Домино: легенды из архивов Полярис-Прайм

Глава 1

В холодной кают-компании толпились пираты, гогот которых многократно рикошетил от стен и вновь врезался в источник. В этом неприятном шуме и оценивалась сила пошлых анекдотов, услышанных Марвином от старого контрабандиста на последней остановке. Не пропадать же добру: Босс Найа задерживался на собрание, которое сам же и организовал, а тишина космоса, раскинувшегося за пределами обшивки, сдавливала и без того пришибленные мозги экипажа.

Нейтан, по прозвищу «Домино», а по званию – третья тень в шайке, вальяжно патрулировал периметр голографического проектора. Он знал, что Босс взял большой заказ, который может озолотить банду, но его положения не хватало, чтобы располагать всеми мелкими деталями. На хвост ему наступал четвёртый – Урвин, чуть не застреливший его в упор на недавнем налёте, а второй занял оборону и держится максимально далеко. Нейтан желал, чтобы дело прошло гладко, сопротивляясь фантазиям о «случайных» жертвах.

Сладкие мысли прервал шаг трёх пар тяжёлых сапог – в кают-компанию вошел Босс Найа в сопровождении номеров один и два. В это мгновение тишина космоса будто бы проникла внутрь корабля. Большой нагрудник, с которого свисали рваные жёлтые ленты, закрывающие герб сумеречных воинов, плавно раздвигал бандитов перед собой. На лице Босса расплылась улыбка, в его пальцах играючи вертелся чип.

– Начальство задерживается! – Босс отвесил мелочи затрещину, услышав тихое «опаздываешь». - Если б не настроение, пустил бы тебя по рядам, сволота! – на этой ноте вторая тень тяжёлым кулаком ударил по темени молодого бойца и тот, свалившись на пол от боли, замолчал.

Босс Найа подключил чип к голопроектору. В воздухе появились жёлтые голограммы, медленно вращающиеся вокруг объёмного изображения головы. Объектом заказа был мужчина, возрастной для космоса, Нейтан оценил его на пятьдесят с лишком. От корня широкого с горбинкой носа как ветви дерева распространялись морщины, углубляющие усталые глаза. Кожа, если изображение передаёт верно, была иссушена ветрами и покрыта неопрятной щетиной. Босс ткнул в изображение пальцем несколько раз.

– Наша цель – имперский офицер. Не смотрите на то, что он староват для вас, - лицо Босса на пару секунд стало серьёзным. – Наниматель потребовал не отрывать от него взгляд, когда схватим, – он перелистнул несколько изображений. – Сейчас он находится на Тарлонне, там его схватили «полосатые»…

– У нас чё, гонка намечается? – восьмая тень вышла из толпы. Бугай Олли уже не докучал своей грубостью Боссу, потому что был необучаем манерам. – Гильдия наёмников что на это сказала?

Босс Найа поскрипел зубами. Конечно, Олли подогревает интерес команды к делу своими назойливыми вопросами, но куда приятнее контролировать ситуацию, нежели бороться с порывами ветра.

– Этот заказ не гонка, спокойно! Заказчик оплатил «полосатым» почти три ляма за дело, – после оглашённой цифры по кают-компании пронёсся возглас удивления, - А эти черти, как только добрались до цели, ударились в шантаж. Так что, формально, мы разбираемся с недобросовестным исполнителем. Вы и так скулили, что Красная Полоса лезет на нашу территорию – вот вам шанс с ними поквитаться.

Из толпы кто-то выкрикнул:

– И сколько платит?

– Навар будет на 200 штук универсалов больше, чем Красной Полосе – Босс сложил руки на груди. Он набрал воздуха, но заготовленную речь прервал другой вопрос:

– За 200 штук гасить другую банду?

А затем лидерскую невозмутимость с лица постепенно стёр взрыв из недовольства подопечных.

– Да это же порожняк!

– А что скажет гильдия?!

– Сколько их там будет?

– Пятьдесят?

– Сотня?

– Босс, мы не окупимся!

– ТИШИНА! – в кают-компании снова поселился космос. Слегка порозовевшее лицо Босса излучало все степени недовольства, которые будто бы относились отдельно к каждому горластому бандиту. Нейтан презрительно оглядел бойцов, невербально демонстрируя перед начальником своё неодобрение.

– Распустились, черти! Ведёте себя как сброд, нанятый вчерашним днём. Сначала слушаем, потом ваши тупые вопросы! – Босс ударил кулаком по панели проектора, от чего по изображению прошла маленькая волна помех. Он вдохнул и выдохнул четыре раза и щипком вытянул из информационной сводки техлист. – Наш наниматель в качестве аванса предоставил небольшой шаттл, на борту которого ожидают два «пропавших без вести» бронехода. Эти малышки разнесут любой форт в щепки. А если выполним задание по контракту, то они окончательно перейдут нам, – Босс обвёл взглядом своих подчинённых. В глазах каждого он прочёл понимание ранее сказанного, а это значит…

– Теперь план…

Глава 2

Люди Красной Полосы развернули лагерь в небольшом заброшенном поселении, спрятав транспортник в глубине зданий. Перед делением на группы интендант раздал оружие каждому бойцу. Чтобы скрыть нападение на враждебную банду и не допустить обострения конфликта, Босс Найа приказал стрелять только из имперских стволов, не оставляя никого в живых. Такой нехитрый приём, по его расчётам, должен был сработать на все сто процентов. Сумеречные воины действовали всегда одинаково – под прикрытием дымовых снарядов рядовые бойцы вели наступление, отвлекая силы противника, в то время как тени – элита банды, пробирались к стратегической цели.

Из отсеков в крыле глайдера валил пурпурный дым, накрывающий ковром подступающих к лагерю пиратов. Тени, искусно маневрируя между лазерными очередями, планировали к четырём турелям на крышах домиков. Силы Полосатых стекались к транспортнику, однако Босс, предвидя ещё на этапе плана жалкую попытку побега, скомандовал артиллеристам навести орбитальные пушки на несущие двигатели. Три залпа разорвали левый борт транспортника и тот, едва оторвавшись, вновь прибился к земле.

Спустя несколько кругов над лагерем образовался купол дыма, накрывший всех участников сражения. Нейтан, посадив глайдер недалеко от турели врага, подкрался к блоку управления. После взлома системы, контролирующей турель, он подключил интерфейс к своему визору. В инфракрасном спектре растерянные бойцы Красной Полосы были как на ладони, и Нейтан методично устранил пятерых на подступе к его позиции. Ответом был веерный огонь из нескольких лазерных винтовок, задевший взломанную турель и одну интактную, но тени уже там не было.

Вдали были слышны перекаты гусениц и пение спаренных пулеметов – бронеходы подчищали ударные отряды Полосатых постепенно продвигаясь вглубь. Нейтан, словно призрак, растворился в пурпурной завесе.

Три фигуры рассредоточились по площади: наплечники их были украшены чередующимися алыми и белыми перьями, на боку поясных накидок красовалась красная полоса. Сжимая в правой руке бластер, каждый из них лезвием кинжала проверял любую подозрительную тень в тумане. «Лейтенанты…значит, я близко», - подумал про себя Нейтан, подкрадываясь к ближайшему из них. Его прозвали «Домино» не просто так – дорога из трупов после рассеявшегося дыма, пожалуй, была его визитной карточкой. Обнажив лезвие ножа, он уже был готов перерезать глотку жертве, но, как некстати, в них врезалось что-то неведомое. Лейтенант, свалившийся на землю, заорал, что есть мочи. Нейтан, едва сохраняя равновесие, увернулся от трёх выстрелов. Укрытие нашлось за кучей стальных контейнеров. Стрельба стихла, но в позах полосатых осталось напряжение. Лейтенант, который был на волосок от смерти несколько секунд назад, уже избивал некую четвёртую фигуру, вероятно, ту, что выдала Нейтана.

– Я же говорил, что наручники его не удержат! – раздался еще один глухой удар. – Давай ты его отведешь к капитану, а мы выкурим эту крысу!

– Может быть, пойдём втроём? Тут по-любому шныряют ещё пару «сумеречных», – слова прервались выстрелом в сторону жилого блока.

– Иди, давай, пока штаны не обмочил! Пленника надо спрятать! А падаль порешим вдвоём…

Этого Нейтан Домино никак не мог допустить. Выхватив из-за пояса томагавк, он покинул укрытие и метнул его в лейтенанта, стоящего посередине. Наточенное лезвие плавно вошло в лобную кость. Пленник, увидев новую возможность сбежать, рванул в сторону, но удар тяжелой наручью по затылку уронил его в кучу мусора. Нейтан освободил свой бластер из кобуры, однако впереди стоящий лейтенант оказался чуть быстрее и выстрелом обезоружил нападающего. Ситуация не успела стать безвыходной: краем глаза Нейтан засёк на крышах знакомую фигуру. Через мгновение номер один приземлился своими сапогами на шею улыбающегося пирата, а обезоруженный Домино подобрал бластер и застрелил растерявшегося третьего лейтенанта.

– Это была бы глупая смерть, – первый ногой перевернул мёртвого бандита. – Воля случая большая шутница.

– Благодарю, что прикрыл, – Нейтан вынул томагавк из черепа. Первый был прав, но душу грело то, что он не собирался потешаться над ним. – Надо брать цель, пока здесь не началась…

Волна взрыва от прилетевшей ракеты с другого конца площади бросила Нейтана на несколько метров. Первая тень едва сдвинулся с места – от участи тряпичной куклы его спас последний заряд энергетического щита. Интенсивный шум в правом ухе закрывал нарастающую боль, на кончиках пальцев Нейтан ощутил что-то горячее и липкое. Из-за обломков и языков пламени приближался высокий человек атлетичного сложения. Пёстрый шлем с кнутом на поясе выдали в нём капитана шайки. Небрежно сбросив пусковую установку с плеч, он встал в открытую стойку. Первая тень накинулся на него с кинжалом, пока Нейтан искал силы подняться земли. Капитан ловко избегал клинка, иногда даже посмеиваясь над своим соперником. Позволив совершить еще одну атаку, он поймал кинжал стальной перчаткой и с дьявольской ухмылкой сжал оружие. Лезвие надломилось, и первая тень оцепенел от неожиданности. Пират без промедления схватил его за ворот нагрудника и, будто тот был мешком, разворотом кинул его в сторону разрушенного фонтана.

– Я гляжу, Найа стал посылать на задания слюнтяев! – крикнул капитан полосатых, медленно снимая с пояса кнут. – Ну, ничего, так даже лучше! Не надо будет заморачиваться, когда кокну вас всех!

Первая тень, опираясь о бортик фонтана, привстал для новой атаки. В момент, когда капитан взмахнул кнутом, он бросил свою руку вперёд. Рефлексы не подвели его: ладонь выхватила плеть из воздуха и обернула её на предплечье через тыл кисти. Негодующий взгляд капитана пиратов вернул первой тени чувство превосходства, но сменившая недовольство ухмылка на лице врага привела к осознанию совершенной ошибки. Большой палец железной перчатки сдвинул переключатель и по кнуту устремился электрический заряд. Мышцы на предплечье первой тени болезненно сократились, усугубив положение. Обездвиженный, без возможности разжать кулак, он наблюдал, как капитан в прыжке поравнялся с линией его плеч. Плеть обвилась вокруг шеи – жгучая боль пробежала по груди между ребёр. Сердце готово было вот-вот остановиться, но для верности капитан пиратов сбил ногой содрогающееся тело на землю и, упершись ступней между лопаток, натянул кнут, что есть мочи.

– РЭД СНЕЙК! – довольно прокричал он на всю площадь. – Запомни имя твоего убийцы!

Волна пурпурного тумана окатила его с ног до головы: пребывая в эйфории, Рэд Снейк не заметил отскочившую от земли дымовую гранату. Ударами кнута в воздухе он стал прореживать стену дыма, чтобы лицезреть очередного смельчака, бросившего вызов. Нейтан, с грацией бронированной танаанской рыси, избегал размашистых ударов, и, вынырнув из облака дыма, вонзил нож своему врагу слева между ребёр. Взвыв от боли, капитан огрел нападающего по лицу, да так, что Нейтан потерял равновесие и попятился назад. С каждым вдохом Рэду было тяжелее дышать – воздух засасывало в рану, но назад он не выходил. Он вытащил из поясного кармана инжектор и без промедления воткнул стимулятор в бедро. Боль понемногу ушла на второй план, но перед ним встало новое испытание – дышать как можно меньше в пылу драки. Застегать паршивца не требовало много сил, но рука, в которой еще минуту назад лежала рукоять кнута, обнимала воздух. Взглянув на сумеречного воина, Рэд Снейк поймал глазами свою игрушку – та прыгала в руке Нейтана. Подкинув кнут врагу, он выпустил из рук десяток диверсионных бомбочек. Рэд наивно бросился ловить оружие, однако взрывы снарядов дезориентировали его. В этот момент Нейтан с разбегу ударил ладонью по ране и, отскочил в сторону.

– Дурак! – Снейк залился хохотом. Он поднял кнут с земли и пошёл на Нейтана. – Я не чувствую боли! Ну а ты ощутишь её во всех красках!

Внезапно в нём что-то переменилось: схватившись обеими руками за грудь, он скорчился и стал ловить ртом воздух. Лицо налилось синюшной краской – Рэд задыхался и не мог понять, от чего. «Отравил! Но так быстро не могло подействовать… Секунду…» - его рука нащупала что-то твердое. Увиденное привело его в ужас: из-под краёв приподнятой хрустящей кожи поднимались редкие струйки дыма, окружающие железный цилиндр. Дым, сжав левое лёгкое, уже мешал сокращаться сердцу, в которое едва поступала кровь. Подняв глаза на Нейтана, Рэд увидел дуло собственного бластера, ловко вытащенного из его кобуры чуть ранее.

– Домино.

Громкий выстрел даровал Снейку быструю смерть. Нейтан осмотрел тело первой тени – его обожжённая кожа утратила живую краску и отдавала восковым блеском. Чуть поодаль, в куче мусора, сидел мужчина. В седых прядях и уставших глазах, затенённых морщинистым лбом, он узнал свою цель. Мужчина не думал никуда бежать и послушно ждал своей участи. Нейтан, достав из подсумка ошейник, подошёл к имперцу.

– Теперь ты наш пленник. Дрогнешь – прострелю колени, – Нейтан показал пальцем на ошейник. – О твоих ловких ручках я уже наслышан. Пойдешь в этом.

– А разве заказчик не просил доставить меня в целости? – имперец послушно поднял подбородок: он был слишком спокоен, что несколько пугало пирата.

– Живым, – Нейтан застегнул ошейник и нажал несколько кнопок на своём дисплее. – Теперь слушай внимательно: отойдешь от меня на 10 метров – твоя голова взорвётся через 5 секунд. Попробуешь снять – взорвётся сразу. Код знаю только я, и слушать ты будешь меня. Усёк?

Имперец кивнул. Шум битвы потихоньку угасал.

Глава 3

Два звена транспортных кораблей сблизились с вратами ангара. Шаттл, на котором прилетел Нейтан, преодолел кинетическое поле и приземлился рядом с рубкой центра управления. Выбор места для посадки был неочевиден для Нейтана, так как оно принадлежало другому звездолёту. Как бы то ни было, после открытия створок десантного отсека Нейтан Домино, удерживая пленного имперца перед собой, направился к звездолёту первого взвода. Необъяснимое желание вело его ноги к приземляющемуся десантному кораблю: вспышки непринятия ситуации сменялись волнами вины и сожаления, от которых сердце металось из стороны в сторону, как у ребёнка, ожидающего наказания отца. Разделить горечь с подчинёнными Первой тени и услышать мнение старого товарища – возможно за этим шёл Нейтан перед тем, как попадёт на ковёр к Боссу.

По опускающейся аппарели в кормовой части спешно спускался Рэндл, сумрак и капитан первого взвода. Его последний шаг совпал с соприкосновением платформы о палубу ангара, после чего он прошёл ещё несколько метров и сделал глубокий вдох. За ним также спешно последовали остальные наёмники, а, неисправные около четырёх тарлоннских циклов, створки десантного отсека после образования щелки обхватило множество пальцев с внутренней стороны. Пронзительный металлический скрип заставил всех на секунду поморщиться, но хмурый взгляд Рэндла задержался на его бледном, украшенном шрамами, лице: увидев Нейтана, он поспешил к нему, небрежно махнув предплечьем механической руки перед собой в знак приветствия.

– Ты уже доложился Боссу? – раздался тяжелый механический голос из-под высокого воротника брони сумрака. Его зрачки на секунду перескочили на пленника и вновь зафиксировались на Домино. – Моё уважение к Адерону безгранично, но его запах сейчас, да в замкнутом пространстве…невыносим. Мой загнивший нос чуял и горящую плоть, и потоки дерьма в трущобах, но тогда меня обдавало ветром…

– Я ещё не говорил с Найей…

– Чёрт! – Рэндл прервал его ударом кулаком по своему бедру. Затем он почесал переносицу стальными фалангами и раздраженно процедил: – Ну почему ты не носишь передатчик, как все?!

Нейтан недоумевающе поднял бровь:

– А что случилось? Может, пояснишь?

– Я попросил Хакса, твоего пилота, чтобы он сел на наше место, оно ведь ближе к рубке, чтобы ты доложил по ситуации раньше остальных…

Следующие слова Рэндла заглушил вой очередного прилетевшего транспортного корабля: из отсека, открывшегося заблаговременно до посадки, выпрыгнула фигура в тяжёлой броне с массивным правым наплечником. Неодобрительные возгласы ангарных техников и пиратов от такой выходки Четвёртой тени привлекли внимание Нейтана. Спешащий неизвестно куда Урвин, на секунду встретился с ним взглядами: проскользнувшая на его лице ухмылка перед стремительным побегом, объяснила поведение сумрака.

– Это было неуместно с его стороны, – сухой голос имперского офицера нарушил суровое молчание наёмников, – хотя, откуда мне знать, какие у вас, варваров, обычаи.

Презрительное неудомение или сдержанный гнев – тяжело описать, что именно выражал взгляд Рэндла, смеряющий имперца в этот самый момент. Лысой головой сумрака, напоминающей больше обтянутый кожей череп, чем что-то живое, можно было пугать не только непослушных людей, но и слабонервных взрослых. Погружённые в глубину верхней челюсти металлические ветви жевательного импланта едва слышно клацнули. Однако возраст сумрака дал о себе знать, и, вместо какого-либо способа демонстрации силы, Рэндл предпочёл проигнорировать оскорбление.

– Я не успел сказать тебе на поверхности, - Рэндл вновь обратился к Нейтану. – Этот подлец что-то замышляет…Прекрасно понимаю, что сейчас самое время для подлой авантюры. Выставит тебя виновным в этой дерьмовой ситуации. Это может ослабить наш экипаж.

– Но ведь и я подлый авантюрист, – по спине Нейтана пробежал холодок. – Почему ты не считаешь меня виновным в смерти Адерона?

Рэндл сделал глубокий вдох и повернулся к кораблю: по аппарели медленно спускались шесть наёмников, взгрузивших на свои плечи носилки. Тело Первой тени было накрыто знаменем банды.

– Твои интересы никогда бы не поставили Сумеречных Воинов под удар. Как бы благородно это ни звучало в нашем коллективе, у тебя есть…честь. Или ты умеешь балансировать между личным и общим, хрен его знает.

Сумрак сделал несколько шагов к колонне, спускавшей на палубу мертвеца. После того, как уложили тело, вокруг собрались остальные пираты из первого взвода: они освобождали головы от шлемов, чтобы своими глазами увидеть командира в предпоследний раз. Рэндл с горечью произнес:

– Каждая его битва была славной. Он был как вы, был как и я – в сумраках, но своё имя он заработал, скрываясь в тенях. Добившись такой высоты, оставался человеком с младшими по рангу, учителем для многих, и для тебя в том числе, – Рэндл обернулся к Нейтану. – Домино, ни я, никто другой из первого взвода не винит тебя в его гибели. Ненависть утолена свершившейся местью.

– Как долго ты его знал?

– Я двадцать лет в банде, а под командованием Найи чуть больше десяти. Но даже до службы на «Герштанге» я слышал о нём и его подвигах, если это можно так назвать, – Рэндл слегка усмехнулся.

– Ты один из лучших среди сумраков на нашем корабле, – Нейтан несколько задумался перед следующим вопросом. – Если Босс предложит тебе вступить в наши ряды, ...что ты решишь?

– Ха! Я, пожалуй, откажусь… Слишком стар для вашей работки, да и посмотри на меня – я весь в имплантах и жую не своей челюстью! – из под воротника раздался механический смех. – Слишком много скрипа для должности тени! – внезапно его глаза стали шире, и он выпрямил спину. – О, походу моё новое начальство идёт. Всем смирно и морды посерьёзнее!

Вторая тень покинул кабину лифта, ведущего в арсенал, и не спеша, оглядывая рабочих ангара, зашагал в их сторону. Мипл был не похож на своего предшественника – астеничное телосложение, острые черты лица, в глубоких глазницах которого лежали блестящие серые зрачки и закинутый вверх подбородок создавали впечатление, что Вторая тень обладает далеко не самым приятным характером. Это впечатление не было ошибочным – первое же взаимодействие с Миплом откроет неосторожному человеку строго упорядоченный внутренний мир, готовый поглотить любого, кто живёт вразрез его убеждениям.

– Домино, Босс ждёт тебя для доклада. И вас, – Вторая тень посмотрел на имперского офицера, а затем вновь обратился к Нейтану. – Он хочет знать всё до мельчайших подробностей. И с нескольких ракурсов, – затем он подошёл к носилкам. – Рэндл, Босс попросил ваш взвод подготовить тело Адерона к похоронному ритуалу. Дальнейшие указания будут позже.

– Слушаюсь, – Рэндл покорно кивнул, и как только Вторая тень отвернулся, активно зажестикулировал манипулятором, отдавая распоряжения.

Троица направилась к лифту. Тяжелое дыхание нового спутника, передающего внутреннее беспокойство и ненависть окружающему воздуху, вызывало в груди у Нейтана неприятные чувства покалывания и невесомости, несвойственные ему в профессиональной жизни. Эти чувства усиливались от недоверчивых взглядов в его сторону, поступающих, в основном, от наёмников четвёртого взвода.

– Мои дела плохи?

– Наши дела плохи. Много на себя берёшь! – ехидно ответил Мипл. – Всё через задницу… Шестой и девятый взводы вернулись с ранеными, есть тяжёлые…

Их прервал солдат из пятого взвода, имевшего неосторожность подрезать Нейтана. Склонив голову, он обратился ко Второй тени с вопросом:

– Замкапитана! Бронеходы выгружать с транспортника? Мы могли бы заправить их!

– Босс не давал никаких указаний. Оставьте их на корабле, – Кулак Мипла то сжимался, то разжимался за спиной, а пальцы в кожаных перчатках поскрипывали друг о друга. – И, впредь, не выскакивай передо мной, как портовая попрошайка. Иначе пеняй на себя – прорычал он.

На лбу солдата выступил пот, и его губы непослушно промямлили: «Понял». Зная Мипла, Нейтан думал, что он, как минимум, ударит незадачливого подчинённого. Серьёзность ситуации или скорое повышение – что-то из этого сдержало Вторую тень от такого поступка.

Глава 4

Как только Нейтан закончил доклад, Босс медленно поднялся из своего кресла. Тяжёлая поступь его сапог некоторое время окружала присутствующих.

– Может, поднимем цену? У нас ведь потери, Босс... – Вторая тень ступил чуть вперёд, но не успел договорить.

– Нет! – Босс Найа ударил кулаком по столу. – Никакие бабки не вернут мне лучшего бойца и друга, а ещё ты, видимо, забыл, умник, почему нам дали этот заказ? А?! – Босс заметался вокруг посетителей, но через несколько минут снова сел за стол. – Хочешь повторить судьбу «полосатых», которых мы кокнули?

В сухом воздухе капитанской каюты нарастало напряжение: гибель Первой тени, казалось бы, на простом задании ввергла Босса в шок. Между двух пальцев покачивалось горлышко царьградской водки, но одному пить не хотелось. Нейтан, Вторая тень и пленник, затесавшийся между их плеч, стояли напротив капитанского стола и ждали, чем закончится беседа.

– Ты оставил передатчик в глайдере, тем самым исчезнув с наших приборов, – Найа задумчиво глядел на свою коллекцию клинков, размещённую на одной из стен каюты. – Ребята негодуют, шушукаются, что не всё так складно, как ты рассказываешь. И нет никого, кто бы подтвердил твои слова…

Капитан резко встал и, подойдя к имперцу непозволительно близко, спросил:

– Скажи мне, ну как человек со стороны… Не врёт ли мне Домино? – он похлопал Нейтана по плечу. – Мне каждая тень как сын! А Адерон мне был как брат! Они же были вдвоём! И не справились с кнутом!

– Не врёт, – имперец не терял самообладания от неприятного запаха изо рта Босса. – Но вот другой твой боец, кажется, Урвин… Совсем не спешил помочь в драке и, как стервятник, летал вокруг.

Нейтана удивила упомянутая офицером подробность, но он не подал виду.

– А ты не заливаешь? – Босс оскалил зубы, а затем язвительно улыбнулся и с ноткой сожаления продолжил. – Знаю, что нет. Эта сволочь как крыса, шепнул мне, – Найа показал пальцем на Домино, – что ты подставил Андерона, – он тяжело вздохнул и напряг нижнюю челюсть. Его широко раскрытые глаза с нездоровым блеском вводили Нейтана в недоумение.

– Думаю, мы разберемся с этим з’ухэ после завершения сделки, – Найа уселся за стол и достал из-под него три рюмки. Каждую он наполнил до края и пододвинул к остальным. – Отправим погибшего в путь, когда выйдем из гиперпространства. А сейчас надо выпить. И тебе тоже, имперец! – он поднял принадлежащую пленнику рюмку, слегка пролив содержимое на стол, и ткнул ей ему в грудь. – Настоящие воины умирают в бою, не так ли? – Босс поднял бутылку и произнёс:

– За погибших!

Все четверо хлебнули и ударили рюмками о стол.

– С этого дня Мипл исполняет обязанности Первой тени. Нейтан, ты занимаешь место Второй тени, – Босс объявил это без какой-либо радости. – Как только вернемся в штаб, Фрэнсис вынесет решение – надолго ли вам занимать эти должности. Церемония состоится после завершения сделки. Мипл, можешь идти.

Когда в каюте остались только Нейтан с пленником, Босс приказал следующее:

– Имперец твоя добыча, – Босс невесело улыбнулся и развёл руками в сторону офицера, изображая мнимое сочувствие. – Раз ты нацепил на него взрывной ошейник, то пойдешь с ним в камеру, – Босс смотрел куда-то сквозь подчинённого. – Не спускай с него глаз. После похоронного ритуала я посвящу тебя в детали дела. А теперь отдыхай.

Оставшись в капитанской каюте в одиночестве, Найа около двадцати минут высматривал заклёпки на двери, пока глаза не зажгло от сухости.

***

Неоднородность времени остро ощущалась в узком помещении, оборудованном только двумя длинными скамьями. Уже через полтора часа лежания на них немели ягодицы, затем процесс спускался до голеней, а в запущенных случаях добирался и до рук. Среди надзирателей даже была забава – разбудить спящего громким криком и смотреть, как он падает в неуклюжем танце непослушных конечностей. Но самое неприятное, что немота в мгновенья сменялась волнами более неприятного чувства и, как минимум, пятнадцать минут несчастный мучился от множества покалываний, распространяющихся будто бы изнутри.

Имперский офицер, по всей видимости, был осведомлён о свойствах мебели в тюремном отсеке и периодически вставал с лежанки, затем топтался на месте и пересаживался на противоположную. Бледно-серые глаза его скрывались в тенях из-за тусклого света в камере, тёмные волосы с проседью на висках застыли от примеси пыли и пепла и имперец то и дело чесал голову, но добраться до раздражаемого участка не удавалось. Кожу на лице прерывали множеством складок, даже при спокойном выражении лица – вряд ли он чиновник или с флота. Серый комбинезон без каких-либо модификаций с торчащими нитями на месте знаков отличия, которые, вероятно, сорвал с себя пленник, ни о чём не мог сказать рядовому пирату. Но если на старичка охотятся две банды, значит, он большая шишка и стоит больше денег, чем предлагает таинственный заказчик.

Нейтан всё это время опирался на дверь, изредка поглядывая в смотровое окно. Наружный коридор пустовал, лишь вспышки неисправной лампы отскакивали от стен с неодинаковой периодичностью. Находиться в камере было невыносимо, так ещё и пленник мельтешил перед глазами.

– Просто сядь, – терпение Нейтана было на исходе, и металл в голосе выдавал это. – Отсюда только один выход, – он постучал костяшками по исцарапанному покрытию двери.

– Я не хочу, чтобы моя задница онемела перед побегом, – огрызнулся офицер, – а что касается выхода – никакие стены меня не удержат, - он взглянул на Нейтана и приподнял правую бровь. – Поверь.

– Что-то ты попутал… – Нейтан быстрым шагом подошёл к пленнику и, схватив его за макушку, прижал его голову к противоположной стене. Достав из подсумка наручники, он потряс ими над ухом офицера. – Недостаточно свободы? Могу занять твои руки, чтобы скучно не было, – Нейтан на секунду притворился, что отпустил голову, а затем рывком ударил головой офицера о стену каюты.

– Спокойно, спокойно! – офицер жмурился от боли и скалил зубы. – Вижу, ты не знаешь, что такое благодарность, – ладонь его бережно ощупала место, на который пришёлся удар, – не стоит начинать с головы, а то могу забыть твоё алиби…

Глаза Нейтана нездорово заблестели после этих слов. Кончик носа, с падали капли пота, устремился вверх, желваки зашевелились против его воли. Большой палец, поначалу инициируя тихие щелчки, перескакивал с фаланги на фалангу.

– Так его там не было… – Нейтан почувствовал, будто стоит на краю обрыва.

– Был или не был, какая разница, если правдой будет то, что скажу я, – оскал имперца незаметно перешёл в улыбку. – Несколько слов, подобранных иначе – и ты оказался бы в таком же положении, как и я, а, может быть, в худшем. Так бы и сделал, – офицер встал и демонстративно потянул за взрывной ошейник, – однако тобой проще управлять, чем твоим капитаном или тем неприятным типом, который то и дело вставляет тебе палки в колёса. Первый слишком мудр, чтобы поддаваться на провокации, второй слишком непредсказуем из-за своей тупости, а ты… – он ткнул пальцем в грудь Нейтана, однако не успел закончить монолог.

– Ну всё!

Нейтан схватил его за грудь и прижал к стене, но, замахнувшись, не успел ударить – корабль содрогнулся от внешнего воздействия, и они вдвоём свалились на пол. Коридоры налились красным светом, и через секунду завыла сирена. Домино подорвался к двери, мимо которой бежали пираты, чтобы узнать о случившемся. Перед окошком появился Босс и отпер дверь.

– Домино! Нас берут на абордаж Шакалы! Чёрт знает, как они так быстро к нам подобрались – мы только что вышли из гиперпространства! – Босс глянул через плечо Нейтана. – Слушай внимательно: мы сейчас на орбите Нур-Эксумбры, заказчик ждёт в Городе Купцов. Поручаю тебе эвакуацию цели. Когда окажешься на поверхности – выйдешь на связь со мной, я передам координаты. Доставь ему пленника и забери награду, а мы в это время разберёмся с ублюдками. Дуй в ангар!

Босс хлопнул его по плечу и поспешил с остальными пиратами к месту вторжения. Обернувшись, Нейтан увидел перед собой довольного имперца.

– Это и есть твой план? Шакалы? – с надменностью спросил Нейтан. Но офицер продолжал загадочно улыбаться.

– Всего лишь удачное стечение обстоятельств, имперец подошёл к Нейтану и поднял запястья, после чего звонкий щелчок закрепил оковы. – Веди.

Пугающее спокойствие во взгляде и хитрая улыбка не сходили с его лица. В отличие от него ни пираты, ни оглохший на одно ухо Нейтан не услышали, как к фрегату аккуратно пристыковался кто-то третий.

Закованный в наручники имперец тащился на поводу и выражал крайнее недовольство, на что Нейтану было наплевать – с эвакуацией заключённого медлить было непозволительно. До ангара было недалеко – минуя несколько коридоров и спустившись на лифте, Нейтан с имперцем оказались перед транспортником, на борту которого после битвы отдыхали бронеходы.

Каждый шаг отражался эхом от безжизненных звездолётов. Зловещая пустота проникала сквозь кожу и разносилась едва ощутимыми волнами по телу. Говорят, что сердце не обманешь, пусть даже ты сердце «бессердечного» наёмника». Пока бдительность Нейтана дремала, стук в груди, подсказывал: «что-то здесь не так».

Кабина пилотов пустовала, но его это не отпугнуло: когда-то давно Нейтан учился летать на старых транспортных звездолётах, а с учётом, что до планеты рукой подать, бояться было нечего. Тумблеры, мелодично меняя своё положение, оживили приборную панель. Двигатели, поначалу нехотя набиравшие обороты, издали ужасающий вой.

Взрыв позади звездолёта выбил гермодвери, и вынудил пленника оглянуться в иллюминатор. Полтора десятка людей, одежда которых больше напоминала сшитые наспех тряпки с бронепластинами, ворвались с криками в ангар. Ржавые винтовки, многие из которых чинились с десяток раз, ревностно сжимались в руках, бледно-зелёная кожа которых была покрыта ранами и уколами. Убрав ото рта ингалятор, предводитель вторженцев разразился ликованием и пинками погнал шестёрок обратно в коридор.

– Похоже, у тебя неприятности, – имперец указал пальцем на шайку «шакалов».

– Люк закрыт: максимум, что они смогут сделать – покоцать обшивку корабля, – Нейтан засеменил пальцами по кнопкам приборной панели.

Имперец неудомеваще смерил наёмника взглядом и снова посмотрел в иллюминатор.

– Дружок, они собирают гриндер… Мы не успеем взлететь!

– И что ты предлагаешь?

Не отвлекаясь на разведку обстановки, шакалы динамично собирали треногу, в то время, пока два крупных шакала, переваливаясь с одной на другую, тащили из-за гермодверей несли спаренную пушку. Скачущий вокруг них шакал-десятник с КПК в руках хрипло кричал на своих подчинённых и яростно жестикулировал в сторону звездолёта. Глядя на него, он то и дело облизывал языком иссохшие губы, будто перед ним был ломящийся от яств стол.

Нейтан поднял машину в воздух – его кряхтение и оскал свидетельствовали о нужде в помощнике за штурвалом, но доверить свою жизнь имперцу он не решался. Транспортник медленно полетел к силовому полю, набирая скорость. Внезапно сбоку от кабины пронесся розовый луч, затем корабль толкнуло чуть-чуть вперёд. Следующий за толчком взрыв правого двигателя направил нос кабины вниз, опорные платформы, коснувшиеся покрытия ангара, сломались от перераспределения напряжения – звездолёт прошёлся днищем по полосе.

Успех, вскруживший голову десятнику, закрепился еще одной дозой психостимулятора. Он молча скакал по пути к сбитому кораблю, чтобы аэрозоль не вышел через ноздри. Стукнув кулаком по корме, будто в закрытую дверь, он вычурно поманил ладонью остальных пиратов. Громила с лазерным резаком уже почти добрался до люка, как вдруг резко откинувшаяся аппарель превратила шакала-начальника в кровавое пятно вперемешку с мясом. Отпрянув от неожиданности, шакалы забросали друг на друга вопрошающими взглядами. Промедление стоило им жизней – из глубины грузового отсека на полных оборотах вылетел бронеход и подмял под себя мычащего громилу. Траки гусеницы вцепились в плоть несчастного и по мере продвижения машины раздирали его плоть на неровные части. Рокот двигателя и шум гусениц перебивал хруст его костей и истошные вопли. Лазерная установка под управлением Нейтана испепеляла каждого, кто осмелился бросить вызов. Затем бронеход переехал ещё нескольких шакалов: кровавый след от гусениц распростерся до взорванной гермодвери. Нейтан слез с кресла пилота и поднял спрятавшегося под орудием имперца.

– Зря развёл панику! – процедил Нейтан. – Свалим отсюда на спасательной капсуле!

Имперец осмотрелся: по ангарной палубе к топливной телеге тянулся едва уловимый алый след. Прежде чем повод на оковах потянул его за собой, офицер увидел разорванный напополам труп сумеречного воина.

Глава 5

Бездыханное тело последнего солдата, окутанное дымом из сквозной раны, скатилось по лестничному пролёту. Мипл и Рэндл медленно пятились: будто голодная стая хищников нагнала антилусов1, отбившихся от табуна, ватага шакалов приближалась к сумраку и второй тени, глаза их болезненно блестели в предвкушении плоти. Уродливые мутанты, о человеческом происхождении которых напоминала лишь одежда и форма черепа, клацали челюстями и подзывали танцем ржавых ножей в воздухе. Отряд Рэндла застали врасплох, но он не считал эту битву проигранной. Ему не нужно было говорить об это Миплу – он прекрасно это понимал: едва уловимым движением кисти он зажал кнопку помощи на своём передатчике. Через несколько минут в секцию явится Босс собственной персоной с несколькими отрядами. И сейчас, пока никто из шакалов не ожидает его прибытия, появилась идеальная возможность занять их внимание.

Подобно ножу, рассекающему плоть, Рэндл ворвался в смердящую толпу шакалов, защищая голову небольшим щитком, прикреплённому к наручи. Первого шакала сумрак повалил пинком на стоящую позади толпу. Второму, по левую руку, он сломал гортань резким ударом ободом щитка. Третьего, что прошёлся короткой очередью по толстому нагруднику, отбросило энергией снаряда, высвободившейся из дробовика, который скрывался в тени щитка. Ошеломлённые шакалы беспорядочно начали палить в разные стороны, и в этой суматохе Рэндл вылавливал неосторожных жертв.

С другого фланга ворвался Мипл, сбрив несколько грязных шей виброклинком. Одну из упавших на палубу голов он пнул, словно мяч и угодил в переносицу десятнику, ревущему оскорбительные команды. Череда выстрелов раздалась по Второй тени, но тот взмыл в воздух и приземлился, вонзив клинок в шакала, подобравшегося слишком близко к Рэндлу. Встав спиной к спине, они продолжили отбиваться на вырывающихся из толпы пиратов. Несмотря на то, что они давно не сражались плечом к плечу, в трудную минуту их атаки были слаженными: выцепив неосторожного мутанта из толпы, Рэндл вёл его к клинку Мипла, а тот, продолжая вести лезвие, рубил всякого, кто угрожал сумраку со спины. Каждая капля пролитой грязной крови ещё сильнее заводила шакалов, и они постепенно сжимали кольцом отбивающихся сумеречных воинов.

В это время ставни гермодверей раскрылись и в отсек хлынули солдаты во главе с Боссом. Как только винтовки были взведены на увлечённых боем пиратов и Найа рявкнул:

– Рэндл! Мипл! Вниз!

Тотчас они упали, и шквал лазерных разрядов и пуль проредил шайку. Отступающие шакалы заняли укрытия за переборками и ящиками. Стрельба их стала сосредоточеннее и после нескольких удачных убийств они стали медленно продвигаться вглубь секции. Как только кто-то из шакалов равнялся с позицией Рэндла, тот хватал смельчака и валил его на спину, после чего добивал цепным мечом.

Сумрак вырвал очередного пирата из коридора и в глазах его пробежали испуг, а затем отчаяние. Из голосового аппарата раздался механический вздох, и прогремевший взрыв отбросил тело Рэндла на несколько метров к позиции Босса. Из-под брони, усеянной осколками, мелкими струйками лилась кровь. Оплавленные края пробоины в грудной бронепластине от взрыва плазменной гранаты прожгли комбинезон и желали болезненного союза с кожей. Механические хрипы нарушили кратковременную тишину.

– Григ, – Босс шёпотом подозвал к себе Пятую тень, – возьми несколько человек и дотащи Рэндла до лазарета!

Григ молча кивнул и отдал приказ пятерым солдатам. Взяв сумрака под руки и колени, они погрузили стонущее тело на свои плечи и устремились в коридор.

Раздавшиеся дикие крики шакалов, смешавшиеся с хохотом, возвестили о прибытии своего лидера на бойню. Вновь ворвавшийся в секцию поток пиратов обтекал сгорбленную худощавую фигуру: скрип механических ног напоминал звук несмазанных петель ворот в мастерской, основание манипулятора, нависающего над правым плечом, блестело подсохшей сукровицей, левое плечо сдавливал ремень, к которому на морские узлы была привязана тяжёлая лазерная батарея. Неровная из-за множества опухолей шея выпрямилась, и манипулятор сбросил протертую шляпу с головы хозяина. Безбашенный Харви с застывшей на лице улыбкой напыщенно взвёл лазерную батарею: вырвавшийся луч прошёл извитую траекторию, прежде чем погас, и распилил не только солдат сумеречных, но и шакалов. Заливаясь хохотом, Харви пожелал выстрелить ещё раз перед тем, как оглушающий холостой спуск напомнил ему о перегреве оружия. Охлаждающий элемент доживал свои последние дни, и, чтобы не стоять в стороне во время веселья, он потянул манипулятор к винтовке возле трупа одного из пиратов. Выпущенная Найей пуля из карабина оттолкнула щупальце от оружия, и, не ожидая второго попадания, Харви схватил манипулятором рядом стоящего шакала и швырнул его в сторону Босса. Мипл рассёк барахтающееся тело в прыжке, преградив путь главарю шакалов.

– Ты спешишь поиграть со мной, шестёрка? – процедил Харви с наигранной радостью, не разжимая жёлтые зубы, а затем разразился хохотом, – покажи свои игрушки!

Но как только Мипл сделал выступ в сторону Харви, два громилы в суматохе сбили его с ног и отбросили к ватаге шакалов. Пока Вторая тень пытался сориентироваться, Харви медленным шагом приближался к нему. Скрип механических суставов выдал его, но было поздно: раскачав на ремне перегретую лазерную батарею, Харви нанёс удар делом излучателя по корпусу тени. Потеряв равновесие, Мипл свалился на палубу и выронил виброклинок. Многочисленные ноги шакалов, бегающих вокруг, пинками загнали меч второй тени как можно дальше. Окружившие пираты не давали подняться на ноги. Вынув из кобуры бластер, Мипл разрядил магазин в шакалов, но на смену убитым появлялись другие, казавшиеся уродливее и кровожаднее.

– Твою мать! – Найа не верил происходящему у него на глазах. – Пятый взвод! Огонь по кольцу уродов!

Взмахнув правой рукой в сторону Мипла, он почувствовал, как предплечье обхватили две костлявые ладони и силой потащили его вниз. Обезумевший от ломки шакал вырвал карабин из хватки и с хриплым шипением вцепился зубами в указательный палец Босса. Найа взвыл от боли и в надежде прервать её, он вонзил нож в висок каннибала. Гнилая челюсть сжалась в судороге и откусила палец. Плотная струя крови окропила лицо и броню и, чтобы не терять времени, Найа приложил рану к разгоряченному хладэлементу1 под ногами. Отряд, наполовину занятый накинувшимися каннибалами, старался выполнить последний его приказ.

Ор толпы заглушил писк охлаждающего элемента лазерной батареи. Мипл потянулся к дымовой гранате, но шакалы схватили Вторую тень за руки и ноги, кто-то от голода вонзил челюсти в его плоть, пытаясь оторвать лакомый кусок. Мипл закричал от боли. Налившееся кровью глаза метались из стороны в сторону и пытались найти спасение. Харви постучал жёлтыми ногтями по рукояти батареи и захохотал, после чего произнёс со сдержанной улыбкой:

– Сейчас вылетит птичка!

Он нажал на спуск, и нестабильный поток лазерной энергии стремительно начал разрывать тело второй тени, и только дойдя до головы, прервал его истошный вопль. Безбашенный Харви обратил свой взор на Найу и вопрошающе развел руками:

– Харви разочарован, – его стальные ступни будто бы раздумывали о каждом погибшем, усеявшем палубу, когда зависали над очередной преградой. – Харви слышал о мастерстве твоих воинов! – он попытался изобразить грустную мину, ну уголки рта давно застыли из-за наркотического паралича, – а они умирают также быстро, как и мои… – манипулятор схватил клешнями голову корчившегося от боли шакала и приподнял его. – Было не весело. – Клешни медленно начали сжимать череп, отчего шакал вцепился в них руками и, завыв, начал биться в конвульсиях. Раздался хруст и кровь наполнила стоки механизма. Клешня расслабилась, и тело с грохотом упало вниз. Харви покачал головой, – Совсем не весело!

Босс не услышал половину его слов: голова наполнилась пронзительным звоном, стук сердца в висках звучал отчетливее всей палитры звуков. Позади Безбашенного Харви ликующие каннибалы отрывали конечности от покойного Мипла. Найа положил ладонь на рукоять меча. Из-за спины Харви выпрыгнули пятеро шакалов, вооружённые кинжалами, и, как только они устремились к Найе, мир для него будто бы замедлился. Импульсы нейроимпланта потоком разлились по всему телу. Запах крови вперемешку с грязью сильнее ударил по обонятельным рецепторам. Найа сделал выпад и разрубил ближнего шакала напополам. Лезвие клинка раскалилось от сопротивления, а кровь запеклась, не успев покинуть разорванные сосуды в ране. Закружившись в танце с клинком, он отсёк руки двум последующим пиратам. Затем Найа проскользил на колене по палубе и одним рубящим ударом прикончил оставшихся шакалов. Тепло от лезвия медленно переходило на рукоять. Найа прыгнул в сторону Харви и взмахнул мечом, чтобы совершить смертельный удар – но лезвие клинка, налившись жёлтым, расплавилось с острия до гарды. Капли раскалённого металла ударились об орбиты глаз Харви. Найа перелетел его и приземлился позади.

Время пришло в норму. Найа выхватил нож и срезал плащ, загоревшийся от силы трения. Жар, проникающий в кожу, шёл от брони, но это его только подбодрило. Воющий от нестерпимой боли Харви держался ладонями за лицо, безуспешно пытаясь содрать металлическую корку с глазниц. Манипулятор судорожно хватал воздух со всех сторон, поджидая нападения. Босс выхватил из кобуры бластер и выстрелил несколько раз в спину ослепшему шакалу. Покрытое опухолями и гноившимися ранами туловище свалилось на колени, а затем уткнулось головой в залитую кровью палубу. Найа оступился от бессилия и чуть не выронил оружие из рук: небывалый голод напомнил ему цену своих способностей.

Раздавшаяся очередь из автобластера привела его в чувство. Олли закрыл Найу спиной от противника:

– Босс, ты в порядке?! Они всё лезут и лезут на этот уровень!

– Надо от них оторваться, – густая слюна заполнила рот Найи. – Отступим в коридор 3-Б.

– Будет сделано Босс! – Олли протянул ему карабин. – Ты кое-что выронил…

Перед тем, как ставни гермодверей закрылись, Босс Найа полил шакалов плотной очередью.

– Есть у меня одна мысль, как нам сократить их численность. – Найа облизнул губы и достал из подсумка трузовую3 палочку. – Олли, ты же до сих пор таскаешь те мины в своём мешке?

Ехидная улыбка восьмой тени расплылась на грязном лице.

Списанные имперские мины с лазерным датчиком, давно потерявшие надежду, что их используют, «заликовали» красными точками в ожидании неаккуратных жертв. След лазерного резака уже пробивались через гермодверь вместе со стуками и безумными визгами, когда Босс вместе с оставшимися сумеречными воинами занял оборону у следующего дверного проёма. Олли приподнял дуло импульсного автобластера: его палец танцевал вокруг гашетки в ожидании перестрелки.

Неровный овал металла грохнулся на палубу – шакалы, как насекомые, бросились вперед, но, не пройдя и пары метров, сваливались под шквальным огнём. Раздался мощный взрыв, и клубы чёрного дыма вперемешку с запахом обожжённой плоти заполонили пространство коридора. Лицо Босса, несколько секунд излучавшее удовлетворение, резко пришло в недоумение, когда он увидел отверстие в стене, которую не минировали. Из окружённой языками пламени и клубами дыма пробоины появилась высокая фигура, облачённая в красный плащ. Голова неизвестного скрывалась под высоким гладким непрозрачным фонарём золотистого оттенка, от основания которого сквозь воротник опускались различные трубки. Когда незнакомец выпрямился, Босс разглядел под плащом красный китель, подобный офицерским, явно скрывающий под собой бронепластины. В чёрных перчатках и на поясе глаза Босса не могли найти оружие, но имперский герб на бляхе ремня заставил сердце биться несколько чаще.

– А ты ещё кто?! – пришедшие в себя шакалы на противоположной стороне направились к незнакомцу. Один из них замахнулся саблей, но рука в чёрной перчатке нанесла наглецу быстрый удар в челюсть, отчего последняя, разорвав щёки, отправилась в свободный полёт. Затем второй рукой гость пробил насквозь другого шакала и бросил труп на палубу. Остальные в панике начали стрелять, но вторженцу было всё равно – пули отскакивали от его костюма, а лазерные заряды растворялись в окружающем кинетическом поле. Босс, сорвавшись с места, крикнул бойцам:

– Валим отсюда!

Глава 6

Взрыв вывел Нейтана из равновесия, отчего его голова столкнулась с проёмом гермодвери. Потирая ушибленное место, другой рукой он помог встать офицеру. Звуки выстрелов на другом конце коридора заставили беглецов ускориться. Скрывшись в ближайшей секции, Нейтан ударил ладонью по пульту управления: ставни дверей даже не шелохнулись. Попасть во время налёта в коридор 7б, дверь которого работала через раз – такая удача была не по душе Нейтану, однако многократные нажатия на переключатель никак не меняли положения. Между тем выстрелы становились громче, и вместе с ними начали пробиваться крики, от которых душа уходила в пятки даже у бывалого пирата. Глухой удар о стену в глубинах корабля распространился по переборкам. Последовавший за ним невыносимый скрип металла был прерван воплями и шумом шагов. Офицер, выглянув из любопытства наружу, невозмутимо произнёс:

– Похоже, это за мной.

По спине Нейтана пробежали мурашки от холодного взгляда офицера. Медленно высунувшись из-за ставни, его взору предстала высокая фигура в красном, неторопливо расправляющаяся с отрядом шакалов. Золотой купол, скрывающий лицо вторженца, был окроплён кровью и блестел в свете тусклых ламп. Ничто не могло остановить это существо – в ответ на любую атаку оно безмолвно разрывало шакалов голыми руками. Выхватив дробовик из рук пирата, фигура в красном отстрелила жертве ногу, а затем, переломив несколько шейных позвонков ударом, швырнула обмякшую тушу к проёму, где прятался Нейтан. К мурашкам присоединилась непроизвольная, едва уловимая взглядом со стороны, дрожь в коленях. Панель, за которой скрывался механизм двери, в мгновенье была сорвана. Несколько секунд магии с проводами и усиленного давления ногой привели ставни гермодверей в медленное движение. Схватив офицера под руку, Нейтан повёл его дальше. До спасательных капсул оставалось совсем немного.

Как только они вошли в эвакуационный отсек, люк одной из капсул закрылся, и та покинула судно, оставив после себя звон в ушах вместе с едким запахом испарений от взрыва. Над шлюзом, аналогично трём другим, загорелась красная лампа, отчего невидимые раннее частицы пыли заспешили скрыться в тенях. Багровый мрак отсека прерывал свет из открытого люка, ведущего в последнюю спасательную шлюпку. Внутри неё было пусто, по приборной панели резвились зелёные огоньки – капсула уже была готова к полёту и не нуждалась в корректировке курса из центра запуска. Имперский офицер неспешно разместился в кресле, пока Нейтан щёлкал тумблерами и проверял работоспособность систем.

Он уже был готов развернуться, чтобы задраить люк, как вдруг кто-то со спины сжал его шею в локтевом захвате. По дурно пахнущей волосатой руке Нейтан узнал в напавшем шакала. Веса пирата не хватало, чтобы свалить Нейтана, и, оттолкнувшись ногами от дна капсулы, Нейтан рывком прижал шакала к борту, на котором располагалась кнопка запуска: защитный колпак разбился и осколки вонзились в ему спину. Шипение шакала заглушил характерный звук закрывающегося люка. Удар в пах ослабил хватку, после чего локоть Нейтана устремился к лицу пирата. Взвыв от боли, шакал отпустил шею и стал хлопками икать кобуру на своём поясе. Нейтан схватил пирата за лямки комбинезона и попытался повалить его, но корабль вновь тряхнуло от взрыва, и инерция повалила обоих на приборную панель. Капсула пришла в движение, отчего Нейтана оттолкнуло несколько назад, но, собрав силы, он вновь навалился на шакала. Несколько ударов по лицу сделали пирата беззащитным и более уродливым. Выбив из гнилой челюсти оставшиеся зубы, Нейтан потянулся к поясу, чтобы обнажить томагавк, но крик имперца прервал его.

– Подожди! – хоть это и был крик, но всё такой же спокойный, холодный и властный, – Не убивай его! Он пригодится!

– Зачем?! – Нейтан наигранно развёл руками.

– Узнаем, кто его нанял. Выруби и пристегнись!

Нейтан с непонимающим взглядом глядел на пленника, но имперец высокомерно отвернулся к иллюминатору. Он не собирался повторять дважды и знал, что его не ослушается даже преступник. Нейтан нехотя схватил шакала за прядь грязных волос и ударил его головой о панель. Обессиленный шакал распластался, но слабое свистящее дыхание из сломанного носа выдавало в нём живого человека. «Щёлк!» - наручники застегнулись на бледных запястьях, изуродованных множеством уколотых ран. Усевшись в кресло пилота, Нейтан нахмурился и затянул ремни посильнее.

– Автопилот не пашет! – Нейтан вцепился в руль и поддал на двигатели. – Попробуем приземлиться вручную!

– А ты сможешь? – имперец недоверчиво глянул на Нейтана. – Ты уже угробил один корабль!

– Да тут не надо ничего уметь!

***

Некогда прекрасный лес камней, в нескольких километрах от Города Купцов, был изуродован шрамом. Перепаханная земля, неожиданно принявшая на себя роль тормозного пути, дышала завывающим ветром, передающим всю боль некого духа природы планеты. Нейтан открыл люк и вытащил тело шакала на поляну. За ним последовал офицер, несколько возбуждённый от пережитой посадки.

– Ты не так уж и плох, как мне казалось ранее. – Имперец уселся на один из камней, пока Нейтан проверял наручники на пленном шакале. – Если бы ты не был пиратской швалью, мой начальник заинтересовался бы тобой.

Нейтан достал из подсумка рацию. На каждой частоте надежды найти выживших из экипажа разбивались о волны помех. Босс Найа не выходил на связь даже по зашифрованной передаче.

– Ну давай, рассказывай, – Нейтан не отводил взгляда от рации, – кто за тобой пришёл? Кто этот…в золотом…как его…чёрт, – он зажмурился в попытках вспомнить слово, – … в колпаке?

От шума рации в голову лезли навязчивые мысли о вероятной гибели всего экипажа. Нейтан остался один, и он чувствовал себя неготовым к такому сценарию, хотя казалось бы…

– О-о-о … – имперец покачал указательным пальцем и слегка улыбнулся. – У Императора есть Уши, чтобы слышать идеи подданных Его и скверну заговора. У Императора есть Глаза, чтобы глядеть в бездну и лица врагов Его. И у Императора есть Голос, несущий волю Его по галактике.

Нейтан поморщил нос, намекнув собеседнику, что ему необходима конкретика.

– Перед тобой явился исполнитель воли Его – каратель. Не человек. Не машина. Большее. – после каждого слова имперец выдерживал паузу. – Готов поспорить, что все, кто был на том корабле, – он указал пальцем в небо, – мертвы. А совсем скоро умрёшь и ты, ужасной смертью.

Палец имперца медленно направился в его сторону: от этих слов Нейтан напрягся ещё сильнее и вжался кистью в бластер. Имперец, обратив на это внимание, подлил масла в огонь:

– Тебе его никак не остановить, потому что волю Императора не сломить.

– С чего мне тебе верить? Тем более, в сказки! Никаких карателей не существует, иначе о такой мощи говорили бы на каждом углу! – Нейтан пытался себя успокоить, но подсознательно понимал, что он обречён.

– А до тебя ещё не дошло, почему о них никто не слышал?

На минуту они оба затихли. Где-то вдали пела местная птица. Ветер продолжал биться о высокие камни, сокрушаясь над изрытой землей.

– Хочешь сказать, что Императору важна жизнь какого-то офицера? Что он послал машину-убийцу ради тебя? Одного?

– Поверь, малец, я знаю Императора так, как не знают его многие лорды, – голос офицера стал как никогда серьёзным. – Не пройдёт и дня, как каратель настигнет нас и превратит тебя в кровавую кашу.

– И ты так долго о нём распинался, чтобы отнять у меня время на спасение? – Нейтан с истеричной ухмылкой повысил тон.

– Не всё же тебе издеваться надо мной.

Нейтан запустил пальцы глубоко в волосы и склонил голову. Ситуации, хуже нынешней, он не мог и представить. Длительное молчание было прервано пинком офицерского сапога по его ноге:

– У меня есть к тебе предложение. Выслушаешь?

Пират посмотрел на имперца с недоверием, но кивнул: выбора, чтобы отказать, у него не было.

– Доставь меня к своему заказчику до захода солнца и сможешь уйти с миром, – не дожидаясь вопросов, офицер продолжил. – Посмотреть на то, как из тебя выбьют всё дерьмо, приятное зрелище, но, таким образом, я лишусь возможности знать, кто пытается меня вывести из игры. Приведешь меня в Город Купцов, заберешь деньги и будешь жить долго. Если, конечно, снова не перейдешь мне дорогу, – имперец протянул руку. – Договор?

– Звучит круто, но я не знаю, где ждёт заказчик. – Нейтан постучал пальцем по рации. – Если ты помнишь, Босс должен был связаться со мной, но, по твоим словам, он уже мёртв.

– У тебя есть ещё один источник информации, – Имперец указал на лежащего в траве шакала. – Ты же не думаешь, что их нападение – совпадение? – он вновь протянул руку Нейтану. – Договор?

– Договор, – Нейтан пожал руку имперцу. – Скажи, как мне тебя называть?

– Курт Зейберг, – офицер встал с камня и направился к шакалу. – Похоже, он приходит в сознание.

«Щёлк! - внутренний голос Нейтана эхом злорадствовал в голове, – Это твой ошейник. Ты на поводке».

Нейтан навис над окровавленной мордой пирата. Глаза закатывались от мысли, что его выживание зависит от грамотности шакала, которого они подцепили в капсуле. Сам себе Домино врать не стал – шансы были никчёмные. И всё же он был готов вцепиться и добыть хотя бы крупицу полезной информации. Дулом бластера Нейтан ткнул под правое ребро пленнику и уперся в отвердевшую печень : тот в ответ на боль зашоркал ступнями по земле. Пожелтевшие от болезни глаза были налиты животным страхом, выдавая необъяснимо огромное желание жить. Даже будучи каннибалом с пристрастием к веществам он тянулся к спасению полусгнившими от инъекций руками, потрясаемыми ломочным тремором. И если в случае Нейтана Курт незримо восхищался его выдержкой и целеустремлённостью, то шакал, стремящийся к своей придонной жизни, вызывал удивление вперемешку с недоумением.

– Кто вас нанял, сволочь?

Шакал нервно заулыбался, и Нейтан, увидев такую реакцию, сдавил ожог на бедре: тело шакала дёрнулось к ноге, но тут же опрокинулось на землю от удара Домино.

– Я не люблю, когда мне долго отвечают.

– Ублу’ог! хрёбанный садызт! – Шакал извивался от боли, как змей на сковороде. – Йа нэ снаю имэни! Нэ снаю! Бэзхбахэнный Харвы с ним сэпталса! сдэсх! В Хородэ Купсоф!

Нейтан сосредоточенно нахмурился, пытаясь разобрать, что говорит беззубый пират:

– Что за заказ вам дали? – он слегка ослабил давление на повреждённую ногу.

- Бэзбахэнный Харвы скасал, сто вы зтырыли у Торхасэй бронэходы и хакого-то имперса, хоторого под конвоэм веслы! На бронеходах был майасок! Он дал локатор, стобы найты ых!

Курт немного усмехнулся и вдогонку спросил:

– И сколько вам заплатили?

– Бэзхбахэнный Харвы хрисал: мыллыон унивэрсалоф! – шакал разразился истеричным смехом, - И те бронэходы тозе дозталызь бы нам! Закахзик просыл достафить токо имперса!

– Где искать заказчика?! Конкретнее! – Нейтан приставил дуло ко лбу шакала.

– Закахзик здот в хлубэ «Хорызсонт»! Это всо, сто я найу!

Нейтан резко отвёл руку и выстрелил рядом с ухом пирата. Дикий вскрик распугал птиц в округе. Затем Нейтан навёл ствол на лицо шакала и переспросил то же самое.

– Я нэ вру! Нэ вру! – зажмурившись кричал шакал, а его пятки бились о траву в такт словам.

Нейтан встал, увидел одобрение в лице Зейберга, а затем выстрелил из бластера в грудь и голову пирата. Имперец несколько опешил, но ему напомнили простую истину: «У шакалов критический недостаток ума, чтобы хорошо лгать».

Глава 7

Солнце поднималось над горизонтом, лаская лес тёплыми лучами. Кроны серебристых деревьев переливались в свете благодаря дуновению ветра: бывало, что блики от листьев на короткое мгновение ослепляли путников. Но то была приятная слепота – от яркого дня и нежно-голубого неба, которое не портили облака, способные затмить светило. В этой части планеты воздух чище столичного: он лёгок настолько, что невозможно было насладиться им, делая самый глубокий вдох. Вместе с тем нежное шуршание изумрудной травы под подошвами сапог ласкало слух единственного здорового уха Нейтана.

Хоть времени было достаточно, чтобы не спеша добраться до Города Купцов, он не хотел рисковать. Сигнал о достижении десятиметровой дистанции пару раз предупреждал Зейберга, что ему непозволительно любоваться красотами Нур-Эксумбры. В конце концов, уставшие ноги должны были винить желание хозяина узнать имя таинственного заказчика. Несколько часов они шли в полной тишине, наслаждаясь передышкой, и вдруг Курт Зейберг решил разбавить обстановку внезапным вопросом:

– А сколько обещали Сумеречным Воинам?

– Чего?

– Сколько вам обещали заплатить за заказ?

– Три лимона, – отрешённо ответил Нейтан.

– Три миллиона чего? – Курт, несмотря на возраст, с ребячеством тыкал пальцем пирата в спину.

– Универсалов*, чего же ещё. На ваши имперские ничего не купить, если конечно не хочешь на курорт с рудниками! - Домино слегка прибавил шаг.

Курт тихо посмеялся. На его лице вперемешку были и восторг, и удивление, и капелька стыда.

– Хочешь знать, сколько заплатили Красной Полосе?

– Им обещали столько же, сколько и нам.

– Ну да, им тоже обещали три миллиона, – имперец выдержал паузу. - Вот только в обмене*!

Нейтан резко остановился, чтобы дать информации сложиться в пазл.

– Вас жёстко поимели, ты же понимаешь? – Курт едва сдерживал смех, от чего он порозовел, – Я готов поставить все ваши просранные деньги на то, что этот хитрец и шакалов кинул бы!

– Гонки между организациями запрещены в гильдии на Нур-Эксумбре, - Домино пялился под ноги и пытался осознать, - Как он мог это провернуть?

Зейберг наигранно покашлял, будто детектив из детских передач:

– Видимо, он давал множество заказов на разные суммы, которые не смог вычислить алгоритм ГИДовской* подсети, – он продолжал делать вид, что думает, на деле обладая знаниями, как обманывать наёмников, используя их же правила. Нейтан развернулся и подошёл к нему:

– Зачем ты всё это тадычишь? Глумишься?

– Я предлагаю тебе поторговаться с заказчиком. Ты потерял корабль, экипаж, потому что ты, – он больно ткнул пальцем Нейтана в грудь, – пешка в его игре. Дойдёшь до конца – станешь королём!

– Почему ты заинтересован в том, чтобы я выбил из него как можно больше? – несколько ударов по голове за последние несколько часов постепенно сказывались на мыслительном процессе Домино. Но Зейберг продолжал спокойно отвечать:

– С помощью тебя я сокрушу врагов Империи не только физически, но и экономически… – его взор переключился на худенький столб дыма из-за невысокой скалы, – Что-то впереди!

– Вижу, – Нейтан обнажил бластер и, пригнувшись, направился к источнику дыма.

Приблизившись к кустам, из-за которых открывалась поляна, они увидели разбившуюся спасательную капсулу, похожую на капсулы с «Герштанга». Приоткрытый люк капсулы свидетельствовал о том, что кто-то спасся. «Но почему тогда никто не отвечал по рации?», – пронеслось у Нейтана в голове, и от одной мысли душа ушла в пятки. Затем он слегка помотал головой, отрицая свои же доводы, – «Каратель не мог действовать наперёд, а значит, это может быть огромная корабельная крыса…», – от такой догадки Нейтану стало легче. Он подошёл к имперцу:

– Гляди в оба, Курт. Будь готов, что встреча будет малоприятной, – прошептал Нейтан.

Место крушения неестественно пустовало: никаких следов эксплуатации, пятен крови, остатков костра, а высокая трава скрывала следы, которые Нейтан желал увидеть. Люк капсулы на ощупь был холодный, как и воздух вокруг. «Значит, посадка была совершена более трёх часов назад», – заключил про себя Домино. В последнюю очередь он решил удостовериться в том, что шлюпку вообще покинули: медленно отодвинув люк, он заглянул внутрь. В кабине не было ни души, как и в округе, но помимо этого пустота заняла ящики с медикаментами и боеприпасами. Растяжек по периметру входа Нейтан не обнаружил, тем не менее, зайти внутрь капсулы желания у него не возникало. «Мало ли это ловушка…», – подумал Нейтан и тут же краем глаза увидел несколько теней, скользящих по корпусу. Приблизившиеся люди были до боли знакомы Нейтану: Урвин и ещё трое сумеречных воинов из четвёртого взвода, очевидно, появились из засады. Домино слегка опустил дуло бластера, сохраняя стойку.

– Он из наших! – Урвин рукой приказал опустить бойцам оружие. Затем он осмотрел снизу вверх офицера и, не глядя на Нейтана, продолжил. – Вижу, ты смог эвакуировать пленника. Значит, не всё потеряно…

– Что с Боссом? Где остальные бойцы? Я пытался связаться по рации, но мне никто не ответил. – Нейтан игнорировал лесть конкурента, за которой скрывалась враждебность.

– Нейтан… Босс Найа мёртв. – Урвин пытался выдавить из себя скорбные интонации, но фальшь без труда улавливалась даже повреждённым ухом Домино. – Тот красный в плаще снёс ему голову… ладонью! – он провёл в воздухе своей наручью, демонстрируя удар карателя. – Вторую тень кокнул Безбашенный Харви с прихвостнями. Его буквально сожрали заживо! Мы с парнями единственные смогли спастись … Ну, и ты.

– Получается, что теперь Босс я, – Нейтан слегка расслабился. – Пока не вернёмся на Донованну Крепость*.

– Да… – Урвин слегка помрачнел и сделал несколько шагов навстречу Курту. – Поэтому я предлагаю объединить усилия, чтобы выполнить заказ, – он почесал нос и с ухмылкой добавил, - нехорошо будет, если твоё первое дело в роли начальника провалится.

Нейтан прочитал в сумеречных пехотинцах некоторое напряжение: с начала разговора их пальцы вцепились в винтовки, капельки пота струились по лбу, несмотря на прохладный ветер. Пока Урвин говорил, они незаметно обступали Нейтана и Курта, делая вид, что переминаются с ноги на ногу.

– Я доведу его сам, – Нейтан стоял также неподвижно, но палец скользнул к спусковому крючку. - Босс всегда заведует делами лично, без третьих лиц. А вы пока займитесь поиском корабля, на котором долетим до Центра.

Урвин облизал сухие губы и шумно выдохнул. Для него эти слова были подобны загоревшемуся фитилю, извилисто подведённому к взрывчатке. И сейчас никто не потушит разгоревшееся пламя. Никто – когда на кону целое состояние. Во всяком случае, так думал Урвин.

– Твоё положение, - его рука скользнула к кобуре, – …поправимо.

В ту же секунду Нейтан рванул в сторону, выстрелив в одного из бойцов: лазерный заряд попал в дымовые гранаты, лежащие в жилете пехотинца, отчего сиреневый дым вырвался наружу и образовал небольшое облако. Ветер, сбавивший свою силу, слегка сдувал поверхностные слои, в то время как пальба из лазерных винтовок выбивала сгустки изнутри. Пронесшийся случайный поток энергии обжёг кожу на левом плече Нейтана. Стиснув зубы от боли, он продолжал двигаться в образовавшемся облаке подобно тени. Лезвие ножа плавно вошло в шею второго пехотинца, и, медленно опустив мертвеца, Нейтан застрелил третьего предателя из лазерной винтовки.

Потеряв контроль над ситуацией, Урвин попробовал покинуть облако, но его тело столкнулось с кормой спасательной капсулы. Держась за ушибленный бок и расстреливая облако веерным огнём, он подвергся ответному нападению: налетевший на Урвина пират свалил его в кабину шлюпки. Яростно отбиваясь в первые секунды, Урвин почувствовал, что его противник не оказывает какого-либо сопротивления: оттолкнув от себя тело, он разглядел в нём мёртвого сумеречного пехотинца, обвешенного осколочными гранатами.

Последующий громкий взрыв оставил на внутренней поверхности иллюминаторов несколько трещин. Нашпигованный осколками труп Урвина лежал в луже крови, постепенно набирающей объём. Сквозь шум в ушах, Нейтан расслышал первый писк на локаторе. Видимо, офицер в поисках укрытия, отбежал дальше дозволенного расстояния. На втором сигнале Нейтан выбежал из облака, чтобы осмотреться. Третий. Холодный пот со лба сменил пот от битвы: Нейтан никак не мог найти Курта среди травы и камней. Четвёртый. Рука крепко сжала локатор. «Вот и всё», - пронеслось в голове. Тишина между сигналами стала бесконечно долгой.

– Ты бы ещё дальше отошёл, чтобы мне башню снесло наверняка! – Курт Зейберг вышел из-за спины, толкнув плечом побледневшего Нейтана. – Человечество придумало речь! Мог бы и покричать, имбецил…

Внутри Нейтана несколько раз всё перевернулось. Изматывающее испытание медленно лишало его самообладания.

– Теперь, когда нам ничего не угрожает, – Курт кивком показал в сторону капсулы, – может снимешь с меня эту приблуду? Я хотел бы добраться до города живым.

Чуть помедлив, Нейтан удержал свои руки от возможной ошибки:

– Нет. Он нужен для конспирации.

После этих слов, Нейтан Домино начал спускаться по пологому склону. Внизу проходила узкая дорога, по которой медленно приближался гусеничный грузовик рудокопов. Курт Зейберг, не скрывая своего удовлетворения от ответа, поспешил вслед.

Глава 8

Когда встречаешь Сумеречного Воина, который отвечает на все вопросы горстью универсалов, нужно молча взять деньги. А если за его спиной валит чёрный дым, и сам он измазан в крови – лучше не ждать и вежливо предложить любую помощь. Роберт – водитель грузовика – прекрасно знал эти правила, поэтому последние несколько часов на месте молодого напарника, максимализм которого стал для него поучительной ошибкой, сидел таинственный попутчик.

Длительное молчание угнетает человека, который целыми днями с кем-то да говорит, время от времени словцо так и норовит проскочить. Но каждый раз, открывая рот, Роберт только судорожно выдыхал, вспоминая, о человеке рядом. Страшно было даже повернуть голову хотя бы на градус, ведь мало ли, что подумает Тень. Быть может, тот обезглавит его, посчитав, что их пытаются запомнить для наводки местным властям. А может быть, что и хуже…

– Почему ехали в нашу сторону? – давящий взгляд Тени будто бы прошёлся по спине Роберта.

Он сглотнул и на короткий миг взглянул на пассажира: на ближней к нему руке попутчика был виден запекшийся ожог, от которого исходил запах жжёной кожи, но ни один мускул лица не кривился от боли. Блеск глаз Тени вцепился в душу, подчиняя голос и тело.

– Мы на погрузке увидели, как шлюпка рухнула…и…и решили на обратном пути проверить.

– И какова была цель?

Интонация попутчика, как и прежде, отдавала холодом. Роберт стиснул зубы, отведя взгляд, и глубоко вздохнул. Сердце колотилось, что казалось – биение слышит и Тень. Вот и пальцы онемели, а затем некая пульсация раздалась изнутри. Ему страшно было говорить правду, но ещё страшнее – лгать. Он слышал, что Сумеречные Воины благородные наёмники. И, хоть надежда была и слаба, Роберт рассчитывал на снисходительность Тени.

– По…поживиться хотели, господин, - голос его несколько дрожал, – если капсула была бы пустая, отбуксировали б в город…На металл…

Мужчина щёлкнул костяшками пальцев, а его спутник, в рваном комбинезоне ухмыльнулся. Лучи солнца пробились в кабину из правого окна и накрыли Сумеречного Воина своим теплом. Тяжёлая пауза продолжалась, и Роберт время от времени поглядывал на пассажира: каждый раз свет ослеплял его, и он отворачивался к приборной панели. Ни лица, ни формы – чёрный силуэт, от которого веет опасностью, отпечатался на сетчатке и вспыхивал фантомом, когда водитель смотрел на дорогу.

– И вы никого не встречали по пути?

– Только вас, господин.

– Вы уверены?

«Что происходит твою мать?!», – Роберт сидел на месте, но душа металась из стороны в сторону. И тут ему в голову пришла идея. Он постучал пальцами по приборной панели и вывел на дисплей маршрут грузовика.

– Посмотрите, наш грузовик…едет отсюда, это в трёх часах езды от места, где вы нас…мы встретили вас, господин, - покорным голосом сказал Роберт. – На карте можно посмотреть, какая была скорость у транспортника, – он несколько раз стукнул пальцем по маршруту, отчего он разбился на отрезки, рядом с которым появились цифры. – Скорость снижалась до нуля только здесь, – Роберт показал пальцем на место их встречи.

Тень откинулся на спинку сидения и устремил взор в окно. Краем глаза Роберт увидел, как второй спутник одобрительно кивает. Остаток пути они провели под едва слышимую музыку двигателя.

По приезде в Город Купцов наёмник положил на приборную панель стопку «сотников», и, прежде чем выйти из грузовика, спросил:

– Ты поговоришь со своим напарником?

Роберт быстро закивал головой.

– Пускай не злится за руку, –он показал на деньги, – часть передай ему.

– Да, господин!

– Ты нас не видел.

– Не видел кого?

Лёгкая улыбка едва появилась на лице, но маска серьёзности стремительно вернулась. Попутчики вышли из машины и скрылись среди стихийных лавок бедняков. Роберт глубоко выдохнул, отделил пальцем свои универсалы и мысленно поблагодарил давно почившего коллегу, который передал ему знания преступного этикета.

Глава 9

Нур-Эксумбра – планета во власти крупного преступного клана. Верхние уровни её городов сияли как изумруды в ожерелье имперских леди, а нижние, постепенно тонущие от надстроек, собирали всю грязь, подобно фильтру. По улице гулял запах стухшей рыбы вперемешку с гнилыми фруктами – несколько впереди на борту лежал транспорт, в центре которого зияла пробоина. Люди в рваной одежде шатались по трущобам, торгуясь или выпрашивая подачки. Неблагополучие вызывало в Нейтане тошноту и печаль, оставшуюся из прошлой жизни, но поделать с этим он ничего не мог. Скорее всего, он даже и не пытался, несмотря на отрицание этого факта внутренним голосом, который за адаптацию выдавал его бессилие перед суровой реальностью.

– Нравится тебе власть над другими людьми, не так ли? – проходя мимо очередных бродяг, Курт обратился к Нейтану. – Да, господин, нет, господин, - Курт язвительно подражал водителю грузовика, – не слишком ли для пирата?

Он как искуситель наклонился к его уху, и с ненавистным ожиданием посмотрел на собеседника. Нейтан изображал безразличие, вылавливая лучи солнца из проёмов между постройками.

– Может, ты завидуешь мне и тому, как люди обращаются к Сумеречным Воинам, – он посмотрел на Зейберга сверху вниз, – ведь тебя, имперца, и твоих товарищей встречают чаще пулями, чем радостными возгласами. Не так ли?

Имперец нахмурился и скривил лицо. Нейтан определённо задел его за живое, что не могло не радовать наёмника. Он вновь обратил руку к свету и продолжил:

– Солнце зайдёт через два часа…Сколько у меня есть времени, прежде че он… настигнет нас?

– Не знаю, – Зейберг поднял плечи и состроил наивные глаза, – но могу сказать, почему он придёт за тобой быстрее…

Нейтан молча ждал развязки.

– Что ж ты оставил бедолагу в живых? Ты разве не профессиональный убийца? – Зейберг язвительно продолжил мысль.

– Водитель помог нам. Грохнуть того, кто чтит Нас – большая глупость и выстрел в собственное колено. Вернувшись домой, он расскажет своей семье о благодати, упавшей с небес.

– Как бы то ни было, ты оставил очень большой след, - Курт прошёл несколько вперёд и добавил, – И он его взял.

Клуб «Горизонт» находился на семидесятом уровне, куда беспрепятственно можно было добраться на скоростных лифтах, главное, чтобы наверху было чем платить. Прозрачные двери закрылись, как только была активирована нужная клавиша, и лифт с тягучим скрипом оттолкнулся от платформы. Набрав высоту в десять этажей, кабина поехала плавно, и постепенно начал открываться вид на мегаполис. Многоуровневые дороги извивались между башнями, но даже в такой плотной застройке можно было увидеть леса, в которых не так давно побывали Нейтан с Куртом. Всматриваясь в зелёную даль через грязное стекло, Зейберг с сожалением произнёс:

– Жаль всю эту красоту. Здесь можно было бы провести пенсию…

– Клан опередил тебя на несколько сотен лет. – Нейтан слегка усмехнулся в ответ. – Ещё тысяча – и они сомнут всю экосистему новыми городами. Я слышал, что где-то здесь, – палец Домино помаячил в воздухе, – хотят строить большой космопорт. Вряд ли для Торгашей, они же до сих пор точат зуб на эту планету.

– Люди склонны уничтожать прекрасное, – усталые глаза никак не могли переключиться на другой объект.

– Сам-то! Секретный опер, по-любому, убирающий больших шишек по указке! Наверное, даже с орденами.

- Я воевал за человечество, когда был молод, орденов у меня нет, – лиричность Зейберга исчезла по щелчку пальца. – Готов спорить, что я воевал и за твою родную планету. Наверное, надо было сдать её индалианцам, а потом сжечь «Титанами». Может быть, погани, вроде тебя, было бы меньше. Мне приказывает Император, я исполняю Его волю во благо галактики. Ты убиваешь, воруешь, похищаешь за деньги, черпая выгоду для себя. Мы разные и ты никак не лучше.

Лифт замедлился. Тихим ходом кабина достигла семидесятого уровня. Двери со свистом распахнулись перед широкой дорогой, ведущей к клубу. Пройдя несколько метров, Зейберг положил свою ладонь на плечо пирата.

– Теперь слушай внимательно: прежде, чем мы войдём, я хочу дать тебе два совета, – он тяжело выдохнул всю свою злость, затем нахмурил густые брови и продолжил, не отводя взгляд. – Совет первый: научись держать себя в руках. Ты мог бы быть хорошим наёмником, если бы ты меньше давал волю эмоциям.

– Ты в обиде за того Шакала?!

–- Жмуры неразговорчивы, возможно, ты заметил, – имперец, прокашлялся, а затем продолжил. – Совет второй: как только ты получишь деньги – исчезни не попадайся у меня на пути, – он сделал несколько шагов вперёд, – А теперь ткни дулом бластера мне в спину и пошли к этому херу.

Зелёный неон органично выделял очертания посетителей, сокрытых в тени помещения. На танцполе уже собралась пьяная толпа, дёргающаяся невпопад. Периферию украшала непрерывная стойка, на которой полуголые девушки тоскливо сидели в ожидании клиентов. В окутанных дымом ложах развалились детишки местных дельцов. Их лепет о насущных проблемах показался Курту до боли смешным и непонятным. Где-то в мыслях он представил, как их щуплые изнеженные уходом руки отрывает от туловища отдачей из реактивной винтовки. Нескрываемое презрение задержалось в нём, но золотая молодёжь даже не посмотрела в его сторону.

Усевшись за барную стойку, Нейтан заказал для виду два напитка. Робот-бармен, тайно просканировав имперца, нашёл заказ в своей базе данных. Пока Зейберг с Нейтаном похлёбывали мидгаардский эль, к ним со спины приблизился мужчина в тяжелой броне. Голос с металлическим призвуком заставил их обернуться.

– Вас ждут.

– И куда нам идти? – Нейтан взглядом изучал бойца. Никаких отличительных знаков и гербов, опрятная короткая прическа – вряд ли перед ним стоял наёмник, скорее всего солдат.

– Вы идёте со мной, – механическая рука постучала по свисающей на ремне винтовке. - Сейчас же.

Его голос перебивал безвкусную музыку. На секунду Нейтану показалось, что глаза мужчины блеснули красным – дурной знак, указывающий, что, вероятно, перед ними киборг. Послушно встав, Нейтан с Зейбергом последовали за посыльным. В служебном лифте мужчина набрал код на панели, и кабина поползла вверх.

На уровне, где располагались апартаменты, посыльный довёл их до двери, которая, почувствовав приближение людей, плавно съехала вбок.

– Заходите.

Переступив порог, Нейтан с Куртом оказались в тёмной комнате, единственным источником света в которой была тусклая лампа посередине потолка. В глубине её за массивным деревянным столом сидел человек, облачённый в плащ, из-под которого слегка выбивались белые латные перчатки с золотым узором. Лицо было скрыто капюшоном, в окружающем мраке утопал подбородок, выглядывающий из-под одеяний. Белая перчатка поднялась вверх – дверь закрылась, перед лицом посыльного.

– Присаживайтесь, – размеренный мужской голос раздался из капюшона, и другая рука указала на мягкие кресла подле стола.

Нейтан толкнул бластером имперца к сидению, сам же расположился на подлокотнике вполоборота, чтобы в случае срыва переговоров контролировать тыл.

– С кем имею честь говорить? – незнакомец сложил пальцы домиком перед капюшоном. – Не припоминаю, чтобы я давал вам заказ…

– Я от Сумеречных Воинов, – Нейтан грубо прервал собеседника, и тот после короткой паузы продолжил.

– Тогда я должен говорить с Боссом Найей, – голос отражался от стен и угнетал посетителей своим спокойствием.

– Босс Найа мёртв. На данный момент я исполняю его обязанности, - он несколько помешкался перед следующей фразой, - Зовите меня Босс Домино.

Курт оглянул его и удивлённо приподнял брови. Незнакомец постучал пальцами друг о друга и продолжил:

– Прискорбно слышать такие вести, тем более, когда Найа уверял меня в профессионализме своей команды. Вижу, что, несмотря на перемены в экипаже, вы выполнили работу, – рука фигуры нырнула в окружающий мрак и положила на стол кейс. – Три миллиона и двести тысяч, здесь.

Он открыл кейс и продемонстрировал валютные чипы плавным пролётом ладони. Нейтан слегка наклонился вперёд и попытался разглядеть лицо незнакомца: ему хотелось не столько разглядеть и запомнить лицо, сколько запечатлить в памяти палитру эмоций мошенника.

– Вы хотели сказать: «три миллиона в велианском обмене?», – Нейтан не подал виду, но от волнения сжал в руке спрятанный за бедром бластер.

Из мрака вылетел нервный смешок. Мужчина в плаще развёл руками в стороны, дав знать, что он не понимает, о чём идёт речь. Тем временем Нейтан продолжил:

– Эта сумма покроет гибель моего экипажа, уничтоженный фрегат, а также неурядицы с даренными бронеходами.

– Ваш бывший капитан прекрасно знал о рисках, когда брал работу. Заказ не подразумевал компенсаций за потерю экипажа и имущества…, – мужчина захлопнул чемоданчик и резким движением отодвинул его в сторону.

– Посмотрим, что скажет гильдия наёмников на это, ведь вы нарушили их первое и главное правило. – Нейтан зафиксировал взор на заказчике. – Надо быть и скупым, и смекалистым, чтобы дать один заказ под разными формулировками трём организациям. Но за вашу умную голову могут выставить приличную сумму, если я переступлю порог этой комнаты. Конечно, всё это можно решить…

– Да как ты…! - незнакомец несколько вышел из себя, но быстро одумался и вновь вежливо заговорил. – Во всяком случае, мой телохранитель может воспрепятствовать этому недоразумению.

– Рэд Снейк и Безбашенный Харви тоже когда-то были препятствиями, – Нейтан сильнее опёрся на стол. – Тебе же не нужно лишнее внимание, раз ты припёрся на Нур-Эксумбру?

Курт с некоторым восхищением смотрел на своего «товарища». Напряжённое молчание зависло в комнате. Мужчина в плаще сопел от злости, постукивая стальными фалангами по столу. С каждым ударом пальца о стол обстановка накалялась всё сильнее, и ладонь Нейтана, удерживающая бластер, несколько вспотела. Стук прекратился, оставив после себя неглубокую вмятину на дереве. Смирившись с положением дел, незнакомец достал из темноты второй кейс и аккуратно положил его на стол. Замки щёлкнули, и откинувшаяся крышка представила содержимое. Несчётное количество серебряных чипов Велианского Банка могло лишить самообладания любого, но не уставшего от бурного дня пирата. Заказчик установил в разъём чип – на голографическом изображении из встроенного проектора отобразились заветные цифры.

– Три миллиона…в обмене.

– Другой разговор, – Нейтан продолжал скрывать своё удовлетворение.

– Прежде чем уйти, – заказчик с наигранной вежливостью аккуратно опустил крышку кейса, – освободите пленника от взрывного ошейника.

Нейтан встал и полубоком продвинулся к Зейбергу. Вынув из подсумка локатор, он ввёл код, но никаких изменений не произошло. Повторный набор не решил проблему – ошейник почему-то продолжал функционировать. Оставалось только глянуть устройство, чтобы удостовериться в отсутствии сбоя. «Действительно, этого хрена ничего не удержит», – подумал он, когда изучил деактивированную взрывчатку на ошейнике. Притворно набрав код, он освободил шею имперского офицера от оковы и уложил устройство в подсумок.

– Приятно иметь с вами дело…, – раздражённо протянул заказчик, – Босс До-ми-но.

Незнакомец встал с кресла и подошёл к Курту. Нейтан забрал со стола заветный чемоданчик и так же полубоком покинул комнату. Заглянув в проём закрывающейся двери, он в последний раз увидел широкую улыбку Зейберга. Мужчина, который привёл их к заказчику, исчез, но Нейтан подозревал, что его уже могут ждать на нижнем уровне заведения. Дальнейшее развитие событий пока что мало волновало наёмника. Направившись в сторону лифта, он с издёвкой тихо посмеялся над заказчиком, который не заметил, как Нейтан вместе с причитающейся наградой стащил и первый кейс. Последний луч солнца скатился по его голени и стёк по полу в окно…