Байки старого суперагента, или идеальная любовница

Глава 1

За что орден? За спасение Родины. А ты как думал? Служба у нас такая!

Карацупа ерунду болтает, слушай его больше... Не было никакой банды женщин-андроидов — враньё всё это! Одна была. Одна, но зато какая! Расскажу, только не перебивай!

В общем, меня в ту ночь разбудил телефонный звонок. Парамохин (он тогда был начальником отдела) как рявкнет в трубку не своим голосом: «К генералу, срочно!»

А в мою дверь уже барабанят. Под окном водитель сигналит. Тут и ежу понятно: что-то серьёзное случилось, раз за мной среди ночи машину прислали.

Через 15 минут я уже стою в кабинете генерала Егорова. Он посмотрел на меня внимательно, ухмыльнулся. Нормально, говорит, женщинам такие нравятся! Даю, мол, добро на операцию!

Ввели меня в курс дела, и я офигел. Оказалось, наши техники создали секретное оружие: женщину-андроида Еву, идеальную любовницу.

По плану она должна была соблазнить одного из лидеров террористов — Акрама Джаруха, стать его наложницей и проникнуть в подземный город террористов Аль-Фирдаус-Сити. И там взорвать спрятанную у себя в животе бомбу.

Замысел был хороший, но, как выразился Парамохин, в попытках создать профиль идеальной любовницы программисты немного перестарались. Дама получилась шикарная, но подобно своим биологическим прототипам несколько... непредсказуемая.

Сразу же на первом свидании с террористом всё пошло не так. Ева заявила, что она свободная личность, а Акрам Джарух, видите ли, не в её вкусе. Она зашла в тату-салон и покрыла себя с ног до головы наколками, потом отключила модуль внешнего управления, села на самолёт и вернулась в Москву.

Операция была сверхсекретная. Естественно, пограничники были не в курсе и её впустили.

И теперь ситуация: по городу бродит слетевшая с катушек татуированная роботесса с бомбой внутри и ищет себе идеального мужчину.

— И этим мужчиной, — говорит мне генерал, — будешь ты!

— А почему я? — спрашиваю.

— А кто? — отвечает Парамохин. — Посылали Антонова, но не вышло. У других сотрудников жёны, дети. Единственный оставшийся в нашем отделе холостяк — это ты!

— А что делать-то? — я туплю и ничего не понимаю.

— Роботессу очаровать, покорить, ублажить и разрядить!

— А как разрядить-то? Я же не сапёр!

— Она сама разрядится! — ржёт Парамохин. — У неё там внутри батарейки есть. Твоя задача вымотать её до предела, чтобы они побыстрее сели. Но нежно и ласково, чтобы она бомбу не активировала.

Тут наконец начинает до меня доходить. Генерал Егоров тоже ржёт:

— Накачаем тебя, — говорит, — транквилизаторами, стимуляторами. Химики сказали: штука офигенная, Виагра отдыхает! Неделю ты обязан продержаться! Родина требует!

В общем, обкололи меня этой дрянью, прицепили к уху скрытый коммуникатор, сунули розу в руку. И вывели на роботессу. Весь квартал эвакуирован, оцеплен. На улице никого, только Ева каблуками по тротуару: цок-цок.

— А что за цветок у неё в руке? — спрашиваю.

— Другая роза, — отвечает Парамохин, — от Антонова осталась. Его до тебя посылали. Он вроде нормально начал: «Девушка, можно с Вами познакомиться?», то да сё. Но потом прокололся. Ева его спрашивает: «Какой из рассказов Николы Ющера Вам больше всего нравится?» А он возьми и ляпни, что не знает такого автора. Она вспылила и врезала ему в лоб. В общем, Антонов всё. Выпьем не чокаясь!

Молодец Парамохин, гений! Хорошо меня подбодрил перед операцией! Ну делать нечего, иду выполнять приказ.

Шагает, значит, Ева по дорожке, злая, страшная, глаза только что молнии не мечут. А тут я такой из-за угла выныриваю:

— Здравствуйте! Простите, ничего не вижу! Ослеп от Вашей красоты!

Несу какую-то чушь, полную ахинею. Она так сурово на меня глянула — всё, думаю, вслед за Антоновым отправлюсь! Но потом улыбнулась:

— Здравствуйте! — говорит. — Приятно встретить столь галантного мужчину!

Берёт меня под руку, и мы идём. Разговариваем о литературе, об искусстве. А она то коленкой об меня потрётся, то по спине погладит.

Егоров мне из динамиков командует: «Давай, в гостиницу её веди!»

Свернули. Отель уже эвакуирован, а на стойке регистрации наши ребята сидят:

— Желаете президентский номер?

— Да, — небрежно киваю, — можно! И попрошу нас не беспокоить!

Ты зря завидуешь: это был ад! Я за ту неделю 20 килограммов сбросил, тощий стал, словно скелет. Только на химии и держался, которой меня снабдили с запасом. Выбегал из спальни водички попить и инъекции себе делал.

А парни из отдела меня через коммуникатор всё время инструктировали. По Камасутре. Мы эту Камасутру с начала до конца выполнили 2 раза и уже на третий круг пошли, как вдруг у Евы заряд и кончился.

Она похлопала глазами напоследок, прошептала «милый» и отключилась. Тут сразу врачи появились, сапёры. Еву отправили на разминирование, а меня отсыпаться.

А позже и орден вручили. «Рискуя жизнью и здоровьем, предотвратил террористическую угрозу». Как-то так.

Ну в отделе, конечно, меня ещё долго подкалывали. Шутки, подмигивания. Но я думаю, это от зависти всё.

Веришь, нет, но я потом год от женщин шарахался. Не мог на них смотреть совсем. Даже в кино, если видел эротическую сцену, отворачивался. А затем помаленьку отпустило.