Белые колготки

Глава 1

Третий тост пьют не чокаясь.

Командир встал, а вслед за ним все мы. Кто с чем – стеклянной тары не было, пили из кружек и фляг. Одна кружка стояла на краю стола, накрытая куском хлеба.

- Эх, Васька, ну что ж ты так?

Других слов не было, всё уже было сказано и в прошлый раз, и в позапрошлый, и еще раньше. Из тех ребят, с которыми плечом к плечу начали этот год, в живых осталась половина. На лицах новобранцев, еще толком не обстрелянных, читался ужас, кружки в их руках подрагивали. Можно было сказать им – ну вот, теперь и вы знаете, каково это. Можно было, но я промолчал – пока сам не поймешь, не прочувствуешь. И не то что «убили его, не тебя» - ужас в том, что на месте Васьки мог быть любой. Буквально в двух метрах от блокпоста, на ровном месте – хлоп, и всё. С той стороны оптического прицела мы все одинаковые, кому умереть, решает судьба. А между ней и тобой – только нательный крест под бронежилетом.

Снайпера мы потом ловили больше суток, всю округу на уши поставили – но не нашли. Вроде бы разобрались, откуда был выстрел, но ни следов, ни гильз – вообще концов не найти.

***

Неделей позже я сидел, привалившись к теплой кирпичной стене под окном, и считал секунды. Десять: сложить приклад и проверить спарку магазинов в автомате. Ребята для таких задач использовали рожки от РПК, но у меня не было, да и в подсумок они не лезут, длинные слишком. Пять: снять с предохранителя. Потом будет некогда. Три: на исходную. Два, один, - подсаживаю Пашку, и он влетает в окно, выбив стекло модным компенсатором-«розочкой». Заскакиваю следом за ним, и мы идем направо. Налево даже не смотрим – там пока еще точно наши, оглядываться - значит тратить время. Лучше поверить товарищам.

Через пять секунд впереди мелькнула неясная тень, и мы долбанули по ней очередями, расходясь в стороны. Один готов. Перевтыкаю спарку другим магазином. Семь секунд – еще стрельба, где-то с другой стороны здания. Несколько стволов, звук разный. Лишь бы никогоиз наших не задело. Пятнадцать секунд – подходим к комнате с заложниками, встречаем еще две пары наших, докладываем по рации.

- Один или два, - говорит наушник голосом командира. – Слева от двери дальний угол, а второго не видим, может быть справа. Заложники в центре на полу.

Плохо. Но мы знаем свои возможности, и кроме нас некому. Встали на исходную, дверь долой, и врываемся. Одновременно другая группа работает через окно. Мы с Пашкой - в коридоре, на случай сюрпризов.

Я смотрю в свой сектор вдоль коридора, но слышу топот и крики в комнате. Потом ругань, визг, одиночный выстрел и тишина.

- Готово, - докладывает рация. – Медиков к заложникам, одного порезали. Третья и четвертая пары – зачистить соседние помещения.

Мы аккуратно – взрывоопасных сюрпризов никто не отменял – зашли в соседнюю комнату. А там в углу диван, а на диване девка. Молодая, и красивая, наверное. В угол забилась, синяк во всю рожу, подол мало не до ушей задран – всё понятно. Пашка её на прицеле держит, она смотрит не мигая прямо в дуло его автомата.

Проверяю шкаф – чисто, под диваном – чисто.

- Может, медиков?

- Упакуй, потом разберемся.

Девка в угол забилась, трясется вся. Сдергиваю её за ногу на пол – ох и крику было – лицом в пол, руки за спину и стяжкой пластмассовой стянуть. По инерции обхлопываю бока – ничего. Девка ёрзает и черт знает что думает. И черт знает что понарасскажет потом, это мы уже проходили.

Террористы, бывает, прячутся среди заложников. В данном случае, конечно, сомнительно, не похожа эта девка ни на «бармалея», ни на бармалейскую бабу, к тому же бабы у них по домам сидят. Но правила есть правила. Поднимаю её и увожу к остальным.

***

Пару дней спустя, под вечер, мы сидели и курили в тени БТР-а. Утром с вертолета кто-то увидел «отряд людей в камуфляже», и мы всей толпой кинулись их искать, тот еще дурдом был. Полчаса назад пришел приказ сворачиваться – то ли поймали, то ли упустили, начальство нам не докладывает. Осталось дождаться вторую группу – они там влезли в бурелом по дороге – и можно ехать домой.

Командир вылезает из БТР-а, смотрит на нас с Пашкой и говорит:

- Вы, конечно, головотяпы, что тот, что другой. И теперь медаль другие получат.

- В смысле? – интересуется Пашка. Шрам у него тогда уже был, оставалось медаль получить для полного набора.

- Да сейчас по рации передали… благодарность, тфу блин. А сами поди уж дырки в погонах вертят. Ну благо хоть не упустили, всё мир чище станет.

- Вы о чем, товарищ лейтенант?

- Девке той когда руки заламывали, шмонали – плечи хоть глянули? Пальцы там, то - сё? Что я вас, учить что ли должен?

- Снайперша? – догоняет Пашка.

- Она самая, - командир отвечает, будто сплевывает. – Батальон «Белые колготки», мать их за ногу. И какой только сволочи тут не водится…

Остаток монолога мы не расслышали – командир нырнул обратно в БТР, где радиостанция что-то от него хотела.

- Думаешь, Ваську – она? – спрашиваю я.

- Командир бы сказал. Не знают еще, наверное.

- Но разберутся?

- А даже если и нет. Они стреляют, мы ловим – не одного, так другого. Судьба.