Книга первая: Свобода разума

Прошлое, настоящее и будущее. Часть 1

«Дурак, конечно, но ничего уже не поделаешь» — озвучил свои мысли подросток. Сидя на крыше многоэтажки с сигаретой в руках, парень уткнулся на группу людей, идущих по освещенной фонарями улице — «Натворил я, конечно, порядочно, но зато было весело!»

Со слегка грустной улыбкой на устах, его тело сигануло с крыши здания, отправившись в свободный полёт…

*Pov год назад*

— Саша, а ну вставай давай, пол третьего уже! — Постучав в дверь сказал женский голос уже в третий раз.

— Мам, да сейчас встану, минутку! — ответил школьник, в унынии валяясь на кровати и пытаясь собраться с мыслями.

«Черт, ненавижу просыпаться после таких снов. Ты сверхчеловек, владеешь одной из сильнейших комбинаций способностей, но, черт побери, это всего-лишь сон» — С кислой миной, подросток протер глаза и уставился в потолок. Александр, 15 лет, девятый класс, есть любящие мать и отец, а также брат, который сбежал около пяти лет назад, но причины этого так и не были выяснены. Зеленого цвета из-за краски закрученные волосы, островатые черты лица, карие глаза, которые иногда сильно краснели от эмоций, что обьяснялось неизвестной семейной генетической мутацией, рост около 180. Все это было о нашем главном герое.

Саше, или, как он решил для себя, Алексу, в очередной раз приснился сон, в котором он постигает тонкую и прекрасную науку под названием «Псионика». Управление пространством силой могущественного телекинеза и телепортации, изменение, подчинение и разрушение разума посредством телепатии и прочие способности псиоников не давали ему покоя последние несколько месяцев.

Все странные повторяющиеся сны списывались на конец учебного года и соответствующую этому нагрузку, однако если подобное не прекратится в ближайшее время, ему придётся обращаться за помощью к кому-то, а это было бы нежелательно. Почему именно нежелательно он и сам не знал. Подростковая гордость, либо что-то еще, знать ему было не дано.

«Однако, сейчас не время предаваться грустным размышлениям, надо бы и явиться на глаза родственникам, а то опять начнут выстукивать, зовя». — Одевшись в серую толстовку и спортивные штаны того же цвета, Алекс наконец вышел из комнаты, после чего, умывшись, явился на кухню, где его уже ждали мать, готовящая завтрак, и отец, читающий новости в телефоне. Стереотипнее было бы только если б отец еще курил трубку, хотя в их семье подобное сильно не приветствовалось из-за вреда здоровью.

— Саш, завтракать будешь? — Спросила мать, накладывая картофельное пюре с яичницей на тарелку.

— Конечно! Голодный как волк! — Алекс действительно постоянно был голоден по утрам примерно с тех пор, как начали сниться те сны про сверхспособности. И какими бы не были его надежды, никаких сверхсил у него так и не наблюдалось, в отличии от голода, будто после их использования, не иначе.

Сев за стол и дожидаясь еды, подросток заметил у отца в телефоне новость о каких-то метеоритах, летящих на Землю и испытав чувство дежавю, спросил об этом.

— Что там в новостях то говорят?

— Да вот метеориты летят, пара штук неподалёку должны как раз упасть, может даже можно будет увидеть такую редкость. — Спокойным, как и всегда, тоном, ответил ему отец, мельком глянув на сына.

«Не увидят» — промелькнуло у Алекса в мыслях, но сразу же стерлось, как будто этого и не было. На секунду зазевавшись, он пропустил какой-то вопрос от отца, но тот, увидев, что сын не услышал его, решил не настаивать.

Вот, наконец, мама поставила на стол тарелки и семейство принялось за еду, нахваливая блюдо. Во время приема пищи Алекс думал о метеоритах, которые никогда не видел, и если увидит сам, обязательно пойдет глянуть.

Тогда он еще не знал о настолько неожиданных поворотах в жизни

Позавтракав, он пошел собираться в школу, так как сегодня был чертов рабочий день. Ну а какой школьник хочет идти туда, где его будут пичкать бесполезной, по большей части, информацией? Вот и ему не хотелось идти, но хотя бы был конец учебного года, в следствии чего скоро можно будет отдохнуть, валяясь в кровати целыми днями.

Пусть и хотелось доехать туда на велосипеде, однако выбора не было, так как поставить его негде. Поэтому воткнув купленные недавние наушники в уши, включил что то из плейлиста и под расслабляющую музыку отправился в учебное заведение.

*Спустя шесть часов*

Катаясь на велосипеде за городом, Алекс ощущал необычную свободу, так как сообщили, что учебный год закончат на несколько дней раньше, поэтому эта неделя (еще 4 дня) будет последней, а экзаменов в этом году не будет из-за какой-то ситуации в стране. Но кому какая разница, если всплыли эти две прекраснейшие новости? Вот и ему было всё-равно, ведь не придётся еще неделю сидеть на одном месте часами, слушая нудный голос учителей. Вместо этого он будет наслаждаться ветром, колышащим густые волосы, и свободой, к которой у Алекса было особое отношение.

Но вдруг, не хуже грома среди ясного неба, показался метеорит… летящий среди грёбаного ясного неба, при чем метящий явно куда-то относительно неподалеку от Санька. Быстро начав отъезжать от примерного места падения, парень почти не отводил от него взгляда, будто что-то в нём манило, помимо того, что это был, мать его, метеорит.

Вот, от места его падения, где-то в ста метрах от Алекса, пронёсся жуткий грохот, который заставил замершего подростка очнуться и начать ехать к камню, который, как было заметно при подходе, светился зеленым цветом, переливаясь то светлыми, то темными оттенками. В тот момент Алекс не контролировал себя, что-то в этом камне звало его, или, быть может, это было подсознательное желание коснуться, но каким бы не было обьяснение, итог был один — положив велосипед в стороне и коснувшись едва горячего камня, парень просто упал, лишь мельком увидев силуэт в стороне, и широкую улыбку, которая останется у него в памяти ещё надолго.

В то же время, в нескольких десятках метров от места происшествия, в разы тише упал камень с идентичными свойствами, который, однако, так и не был найден никем…

Перегрузка. Часть 2

Очнулся он уже затемно, лёжа на земле. Тело ломило, из-за чего даже встать было для него целым испытанием. Однако спустя десяток безуспешных попыток, направив всё свое желание на это действие, тело будто полегчало на мгновение и у него получилось встать, хоть и чуть не вернулся в предыдущее положение.

Попытавшись осмотреться, заметил лишь кромешную тьму вокруг, судя по которой было уже за полночь…или же небо затянуло тучами и начинался дождь, на что намекали несколько упавших на Алекса капель. Быстро достав из кармана телефон, он увидел на часах одиннадцать ночи, а это значило, что пролежал он добрых пять часов на земле, да еще и в неудобном положении.

Включив фонарик на телефоне, получилось найти свой велосипед и, взяв его в одну руку, а телефон в другую, хромым шагом поплелся поскорее домой, пока не начался сильный дождь, обещавший начаться уже вот-вот.

Выйдя на дорогу, стало заметно, что фонарные столбы все еще горят. Это позволило ему сесть на велосипед и быстро поехать, не отвлекаясь на удерживание фонарика в другой руке.

*Pov Алекс*

«Чёрт, вот надо мне было к этому камню подходить, а? Чего я туда вообще полез, а уж тем более коснулся-то? Повезло хоть, что по какой-то причине он оказался не раскалённым, что удивительно!» — Думал Алекс по пути домой, где родители уже должно быть волновались. «Хотя… — промелькнула мысль — если бы сильно волновались, то позвонили бы, значит ничего страшного в этом нет».

Уже подъезжая к своему дому и зайдя в подъезд, я готов был чуть ли не разрыдаться от того, что лифт не работал, как, по видимому, и свет по всему району, а значит… — Быстро, как мог, Алекс достал телефон и увидел, что связь отсутствовала, а значит вполне возможно, что родители могли просто не дозвониться. Но если отсутствовала даже связь, то почему почти всю дорогу до дома освещали фонари?

Вдруг заметив неожиданно загоревшиеся лампы на этажах он, попытав удачу, нажал кнопку вызова лифта, который действительно оказался работающим! Быстро запихнув в него велосипед и зайдя сам, Алекс поднялся на восьмой этаж, на котором жил с родителями. Зайдя в квартиру, он увидел сердито смотрящего на него отца, а вытянув шею и заглянув на кухню заметил мать с красными, явно от слёз, глазами. Поняв, что сейчас его ждёт ОЧЕНЬ серьезный разговор и извинения с его стороны, Алекс оставил велосипед в коридорчике, сам заходя в гостиную, в которую вслед за ним зашел отец. Влепив ему не сильную, больше показательную затрещину (заслуженную, впрочем), он пригласил его сесть, после чего начался далеко не самый приятный разговор на тему того, как быстро надо возвращаться домой, когда по городу уже как восемь с половиной часов не было света и уж тем более связи.

Оказалось, что как только начало темнеть, а парень не возвращался, родители пошли искать его по ближайшим улицам, спрашивая встретившихся знакомых, которые и не видели его здесь за последние сутки, поэтому помочь ничем не могли. Из-за этого родителям ничего не оставалось, кроме как просто ждать. Мать за это время выплакала все слезы, а отцу пришлось утешать ее. Ее, женщину, которую Алекс никогда не видел даже грустящей, лишь только излучающей постоянный лёгкий позитив.

Из-за всей этой ситуации Саша чувствовал себя последней сволочью, поэтому находившийся до этого и так в полу-туманном состоянии разум легко смог заставить тело пойти извиниться перед матерью, пусть он сам, как личность, присутствовал уже будто не здесь. Дальнейшие действия — душ, молчаливое сидение под случайную музыку в своей комнате и то, как лег спать, прошло как в тумане.

Но по некой причине, которую спустя некоторое время так и не удалось установить, дальнейшие трое суток прошли в таком же автоматическом состоянии. Случались только некоторые случаи прояснения, во время которых он проявлял недюжинные знания и умение этими знаниями пользоваться.

Так и были перепады сознания от состояния овоща до гения, пока в один момент…

— Сань, ты чего встал как вкопанный? Нормально всё? — Окинув его взглядом, друг Алекса, Андрей, начал трясти его, пока через минуту друг наконец не очнулся, растерянно взглянув на нарушителя спокойствия.

— А, да…ничего, задумался просто, забей. — Махнув рукой, он впал в схожее задумчивое состояние, но на этот раз без потери сознания. Он пытался понять что с ним было до этого и вспоминал что где он сейчас вообще и что делает.

— Слушай, ты последние дни сам не свой, колись, чего случилось то? — С беспокойством глянув на друга, Андрей положил руку ему на плечо, снова встряхнув, пусть на этот раз не было нужды.

— Да ничего, просто проблемы со сном никак не проходят, а последнее время еще более насыщенными стали, теряюсь уже где что. — Отмазки он всегда умел придумывать на ходу, а учитывая что подобное было уже не раз, заготовки были уже давно.

— Да забей ты, относись к этому проще, а то так всю жизнь в задумчивости проведёшь. — Снова попытался достучаться он до Алекса, пусть его слова в очередной раз и прошли мимо.

Подобный диалог у них случался уже далеко не в первый, и даже не в пятый раз. Оба получали от него некое успокоение от постоянства, ибо в последнее время в связи с возрастом и подготовкой ко взрослой жизни, всё больше изменений было заметно в окружающих, что прямо говорило о том, что детство уходит, и есть мало шансов на то что хотя бы часть из имеющегося сейчас, сохраниться в будущем.

*Дзззз*

Мысли Алекса были прерваны прозвеневшим звонком на урок. Учитель открыл большие двери кабинета, открыв вид на один из самых ненавистных для школьников кабинет.

— Физика… — С лёгким стоном слово сорвалось с его губ. Пусть проблем с ней не было, даже скорее наоборот, физику он любил мало, особенно из-за олимпиад на которые его отправляли, даже если в теме он разбирался слабо. Единица в знаниях всё-таки лучше чем ноль, который был у большей части класса.

Рассевшись, все уставились на учителя, пожилого мужчину семидесяти лет, который, тем не менее, был жилистым и здоровым, будто протянет еще лет тридцать без всяких проблем. Имя его Алекс не помнил, поэтому просто, как и все, звал его Ильичом, а тот спокойно принимал это, ибо за годы привыкнуть было не сложно, да и лёгкую долю юмора, несмотря на реальную строгость, он имел.

— Итак, на последнем уроке, как выяснилось, мало кто из вас, — с поджатыми губами, окинул он класс строгим, недовольным взглядом, — помнит даже часть основ, которые я до вас доносил два года. Времени у нас не так много, поэтому далеко заходить не будем, и начнём с материала, который вы должны были усвоить еще в начале года.

Ильич начертил на доске круг и проговорил своим сухим голосом:

— Центростремительное ускорение. Почему тело не улетает по прямой, а движется по окружности? Кто объяснит?

Класс притих. Никто даже не шелохнулся.

Алекс вдруг понял, что знает ответ на простейший вопрос, и единственный поднял руку — будто само собой, по привычке.

Ильич устало покосился, но не сразу вызвал поднявшего руку:

— М-да…лес рук. Ладно уж, фантаст, отвечай.

Несколько человек тихо хихикнули, заслужив обвиняющий взгляд учителя.

Алекс чуть подумал — и слова сами сложились:

— Это как если человек удерживает мяч силой мысли. Он хочет, чтобы мяч ходил по кругу, тогда ему нужно всё время тянуть его к центру. Чуть отпустит — мяч сразу улетит по прямой.

Так же и в реальности: скорость всё время тянет тело вперёд, а какая-то сила удерживает его внутрь. Если скорость становится больше, тянуть приходится сильнее. Поэтому и получается v^2 делённое на радиус.

В классе стало тихо.

Ильич постучал мелом по доске, будто проверяя свои мысли.

— Опять твои сравнения… — пробормотал он. — Не учебный пример.

Он обернулся к Алексу ещё раз, прищурившись:

— Но объяснение верное. Хоть и фантазёрское.

Несколько ребят снова тихо засмеялись.

Алекс пожал плечами — мысль пришла просто и ясно, как будто сама.

Ильич снова повернулся к доске:

— Ладно. Пойдёт. Только на экзамене попробуй без мячей, которые летают от мысли.

Он говорил подобное не первый раз, но Алекс всё равно игнорировал его слова, ибо записывать задачи он умел, а усложнять устное обьяснение не видел смысла, подобрав самый простой для себя пример.

Задав еще несколько вопросов по теме, и получив наконец ответы не от одного Алекса, Ильич подуспокоился и начал чуть более понятно повторять тему, которую ученики должны были бы усвоить еще в начале учебного года.

Алекс же в это время пребывал одновременно и в ступоре, и в кристально чистом сознании, ибо на каждое обьяснение приходила своя мысль, которая рассматривалась сразу с нескольких сторон. От этого голова начинала побаливать будто от перегрузки мозга.

Но к счастью урок быстро закончился, и получилось отвлечься на другие дела — разговоры с одноклассниками на отвлечённые темы, и какие-то совсем обычные мелочи школьной жизни — обсуждение новой столовской булочки, спор о том, кто провалил контрольную сильнее, стенания о домашке по математике.

Обыденность шумела вокруг, словно мягкая подушка, и наконец гасила тот перегруженный блеск мыслей, который ещё минуту назад сверкал в голове Алекса.

Остальной день прошёл без подобных перегрузок, и спокойно выходя из школы, Андрей окликнул его, успев догнать.

— Сань, мы тут с парнями думаем на речку махнуть на выходных, ты с нами?

— М… — Звали его не то чтобы часто…скорее вообще не звали куда либо, но изредка Андрей, не смотря на частые отказы, продолжал пытаться куда то позвать Алекса. — Ладно уж. Кто еще там будет то? Слабо вериться что вы туда только втроём тащиться собрались, если вдруг без меня.

— Да у Макса есть компания, человек пять-шесть, они его как раз и позвали. Ну и предложили еще кого то позвать, всё-таки конец учебного года, чего бы и не найти компанию побольше. — С улыбкой на всё лицо сообщил Андрей не самые утешительные новости.

— Ладно уж, пойдёт. Когда, и во сколько собираемся? — Алекс сам по себе был не особым любителем каких либо компаний, а уж зная местный контингент был уверен, что без неприятностей не обойдётся, поэтому лучше будет как всегда молчать и не отсвечивать, ибо разбираться с возможными последствиями просто лень.

— Пока не знаю, напишу когда точно определимся, но скорее всего на этих выходных. Ты же свободен?

— Да, вполне. На пасеку меня пока что брать не будут, родители решили дать немного времени на отдых перед откачкой, но со следующих выходных уже мало когда получиться прогуляться.

— Печально… — Слегка взгрустнув на секунду, Андрей продолжил говорить, — впрочем у меня и самого подобная ситуация, сам знаешь, неизвестно когда в городе буду.

Так, продолжая переговариваться о своей не самой весёлой судьбе, друзья дошли до развилки, где, попрощавшись, пошли в разные стороны, думая каждый о своём.

Остальной день прошёл бы спокойно, если бы не краткое мгновение, которое повлечёт за собой все остальные известные события...