Хохлома-Космос, или Психологическая атака Санчо

Глава 1

В ангаре флагмана «Несокрушимая Тоска» пахло свежей краской, машинным маслом и легким недоумением.

Разведывательный корабль класса «Тень», новейшая разработка инженеров Империи — стелс-фрегат из черного не-материи, способный сливаться с пустотой космоса и проходить сквозь вражеские радары как нож сквозь масло — висел на антигравитационных стапелях.

А под ним стоял Санчо-с-ранчо. На нем были надеты резиновые сапоги, рабочий комбинезон поверх парадной портупеи и неизменная шляпа, которая, казалось, поглощала свет. В руках он сжимал огромную кисть из щетины вареного вепря. Рядом стояла бадья с чем-то густым, красным и подозрительно пахнущим томатной пастой.

— Ты что творишь, кабальеро? — прохрипел Генерал Аксель, глядя на действия ковбоя через визоры. — Это же покрытие системы «Стелс-Невидимка»! Нанопокрытие стоимостью в пол-галактики!

Санчо-с-ранчо макнул широкую кисть в ведро и с размаху шлепнул ярко-красную кляксу прямо на идеально черный борт корабля. ШМЯК. Звук был до неприличия бытовым. — Я ж говорю, ржавчина пошла, амиго, — невозмутимо произнес Санчо, любовно размазывая красное пятно по броне. — Атмосфера тут у вас агрессивная. Окисление металла. Если сейчас не замажем, дыра будет. А в дыру дует. У меня дед так сарай перекрасил, сорок лет стоял как новенький, пока торнадо не унесло. АКТ I: ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ

Из тени вышел Мастер Квон. Его лицо было бледным, а руки тряслись. — Мое покрытие... — прошептал он. — Мой квантовый камуфляж... Он впитывает это... этот пигмент. Мы теряем коэффициент преломления!

— Не бурчи, повар, — бросил Санчо, начиная выводить узор вокруг красного пятна. — Смотри лучше. Красота какая. Называется «Хохлома-Космос». Видишь, как золотой жилкой отдает? Это я микрочастицу позолоты добавил. Для эстетики.

Он провел рукой по борту, оставляя за собой сложный растительный орнамент из завитков и ягод рябины (которые он тоже откуда-то достал). — Вы поймите, начальник, — продолжал Санчо, обращаясь к онемевшему Квону. — Ваша эта чернота — она скучная. Ну вот чисто технически. Стоит такая дура в космосе, никого не трогает. Скучно. А мы ее сейчас распишем. Будет «Рябина кудрявая». Любой пират увидит — залюбуётся. Пока будет смотреть, мы его и торпедируем. Это называется «Психологическая атака красотой».

Хуанита вышла из лифтовой кабины. На ней вместо императорской мантии был рабочий халат Глаши, повязанный поверх скафандра. — Как продвигается тюнинг? — спросила она, жуя яблоко. — Хозяйка, он уничтожает секретные разработки! — взвизгнул Квон, указывая на Санчо, который теперь рисовал на обшивке гигантскую Жар-Птицу. — Это стоит дороже, чем твоя корона!

— Брось, жестянка, — усмехнулась Хуанита. — Моя корона стоила мне сломанной судьбы. А твой камуфляж только и умел, что прятаться. Мне такой корабль не нужен. Мне нужно пугало. Чтобы враги видели нас издалека и понимали: эти психи настолько отмороженные, что им плевать на физику. Они даже свой собственный корабль расписали под хохлому. Значит, церемониться не будут. Сразу сдавайся. АКТ II: РЕАКЦИЯ СТАЛИ И ПУСТОТЫ

Генерал Аксель подошел ближе. Его титановое лицо выражало сложную гамму чувств киборга, чей процессор пытается обработать концепцию народного промысла. — Санчо, — прогудел он. — Объясни логику. Зачем рисовать ягоды там, где должна быть броня? — Эх, ты, консервная банка, — добродушно ухмыльнулся Санчо, вытирая пот со лба рукавом (оставляя чистую полосу на грязном лице). — Броня — она для трусов. Настоящий мужик встречает врага голым пузом... ну, или хотя бы красивой картинкой. Вот смотри.

Он закончил последний завиток Жар-Птицы. Отступил на шаг. Птица на борту фрегата ожила. Ее нарисованные глаза моргнули. Огонь с хвоста стал реальным — пламя начало лизать обшивку, но не сжигать ее, а наоборот, полировать до блеска. — Видал? — гордо сказал Санчо. — Самозащита. Кто подойдет близко — того сразу огнем по сусалам. Двойная польза: и красиво, и больно.

Глаша выглянула из-за плеча Хуаны. — Цветовая гамма подобрана неверно, — строго заявила она. — Золотой слишком желтый. Должен быть цвет «Императорский Благородный Янтарь». И тень под

листиком падает неправильно. Нарушение перспективы. Перерисовывай правый угол.

Санчо сплюнул тягучую слюну на палубу. — Ишь ты, критик какой. Сама бери кисточку и малюй, раз такая умная. — Я Императрица, — парировала Глаша. — Я руковожу процессом. А мазню оставляю специалистам твоего уровня. АКТ III: ИСПЫТАНИЕ В БОЮ

Не успел Санчо ответить, как раздался вой сирены. — Неопознанный флот! — проорал динамик голосом чуть живого связиста. — Выходят из гипера! Конфедерация Прямоугольных Пиратов! Требуют отдать груз антивещества!

— Во! — Санчо радостно потер руки. — Сейчас проверим мою работу. Квон, заводи шарманку! — Но двигатели не видят пространство! — запищал Квон. — Камуфляж настроен на невидимость, а мы теперь похожи на пасхальное яйцо! Нас видно всем! — Тем лучше! — рявкнул Санчо. — Пусть думают, что мы цирк шапито! Эффект неожиданности!

Флот Прямоугольных Пиратов — строгие, идеальные кубы из серого бетона — начал смыкать кольцо. Их орудия наведения зафиксировали цель. — Они запрашивают канал связи, — доложил Аксель. — Давай сюда, — кивнула Хуанита.

На экране возник адмирал пиратов. Кубический человек с очень серьезным лицом. — Говорит Адмирал Параллелепипед. Ваш дизайн нелогичен. Ваши пропорции нарушают гармонию вакуума. Приготовьтесь к захвату. Ваш внешний вид вызывает у моих канониров приступ панической атаки и желание записаться на курсы дизайна.

— Передай своему дизайнеру, что он уволен, — лениво ответила Хуанита, поправляя прическу. — Мы используем стиль «Утиль-Шик». Это концептуально. А теперь мой главный калибр ответит тебе.

Она махнула рукой Санчо. — Давай свою пушку.

Санчо радостно осклабился. Он схватил свое ведро с остатками краски (той самой красной пасты) и швырнул его в открытый иллюминатор мостика. Ведро вылетело в открытый космос, пролетело мимо носа пиратского флагмана и лопнуло. Но краска не рассеялась. Под воздействием радиации от умирающих звезд и магии самого Санчо, красная краска превратилась в Живой Рой Художественных Комаров. Комары, состоящие из чистого цвета, набросились на серый бетонный флот.

Они не кусались. Они красили. За пять секунд идеальный серый куб флагмана превратился в полотно абстракциониста после нервного срыва. Серые панели покрылись безумными розовыми сердечками, зелеными спиралями и надписью «КОТИКИ ЛУЧШЕ».

Адмирал Параллелепипед смотрел на это, и его квадратный подбородок дрожал. — МОЙ ФЛАГМАН... МОЙ ИДЕАЛЬНЫЙ ФАСАД... ОНИ УКРАСИЛИ ЕГО ЦВЕТОЧКАМИ!

Его флот охватила паника. Корабли пытались уйти в гиперпространство, но их навигационные системы, ослепленные внезапным приступом прекрасного, выдавали ошибку 404: Taste Not Found. Один за другим кубы сталкивались друг с другом, превращаясь в гору геометрического металлолома, украшенную ромашками.

— Неплохо, — кивнул Санчо, перезаряжая кисть. — Но контур неровный. Надо было взять линейку.

Хуанита подошла к панорамному окну, глядя на разгромленный вражеский флот, который теперь выглядел как передвижной балаган. — Повышаю тебя в звании, — сказала она Санчо. — Теперь ты Главный Конструктор Эстетического Шока.

Санчо снял свою ковбойскую шляпу и почесал затылок. — Да ладно, Хозяйка. Главное, чтобы борщ не пригорал. А корабли... корабли — это просто большие табуретки. Лишь бы крепко стояли.

Где-то внизу, в недрах корабля, Мастер Квон упал в обморок, прижимая к груди планшет с чертежами идеальной брони. Генерал Аксель посмотрел на свои ноги, которые все еще были идеально чистыми посреди этого хаоса, и тихо вздохнул: — Эпика зашкаливает, мой Император. Накал пафоса пробил обшивку. Кажется, моя левая пятка начала понимать искусство. Вызовите механика, пусть проверит сустав на наличие чувства прекрасного.