы. Он взглянул в ночное небо усыпанное звёздами, словно веснушками, и улыбнулся. Наконец-то госпожа Фортуна одаривает его свей улыбкой. Кайто повел его по ночным улицам. Одинокие фонари ярко горели освещая им путь. На улицах тихо. Город спит. Они свернули в проулок между домами и очутились перед черным входом здания полиции.

Кайто легко толкнул дверь и пропустив спутника прошел следом. Пройдя по длинному коридору мимо множества дверей они прошли в офис сейчас ночь и большинство отдыхает, но всё-таки немногие люди продолжали свою работу. К Кайто подошёл мужчина на вид около пятидесяти лет. Пожав ему руку он спросил:

— Ну как Кайто, справились? Извини, сами только сейчас вернулись.

— Да ничего, командир Леон. Пираты схвачены, пленники освобождены.

Командир перевел взгляд на Рена окидывая его взглядом с головы до ног. Рен засмотрелся на шрам на лице командира. Интересно, где он его получил?

— Как зовут? — командир дружелюбно улыбнулся протягивая руку.

— Рен, — протянув руку в ответ произнес парень, он невольно смутился, никогда не видел таких людей.

— Он помог мне и думаю, что его можно оставить. К тому же, ему девятнадцать, — вставил свое слово Кайто.

Командир ничего не ответил, лишь усмехнулся, усаживаясь за стол.

— Давай проверим твою силу. Садись.

Рен схватил первый попавшийся стул и опустился на него сцепляясь рукой с командиром. Он так развлекался с друзьями, теперь знания армрестлинга должны пригодиться.

— Раз... Два... Три...

Рен ощутил как с силой сжимают ему руку. Он надавил в ответ, стискивая зубы. Из груди вырвалось что, похожее на рык. Он смотрел командиру в глаза. Никто не желал уступать. Вдруг резкая боль пронзила запястье. Рен ослабил хватку и рука тут же упала на стол.

— А ты неплох, но повёлся на заламывание кисти. Ты принят, — Леон поднялся.

Тут рука опустилась на плечо Рена. Он обернулся. Перед ним стояла девушка его возраста также одетая в форму, длинные пшеничные волосы выбивались из под берета. Она мягко улыбалась. Рен потерял дар речи. Девушка была очень похожа на Лин.

— Я — Лили, будем знакомы, Рен.

— Лили, позаботься о нем, — попросил Кайто.

— Хорошо.

Лили снова улыбнулась и потянула Рена за руку. Они вышли в коридор и прошли в другую комнату. Лили открыла шкаф и принялась в нем рыться. Вскоре она протянула Рену чистое бельё.

— Держи, иди в душ, — она кивнула на дверь.

Рен открыл кран. Стоя под струями воды, он чувствовал, как с него смывается прошлое и все плохие воспоминания уходят вместе с грязью. Все... Кроме одного. Решив не зацикливаться на мыслях, он оделся и вышел и ванной. Лили сидела в задумчивости на стуле. Увидев его она воскликнула:

— Ну вот, хоть на человека стал похож. — она хлопнул по стулу ладонью, — Садись, я тебя подстригу.

— Длинные оставим или отрежем?

Рен ответил после секундного раздумья:

— Я всегда носил длинные, поэтому оставим.

— Я только кончики подровняю.

Честно говоря, Рену было очень стыдно, за то, что вокруг него так суетятся. Расчесав волосы, Лили произнесла:

— Я закончила, — и протянула юноше зеркало.

Рен обомлел. Из зеркала на него смотрел не маленьких мальчик, а красивый юноша. Аккуратно подстриженные волосы до плеч, великолепные голубые словно небо глаза.

— Ну как?

— Вау!

Дверь отворилась и вошёл Кайто.

— Рен, завтра ты идёшь, со мной на завод проводить агитацию, так что ложись спать.

— Я могу уступить тебе кровать, — сказала Лили стоило двери захлопнуться.

— Нет-нет, не стоит, я могу и на полу поспать, — смутился Рен.

Расстелив покрывало на полу, он положил голову на подушку и тут же проводились в сон, не успев подумать ни о будущем, ни о прошлом, ни о настоящем.

Цубаке

Днём Рен и Кайто отправились на завод.

— Что здесь производят? — задал вопрос Рен, когда впереди показалось серое здание.

— Запчасти для самолётов.

Здание было невзрачным, покрытое серой краской, оно выглядело очень хмуро и даже жутко в этот осенний солнечный день. Они подошли к служебному входу. Кайто отворил дверь и они оказались в коридоре.

— Что нам нужно сделать?

— Наша задача: убедить оставшихся несогласных в том, что сотрудничество с Германией выгодно и принесёт место нашей стране место на международной арене. Только представь: наша страна сможет влиять на ход истории непосредственно!

Кайто помолчал, оценивая произведённый на юношу эффект, и, убедившись, что тот задумался о величии родины, продолжил чуть потише:

- Ты пока, что просто посмотри, послушай. Агитацию невозможно проводить без знания психологии, так что учись. Если будет возможность, я в двух словах разъясню что, как и почему, но, если я буду останавливаться и шушукаться во время речи, народ не поверит мне. Так что, скорее всего тебе придётся самому пытаться понять смысл происходящего, а если останутся какие-то вопросы, то запомнить и задать мне позже. Всё понятно? - кивок в ответ, - Чтож, урок первый, рабочим лучше не мешать заниматься делом. Речь они и так услышат, но если изначально она будет восприниматься ими как помеха работе и зарабатыванию на жизнь, то будет сложно склонить их на свою сторону. Урок второй, если понадобится, ты должен показывать то, что говоришь на собственном примере, чтобы тебе доверяли

Они вышли в большой и шумный цех. Рена, почти всю жизнь прожившего в деревне на далёком от цивилизации острове, поразили все это огромные конвейеры и станки. Из восторженного оцепенения его вывело лишь аккуратное, но мощное давление чужой руки на спину. Ах да, приветственный поклон!

После приветствия, Кайто начал говорить. Ему приходилось практически кричать во весь голос, чтоб его не заглушали звуки механизмов. Речь его была вежливой, наполненной глубоким уважением к слушавшим его людям и их труду. Потом ставился болезненный вопрос: "Неужели всё, что эти люди делают для благополучия себя и родной страны зря? Ведь мы не имеем никакого влияния на мир, не мы, как главные, определяем что должно быть и что будет. А если так, то кто будет уважать нас и весь наш тяжелый труд?". Мужчина красочно описывал текущее противостояние стран за влияние на востоке и заставлял задуматься, почему же японцы не могут быть полноправными хозяевами в своей родной Азии. Он призывал не бояться трудностей и быть готовым на любые жертвы, и постоянно напоминал, что благоденствие страны - это благоденствие этих самых людей, к которым он обращался, и их детей. Он говорил, что за счастье нужно обязательно бороться, что оно не прийдёт само, и что пора всей нацией начать эту борьбу

Люди задумались, но не перестали работать: их руки всё делали машинально

Кайто хотел поблагодарить всех за внимание и, удаляясь, отвечать на вопросы Рена, но...

Раздался грохот, заглушающий скрежет механизмов. Все резко обернулись. Из-за клубов пыли, опрокинув несколько бочек с маслом для двигателей, вышла девушка в кроваво-красной юкате. Плечи, словно одеяло, укрывало белое хаори, а белые чулки были немного испачканы грязью. Девушка окинула всех своим безумным взглядом единственного правого глаза. Левый закрывал бинт. Её взгляд задержался на Рене. Она злобно оскалилась и кинулась вперёд. Как из-под земли выросли ещё несколько человек, и все они кинулись на Рена и Кайто.

— Отбивайся! — крикнул Кайто, размахивая катаной и отражая удары противников.

Только сейчас Рен заметил пистолет. Девушка поднимает его и стреляет, целясь в голову. Рен пригнулся. Пуля просвистела над ним. Ещё раз и ещё раз. Видимо не желая тратить патроны, девушка устремляется вперёд. На Рена, желая вонзить нож ему в ребра. Парень вынимает выданную ему на всякий случай катану из ножен. Быстрый, но неловкий удар и нападение отбито. Они сражаются вблизи. В голове юноши не осталось ничего, только инстинкт самосохранения и навязчиво стучащая мысль: «Невозможно... Невозможно двигаться так быстро!». Удар обрушивается на затылок. Рен падает как подкошенный.

***

Руки стягивает веревка, неприятно натирая кожу. Рен пытается пошевелится и открывает глаза. Небольшая комната, единственная лампа на потолке не горела. Из-за неплотно прикрытой двери пробивался луч света, разгоняя тьму. Слышались голоса.

— Великолепно, Цубаке, — тихий и вкрадчивый голос от которого бежали мурашки по коже. И Рену показалось, что он его уже где-то слышал.

— Благодарю, госпожа, служить вам величайшее удовольствие, — совсем ещё девчачий голос наполненный восхищением.

Рен затаил дыхание и прислушался. Вдруг разговор пойдет дальше? Но дверь распахнулась и включился свет, слепя глаза и заставив Рена зажмуриться. Он с трудом открыл глаза привыкая к свету. Перед ним стояла девушка с двумя бирюзовыми хвостами. Рен распахнул глаза от удивления и страха. Это она! Человек лишивший его Лин!

Девушка мягко рассмеялась: Смотрю, ты узнал меня. Можешь не отвечать, я всё равно не представлюсь. Итак, у меня для тебя предложение: ты будешь работать на меня и...

— Что ты сделала с Лин? — вскричал Рен.

В ответ девушка улыбнулась и произнесла.

— Работай на меня и я скажу где Лин.

— Нет! Ни за что!

— Ну не горячись, я дам тебе время подумать, — она встала и ушла цокая каблуками.

Рен остался один. Постепенно накатывало осознание того, что он не может освободиться самостоятельно. Выход оставался только один: если за ним придут — согласиться и когда его развяжут — бежать. Парень немного расслабился. Всё-таки наличие плана действует успокаивающе. Сколько времени прошло — неизвестно. Пять... Десять... Полчаса, но в коридоре зазвучали шаги и в комнату вошла голубоволосая.

— Ну как? У тебя было достаточно времени одуматься...

— Я согласен, — выдавил сквозь зубы Рен.

— Вот и отлично, — лёгким движением руки девушка перерезает верёвку.

Рен встаёт и бросаться вперёд отталкивая очкастую. Толкает дверь и попадает в коридор. Не раздумывая долго он сворачивает направо. Страх гонит его вперёд, Рен мчится по коридорам. Сердце бешено стучит. Он натыкается на дверь толкает ее и оказывается в кладовке. Среди полок с оружием, от пистолетов до мечей и кинжалов, Рен находит несколько абсолютно новых запчастей. Внезапно, он осознал, что не один. Юноша медленно обернулся. В дверном проёме стоит Цубаке. Та, которую он встретил на заводе. На ее лице улыбка, больше похожая на оскал, а в руке нож. Единственный глаз будто сияет в темноте кладовки. Рен протянул руку к ближайшей полке нащупывая меч. Цубаке бросается вперёд и парень неловко, но сильно ударил ее, размахнувшись мечом. Девушка отпрыгнула с ловкостью кошки и замахнувшись нанесла удар, но лишь оцарапала щеку. Рен бросается бежать. Цубаке за ним. Он опрокидывает стеллаж и все ящики падают на девушку. Это шанс! Рен бросается бежать. Снова тот же коридор поворот налево, там лестница вверх. Минув несколько лестничных пролетов юноша оказался на крыше. На секунду он расслабился и вдохнул вечерний воздух свободы. Шаги заставили его помниться и кинуться дальше, вперёд. Он перепрыгнул на соседнюю крышу и в этот момент голень пронзила острая боль — она выстрелила.

«Чёрт,» — шипит Рен. Цубаке и прыгает и оказывается рядом с ним и вонзает нож в правую нижнюю часть живота. Не раздумывая Рен толкает ее и девушка падает, одарив его на прощание своей безумной улыбкой.

Рен осторожно выглянул из закоулка, где он прятался от преследования. Так, вроде никого нет. Значит пора перебегать на соседнюю улицу и оттуда по тёмным переулкам помаленьку добираться до базы. Хорошо бы ещё понять как до неё дойти. Конечно, юноша из-за того, что был в городе первый раз, очень внимательно вглядывался во всё и запомнил дорогу и названия улиц, но сейчас нужно плутать по незнакомым местам.

Он поднялся. Снова усилилась боль в простреленной ноге, да и в принципе во всем теле, а ободранными руками было неприятно касаться стен, но он побежал. Точнее, быстро поковылял. Запнувшись об камень, он растянулся на земле. Послышались шаги, кто-то быстро приближался.

— Молодой человек, что случилось?

Прохожий помог Рену сесть. Увидев простреленную ногу он побежал до стационарного телефона вызывать медиков. Скорая приехала быстро. Когда медики посадили его в машину один из врачей спросил: «Вы из какого отделения?» Рен ответил преодолев боль: «Из шестнадцатого».

Рена переодели, положили на койку и принялись обрабатывать раны. Когда пуля была извлечена, а рана зашита его оставили отдыхать. Вскоре дверь открылась и вошёл врач, он сел на стул и заговорил устремив свой пронзительный взгляд, поверх очков, на собеседника.

— Молодой человек, вы хорошо отделались, вошла бы пуля чуть правее и могла бы раздробить кость. Вашему начальнику я сообщу, что вы здесь. Полежите у нас пару дней, и мы вас выпишем, но с физическими нагрузками не переусердствуйте.

С этими словами он оставил Рена дав ему наконец-то отдохнуть.

Утром следующего дня Рен читал книгу наслаждаясь приключениями, сражениями и опасностями, которые переживают герои. Вдруг дверь отворилась и в палату вбежала Лили, а за ней вошёл Леон.

— Рен! — воскликнула девушка и кинулась ему в объятия, — Я испугалась, я так испугалась!

— Поздравляю с боевым крещением, малой, — Леон хлопнул Рена по плечу.

— С-спасибо, — едва смог выговорить от удивления Рен.

— Когда тебя выписывают? — спросила Лили.

— Послезавтра, а где Кайто?

— Сегодня он патрулирует другой район, он сам едва смог уйти от этих ненормальных. Лили, пошли, мы убедились, что с ним все хорошо, а у нас ещё половину района осмотреть надо, — Леон мягко потянул Лили за руку.

— Увидимся, Рен, —девушка мягко улыбнулась ему на прощание.

— Увидимся, — ответил парень, улыбаясь в ответ.

***

Рен направлялся к своему шестнадцатом у отделению. Он уже предвкушал, как увидит Кайто и снова обнимет Лили и будет болтать с другими людьми в дни, свободные от патрулирования. Но завернув за угол его кто-то схватил и оттащил в сторону. Это был мальчик чуть помладше, но с глубокими серьезными глазами.

— Ты Рен?

— Да.

— Какая-то организация напала на отделение и меня просили предупредить, чтобы ты сюда не совался.

— А где мне искать моих?

— Этого я не знаю, — и мальчик скрылся.

Рен тяжело вздохнул и пошел бродить по городу. Он целый день ходил по нему надеясь встретить, хоть кого-то из своего отделения, но нет. Удача ему не улыбалась. Когда начало смеркаться он зашёл в парк и улегшись на скамейку заснул.

Ночь на улице

Рен брёл по улице, поеживаясь от холода. Из парка его выгнал сторож, приговаривая: «Вот молодёжь пошла! Вроде и полицейский, а ночует не ведомо где!» Рен не стал спорить. Он остановился и поднял голову. Луна была затянута облаками, тускло горели фонари, дома смотрели на него слепыми окнами, точно предвещая беду. Сколько он спал? Может два или три часа? Живот заурчал. Как же хочется есть. Поплотнее закутавшись в форму, он двинулся дальше, в попытках найти кого-нибудь из своих.

Рен свернул в переулок и присел на асфальт. Надо идти дальше, но сил нет. Нет, надо вставать, так себе все и отморозить недолго. Вдруг до слуха донеслись голоса. Речь была громкой, но внятной. Это точно не пьяная компания. По мере приближения можно было различить слова.

— Напомни, Мику — это кто?

— Эта сумасшедшая, что руководит Цубаке. Мы за ней кучу лет гоняемся, и наконец-то можем ее поймать.

«Полицейские!» — мелькнуло в голове Рена. Он поднялся, намереваясь выйти из-за угла. Вдруг разговор резко оборвался, и один из полицейских захрипел, раздались и сразу же смолкли выстрелы. Тут Рену стало не по себе. Он замер, стараясь не дышать. Тихое постукивание деревяшки по асфальту. Кто-то зашёл в переулок. Шаги приближались, и Рен, сильно прижавшись к стене, словно желая слиться с ней, задержал дыхание. Некто остановился рядом, буквально в полуметре. Было слышно, как он дышит. В этот момент луна вышла из-за облаков, и в серебряном свете стала видна фигура. Белое хаори, алая камелия в волосах… Глаза Рена расширились от ужаса. «Цубаке…» — произнес он одними губами. Девушка, стоявшая к нему спиной, медленно повернулась. Глаз свернул в темноте. Она бросилась на Рена с ножом, желая перерезать ему горло. Парень увернулся, и с непонятно откуда взявшимися силами, бросился бежать. Слева оказался узкий проулок между домами. Он рванул туда. Нога снова начала болеть, но нужно бежать.

Рен бежал куда глаза, не разбирая дороги и стараясь замести следы. Однако, Цубаке всё равно продолжала его преследовать, хоть и несколько раз она уже теряла парня из виду. Она находила его каким-то звериным чутьём, но ведь он убегает от неё не в первый раз, так что рано или поздно он должен убежать. Всю погоню она не стреляла в него, ведь в пистолете не было пуль, и поэтому редкие прохожие и пьяные компании даже не подозревали о том, что мимо них бежит самая опасная в мире убийца

На главной улице Рену удалось затесаться в толпе и потом, сев на корточки, спрятаться за какие-то ящики возле круглосуточного магазина. Цубаке, поняв что он где-то недалеко, остановилась и задумалась, а людям, недовольным тем, что она стоит посреди дороги, приходилось её обходить. Наконец она, поняв, что не сможет найти его не смогут ни её глаза, ни её умение чувствовать чужой страх, ни попытка взять заложника. Последний вариант она отложила потому, что толпа народу в панике может и не дать Рену подойти к ней. Поэтому преследовательница просто приблизилась к стене, оперлась на неё спиной и стала ждать, оглядываясь по сторонам. Она знала, что парень где-то рядом и рассчитывала, что он не сможет долго прятаться

Рен, когда немного отдышался, пополз в переулок, прячась за ящиками и чужими ногами. Завернув за угол, он резко вскочил и побежал, несмотря на то, что голова закружилась от такого подъёма. Бежал он долго, но сейчас его, кажется, никто не преследовал

Парень остановился только возле моста. Он тяжело дышал, опираясь на перила, уже немного стемнело, и возле моста росло много кустов, поэтому не удивительно, что он по неопытности не заметил опасность. Рен едва успел почувствовать, что кто-то, крепко обхватив его одной рукой, суёт ему в нос тряпку, как тут же уснул. Однако, из-за того, что он ничего не понял, то потом он стал думать, что это ощущение ему приснилось.

Встреча

Рен лежал на чём-то мягком и удобном. Первое что пришло ему в голову: узнать, есть ли кто в комнате? Он прислушался. Тишина, лишь что-то шипело и потрескивало в соседней комнате. Рен решился открыть глаза. Небольшая комнатка. Шкаф, кровать, стол, прикроватная тумбочка — всё что нужно для житья. На стуле аккуратно повешена его одежда. Рен приподнимается на локтях, затем садиться, и раздается звон разбившегося стекла. Под ногами валяются осколки — он задел стакан стоявший на тумбочке.

В коридоре послышались шаги. Рен сжался, ожидая неизвестно кого. В комнату вошла девушка с зелёными волосами.

— Наконец-то ты очнулся, я уже начала переживать, — она мягко улыбнулась.

— А... — Рен взглянул на осколки.

— Я Гуми. А за стакан не переживай, он всё равно мне не нравился. Как зовут?

— Рен, — едва смог выдавить из себя имя парень.

— Приятно познакомиться. Есть хочешь?

— Не отказался бы.

Гуми махнула рукой, приглашая жестом Рена на кухню. Тот аккуратно поднялся, стараясь не наступить на осколки, и натянул на себя форму. Юноша прошёл на кухню. Гуми поставила перед ним тарелку с раменом. Рен схватил палочки и жадно стал уплетать угощение. Он прокручивал в голове события прошлой ночи. Кто эта Гуми? Как она его нашла? И главное: зачем спасла? Оторвавшись от еды он неуверенно начал диалог.

— Гуми...

Девушка подняла голову и внимательно посмотрела на него своими изумрудными глазами глазами.

— Что со мной случилось?

— Ты лежал под мостом без сознания, и я решила, что нужно тебе помочь.

— А зачем спасла?

Гуми промолчала, сделав вид, что не услышала, и сказала, протянув Рену бумажку, сложенную вдвое.

— Это я нашла у тебя в кармане.

Рен развернул бумажку. На ней каллиграфическими иероглифами было выведено:

Солнце, 16.11. встречаемся в 22:00 у барной стойки в казино...

Далее адрес, но Рен не стал в него вчитываться. Он задался вопросом: если один из людей Кайто подложил ему в карман записку, то почему его не нашли и не забрали? Ответов не было. Только липкое ощущение плохого предчувствия, расползающегося в груди. Рен отложил записку.

— Ну что?

— Пойду искать своего командира, — откликнулся Рен.

Доев рамен, он встал и, поблагодарив Гуми, вышел на улицу. Только здесь он вспомнил, что не посмотрел время. Первая мысль, которая пришла: пойти в ближайший магазин, там по любому есть часы. С этими мыслями парень направился в попавшийся ему книжный магазин. Вскоре он вышел из него и вновь отправился бродить по городу.

Солнце клонилось к закату и Рен, никого не найдя и ничего не узнав, всё-таки решил отправиться к казино.

Он уже битый час сидел возле барной стойки, следуя указанию из записки от Кайто. Рен понимал, что раз начальник задерживается, то на это есть веская причина, но просто сидеть и ждать было мучительно, а принять участие в какой-нибудь игре опасно и не хочется. Так, что юноша решил заговорить с барменом. Тот, казалось, засиял от радости, когда Рен обратился к нему. Они познакомились, поговорили о погоде, городских новостях и прочих неважных вещах

- Рен, может я вам чего-нибудь налью?

- Ну... Налейте холодной воды

- Что ж это так? Простая вода вам не подойдёт, давайте я вам её хотя бы прослащу

Бармен налил воду в стакан и что-то посыпал туда. Рен стал медленно пить, ощущая приятный привкус, и даже не подумал, что попал в ловушку. Он был ещё не опытен, а интуиция и предчувствие беды заглушила скука ожидания, поэтому уже через несколько минут его, сонного, вынесли из казино два агента доктора Мику. Третий, отдав бармену несколько иен и разрешив ему забрать остатки снотворного себе, вскоре последовал за коллегами

Рен очнулся, но глаза открывать не стал, пытаясь осознать, что произошло. Потом он стал думать, как выбраться из неведомо чьей ловушки. К правой ноге плотно прилегало кольцо. Немного приоткрыв веки юноша смог разглядеть, что от этого кольца тянется к стене толстая металлическая цепь

Вдруг дверь в комнату резко распахнулась, громко ударившись о стену. Юноша резко вскочил и вжался в угол, широко распахнутыми глазами рассматривая дверной проем. Оттуда появилась та самая голубоволосая , которая лишила его Лин и потом предлагала работать на неё

- Доброе утро, - издевательски сказала она, закрывая дверь

Рен быстро придумал, как ответить, ведь если Цубаке называла её госпожой, то значит, что её зовут...

- Было добрым, пока ты не пришла, Мику

- Неужели тебе так не понравился мой будильник в виде громкого хлопка дверью? Ну, не важно. В прошлый раз мы друг друга немного недопоняли. Я не ожидала такой прыти от того, кто никогда не дрался, ты не понял куда попал. Что ж начнём сначала

Рен презрительно скривился, но собеседница продолжила говорить, как будто не замечая этого

- Лишь единицы могут выжить, если наша организация объявит на них охоту, а ты вполне можешь удостоиться такой чести, если будешь продолжать делать глупости. Нет, тебя даже не обязательно мучить, будет гораздо лучше, чтобы ты видел как подводишь под удар дорогих себе людей.

Она взглянула на пленника слегка безумно, и он понял, что Цубаке не только сама по себе сумасшедшая, а ещё и действует под руководством полоумной учёной.

- Тебе ведь будет жаль начальника Кайто, или коллег, или эту.... Лили? Она чем-то похожа на твою Лин. Кстати, ты же не знаешь, что с ней сейчас и что я могу сделать с ней потом

Рен отвернулся, при воспоминании о любимой на глаза наворачивались слёзы, но нельзя рыдать здесь!

Мику выжидала, а потом снова предложила пленнику работать на неё, ведь так будет лучше для всех. Потом она ушла, оставив его подумать над выбором "по-настоящему, а не как в тот раз, всё равно не убежать".

оставшись в одиночестве, Рен стал осматривать комнату. На противоположной стене было окно, обыкновенное окно, через которые можно запросто вылезти. Проблема лишь в том, что ты не знаешь на каком ты этаже. Второй этаж? Пятый? Или девятый? Кто его знает? Рен поднялся и направился к окну. Он почти подошёл к нему, но цепь натянулась останавливая его, и что бы дотянуться до подоконника не хватало буквально немного. Но зачем? Рену всё равно нужен ключ. Это не верёвка, которую можно перетереть. Мику ещё раз вряд ли освободит его и позволит сбежать. Так что остаётся лишь ждать.

Рен вернулся на место и принялся рассматривать комнату. Обои посерели и покрылись слоем пыли. Здание довольно старое.

— Интересно, у Мику вкус такой? На старые заброшенные здания...

Время тянулось медленно. Рен даже начал засыпать. Но чуткий слух уловил грохот, донёсшийся сквозь закрытое окно с улицы. За дверью раздался шум, выстрелы и она снова с грохотом открылась. На пороге стоял какой-то парень. Было видно, что он под чем-то. Расширенные зрачки и мутный взгляд. Он кинул Рену ключи со словами: «Выбирайся друг, эта психованная тебя убьёт.» И он умчался дальше по коридору. Рен сцапал ключи. Открыв замок он хотел бежать коридор, но это опасно. Подскочив к окну Рен распахнул его. Пятый этаж. Прыгать нельзя, спускаться тоже, там недоброжелательного вида люди. Выход один: на крышу, а оттуда, куда глаза глядят. Вскочив на подоконник Рен высунулся в окно и аккуратно держась за раму перелез на пожарную лестницу. Быстро взобравшись по ней он вскарабкался на крышу и бросился бежать подальше от сюда.

Рен брёл по оживлённой улице, мимо проходили люди. Они смеялись, улыбались и просто разговаривали. Да, Рен признавал, что ему одиноко. Один, в незнакомом городе. Ещё и в неприятности попал. Живот урчал, он с вечера ничего не ел, и от этого немного подташнивало. «Ох, простите,» — Рен на кого-то налетел. Он поднял голову поправляя, каким-то чудом ещё не потерянную, фуражку и обомлел.

— Кайто...

— Рен... — Кайто с силой сжал парня в объятиях, словно желая убедиться: настоящий ли он.

— Отпустите меня... Отпустите пожалуйста, — Рену стало очень неловко.

— Где ты пропадал? Тебя два дня не было!

— Да, долгая история.

— Пошли, надо остальным показаться, — Кайто мягко улыбнулся.

Они зашагал по улицам. Несомненно, рядом со своим начальником Рен чувствовал себя намного увереннее.

Они зашли в какой-то дом и поднялись на третий этаж. Остановившись у двери, Кайто трижды постучал. Щёлкнул замок и они зашли. От двери в квартире сразу начинался коридор. В конце него появилась Лили. Увидев друга, она не поверила своим глазам, но словно отходя от транса она пролетела коридор и бросилась Рену на шею.

— Рен! Рен! Я так переживала!

Парень неловко приобнял её в ответ.

— Ну что, малой, ты снова с нами, — тяжёлая ладонь командира Леона ложиться на плечо Рена. Затем он обращается к Кайто — Я только получил распоряжение: ты направлен в Токио. И вас тоже, — он посмотрел на Рена и Лили.

Кошмар

Мерное постукивание колёс наводило сон. Рен лежал в купе на нижней полке, свернувшись калачиком. Поезд шёл в Токио. Что его там ждёт? Враги? Друзья? Встретится ли он вновь с Леоном? И найдёт ли его там Мику со своей, бесприкасловно исполняющей приказы, собакой Цубаке? Дверь тихо отъехала в сторону. Шаги тихие, почти невесомые. Кто это? Кайто? Лили? Или проводник? Некто склонился над ним. Волосы защекотали лицо, и Рен едва сдержал улыбку. Это Лили. Она отошла и села на соседнее место. До слуха донёсся шелест перелистываемых страниц. Интересно, что она читает? Решив отложить эту мысль на потом, Рен глубоко вздохнул и стал проваливаться в сон.

Из сна его выдернул стук на крыше вагона, будто кто-то по нему бежал. И не один, а сразу несколько человек. Рен протёр глаза и приподнялся на локте. Он взглянул на Лили, та сидела напряжённо вслушиваясь.

— Слышишь? — спросила она шёпотом.

— Стук?

— Да.

Рен закивал головой. В коридоре послышались шаги, и в купе вошёл Кайто.

— Что это? — тихо спросила Лили

— Мы не знаем. Сидите тихо, мы прибываем к станции, — с этими словами он ушёл.

— Хоть бы не банда, — шептала девушка.

— А что может произойти?

— Нас очень мало, а их может быть больше сотни. Так что ничего хорошего

Послышался гудок. Поезд прибыл к станции. Рен и Лили вышли в коридор, из окна было видно, как несколько людей в полицейской форме вышли на перрон. Послышались крики. Выстрелы разрезали вечерний воздух. С крыши спрыгнули люди.

— Бандиты, — прошептала Лили прижимая руки ко рту.

Как из под земли, рядом оказался Кайто, он запихнул парочку в купе и прошипел:

— Сидите здесь, мы сами, — и умчался на перрон.

Друзья сидели на полу купе. Вдруг Рен дёрнул Лили за рукав.

— Прислушайся.

С другого конца коридора кто-то направлялся к ним. Сквозь неплотно прикрытую дверь можно было услышать шаги. В этом вагоне ехали только полицейские, но все сейчас на перроне. Тогда это кто? Рен подскочил и выключил свет. Лили тихо достала катану из ножен и беззвучно скомандовала: «Наверх!»

Друзья взобрались на вторую полку. Лили нацелила катану так, чтобы она обрушилась на голову вошедшего. Секунды тянулись медленно. Некто остановился перед дверью. Он тихо отодвинул дверь в сторону. В купе вошёл небрежно одетый парень с пистолетом на перевес. Он поднял голову и тут же Лили обрушила катану на неё. Девушка немного промахнулась и лезвие, скользнув по подбородку, проткнуло горло. Парень чуть всхрипнул, пистолет выпал из руки. Лили вытащила катану, и юноша упал на пол, истекая кровью. Рен поражённо смотрел на подругу. Очень милая добрая девушка и тут такое.

— Слышишь? Выстрелы стихли!

— Да, — выдохнул Рен, пытаясь отойти от увиденного.

— Чего сидишь, пошли, — Лили слезла с полки и махнула рукой, приглашая парня за собой.

Друзья пошли по коридору, заглядывая в купе в поисках Кайто.

— Кайто! — они остановились в дверном проёме одного из купе.

Он лежал читая книгу. Левая штанина была подвёрнута, и голень обматывал бинт. Капитан отвлёкся от книги.

— Со мной всё хорошо, гражданских среди жертв нет.

— К нам в купе зашёл один бандит, и Лили его убила, — сказал Рен.

— Молодец, что не растерялась, — Кайто похлопал девушку по плечу, — За тело не беспокойтесь, его заберут. Нам сломали колесо у паровоза и придется сделать здесь остановку на пару дней.

***

Рен находился в полудрёме и вновь слышал какой-то голос, зовущий его, вновь ощущал как будто чья-то тёплая ладонь тянет его куда-то. Но чей же это звонкий голос, который манит за собой вдаль, который говорит: "Найди меня..."? Он был знаком парню, но засыпающее сознание так и не определило, кому он принадлежит. Рен смог только пробормотать: "Только дождись, однажды я отыщу правду." Как жаль, что по обстоятельствам это обещание надолго останется не только невыполненным, но и забытым

***

- Доктор Мику, разрешите спросить

- Спрашивай быстрее, - Девушка раздражённо оторвалась от чертежей

- Почему вы два раза предлагали тому парню работать на нас, а сейчас отдали приказ убить при первой же возможности?

- Вам идиотам разве не видно как он влияет на нашу Цубаке?! Вы ещё спрашиваете почему он должен либо быть с нами, либо убит! А вообще, ты, лаборант, не в свои дела нос не суй. Лучше работать иди

***

Рен уже давно беспокойно спал. Ему снился дом, родители, а потом Лин... Лин! Она стояла перед ним, широко улыбаясь, и вглядывалась ему в глаза. Он быстро рванулся к ней, заключая в объятья, но она как будто растаяла, и раздался злобный смех Мику. Юноша вскрикнул и шокировано заозирался кругом. Счастье, которое охватило его при виде возлюбленной, мигом исчезло, остались только сожаление о потере и страх. Вдруг Рен ощутил, что ботинки стали влажными, посмотрел вниз и увидел, что весь по залит кровью. Чья она? Куда делась Лин? Неужели она ранена или хуже того убита?

Шлёп. Шлёп. Кто-то шагал к Рену, он понял голову и понял, что это Цубаке. Она бросилась вперёд и вцепилась в плечо, жутким голосом крича: "Проснись!"

- Проснись, Рен. Рен, проснись!

Парень открыл глаза и резко сел, голова закружилась, поэтому он опять опустил голову на подушку. Лили, наконец разбудив его, облегчённо вздохнула

- Что происходит?

- Ты кого-то звал во сне, а потом стал кричать, - Девушка потрогала его лоб, - да у тебя жар!

Несколько следующих дней Рен не помнил. Он бредил во сне и иногда наяву, а Лили беспокоилась за него и делала всё, чтобы его вылечить. Вскоре уме стало лучше

Токио

Рен и Лили спрыгнули на перрон. За те несколько дней стоянки Рену стало гораздо лучше, но девушка все равно обеспокоенно поглядывала на него.

— Пойдёмте, — Кайто махнул рукой, поправляя сумку с вещами на плече, и повёл друзей к выходу в город.

На перроне шумно, все пихают друг друга, стараясь успеть на поезд. И компания едва смогла протолкаться в зал ожидания. Там было гораздо тише чем на улице. Рен, которого мысль помочь Лили не отпускала с начала дня, протянул руку, предложив той свою помощь. Девушка улыбнулась и отдала ему сумку с вещами. Компания прошла к будке, в которой сидел полицейский. Тот оторвался от газеты и, кинув взгляд на Кайто, спросил.

— Вы капитан Кайто?

— Да.

Полицейский взглянул на спутников капитана. Отодвинулся от окна, поднял трубку телефона и набрал номер. После недолгого молчания он произнёс:

— Капитан Кайто прибыл, — затем повесил трубку и сказал, — Ожидайте.

Через несколько минут к ним подошёл мужчина средних лет. Кайто поклонился, Рен и Лили сделали тоже самое. Мужчина повел их по улицам, к главному отделению. Город красивый, особенно в ярком солнечном свете. Они вошли в главное отделение, затем в кабинет. Снова приветственный поклон мужчине, сидевшему за столом. Тот окинул их взглядом и заговорил.

— Лили, тебя отправляют на корабль. Дополнительно все узнаешь у сенсея. Можешь быть свободна. — Девушка быстро поклонилась и вышла, забрав сумку. Мужчина перевел взгляд на оставшихся и сказал, — Я вызвал вас двоих не просто так. Вы лично встречались с Цубаке в бою, — при этих словах Рена передёрнуло, — Вы поможете нам. Их организация наращивает свою власть. Если их не остановить, они разрушат всю Японию. Вы будет прикреплены к девятому отделению. Идите. — снова поклон и Кайто и Рен вышли.

Чего чего он ожидал от Токио, но точно не этого.

Рен и Кайто расположились в одной из комнатах штаба Токио, созданных специально для проживания гостей. После небольшого отдыха командир, выложив вещи, ушёл, как он сам сказал, обговорить кое-какие вопросы. Вернувшись, он приказал Рену следовать за ним

- Вы быстро, капитан

- Естественно быстро, ведь все важные разговоры с руководством будут завтра, а на то, чтобы спросить где что находится много времени не нужно

- Кстати, а куда мы идём?

- Туда, куда нам следовало сходить ещё в первый день твоего появления в нашем отделении. К сожалению, все были постоянно заняты, но теперь у нас с тобой будет достаточно времени в перерывах между встречами

Рен ничего не понял из этой загадочной речи, но ему всё стало ясно, когда они пришли в тренировочный зал. Парень, не смотря на то, что он уже успел несколько раз побиться с лучшим киллером Японии, а может быть и всего мира, и выжить, понимал, что он всё-таки неопытный боец и однажды ему перестанет везти в боях с Цубаке. Поэтому он обрадовался, что наконец-то он сможет драться с ней, опираясь не на предчувствие и удачу, а на профессиональные знания и навыки

Обучение началось с разминки. Потом Кайто учил Рена, как правильно уворачиваться от разнообразных ударов и от выстрелов, как освобождаться из захватов, и показал ему несколько приёмов для боёв в рукопашную. Так прошёл весь остаток дня. Юноша даже удивился, что уже пора ложиться спать и сказал:

- Разве мы не должны были дойти до боя на катанах?

- Не всё сразу. Сначала нужно научиться, как уклониться от ударов противника, а потом уже, как наносить удары самому. Тем более всё, чем ты сегодня овладел требуется закрепить тремя-четырьмя тренировками

По дороге Кайто дал ещё парочку ценных советов. Они с Реном пришли в свою комнату, и только голова юноши коснулась подушки, как он сразу же уснул. Он даже не смог спросить у командира самый интересный для для него вопрос, недавно пришедший ему в голову: "Скоро ли мы увидимся с Лили?"

Рен подскочил словно от какого-то толчка. Командира уже не было. На столе лежала записка:

«Рен, я ушёл, буду ближе к вечеру. Повтори материал самостоятельно, вечером продолжим тренировку.»

Кайто

Рен поднялся и тут ему под ноги упала бумажка. Парень поднял ее. Это конверт. Письмо! Письмо ему от Лили! Рен прижал письмо к груди, он улыбнулся. Закрыв глаза он вспоминал образ Лили, её голос. Постояв так пару минут он распечатал конверт. Крупным, но быстрым и читабельным почерком было выведено:

«Привет, Рен! Прошел только день, а я уже по тебе скучаю. На корабле так интересно! Если свидимся снова, я тебе там все покажу. Экипаж такой отзывчивый и напоминает наше шестнадцатое отделение в Йокогаме. Я не знаю сколько буду на корабле, может быть несколько дней, а может быть пару недель. Мне писать не надо, при встрече все обсудим.

С любовью Лили»

С любовью... Это коротенькое письмо грело душу, но нужно было собраться и идти тренироваться. Спрятав письмо в нагрудный карман Рен отправился на тренировку.

дверь зала открылась и на пороге возник Кайто, он молча наблюдал за тренировкой своего подопечного.

— Смотрю ты делаешь успехи.

Рен обернулся.

— Здравствуйте!

— Нас завтра в составе группы направляют в не самый благополучный район, постарайся не влипнуть во что-нибудь, — Кайто потрепал парня по голове.

Рен лишь смущённо улыбнулся.

Снова влипли

Рен шел по улице, тщательно рассматривая всё вокруг себя. За несколько первых дней прибывания в Токио, у юноши не было возможности его осмотреть из-за того, что он был постоянно занят. То тренировка с Кайто, то встреча с руководством, то письма от Лили. Так что Рен был очень рад, когда ему наконец-то назначили сотрудником патруля. По дороге он ловил глазами каждую мелкую деталь, ушами каждый шорох, а носом каждый запах, и ему некогда было думать о чём-либо.

Рен свернул в переулок, не задумавшись почему там совсем безлюдно, хотя на улице много прохожих. Может быть никому просто не нужно идти в ту сторону? Но нет, дело здесь вот в чём. Какая-то компания мужчин бандитского вида недавно заняла этот переулок, и поэтому горожане обходили его стороной. Ничего не подозревающий Рен вдруг услышал негромкий плач, который на самом деле служил приманкой. Юноша пошёл в сторону звука, и его окружили непонятно откуда взявшиеся бандиты. Их было пять человек, они встали в полукруг так, чтобы назад Рену преграждала путь стена. Вперёд, они надеялись, ему прорваться не удастся, ведь у каждого из них в руке был нож

Парень вынул катану из ножен и встал в боевую стойку, подумав: "Не думал, что приёмы которые мне вчера показывал Кайто понадобятся мне так скоро"

Один из бандитов только открыл рот, собираясь что-то сказать, как Рен ударил локтем в челюсть стоящему слева от него мужчине, закричав "Отряд, требуется помощь!" Кричал он это, так как осознавал, что не справится в одиночку с пятью противниками, а кто-нибудь из отряда точно должен быть где-то рядом. Бандит упал на дорогу, а остальные, не мешкая, двинулись на Рена, прицеливаясь куда вонзить свои ножи. Юноша сделал горизонтльный взмах катаной, ненадолго останавливая их приближение, чтобы продумать свои действия. Он быстрым шагом отошёл чуть назад, перепрыгнув вырубленого им ранее бандита, потом резко рванулся вперёд, низко пригнувшись. Так он пробежал, вытянув правую руку с катаной, метров пять. Получилось! Двое бандитов схватились за порезанные ноги, но остальные кинулись за Реном, так что расслабляться нельзя. Он разогнулся и встал в боевую стойку, подумал: " Теперь надо как-то обезвредить этих, пока те трое не нападают. Сложно..."

Но, на его счастье, сзади послышался грозный голос Кайто, и они вместе быстро обезвредили всех нападавших. Потом подтянулось ещё четыре человека из отряда, они стали обсуждать, что делать с бандитами

Вдруг, на всю компанию накинули металлическую сетку. Катаны зацарапали ее в попытке прорвать. Из ниоткуда вышла ещё одна компания. Их было гораздо больше.

— Я попробую прорезать сетку, а вы, капитан, отвлеките их, — прошептал кто-то.

Вперёд вышел глава этой банды. Он внимательно окинул их взглядом и произнес:

— Баста, кукусики, ваши катаны вам не помогут. Либо вы платите, либо... — мужчина на секунду задумался, — Выкладывание всю информацию о ближайших проверках, обысках и подобном.

Денег не было ни у кого. Даже если бы и были, нескольких йен вряд ли хватило для выкупа. Подключив все своё актерское мастерство, Кайто решил заговорить им зубы. Рен не сильно вслушивался, прорабатывая варианты развития событий. Он боялся шевелиться. Из раздумий его вывел выстрел. Рен съёжился, желая закрыться от всех. Человек пытавшийся распилить сетку, упал на бок, из его головы потекла кровь.

— Сдавайтесь!

На них было нацелено больше двадцати пистолетов. Оставшиеся полицейские переглянулись. Кайто молча поднял руки. Остальные последовали его примеру. Сетку наконец-то сняли, а катаны достали из ножен. Рен впервые видел, как сдается человек, которого он чуть ли не боготворил. Но он понимал зачем: их бы расстреляли, а сдавшись, они сохранили себе жизнь. Парня подтолкнули в спину и куда-то повели.

Шли они недолго, как вдруг главарь банды приказал пленниками закрыть глаза, сказав, что тому кто не послушается будет сделан предупредительный выстрел в плечо. С закрытыми глазами, минут через десять их завели в какое-то здание и разрешили открыть глаза. Несмотря на то, что, судя по состоянию стен и потолка, отряд привели в заброшку, там было, можно сказать, уютно. В четырёх метрах от входа пол был устлан футонами,и рядом стоял стул. Вообще вокруг было полно каких-то стульев, столов и шкафов в европейском стиле, но на вид мебель была пыльной и потрепаной. Главарь сразу подошёл к стулу и сел, а банда рассредоточилась вокруг пленных. У входа осталось дежурить целых четыре бандита, а те, что несли катаны, забранные у отряда, зашли за спину главаря, бросили свой груз и сели там же, рядом с оружием.

- Ну, кто будет рассказывать? - главарь мельком оглядел весь отряд, а потом посмеиваясь произнес, - Неужели никто не хочет присесть? Вон выбирай любой футон, да садись, я разрешаю. Чего? Никто даже не двинулся, да? Брезгуете или сбежать надеятесь? С вами как с гостями обращаются, не связывают, сесть предлагают, а вы... Отвечающего мне, быстро!

Последнюю фразу мужчина буквально прорычал, видимо поняв, что пока он сидит и посмеивается над пленниками, они придумывают план побега

- Зачем же вам отвечающий, если вы ничего не спрашиваете? - Кайто выступил слегка вперёд

- Когда и где планируются облавы, где ходят патрули, вот что я спрашиваю! Всё, что знаете говорите, а то...

- Босс! Босс! - какой-то подросток протиснулся между охранявшими вход бандитами и побежал к главарю. Он был так напуган, что не заметил, как раззгневался босс из-за того, что его речь прервали

- Да чтоб тебя чем-нибудь пришибло! Чего орёшь, у меня тут дело важное.

- Там "Кровавые Камелии" устроили геноцид конкурентов, тоесть всяких более-менее мощных банд. Они были в ближайшем квартале, а сейчас, наверное, пойдут сюда!

- Тьфу! Что нам эти камелии! Этой их полоумной нет сейчас в Токио, а пока она в другом городе нам нечего их бояться

- Но она уже вернулась!

Главарь весь побледнел и несколько секунд простоял в оцепенения. Потом он открыл рот, собираясь давать какие-то указания, но вдруг входная дверь резко вылетела со своего места и приземлилась почти у его ног. В дверном проёме, ухмыляясь, стояла Цубаке, и бандиты приготовились обороняться от неё, наплевав на своих пленников. Тогда Рен вместе с Кайто, пригнувшись, бросился за своей катаной, думая: "Неужели я даже в Токио не могу отдохнуть от этого ходячего безумия?!"

Цубаке хмыкнула и подняла пистолет. Все замерли. Её палец лежал на курке. Взгляд устремлён прямо на главаря. Секунда, и грохочет выстрел наповал сражая ближайшего бандита. Схватив катаны полицейские вступают в бой. Грохочут выстрелы, пули свистят. Цубаке будто пляшет, расстреливая своих врагов. Хаори развевается, а деревянные туфли словно отстукивает чечётку.

— Мы можем ее арестовать! — перекрикивает Кайто грохот.

— Сумасшедший! — орет Мейко.

Словно повинуясь какому-то приказу Цубаке расстреливает оставшихся бандитов и выбегает из здания.

От резко наступившей тишины заложило уши.

— Бежать за ней не будем, нужно отнести раненых, — произносит Мейко, в ответ Кайто лишь кивает.

Им пора домой.

Академия

Рен пришёл в госпиталь, чтобы проведать Кайто, который, вместе с ещё несколькими людьми из отряда, лежал там уже два дня

- Как вы себя чувствуете, командир?

- Хорошо, почти отлично. Скоро мне должны разрешить встать с кровати. А у тебя какие новости?

- Во-первых, Лили велела передать вам, что желает скорейшего выздоровления. Она пишет, что у неё никак не получается отправить записку к вам в больницу. Во-вторых мне тут прислали письмо от Академии контрразведки Токио, я его ещё не вскрывал... Как думаете о чём они могли мне написать?

- О результатах рассмотрения твоего заявления на вступление

- Заявления? Но я же не писал никакого заявления, хотя и хочу туда поступить, но руки пока не дошли написать

- Туда принимают и по заявлению командира

Рен восторженно подскочил к Кайто и обнял его

- Спасибо! Спасибо большое! Даже если меня не приняли, я благодарю вас за то, что вы написали туда обо мне!

- Ну-у, с чего бы вдруг им тебя не принять? Так что собирай вещи

- Я вполне мог им не подойти, так что о вещах говорить ещё рано

- Если они всё-таки не возьмут тебя, не переживай, ведь ты и так уже работаешь в столичной полиции, но у них нет причин тебя не брать

Рен ещё немного поговорил с командиром и, вернувшись к себе, трясущимися от волнения руками вскрыл конверт. В письме говорилось, что он зачислен в академию, и прилагались инструкция как найти здание общежития и список того, что ему понадобиться для занятий. За объяснением непонятных вопросов было сказано обратиться к человеку, который должен будет показать ему академию - Лили. Рен был очень удивлён, что именно его подруга должна будет ему всё показать, но он обрадовался этому как-то даже сильнее чем своему зачислению. Поэтому он уже вечером того же дня стоял перед зданием общежития с вещами

Охранник спросил его кто он и для чего здесь. Получив ответ и посмотрев какой-то список, мужчина послал за Лили, сказав Рену, что его встречающая должна скоро прибыть

Девушка буквально бежала к другу. Он бросился ей навстречу, и они очень крепко обнялись. Потом они, оставив вещи Рена в его комнате, ходили по всем зданиям академии и Лили объясняла что где находится, где проводится какое занятие, что требует тот или иной сенсэй, какой у кадетов распорядок, какие наказания за провинности и так далее. Потом они до отбоя проболтали в коридоре общежития и разошлись. Засыпая, Рен думал не столько о том, что завтра его первый учебный день, а о том, что на занятиях он будет видеть Лили.

***

Рен подскочил как ужаленный. Быстро кинув взгляд на часы он ужаснулся.

— Проспал...

Подскочил он надел белую кадетскую форму, состоящую из брюк и рубашки, и выбежал в коридор. Лили упоминала, что сегодня занятие в спортзале. Он влетает в спортзал с опозданием на десять минут. Сенсей старый и строгий человек. Он окинул Рена взглядом. Рен поклонился ему.

— Молодой человек, я смотрю вы новый здесь.

— Да, сенсей.

— За опоздание остаётесь после уроков и моете три класса. А теперь идите, вас ждёт ваша пара, — и больше инструктор не взглянул на него.

Как Рен надеялся, что это будет Лили, но нет, это какой-то мальчик со светлыми, почти белыми волосами и острым как нож взглядом карих глаз. Урок прошел в отрабатывании приемов. Сенсей ходил между ними давая советы и поправляя. Через час зазвенел звонок и все построились в шеренгу.

— Отработайте приемы к следующему занятию. Свободны, — кадеты поклонились и вышли в коридор.

Лили подошла к Рену.

— Ты не переживай, его здесь все бояться, ходят слухи, что он учил самого начальника.

Кто-то подставил Рену подножку, он запнулся, но не упал. К нему подошёл тот мальчик с которым он занимался.

— Возомнил себя лучше других?

— В каком смысле? — Рен не понял, что хочет от него этот парень.

— Меня за опоздание отстранили от занятия в первый же день!

— И что?

— И?! И?! Скажи, к тебе такое отношение, потому что ты работал с капитаном Кайто?

— Не понимаю чего ты хочешь...

Вокруг них уже начала собираться толпа. Рен почувствовал себя очень неловко.

— Карим, твои аргументы беспочвенны, — Лили встала между ними.

— Уйди, Ли. Мы сами, — Карим оттолкнул ее. — Я вызываю тебя на дуэль.

Рен судорожно сглотнул. Кадеты стали переговариваться. Переступив через страх парень произнёс:

— Принимаю вызов.

Недолго думая Карим нанес удар. Рен пригнулся и кулак просвистел над головой. Юноша скользнул под рукой противника и обойдя его сзади, обхватил руками намереваясь подбить колено. Уронить Карима было не так просто, широкий и приземстый, он крепко стоял на ногах, он ударил Рена под дых локтем. Тот закашлялся, разжав хватку, а противник повалил его на пол и принялся душить. Не желая уступать Рен схватил Карима в ответ.

— Растаскивайте их! — закричала Лили.

Подбежали несколько парней, они растащили парней.

— Отвяньте, мы не закончили! — рвался Карим.

— Обойдешься, — подошла к нему Ли и ударила его по щеке. Она резко повернулась на каблуке, — Рен, пойдем, он больше не достоин нашего внимания, — схватив парня за руку она потащила его на следующий урок.

***

Вечер. Занятия давно уже кончились и кабинеты стояли закрытыми. Рен взял ключи, ведро, швабру и веник и начал убираться. Почти сразу же к нему присоединилась Лили. Она решила ему помочь несмотря на все его заявления, что это не её проступок и поэтому она не должна ему помогать, и что он и сам справится

Прошло уже достаточное количество времени, три кабинета уже сверкали чистотой. Рен, насмотревшись как ловко Лили управляется со шваброй, стал думать о девушке

- Твоему будущему мужу повезло с такой хозяйкой, - юноша очень смутился, осознав, что произнес это вслух. Хотя фраза была вполне безобидная, но Рену было стыдно за неё, потому что, говоря про её будущего мужа, он как-то бездумно представлял себя в этой роли

- Ты что-то сказал?

- Н-нет, ничего. Это так...

Наконец, уборка была закончена, и они, сдав инвентарь разошлись спать

По пути к себе Лили услышала, как в комнате, находящейся по-соседству с её, разговаривают две девушки, и остановилась.

- Ты видела сегодня драку?

- Да.

- Блин, жалко я была в другом корпусе... Так хотела увидеть и не попала.

- Ты так говоришь, как будто знала, что драка будет.

- Конечно знала. Мы, когда вчера вечером гуляли, видели, что эти... как их там... Лили с Реном сидят, болтают и при этом такие счастли-и-ивые. А Карим был с нами и, как только это увидел, весь такой покраснел от ярости. Ну, думаю, ревнует, значит скоро что-то непременно этому Рену сделает.

- Кариму-то что ревновать? Они с Лили даже не друзья.

- Я же тебе говорила, что он на нее глаз положил, а она с ним на контакт пока не очень идёт. Тут ещё и Рен, уж не знаю кто он там ей, прибыл. Ну Карим и того...

Лили бесшумно прошмыгнула в свою комнату, но долго не могла уснуть. Услышанный разговор заставил её задуматься о многом. Однако, главные её мысли были о том, как не допустить новых столкновений с Каримом, и о том, кто же для неё Рен друг или нечто большее? Увы, точного ответа на последний вопрос она пока дать не могла.

Слежка с последствиями

На следующий день кадетов первого курса построили и объявили им, что сегодня они будут учиться выслеживать людей

- Вам нужно подойти сюда и посмотреть в какой по номеру вы группе находитесь. Эти группы были составлены вчера в случайном порядке, чтобы вы научились работать в команде, даже если вы мало знакомы с товарищами или у вас есть конфликт. Потом, собравшись вместе и взяв конверт с цифрой, соответствующей номеру вашей группы, вы распечатываете его. Там вложены указания откуда начинать задание, за кем следить и что нужно узнать. На этом инструтаж закончен, можете начинать

Через пятнадцать минут все уже распредилились и взяли свои конверты. Рен с Лили были неприятно удивлены, потому что в их команде оказался Карим. Последний тоже не был рад Рену, а на Лили, казалось, смотрел равнодушно. Как бы то ни было, задание есть задание, и они втроём стали изучать инструкции.

"Уважаемые кадеты, легенда такова: "Разведка доложила, что некий контрабандист, брюнет довольно высокого роста и крепкого телосложения, сегодня будет ожидать клиента у магазанчика по адресу ... Этот клиент уже арестован и даёт показания".Ваша задача следить за "контрабандистом", найти его логово, выкрасть оттуда секретные документы (обычный белый лист, на котором нарисована эмблема нашей академии) и принести их сэнсэю. Он задаст вам несколько вопросов, ответы на которые вы сможете дать, если будете внимательны во время выполнения задания. (Примеры вопросов: "Сколько пистолетов лежало на столе в логове преступника?", "Сколько карманов на его куртке?").Если сможете назвать кто именно из агентов академии был замаскированным контрабандистом, получите дополнительные баллы.Удачи!"

Ребята молча пошли по нужному адресу. Там, возле небольшого магазинчика, стоял мужчина, точно такой же, какой был описан на листе с указаниями. Лили, осмотревшись вокруг, предложила вести наблюдение с крыши, и парни без возражений с ней согласились.

Они шли по крышам, внимательно рассматривая псевдоконтрабандиста и дорогу, по которой он перемещался. Вдруг, он резко прешел на бег, и кадеты пустились за ним. Всё-таки не стоит бегать по крышам, если не умеешь. Это Рен понял когда, оступившись, чуть не сорвался вниз. Если бы не быстрая реакция Лили, то лежало бы сейчас его разбитое тело на дороге. Не смотря на это обстоятельство, они не сбавили темп передаижения, хотя Лили и уговаривала это сделать. Рен и Карим (удивительно, но их рассуждения абсолютно совпали) сказали, что это тренировка настоящего задания, а на настоящем задании никто не будет их ждать. Поэтому и ссора произойдёт на бегу.

- Дура, - бросил Карим.

Лили, внимательно следившая за дорогой, чтобы никто не упал, ничего не ответила

Карим на этом не закончил.

— Да кому ты вообще нужна? Только своей матери, которая сдохла, — парень засмеялся.

Лили подняла руку, чтобы дать пощечину и Рен схватил подругу за неё

- Не надо, не сейчас, - прошептал он так, чтобы Карим не слышал. - Потом он обязательно поплатится, обещаю, но сейчас нам нужно выполнить задание

Лили знала, что он прав, но не могла противиться захлестнувшему её негодованию. Потом она заглянула Рену в глаза и успокоилась. Всё её возмущение растворилось в какой-то любви, сочащейся из глаз друга, или больше чем друга... Она почувствовала, что все слова Карима не могут разрушить её счастья, а значит все они вздор, шелуха. Пусть он там говорит себе, что хочет, а она не будет обращать внимания на эту чепуху!

Их бег был прерван странной группой мужчин. Они напали на переодетого агента академии и, судя по тому, что последний вызывал по рации подмогу, это не было частью задания. Рен ненадолго задумался, что было бы, если бы их отряду успели выдать рации до того, как они попали в плен к какой-то банде, то... Но не важно! Главное, что в той ситуации отряд понес не слишком большие потери, а порассуждать можно и потом, когда не будет опасности

Вдруг, ребята увидели, как из тени вышла Мику и стала что-то говорить агенту из академии. Лили и Рен сразу же предложили отступить, потому что враг очень опасен, а они безоружны. Карим, не понимавший что такого ужасного можно ожидать от этой голубоволосой, был расстроен из-за того что попытка обидеть Лили не удалась, поэтому его потянуло на безрассудные подвиги и он сказал:

— Ой, да ладно вам! Если мы справимся с этим, нам зачислят дополнительных баллов! Или слабо? — Карим хитро ухмыльнулся, пытаясь взять друзей на слабо.

Ли стиснула зубы, Карим знал, что она не любит спорить, но и проигрывать она тоже не любила. Рен молча стоял рядом, а их сокомандник толкал какой-то монолог о дополнительных баллах и признании их лучшими во всей академии. Из размышлений о дальнейших действиях Лили вывел звук возведения курка. Она резко дернула Рена за рукав вниз, и друзья успели пригнуться, прежде чем раздался выстрел. Все ещё сидя на корточках, они повернулись к стрелявшему. Рен ужаснулся. Перед ними стояла Цубаке и ещё несколько людей — её подчинённых. Она злобно ухмыльнулась, а затем приказала: «Встать!»

Рен поднялся на ноги и помог Ли. Киллер кинула взгляд на застывшего Карима и произнесла: «Связать их».

Подчинённые кинулись выполнять приказ. Как только они закончили, Цубаке обошла команду кругом, проверяя надёжность веревок, а затем сделала шаг в сторону Рена. Парень напрягся, пытаясь подавить свой страх. Он видел ее в бою, знал какого это. Но сейчас они стояли так близко, что он мог разглядеть каждую ресничку на ее единственном глазе. Они смотрели друг на друга глаза в глаза.

— Вот мы и встретились, Рен, — произнесла Цубаке, — Теперь, это точно твой конец, — тихо рассмеявшись, девушка отошла от Рена и махнула пистолетом, зовя их за собой.

Сладости

Всю дорогу Рен изводил себя мыслями о том, что может произойти, и очень беспокоился за Лили. Хотя девушка и выглядела так, будто готова ко всему, но юноша совсем не хотел, чтобы она подвергалась опасности. Тем более он был взволнован тем, что когда им завязывали глаза, и он бросил встревоженный взгляд на свою подругу, Цубаке заметила это и ухмыльнулась. "Нет, пожалуйста пусть только этой безумной не прийдёт мысль что-нибудь сделать с Лили, чтобы помучать меня," - молил он на ходу

Девушка, которая не знала, но интуитивно чувствовала опасения Рена, пыталась придумать что делать. Хотя она и чувствовала страх, но умела сохранять при этом ясность ума и знала что надо думать как сбежать. Но силы были слишком не равны и хорошего плана никак не получалось

Карим же просто шёл. После того как появление агентов Мику сбило весь его настрой погеройствовать, он просто перестал о чём-либо думать. Он покорился судьбе, думая, что авось повезёт и они спасутся. Привычку так делать сэнсеи пытаются искоренить с его самого первого дня пребывания в академии. Они хотят научить его в опасной ситуации включать голову, а не надеяться на случай. Чтож, со временем у них это получится, а пока что пленникам скомандовали остановиться и развязали глаза.

Их привели в какой-то подвал, где единственным источником света было два окна, которые находились под самым потолком. Цубаке встала у дверного проёма, оперевшись о стену и, улыбаясь, молчала. Один из её подчиненных куда-то унес отобранное у пленных оружие.

Неизвестно сколько прошло времени, но кажется, будто вечность. Кадеты томились ожиданием и неизвестностью, но наконец из полумрака вынырнула Мику. Она точно входила не оттуда, откуда входили пленники, и точно не пряталась где-то в темноте этого не понятно насколько большом подвале. Размер подвала и количество выходов в таком полумраке вообще не возможно было разглядеть. Доктор вошла не одна. За ней следовал мужчина, ведя связанного по рукам сзади агента академии. Того самого агента, который играл роль контрабандиста.

- Чтож, я поняла, что вы не хотите отвечать добровольно и знаю, что бессмысленно вас пытать. Итак, дороги ли вам жизни и здоровье этих молодых невинных людей, между прочим, как вы видете, кадетов вашей академии? - Сказала Мику, указывая на Рена, Лили и Карима

Агент ничего не отвечал, внимательно рассматривая голубоволосую, и пытался понять к чему она клонит. Хотя это и было ясно ему как день, но он отказывался думать, что эта женщина может всерьёз начать пытать этих молодых людей, недавно только вышедших из детского возраста. Конечно, они давно уже были подростками, но агент приравнивал всех несовершеннолетних к разряду детей.

Мику кинула значительный взгляд на Цубаке и та, подойдя к пленникам и оглядев их, схватила Лили за волосы и подняла её лицо к потолку и стала внимательно в него всматриваться. Рен не утерпел первый и кинулся хоть как нибудь защищать подругу, Карим за ним. Цубаке, довольно ухмыльнувшись, резко отбросила Лили в сторону и очуталась сбоку от Рена, подставив ему подножку. Он упал, со всего маху врезавшись в пол. Карим успел остановиться до того как упасть

- Ну, вы скажете, как академия сотрудничает с полицией и куда отправляет кадетов или мне разрешить Цубаке продолжить свои шалости?

"Ничего себе шалости! Да он мог шею сломать при немного другом угле падения!" - подумал агент. Ему нужно слелать сложный выбор: смотреть, как эти изверги замучат на его глазах трёх невинных молодых людей или раскыв информацию, страдать от того, что они мучают других кадетов. Ведь, если Мику узнает на какие именно задания и когда посылают кадетов, она просто может ловить их десятками

Цубаке, видя, что начальница теряет терпение и сейчас заставит её что-нибудь сделать чтобы поторопить агента с решением, спросила, указывая на Лили:

- У неё красивые глаза. Можно мне взять один?

- Конечно можно, - Доктор немного повернула голову в сторону подчиненную, слегка улыбнувшись

Рен, который уже успел принять сидячее положение, резко рванулся и встал заслоняя подругу. Та в страхе дрожала, а Карим тоже решивший защищать её, подошёл ближе. Агент не выдержал

- Ладно! Спрашивайте что вам нужно, я все скажу

- Прекрасно, - Мику посмотрела на Цубаке слегка виновато, и та замерла на масте, держа в руке нож, который уже успела достать, - Итак, первый вопрос. Когда будет бижайшее задание, на которое отправят кадетов?

Агент не успел ничего ответить, потому что... Отовсюду раздался грохот, и повыскакивали люди в форме.

— Руки за голову, Мику! Бросай оружие Цуба... — мужчина не успевает договорить, как девушка стреляет на поражение.

Мику достает пистолет, и начинается стрельба. Рен спиной толкнул Ли, заставив её упасть, а сам приземлися на нее сверху. Рядом упал Карим. Аккуратно перекатившись на пол, Солнце скомандовал:

— Лежите!

Послышалось шипение, и всё заволок дым, заставив присутствующих закашляться.

— Дымовая шашка! Не стрелять!

Все сразу стихло. И в этой тишине что-то звякнуло, а потом раздался оглушительный взрыв, удивительно как дом не затрясло. Друзей осыпало землёй и осколками гранаты.

— Живот! Живот! — закричала Лили.

Больше никто не стрелял, и Рен сел, осматривая подругу. По ее животу медленно расползалось темное пятно крови. Сердце подскочило как ненормальное. Единственный пришедший в голову вариант — звать на помощь. И Рен закричал.

— На помощь! Помогите! Сюда!

Карим сидел не в силах поверить в происходящее. Из неполностью рассеявшегося дыма вынырнул агент. Он быстро разрезал веревки, затем подхватил Лили и понес к выходу. Мальчишки проводили их до машины скорой помощи. Рен взглянул на Ли ,и та улыбнулась ему перед тем, как двери захлопнулись.

***

Несколько часов Рена и Карима допрашивали. Сначала руководство, потом однокурсники, затем пришел Кайто. Но наконец-то ему удалось вырваться из этого круговорота, в котором он рассказывал одну и ту же историю множество раз. Схватив несколько иен, Рен побежал в ближайший ларек со сладостями. Купив на все деньги конфет, он рванул к Лили.

Та дремала, отходя от операции. Рен тихо вошёл и опустился на стул, ставя пакет со сладостями на прикроватную тумбочку. Лили медленно разомкнула веки, и ее лицо озарила улыбка.

— Рен, — она потянула руки к парню.

Тот помог ей сесть и обнял, крепко прижав к себе.

— Что это было? — спросил Рен, когда он нашел в себе силы разорвать объятия.

— Осколок гранаты, не понимаю как вы уцелели, — оба понимали, что под словом «вы» она подразумевала Карима. Оба парня жалели, что попало в Ли, а не в него.

— Цубаке больная на голову, швырнуть гранату в закрытом помещении!

Наступила неловкая пауза, и что бы замять ее, Рен протянул подруге пакет со сладостями.

— Это тебе.

— Спасибо, — Лили потянулась к нему и ещё раз обняла, — Спасибо, что не растерялся, — прошептала она ему на ухо.

Рен залился краской. По громкоговорителям раздался голос, оповещающий кадетов о отбое.

— Тебе пора, приходи ещё, — Лили махнула ему рукой на прощание.

Рен заснул с фантомными объятиями Ли.

Паук

Рен и Карим, уже тысячу раз попросивший прощения за обидные слова, которые он сказал перед тем, как их поймали, в любую свободную минуту мчались в больницу к Лили, приносили ей всяких вкусностей и новости. Хоть парни и были недовольны обществом друг друга, когда пересекались в больнице, а пересекались они там часто, потому что из академии их выпускали почти в одно и тоже время, но они против воли сблизились. Это выражалось в том, что оба думали: "Если он сможет позаботиться о Ли, пока меня не будет рядом, то пусть ходит к ней." Так Карим стал терпеливее к "выскочке Рену", а Рен - к "хаму Кариму".

Спустя пару недель, когда Лили уже выписали и она стала посещать занятия их отправили на задание по ориентированию на местности в город. На самом деле девушка могла бы ещё побыть в больнице, но она покинула её при первой же возможности, потому что считала что не следует пропускать учёбу, если хочешь стать хорошим полицейским. На задании им нужно было, постепенно двигаясь по подсказкам, найти определенное здание. Наша троица очень внимательно осматривалась вокруг, потому что, судя по последней полученной подсказке они уже подзодили к месту, где должны были получить следующую. Было очень тихо и Карим заметил на стене здания механического паука, который чуть поцокивая лапками заползал на крышу, чтобы скрыться, но был сбит вниз ближайшим к Кариму камнем, валявшемся на дороге. Юноша сбил его так как решил, что это часть их задания, ведь такие высотехнологичные механизмы не могут просто так перемещаться по городу. Рин и Лили подошли ближе и стали вместе со своим другом разглядывать паука.

Он был сделан из металла, но на самых кончиках лап имелись мягкие вставки из резины, которые всё равно не могли заглушить цоканья при передвижении, но как предположила Лили, предназначенные для того, чтобы он издавал как можно меньше звуков при передвижении. На сгибах каждой из конечностей можно было рассмотреть маленькие поршни и моторчики, которые двигались, изменяя положение частей ноги. Вместо глаз у паука было всего две камеры, по-научному называющиеся визеры. Брюшко его представляло собой катушку очень прочной на вид веревки с небольшим крюком на конце.

Подобные роботы не могли быть даже придуманы, а не то собраны в тридцатых годах двадцатого века, которые знаем мы, но сущесвуют в мире где происходят события. Это из-за того, что технологии этого мира развивались гораздо быстрее, чем в нашем. Поэтому, несмотря на то, что наши герои живут в начале двадцатого века, такие слова, как "компьютер" и "робот" им знакомы, отя роботов ещё только начали изобретать и проектировать

Кадеты никак не обездвижили паука, чтобы веревки, которыми они могли его связать, или какой-нибудь камень, которым они могли его придавить, не мешали рассмотрению его устройства. Из-за этого робот не имел никаких препятствий для передвижения, и, изучив окружающую обстановку и стоящих перед ним людей он бросился вперёд. Из своеобразной головы выдвинулись острые пластинки, так что теперь пауку было бы неудобно на них ходить, но удобно атаковать врага. Вся троица резко отпрыгнула назад, но Карим, которого как раз избрал своей жертвой робот, почувствовал, что его нога всё-таки оцарапана. Тут Рен наконец-то заметил, что снизу на головогруди паука нарисована красная камелия - символ организации, в которой состоит Мику, (рисунок был довольно свежим, краска ещё не потёрлась). Лили же увидела, что к ним бежит группа их сокурсников.

Девушка закричила им: "Стойте!". Она не понимала, насколько опасен этот паук, и будет ли привлечение к битве других кадетов помощью или только повлечёт больше жертв, поэтому решила пока остановить товарищей. Вскоре стало ясно, что робота, несмотря на его относительно большой размер (около полуметра в высоту), почти невозможно победить. Он двигался очень быстро, так, что никто не успевал понять, куда он сейчас переместился, как он уже менял положение. Острые пластинки постоянного оставляли порез на ком-нибудь, а кадеты даже не могли атаковать в ответ, потому что не успевали. С пауком уже дрались четыре человека: Рен, Карим и двое из недавно подошедших. Одна девушка побежала звать на помощь, а другая вместе с Лили пыталась придумать что делать, не приближаяся к зоне сражения, потому что им запретили юноши.

***

- Чёрт, сигнал постоянно прерывается и похоже у него скоро заряд кончится! Почему я избретала разведывательного робота, который в крайнем случае вступит в бой, чтобы пробить себе дорогу и отступить, а получила робота, который дерётся, наплевав на отступление!?

- Доктор Мику, мне кажется, это прекрасное изобретение. Учитывая, что этот паук так хорошо атакует, думаю, можно сделать его боевым, а не разведывательным

- Тьфу, что же все вы лаборанты такие тупые! У него изначально навыки боя сделаны не такого типа! Да, он быстро и хорошо атакует, но это затрчивает столько энергии, что надолго его не хватит, и поэтому противнуку надо всего лишь дождаться пока у него заряд кончится. Только не смей мне тут сейчас возражать, что четыре кадета не могут его победить! Это из-за того, что они, во-первых, в шоке, а, во-вторых, нападают толпой, которая не может скоординировать свои действия

***

Выставив вперёд катаны, парни пытаются обороняться и при этом победить паука. Тот прыгает, царапая им ноги и живот. Юноши крутятся, пытаясь уловить и предугадать его движения. Сердце выпрыгивает из груди каждый раз, когда паук пропадает из вида. Так некстати поднявшийся ветер норовил застелить Рену глаза его же волосами. Он мотнул головой, выплюнув волосы и огляделся — паука нет словно и не было. «Вот он!» — закричали девушки, указывая на робота, зацепившегося за стену над из головами, и в паука полетел град из камней разного размера и прочего мусора.

По телу робота прошла волна из электричества, его немного затрясло. Но он снова, направив на кадетов свои визеры, кинулся в атаку. «Ложись!» — скомандовал Карим. Юноши пригнулись, и паук, просвистев над их головами, шлепнулся на спину, быстро перекатившись, он поднялся и направился к девушкам, все также неприятно цокая лапами. «Ли!» — в один голос заорали Рен и Карим. Девушки выхватили катаны и, направив на паука, стали отступать спиной, чтобы быть готовыми к удару. В паука снова полетел град из камней, но тот прижался к земле готовясь к броску. Рен рванул вперёд. Но вдруг вызеры паука погасли, а лапки разъехались в стороны, скрежеща по асфальту. В переулок вбежала группа людей из агентов. Увидев паука, командир отряда быстро распорядился на счёт него и приказал:

— Кадеты, в шеренгу по росту становись!

Кадеты быстро построились. Из четырех мальчишек Рен стоял третьим. Ниже него был только парень, которого он не знал. Командир начал говорить.

— Вы все хорошо себя показали. Достойно сражались, — он слегка кивнул парням, — Не струсили, хотя противник был силен, — командир одарил двоих девушек лёгкой улыбкой, — Но вам также привести подмогу было верным решением, — он кивнул последней девочке в строю. Сейчас продолжайте выполнять задания. Свободны.

Кадеты поклонились. Когда все разошлись, Лили спросила:

— Как думаете, почему он перестал атаковать?

— Может, мы его камнями закидали? — предположил Карим.

— А может просто аккумулятор разрядился, — отозвался Рен. — Ладно, пойдёмте, но всё-таки, начислят нам дополнительных баллов, или нет?

— Тебя, выскочка, это только и волнует? — поддразнил его Карим.

— А... — Рен только открыл рот.

— Заткнулись оба, ещё нам драки не хватало, — отрезала Лили и ускорила шаг.

Парни удивлённо проводили её взглядом. Именно в такие моменты разгорающейся ссоры, у Лили проявлялось такое качество как жесткость. Но она никогда так не выражалась.

— Видимо, мы ее довели, — тихо произнес Карим и, желая перевести диалог в более благоприятное русло, догнав Ли, задал ей вопрос. — Скажи, ты не боишься, что кто-нибудь узнает, что ты рисуешь на полях?

— Ой, ладно тебе, я в тетрадях для проверки не рисую, — отмахнулась девушка.

Рен посерьёзнел, он конечно не мог запретить им общаться, но в груди поднималось какое-то клокочущее чувство. Ревность? Возможно.

Пауки, пленники и роботы

В этот день кадеты вышли помогать патрулировать улицы Токио. Это было одно из самых любимых заданий почти всех старшекурсников академии. Младших не отправляли на патруль из-за того, что есть риск попасть в опасную для жизни ситуацию, в которой больше шансов выбраться у тех, кто старше и опытнее, поэтому младшие не знали всей прелести патрулирования. Так в чём же она состоит? В том, что серьёзные битвы всё же случались редко, и получалось, что всем ставили хорошие оценки за за то, что они просто прошли по городу

Карим патрулировал отдельно от Лили и Рена, потому что общество последнего ему надоело настолько, что он даже отказался от возможности побыть рядом с Ли и помешать этим её сближению с Реном. Карим шёл, достаточно внимательно осматриваясь вокруг и вдруг увидел робота. Это была змея, тело которой состояло из металлических пластин, соединённых резиновыми вставками. На лбу, над глазами-визерами, была нарисована красная камелия.

"Опять?! Ну почему же изобретения этой полоумной учёной Мику обязательно должны встречаться именно мне?" - подумал Карим, вынимая катану, а змея начала ползти в его сторону. Оступая назад, юноша вызвал подмогу по рации, выданной кадетам на время патруля. При отступлении он во все глаза рассматривал змею, понимая, что роботов может быть несколько и, пока он следит за одним, другой может напасть сзади, но парень боялся, что, если второго робота нет, то, оглядываясь назад, он зря потратит время, и у него будет меньше шансов на победу. Из пасти резко стрельнула длинная тонкая веревка. Она обвила ногу Карима, и змея резко дернула её на себя. При падении юноша успел закрыть руками затылок, и поэтому не сильно его ударил. Потом он сноаа взял отброшенную катану, хоть это и было сложно, ведь змея неумолимо быстро прололжала притягивать его к себе.

Карим уже нацелился в место соединерия головы и туловища робота, собираясь, вскочив, вонзить туда своё оружие как только змея подтяняет его ближе. Однако, верёвка на ноге вдруг перестала его тянуть, ослабла, а потом и вовсе полностью смоталась обратно куда-то внутрь змеи. Парень сел, подозрительно оглядывая отползающего противника. Тот делал вид, что отступает, но Карим понял, что это всего лишь хитрость. "Значит ты надеешься, что я встану, а потом ты меня снова уронишь, и я всё-таки ударюсь головой? Ну-ну, не на того напала!" - думал юноша, прицеливаясь. Он оперся левой рукой на дорогу и сделал вид, что начал вставать, но на самом деле просто принял удобное для броска положение и метнул катану. Змея, пригвождённая оружием, начала метаться и вскоре голова и половина туловища оторвались от другой половины, потому что катана врезалась в робота на месте резиновой вставки, а он своими движениями отрезал остатки резины об катану. Карим бросился догонять уползающую голову змеи, но спотнулся, и поэтому ему в качестве трофея остался только хвост, а не весь робот.

Наконец-то пришла уже не нужная подмога, которая отправила Карима в больницу, сказав, что возвращаться патрулировать ему не надо. Но, побывав у доктора, юноша в этот вечер вместо отдыха отправился на ещё одно задание, потому что Рен и Лили нашли кое-что очень интересное...

***

В то время как Карим наткнулся на змею, Рен и Лили шли по улице, которая была подозрительно безлюдна. Да, это один из не очень оживлённых районов города, но хоть один человек то должен был попасться на дороге или хотя бы выглянуть в окно.

Друзья уже постучали в несколько дверей, им не просто никто не отозвался, а они даже не услышали приглушённых шагов по ту сторону, как ни прислушивались. Возможно в домах никого нет, и тогда возникает вопрос о том, куда подевались все люди, либо никто не хочет выдать им своё присутствие, и тогда возникает вопрос: «Почему?». Рен и Ли шли практически бесшумно, стараясь уловить хоть какой-нибудь звук, но безрезультатно. Возле какого-то заброшенного дома в конце улицы они наконец-то увидели, как в дверном проёме быстро промелькнул силуэт. Всё ещё стараясь не шуметь, кадеты бросились за ним, но пред тем как зайти обошли дом вокруг, чтобы знать есть ли там ещё выходы из дома или не прячется ли там кто-нибудь. На всякий случай вызвав по рации помощь и войдя внутрь здания, они остановились и прижались к стене, чтобы быть незаметнее, ведь всё-таки неизвестно ходят тут бандиты или наоборот мирные граждане.

В соседней комнате слышался разговор, причём, судя по голосам, говорили два ребёнка. Здесь было темно, но фонариков они с собой не взяли и пришлось довольствоваться своими глазами. Лен налёг на дверь, но та не поддавалась. Он пнул ногой возле замка, затем ещё и ещё. Дверь поддалась, замок слетел. Комната была тускло освещена. На полу сидели дети, их больше десятка.

— За нами пришли, — ахнула девочка сжимаясь и закрывая голову руками.

— Я вас в обиду не дам! — закричал мальчик бросаясь на Рена, но тот перехватил его руку и спокойно спросил.

— Кто вы и что здесь происходит?

Внимательно окинув взглядом форму, мальчик спросил:

— Вы полицейские?

—Мы кадеты, — из мрака появилась Лили, стряхивая с белого рукава реновой куртки грязь.

— Вы пришли, что бы спасти нас? — у детей загорелись глаза.

— Мы просто город патрулировали, — пробормотала Лили чуть нахмурив брови, и добавила громче, — Можно и так сказать, — она мягко улыбнулась и юноша в очередной раз восхитился ее улыбкой.

— Скажите, а почему этот район очень тихий? Никого нет, — спросил Рен.

— Здесь якудза, — прошептала девочка, её глаза расширились от ужаса.

Парень открыл рот, но напарник дернула его за рукав привлекая внимание. Они услышали стук каблуков по коридору. Кадеты переглянулись, кивнули друг другу и сделав шаг по диагонали прижались к стене по обеим сторонам от входа. Оба вынули катаны. Рен замахал рукой и одними губами произнес, обращаясь к детям: «Отойдите». Дважды повторять не требовалось. Шаги все приближались. Нервы раскалилась до бела. В комнату вбежал человек с пистолетом на перевес.

— Что...

Катаны вонзаются ему в спину. Мафиози падает солдатиком, так ничего не успев осознать. Снова шаги. «Неужели ещё один?» — мелькает в голове Рена. На его удивление вбегает Карим.

— Вот вы где! Я вас обыскался! — Карим возмущённо зыркает на друзей.

— Извини уж, — Лили разводит руками.

— А по рации связаться? — предъявил обвинения парень.

Лили опустила руку на пояс и побледнела.

— Неужели посеяла? — язвительно дёрнув уголком рта в полуулыбке, произнес Карим.

Рен зыркнул на него. Карим ответил тем же. Они были готовы испепелить друг друга взглядами.

— Хватит, — голос Лили подействовал как ведро холодной воды.

Она повернулась к детям и махнула рукой, снова улыбнувшись.

— Пойдёмте, мы знаем того, кто вам поможет, — вся компания вышла из здания.

***

Несмотря на то, что в академии давно уже был отбой и все легли спать, Карим, Лили и Рен были не в своих комнатах, а в лаборатории главного отделения полиции Токио. Они, узнав что готовы результаты исследования робопаука и змеиного хвоста, напросились пойти вместе с директором академии, приводя в качестве главного аргуметна взять их с собой тот факт, что именно они этих роботов и нашли. В лаборатории им позволили только послушать про изученное строение паука, а потом выгнали. Поэтому ребята, перемещаясь в академию, не знали о чём говорили собравшиеся в главном штабе начальники различных правительственных структур. По их встревоженным лица ясно было одно - никто не знает, ни что ещё выкинет доктор Мику, ни как бороться с её новыми изобретениями...

Приятные известия

Рен сидел и, скучая, считал минуты до того, как пожилая женщина сенсей наконец закончит свою лекцию по всемирной истории. Конечно, информация важная, но юноша совершено не понимал, что говорят, потому что не выспался и уже устал пока шли предыдущие уроки. Он поглядывал то на Лили, которая увлечённо слушала, не обращая внимания ни на что вокруг, то на Карима, который тоже скучал. Вдруг в дверь постучали и позвали сенсэя выйти на минуту. Она вышла немного недольная тем, что её урок прерывают, и почти сразу же вернулась, сказав, чтобы Рен, Лили и Карим задержались после урока. Всем кадетам хотелось узнать почему, что, как и зачем, но лекция о всемирной истории продолжилась продолжилась. После урока всех любопытных выгнали из класса, в котором осталась только наша троица и капитан Кайто.

- Я очень спешу, потому что потерял время пока ждал вас...

- Можно было нас забрать с урока, - перебил капитана Карим

- Нет. Обучение важно, нельзя его прерывать сейчас, а то итак в следующие недели... Я хотел сказать, что вы трое отправляетесь со мной в Германию. Вылет завтра. За аттестацию в академии не беспокойтесь, что-то вам и так зачтут, что-то потом сдадите. Ну, до встречи. Завтра утром я прийду за вами.

Капитан ушёл, оставив Рена, Лили Карима одних в классе. Карим с хмурым видом задал вопрос, вроде ни к кому не обращаясь, но глядя на Рена:

- Вот почему одним надо долго и усердно пахать, а другим всё достаётся даром?

- Да чтоб вас... Карим, ну что ты опять начинаешь?! — воскликнула Лили, пытаясь остановить разгорающуюся ссору.

- Нет, Ли. В этот раз я всё выскажу, в этот раз ты меня не остановишь! Он пришёл в академию на последний курс и учится себе как будто других курсов вообще не существует! - юноша повернулся к Рену, - Ты знаешь, сколько ночей я не спал, сколько нервов потратил, сколько сил приложил?! А ты даже экстерном* не сдаёшь ничего!

Рен зарычал приподнимая губу в угрожающем оскале. Он шагнул к Кариму хватая его за грудки. Карим был выше, но не намного. Они стояли смотря глаза в глаза.

— Мальчики! — в отчаянии воскликнула Лили.

— Мы сами, Ли. — отрезал Карим.

— Слушай сюда, хам. Я пришёл немного отучиться и аттестат мне не дадут! — Рен переходил на крик. — Понял?! Отвали уже, достал! Как тебя вообще капитан с собой в поездку берёт! Ты этого не заслуживаешь!

— Ах я не заслуживаю? — Карим вцепился в воротник Рена.

— С твоим-то поведением... А мы с Кайто знакомы и работали вместе!

— Парни! — рявкнула Лили и мальчишки испуганно сжались, отцепившись друг от друга. — Если вы хотите и дальше выяснять отношения — оставайтесь! А я поспешу на немецкий язык, — и растолкнув мальчишек в разные стороны она направилась к двери.

— Лили, стой!

— Меня подожди!

Они кинулись следом за подругой.

*Экстернат — это форма аттестации на семейном образовании и самообразовании, при которой ученик самостоятельно осваивает программу и экстерном сдаёт промежуточные и итоговые аттестации

Берлин

Когда Рен увидел с высоты полёта самолёта Японию, то думал, что нет страны более прекрасной, когда он увител Токио, то думал, что это лучший город в мире. Оказалось, что Германия и её столица вполне могут составить конкуренцию японским красотам. Но Рен всё-таки патриот, и поэтому своя страна для него была, есть и будет лучше, несмотря на всё великолепие немецких городов. Лили и Карим, которые уже несколько лет были столичными жителями и, в отличие от своего товарища, успели слегка привыкнуть к чудесным видам, были поражены не меньше его. Всё было просто великолепно, шикарно, неописуемо! Хотя конечно не бывает ничего идеального, и в Германии кроме великолепия должны быть и проблемы, но наша троица пока что была очень удивлена и ей некогда было думать о каких-то проблемах.

- Поторапливаемся, машина нас уже ждёт, - сказал Кайто, одновременно с этим поглядывая на часы, - Та-а-к, нужно перевести стрелки на местное время. Если мы летели 6 часов и разница между Берлином и Токио 7 часов, получается сейчас 15:00...

- Можно было и не считать, а спросить у водителя, который нас встречает, - тихо, чтобы не обидеть капитана, шепнул друзьям Карим

Рену казалось, что юноша стал относиться к нему лучше после той ссоры и извинений, но, возможно, это ему только казалось

Они летели на военном самолете и естественно он сел не на обычном аэродроме, поэтому все люди, ходившие вокруг, были в военной форме. Компания из Японии наконец села в автомобиль и их повезли к зданию Рейхстага. По дороге Кайто изредка перебрасывался парой немецких слов с водителем, пока Рен, Лили и Карим жадно прильнули к стёклам, пристально рассматривая всё вокруг.

За окнами машины был виден ярко сверкающий на солнце снег. Он ослеплял, не давая хорошо рассмотреть пролетающие мимо дома, магазины, идущих по улице прохожих. Вскоре ребята с капитаном расположились в отведённых для них комнатах и легли спать, потому что были утомлены долгим перелётом, а также привыкали к другому часовому поясу.

Они проспали до утра следующего дня. Часов в шесть-семь их разбудил служащий, с сильным акцентом говоривший по-японски. Он принёс им завтрак и объявил, что собрание, на которое должен пойти Кайто, будет в десять часов в главном конференц-зале, что машина, которая повезёт Рена, Лили и Карима в академию ВВС Германии, прибудет через полтора часа, и что он будет их эксурсоводом и покажет несколько достопримечательностей. Переодевшись, умывшись и позавтракав, компания отправилась осматривать эти самые достопримечательности, и, спустя очень большое количество времени вернувшись в Рейстаг, напилась горячего чая, чтоб согреться. Потом служащих сообщил, что транспорт из академии уже прибыл

- Ли, ты же понимаешь, что вещать прийдётся тебе? - спросил Карим, едва машина начала движение, - Я могу понять что мне говорят, а сам кроме простых фраз и ничего сказать не смогу, так чтобы всё правильно было. Про этого и говорить нечего. Без обид. Так что ты наша единственная надежда.

Рен был удивлён. "Может быть, Карим констатировал тот факт, что я почти не знаю немецкий в слегка грубоватой форме, но это прибавление "без обид"... Это как-то на него не похоже" - думал юноша

- Да я понимаю, что кроме меня говорить некому, но у меня совсем нет идей насчет предстоящей речи

- С этим мы тебе прямо сейчас поможем. Сейчас всё придумаем, переведём...

- Преведём - это значит, что я буду переводить, ты поддакивать, а Рен ничего не понимать? - Девушка беззлобно рассмеялась

- Ну примерно так.

Потом они занялись составлнием речи, иногда прерываясь на рассматривание красивых видов за окном. Больше всех придумывал Рен, желая быть хоть в чём-то полезным. Подумали о том, какие вопросы могут им задать, набросали на них примерные ответы, которые, если сможет, должен был сказать Карим.

Когда их привезли к крыльцу акдемии, они увидели что их уже встречают. Оказалось, что это директор. Он поприветствовал их по-японски, потом провёл в хорошо освещённый кабинет и представил сидящим там юношам и девушкам как "дорогих гостей из Японии" и попросил рассказать о своей стране и академии. Как и договорились, рассказывала Лили. Рен мог улавливать лишь отдельные слова и обрывки фраз. В отличие от своих друзей он не так хорошо знал немецкий. Место, где они расположились, напоминало зал для конференций. Ряды стульев, правда без столов. А сами они находились на невысокой сцене. Рен и Карим сидели, а Лили стояла, так как считала, что, когда она будет говорить, уместнее стоять.

С левого края взметнулась рука. Лили вытянула руку и коротко кивнула кадету, разрешая задать вопрос.

— Können Sie mir etwas zeigen?

— Что он сказал? — спросил Рен.

— Он просит показать что-нибудь, — ответила Лили, — Давайте вы покажете рукопашный.

Парни переглянулись и кивнули, выражая согласие. Среди кадетов пробежал и тут же умолк под взглядами учителей шепот. Лили отошла, давая друзьям больше места. Парни разошлись на полтора метра друг от друга.

— Страшно? — шепнул Карим, в его глазах зажёгся азарт схватки.

— Нисколько, — соврал Рен, хотя сердце было готово разорвать грудь от страха и смущения.

Друзья кланяются, готовые к схватке. Рен глубоко дышит, пытаясь успокоить дыхание, которое в схватке точно не сыграет ему на руку. Резкий вдох, выдох. Шаг вперёд, и Рен старается ударить в лицо. Руку отбивают. Новый удар и снова блок. Карим бьёт в челюсть. Рен качнулся, но не упал. Удар в живот оппоненту, затем в грудь. Стоило Кариму согнуться от удара, как кулак летит в челюсть. Он замычал, видимо Рен разбил ему щеку. Кадеты сражаются, не хватая за волосы или одежду. Это бой, честный бой. Рен пропускает удар в шею, на несколько секунд теряя ориентацию в пространстве. Противник оказывается у него за спиной. Толчок в спину, подбивка коленей. Рен падает, а Карим зажимает учебным захватом за шею.

— Хватит, — командует Лили.

Рен падает на колени, опираясь руками о сцену. Бой недолгий, но изматывающий. Он не зол, просто просечка, которую можно исправить. Кадеты восторженно аплодируют. Парень поворачивает голову улыбаясь Кариму, а тот улыбается ему в ответ. Учитель, посмотрев на часы, скомандовал:

— На сегодня это все. Идите на занятия.

私はあなたが好きです

Пока капитан Кайто почти всё время проводил в Рейхстаге, Рен, Лили и Карим жили в общежитии академии ВВС, посещали занятия в качестве вольных слушателей и были окруженны толпой немецких кадетов. Они воспринимали гостей из Японии как диковинку и постоянно то просили их рассказать что-нибудь, восхищаясь услушанным, то сами рассказывали о своей стране и показывали достопримечательности, явно испытывая при этом чувство гордости. Рен почти ничего не понимал ни на уроках, ни в рассказах кадетов. Карим понимал практически всё, но редко говорил сам. Лили внимательно выслушивала что сообщали ей и много говорила в ответ, поэтому все стремились поообщаться в основном с ней. Во время занятий, если они не были связанны с какой-то физической активностью, Лили слушала с интересом, Карим - с уважением, хотя если бы у него был выбор, то он бы не сидел здесь, потому что не хотел воспринимать учебную информацию, даже на другом языке и в необычных для себя условияй. Рен же просто сидел с умным видом и старался хоть что-нибудь понять.

Однажды, когда после уроков немецкие юноши и девушки вновь окружили нашу троицу, один юноша протолкатся вперёд и сказал, обращаясь только к Ли:

- Эм... Коничива, - он был, кажется, смущен и боялся, что неправильно произнес слово

- И тебе привет, - Лили решила отвечать по-немецки, чтоб точно знать, что собеседник поймёт её, ведь она не знала его уровень владения японским, а перескакивать во время ответов с одного языка на другой ей не хотелось

- Ганс десу. Ваташи ва...

- Аната... - подсказала ему какая-то девушка, которая, как заметил Рен, с участливой улыбкой следила за подошедшим юношей с самого начала его речи.

- Аната га суки десу

Лили не знала, что ответить, потому что почти незнакомые люди никогда не говорили ей: " Ты мне нравишься". Ещё нужно учитывать, что это другая страна, другая культура.

Но девушка не успела ничего предпринять, так как Рен аккуратно отпихнул её в сторону и махнул Гансу рукой, этим жестом приглашая его отойти куда-нибудь за угол. Сперва Лили хотела спросить, куда это Рен намылился да ещё и с этим кадетом, но по его виду и так было понятно, что Гансу не поздоровится.

- Сейчас подерутся, - шепнул ей на ухо Карим, своим выводом подтверждая её опасения.

- Останови же его, нам не нужны международные проблемы, - скороговоркой прошептала в ответ Ли и с таким видом, будто ничего необычного не происходит, она продолжила разговаривать с кадетами.

На вопросы о том, куда пошли Рен с Гансом, и почему Карим побежал за ними, девушка лишь недоумённо пожимала плечами и осторожно пресекала все попытки уйти посмотреть, что они там делают

Тем временем Рен, угрожающе смотря на Ганса, что-то говорил ему на японском. Парень, выучивший на этом языке всего пару фраз, из всей этой речи понял только "моя Лили", но после этого он осознал почему Рен так раздражён и зачем они стоят здесь. Ганс был в сметении, потому что в нём боролись желание не вступать в конфликт, говорившее, что драка с иностранцем до добра не доведёт, и задетая гордость, говорившая, что нет ничего такого в том, что он сказал, тем более что он не мог ничего знать о том, какие чувства испытывают другие к этой девушке.

Рен схватил Ганса за ворот. Угрожающе приблизился к его лицу и зашипел. Парень, желая отцепить его, вцепился ему в руку, скаля зубы. Рен резко дёргает оппонента в сторону, намереваясь свалить его с ног, но противник крепко стоит. Отпустив руку парня, Ганс ударяет ему кулаком в челюсть наотмашь. Вернув голове привычное положение, Рен бьёт в глаз. Подбив коленку скорчившемуся от боли Гансу, он хватает его за грудки и резким ударом впечатывает спиной в стену.

- Рен! - Карим схватил товарища за плечи сзади и оттащил его на пару метров от Ганса

Он появился как раз вовремя, а то бы ещё чуть-чуть и драка бы разгорелась нешуточная, а так отделались парой фингалов, но не тут то было... Вдруг вся компния парней услышала возмущённый мужской крик одного из профессоров академии. Он подошёл уже достаточно близко, и, судя по всему, пока шёл видел всю сцену драки. Он начал что-то возмущённо говорить, но Рен, почти не знавший немецкого, понял только, что он влип.

Гансу профессор велел сечас же идти к директору, который ещё не успел уйти домой и был на рабочем месте, а Рену сказал, чтобы он ждал, потому что с ним пусть разбирается его руководитель, я мол ему позвоню, а дальше вмешиваться не собираюсь. Карим перевёл всё это Рену и сказал, когда профессор ушёл, ведя Ганса в кабинет директора:

- Слушай, если бы я Лили что-нибудь в том же духе как этот немец, то ты бы на меня тоже накинулся?

Рен отвернулся и ничего не ответил

- М-да... Чтож теперь будет, - пробормотал Карим себе под нос

Потом они разошлись. Карим пошёл к Лили для того, чтобы сообщить ей, что случилось, а Рен - ко входу в академию, чтобы ждать капитана там.

***

Ожидание в совокупности с чуством вины было мучительно. Кажется, что прошла целая вечность, но наконец-то подъехала машина и из неё вылез Кайто. Увидев Рена, он подошёл к нему и спросил:

- Что там у вас стряслось? Какая драка?

- Ну... Я там это... - Рен, видя беспокойное лицо капитана, стал сильнее чувствовать вину и стыд

- Расскажи всё как было

Рен стал рассказывать, хоть это и давалось ему с трудом. Будь он девушкой, он бы разрыдался, но он лишь всё больше мрачнел с каждым словом.

- Да уж, не ожидал я от тебя такого, - вздохнул Кайто, когда Рен закончил, - Пойдём извиняться.

"Дурак! Дурак! Идиот!" - мысленно ругал себя юноша по дороге. Ему было невыносимо было думать о том, что он разочаровал капитана, который так в него верил, о том, что из-за него этого постоянно занятого важными делами человека вызывают приехать на другой конец города, о том, что этот человек теперь из-за него вынужден извиняться и решать возникшую проблему. Рену лучше было бы, если на него накричали, заставили его самостоятельно разбираться со всеми последствиями своих дейсвий, выгнали из этой академии ВВС Германии. Конечно, потом его всё равно, наверное, накажут, но какая разница что будет потом, важно что происходит сейчас!

Когда Кайто вошёл в кабинет директора, сказав Рену немного подождать снаружи, парень стоял и легонько бился лбом о стену, продолжая гонять мысли в голове. Но, едва дверь кабинета начала открываться, он прекратил своё занятие. Капитан пригласил его зайти внутрь, профессора, заметившего драку там уже не было. Им с Гансом сказали извиниться друг перед другом, а потом их выгнали из кабинета. Выйдя, Рен снова извинился и спросил у Ганса, чем он может загладить свою вину, на что тот просто махнул рукой, сказав: "Забыли".

Ганс ушёл, а Рен остался ждать, когда выйдет Кайто, чтобы извиниться перед ним, спросить его, что он думает об этой ситуации, и проводить до выхода.

— Рен, а ты помнишь, что сегодня уже двадцать пятое декабря? — спросил Кайто как бы между прочим.

— Уже?!

— Да, советую готовить подарки.

— А...

— Я дам тебе денег, не волнуйся, — Кайто потрепал его по голове и сел в машину.

***

Вечером, за пару часов до отбоя, сидя на кровати в своей комнате, Рен вновь думал о сегодняшней драке, о Кайто, о словах Карима. Тут в дверь постучали, и Рен, сразу понявший, что это Лили, но не хотевший попадаться ей на глаза, молниеносно открыл шкаф и залез внутрь. Ли вошла в комнату со словами:

- Рен, ты думаешь, что я не слышу, как ты прячешься? Вылезай.

Юноше ничего не оставалось делать, кроме как подчиниться

- Прости, прости, прости! — залепетал Рен, падая перед подругой на колени. — Я знаю, что повёл себя как идиот. Я не должен ради каких-то личных обид портить отношения с кадетами. Я не должен быть против того, что ты кому-то нравишься. Прости меня пожалуйста, я исправлюсь!

- Всё, всё, хватит. Я уже простила. Я вообще пришла не за тем, чтобы ругать тебя. Ты знаешь, что нас завтра отправляют на задание по выслеживанию какой-то опасной банды?

- Да, Кайто уже сказал мне. Так ты правда не сердишься за то, что я вёл себя так?

- Правда. Вставай уже, — Лили беззлобно усмехнулась.

***

Когда на следующий день наша троица отправилась на задание, все вели себя так, будто бы ничего не произошло. Но удача им в тот день не улыбалась, потому что бандиты успели скыться, хотя Рен, Лили и Карим сразу же, едва услышав разговор преступников, сообщили руководству их местонахождение.

Новогодняя романтика

31 декабря - это, конечно же, день Нового года, но это также и одиннадцатый день прибывания нашей троицы и капитана Кайто в чужой стране.

Вчера в академии ВВС Германии ещё были занятия, но с сегодняшнего дня начинались каникулы, и многие юноши и девушки разбрелись по домам, чтобы встречать праздник в кругу родных. Но некоторые, например те, кто приехал в Берлин из других городов, сироты и те люди, которым хотелось праздновать с друзьями, а не с родствениками, остались в общежитии. Оставшиеся притащили четыре стола в коридор общежития, украшенный ещё с Рождества, и постелили на них одну огромную скатерть. Кстати, Рождество Рен, Лили, Карим и Кайто не праздновали по религиозным причинам.

Теперь вернемся к Новому году. Пока девушки, в том числе и Лили, были заняты приготовлением еды и сервировкой стола, парни находились кто где. Кто-то разбирался с фейерверками, кто-то помогал с готовкой, кто-то носил стулья, а некоторые просто отлынивали от какой бы то ни было работы, занимаясь чем попало, но только не подготовкой празднования. Однако, последних было очень мало

Тем временем Рен шёл по городу. Он, встав самым ранним утром, уже успел сходить в банк и поменять иены на марки. Раньше у него не было времени это сделать из-за постоянной занятости то на уроках в академии, то в обществе кадетов, желающих побольше узнать о Японии. По этой причине он, уже успев выбрать своим товарищам подаки в ближайшем магазине, не смог их купить. Хорошо хоть, что ему отложили выбранные вещи, чтобы он, прийдя потом, когда у него уже будет нужная валюта, мог наконец расплатиться и забрать их. Он зашёл в нужный магазин и спросил у продавца заученный недавно по-немецки вопрос:

- Не продали ли ленты для волос и пиджак, отложенные для Кагамине Рена?

- Нет-нет. Отложенные вещи снова поступают в продажу только если за ними не прийдут в течении месяца. Вот ваши ленты и пиджак, - сказала, улыбаясь продавец, но Рен понял лишь половину, а остальное додумал исходя из контекста.

Юноша расплатился и, когда продавец его поздравила с наступающим, поздравив её в ответ, отправился в академию, но по дороге подумал о том, что подарки по хорошему-то надо завернуть в красивую упаковку. Он зашёл в первый попавшийся магазин, который оказался цветочным и кое-как попросил две коробки. Это выглядело примерно так: он показывал два пальца и говорил: "Красивый коробка, пожалуйста". Хотя Рен не был уверен, что он говорит правильно, но продавцы его поняли и дали то, что он хотел, причём совершенно бесплатно

***

- О, ты откуда и куда? - заметив Рена, идущего в верхней одежде по коридору общежития, Карим остановился и поставил стулья, которые он нёс на пол

- Секрет

- Ясно-понятно. Пакет, коробочки, вижу какие-то прячешь. Подарочки значит? Ну ладно отдохнул тут немного и хватит, пошёл я. Не забудь, что мы втроём ещё собирались в час дня позвонить капитану в Рейстаг и нашим в Японию.

Карим со стульями направился в одну сторону, а Рен в другую. В своей комнате он упаковал подарки, спрятал их себе под кровать, а потом пошёл помогать с подготовкой праздника

***

К часу дня почти все блюда были готовы, так что Рена с Лили без проблем отпусиили из кухни. Карим уже ждал их у стационарного телефона, стоявшего возле входа в общежитие

- Знаете что мне ребята сказали?

- Конечно знаем, у нас ведь есть суперспособность слышать всё в радиусе пяти километров

- Тьфу на тебя, Рен. Зачем так буквально воспринимать

- Так что же тебе сказали? - Лили хоть и было смешно слушать этот диалог, но любопытство взяло верх

- Что они попрутся поздравлять руководство академии после прогулки, но перед тем как начнётся застолье. И я такой спрашиваю: " Можно с вами?" И они: "Можно конечно"

- Смотрю некоторые, которые так боялись неправильно фразу по-немецки составить, уже со всей академией переговорили, - сказала Ли, улыбаясь и смотря на Карима

- Оказалось, что разговорный язык не такая уж и страшная вещь, как эта ваша тягомотина в официально-деловом стиле

Рен, решивший, что пока его товарищи разговаривают, можно позвонить Кайто, услышал в трубке: "Алло, это Рейхстаг. Что вам нужно?" Радуясь из-за того, что он смог понять всё, что ему сказали, он попросил позвать к телефону Кайто. Потом они втроём с Каримом и Лили поздравили капитана с Новым годом и поинтересовались где он его будет отмечать. Кайто ответил что в Рейхстаге и что он очень хотел бы провести этот праздник с ними и пригласил к себе, но они отказались. Следующий звонок они сделали в академию Японии и попросили передать поздравления своим сокурсникам и всем сэнсеям.

- Чтож, думаю, что подарки вам я вручу сейчас. А то потом то еда, то гулять пойдём, да и ты Карим сказал, что уйдёшь руководство поздравлять, - задумчиво произнесла Лили

Рен и Карим, согласившись, что лучше вручить подарки сейчас, тоже решили так поступить. Они разошлись, а потом через несколько минут снова собрались, и произошёл обмен коробками с подарками.

Рен не знал, что Карим и Лили подарили друг другу, но ему от друга достался небольшой блокнот в черно-зелёную полоску, а от подруги синяя вязанная кофта. К кофте прилагалась записка: "Не мерзни. Желаю в новом году всего самого хорошего. Лили". Эту записку Рен вложил в подаренный Каримом блокнот, чтобы не потерять, ведь она же написана рукой Ли, и поэтому автоматически переходит в разряд дорогих для сердца Рена вещей.

***

Вечером большая компания из кадетов академии ВВС Германии пощли гулять по самым красивым местам Берлин и наша троица отправилась с ними. Выходя из общежития, Рен взял Лили за руку. Он боялся, что она не захочет идти так, но, когда девушка сжала его руку в ответ, он успокоился.

Прогулка получилась чудесная. Снег чудесно сверкал, освещаемый закатом, повсюду чувствовалась атмосфера праздника, и достопримечательности, парки, красивые здания, а также другие места, которые посетили кадеты, - всё это казалось ещё красивее, чем обычно.

Когда все уже стали уставать, почти половина группы ушла поздравлять руководство академии. Оставшаяся часть разбрелась кто куда и Рен, уведя Лили в уединённое место, наконец-то решился...

— Ну, пойдем домой? — спросила Лили, улыбаясь спутнику.

— А... Лили, я хочу тебе кое-что сказать, — Рен замялся и покраснел под взглядом подруги. Сжимая её ладони своими, он посмотрел ей в глаза, набрал в грудь побольше воздуха и выпалил, — Ты мне нравишься, Лили.

Девушка опустила голову, снова подняла и, глядя Рену в глаза, ответила.

— И ты мне тоже.

Отпустив руки Рена, она кинулась к нему в объятия. Они счастливы, счастливы вместе.

— Пойдем, нас наверное ждут, — прошептал Рен в ухо теперь уже своей девушки.

— Пойдем.

Они смеялись, рассказывали шутки, любовались падающими хлопьями снега. Как будто они - обычные подростки, и не было того груза, что тяжёлым камнем не так давно висел на плечах Рена.

— Рен, — Лили останавливается и прижимается к нему, — Обещай, что мы всегда будем вместе.

— Обещаю.

Девушка, расцепив объятия, отошла и, слепив снежок, кинула его в ничего не подозревающего Рена. И звонко захохотала. Отряхнувшись, парень кинул снежок в ответ, но Лили увернулась.

— Давай, догоняй! — Они побежали к академии, садиться за новогодний стол.

Нам не привыкать!

- Рен, просыпайся а не то опоздаешь! Рен! Просыпайся я тебе говорю!

Юноша неохотно приоткрыл один глаз и взглянул им на будившего его Карима, а потом закрыл обратно, пробормотав что-то невнятное

- Вставай, вон уже Ли к нам в дверь ломится

- Где?! - Рен резко подскочил, мгновенно проснувшись

- Ну что, гутен морген, - улыбнулся Карим и добавил про себя, - Всегда работает

Почти весь январь, а точнее каждый день, начиная числа с седьмого, он будил своего друга примерно так. Рен, в очередной раз поняв, что его утро началось с того, что его обвели вокруг пальца, пошёл умываться. Вообще, несмотря на такие насовсем приятные из-за обманутых ожиданий пробуждения, этот месяц для него был одним из самых счастливых в жизни. И этот прекрасный месяц, в котором занятия, тренировки и всевозможные посиделки приобретали особенный смысл, ведь теперь у него была девушка, пролетал неумолимо быстро

***

Конец февраля. Кадеты внимательно слушали профессора, запоминая свои задания. Рен даже не старался прислушиваться и понимать что говорят, хотя при желании бы мог разобрать уже треть информации, потому что уже неплохо знал немецкий. Но у него были дела поважнее, а именно разглядывать сосредоточенное лицо Лили, ловившей и обдумывавшей каждое слово профессора. "Она прекрасна и когда беззаботно улыбается, и когда серьёзно выполняет задания, и когда... Да вообще она всегда прекрасна" - подумал он, смотря на возлюбленную

Карим изредка бросал шиперский взгляд на своих друзей, думая: "Как хорошо, что лично меня не касается вся эта любовная лирика. А то стоял бы как дурак и днём, и ночью возле своей девушки и столько бы интересного пропустил. Не, Берлин всё-таки классный город, может быть в будущем попытаться сюда попасть на службу? Так что там профессор говорил, я прослушал. А, всё равно Ли Рену будет переводить и можно будет её послушать, если что-нибудь не пойму".

Когда инструктаж кадетов наконец был закончен и Лили перевела его Рену и Кариму, они вместе с ещё парой немецких юношей в команде пошли в нужный район

Через час эта японско-немецкая группа шла по небольшой улице где-то на окраине города. Задание, которое им предстояло выполнить было следующее: "Прийдя в свой район, найти в жилом многоквартирном доме на первых двух-трёх этажах квартиру, в которой повешаны шторы в чёрно-белую полоску. Зайти в эту квартиру, обязательно уточнив, что вы из академии, потому что для организации этого задания были привлечены гражданские, которые могут не пустить подозрительных людей. У жильцов нужно узнать кодовое слово и, вернувшись, сказать его профессору".

- Не, ну я в шоке от этих немцев. Никогда бы не додумался, что можно в качестве задания приказать рассматривать шторы. Не знаю, то ли это гениально, то ли тупо, - сказал Карим по-японски своим друзьям. Парни из академии попросили повторить это на их языке

- Эх ты, льстец. Почему ты перевел им "гениально", а "тупо" не перевёл? - мимоходом заметила Лили, прислушиваясь к чужому диалогу.

Юноша кинул на девушку, временно отвлекшуюся от созерцания окон, взгляд, означавший примерно следующее: "Во-первых, тебе какая разница? Во-вторых, они мне друзья, я не хочу их обидеть, да и международные отношения портить не хочется".

Тем временем Рен глядел то на окна, то на свою девушку. Хотя на последнюю он смотрел внимательнее всего, но тем не менее он первее всех заметил, что происходит что-то необычное. В переулке, мимо которого они сейчас проходили, мелькали какие-то силуэты, и Рену непонятно почему казалось, что они бандитские. Но он не успел никого предупредить, потому что эти самые силуэты вдруг резко выбежали на группу кадетов. Бандиты схватили первую попавшуюся пару людей, которыми оказались Рен и Лили и, приставив к их головам пистолеты, повелели остальным не делать резких движений. Окружив компанию, они отпустили Ли и Рена внутрь круга и куда-то повели своих пленников под дулами пистолетов.

Кадеты были шокированы тем, что никто не заметил, как их поймали. Да тут тёмный переулок, в котором плохо видно что происходит, но всё равно кто-то из прохожих же должен был увидеть пистолеты. Может быть здесь все плохо видят или это местная банда запугала всех в округе? Впрочем это неважно, важно то, что надо как-то выбираться. Немецкие юноши были очень взволнованны, напуганы и поэтому им мысли о побеге даже не приходили им в голову, а Рен, Лили и Карим, уже имевшие опыт пребывания в подобной ситуации, решили чуть-чуть подождать и посмотреть, что будет дальше.

Тёмными закоулками их привели к какому-то зданию и заставили зайти внутрь. Там один из бандитов, заметив у одного из пленников рацию, потребова дать ему её. Рен не понял его, потому что, волнуясь за свою девушку, перестал вообще понимать даже знакомые ему немецкие слова, но, к счастью, рацию нёс не он, поэтому ему и не нужно было понимать это приказание. По этой рации бандиты связались с академией и потребовали за кадетов выкуп.

***

Кадеты находились в заложниках уже очень долго, но ничего не происходило. Пока двое немецких юношей вяло придумывали план побега, по правде не сильно надеясь сбежать, мозги Рена, Лили и Карима работали в усиленном режиме. Они изредка пытались поговорить хотябы знаками, но преступники, зорко следившие за ними, не давали им этого сделать.

Вдруг на улице послышалась какая-то возня, и одного из тех, кто охранял пленников отправили посмотреть, что происходит. Но едва тот вышел, как два человека в полицейской форме запрыгнули в пару пустых окных проёмов, расположенных на противоположной от входа в комнату стене.

Никто из бандитов ещё не успел осознать что произошло, как полицейские сделали пару выстрелов по их рукам. Несколько пистолетов попадало на пол. Оставшаяся часть преступников хотела было угрожающе направить своё оружие на пленных, но оказалось, что их уже нет в комнате. Как кадеты выбежали осталось для бандитов загадкой, потому что они не верили, что можно так быстро убежать, можно сказать, всего-то за несколько секунд. Но если бы они знали, что троице из Японии не привыкать быстро бегать, а особенно выбираясь из плена, то вопроса о скорости перемещения этих пленных у них, возможно, бы не возникло.

Кадеты не имели понятия о том, что происходило в комнете, когда они выбежали, но для них это было уже не важно. Важно чтобы сейчас при побеге не нарваться на кого-нибудь из преступников, но им повезло. Первый, на кого они наткнулись, был полицейский, который вывел их из здания и проводил от него на достаточно большое расстояние, заведя за угол другого здания. Карим хотел было спросить: "Зачем мы отошли так далеко?" - но полицейский, приказав, чтобы они стояли здесь и никуда не уходили, уже убежал. Спустя какое-то время раздался звук врыва, и один из немецких юношей, выглянув, подтвердил, что это взорвали здание, из которого они вышли.

Потом всех пятерых кадетов привели в полицию, осмотрели, опросили и отпустили в академию. Там профессора сказали, что это и несколько следующих заданий засчитывается им автоматически, чтобы хоть как-нибудь компенсировать испытанный при похищении стресс

***

Чуть позже, вечером того же дня наша троица собирала свои чемоданы, потому что им передали от капитана Кайто, что в девять за ними приедет машина, и они отправятся к нему в номер, потому что уже завтрашним вечером они улетают в Японию.

Прощаться с гостями собралась почти вся академия. Видно было, что больше всех будут скучать по Кариму, потому что, в отличие от Рена и Лили, его отношения с немцами уже, можно сказать, переросли в дружеские. Но всё когда-то кончается, и пребывание в Германии нашей троицы тоже должно было закончится.

- Эх, жаль, что мы уже улетаем. Так хотелось ещё хоть пару неделек тут побыть, - сказал Карим, машущий рукой провожавшим

- Так значит, в нашей академии тебе уже не интересно? По дому не скучаешь?

- Не привязывайся, Ли. Скучаю, конечно, но не так сильно, чтобы хотеть уехать

- Лили, он в чём-то прав, что не хочет домой. Там поди эта сумасшедшая нас уже заждалась, - Рена передёрнуло при воспоминании о Цубаке.

- Не переживай, Рен. Мы со всем справимся

Подъехав к Рейхстагу, ребята заметили что Кайто уже ждёт их на пороге.

- Как же я соскучился! - сказал он, обнимая их

- Мы тоже очень соскучились

- Говорят, вы сегодня уже успели влипнуть в какие-то неприятности?

- Нам не привыкать, - махнул рукой Карим

- А может быть зайдём и поговорим в тёплом помещении, - сказал Рен, боявшийся, что Лили может замерзнуть, пока будет продолжаться этот уличный разговор

Капитан ещё раз крепко обнял их и повёл к себе в номер, расспрашивая об их занятиях в академии, о сегодняшнем происшествии, об их немецких друзьях и так далее. Они проболтали до часу ночи, а потом легли спать. Кайто - на кровати, а Карим, Рен и Лили - на диване.

Подслушивать нехорошо

Рен проснулся по привычке в семь утра и слегка пожалел об этом, потому что Лили с Каримом ещё спали, а капитан уже куда-то ушёл. Организм Рена же уже выработал рефлекс несмотря ни на что просыпаться очень рано, потому что юноша с самого утра с нетерпением спешил к своей девушке.

Умывшись и переодевшись, он, мысленно проклиная себя за эгоизм, потому что он из-за того, что ему скучно лишает девушку и друга несколькох лишних минут сна, стал будить Лили и Карима. Девушка почти сразу же проснулась и направилась в ванную, а вот Карим не желал так быстро покидать царство Морфея. Сонно смахнув руку друга со своего плеча, он запустил в того подушкой. Увернувшись Рен поднял подушку и положил её обратно на диван. Он решил, что лучше придумать какую-нибудь речь по типу той, которой Карим будил его эти два месяца, только без любовной лирики. То есть он захотел разбудить своего друга упоминанием чего-то, чем тот дорожит, и ради чего вскочит, как ужаленный, но ничего не приходило а голову. Вдруг на Рена снизошло озарение, и ему пришла совсем другая идея

- Карим, вставай, а то самолёт скоро улетит без нас

Юноша резко проснулся, неверящими и широко распахнутыми глазами глядя на Рена. Тот не быдержал этого взгляда и рассмеялся, хоть ему и очень хотелось напугать друга, заставив его поверить, что самолёт и правда скоро улетит без них. Карим облегчённо выдохнул и снова запустил подушку в Рена, который тут же пожалел, что положил её обратно. Лили вернулась в комнату как раз тогда, когда Карим говорил:

- Если ещё раз меня так напугаешь, я за себя не отвечаю

- Я вышла всего на несколько минут, но и похоже пропустила всё самое интересное, да?

Пока Карим умывался, Рен расскзал Ли всё, что произошло.

- Всего-то? А я думала, что тут что-нибудь эпичное произошло

- Значит, для тебя летающая по комнате подушка это не очень эпично?

- Пффф, я тебя умоляю. Вот когда несколько подушек и все летят в разные стороны, это ещё потянет на что-то эпичное, а одну летающую подушку с утра я весь первый курс академии наблюдала

- Извините, что прерываю ваш занимательный разговор, но где Кайто? - сказал, заходя обратно в комнату Карим

- На переговорах небось, где же ему ещё быть? - повернув к другу голову, ответила Ли

- Чтож, где бы он ни был, он наверняка очень занят, так что мы пока предоставленны сами себе...

- К чему ты клонишь? - спросил Рен, уловив лукавые нотки в голосе друга

- Давайте по Рейхстагу пошаримся, может найдём что-нибудь интересное или тайну какую-нибудь раскроем?

Рен и Лили переглянулись. "Если мы зайдём в неположенное место, то у нас будут большие неприятности," - говорил взгляд Рена. "Но если мы не пойдём с Каримом, то он всё равно отправится без нас. Так что пошли, будем за ним приглядывать," - ответила своим взглядом Лили, и они втроём пошли обследовать Рейхстаг

***

Поплутав уже как минимум полчаса, они подошли к двери, из-за которой слышались голоса. Карим прислушался, а потом шёпотом сказал

- Так, что там говорят... "Ситуация в мире"... "Политика"... Видимо, это кабинет для переговоров, и, возможно, наш капитан сейчас там. Только я половину всей их речи не понял. Ли, переведёшь?

Лили кивнула и тоже прислушалась, а Рен, который всё равно бы не сильно-то много и понял, стал от нечего делать оглядываться по сторонам. Ли то шёпотом сжато передавала смысл переговаривающихся, при этом умудряяся продолжать слушать их, то замолкала, полностью погружаясь в процесс поглощения информации.

Судя по тону голосов, раздававшмхся с той стороны двери, Рен предположил, что там шёл какой-то небольшой спор. Лили подтвердила это.

- Спорят о том, кто из глав государств должен совершить дружеский визит подписания договоров о сотрудничестве, которые были составленны за эту пару месяцев. Кайто настаивает, что мы в Японии сделаем шикарный приём, а немцы говорят, что им будет удобнее, если император приедет в Германию

- Тьфу на это удобство. Соглашайтесь к нам лететь, не пожалеете

- Карим, я, конечно, тоже испытываю чувство жгучего патриотизма и желание показать всё великолепие своей родины, но ты уверен, что разговаривая с дверью, ты уговоришь сидящих в кабинете? - подойдя, прошептал другу Рен

Карим в ответ лишь закатил глаза и ничего не сказал

***

Они стояли у двери кабинета для переговоров уже не меньше двадцати минут, когда Рен стал испытывать тревожное предчувствие, и ему в голову стали навящего лезть мысли о том, что им могут сделать, если поймают за подслушиванием. Поначалу он пытался себя успокоить, думая, что зря себя накручивает, но успокоиться не получилось, и пугающие мысли продолжали его тревожить. И только он собрался предложить Кариму и Лили смыться пока не поздно, как почувствовал, что кто-то положил ему руку на плечо и шёпотом сказал: "Подслушивать нехорошо."

На счастье нашей троицы, это был тот самый служащий, который когда-то показывал им достопримечательности.

- Чтож, я думаю, что ничего такого вы узнать не могли, потому что здесь не обсуждаются государственные тайны Германии, - пробормотал служащий себе под нос

- Поэтому нас и наше любопытство надо понять, простить и отпустить, - прошептал Карим таким тоном, словно его предложение было единственным выходом из ситуации

- Не-не-не отпустить вас я не могу, а то ещё опять что-нибудь где-нибудь подслушивать будете. Пойдёмте, провожу вас в номер капитана и буду за вами приглядывать. Да не бойтесь, я никому ничего не сообщу про то, что вы делали, я ведь сказал, что тут ничего такого государственно важного узнать нельзя

- Спасибо вам большое

- А чтож вы мне даже не попытались ничего соврать. Сказали бы: "Мы тут просто гуляем, вот остановились, когда голоса услышали и ещё даже не поняли, что тут переговоры", - сказал служащий, когда они немного отшли от кабинет

- Во-первых, вы нам бы всё равно не поверили, потому что мы не умеем скрывать эмоции, во-вторых, за враньё и нежелание признать свою вину наказывают всегда суровее, - ответила ему Лили

Так, мило беседуя, они дошли до номера капитана

***

Когда через пару часов капитан Кайто вернулся в свой номер, ребята вели себя так, будто сегодня ничего необычного не произошло. Хотя может быть подслушивание переговоров и не относится к разряду необычных явлений, но это точно нельзя назвать обыкновенным.

- Ну что все вещи собрали? Всё перепроверьте, если что-то забыли в академии ещё можно туда кого-нибудь отправить.

- Всё хорошо. Наличие всех вещей проверенно, все они уложены, можно хоть сейчас вылетать, - с уверенностью сказала Лили, потому что она пять раз перепроверила свой чемадан и чемодан Рена, а так же видела, что Карим сделал тоже самое, потому что не хотел отставать от своих друзей

- Ой нет, прямо сейчас не надо. Во-первых, самолёт будет готов только через несколько часов, а во-вторых, я устал, мне нужно немного отдохнуть.

В одиннадцать часов вечера Кайто, Лили, Рен и Карим снова на военном самолёте полетели обратно в Японию. Кариму было жаль, что они уже улетают, Рен, несмотря на то, что в Японии их сто пудов уже ждёт Цубаке, был рад вернуться, а Лили испытывала что-то среднее между этими двумя чувсвами.

Пожалуйста, не умирай

"Уже начался март, значит, снег на севере стал таять. А у нас в центральной части он тает почти сразу же, как выпадет. Жаль, ведь снег похож на белое одеялко, а под одеялком хорошо спать. Спать на снегу... Хорошая идея," - примерно так думал Рен, когда они подлетали к Токио. Эти мысли, слегка похожие на бред сумасшедшего, возникали у него между сном и полудрёмой. Утомлённый долгим перелётом, он, как и его девушка с его другом, засыпал на ходу, но спустя несколько минут опять просыпался, потому что было спать в военном самолёте было неудобно. Но когда по приземлению кадеты вместе с капитаном, который решил их проводить, пришли к общежитию акдемии, надеясь наконец отдохнуть, они встретили там сенсэя, который лишил их этой надежды, взволнованно протороторив:

- О, вы уже вернулись! Это хорошо, а то у нас тут такое творится. Извините, что не даю вам отдохнуть, но срочно берите катаны и рации и отправляйтесь патрулировать город. Там "Кровавые Камелии" бегают и стреляют во что ни попадя. Только помните, сами в битву не вступайте, а как увидите их, так сообщите по рации в полицию и спрячтесь.

- Разве можно отправлять кадетов бороться с ними? - шокированно воскликнул Кайто, когда наша троица убежала за оружием.

- Все силовые стрцктуры подняты на уши, но мы не успеваем добраться до места, как они уже скрываются. Поэтому было решено отправить выпускающийся курс, чтобы они помогли их выследить, но не драться с ними. Этим пусть займётся полиция

- А катаны?

- Это на всякий случай, надеюсь, что они никому из кадетов не понадобятся, - вздохнул сенсэй

***

Рен, как только услышал о "Кровавых Камелиях", так сразу же начисто прехотел спать. Лили с Каримом тоже, но всё же эта информация испугала их не так сильно как Рена, поэтому спустя какое-то время усталость снова начинала брать своё.

На улицах, по которым они шли было практически безлюдно. Видимо большинство горожан, предупреждённые полицией, решили не выходить из дома, но пара-тройка прохожих всё равно попадалась по пути. Вдруг Рену показалось, что он услышал тихий топот множества ног где-то на соседней улице. Он остановился, прислушаваясь, и схватил Ли за руку останавливая и её. Она сонно повернула голову в его сторону и вопросительно посмотрела на него, но он ничего не отвечал на её взгляд, полностью обратив все свои силы в слух. Потом он всю жизнь будет жалеть, что в то мгновение он, подумав, что Карим, увидев, что его друзья перестали идти, тоже перестанет, не остановил его.

Карим шёл, ничего не замечая вокруг себя и думая только о том, как бы поскорее лечь спать, а не о том, что ему прямо сейчас грозит опасность, и поэтому угодил прямо под ноги выбежавшей из переулка Цубаке с её отрядом и роботами. Карим, хоть и научился профессионально драться и мог бы увернуться, но он был застигнут в расплох и не смог ничего сделать. Цубаке прострелила ему ногу и бросилась вперёд, проронив своим: "Этого оставляю вам". Рен, зарание знавший, что эта полоумная киллерша в первую очередь побежит в их с Лили сторону, бросился ей навстречу, успев крикнуть своей девушке: " Рация!"

По мере приближения противники всё более замедлялись и, когда их друг от друга отделяла всего пара метров, остановились. Цубаке как всегда смотрела безумно,

а Рен, у которого всё внутри сжалось от страх, пытался смотреть решительно.

- Не находишь ничего подозрительного в том, что я просто стою и рассматриваю тебя? Вдруг это отвлекающий манёвр, чтобы кто-нибудь из наших подкрался к ней, пока ты не видишь?

Рена как будто током ударило. Он сразу понял что под "ней" это безумие на ножка подразумевало Лили, но также понял, что оно специально говорит это, чтобы он оглянулся на свою возлюбленную, чтобы ударить егт в этот момент. Ему стоило огромных усилий воли подавить в себе желание посмотреть на Ли и убедить себя в том, что если бы ей угрожала опасность она бы крикнула.

- Хе-хе, а ты не такой наивный, каким выглядишь...

Пока Рен играл в гляделки со смертью, а точнее с Цубаке, Лили разрывалась от внутренних противоречий. С одной стороны сейчас ей разумнее всего было бы спрятаться, чтоб не мешать драться Рену, который будет волноваться, видя её в драке, а с другой стороны там похоже сильно ранен Карим, и тут в одиночку дерётся её парень. Ну пока что, слава Богу, ещё не дерется, но видно, что Цубаке вот-вот кинется на него.

Пока Ли стояла и думала, что же ей делать, она упустила свой шанс спрятаться, ведь враги её заметили, и поэтому ей пришлось выбрать второй вариант: вступить в драку. Она увернулась от двух выстрелов, которые сделали в неё приспешники Цубаке. Они приближались к девушке, обходя свою начальницу, стоящую напротив Рена, с правой для себя стороны, а для Лили эта сторона была левой

Цубаке, услышав звуки выстрелов, метнулась вперёд, прицеливаясь, чтобы своим пистолетом ударить Рена в голову. Тот успел пригнуться. Он понял, что его противник специально ждала того момента, когда кто-нибудь из её приспешников нападёт на Лили, чтобы ему было тяжелее в битве. Поскольку никого другого сейчас не было на этой улице, то это точно стреляли именно в Ли, и поэтому Рен был вынужден признать, что Цубаке имеет преимущество. Она пыталась ударить его пистолетом, он уклонялся, пытаясь хоть одним глазком посмотреть как там его девушка, и даже не задумываясь почему его противник не стреляет. Может у нее закончились патроны? На самом деле нет. Она хотела выстрелить Рен выдохнется, но пока что он, судя по его виду, был полон сил

Тем временем Лили лезла на крышу по пожарной лестнице. Она решила, что, во-первых, так в неё будет сложно стрелять, а во-вторых, врагам к ней можно будет добраться только через лестницу, которую она сможет с легкостью контролировать, даже если одновременно с этим ей прийдётся бороться с роботами, которые залезут по стене. Из-за стараха и усталости она не учла, что на крышу можно зайти и через чердак дома. Интересно, как это ей аукнется?

Карим же, пока его друзья дрались, истекал кровью. После того, как Цубаке, прострелив ему ногу, оставила его на растерзание своим, на него напал робот. Юноша, взмахивая катаной, пытался не подпустить его к себе, но робопаук был не один, и поэтому ему на помощь пришёл кто-то из подчиненных Цубаке. Этот человек выстрелил Кариму в руку, чтобы парень выронил катану, а потом, подумав, сделал ещё один выстрел в правый бок живота юноши и ушёл. Робот, изрезав Карима так, что на нем почти не осталось живого места, тоже покинул его. Юноша чувствовал, что он вот-вот потеряет сознание.

***

Рен уже стал уставать, но знание того, что с Лили всё в относительном порядке, потому что она на крыше и её не могут окружить со всех сторон, придавало ему немного сил. Когда он, оттолкнув Цубаке, немного развернулся и в очередной раз взглянул на крышу, чтобы узнать как там Ли, он споткнулся о какой-то камушек, лежаший на дороге. Это его спасло, ведь в этот самый момент его противник наконец выстрелила, и если бы он остался стоять, то пуля бы попала ему прямо в голову. Но сейчас валяться на дороге было не самым лучшим вариантом, потому что Цубаке намеревалась выстрелить ещё раз, а уклоняться лучше стоя. Рен вскочил так быстро, как он не вскакивал никогда в жизни, даже тогда, когда Карим будил его в Германии. Цубаке опустила руку с пистолетом и, уловив недоуменный взгляд Рена, сказала, поглядывая на крышу, на которой находилась Лили:

- Те из моих, которые зашли в подъезд, планируя залезть к ней через чердак, должны уже подняться, не думаешь?

- Пожалуйста, Ли, заметь их до того, как они успеют что-нибудь сделать, - пробормотал под нос Рен, холодея от страха за возлюбленную

- Мне интересно, если у тебя будет выбор, что ты сделаешь? Попытаешься убить главного киллера Японии и принести всей стране спокойствие, а себе заслужить звание героя или побежишь спасать свою ненаглядную?

Рен ничего не отвечал. Он вообще не доконца понял слова Цубаке. Только когда она отбросила свой пистолет и вопросительно уставилась на него своим единственным взглядом, до него наконец дошло, и он что было сил рванулся к подъезду.

Цубаке безумно рассмеялась, подобрала свой пистолет и направилась к Кариму, проронив: "Эх уж эти жалкие людишки со своими жалкими личными интересами". Когда Цубаке подошла к Кариму, который был ещё в сознании, она глядела его и заметила:

- Порезов много, но они не очень-то глубокие, а ты тут уже лежишь как будто при смерти, - она присмотрелась, - а-а-а, тебе тут бок прострелили, вот оно что...

Вдруг из переулка вышла пара прохожих, и Цубаке выстелила в обоих. Карим подумал, что она, наверное, не человек, ведь, если в устранении кадетов, которые в будущем будут полицейскими была для неё хоть какая-то выгода, то зачем просто так убивать мирных людей, если можно их напугать, и они уйдут? Но сил на то, чтобы хоть как-нибудь выразить ненависть к ней, уже не было, и Цубаке, заметив это, потеряла к нему всякий интерес и, сказав, чтобы Карим передал Рену, что он дурак, ушла.

***

А Рен тем временем уже был на крыше вместе со своей девушкой. По пути он вырубил четверых людей Цубаке, поднимавшихся чтобы атаковать Лили, и поблагодарил всю вселенную за то, что противники не успели ничего сделать Ли. Когда она увидела Рена рядом с собой, то была очень удивленна, а когда до неё дошло, как он сюда попал, то расстроилась из-за того, что не смогла учесть всего

- Давай теперь я буду отбивать атаку с лестницы, а ты прикроешь меня, если что?

- Угу. А что там с Цубаке?

- Я потом тебе расскажу. Ты же успела вызвать подмогу по рации?

- Да, но на горизонте её не наблюдается

Больше они ничего не говорили, ведь самое важное они уже друг другу выложили, а пустая болтовня только мешает драться. Спустя несколько минут наконец прибыла полиция и вывела Рена и Лили из зоны боевых дейсвий. На их слова о том, что там где-то лежит раненный Карим, им ответили, что его при первой же возможности доставят в ту же больницу, в которую сейчас отправляли их.

Пока в больнице Рену и Лили обрабатывали их незначительные раны, скорая уже везла туда Карима. Потом его друзья, сидя у двери операционной, ждали, когда выйдет доктор и скажет, что с ним.

- Как думаешь, он выживет? - спросила Лили, бросив на Рена тревожный взгляд своими полными слёз глазами

- Конечно! - ответил юноша, обнимая девушку.

Его слова о том, что Карим выживет, были сказаны таким твёрдым и решительным тоном, что заставляли верить в лучшее, хотя сам Рен был неуверен в том, что говорил и мысленно просил: "Карим, друг, только не умирай... Пожалуйста, не умирай."

Пару часов спустя наконец-то вышел доктор и, после того как Рен и Лили попросили его быть с ними абсолютно честным, сказал, что шанс того, что Карим выживет есть, но он совсем крохотный. Потом Ли с Реном ушли в общежитие академии и оттуда, каждый час звонили в больницу и спрашивали о состоянии друга. Когда же им кто-то позвонил, они взяли трубку, очень волнуясь, так как думали, что это насчёт Карима, но это был капитан Кайто:

- Как вы? С вами всё хорошо? У нас тут было ранено и убито много полицейских, и я сейчас, когда подъезжала скорая слышал что при смерти лежит какой-то кадет

- Мы с Лили впорядке, а вот Карим... Он... Это про него вы сейчас говорили, - Рен с трудом выдавливал из себя каждое слово, а Лили отернулась от него, чтобы скрыть слёзы

- Оу... Мне жаль, что так вышло, - голос Кайто задрожал

- Вы не виноваты в том, что произошло. Если бы мы не отправились их искать, они бы вместо Карима ранили бы кого-нибудь другого, только из гражданских

- Да... конечно. Он обязательно поправится, слышите?! Так что не унывайте и надейтесь на лучшее. Отбой

- Отбой.

Несколько часов спустя Рен и Лили снова бежали в больницу проверить друга, они несли гостинцы, надеясь на скорейшее выздоровление. Дверь в палату открыл врач. Взглянув на пару, он молча кивнул, пропуская их. Лили вскрикнула, стоило ей переступить порог. Она выронила сумку и бросилась к Кариму, Рен последовал за ней. Бинты скрывали большую часть тела. Он почти не дышал, глаза закрыты и, если не прислушиваться, казалось, что он мертв.

— Карим, — девушка схватила его за руку, — Карим, очнись! Умоляю, очнись!

Парень чуть повернул голову и с трудом открыл глаза, рассматривая друзей.

— Карим, — по щекам Лили покатились слёзы.

— Ли, — голос хриплый, Рену даже показалось, что это говорил кто угодно, но только не его друг. — Не плачь, не я ли хотел уйти сражаясь, как и подобает воину? Не я ли хвастался, что умру как герой? Я как хотел уйти так и я уйду, — Карим сжимает руку девушки.

— Мы не сможем без тебя, — Рену кажется, что говорит не он.

— Сможете, я знаю. Вы сокрушите всех. Я верю в вас. — Чувствуя свой конец, Карим протянул руку Рену и тот неосознанно дал ему свою. Карим переводит взгляд с Рена на заплаканную Ли, и, словно давая благословение, произносит — Будьте счастливы.

Глубокий вдох, руки безвольно падают на кровать, грудная клетка опускается, но звука нет. Глаза закрыты, теперь навсегда. Ли заплакала, теперь уже не сдерживая всхлипов. Рука Рена ложится ей на плечо в попытке успокоить. Щеки обожгло. Грудная клетка содрогнулась, и Рен тоже заплакал, пряча лицо в изгибе локтя.

***

Его хоронили вместе с полицейскими по всем традициям. Его будут почитать как воина, погибшего в бою. На эти похороны собрались половина академии, сотрудники полиции, несколько послов кадетов Германии, один из которых был кадетом, прилетевшим только ради Карима.

Рен и Лили стоят рядом, держась за руки. Слез не осталось, и девушка тихо сухо всхлипывает, уткнувшись в плечо парня. Рен крепко сжимает её ладонь своей. В нём медленно закипает ненависть.

— Ли, мы станем лучшими. Мы убьем ее, — твердо произносит Рен, преисполненный решимости и жажды мести.

Выпускной

- Рен, хватит! - уже, наверное, раз в сотый повторила Ли

После смерти друга и принятого на его похоронах решения Рен и Лили каждый день тренировались, чтобы иметь больше шансов в битве с лучшим киллером Японии. Эта тварь должна сдохнуть. Рен всегда был недоволен результатом этих тренировок, и поэтому девушке часто приходилось уговаривать его сделать перерыв и отдохнуть.

- Этого не... дос... таточно, - пропыхтел парень, наконец соизволив прореагировать в ответ на слова своей девушки

- Достаточно. Ты уже превысил допустимые нагрузки за день, так что закругляйся, иначе мне прийдётся заставить тебя силой

- Силёнок-то у тебя не хватит

- Во-первых, я бы поспорила с этим суждением, потому что я, учась весь в академии, узнала много различных приёмов, которые позволяют победить даже во много раз превосходящего по силе противника, и ты, проучившийся здесь только один последний курс, наврядли сможешь мне что-то противопоставить. Во-вторых, даже если я не смогу тебя выгнать, это сто процентов сделает охранник, потому что тренажёрка закрывается через десять минут.

- Ладно, понял, - вздохнул Рен, направляясь к выходу

- Как понимаю, ты забыл, что через неделю выпускной? - спросила у парня Лили, когда они уже шли по коридору общежития

- Чего-чего? Как через неделю?

- А вот так, легко и просто. Надо уже парадные мундиры подготавливать

***

Неделю спустя

В этот день все кадеты последнего курса были взволнованны и оживлены, ведь сегодня им всем, кроме Рена, дадут дипломы академии контрразведки Токио. Вот только из-за траура по Кариму радость выпускников была не такой бурной, как должна была быть. Они смущались и как бы стыдились, что счастливы в этот день, в который он тоже мог бы быть счастлив, но вместо этого он сейчас убит. Про него много вспоминали в этот день, часто говоря про то, что он бы мог задумать сделать сегодня то-то и то-то, или что он бы сказал так-то и так-то, или что он мог бы попытаться заранее посмотреть на свой диплом и так далее. Рен, хоть он и не был выпускником, волновался не меньше остальных, потому что не мог нарадоваться за свою девушку, хоть ему и было очень грустно, потому что везде постоянно вспоминали о Кариме.

Наконец началась церемония вручения дипломов, которая происходила на улице, потому что была хорошая погода. Началось всё с минуты молчания в честь Карима, а потом перетекло во вполне обычный выпускной, отличавшийся от других только тем, что он был печальнее. Было много торжественных речей, и ничего не предвещало беды, но Цубаке, видимо, не могла не испортить такой важный для Рена день. Она ворвалась на территорию академии вместе со своими людьми и роботами. Завязалась драка, но Цубаке не вступила в бой, вопреки написанному на её лице желанию стрелять во всё и вся, и искала кого-то своим единственным глазом. Когда её взгляд зацепился за одного из сэнсеев, который тоже не вступал ни в какую схватку и пытался спрятаться, держа какую-то небольшую коробочку в левой руке, она безумно ухмыльнулась и направилась прямо к нему. Сэнсей, заметив это, остановил двух ближайших к нему кадетов, которыми оказались Лили и Рен, передал им коробочку, сказав, чтобы они во что бы то ни стало не дали Цубаке забрать это, а ещё, что он задержит её, и побежал навстречу этому ходячему безумию.

Рен, крепко сжимая данную сенсэем коробку в одной и ладонь Лили в другой руке, вбежал вместе с ней в пераве попавшееся здание. Они проносились мимо пустых классов, пытаясь оторваться от Цубаке, ведь только тогда был хоть какой-то смысл прятаться, а так куда ни сунься она увидит и никаких пряток не выйдет. Но лучше всего вообще не прятаться, а совершить какой-нибудь манёвр и, обманув Цубаке, чтобы она искала их в здании, сбежать из него.

Удача сегодня не улыбалась Рену. Едва он с Лили, потеряв противника из виду и решив, что им наконец удалось отрваться, остановился, чтобы отдышаться и обдумать план дальнейших действий, как Цубаке вдруг выпрыгнула из-за ближайшей двери и встала между Реном и Лили, направив на девушку свой пистолет. И как только эта полоумная нашла где срезать путь?

Киллер растянула рот в безумной улыбке. Сейчас ей было бы проще всего застрелить обоих кадетов, забрать коробку и дело с концом, но когда же ей ещё может представится такой интересный случай, чтобы поиграть на нервах врага? Так что она не собиралась просто и бысто сделать пару выстрелов и уйти, а вместо этого сказала:

- Отдай мне коробку, и она останется жива

Цубаке мысленно решила, что даёт Рену на обдумывание десять секунд и стала про себя считать. «Десять... Девять... Восемь...» Рен застыл в ужасе. «Семь... Шесть...» Он не может дать своей девушке погибнуть, но и не может дать этому безумию на ножках то, что она хочет, потому что, сделав это, он поможет ей совешить какое-нибудь злодейство, ведь коробка ей нужна явно не для принесения блага Японии. «Пять... Четыре...»

- Рен, нет! - кричит ему Лили. Она не думала о том, что может сейчас умереть

«Три... Два... Один...» Раз выстел, два выстрел.

Цубаке отошла в сторону, давая Рену увидеть как Ли падает на пол. Коробочка выпала из рук парня, он бросился к возлюбленной.

Киллер без всяких помех подошла к интересующему её предмету, подняла его и открыла. В коробке лежал ключ, обыкновенный ключ. Цубаке полумала: "Всего-то? А я думала, что тот сейф с электронным замком, и тут будет лежать шифр от него. Интересно, почему начальник полиции передал ключ от сейфа с секретными документами сэнсею? Думал, что так мы его не отыщем? А впрочем, неважно, пусть о том, что там замышляют другие люди думает госпожа, а у меня тут кое-что поинтереснее" Она посмотрела на Рена и снова задумалась: "Так, ключ я возьму себе, а коробку можно и ему оставить. Пусть потом смотрит и думает, что отдал жизнь любимой за какую-то коробушку. Или не думает... Плевать. Так, а сейчас как быть? Судя по его виду ничего не соображает, но в принципе можно над ним поиздеваться. Лишним не будет" Она рассмеялась и крикнула:

- Рен Кагамине, я убью и тебя!

Потом Цубаке ушла, а у Рена в голове, как на повторе, звучали её последние слова, пока их смысл не дошёл до него. Он сидел сжимая Ли в объятиях. Пытаясь услышать её сердце, её голос. Такого быть не может, чтобы она не очнулась...

***

Сколько времени прошло после событий кровавого выпускного? Пять дней? Неделя? Две? Может быть три? Рен не знал, точнее не осознавал, ещё точнее не хотел осознавать, а на самом деле прошёл уже почти месяц. Он видел реальность обрывками. Вот какие-то люди подходят к нему, сжимающему руку умершей Лили, хотя...почему умершей? Она же не может умереть, ведь правда? Правда?

На этих вопросах восприятие прерывается, и будто бы кто-то переключил канал, возникает другая картинка: похороны. Лили такая красивая в белом кимоно. А почему белый, почему траур? Почему не черный, почему не цвет свадебного платья? Она же не может покинуть его навечно... Она не может умереть! Потом следующая картинка: комната в доме капитана Кайто. Он, кажется, приютил Рена пока тот не прийдёт в нормальное состояние и, устроившись на работу, не найдёт себе квартиру. А может быть и нет, а может быть это всё только сон, и не было никакой резни на выпускном и никакого убийства Карима? Вдруг Рен сейчас поснётся, этот кошмар закончится, и он увидит своего друга и девушку в полном порядке, живыми и здоровыми? Но нет. Реальность всё та же, холодная и одинокая, ведь Рен отделён от капитана - единственного оставшегося близкого человека будто бы стеной, которую мозг Рена выстроил, чтобы защититься от жестокой действительности, которая мешает воспринимать что происходит вокруг, и которую ни один человек не сможет пробить, кроме разве что Лин. Лин? Как она там? Что с ней?

Рен уже два часа смотрел в одну точку, почти не моргая. Вдруг он очнулся от забытья и попытался понять, что за чувство заменило сейчас ту грызущую его изнутри пустоту? Ненависть. Ненависть к Цубаке, лишившей его девушки и друга, ненависть к Мику, которая командует Цубаке, ненависть ко всем этим "Кровавым Камелиям", не будь которых, не было бы и всех этих убийств.

В этот день он наконец-то, почти окончательно прийдя в себя, устроился работать в полицию. Его зачислили конечно же в отряд Кайто.

Теперь он будет постоянно искать встречи с Цубаке, чтобы отомстить ей за всё то зло, что она ему сделала. Теперь жажда мести - это единственное, что заставляет его жить дальше и не накладывать на себя руки. Он уже оставил в прошлом бессмысленные сны и отбросил прежние идеалы, основанные на справедливости и благе родной страны. Да и какие тут справедливость и благо, если все люди это просто пушечное мясо, пешки, марионетки в руках жестокой судьбы? Умрут одни, их заменят другие, а о предыдущих даже никто уже и не вспомнит, кроме пары близких им людей. Какой смысл во всём этом, если исход один: убил или убит, - в любом итоге прольётся алый дождь чьей-то крови. Поэтому теперь почти всё будет по-другому. Теперь начинается новая история в противостоянии Рена и Цубаке.

Конец первой части