Игры разума

Глава 1

Ночь.

Веки медленно закрылись, погружая меня в темную и вязкую пучину сна. Теряя опору, я провалился вниз. Несколько секунд невесомости и моё дряхлое тело упало в объятья мягкой травы.

Мрачная опушка леса, одинокая луна над кронами деревьев и сотни тропинок, паутиной уходящих в разные стороны.

С кряхтением поднявшись на ноги, я, привычными движениями опытного воина, проверил свою экипировку. Затем выбрал наугад одну из тропинок, ведущих из леса в этот загадочный мир.

— Хозяин! На караван напали эльфы! Мы не могли Вас бросить, пришлось принять бой, — молодой черноволосый мужчина, утирая кровь с рассеченного лица, выбежал мне навстречу.

— Ненавижу этих ушастых тварей, — я снял с перевязи свой широкий топор.

Совершенно не удивляясь предложенной на этот раз роли хозяина каравана, я побежал за человеком, ведущим меня к обозу. Повсюду шёл бой, тела людей и детей ночи лежали повсюду, но силы были явно на стороне нападавших. Рядом с дорогой, прикрываясь щитом от града ударов, стоял пожилой воин, защищаясь сразу от двух остроухих противников.

Ему нужно помочь в первую очередь, оружие держит крепко, а крепкая старость — это опыт. Интересно сколько ему лет...

А сколько мне лет? Кто я, вообще, такой?

Я поспешил ему на помощь, поднимая над головой свое оружие. Отполированное лезвие, отбрасывая солнечные блики, срубило голову эльфу, не ожидавшему подлого удара . Второй противник прекратил атаку, разворачиваясь ко мне, но старик не подвёл. Меч вонзился в грудь, пробивая темную тварь насквозь, а мой провожатый, ударом сверху, разрубил ушастый череп на две половины.

— Спасибо, милорд, — тяжело дыша, поблагодарил меня солдат.

— Туда! — указал я компаньонам на ожесточенно сражающуюся группу защитников, — нужно объединить силы...

Стрела ударила мне точно в глаз, лишая возможности возглавить оборону.

Ночь.

Приятное тепло обжигающей волной прошло по телу, погружая меня в сон. Мрачная опушка леса уложила моё дряхлое тело в объятья упругого травяного ковра. Выбрав новое направление, я отправился в путь.

— Милорд! Умоляю Вас, помогите! За мной гонятся Лютерны!

Ко мне навстречу выбежала девочка с заплаканными глазами, периодически озираясь назад.

— Я выхватил серебряный меч, пропуская попавшее в беду дитя к себе за спину и ожидая нападения косматого чудовища.

Маленькие когтистые ладошки вцепились в мои глаза, раздирая лицо, а в затылок вонзились острые клыки, выдирая клок мяса и разгрызая шею и череп...

Ночь.

Знакомая поляна встретила меня уханьем совы в кроне раскидистого дуба. Выбрав тропинку, я направился навстречу новым приключениям.

— Милорд, помогите!

Сырой мальчишка выбежал ко мне навстречу.

— Не подходи ко мне! — я вытащил два коротких меча, готовый, не обращая внимания на возраст парнишки, изрубить его на куски.

— Милорд, прошу Вас, он утонет, — ребенок умоляюще сложил ладошки на груди, — мама болеет... Она не выдержит, если он погибнет...

— Ладно, веди! Иди вперед и не оборачивайся, если дёрнешься — убью.

Мальчишка рванул с места, указывая мне путь. Через несколько минут бега мы приблизились к реке, на перевернутой лодке сидел маленький мальчик, рыдая и моля о помощи.

Я сбросил тяжелый пояс с прикрепленными на нём ножнами, сапоги и, бросив в кучу оружие, ринулся к воде. Холодное течение сносило меня в сторону, было непонятно, почему лодка всё это время стояла на одном месте, раскачиваясь на волнах. Но я, отбросив все лишние мысли, плыл вперед, на помощь попавшему в беду парнишке.

Вода задрожала, уходя вглубь, засасывая меня вместе с собой в пучину бездны. Стремительный водоворот поглотил меня, и огромные челюсти сомкнулись на моей груди, разрывая тело пополам. Перед моими глазами проплыло огромное морское чудовище. Сделав нырок под тем, что от меня осталось, оно вышло на второй заход, открывая клыкастую пасть...

Ночь.

— Милорд! Скорее, рашкинцы атакуют! Принцессу похитил Оракул!

Я запрыгнул на вепря, подведённого ко мне слугой, направляя его по тропе к выходу из мрачного леса. Выбежавший первым на дорогу разбойник был смят моим скакуном. Ударяя в бока острыми шпорами я вгонял того в боевую ярость, направляя поводьями на многочисленных врагов напавших на город.

Мой верный питомец давил и рвал клыками, а я, размахивая секирой, добивал тех, кому удавалось увернуться от груды мышц моего кабана.

Заметив мага, я направил вепря на него, понимая, что уже не смогу увернуться от срывающегося с его рук сгустка плазмы.

Удар в грудь сорвал меня со спины животного, отрывая руку вместе с куском тела, но мой питомец, схватив мага за голову, понесся вскачь, таща его тело за собой.

— Он прожил достойную жизнь! — прошептал лекарь, понимая, что его помощь для меня уже бесполезна.

Принцесса склонилась надо мной, роняя слезинки мне на лицо.

— Сколько Вам лет, милорд?

Действительно, сколько же мне лет? Губы кривились, пытаясь выдавить слова. Тьма поглотила мой разум...

День.

— Что же с людьми творится, молоденький совсем, а в голове такой кавардак. Ничего, вылечим мы тебя, — пожилая женщина в белом халате вытащила иглу из моей шеи и вышла из палаты, оставив меня прикованным к кровати.