Имперская прерогатива

Клаус Дитер: проклятие.

Дилинь…Дилинь…Дилинь…Дилинь…

Не открывая глаза, пытаюсь попасть по будильнику, но как оно всегда и бывает, ударяюсь рукой об угол тумбочки. Резким рывком принимаю сидячее положение, хватаясь за руку и начиная шипеть от боли.

-Он опять попытался выключить будильник, с тебя 100 марок. -слышу чересчур весёлый голос Эрика с верхней кровати.

-Чёрт. -краткий, но вместе с тем полностью передающий всё недовольство Бена, ответ.

-Советую начать собираться, не хочу опять из-за вас заниматься какой-нибудь грязной работой. -с лёгкой неприязнью проговорил Крис.

-Уже, мистер “Я не хочу пачкать свои руки”. -Отвечаю максимально равнодушным тоном, начиная собираться.

Спустя 10 минут

Мдаа… Опять этот ненавистный плац, наверно майор снова будет толкать патриотические речи о непобедимости Империи и величии немецкого народа… Хотя нет, скорее он будет на нас орать, что мы все криворукие обезьяны по ошибке, называемые солдатами… Беру свои слова назад, увидев майор можно с уверенностью сказать, что нас ждет полное дерьмо.

-Приветсвую солдаты. -Постарался с присущей ему твердостью сказать майор, что у него плохо получилось из-за нервного взгляда глаз.

-ПРИВЕТСТВУЕМ ГОСПОДИН МАЙОР! -ответил строй громким хором.

Черт, как же закладывает уши, еще одна причина ненавидеть это место. Уж лучше помогать техникам проводить калибровку наших машин в ремонтных ангарах, чем находиться здесь.

-Не буду томить вас бойцы, противник смог прорваться в квадрате D4 и уверенно продвигается вглубь наших территорий. Поэтому несколько минут назад нам прислали приказ сверху. Нашему соединению приказано перехватить колону противника. По данным разведки, численность советов составляет около сотни единиц ЦТА-2 и батальона моторизованной пехоты. -Вывалил на нас тонну информации майор.

Я даже не заметил, как плохое настроение отступило и кривая улыбка похожая на оскал, появилась на моем лице. В предвкушении боя я начал сжимать и разжимать кулаки, разгоняя кровь по телу. Наконец-то я смогу вновь показать себя в деле.

-Боевой маньяк. -услышал я голос справа от себя, повернув голову я увидел лицо Криса, смотрящим на меня с еле заметным призрением.

-Просто наше место не в бараках, а на полях сражений. -Ответил я ему, убрав улыбку с лица.

-Согласен с Клаусом, мы пилоты шагоходов и должны находится на острие атаки, а не сидеть сложа руки на базе. -Принял мою позицию Бен, стоящий по левую руку от меня.

-Эээ… а че вы на меня смотрите? Я воздержусь от комментария. -Сказал Эрик после того, как мы втроем практически одновременно посмотрели в его сторону.

-…А потом полчаса на экипировку и подгон снаряжения, а также подготовки всей доступной бронетехники и дронов к бою. Все свободны. -Договорил свою длинную речь майор Фридрих, начала которой я успешно прослушал.

-И сколько у нас свободного времени? -Задал я вопрос, не ожидая услышать точного ответа.

-Час. -Ответил мне Крис с видом своего полного превосходства.

-Тогда предлагаю сходить в столовую. -С оптимизмом проговорил Эрик решив предотвратить нашу перепалку, и в припрыжку пошел в сторону ранее названного места.

Спустя 1 час 25 минут

Вот и всё, остались последние приготовления, после чего мы выдвинемся в сторону противника.

Я стоял и рассматривал своего часового. Грозная машина войны ростом около шести метров, представляющая собой металлическую коробку с наклонными лобовыми плитами корпуса, стоящую на ногах с обратным шарниром. По моему приказу шагоход был вооружен спаренной 20мм авто пушкой и тяжелым 128мм орудием. Думаю, для предстоящей миссии такой набор вооружения будет в самый раз.

Обойдя шагоход сзади, я забрался в кабину по лестнице, поставленной техниками заранее. После закрытия люка, сажусь в кресло пилота, пристёгиваю все ремни безопасности и опускаю стальной фиксатор на плечи и наконец проверяю кобуру с пистолем висящей на груди. Потом, вставляю специальный ключ пилота, благодаря чему машина оживает. Тут же активировались все внешние камеры выводя картинку на многочисленные мониторы в кабине. Смотря на датчики состояния понимаю, что машина в полном порядке, а я, удостоверившись в полной исправности часового, удовлетворенно хмыкаю. Прикоснувшись к пультам управления шагохода на моем лице вновь появляется кривая ухмылка. Сложно сдерживать себя, когда понимаешь, что управляешь 30-и тонной машиной, которая способна на очень многое в руках умелого пилота, каковым я всегда считался.

-Говорит майор Фридрих, подразделения, статус. -раздался из динамиков голос нашего командира.

Пока многочисленные подразделения подтверждали статус, я проверял количество загруженного боекомплекта и убедившись в полной загрузке, решаю начать выводить шагоход из ремонтного ангара. В туже секунду гидравлика напряглась, и часовой грозно переступая с ноги на ногу отправился в сторону выхода.

-Жестянки? -Вновь раздавшийся голос майор из динамиков, заставил меня собраться.

-Гриф-один готов. -Отвечаю, не забыв включить, а после конца фразы выключить свой микрофон. Не хотелось бы повторять ошибки прошлого.

-Гриф-два готов. -Как обычно спокойно ответил Бен.

-Гриф-три готов. -Ответил Крис. По его интонации можно было понять, что он не особо рад сложившимся обстоятельствам.

-Гриф-четыре готов. -Ответил Эрик с нескрываемым весельем в голосе.

-Тогда выдвигаемся… и с богом. -Сказал майор на общей волне, и вся наша колона отправилась в путь.

Спустя 53 минуты

Спустя час движения на полном ходу наш отряд расположился на небольшом холме, под прикрытием деревьев. Через оптику наших машин, мы наблюдали за колонной противника.

-Жестянки, докладывайте, что там у вас? -раздался голос майор из динамиков.

-Говорит Гриф-один, всё, как и докладывала разведка майор. -Даю ответ на заданный вопрос, продолжая рассматривать неказистые дроно-танки советов.

-Хорошо, тогда делайте что хотите, но выиграйте нам немного времени. -Отдал приказания майор Фридрих.

-Так точно. -говорю полковнику, после чего переключаюсь на волну отряда.

-Нам дали полную свободу действий так, что поступаем как обычно. Крис, твой приоритет – это, всё то, что может пробивать часовых. Эрик, ты как обычно прикрываешь его. Бен, мы с тобой выступаем на острие атаки и отвлекаем внимание на себя. Все всё поняли? -Раздаю указание и жду ответа от своих сослуживцев.

-Есть/Принял/Так точно. -Услышал я ответы вразнобой.

-Тогда выступаем. -Говорю и наши машины практически срываются с места, начиная двигаться в сторону колоны противника.

Когда расстояние между нами сократилось до 1000м, противник заметил нас и начал разворачиваться в нашу сторону. Тут же у одной из ЦТА-шек разворотило все переднюю часть и из неё повалил густой черный дым.

-Неплохое попадание. -Прокомментировал Бен выстрел Криса.

-По-другому и быть не могло. -Ответил в своей манере Крис.

Останавливаюсь, наводя 128мм орудие на ближайшую ЦТА-шку и вдавливаю кнопку огня и 28-ми килограммовый снаряд устремляется к цели. Ощущая отдачу ствола даже сквозь обшивку, наблюдаю как еще один танк останавливается с крупной дырой в корпусе, из которой начинает валить дым. Противник открывает ответный огонь и ЦТА-шки начинают работать по нам из тяжелых пулеметов и мелкокалиберных орудий. Бросаю свою машину в сторону и начинаю бить из авто пушек, стараясь попасть по грузовикам и бронетранспортерам, выгружающие пехоту и тяжелое вооружение. Сразу же собираю кровавую жатву, видя, как 120-ти граммовые боеприпасы разрывают обычных солдат и транспорт, из которого они пытаются выбраться. Продолжая двигаться в сторону, выцеливая следующий танк и спустя пару секунд и легкой встряски шагохода ещё одна ЦТА-шка останавливается с пробитым корпусом.

-Внимание: ракетная опасность, внимание: ракетная опасность. -Начинает вопить система предупреждения атак и я замечаю управляемую ракету, которая несётся прямо на меня.

Останавливаю шагоход, сгибаю ноги и слегка наклоняю корпус по направлению движения. Когда между моей машиной и ракетой остается около 200 метров, совершаю резкий рывок и вражеский оператор не успевает среагировать из-за чего ракета проносится мимо, взрываясь за спиной моего часового. Тут же навожу стволы авто пушек на то место откуда в меня пустили ракету и открываю огонь, за пару секунд превращая весь противотанковый расчет противника в фарш.

-Херово работаешь Крис. -С неприкрытой злостью проговариваю по рации.

-Ой мистер “номер один” не справляется, какая печаль. -Сказал Крис, даже не пытаясь скрыть всё свое высокомерие.

-Ребят, сейчас не лучшее время для выяснения отношений. -С паникой в голосе сказал Эрик, совершая попытку облагоразумить нас.

-Хватит, сосредоточьтесь на противнике. – Окончательно пресёк нашу дальнейшую перепалку Бен.

Тцц… нашёл место и время для выставления своего дерьмового характера напоказ. Ладно, надо успокоиться и подумать.

Анализируя ситуацию, понимаю, что свою задачу мы выполнили и враг понёс существенные потери. Четыре шагохода всё равно не смогут остановить советский батальон моторизованной пехоты с поддержкой бронетехники.

-Отходим. -Мой короткий приказ и наш отряд отступает, позволяя врагу продолжить движение в сторону имперских тыловых частей.

Спустя 6 минут

Пока мы двигаемся до союзных позиций, решаю осмотреть машины своих сослуживцев. Часовой Бена выглядит достаточно потрёпанным. Большое количество сколов и вмятин от 45-и миллиметровых снарядов, а также оплавленный шестиствольный пулемёт, который теперь годен разве, что для переплавки. Шагоход Эрика смотрится целым, отделался только царапинами, да парой вмятин и сколов, наверно моя машина выглядит примерно также. А вот часовой Криса получил только несколько царапин. Да он из нас всех выглядит так, как будто и не участвовал ни в каком бою.

-Слушайте, а неплохо мы их. -Сказал Эрик, попытавшись по всей видимости поднять нам настроение.

-При всей разнице в огневой мощи, мы сработали не на “неплохо” а на охренеть как хорошо. -Говорю уже я, поддерживая позитивный настрой.

-Было бы совсем славно, если бы я не лишился тяжёлого пулемёта. -Проворчал Бен с явным недовольством в голосе.

Так как разговор увял, мы продолжили двигаться в тишине.

Спустя 26 минут

Наконец-то доходим до союзных позиций, и наблюдаем хоть и наспех, но добротно выкопанные окопы и хорошо подготовленные пулемётные точки.

В общем, пока мы сдерживали врага, майор не терял времени, видимо решив смертельно удивить советских солдат.

-Говорит гриф-один, вернулись с успешно выполненного задания и ждём дальнейших указаний. -Говорю на общей волне.

-Схоронитесь севернее на холме и ожидайте дальнейших приказов. -Приказал нам майор бодрым голосом, видимо обрадовавшись нашему возвращению.

-Так точно. -Отвечаю, зашагав в заданном направлении.

Спрятавшись на холме среди деревьев, мы принялись наблюдать за обстановкой. Внешние камеры с мощным зумом нам в этом активно помогали.

-Надеюсь, у нас будет хотя бы 5 минут отдыха. -Озвучил своё пожелание Эрик.

Сразу же после этой фразы на горизонте появились первые советские танки… и не только. Прямо за ЦТА-шками шли четырёхногие шагоходы. Вражеская, твою мать, кавалерия.

-Жестянки! Это что за дерьмо!? -Гневно задал нам свой вопрос майор.

-Майор Фридрих, разведка ошиблась, это другое советское соединение, по которому у нас не было информации. -Влез на волну один из разведчиков.

-Дерьмо. -Констатировал факт майор.

-К БОЮ СУКИНЫ ДЕТИ! ИЛИ ВЫ ЗАХОТЕЛИ ЖИТЬ ВЕЧНО?! ЗА ИМПЕРАТОРА, ЗА ИМПЕРИЮ! ОГОНЬ! -Взревел нечеловеческим голосом майор.

Застрочили тяжёлые станковые пулемёты, открыли огонь противотанковые расчеты и средние танки “шторм”. Противник начал нести первые потери, то тут то там останавливались подбитые ЦТА-шки, а пехота косилась как трава на утреннем лугу. Только этого было мало. В сторону союзных позиций полетели ракеты всех мастей и снаряды тяжёлых орудий. Пулемётные и противотанковые расчёты начали замолкать один за другим. Интенсивность союзного огня неумолимо снижалась, и враг начал уверенно продвигаться вперёд.

-Жестянки, ваш выход, я хочу, чтобы советские ракетные расчёты замолкли навсегда. -Наконец-то отдал нам приказ Майор.

-Ну что грифы, слышали? Вперёд! -Говорю с неприкрытым энтузиазмом.

Мой часовой напрягся и загудел, а после сорвался с места и понёсся в сторону врага. Конечно, на максимальной скорости, пилота нехило так трясёт, но в данной ситуации это единственный вариант. Навожу 128мм орудие на ближайшую ЦТА-шку и надавливаю на кнопку огня. 28-ми кг снаряд покидая ствол, устремляется к цели, но проходит метром левее и врезается в землю, детонируя и разрывая советских пехотинцев, которые просто неудачно спрятались. В корпус по касательной прилетает 122мм снаряд оставляя неприятную борозду. Перевожу тяжёлое орудие на черепаху, выстрелившую в меня, и как только заканчивается перезарядка открываю огонь. На этот раз удача повернулась ко мне лицом и советский шагоход с дырой в области люка мехвода падает на днище, переставая подавать признаки жизни. На боковых камерах замечаю небольшую кучку солдат, спешно готовящих управляемую ракету к запуску.

-Не сегодня. -Говорю, разворачивая корпус и открываю огонь. Град 20мм снарядов калечит и убивает солдат, отрывая конечности и прошивая тела насквозь.

-Внимание: ракетная опасн… -Снова начинает вопить СПА, и я замечаю ракету Проносящуюся прямо перед носом моей машины. Стоило только мне подумать о криворукости советских операторов, как ракета находит свою цель, и часовой Бена заваливается на спину, переставая подавать признаки жизни.

-БЕН! -Разносится крик Эрика по рации, пока я поднимаю взгляд на датчики и мое сердце пропускает удар. Экран выдавал отсутствие пульса у пилота грифа-два.

Оглядываясь, наблюдая и другие ракетные расчёты противника. Поворачиваюсь и шагоход, напрягая гидравлику, бежит уже в их сторону. Особо не целясь, вдавливаю кнопку стрельбы и 20мм авто пушки уничтожают один расчет за другим.

-Внимание: ракетная опасность, внимание: ракетная опасность. -даёт о себе знать система предупреждения атак. И я замечаю неуправляемую ракету, летящую ровно в меня.

Организм впрыскивает дозу адреналина, чувства обостряются до предела. Понимаю, что не успею увести часового с линии огня. Решаю принять ракету на броню. Поворачиваю корпус на 45 градусов влево и опуская 128мм орудие вниз, чтобы не погнуло ствол от ударной волны. Удар и машину нещадно трясёт, но броня выдерживает и лишь часть внешних камер выходит из строя.

-Клаус ты цел?! -Снова слышу обеспокоенный голос Эрика по рации.

-В полном порядке, считай только краска облезла. -Даю ответ, пытаясь слегка пошутить.

-Эй, Крис, ты куда? -Растерянно задает вопрос Эрик по рации, вынуждая меня сфокусироваться на грифе-три. И всё, что я вижу это сраную спину шагохода, который пытается свалить с поля боя, выжимая всё из своих приводов.

-К черту всё это, я не могу здесь умер… -Истерично отвечает Крис и не успевая закончить фразу, ему в спину прилетает 122мм снаряд. Мощный взрыв и части его шагохода разлетаются по округе, не оставляя и шанса на выживании пилота. Смотрю на черепаху, совершившую выстрел, и в следующую секунду в неё прилетает 88мм снаряд от грома из-за чего та заваливается на днище и замолкает.

Осматриваясь, подмечаю, что бой уже перешел на близкую дистанцию, превратившись в свалку, и от двух десятков штормов осталось всего семь, а в живых из пилотов остались только я и Эрик. Осознавая, что мы не сможем победить и это скорее всего мой последний бой, отключаю рацию и начинаю действовать на оточенных рефлексах, забывая, что такое инстинкт самосохранения.

Максимальный разгон. Наведение. Выстрел. Черепаха с пробитой бронёй опускается на днище. Поворот корпуса. Длинная очередь. Скашиваю отряд пехоты и бронетранспортёр. Рывок в сторону. Ухожу от выстрела еще одной черепахи. Разворот. Выстрел. 28-ми кг снаряд отрывает одну из ног, но советский шагоход сохраняет боеспособность. Выстрел со стороны. Это Эрик добивает черепаху окончательно выводя её из боя. Взрыв и мощная встряска. Смотря на датчики, понимаю, что моему шагоходу магнитной миной оторвало один из 30мм стволов. Замечаю пехотинца, бросившего гранату в 10 метрах от себя, подбегаю и опуская многотонную конечность, раздавливая бойца. СПА снова предупреждает о ракете, но из-за того, что я отвлёкся не успеваю среагировать и ракета попадет в блок с авто пушкой, окончательно отрывая его. Пока я прихожу в себя после жесткой тряски, гриф-четыре делает выстрели на месте советского расчёта остаётся воронка от попадания 105мм боеприпаса. Прихожу в себя, начиная искать камерами другие расчёты и находя, срываюсь в их сторону. СПА вновь сообщает о ракете, но в этот раз я готов из-за чего она проходит в считанных миллиметрах не задевая корпус. На полном ходу достигаю расчёта и начинаю давить солдат противника. Взрыв и опять встряска. Из-за магнитной мины правая нога получила серьезные повреждения, но она всё еще функциональна так, что продолжаю давить пехотинцев. Замечая ещё одну черепаху, поворачиваюсь в её сторону и беру разгон. Советский шагоход открывает огонь. Совершаю рывок в сторону, но из-за поврежденной ноги, он выходит короче планируемого и 122мм снаряд попадает в край корпуса. Даже сидя внутри, слышу, как сминается металл и натужно скрепит корпус, а тряска добавляет неприятных ощущений. Даю ответный выстрел, и черепаха детонирует, разбрасывая свои части по всей округе. Из-за неудачного рывка механизм правой ноги окончательно ломается и мне приходиться встать намертво, чтобы не завалить машину набок.

-Клаус! -Слышится испуганный голос Эрика по рации. Тело реагирует быстрее разума, и я по привычке пытаюсь сделать рывок в сторону. Но реальность не обманешь и мой шагоход заваливается на сторону, где когда-то красовалась спаренная 20мм авто пушка. И повиснув на ремнях и фиксаторе наблюдаю, как из-за остова уничтоженного выходит поврежденная черепаха. Вся броня в сколах и вмятинах, одной ноги нет, и 122мм ствол, который уже начал наводиться на меня. Самоуверенные ублюдки. Как только черепаха вышла, мое орудие уже было наведено на нее, и я просто с силой вдавливаю кнопку огня и… ничего не происходит. В панике осматриваю датчики и понимаю, что у меня заклинило орудие. Дёргаю рычаг и 128мм снаряд выбрасывает из казённика резервным механизмом, вот только перезарядиться я уже точно не успеваю, поэтому с обреченностью убираю руки от пультов управления и просто принимаю свою судьбу. Вот только Эрик так не считает и его шагоход делает выстрел из 105мм орудия и… снаряд рикошетирует от лобовой брони, а экипаж черепахи осознавая угрозу разворачивает ствол на грифа-четыре. И пока советы наводятся на цель, Эрик делает еще один выстрел из второго орудия, который проходит в считанных миллиметрах от крыши, буквально слизывая часть краски советского шагохода. Замечаю, что мое орудие уже перезарядилось нервно хватаюсь за пульты управления, но не успеваю нжать на кнопку. Черепаха делает выстрел из 122мм орудия после чего уже часовой моего друга заваливается на спину с дырой в корпусе, из которой начинает вылить густой и черный дым. Уже наконец-таки вдавливаю эту сраную кнопку и вражеский шагоход падает на днище, переставая подавать признаки жизни.

Снимаю фиксатор, отстёгиваю ремни и сразу же сваливаюсь с кресла пилота на холодный металлический пол. Я поднимаюсь и кое-как открывая люк, выбираюсь наружу.

Осматриваюсь и понимаю, что никого не осталось… буквально никого. Вокруг лишь горящие остовы бронетехники и мертвые тела солдат. Опускаюсь на колени, хватаюсь за голову и начинаю безумно смеяться.

Я снова выжил… снова… в ситуации, где все мои сослуживцы пали… я выжил… снова.

-ПОЧЕМУ Я СНОВА ВЫЖИЛ?! -Кричу от безысходности в это уже, казалось бы, мёртвое небо.

За что… просто за что? За что мне всё это?!

Щелчок кобуры и я медленно достаю пистолет. Прикладываю его к виску и начинаю медленно давить на спусковой крючок в надежде закончить свои страдания.

Луис Вольф: грех прошлого.

-И что это за дерьмо? -Задаю достаточно логический вопрос инженеру, стоящему напротив меня.

-Это не дерьмо! Это наша самая передовая разработка! -Гневно отвечает он, размахивая передо мной руками, видимо, стремясь что-то доказать.

-Новейшее изобретение! Которое изменит весь ход городских боёв!

-Ну-у знаете… когда впервые вы демонстрировали часовых, я и вправду поверил, что с их помощью можно выиграть любую войну… но это? Просто выглядит так, как будто это собрали из остатков бронетранспортёра, в который перед этим прилетел 122мм снаряд. -С сомнением протягиваю я, смотря на это “чудо” инженерной мысли.

-Конечно! Ведь это всего лишь прототип, его ещё будут доводить до ума, тогда как парад часовых проводили уже после того, как обкатали их в поле.

-Это всё конечно очень хорошо, но зачем я тут вообще нужен? -Задаю уже второй вопрос, осматривая… ну пусть будет ангар. Повсюду какие-то высокотехнологичные детали, куча людей, постоянно спорящих друг с другом из-за, которых стоит вечный гул, высокие потолки метров под 8, металлические стены и белые лампы, освещающие всё это.

-Я хочу, чтобы вы испытали этот прототип в боевых условиях. -Пока я рассматривал место, в которое меня пригласили, даже показалось, что этот инженер хочет, чтобы я испытал это дерьмо в настоящем бою. Переведя взгляд на него, понимаю, что мне не послышалось.

-Нет. Я не хочу сдохнуть на улице города, в котором меня могут подстрелить из любого окна и с любой крыши.

-Вот именно! Наша разработка увеличивает шансы выживания в таких условиях!

-В стерильных условиях, я так понимаю. Когда не надо резко прятаться от авиационных бомб, когда не надо аккуратно обходить пулеметную точку, расположенной в конце улицы, когда не надо стремительно менять дислокацию, чтобы не попасть в окружение? -Перечисляя различные опасности городского боя, замечаю боковым зрением своего командира.

-Господин подполковник. -Сразу же вытягиваюсь по стойке смирно.

-Вольно. Итак, что у нас тут? -Требовательно задаёт вопрос инженеру подполковник, имея, видимо, ввиду название и характеристики этого “чуда”.

-Кхм… в общем, представляю вам новейшую разработку нашего концерна, экзо-броня класса “Воин”. Данный доспех увеличивает силу оператора и защищает его от любого мелкокалиберного оружия. Мы также встроили рацию в эту модель. -Мистер Готтлоб, прочитал я уже наконец имя на бейджике этого инженера, ну уж очень постарался придать серьёзности данному моменту, что у него, откровенно говоря, не получилось из-за чрезмерной жестикуляции при описании этого изобретения.

-Экзо-броня класса “Металлолом”, подошло бы больше. -Невольно вырвалось из меня после прослушивания речи.

-Да как вы смее… -уже было хотел возмутиться инженер, но был перебит подполковником.

-Тихо. Лейтенант Вольф, как бы вы к этому не относились, вышестоящее командование утвердило вас на должность испытателя этого доспеха. -С такой твёрдостью сказал это господин Кёниг, что я заткнулся и невольно вытянулся по стойке смирно. -Вольно. Мистер Готтлоб, введите лейтенанта в курс дела.

-Да, конечно. -С некоторой нервозностью проговорил инженер. -Э-э… если коротко, то в связи с началом операции по взятию города “Витебск”, наш концерн решил провести испытание экзо-брони в условиях реального боя. Выбор пал на вас из-за вашего послужного списка и вашей феноменальной живучести. -После этих слов, стало даже как-то гордо.

Хотя нет, я ни капли не достоин этих слов, не после того, что натворил.

-Это всё конечно очень хорошо. Но ты лучше объясни мне… не знаю… как это надеть на себя или как пользоваться рацией? Как этим пользоваться короче? -С некоторой усталостью в голосе, спрашиваю у него.

-Насчёт экипировки… никак, мы не смогли внедрить данную систему в доспех без потери прочности, поэтому чтобы надеть или снять его, нужен минимум один человек, имеющий необходимые инструменты и нужные знания. Рация включается по нажатию кнопки, расположенной ниже и чуть дальше левого уха. Вот здесь. -Указал пальцем инженер на заветную кнопку. Слушая инструкции мистера Готтлоба и осматривая свою новую броню, что я могу сказать: максимально массивный костюм с клиновидным шлемом, крупными броневыми элементами, которые по всей видимости, будут снижать мою мобильность. Наверно в нём я буду выглядеть как средневековый рыцарь на стимуляторах.

-Мистер Готтлоб, пакуйте доспех, начало операции в 8:00, завтра. Лейтенант… готовьтесь морально, вылазка обещает быть трудной. -Пока я слушал инженера, не смог заметить, как подполковник отходил, видимо, чтобы получить свежие данные.

Спустя 15 часов 54 минут

Наконец, после продолжительной поездки на военном поезде, в котором я успел выспаться, мы прибыли в передовой лагерь, где меня уже успели одеть в экзо-броню.

-Как ощущения? -С явным интересом задал вопрос мистер Готтлоб.

-Ощущения, как будто меня засунули в консервную банку. -С нотками раздражения в голосе даю ответ. Пытаясь проверить общую подвижность костюма, проводя в нём зарядку, что даётся с неимоверным трудом, видимо, он не был рассчитан на такое. -Кстати, а из чего я стрелять то буду, с такими-то руками?

-О-о-о, я ожидал такого вопроса. -Сказал он, подходя к крупному контейнеру и открывая его. -Знакомьтесь, MG-49/10, пулемёт, разработанный специально для этой экзо-брони. Система бесперебойной подачи питания на 1000 выстрелов. Калибр, как уже понятно из названия 10мм, способен пробивать лёгкую бронетехнику и практически любые укрытия.

-Ну… наверно это идеальный вариант для меня, учитывая обстоятельства. -Придётся смирится с тем, что я должен буду передвигаться с непривычным для себя вооружением. Слишком уж привык к STG-52.

-Лейтенант Вольф, операция начнётся с минуту на минуту, занимайте место в бронетранспортёре. -Снова я не заметил, как подошел подполковник, напомнивший о начале операции.

-Так точно. -Гаркнул я, пытаясь вытянуться по стойке смирно, что при условии надетого доспеха получилось довольно нелепо.

-Вольно… и с богом.

Просто кивнув и взяв пулемёт в руки, я отправился к назначенному транспорту, возле которого меня ожидал мой временный отряд. Около 50-и солдат, полностью готовых к предстоящему бою.

-Кто командир? -Вкупе с глухим шлемом, мой голос приобрёл агрессивные нотки из-за чего все бойцы вытянулись по стойке смирно, уставившись на меня.

-Сержант Рихтер, командир 3-го штурмового взвода, господин лейтенант.

-Принял… сержант командуй, ты своих бойцов лучше знаешь, воспринимай меня как специалиста по тяжелому вооружению. -Отвечаю командиру данного взвода, слегка потрясывая пулемёт как бы указывая на него.

-Так точно! Отделения Бауэра и Коха в первый бронетранспортёр, Вебера и Нойманна во второй, Фишера в третий. Бегом! -Убедившись в профпригодности сержанта, киваю ему и отправляюсь к третьему бронетранспортёру.

Пока я залазил в транспорт случайно погнул борт, слишком сильно сдавив его. Наконец усевшись и положив пулемёт на колени, смотрю на солдат, которые хоть и пытаются выглядеть незаинтересованными, но то и дело поглядывают на меня, наверно, мечтая о таком же доспехе.

Не понимаю их. Как можно мечтать об этой груде металлолома? Обзор ограничивает, любое движение в этом костюме ощущается максимально топорно. А если сервоприводы выйдут из строя, так я даже с места сдвинуться не смогу.

Спустя 12 минут

-Выгружаемся! -Скомандовал Сержант после того, как мы приехали к окраинам города, где нас уже ждал часовой. Моё удивление нельзя было передать словами.

-Говорит Носорог-3, временно прикреплён к вашему взводу для обеспечения огневой поддержки. -Раздался голос пилота из динамиков шагохода.

-Принято Носорог-3. -Сказал уже я, не дожидаясь ответа сержанта.

-Взвод, готовность 15 секунд. -Приказал Рихтер, когда уже все солдаты вылезли из транспорта и ожидали дальнейших команд.

-Выдвигаемся. -Сказал он, дождавшись полной готовности солдат.

Наше продвижение было неспешным. Пока солдаты Рихтера осматривали дома один за другим, я всматривался в каждое окно, пытаясь разглядеть засаду. Шагоход, гудя приводами, шел по среди улицы, ожидая нападения или нашего целеуказания. Когда наш взвод вышел на Т-образную улицу, я напрягся и вскинул пулемёт, начав водить им из стороны в сторону. Обычно именно в таких местах, в городе, устраивают засады. Это понимал и сержант, поэтому отряд замедлился еще сильнее. Бойцы заходили в каждый подъезд, каждую квартиру, проверяли любые подозрительные помещения. Никто не хотел получить очередь в спину. И тут, я заметил блик, всего на долю секунды, но мне было достаточно и этого.

-Носорог-3, в конце улицы зеленый дом с красной крышей, 3-ий этаж, возможна засада, отработай. -Проговорил я в рацию.

-Принял. Работаю осколочно-фугасным. -ответил пилот.

В следующий момент шагоход остановился и навёл 128мм орудие на указанное место. Прогремел выстрел, а после попадания - мощный взрыв, который полностью снёс стены нескольких квартир. Из дома начали доноситься крики, по всей видимости, раненных солдат противник. Из-за чего часовой навёл уже своё второе оружие, спаренную 20мм авто пушку, и открыл огонь, стремясь завершить начатое. 120-и граммовые снаряды прошивали стены дома насквозь, не оставляя и шанса выжить советским бойцам. Когда шум утих, мы продолжили движение и подойдя к перекрёстку, остановились. Продолжение засады могло быть как слева, так и справа, поэтому спешка тут не нужна.

-Бауэр, Вебер вы со своими отделениями занимаете угловые дома, посмотрите, что там да, как и в случае необходимости прикроете нас. -Скомандовал сержант и бойцы незамедлительно отправились занимать указанные позиции.

Получив информацию от солдат, наш взвод вышел на перекрёсток и незамедлительно рассредоточился по нему, занимая различные укрытия.

-Господин лейтенант, подойдите. -Услышав голос Рихтера, я сразу повернулся и подошел к нему.

-Что такое, сержант? -После озвучивания вопроса, он достал карту городу и развернул её на капоте брошенной машины.

-Хотел посоветоваться с вами насчёт нашего дальнейшего маршрута. Смотрите, если пойдем направо, то там дальше есть пара мест, где, судя по карте, враг устроит на нас засады, слишком уж удобное расположение домов в той части города. А если отправимся налево, то сможем обойти и зайти в тыл предполагаемому противнику, где советы окажутся в ловушке. -Проговорил Сержант и уставившись на меня, ожидал моего совета.

-Засады, которых может и не быть. Слушай Рихтер, советы же тоже умеют думать, скорее всего они просчитали такую вероятность и свои следующие засады устроили глубже в городе. Плюс, если мы пойдем налево, и враги это засекут, то они могут бросить свои позиции и пройдя по этому маршруту, ударить уже 2-ум взводам в спину. Такой исход нежелателен, поэтому предлагаю пойти направо. Кстати, не забудь про шагоход, который если, что прикроет нас. -С каждым моим словом, сержант всё больше осознавал ошибочность своего расчёта, что я понял по его лицу, на котором отобразилась целая гамма различных эмоций.

Кивнув в пустоту и убрав карту, сержант приказал своим бойцам продолжить путь. Продвигаясь вперёд, наш взвод всё также проверял каждый переулок, каждый закуток. Мы проверяли вообще всё, что вызывало у нас хоть капельку подозрения. Каждый боец взвода знал: достаточно пропустить один тёмный угол, и ты получаешь пулю в спину. Город не прощает ошибок.

-Взвод, рассредоточиться. -Резко скомандовал сержант, и я мог понять его, ведь мы подошли к выходу на площадь, где вдали было расположено белое здание, что-то вроде резиденции имперского правительства, если не ошибаюсь. Если противник устроил в нём полноценную засаду, то прямой штурм обойдётся нам очень дорого.

-Сержант, отправь пара отделений в обход, пускай разведают что там, да как. -Обращаюсь к Рихтеру, продолжая попытки высмотреть советов в окнах.

-Кох, Нойманн берите свои отделения и попробуйте обойти это чёртово здание, в бой вступать только в крайнем случае. -Приказал сержант и после того, как командиры отделений, кивнув, отправились выполнять поставленную задачу, аккуратно подошел ко мне. -Что можете сказать по этой ситуации, лейтенант?

-Дерьмо. Площадь слишком большая и на ней нет ни одного грёбанного укрытия, подойти незамеченным невозможно. Хотя можно пальнуть из пушки шагохода… правда, рисковать нашей тяжелой кавалерией не хочется, там может быть расположен ракетный расчёт. Одно удачное попадание бронебойной ракеты и мы останемся без огневой поддержки. -Высказываю своё мнение.

-Думаете, они нас еще не заметили? -С интересом задаёт вопрос Рихтер.

-Если они там вообще есть. А так без разницы, всё равно не будут демаскировать свои позиции из-за пары солдат. Дожидаемся твоих бойцов и решаем по обстоятельствам.

Стоило мне закончить фразу, как мы с сержантом услышали выстрелы и крики, доносящийся из-за белого здания. Перестрелка и не думала стихать, продолжая набирать обороты, в какой-то момент произошел взрыв и всё стихло. Всё это время я удерживал сержанта от необдуманных поступков.

-Кха… говорит ефрейтор Нойманн… эти твари… поджидали нас… Кох убит… мы смогли их подавить, но… потеряли 11-ть человек…кха… из оставшихся только 3-ое сохранили… полную боеспособность… высока вероятность… что в здании… есть ещё солдаты врага… до проверить не имеем… возможности, мы отступаем… конец связи. -Стоило рации связиста замолчать, как весь взвод стих. Кто-то в ярости сжимал винтовку, желая отомстить, кто-то опустил взгляд, осознавая, что больше не сможет выпить в компании всех своих сослуживцев, кто-то, как я, сохранял холодную спокойность. Но сильней всего потеря бойцов ударила по сержанту, ведь его взгляд был красноречивей любых слов, он хотел мести и мести кровавой.

-Ефрейтор Вебер, бери своё отделение и дуй на помощь Нойманну. -Скомандовал уже я, беря всё в свои руки. -Носорог-3, по моей команде, огонь осколочно-фугасным по 2-му этажу белого здания, после работаешь авто пушками на подавление.

-Принял, по твоей команде, ожидаю. -Даже начинаю привыкать к без эмоциональности пилота часового.

Что ж, придётся рисковать. Стиснув зубы, выбегаю с максимально доступной скоростью из-за дома, за которым мы сидели, навожу свой пулемёт на белое здание и по мне сразу же прилетает единичная пуля, прямо в левую часть шлема, но не наносит по факту не какого урона, бессильно соскальзывая. А я в ответ зажимаю гашетку и град 10мм пуль покидает ствол моего оружия, начиная вгрызаться в стены здания, кроша их в пыль.

-НОСОРОГ-3, ВПЕРЕД! -Нервно кричу в рацию из-за адреналина, начавшего поступать в кровь, пока я зажимаю гашетку пулемёта.

И пилот меня не подвёл. Шагоход стремительным рывком вышел на огневой рубеж, нацелил свой главный калибр и произвёл выстрел, попавший прямо в боекомплект ракетного расчёта, ибо по-другому объяснить силу последующего взрыва, который почувствовал даже я, будучи экипированным в экзо-доспех, не могу. И после, мы на пару с часовым поливали это здание из своих пушек, превращая его в решето. И когда от белого дома остались только руины, я отпустил гашетку, повернулся и пошел к сержанту. Подойдя ближе, я заметил раненных и стонущих солдат, которым оказывали помощь.

-А где ефрейтор Нойманн? -Осмотрев всех бойцов, задал вопрос Рихтеру.

-Ранение оказалась слишком серьезным, мы не смогли ему помочь. -Могильным голосом ответил мне сержант.

-Говорит лейтенант Вольф, временно прикреплённый к 3-му штурмовому взводу, у нас 5-ро раненных, нужен транспорт для эвакуации. -Используя свою рацию, пытаюсь связаться со штабом.

-Отрицательно, лейтенант, транспорта не будет. Разведка ошиблась, город кишит советскими солдатами, мы уже потеряли связь с 1-ым и 4-ыми взводами… Новый приказ, соединитесь со 2-ым штурмовым взводом и закрепитесь на Южном мосту, ожидая подкрепления. -Полученный ответ, мягко говоря, меня не радовал.

-Взвод, слушай мой приказ. Нам надлежит отправиться в сторону Южного моста и там объединиться со 2-ым взвод. До-окажите помощь раненным, проверьте оружие и выдвигаемся. -Уверенным тоном проговорил я, чтобы поддержать боевой дух.

Собравшись и используя карту сержанта, мы отправились к указанному, ранее, месту. Хоть Рихтер и согласился с моим приказом, не став его оспаривать, но в воздухе витало напряжение из-за того, что наш отряд сразу двинулся в сторону Южного моста, не пытаясь соединиться со 2-ым взводом.

Плевать. Всё, что я сейчас хочу, так это как можно меньше рисковать, закрепиться на точке и дождаться сраного подкрепления. Ну, ещё выжить было бы неплохо, хах.

Усмехнувшись про себя, я продолжал движение вперёд, осматривая окна и крыши домов. На этот раз, наш взвод не так тщательно осматривал все встреченные здания. Мы решили рискнуть и сэкономить немного времени, чтобы как можно быстрее добраться до точки назначения.

Город казался мёртвым, только выстрелы, слышавшиеся вдали, напоминали мне о том, что это не так. Гул гидравлики шагохода, звуки шагов, тихие перешептывания солдат и попытки раненных не издавать стоны. При таком раскладе легко можно было поверить в то, что город – это один огромный могильник. Буду надеяться, что я не стану его частью.

И пока я предавался мрачным мыслям, наш взвод успешно добрался до Южного моста. Осматривая и прикидывая позиции для наших стрелков, не замечаю, тихо подошедшего со спины сержанта.

-Лейтенант, командуйте. -Повернувшись, передо мной развернулась печальная картина, Рихтер выглядел подавлено, а от его ярости не осталась и следа.

-Принял. Фишер и Вебер, вы со своими отделениями занимаете вот этот дом, максимально рассредоточьтесь по нему, с него как раз отлично видно мост. Бауэр, твое отделение занимает вон то здание, я хочу, чтобы не одна тварь не смогла зайти нам в спину. Носорог-3, действуешь по обстоятельствам, но пока схоронись во дворе, нельзя выдать твоё присутствие раньше времени. -Обдумав план и кивнув сам себе, я принялся раздавать указания.

-Так точно/Принято/Будет исполнено/Понял. -Получив от всех ответы и успокоившись, я подошёл к краю берега.

На улице стояла пасмурная погода, предавая всей этой ситуации ещё более гнетущую атмосферу. Подняв забрало шлема, единственное действие доступное мне, и опустив взгляд на воду, я посмотрел в своё отражение, чтобы увидеть жалкое зрелище. Сколько не строй из себя образцового солдата — это не изменит мою суть, суть мудака, который боится смерти настолько, что готов жертвовать своими сослуживцами, ради выживания.

Вот так стоя и размышляя о своей сути, в меня прилетела пуля. Удар пришелся на левый наплечник, с честью выдержавший попадание. Я сразу же опустил забрало и под бешенный стук сердца, поднял дуло пулемёта, с силой зажав гашетку. Поливая противоположный берег ливнем снарядов, начинаю медленно отходить назад, к укрытию. Замечаю, летящую в меня ракету. Перевожу огнь на неё в попытке сбить… и у меня даже получается, гремит взрыв и в воздухе остается дым, сквозь который пролетает ещё одна ракета. Я не успеваю среагировать, и она детонирует в метрах 15-и от меня, повезло, что оператор не видел куда её вести. Ударная волна лишь слегка пошатнула меня, а осколки не смогли пробить мой доспех. Услышав тяжёлые шаги и гул гидравлики за спиной, на моё лицо вылезла кривая улыбка, похожая на оскал.

Прогремевший следом выстрел главного калибра часового, был усладой для моих ушей. Я просто стоял и наслаждался этой симфонией разрушения, пока шагоход, не переставая, поливал противника из своих авто пушек. Так этим мразям и надо.

-Ха-ха-ха-ха-ха -После того, как всё затихло, я безумно рассмеялся.

-Господин лейтенант, вы в порядке!? -И тут наконец осознаю, что Рихтер пытается привести меня в чувство.

-Да…да, я в полном порядке, так, костюм немного посекло. -Успокоившись, отвечаю ему. -Есть какие-нибудь новости?

-Так точно, к нам прибыл 2-ой взвод, по крайней мере то, что от него осталось. -По голосу сержанта можно было легко определить то, что таким новостям он не особо то и рад.

Кивнув, я отправился к нашему пополнению, Рихтер пошел следом за мной. Дойдя до представителей 2-го взвода, передо мной предстало довольно печальное зрелище. Из 50-и солдат, осталось всего 27, из которых на ногах твёрдо стояли только 14.

-Кто главный? -Резко спрашиваю у прибывших.

-Я, господин, ефрейтор Майер, временный командир 2-го штурмового взвода. -Ответил мне солдат с перебинтованной головой.

-Принято. Майер бери своих людей и занимай вон тот дом, найдёшь там ефрейтора Бауэра, он ведёт тебя в курс дела.

-Так точно. -Кивнув на его ответ, я развернулся и пошел в дом к Фишеру и Веберу.

Зайдя в здание и поднявшись на 2-ой этаж, я занял одну из квартир. По ней было видно, что людей эвакуировали в спешке, разбросанные вещи и открытые шкафы как бы намекали на это. Присев на диван в спальне и слегка продавив его своим весом, откидываю голову назад, пытаясь привести мысли в порядок. Рискую, и рискую ведь так глупо, чёрт бы меня побрал. Если умру сейчас, то уже некому будет вспоминать о вас. Хах… вспоминать. Скорее каждый раз впадать в пучины отчаяния, вспоминая о том, что бросил вас. Сбежал как последняя сволочь.

-Луис… -Абсолютно мёртвый и безжизненный голос моего прошлого командира стал доноситься из коридора.

Аккуратно встав и подойдя к проёму, я выглянул в коридор. Зрачки расширились, дыхание участилось, там стоял он.

-Э-это невозможно… ты же умер там, в том городе, отбиваясь до последнего. -С нотками неверия и паники в голосе проговорил я.

-Как и ты… Луис … как и ты. -Всё тем же тоном отвечает он.

-Но я ведь, ещё жив… -Стоило мне закончить фразу, как из стен и из пола потянулись десятки мёртвых рук, которые начали с силой цепляться за мой доспех и тянуть меня вниз. Я попытался отбиться, но моя броня превратилась из грозного инструмента в неподъёмную ношу, из-за чего у меня не было возможности проводить замахи для ударов. Меня просто тянули вниз, сквозь пол, не смотря на все мои попытки сопротивления. И когда, казалось бы, спасения не было, я проснулся.

-Господин лейтенант, господин лейтенант, что-то происходит, вставайте быстрее. -Обеспокоенное лицо Рихтера немного привело меня в чувства. Хорошо, что забрало шлема было опущено и сержант не увидел моего испуганного лица.

-Сколько я спал? -Спросил я, пытаясь скрыть напряжение в голосе.

-Минут 40, примерно.

Встав с дивана и отправившись за сержантом, пытаюсь размять ноющее тело. Всё-таки экзо-броня не предназначена для того, чтобы в ней спали. Наконец дойдя до окон, обращенных на мост, сержант передал мне бинокль. Взяв и посмотрев в него, моё настроение упало ещё ниже. Пока я спал, пасмурная погода слегка рассеялась и мне удалось разглядеть советских солдат и бронетехнику, готовящихся к пересечению моста, 2-е сотни, а может и больше солдат, несколько бронемашин и пара черепах.

-Общий приказ, занять позиции и приготовиться к обороне. Сержант, передай остальным. -Скомандовал уверенным, но слегка дрогнувшим голосом.

Подготовка заняло у нас считанные минуты, после чего мы принялись ждать. И вот на мосту появляются первые бронемашины и отряды пехоты, скрывающиеся за ними. Позволив противнику пересечь половину моста, наш взвод открыл ураганный огонь, скосивший несколько советских солдат. Враг среагировал практически мгновенно, начав стрелять по нам в ответ. В наших рядах появились первые раненные и убитые. Я стал работать короткими очередями для экономии боеприпасов, пополнить которые нам попросту негде. Раздаётся громоподобный выстрел и в наш дом прилетает 122мм осколочный снаряд, разрушая часть стен на 2-ом этаже и убивая нескольких солдат на месте.

-Носорог-3, займись черепахами. -Отдаю приказ пилоту, продолжая стрелять по противнику.

-Принято. -В своей манере ответил он.

В следующий момент раздался рокот 20мм авто пушек и одна из машин, задымивши и превратившись в решето, встала. Грозно шагая, шагоход покинул свою позицию и занял новую, левее моста, для удобства стрельбы по черепахам. Раздался выстрел уже нашего часового и вдали что-то очень громко взорвалось. Противник как будто поджидал удачного момента, ведь сразу после выстрела с противоположного берега с шипением вылетела ракета, но пилот успел среагировать и увернуться от неё, чтобы сразу же отработать авто пушками в ответ. Советы не остались в долгу, и вторая черепаха оторвала блок с авто пушками 122мм снарядом. Потеряв оружие, наш шагоход побежал вправо, видимо, чтобы ударить по черепахе с другой стороны. В это же время, мы продолжали отстреливаться, не позволяя противнику пересечь мост. Советы уже потеряли человек 60, но продолжали напор. От нашего взвода, дай бог, осталась половина, и я отчётливо стал понимать, что мы не сможем победить. Сколько сколов и царапин образовались на моей броне - не сосчитать. Вот я скашиваю очередного противника очередью из пулемёта, а боец, стоявший и отстреливающийся подле меня, падает пораженный в шею шальной пулей. Вот советы подошли ещё ближе и в их строй летят первые гранаты, раздаётся канонада взрывов, раскидывая вражеских солдат, как тряпичных кукол. В ответ, нам в дом прилетает ракета и детонируя, разрушает часть 3-го этажа, убивая и раня солдат осколками. Где-то правее гремит ещё один выстрел из тяжелой пушки.

-Черепахи уничтожены. Отступайте, я постараюсь задержать противника. -Сразу после, раздаётся голос пилота по рации.

-Понял. -Отвечаю ему, дрогнувшим голосом.

-Бойцы, приказ по всему взводу, отступаем! -Кричу я.

Пока бойцы в спешке покидали свои позиции, я смотрел в окно и видел, как часовой, заняв центр моста, не пропускал противника дальше себя ценой целостности своего корпуса. Он уничтожал скопления противника, оставшейся тяжелой пушкой, а тех, кто подходил слишком близко, он просто давил как тараканов. Но у всего есть своя цена. Каждый солдат сумевший подобраться поближе, метал магнитную гранату, которая наносила повреждения шагоходу. И вот, когда часовой уже еле стоял, как последний приговор, в него прилетает бронебойная ракета и он заваливается набок. Отдав честь пилоту, я рванул в сторону выхода, где меня поджидал неприятный сюрприз. На дворе дома развернулась полномасштабная перестрелка между нашими бойцами, пытающимися эвакуироваться, и советскими солдатами, препятствующими этому.

-Сержант, где ефрейтор Бауэр и какого чёрта вообще происходит? -Найдя глазами Рихтера и подойдя к нему, продолжая подавлять врага, задаю вопрос.

-Бауэр мёртв, как и Майер. Противник смог незаметно перебить наш заслон и устроил нам здесь засаду. -Получив ответ и грязно выругавшись, я обдумывал ситуацию.

В моём поле зрения, пока мой мозг осмысливал произошедшее, появился советский солдат с ручным гранатомётом в руках. Переведя ствол пулемёта на него, я зажал гашетку… и оружие просто издало щелчок, не произведя ни одного выстрела. Мой взгляд панически метнулся к пулемёту, чтобы увидеть полностью пустую ленту с патронами.

-ЛОЖИСЬ! -Заорал я во всю силу своих легких, прикрыв собой Рихтера.

Граната, вылетевшая с глухим звуком, взорвалась чуть левее нас, разбросав нескольких солдат и окатывая меня градом осколков. Понимая всю безвыходность ситуации, я решил рискнуть, в который раз.

-За мной! -Кричу команду, и сорвавшись с места, бегу прямо на противника под перекрёстным огнём. Пули ударяются об доспех, не в силах его пробить. Добравшись до вражеских позиций, я на полном ходу бью советского солдата в грудь, закованным в тяжелую броню кулаком, и он отлетает, переставая подавать признаки жизни. Другой рукой наотмашь бью по солдату слева, попадая и раскалывая его череп. Чувствую, как на меня сзади кто-то запрыгнул, и пытается вогнать нож мне под шлем. Механизмы костюма выдерживают удар, не позволяя проткнуть мою шею. Я же в ответ перекидываю этого безбашенного через себя, а после опускаю латный сапог ему на голову, обрывая ещё одну жизнь. Осматриваюсь и вижу, как остатки противника добиваются нашими бойцами. Продолжая путь, остатки нашего взвода покинули территорию двора, чтобы за поворотом наткнуться на черепаху, закрывающую дальнейший путь.

-Сержант, у тебя ещё остались гранаты? -Понимая, что выхода нет, задаю вопрос.

-Последняя. -Отвечает мне Рихтер, сняв ту с пояса.

-Спрячьтесь, а когда услышите взрыв, бегите не оглядываясь. -По лицу сержанта легко можно было понять, что он абсолютно не согласен с моей задумкой, но я, полностью проигнорировав несогласный взгляд, забрал гранату из его рук.

Дождавшись кивка, срываюсь в сторону черепахи, набирая максимально возможную скорость. Шагоход открывает по мне огонь из курсового пулемёта, но я, игнорируя боль и общую усталость, продолжаю бежать вперёд. Враг наводит свой главный калибр и делает выстрел. Совершаю мощный прыжок вперёд, видя, как 122мм снаряд проносится мимо и взрывается за моей спиной. Ударная волна подхватывает моё бренное тело и проносит меня прямо до ног шагохода. Перекатываясь в сторону, уворачиваясь от ноги черепахи, которая вознамерилась меня раздавить. Из последних сил поднимаюсь, и зацепившись за выступающие детали поднимаюсь на крышу корпуса. Даю себе секунд 5 отдышаться, а после подхожу к люку и используя все возможности экзо-брони, под треск и скрежет сминаемого металла как своего, так и шагохода, открываю его. В меня сразу же прилетает несколько пуль, но я, проигнорировав их, оторвал чеку у гранаты и бросил её в открытый люк. Спрыгнув с корпуса, я попытался отбежать, но моя попытка была обречена на провал. Прогремел мощнейший взрыв, откинувший меня в ближайшую стену, которую я пробил своей тушей. Лежа в груде кирпичей и ощущая адскую боль, моё сознание всё глубже окуналось в спасительную тьму.

-Ты ещё не искупил свой грех. -Стоило моему сознанию потонуть в так желаемой мной бездне, как я опять услышал его голос.

Придя в сознание резким рывком и поднимая забрало шлема, начинаю судорожно осматриваться и жадно глотать воздух. Та же груда мусора, тот же дом, та же стена. Превозмогая боль и усталость во всём теле, я смог подняться. И выбравшись из здания, посмотрел на небо, чтобы понять, что прошло уже несколько часов, это легко было понять по солнцу, которое находилось в зените.

Собрав оставшиеся крохи своих сил, я побрёл в сторону, откуда изначально пришёл наш взвод. Путь был невероятно труден: палящее солнце, тяжелый доспех, часть механизмов которого перестала работать, общая усталость после сегодняшних боёв. Но я продолжал делать шаг за шагом, стараясь игнорировать своё ужасное состояние. Ведь я не мог здесь умереть… не мог.

Подобравшись практически к краю городу и увидев союзный бронетранспортёр, я постарался ускорить шаг. Но пределы человеческого тела преодолеть невозможно и сделав ещё один шаг, моё сознание снова провалилось в такую приятную и холодную тьму…

Багрянцев Константин: провал

-Товарищ полковник, вызывали? -Задаю вопрос, осторожно открыв дверь.

-Проходи Багрянцев, присаживайся, что как не родной? -Добродушно ответил Крылов.

Пройдя внутрь кабинета и заняв предложенный стул, я вопросительно уставился на полковника.

-Сразу к делу, да? За это тебя многие уважают и многие ненавидят. -С простой улыбкой сказал он, достав ещё одну кружку из шкафчика и поставив её передо мной. -Не гони лошадей, по делу мы поговорить всегда успеем. Давай лучше чая отведаем, у меня тут где-то английский завалялся, вроде высший сорт, вот и попробуем. -Продолжил Крылов свою речь, не обращая внимания на мой пристальный взгляд и продолжая лазить по шкафчикам в поисках чая.

-Товарищ полковник, при всём моём к вам уважении, но вы меня вызвали просто чтобы, попробовать чая? -Сказал я полным недовольства голосом.

-Ну-у… не просто для распития напитка, но зачем спешить, от 15-ти минут войну мы не проиграем. -Ответил он, заварив, уже наконец, найденный чай.

-Конечно мы не проиграем войну из-за 15-ти минут, товарищ полковник, мы её уже проигрываем. Имперцы, гореть им в аду, давят нас по всем направлениям, и наши войска ни хрена не могут остановить их. Да, я согласен с тем, что иногда нам удаётся нанести существенные потери и отбросить их к изначальным рубежам, но какой в этом смысл если эти уроды, восстановив силы, отбивают ранее оставленные позиции и захватывают новые. В этой игре на перетягивание каната, мы проигрываем, да, медленно, но, сука, уверенно.

Помрачнев, полковник поднял на меня свой серьёзным взгляд и устало произнёс. -Знаю, Багрянцев, знаю, что мы проигрываем… Вот только, что ты предлагаешь? Попросить у кого-нибудь помощи? Бред, у китайцев свои разборки с япошками, американцы же отказали нам ещё в самом начале войны, а остальные просто не хотят попасть под горячую руку Империи. Вот и остаётся сражаться до последнего вздоха. -После этой речи Крылов выдохнул и продолжил говорить в своём прежнем тоне. -А теперь избавь меня от всех этих безрадостных разговоров и выпей со мной чая.

-Извините, товарищ полковник, больше не повториться. -Сказал я, после чего, дождавшись, когда Крылов разольёт чай, взял кружку и сделал глоток.

Чай был… нормальным. Никогда не разбирался в чае и не пытался разобраться. Вкус мне нравится? Нравится, а большего и не надо.

Отпив треть кружки, я решил вновь осмотреть кабинет полковника: светло-жёлтые обои, рабочий стол, заваленный документами, окно, открывающее вид на военную часть, шкаф, в котором, по ощущениям, можно было найти что угодно и конечно портрет уже давно почившего Сталина.

Просидев в тишине ещё примерно минут 5, Крылов решил нарушить тишину. -Думаю, теперь можно перейти к делу. Недавно, нам в часть привезли новую модель шагохода: СБШ-122-К. -Сказав это, он передал мне документацию по этой машине. -Если коротко, просто взяли СБШ-122: усилили конечности, облепили дополнительной бронёй, а также добавили систему полного обзора, как у имперских шагоходов и назвали это командирской версией. Их только поставили на производство, поэтому повезло, что мы хотя бы один получили. У нас же как раз небольшой рейд намечается, вот и испытаем его в действии. -Пояснил полковник за новую машину, пока я просматривал документацию, подмечая интересные для себя моменты.

-Я так понимаю, этот шагоход уходит в моё распоряжение? -Задаю, интересующий меня вопрос.

-Конечно, ты ещё спрашиваешь. Ты ж у нас командир механизированного батальона, причем самого результативного. Только советую ещё с техниками пообщаться, может что и подскажут.

-Понял. Разрешите идти? -И получив простой кивок, покидаю кабинет, отправляясь в сторону наших ангаров.

Весь путь занял не больше 15-ти минут, но пока я шел, размышлял о сложившийся ситуации. Ведь и вправду всё херово выходит. Стоило чуть показать слабину, как имперцы вцепились нам в глотку и не хотят отпускать, ещё и боевой дух упал после недавних поражений. Единственный вариант – это успешный завтрашний рейд.

Дойдя до ангаров и осознав, что я ни фига не знаю в каком именно ангаре нужная мне машина. Пришлось искать ближайшего техника, чтобы получить ответы на интересующие вопросы.

-Никитин! -Окликнул я знакомого техника

-О, Багрянцев, не ожидал тебя здесь в такое время увидеть… хотя нет, ожидал. Ты ж на новый шагоход пришел глянуть? -Поинтересовался у меня Никитин после того, как подошел поближе.

-Да, хочу посмотреть, что это за чудо этакое. -Ответил я ему.

-Ну пойдём, я тебе всё покажу и расскажу. -Сказал техник и повёл меня к дальним ангарам. -Если коротко, то просто попытались повторить за имперцами, но с условиями дешевизны и надёжности. Скрестили ужа с ежом, называется. Такое чувство есть, что наши концерны ни хрена не понимают имперскую доктрину, раз пытаются за ними повторить. Эти ж гниды ставят на качество каждого отдельного шагохода, поэтому их там не так много, как у нас, но при этом, сука, один имперский шагоход может стоить до 5-и наши СБШ-ов, а то и больше если пилот опытный. Вот как раз насчёт пилота, у них он один же из-за, чего там автоматика повсеместная, а у нас экипаж целый, и получается если пытаться повторить за имперцами, то выходит какая-то шляпа. Места не хватает, ремонтировать это в поле невозможно, а в ангаре просто заманаешься. -Пока мы шли Никитин давал свою краткую оценку на новую машину. И когда мы подошли, он указал на неё рукой и произнёс. -Представляю: дорогая и ни хрена не нужная херь, СБШ-122-К.

-Всё настолько плохо? -Поинтересовался я, оглядывая новый шагоход, из очевидных изменений – это более массивные и бронированные ноги, дополнительные броневые экраны на лобовой части и бортах машины, а также спаренная зенитная турель на крыше.

-Да нет, нормальный шагоход, если так подумать, просто недоволен я. -Ответил Никитин, неловко почесав затылок.

-Что наши за имперцами повторяют? -Не услышав продолжение фразы, решаю задать интересующий вопрос.

-Ага. -услышав односложный ответ, я просто кивнул и уверенно залез во внутрь шагохода.

Оказавшись внутри и запустив двигатель, я занял командирское место и не слабо удивился: обзор с камер и в правду выходил полным, теперь понятно почему у имперских пилотов выходит так хорошо контролировать ситуацию. При всей моей ненависти к этим ублюдкам, нельзя отрицать их профессионализма как в создании шагоходов, так и в их управлении. Посидев так ещё немного, я наконец выбрался наружу и спустился к Никитину.

-Завтра рано утром рейд. Успеешь откалибровать? -Задаю вопрос технику.

-Хм… Если там нет ничего принципиально нового, то как не хрен делать. Успею. -Уверенно ответил он, рассматривая машину.

Кивну ему, я отправился к своей комнате. Хотелось хорошо отдохнуть перед завтрашним боем. Всё-таки не каждый день удаётся обнаружить крупный топливный склад имперской армии. Предстоящее сражение решит всё, или мы задержим врага, нарушив их планы, тем самым дав ещё немного времени на подготовку уральских крепостей, или… нет, другого исхода не будет.

Спустя 11 часов 59 минут

Наш батальон выступал ранним утром. Идеальное время для рейда: пехота противника будет либо спать, либо полусонной, остается только нанести удар и взорвать склады. 28 шагоходов включая мой, а также мотострелковая рота, на которую и ляжет задача по подрыву цели.

-Командир, а то, что мы без разведки прёмся – это норма? -Прозвучал на общей волне негодующий вопрос от Соловьёва, командующего 1-ой ротой шагоходов.

-Примерную численность охраны склада мы знаем: 4 имперских шагохода и мотострелковая рота ветеранов. Ты чем вообще слушал, когда я рассказывал это во время брифинга? -Устало произнёс я, понимая, что раздолбайство старшего лейтенанта исправит только могила.

-Фью-ю… Так мы ж их раздавим и не заметим, с такими-то силами, разве нет? -Как-то облегченно сказал Соловьёв, не заметив моего вопроса.

-Брифинг надо было нормально слушать, всё, тишина на волне. -Жёстко оборвал я словесный поток подчинённого.

Движение внутри шагохода на полном ходу отдавало тряской, и тряской нехилой. Об удобстве экипажа инженеры думают в последнюю очередь. Придётся терпеть весь маршрут и быть готовым к неожиданностям.

Спустя 1 час 37 минут

-Говорит Багрянец, мы приближаемся к цели, всем быть наготове. Помните о 4-ёх имперских шагоходах, также не забывайте про пехоту. Это не лёгкая прогулка, как могло показаться некоторым, скорее всего мы встретим жёсткое сопротивление. -Уверенно проговорил я на общей волне, напоминая бойцам об общей опасности.

-Белов, помнишь свою задачу? -Обратился я уже к командиру мотострелковой роты по личному каналу.

-Ха, а как её не помнить то? Ждём пока вы не свяжете боем противника, после заходим с фланга и минируем всё, что минируется, потом отходим к вам. -Услышал я весёлый голос Белова.

-Принято. -просто ответил я.

Ну вот и всё, до цели осталось несколько километров, после чего мы вступим в бой, а дальше всё решит выучка бойцов и, конечно же, госпожа удача. Как говорится – даже самый идеальный план, может треснуть из-за неожиданных обстоятельств, которые невозможно было спрогнозировать.

-Командир, а тебе не кажется, что это подстава? Ну знаешь, для настолько важной точки слишком мала охраны, как будто мы прям в западню лезем. -Услышал я Смирнова, механика-водителя шагохода, который сомневался в успешности рейда с самого начала.

-Кажется, вот только другого шанса уже не будет. Пока склад находится относительно недалеко от фронта, мы можем совершить стремительный удар, потом нет. -Объяснив свою точку зрения, мне было понятно, что Смирнов услышал и понял, но не принял мои слова.

-Как-то всё невесело выходит. -Грустно протянул Мальцев, будучи наводчиком нашей машины.

Повисла напряженная тишина, пока каждый член экипажа раздумывал над сложившийся ситуацией.

-Да не, нормально. Главное нос не опускать, а остальное приложится. -Попытался вернуть позитивный настрой Родин, ответственный за механизм перезарядки орудия.

-Приложится, да? -На грани слышимости произнёс Смирнов, продолжая вести шагоход к цели.

-У такого как ты обязательно приложится. -С такой ехидной улыбкой произнёс Родин, как будто знает самую страшную тайну нашего механика.

-Подожди, что ты имеешь ввиду? -Не понял подоплёки Смирнов, обернувшись через плечо и посмотрев на заряжающего серьёзными взглядом.

-А ты думал, что твои тактические отходы в сторону лазарета, настолько незаметные? -После вопроса, Родин прям светился от своего знания.

-Откуда ты… -Начал фразу суровым голосом механик, но тут же был перебит.

-В смысле? Влад, ты не знал? -обратился к перезаряжающему по имени Мальцев.

-А? Вы знали? -Растерянно проговорил Родин и вопросительно посмотрел на меня, но получив утвердительный кивок, совсем расклеился. После откровения он было потянулся за сигаретами, правда сразу осёкся, вспомнив о нецелесообразности такого решения в замкнутом пространстве. -Да-а-а… дела-а.

-Подождите, вы все всё знали, но молчали… почему? -Смирнов, видно, ничего не понимал и решил задать вопрос напрямую.

-Решили не вмешиваться в твою личную жизнь. -Уверенно произнёс Мальцев.

-Иногда вы такие невыносимые. -Обреченно сказал механик, тяжело вздохнув.

-Это ты просто… -Родин было захотел ответить, но был мной перебит.

-Тихо.

-Это Соловьёв, командир, вижу очертания имперских шагоходов, ждут нас суки. -Раздался серьёзный голос старшего лейтенанта на общей волне.

-Принял. Цветков, бери свою роту и встаньте чуть южнее среди деревьев после открывайте прицельный огонь. -Быстро сориентировался я в ситуации начав раздавать приказы.

-Так точно! -Услышал я ответ.

-Завьялов! Ты со своей ротой заходишь севернее, на 3 часа есть небольшой овраг, используй его.

-Есть!

Приблизив изображение на мониторе, я начал всматриваться в силуэт вражеской машины и что-то в этом силуэте казалось мне странным.

-Мальцев, пальни-ка разок по имперскому шагоходу. -Отдавая приказ, я не переставал вглядываться в мониторы. Вся эта ситуация казалась мне странной.

-Командир, дистанция слишком большая, ударить точно я вряд ли смогу. -Наводчик не понимал моих опасений, поэтому не хотел открывать огонь, который мог дать понять врагу что его заметили.

-Это приказ, выполнять. -С нажимом произнёс я, начиная догадываться что это за силуэт.

-Есть. -С толикой обречённости ответил наводчик, наведя ствол на имперский шагоход и произведя выстрел, который упал чуть правее цели, осыпав ту осколками.

Противник продолжал стоять на месте, а его орудие не шелохнулась не на миллиметр, и всё также неестественно смотрело вперёд. Но мои размышления были прерваны далёким выстрелом и заговорившей рацией.

-Это Цветков, у нас минус один! 2 имперских шагохода на 10 часов, за холмом… падлы.

-Принял, начинайте обходить холм чуть левее. Соловьёв, ты со своей ротой возьми правее, зажмите противника перекрёстным огнём. Завьялов, на тебе обстановка, нельзя дать врагу нас как-либо обойти. -Практически мгновенно сориентировался я, начав раздавать приказы.

-Так точно/Есть/Принял. -Ответили мне командиры рот вразнобой

Пока наши шагоходы перестроившись в боевой ордер обходили холм с двух сторон, я не мог свести глаз с имперца, находящегося вдали. Приманка? Тогда почему они раскрыли себя раньше времени? Хотят выиграть себе немного времени для вызова подкрепления? Маловероятно. Но мои размышления вновь были прерваны далёким выстрелом и не одним. Переведя взгляд в сторону рот Соловьёва и Цветкова, я увидел, как один из наших шагоход завалился на днище, а другой пытался удержать баланс на трёх ногах. Но перестрелка была не односторонней, то и дело наши машины останавливались и посылали 122мм снаряды в сторону холма, вырывая целые пласты земли, правда пока без результатов.

-Командир, а что насчёт дальнего имперца? -Поинтересовался у меня Смирнов, который через свои приборы хорошо видел вражеский шагоход.

-Это приманка, очень реалистичная приманка. Наверно они хотели, чтобы мы полностью сфокусировались на нём. -Выложив свои предположения механику, продолжаю следить за общей обстановкой.

-Это Завьялов, вижу ещё 2 имперских шагохода, пытаются зайти во фланг роте Соловьёва, щас мы их встретим. -Раздался предвкушающий голос старшего лейтенанта на волне.

-Принял. -Ответил я, переведя взгляд правее и увидев, как машины Завьялова смещаются чуть дальше по оврагу, наводя свои орудия на имперские шагоходы, силуэты которых проглядывались в густом лесу.

И как они умудряются двигаться на громадинах в таких зарослях?

Последующие выстрелы 122мм пушек создавали целые просеки, срубая деревья и вырубая кустарники. Жаль только противник успел среагировать и весь нанесенный урон состоял в борозде на корпусе имперца.

-Соловьёв, выдели два взвода, надо помочь пехоте подавить оставшихся на складе пехотинцев. -Отдал я приказ по личной волне, после чего переключился на волну пехоты. -Белов, под прикрытием шагоходов Соловьёва, продвигайтесь к складу, нам нельзя терять времени.

-Устроим им фейерверк, который они не забудут. -Ответил командир мотострелков.

Пока бронетранспортёры подъезжали к нам, я вновь перевёл взгляд на холм: потери с нашей стороны составили ещё два СБШ-а, но и один из вражеских шагоход получил критическое повреждение, это было заметно по искрящейся и дымящейся ходовой части. Пятясь назад, он получил ещё одно попадание в корпус, в этот раз без ущерба, снаряд не смог пробить лобовую броню.

-Мальцев, попадёшь? -Обращаюсь к наводчику, надеясь на его навыки наведения.

-Попробую. -Ответил он мне, припадая к прицелу пушки.

Все 7 секунд, что целился наводчик, казались мне мучительно долгими, как будто от этого зависел исход всего рейда. Мальцев плавно и невероятно медленно дёрнул рычаг и 122мм снаряд покинул казённик, устремляясь к цели. Заряд угодил прямо в еле живую ходовую часть, опрокинув имперца на спину, где был тут же добит ещё одним попаданием другого СБШ-а.

-Ха, так этой гниде. -Победно вскинул кулак наводчик, радуясь своему попаданию.

Улыбнувшись, перевожу взгляд на колону Белова, которые настигнув союзные шагоходы, уверенно продвигались к складу. Ничего не предвещало беды, поэтому я отвернулся, продолжив наблюдать за имперцами.

-Говорит Завьялов, потеряли троих, но завалили один имперский шагоход, второй отступает, нам преследовать? -Рация вновь ожила, передавая запрос.

-Это Багрянец, додавите его, нельзя дать ему отступить. -Отдаю приказ, рассчитывая на профессионализм экипажей Завьялова.

-Так точно.

-Сука! Это Белов, имперцы устроили засаду… повторяю, имперцы устроили засаду! -Прокричал командир мотострелков, пока я переводил взгляд, чтобы увидеть, как до этого пустой лес, ощетинившись скрытыми противотанковыми орудиями, буквально взорвался канонадой выстрелов, уничтожая несколько бронетранспортёров и СБШ-ов.

-­Завьялов! Забудь про имперца, помоги пехоте подавить противотанковые расчёты. -Слегка нервно отдаю приказ.

-Понял.

Стоило шагоходам Завьялова открыть прицельный огонь по расчётам, нача выбивать их один за другим, так произошло то, чего никто не ожидал. До этого стоявший неподвижно шагоход-приманка, сорвался с места, на ходу отправляя два крупнокалиберных снаряда в сторону СБШ-ов. Один угодил ровно в центр корпуса союзной машины, вызвав детонацию, тогда как другой попал в командирский бронетранспортёр Белова, взорвав ту и не оставив и шанса на выживание экипажа. Этот имперец выглядел не как те, к которым мы привыкли: он был чуть выше своих собратьев, обладал более бронированными ногам и ходовой частью в целом, а также на его крыше красовалась ракетная установка. И он не побрезговал её воспользоваться, огненный град ракет накрыл позицию мотострелков, уничтожая как пехоту, так и союзную технику.

-Командир, это Соловьёв, мы добили второго имперца и мне не ни фига не нравится, что щас происходит. Никогда не видел, чтоб они пользовались ракетами. -Удивления в голосе старшего лейтенанта было не занимать.

-Займи холм и пускай твои орлы накроют его плотным огнём, надо вывести своих из-под удара. -Приказываю по рации, в спешке анализируя ситуацию.

-Смирнов, уводи машину в сторону роты Соловьёва.

-Есть.

И пока мы отходили, я продолжал наблюдать за новым имперцем. Он играючи уходил от выстрелов, совершая рывки, на которые его собратья были не способны чисто физически. При этом он не забывал стрелять в ответ поочередно выбивая наши шагоходы, каждый его выстрел находил свою цель из-за, чего-то тут то там останавливались и падали на днище союзные СБШ-ы.

-Смирнов, видишь пару деревьев, поставь нас между ними и опусти на днище машину. Родин, оружие заряжено? -И дождавшись кивка, продолжаю. -Отлично. Мальцев, когда займем позицию, бери этого имперца в прицел и жди моей команды. Прижучим гада.

Поняв мою задумку экипаж с удвоенной силой принялся выполнять приказ. И команда, заняв место и взяв имперца на прицел, стала ожидать моего сигнала. А я смотрел, смотрел и пытался найти закономерности в его движениях. Имперец двигался стремительно, менял позицию после каждого выстрела и просто не подставлялся, единственные повреждения, полученные им, заключались в царапинах от тяжелых пулемётов. Вот он в очередной раз совершает рывок в сторону, уклоняясь от 122мм снаряда, чтобы в следующую секунду ответить уже из своего орудия, пробивая и уничтожая союзный шагоход. И тут я подмечаю один малозаметный момент, при каждом манёвре имперец легко, почти незаметно дёргает корпусом, чтобы сразу же уйти в противоположную сторону.

-Мальцев, целься на пару градусов левее, огонь по моей команде. -Отдаю приказ, продолжая внимательно следить за противником, который уничтожал ещё один СБШ. И вот, он снова слегка дёргает корпусом вправо, и я не теряя ни секунды командую.

-Огонь!

Небольшая встряска и 122мм снаряд покидая ствол, отправляется в сторону имперца, чтобы напрочь снести одну из его пушек, с корнем вырвав её. Противник явно не ожидал такого поворота событий из-за чего ловит ещё одно попадание, правда уже без ущерба, снаряд срикошетировал от лобовой брони. Враг быстро оклемался и продолжил активно уклоняться от нашего огня, только вот, он перестал стрелять в ответ, видимо, выискивая нашу машину. Напряжение нарастало и пот начал заливать лоб, я сразу же начал вытирать его, перекрывая себе обзор. Стоило только вернуться к наблюдению, как мне стало понятно, что имперец обнаружил нас и уже наводил своё грозное орудие, которое до этого без каких-либо трудов пробивало СБШ-ы в лобовую проекцию. Его выстрел был для меня, словно весь мир замедлился, я отчётливо видел вспышку и последующий откат имперской пушки от отдачи. В следующую секунду корпус нашего шагохода сотрясла ужасная тряска, из-за чего мой лоб познакомился с одним из мониторов СПО. Придя в себя и зажав рукавом рану на лице, я судорожно осматривал экипаж, пребывающий не в лучшем состоянии.

-Все целы? -Произношу хриплым голосом.

-Пока цел. -Первым отозвался Смирнов, рукой показывая, что с ним всё в порядке.

Я цел, командир, не переживай. -Как-то совсем вяло ответил Мальцев.

-Я здесь. От меня не так-то просто избавиться. -Возглас Родина, полностью меня успокоил. Потерь с нашей стороны не было.

-Смирнов, готовься отступать сразу после выстрела. -У меня возникла небольшая идея, которую я принялся сразу реализовывать. -Орудие заряжено? -И дождавшись кивка, продолжаю. -Хорошо, Мальцев, снова по моему приказу открываешь огонь, попробуем подловить этого ублюдка.

-А если не получиться? Второй выстрел мы не переживём. -По напряженному лицу и нервному взгляду механика, можно было легко понять куда он хотел послать меня с этой идеей.

-Это приказ. -Твёрдо произношу я, смотря ему прямо в глаза. Он лишь обреченно вздохнул и отвернулся, вернувшись к своим обязанностям.

Я вновь взглянул на показания мониторов, часть камер хоть и была повреждена, но обзор сохранялся достаточным. Найдя имперца и начав считывать его движения, мне только и оставалось надеяться, что второе попадание окажется удачным и мы сможем завалить его. В какой-то момент он даже полностью остановился, начав крутить корпусом, видимо, осматривая окрестности. И я осознал почему: рация показывала полное отсутствие союзных машин в пределах досягаемости. Взглотнув и попытавшись успокоиться, полностью сосредотачиваюсь на имперском шагоходе, пытаясь рассмотреть хоть какую-нибудь уязвимость. Мой згляд цепляется за то место, где раньше у него было тяжёлое орудие, искрящиеся провода и механизмы не смогут послужить достаточной бронёй для него.

-Мальцев! Целься туда, где у этой гниды раньше была пушка. -Посмотрев на наводчика и услышав “постараюсь”, просто киваю, чтобы сразу же повернуться в сторону заряжающего. -Родин, у меня для тебя личный приказ. Тебе следует покинуть нас и отправиться назад в часть, скажи полковнику, что, если мы не вернёмся в течении суток, значит Багрянец провалил рейд.

-В-всмысле покинуть вас? К-командир я же… Я же не смогу потом самому себе в глаза смотреть, если вы не вернетесь. -После моей фразы, Родин, который до этого всегда старался сохранять позитивный настрой, полностью скис.

-Я всё понимаю. -Мрачно говорю ему, но тут же сурово добавляю. -Но это приказ.

Родин, поняв, что со мной спорить бесполезно лишь печально кивнул, став собирать сумку с припасами. Закончив, он открыл люк и перед тем, как вылезти из машины произнёс.

-Ни пуха ни пера.

-К чёрту. -хором ответили мы.

-Один шанс, да? -Стоило Родину уйти, как тут же подал голос Мальцев.

-Другого шанса не будет. -Отвечаю ему я.

-Где-то я это уже слышал. -Доносится грустный голос Смирнова.

Усмехнувшись про себя, возвращаюсь к мониторам. Имперец стоял всё на том же месте, лишь изредка чуть поворачивая корпус то влево, то вправо. Посмотрев на наводчика, крепко стискиваю зубы, надеясь на то, что удача всё-таки повернётся к нам лицом. Секунды до выстрела тянулись бесконечно долго, мир, казалось бы, замер и лишь бешенный стук моего сердца давал понят, что у нас ещё есть этот шанс. Мальцев плавно наводит орудие, очень аккуратно дёргает за рычаг, и 122мм снаряд с отдачей устремляется на встречу к своей судьбе. Болванка вгрызается идеально в искрящиеся механизмы и детонирует. Имперец отшатывается от взрыва, умудрившись устоять на ногах. И только я подумал, что у нас всё получилось, как противник повернулся в нашу сторону, нарочито медленно наводя своё устрашающее орудие. Выстрел и мощный удар сотряс наш шагоход. Перове, что я почувствовал, открыв глаза, чудовищную боль в области живота. Опустив взгляд, замечаю осколок, торчащий из моего брюха.

-Все... кха-а... целы? -Не обращая внимание на своё состояние, задаю вопрос, надеясь услышать хоть какой-нибудь ответ.

Не дождавшись оного, я осмотрелся и заметил Мальцева, бес подвижно сидящего на своём месте, его форма почти полностью окрасилась красным, поэтому я не стал даже пытаться его разбудить.

-Смир... кха-а... нов. -Обратился я к механику.

Не услышав никакого ответа, тянусь к Смирнову и из последних сил поворачиваю его, чтобы увидеть, изуродованное осколками брони, лицо водителя. Кое-как возвращаюсь на своё место и чувствуя, как организм из-за обильной кровопотери, начинает ослабевать. Перед тем, как провалиться во тьму, в моей голове возникла последняя мысль.

«Отчизна... прости... я не справился»