Штурмовик Аля с двадцать восьмой базы

Глава 1

- До развертки сингулярности осталось 2 минуты. – Спокойно произнесла Вики. Она никогда не нервничала. Как ей нервничать, если она не живая?

- Дарк, поторапливайся! – Зато Аля нервничала за всех. Они внутри уже слишком долго, и все говорило о том, что пора убираться отсюда. База готова к переносу. Уже нет смысла геройствовать.

- Минуточку…

Але захотелось его стукнуть. Дарк – дурак. Какая минуточка? Сейчас тут все навеки застынет, а ему минуточку. Аля сжимала в руках бесполезный сейчас разрядник. Последнего из хроносов она разнесла в клочья пять минут назад, и теперь ей ничего не оставалось, как нервничать. Опыт подсказывал ей, что Дарк не успевает разобраться с сингулярностью во время…

- Скачок. – Буднично предупредила Вики. Здание тряхнуло, со стен посыпалась штукатурка, или что тут у местных было вместо штукатурки. Черная коробочка в центре комнаты, над которой «колдовал» Дарк, осталась недвижима. - Переоценка времени. Осталось 50 секунд. Дарк, время уходит. Ты не успеваешь. Пора уходить.

Если бы Аля не была на взводе, она бы удивилась, что Вики отклонилась от стандартного протокола вшитых в нее действий. Но Аля металась между обязанностью покинуть помещение и желанием вытащить отсюда Дарка. Он сильно увлекся. Это плохо. Риск - это плохо.

- Как мне тебя убедить? – Чуть не плача, сказала она. – Дарк, до летуна десять секунд бега, потом еще надо уйти в безопасную зону…

- Уходи. Я разряжу и догоню тебя. Не жди меня.

- Да-арк, дорогой…

- Уходи.

- 20 секунд.

- Уходи, я сказал!

- 15 секунд.

Аля опрометью бросилась к оконному проему, где стоял ее летун. Слезы заволакивали глаза. Ремни она защелкнула на автомате. Оттолкнулась от низкого подоконника и выпрыгнула спиной вперед.

Зашипели ранцевые двигатели, вырывая женщину из объятий гравитации.

- Одна секунда… – Холодно произнесла Вики.

По фасаду здания пошла волна, вызванная движением фронта сингулярности.

- Дополнительная мощность задействована. – Уведомила Вики, и Алю сильно дернуло. От перегрузки руки прижало к телу, а ремни впились в мышцы так, что затрещали ребра, и в глазах потемнело от оттока крови. Искусственный интеллект задействовал протокол спасения человека в чрезвычайной ситуации.

- Фронт в 200 метрах, 400 метрах, семистах метрах.

Зрение вернулось к Але. Она неслась на бешеной скорости между заброшенных зданий, давным-давно исчезнувшей цивилизации.

-Полтора километра до фронта.

Женщина перехватила управление летуном и снизила скорость.

- Фронт стабилизировался. Расстояние от фронта до эпицентра 15 метров. Расстояние от тебя до фронта – 2 километра.

Аля развернула летуна так, чтобы траектория полета шла параллельно границе, которая теперь ограничивала доступное людям пространство на этой планете. Благодаря Дарку граница не зашла далеко. Женщина на малой скорости полетела вдоль новообразования местного ландшафта и теперь удалялась от базы.

- Вики, он что – разрядил его? – Удивленно спросила она.

- Я регистрирую Сингулярность. Но она не расширяется. У меня нет необходимой информации, чтобы сделать вывод о ситуации. Решение есть, но система сходится с вероятностью 15%. Необходимо больше данных.

- ЩАс будет тебе больше данных.

Аля развернула летуна обратно. Неужели у Дарка получилось? По мере приближения она все больше замедлялась. Она ждала, что вот-вот разглядит летящего навстречу ей Дарка, но кроме зыбкого марева фронта сингулярности ничего не двигалось в пределах ее зрения.

Вскоре в наушниках появился звук: нечто напоминающее «ааа-ааа-ааа-ааа», которое попало в ловушку сбоя дискретизации аудиопроцессора. Бесконечно повторяющиеся несколько байтов звуковой информации. Надежда увидеть напарника живым стремительно таяла.

Женщина подлетела к тому месту, откуда всего несколько минут назад ее унес с перегрузками летун под управлением Вики.

Фронт сингулярности прозрачен для видимого света. Безумный парадокс, перед которым пасовали лучшие умы человечества, вооруженные самыми прогрессивными ИИ. Как свет может входить и выходить из области, где времени нет? Где все процессы остановились?

Аля зависла перед окном и разглядывала помещение. Прямо за границей фронта, прислоненный к стене, стоял летун Дарка. Его хозяин сидел в середине комнаты перед ослепительным белым цветком хризантемы и дрожал. Увы, это был не цветок – а источник сингулярности, и мужчина не дрожал, а путешествовал во времени. Доля секунды назад и обратно. Назад и обратно. Словно кадр поставили на вечную перемотку.

- Стабильная сингулярность. – Выдала Вики. - Период колебаний – ноль целых…

- Достаточно. Я уже догадалась.

Аля бросила последний взгляд на напарника и полетела на базу. Дарк пожертвовал собой, чтобы сохранить существование базы и избежать ее эвакуации вместе с миллионным населением. Он не успел на те самые ноль целых и сколько-то там десятых или сотых секунды... Да какая разница? Он не успел и все. И теперь он там, а Аля здесь.

- Ты сделала все что надо. Ты поступила по инструкции. Если бы ты осталась, было бы на одну жертву больше…

-Зат-кнись! – Бросила Аля. – А то перепрошью!

Карл колол дрова. Он махал тяжеленным топором, раскалывая полено пополам, а потом половинки на почти идеально совпадающие по размеру четвертинки.

- Ты не виновата. – Выдохнул он, и уверенным махом разделил очередное полено. – Вики тебе все правильно говорит. И ты зря на нее обиделась – она же ИИ – говорит, что думает.

Женщина сидела прямо на траве, подтянув колени к подбородку, и разглядывала какую-то букашку на стебельке.

- Может и правильно, да только легче от этого не делается.

- Дарк знал на что шел.

Кряк. Еще одно полено распалось на половинки, и Карл продолжил:

- Квантовики рискуют, сражаясь с сингулярностью, а мы рискуем, сражаясь с хроносами. Кстати, ты знала, что его старший клон собирается к нам на базу?

- Нет. Да и зачем мне эта информация? Клон не Дарк.

Про старшего клона Дарка, Аля знала только лишь, что он потерял руку несколько лет назад и теперь вынужден ходить с нейропротезом. Она даже не знала, как зовут старшего клона. Дарк ей никогда не рассказывал про него. И она понятия не имела, есть ли у него еще клоны. Он про семью не говорил никогда. Оба ее собственных клона, едва узнали о потере напарника, тут же отправили ей видеосообщения с соболезнованиями и словами поддержки. Аля примерно знала, что там будет, но пока видео не просматривала. Галя жила на одной базе с Алей, а вот Дале пришлось потратиться на пересылку – с 16-дцатой базы до 28-той трафик дорогой! Но Аля не готова была пока принимать соболезнования. Еще все слишком свежо, и она каждую ночь ревет в подушку, пока силы не заканчиваются и она не засыпает.

- Не летай больше к сингулярности. Дарка ты таким образом не вернешь, а вот сама провалиться можешь.

- Я не сумею…

- Сумеешь. Многие через это проходят, и ты пройдешь. Твои навыки и знания необходимы базе. А ТЫ сама необходима нам – твоим друзьям. Ведь ничего еще не кончено. Хроносы не успокоятся, и как это банально не прозвучит, сейчас каждый человек на счету.

Хроносы не успокоятся… Да они не успокоятся. И это все, что о них известно достоверно. Кто такие эти сгустки энергии и что им надо - люди оказались не в силах понять. Хроносы не делали попыток контакта, а просто начали ставить свои устройства, которые работали как черная дыра, но только без спрессовывания пространства. Хроносы появлялись ниоткуда и так же в никуда пропадали. Методом проб и ошибок люди выяснили еще во время первых столкновений, что хроносы легко нейтрализуются высоковольтным разрядом, но вот понять, что с ними происходит при воздействии разряда невозможно. Может они распадаются на атомы, а может быть для них электричество навроде щекотки. Никто не знал даже способ их внутреннего общения. Они как-то передавали сообщения друг другу (во всяком случае многие штурмовики отмечали синхронизацию действий хроносов во время боев), но как они это делают так и оставалось загадкой…

13.03.21 (продолжение)

Карл с удовольствием расколол новое полено. Он находил умиротворение в однообразной трудовой деятельности. Любил колоть дрова. А в другой раз мог до бесконечности вбивать колья. Только вот на базе все деревья на вес плутония, поэтому все свои увлечения Карл реализовывал в Вирте. На самом деле Аля сидела у себя в комнате на полу, на котором послушная Вики (вернее ее ипостась) синтезировала структуру похожую по тактильным ощущениям на траву, а Карл находился совсем в другом блоке, за несколько километров отсюда и его ИИ послушно подсовывал ему эмуляцию поленьев.

Зато топор у него всамделешный. Любимая игрушка Карла...

Клон Дарка попросил Алю встретить его в зале прибытия космопорта. Сказал, что боится заблудится, и что ему нужен проводник. Врал, конечно. Все базы сделаны по одному стандарту. Если пожил хотя бы пару месяцев на одной, считай, выучил топологию каждой.

Он оказался единственным пассажиром в этот час. Похоже, клон был большой шишкой, раз ради него одного гоняли челнок с орбитальной станции. Если не набиралось пассажиров на обратный рейс, на станции можно было зависнуть на день – другой.

Клон Дарка оказался гораздо старше напарника Али. Так, наверное, мог бы выглядеть его отец…. Или старший брат. Седина в волосах, усталый взгляд пожившего человека, сутулость, говорящая о постоянной сидячей работе. И борода. Дарк терпеть не мог растительности на лице. Брился чуть ли не каждый день, а его старший клон носил короткую бороду с усами. Он сразу нашел взглядом Алю и уверенно подошел к ней, протянув для пожатия руку. Она машинально пожала. Сухая синтетическая кожа, ощущение углепластиковых волокон вместо мышц и сухожилий… Говорят, что первое впечатление от человека сохраняется навсегда. Первое ощущение от старшего клона Дарка у Али было, что он искусственный, не настоящий.

- Борис. – Представился он. И увидев удивление Али пояснил. – У нас всех имена разные. Это, наверное, от меня пошло. Или от Влада…. Да не важно в общем. Просто так исторически сложилось.

Раздался тихий писк коммуникатора. Борис извинился и, отступив на шаг, произнес в сторону:

- Добрался… Уже на месте… Да, встречают. Как осмотрюсь – свяжусь. Сколько на местном? 15-10 стандартного времени. Да, можно связываться в любое время. Нет, если буду спать, не отвечу. Все. Да, когда сплю... В остальное время доступен. Да. Точно. Ну до свидания. – Он прервал соединение. - Простите еще раз. Приходится быть постоянно на связи. Работа везде догонит, даже если до нее пара десятков световых годов.

Они пошли к выходу из порта. Зал ожидания был почти пуст: несколько роботов полировали и так чистый пол, под потолком крутилась рекламная голограмма, показывающая прелести тропических курортов планет Земного типа, и предлагающая отправиться на любой из них за «умеренную» плату. На стойке регистрации о чем-то препирались регистратор и ранний пассажир.

- А кем вы работаете? – Поинтересовалась Аля.

- Я – научный координатор девятой базы. Слышали, наверное, из новостной ленты про девятую? У нас там постоянно что-нибудь тестируют, когда придумают новое против хроносов. Наша планета – идеальный полигон. У нас сингулярность разрослась на 3\4 поверхности. Мы там почти в осаде сидим.

Аля кивнула. Они уже дошли до дверей, которые разошлись, выпуская их на улицу. Перед входом уже ждал электрокар – Аля заранее позаботилась, чтобы не заставлять гостя ждать.

Борис и Аля устроились на сиденьях и женщина спросила:

- Куда бы вы хотели поехать?

- Сначала домой к Дарку. – Без колебаний ответил Борис.

Аля назвала адрес, и машина бесшумно понеслась по улицам базы. Дарк обитал не в самой фешенебельной части базы. Они проехали серые боксы складов и заводов, потом постояли в пробке на транспортном кольце, миновали небольшой парк, с чахлой растительностью, проехали бедные кварталы, и влились в поток на скоростной магистрали. Впереди двумя огромными цилиндрами (каждый метров сто в высоту) возвышались катушки генераторов, затянутые в серый изолирующий кожух. Вокруг них радиально были расставлены жилые блоки. К одному из них и доставил пассажиров электрокар.

Отличительной чертой этого района были серый цвет и потрепанность блоков. Зато из-за близости к катушкам, жилые модули стояли отдельно, а не были организованы в огромный конструкт, как в Алином районе.

Борис прислонил руку к входной двери. Всю дорогу он молчал, уставившись в одну точку на приборной панели. Раздалось жжужание и на матовой поверхности вспыхнули красные буквы: «Заперто. Дождитесь разрешения владельца или позвоните ему по номеру: …..» Цифр не было – номер уже успели изъять из общей базы данных. Мужчина попробовал еще раз. Безрезультатно.

- Давайте лучше я. – Сказала Аля. – У вас нет нужных уровней доступа на нашей базе.

Женщина прижала руку к двери и та послушно распахнулась. В модуле тут же включился свет и активировались последние настройки, которые заложил Дарк за день до своей кончины. Бормотала расслабляющая музыка, на стенах транслировались анимированные пейзажи Земли. Ожил ИИ:

- Добрый день, Аля. Добрый день, Борис. С возвращением.

- Привет, Джарвис. – Откликнулся старший клон Дарка.

Борис прошел внутрь и остановился около дивана, на котором валялись майка и шорты хозяина модуля. Дарк обычно был аккуратен, но тот вызов свалился на них с Алей как снег на голову. Старший клон долго смотрел на вещи Дарка, а когда повернулся к Але, она увидела, что он словно лет на десять постарел. Лицо осунулось, стали видны мешки под глазами, а на лбу проступила вена.

Борис отошел от дивана и плюхнулся в кресло. Аля отметила, что сделал это он совсем как Дарк – теми же движениями.

- Он был талантливым мальчиком. Наверное, самым талантливым из всей семьи… Но ушел первым. Самый младший. Ему еще жить да жить… Э-хе... Не то время, не то место... Не то место...

Борис замолчал, а Аля не решалась его отвлекать от грустных мыслей.

- Знаете, сколько всего сейчас баз? - Наконец подал он голос.

- Простите, не поняла?

-Мы построили 313 баз. Из них функционируют всего 98. Остальные заброшены или поглощены сингулярностью. В каждом мире, кроме Земли, мы столкнулись с хроносами. И с сингулярностью. Как будто они наперед знают, куда мы пойдем. В галактике триллионы планет, но какого же хрена эти хроносы обосновались именно в нашем рукаве? Как они находят планеты, которые мы выбираем? И зачем они вообще им нужны эти планеты? Никто еще не видел колоний хроносов, но они упорно мешают нам создавать наши!

14.03.21 (продолжение)

И чего он завел этот разговор про базы? Будто не о чем больше поговорить. Зачем он вызвал Алю? Она думала, что он хочет что-то узнать про Дарка, расспросить про его жизнь… В конце концов это его родной клон.

Завибрировал коммуникатор, и не дожидаясь решения владелицы, вывел сообщение сразу в нервную систему:

- Внимание! Зафиксировано скопление хроносов в непосредственной близости от базы! Объявлена оранжевая тревога! Внимание! Зафиксировано скопление хроносов в непосредственной близости от базы! Объявлена оранжевая тревога!

- Борис, у нас объявлена тревога. Я вынуждена отлучиться…

Гость что-то ответил, но проклятое сообщение все еще транслировалось ,и Аля не расслышала, что именно.

- Повторите, я не расслышала!

- Я побуду здесь. Это не запрещено?

- Нет. По факту вы же его наследник. Значит все здесь ваше. Вам только в права официально надо вступить… Но думаю, что никто ничего не скажет, если вы раньше срока начнете здесь распоряжаться. Извините, мне пора.

Аля выскочила на улицу. Летун уже ждал ее. Вики доставила его и боевой костюм, определив положение хозяйки по передатчику . Аля подошла к своему снаряжению и идентифицировалась. Сообщение о тревоге тут же отключилось. Костюм привычно принял ее в свое нутро. Зашипели двигатели, и летун поднял ее вверх, под самый купол, там , где проходят выделенные трассы штурмовиков. Все небо было усеяно точками летунов, которые разлетались к шлюзам.

- Твой сектор номер 5. Маршрут построен. Предварительная выбранная тактика – сдерживание противника. По возможности избежать столкновений. В случае опасности работать на уничтожение.

Голос Вики доводил информацию сухо, словно она была обижена на свою хозяйку. Аля отмахнулась от бредовых предположений: у ИИ не может быть чувств – они всего лишь сложные программы.

- О-хо! Кто сегодня будет работать с нами! – Раздался в наушнике радостный голос Карла.

- И тебе привет, дровосек!

- А у меня так сегодня день начинался здорово! Вчера снял такую горячую девку – заснули только под утро…

- Фу! Избавь меня от подробностей про твою неустроенную, полную разврата и случайных связей личную жизнь.

- Ха-ха-ха! Просто ты мне завидуешь!

- Ой, да было бы чему завидовать!

- Конечно, есть чему! Вот сейчас я тебе расскажу, что мы вдвоем с ней вчера делали…

- О боги! Пожалуйста, побереги мой разум! За что я так провинилась?

- Прекратить мусор в эфире! – Раздался голос старшего в группе.

Они послушно замолчали.

Из пятого сектора наружу вел только один шлюз. Штурмовики входили в него группами по пять человек. Аля была в предпоследней группе и вместе с другими висела поблизости от люка, ожидая когда подойдет ее очередь. Шлюз располагался под самым куполом и отсюда отлично разворачивалась панорама базы. Изнутри она имела форму сплющенного цилиндра, на нижнем основании которого находятся все сооружения. Самое высокое – основной генератор в центре. Он выглядит как шесть колонн в защитном полимерном корпусе, соединяющих одно основание с другим. Преобразователи внутри колонн генерируют и накапливают энергию, которая позволяет базе существовать. От генератора радиусами отходят магистрали, которые делят базу на 6 секторов. А от магистралей ниточками разбегаются второстепенные дороги. Внутри секторов стоят жилые и промышленные модули: сельскохозяйственные фермы, заводы, склады, ремонтные ангары, аварийные генераторы. Аля поискала глазами генераторы четвертого сектора. В одном из домов сейчас сидит Борис и, наверное, разбирает записи и вещи своего младшего клона.

К Але аккуратно приблизилась массивная фигура Карла:

- Ну что, встретилась с ним?

- Да. Как раз привела его домой к Дарку, когда тревога сработала.

- И что? Похож на Дарка?

- Старше лет на десять- пятнадцать.

- Нифига себе! – Удивился Карл. - Обычно серию выпускают с минимальной задержкой по возрасту.

- Ну, наверное, по всякому бывает. Это мы с тобой рабочий персонал, а старший клон Дарка –научный координатор. Для них могут быть другие принципы серийности.

- Так ведь никогда неясно,кем клон станет.

- Предрасположенность-то есть. Дарк ведь квантовиком был. Нам с тобой до его квалификации лет пять усиленно курсы проходить надо.

Подошла их очередь. Они залетели в шлюз. Аля всегда ощущала себя в этот момент как актер, проходящий сквозь декорации. На купол постоянно выводили изображение синего земного неба, а вход в шлюз был как маленькая дверь в другой мир. Штурмовики влетели внутрь, люк закрылся и давление начало падать. На поверхности планеты атмосфера сильно разряжена и почти отсутствует. Костюм автоматически компенсировал разницу в давлениях. Открылась следующий люк, а за ним показался круглый тоннель с направляющей подсветкой вдоль стен. Штурмовики в тишине поплыли по нему наружу. Свет в конце тоннеля становился все ярче и вот они оказались на внешней поверхности базы: матовой гладкой серой поверхности.

- Рассредоточиться по периметру.

Летун Али на автопилоте полетел к выбранной для нее ИИ точке дислокации.

Пейзаж снаружи разительно отличался от закрытого мирка базы. Колониальная база №28 была обустроена на поверхности второй планеты оранжевого карлика с каталожным именем К-20028. Планету назвали Максима. И она была мертва.

Сила притяжения незначительно отличалась от земной, на планете сохранились следы цивилизации, некогда населявшей ее, но по какой-то причине почти вся атмосфера и гидросфера планеты улетучилась. Этот факт значительно затруднял колонизацию планеты, но зато позволил руинам аборигенов сохраниться в первозданном виде. Нет атмосферы – нет химических реакций, нет ветра, осадков. Условия лучше, чем в музее…

- Вывожу карту. – Предупредила Вики.

Объекты ландшафта стали четче, фигурки штурмовиков теперь подсвечивались идентификаторами «свой». «Чужие» обнаружились на периферии видимости. Красные точки рассредоточились по развалинам мертвого города, выжидая чего-то.

Изображение на экране-щитке шлема напоминало учебный симулятор, Достоверность симуляторов позволяла восстановить каждую мелочь. Но каждый штурмовик знал, где проходит грань между реальностью, пусть и дополненной, и виртуальной подделкой. Это важно, ведь в реальности можно умереть.

Штурмовики были потомками геймеров. Можно сказать, они были получены многовековой селекцией. Время реакции значительно меньше, чем у любого человека, мозг способен обработать коллосальное количество визуальной и слуховой информации и принять оптимальное решение в ситуации нехватки данных или наоборот их переизбытка. Вместе с ИИ, который страховал человека от ошибок, и летуном, позволяющем передвигаться в объеме, а не в плоскости, штурмовик представлял собой молниеносную практически непобедимую симбиотическую группу.

По радиоканалу прозвучал сигнал «внимание» и в наушниках один за другим посыпались сообщения:

- Сектор 2: противник перешел в нападение…

- Сектор 3: у нас тоже…

- Сектор 1 – чисто.

-Сектор 4 - чисто.

- Сектор 5 – противник выполняет маневры. Пока не атакует.

- Сектор 6 – видим перемещение в сторону пятого сектора.

На выделенном канале группы послышался голос командира:

- Внимание. Держим свою позицию. Критическая дистанция – 500 метров. Повторяю. Критическая дистанция 500 м.

Аля выругалась: 500 метров это мало! Это ни о чем! На такой дистанции отслеживать противника становится очень тяжело. Хроносы двигаются хаотично: пока возьмешь на прицел одного, целая секунда пройдет!

Аля увидела, как зеленые точки отрываются от купола и поднимаются вверх на сотню метров. Она тут же последовала их примеру. Штурмовики выделяли себе пространство для маневрирования. Хроносы приближались к границе пятого сектора. Красных точек становилось все больше…

17.03.21 (продолжение)

Бой начался внезапно. Как всегда. Напряжение может расти часами, а потом все вокруг резко меняется. В этот раз хватило 23 минут.

Раздался треск чьего-то разрядника, вспышка, и первый красный объект на экране сменил цвет на коричневый. И после этого все как с цепи сорвались. Экран раскрасился причудливыми линиями траекторий летунов и хроносов. Даже дополнительный впрыск адреналина в кровь не помог – мозг итак работал на пределе своих возможностей. Аля носилась как муха, и пока ей везло – ни один хронос не зацепил ее своими молниями (они тоже использовали электрические разряды в качестве оружия) и ей все еще удавалось не пересечься траекториями ни с кем из своих.

Бой с хроносами – это, по большому счету, сражение с фортуной. Их поведение никогда нельзя предугадать заранее, исходя из тактических схем и поиска оптимальных решений на основе заложенных алгоритмов боев. Это была та самая ситуация, когда самоорганизующиеся сети ИИ никак не могли помочь. Хроносы могут напасть сразу и действовать с самого начала максимально агрессивно, пытаясь вывести из боя любое количество штурмовиков, не считаясь при этом с собственными потерями, а могут часами кружить, не нападая, а потом исчезнуть. Скорость перемещения хроносов очень большая, поэтому работать в группе против них не всегда получается, и чаще всего битва превращается в безумные гонки друг за другом, дополненные обменом смертоносными электрическими импульсами.

Прошло всего пять минут, а казалось, что позади осталась уже вечность.

Аля вылетела на относительно чистое место, чтобы осмотреться и передохнуть, как вдруг в ушах раздался предупреждающий сигнал, а на экране вспыхнула надпись «маневр уклонения». Земля и небо поменялись местами, в голове вспышкой мелькнула паника от потери контроля над ситуацией. Аля не успела сообразить, как она теперь ориентирована по отношению к поверхности базы и что, блин, такое произошло, когда увидела, как прямо из ниоткуда перед ней возник хронос. Словно в замедленном видео, Аля смотрела, как смертоносная серая тень уходит куда-то вверх, в то время как она сама уносится вниз, а в глазах бегают черные точки от перегрузки. Столкновения не случилось. Вики взяла управление на себя и, совершив дикий кульбит, унесла летун вместе с хозяйкой подальше. Руки соображали быстрее головы: разрядник сухо трескнул и яркая вспышка ослепила глаза – цель была слишком близко, чтобы не попасть.

Чудесное спасение не так шокировало Алю, как тот факт, что хронос материализовался прямо из ниоткуда! Такого никогда не было! Такого НИКОГДА не было! Но Вики? Вики откуда-то знала, что он там появится, и смогла спасти свою хозяйку.

- Аля, позывной двадцать два, выбывает из боя немедленно! - Послышался голос ИИ, командующего обороной пятого сектора. – Номера 12 и 03 обеспечить безопасную доставку двадцать второй на базу! Выполнять быстро!

Аля и Вики потеряли возможность управления летуном. Теперь его пилотировал сам командующий тактический ИИ.

Аля знала, что это значит. Командующий тактический ИИ видел что с ней произошло, счел ситуацию нестандартной и теперь Але предстоит поучаствовать в долгих процедурах анализа произошедшего. Десяток другой специалистов и пара десятков ИИ будут разбирать происшествие, копаясь в ее голове, чтобы понять, что случилось и как ей удалось выжить. Полученную информацию будут использовать для обучения других штурмовиков. Аля пройдет кучу тестов, а Вики извлекут и проверят весь ее код. С очень большой вероятностью это будет последнее, что случится с Вики. Потом она перестанет существовать в том виде, в каком она есть сейчас. Штурмовик более ценный продукт, но и ей придется восстанавливаться после диагностического тестирования неделю. Аля быстро отключила радиопередатчик.

- Вики. Сотри запись с хроносом, до текущего момента. Сделай это так, чтобы выглядело будто повреждение от электрического импульса.

- Выполняю... – Але послышалось или голос Вики случал растеряно?

- И Вики… Спасибо тебе, что спасла меня.

ИИ не ответил – Вики была занята имитацией повреждения блоков памяти электрической вспышкой.

Аля проходила в своей жизни диагностическое тестирование два раза: после полного курса обучения и после смерти Дарка. И вот теперь снова, спустя всего месяц после последнего тестирования она шагает по знакомым коридорам медблока, в комнату с индексом С-4…

Пришла она в себя на своей кровати. Рядом сидела мед сестра с очень знакомым лицом, которое Аля видела в соей жизни часто. Она попыталась вспомнить, где, но это вызвало лишь дикую головную боль.

- Лежи тихо. Ты же знаешь, что творится с человеком после того как вас там препарируют…

Аля и так лежала максимально тихо, стараясь не шевелиться лишний раз. Медсестра смотрела на нее сначала без выражения, а потом тень беспокойства промелькнула у нее на лице.

- Мне кажется, что ты не узнаешь меня. Аля, мигни, если понимаешь меня.

Аля сделала как просила медсестра.

- Аля, это же я, Галя! Мигни если узнала меня!

Аля смотрела на медсестру и не понимала, почему та плачет…

В следующий раз она пришла в себя от шума разговора.

- Я провела ее диагностику и воспользовалась своим правом доступа к мед карте моего клона. Вы грубо нарушили процедуру сканирования. У вас там недоделки вместо специалистов что ли работают?

- Возникла нестандартная ситуация…

- Да мне плевать, что там у вас возникло! Я активирую свое право гражданина и инициирую внутреннее расследование, чтобы определить уровень компетенции ваших сотрудников!

- Мне очень жаль, что такое приключилось с вашим клоном, но еще раз повторюсь – возникла внештатная ситуация…

- ВЫ ее чуть в овощ не превратили! В общем так! Я передала все медицинские освидетельствования в следственный комитет – пусть он разбирается, правильно или нет было так с ней поступать. Удачного вам дня!

Раздался щелчок и соединение разорвали. Потом послышались тихие шаги и возникло лицо. Теперь Аля узнала его. Ее клон.

- Какая ты у меня боевая. – Тихо сказала она.

- У тебя там козлы, а не начальство. – Фыркнуло в ответ ее отражение. – Я боюсь, что комитет ничего не сможет добиться, но на твоем месте, я бы больше не возвращалась на службу. Такое скотское отношение к персоналу…

- Сколько дней прошло? Неделя?

- Две недели там и еще восемь дней на реабилитации. И я не знаю, сколько еще ты будешь валяться. Но пока ты такая, я буду сидеть с тобой.

Аля улыбнулась и из глаз у нее побежали слезы. Галя всегда была самым близким человеком в ее жизни!

Через пару дней Аля уже могла самостоятельно вставать и ходить в туалет.

Первым делом она проверила версию сборки и лог-файлы Вики. Аля быстро просмотрела текущие спецификации и «крючки», которые могли бы сказать об изменениях в «личности» ее ИИ, но все было нормально. Конечно, ожидать, что Вики не подверглась техническому осмотру, было бы наивно. Вики тщательно досмотрели, но ничего не смогли найти, поскольку не было нужных блоков памяти. Нет блоков – нет дерева решений и нет возможности отследить откуда получилось конкретное действие. Дальше ковыряться в ИИ бесполезно, поэтому Вики оставили в покое. Где-то в облаке сейчас хранился цифровой клон Вики, который будут исследовать, чтобы выяснить правду, о том, что случилось, но расследование затянется на годы, потому что у них никогда нет на это ресурсов.

Прошла еще неделя, прежде чем Аля восстановилась, чтобы поговорить со своим ИИ.

- Вики, откуда ты знала про хроноса?

ИИ замялся перед ответом, но Аля уже не удивлялась такому поведению.

- С помощью Дарка.

- Я не понимаю…

- Он разработал библиотеку, в которой есть математическая модель появления хроносов. Библиотека хранится на общественном стоковом хабе базы. Дарк дал мне к ней доступ и запрограммировал, чтобы я всегда подключалась к ней, когда тебя вызывают по тревоге.

- Что за библиотека?

- Я не знаю. Код мне не доступен, а расшифровать бинарник я не в силах – там слишком много вложенных циклов и ветвлений…

Это было невероятно и непостижимо! Дарк сумел построить модель, позволяющую предсказывать время и местовозникновения хроносов поблизости от объекта. Каким чудом ее напарник смог разгадать эту загадку, которую не смогли до него разрешить тысячи гениальных умов цивилизации? Что там у него было в голове такое? И почему он не обнародовал свое открытие? Ведь стольких смертей удалось бы избежать!

- Очень интересно! И откуда у Дарка были права на твою модификацию?

- Ты сама их ему дала.

- И когда же? – Удивилась Аля.

- 05. 03. 3012.

Аля ощутила как краснеет. Тот день она помнила. Не целиком, конечно… Так, в общих чертах. И там были моменты, когда ей было хорошо, потом очень хорошо, а потом стыдно. Стыдно, что она оказалась такой слабой и уступчивой. Но Дарк объяснил ей, что это все естественные процессы между мужчиной и женщиной, и что если ей не хочется брать на себя обязательства, то они могут ограничиться одним разом… И Аля решила ограничиться, хотя потом нет-нет да и жалела о своем выборе, пока не упрятала воспоминания о том дне глубоко внутрь, как она умела делать. Как сделала это с воспоминанием о приказе для Вики стереть запись о хроносе.

- Больше никаких подключенных библиотек у тебя нет?

Ответа пришлось ждать долго.

- Есть. – Наконец созналась Вики. Все мыслимые временные задержки на обработку запроса она при этом превысила.

- Тогда ты знаешь мой следующий вопрос. – Хотя Аля и сама не знала, что хочет спросить.

- Да… Ее тоже мне подключил Дарк. Но библиотека не его собственная. Разработка одного из его клонов. Кажется Алефа. Дарк только задал в ней исходную модель…

- Просто голова идет кругом… Это то о чем я думаю?

- Я не знаю, о чем ты в данный момент думаешь, но библиотека использует стандарты поведения человека. Она позволяет мне быть похожей на вас, лучше понимать вашу логику и поступки. Правда на обработку поведенческих данных уходит теперь ужасно много времени.

- Да… Это как раз то о чем я думала. – Простонала Аля. - Вот ведь блин! Блин! Блин! Блин!

Она встала к холодильнику, достала пакет со льдом и приложила ко лбу.

- И чья же модель в тебя внедрена?

- Твоя, конечно. С коррекцией.

Аля зашаталась. Все, что она знала о мире, который ее окружает, стремительно менялось. Во-первых, хроносов теперь можно предсказывать, а значит война с ними станет совсем другой. Во-вторых, до этого дня ей было точно известно, что нельзя внедрить человеческую личность в ИИ. Человек – биологическая машина, которая получает информацию из пяти органов чувств. На работу его организма влияют тысячи химических реакций, происходящих в клетках тела человека. Машина же получает информацию из двух каналов и обрабатывает ее так, как это в нее заложено программой. Никаких возможностей очеловечить алгоритмы нет… Не было до сей поры.

- И какая же коррекция? – Прошептала она, чувствуя сильную слабость.

- В отличие от тебя, я люблю Дарка. – Ответила Вики

21.03.2021

Спустя неделю Аля получила официальное письмо от следственного комитета. В действиях командования обороной базы №28 не было обнаружено противоправных действий. Просто и коротко. Как она и ожидала, дело попросту замяли. Хотя, чего уж скрывать - Аля и не надеялась на положительный результат.

Пару раз в гости заходил Карл. Он рассказал, что рядовые штурмовики поддерживают ее. Кое-кто из знакомых даже передавал приветы и желал скорейшего выздоровления. Но кроме Карла зайти лично не решился никто. Видимо начальству сильно досадила проверка и теперь Алю записали в изгои. Сам дровосек командирского гнева не боялся, и в свое личное время делал что хотел. В один из заходов, Карл рассказал, что случай с Алей стоил чина полковнику аналитического отдела, а тактический командующий ИИ перепрошили, добавив дополнительный протокол безопасности. Все же некоторые последствия обращение Гали возымело. Кроме этого, благодаря Але несколько штурмовиков получили прибавку к жалованию, когда до руководства дошли слухи об их возможной отставке.

Увы, сама Аля только проиграла от инициации внутреннего расследования. Карл передал ей, что начальство видит в ней смутьяна и на службу ей лучше не возвращаться – житья ей там не дадут.

Но Аля и не планировала это делать. За время вынужденного безделья она много общалась с Вики. Они вдвоем пытались понять, каким таким образом Дарк нашел способ предсказывать появление хроносов и у них нечего не получилось. Вики нащупала по обрывкам кода, который ей удалось извлечь из библиотеки Дарка, что тут каким-то образом используется искривление пространства-времени, причем не в том виде, который следовал из принятой теории. Знаний Али не хватало, чтобы помочь или направить исследования своего ИИ. Она даже с трудом понимала почему пространство-время должно изгибаться. Штурмовиков готовят к другим задачам…

Пускай у Али не было расширенной теоретической подготовки по нелинейной физике, зато у нее был здравый смысл. И он ей говорил, что Дарк неспроста не стал обнародовать свое открытие. Насколько она знала своего напарника, он не был сторонником идеи, что новые знания надо хранить в секрете. Здесь было что-то другое. Возможно Дарк боялся, что его открытие используют не верно? Хотя как можно неверно использовать супероружие в борьбе с врагом, который угрожает жизни всего человечества? Вот этого Аля не могла понять даже сильнее чем искривление пространства-времени. Но раз Дарк не стал этого делать, значит причина была.

Она хотела навестить его дом, поговорить с Джарвисом. Наверняка ИИ Дарка мог что-то рассказать ей. Но потом Аля вспомнила, что за то время пока она восстанавливалась, Борис успел вступить в права наследства и покинуть планету. А это значит, что теперь и ИИ, и цифровой архив с данными Дарка теперь у Бориса, который живет где-то на девятой базе в нескольких десятках световых лет отсюда.

Она написала Борису сообщение с просьбой о встрече, на которое он ответил, что не сможет в данный момент покинуть базу №9, но предложил устроить собрание по виртуальной связи. Аля в ответ сказала, что может посетить базу, где работает Борис и предпочла бы встретиться с ним в реальности. Борис удивился, но сказал, что готов к встрече.

Аля снова стояла в зале космопорта. Челнок отправлялся через тридцать минут, и она ощущала себя тем одиноким препирающимся пассажиром, который встретился им с Борисом, когда она встречала старшего клона Дарка несколько недель назад. Но больше дел на базе №28 у нее не осталось, а сидеть дома она не хотела.

Перед отбытием с планеты она еще раз слетала на своем летуне к сингулярности. Дарк по-прежнему был там – зацикленный в моменте своей собственной гибели. И будет там спустя тысячелетия, а может даже и дольше. Кто знает, что происходит с хроносовскими сингулярностями со временем? Летуна Аля должна была сдать по окончанию срока службы, но она воспользовалась правом выкупа оборудования и потратила почти 25% всех своих сбережений на эту покупку, зато была довольна и испытывала умиротворение, что привычные ей вещи останутся с ней.

Галя вызвалась проводить своего клона, но Аля отказалась.

- Будешь рыдать у меня на плече, как будто я на всю жизнь уезжать собираюсь.

- Да кому ты нужна «рыдать по тебе»? Могу только пнуть под зад для ускорения!

- Галя, я и правда, ненадолго. Хочу кое о чем поговорить с этим Борисом.

- Не сердишься на меня, что я написала заявку на расследование в комитет?

- Конечно, нет. Ты сделала все правильно! Я отпахала на управление обороны восемнадцать лет, а мне такой «подарок» за выслугу лет организовали. Я, конечно, понимаю, что мой случай уникальный, но это же не повод пытаться сделать из меня инвалида! Козлы!

Точка входа в сингулярность кротовой норы, которая связывала две звездные системы, располагалась в первой точке Лагранжа и обращалась вокруг Звезды вместе с планетой. Как странно, думала Аля, пока их космический корабль набирал скорость, сингулярности прямо таки сопровождают человечество. Есть «плохие» сингулярности, которые связаны с деятельностью хроносов, а есть «хорошие», которые связаны с деятельностью человека, но суть ведь у них общая. И там и тут пространство искривляется. Но если в сингулярности, которые использует человечество, пространство сворачивается практически в точку (так, что если представить себе форму такой аномалии пространства, то получатся «песочные часы»), то что делают с пространством хроносы никто не понимал. На границах их сингулярностей время словно бы замирало, зацикливаясь на последних долях секунды своего неизменного состояния. Один тип сингулярности поставило себе на службу человечество, а другой тип хроносы…

Переход через нору многие предпочитали проходить под наркозом. В сети писали, что ощущения очень неприятные и мало кому нравятся. Но Аля была в космосе первый раз и хотела понять на своем опыте, что испытывают космические путешественники. Все оставшееся время полета она проклинала себя за эту глупость…

Траектория захода в сингулярность проходит по спирали. Но чувство такое будто она летела вниз на монорельсовых горках в парке аттракционов, постоянно ускоряясь и ускоряясь, превышая все мыслимые скорости, и при этом ее вдобавок как будто заворачивало в себя. Потом корабль прошел середину кротовой норы и ее начало ускорять в другую сторону, теперь уже разворачивая куда-то в бесконечность. Когда корабль вернулся в обычное пространство, Алю еще долго по ее внутренним ощущениям «разворачивало» в плоскость. Это чем-то напоминало остаточное головокружение после закладывания петель на летуне, но тысячи раз сильнее. Теперь она знала, что у нее будет самым страшным сном на оставшуюся жизнь. Обратно Аля решила лететь как основная часть пассажиров, у которых отсутствуют мазохистские наклонности – под глубоким наркозом.

Пока челнок снижался на повехность планеты, Аля разглядывала ее изображение, транслируемое с внешних камер. Планета сильно отличалась от Максимы. Она была желто-синей. Вода и растительность - почти как Земля. Но, как сообщила Вики, покопавшись в местной педии, состав атмосферы другой, и жить без средств защиты от ядовитых газов здесь не получится.

Да и как жить, если основную часть планеты находится внутри сингулярности? Аля вывела на экран размеры неизменной области. Людям остался сущий огрызок. Разросшаяся сингулярность хроносов поглотила большую часть каменного шара, оставив не тронутым кусок неправильной формы, покрытый густой желтой растительностью.

На базе №9 ее встретил точно такой же зал космопорта, как и дома, с той разницей, что реклама здесь была другая. Борис ее не встречал. Он был занят на каком-то совещании, и смог выделить ей время только ближе к вечеру. Але это было неприятно. Она вот нашла время, чтобы его встретить. Наняла такси, оплатила время простоя…

По девятой базе она не гуляла. Что толку глядеть на улицы, точные копии которых она уже успела изучить вдоль и поперек на своей базе? Вместо этого Аля устроила в своем гостиничном номере камеру расслабления. Долго отмокала в душе, заказала массаж и кучу косметических процедур. В конце концов, надо как-то прийти в себя после путешествия через сингулярность.

Борис пришел вовремя. С их первой встречи он как будто успел постареть. Во всяком случае вид у него был измотанный. Они встречались в ресторане при гостинице.

- Хоть по мне и не заметно, но я рад нашей встречи, Аля. – Сказал Борис, присаживаясь напротив нее. – Просто последнее время у меня прибавилось дел и времени для отдыха почти совсем не остается. Сплю по три часа в сутки…

- Это у вас по работе такая нагрузка?

- Нет. Я пытаюсь разобраться в наследстве, которое мне досталось от Дарка. Как глупо, что он решил рискнуть собой в той роковой миссии. Его исследования стоят гораздо больше, чем расширение сингулярности на вашей планете. Уж извините меня за откровенность!

Он хлопнул себя по ногам и глаза его горели болью. Аля не прерывала его, ей было интересно все, что он мог рассказать про Дарка.

- А я не могу понять ход его мысли. Представляете, его клон, и не могу! Дарк последнее время интенсивно изучал разделы физики связанные со всем, что касается пространства-времени, мерности пространства и дополненной теории относительности, а для меня это темный лес. Я пытаюсь как могу, но я слишком ушел в прикладную науку, чтобы хотя бы приблизиться к разгадке того, чем же он занимался… Ну а вы? Как у вас получилось вырваться за пределы базы? Взяли длительный отпуск?

- Нет. Мне пришлось уволиться из комитета обороны.

По тону Али Борис понял, что расспрашивать про причины такого поступка преждевременно.

- И вы решили попутешествовать и навестить меня? – Он улыбнулся, понимая, что ответ будет другой.

- Я хотела увидеться с вами, чтобы расспросить вас о Джарвисе.

- Джарвисе?

- Да. ИИ Дарка. Вы ведь забрали его с собой?

- Конечно. Без него у меня разобраться в работе Дарка практически нет шансов. И что же вы хотели про него узнать?

Аля замялась, не зная, как корректнее задать вопрос, а потом решила спросить прямо:

- Он вам никого не напоминает? – Она смутилась, пытаясь подобрать слова. – Я имею в виду из людей?

Аля взглянула Борису в глаза. Собеседник был ошеломлен таким вопросом. Он взял стакан с выпивкой, который стоял перед ним, отхлебнул из него, поморщился и ответил:

- Я так понимаю, на Джарвисе он не становился?

- Не остановился.

- Надеюсь, вы никому об этом не рассказывали?

- Чтобы у меня забрали Вики? Нет, конечно!

- Не знаю, зачем он так поступил. Это разработка нашего самого старшего клона. Больше даже побочный продукт его исследований. Мы стареемся не распространяться об этом. Но в нашей серии все с чудинкой и Дарк не исключение. Значит вы теперь тоже в курсе.

Он покрутил в руках стакан и продолжил.

10.04.2021

- Ну тогда я у вас тоже спрошу кое-что. У вас есть предположение почему Дарк тогда остался? Я изучил отчет и видеохроники того вашего задания. Я все видел своими…. Вернее вашими, но я не понимаю почему он так поступил. Вы ведь столько раз напоминали ему о времени!

- Решил рискнуть? – Предположила Аля. – Знал что-то такое, чего не знают остальные об этих сингулярностях и переоценил свои силы…

- И все?

То ли он прикидывается, то ли действительно не понимает. Аля не хотела об этом вспоминать, но вот этот Борис опять бередит только что зажитые раны. Она и так не знает как ей с этим жить, а тут еще он…

-Есть вариант, весьма вероятный, что он остался из-за меня. Ведь он точно лучше всех разбирался в этих сингулярностях. Он знал, что не успеет спасти обоих, но успеет взять под контроль рост сингулярности, и выбрал меньшее из двух зол. Или нам вдвоем настала бы крышка, или только ему. Он спас меня.

Борис поскреб указательным пальцем неживой руки пластиковую крышку стола.

- В прошлый раз вы мне говорили что-то про количество баз в нашей галактике, - прервала его мысли Аля, - и то, что хроносы наперед знают про колонизируемые нами планеты, но потом менявызвали на задание… Что вы тогда хотели мне сказать?

- Количество баз? – переспросил Борис. – Ах да! Вспомнил! Дело в том, что мы еще ни разу не встретились с хроносами в космосе. Мы не знаем, как они перемещаются в пространстве, где обитают. Будь их цивилизация развитее, чем наша, нас давно уже стерли бы в порошок. Но мы все еще воюем, а значит уровень развития у нас примерно одинаков. Так, где же они? Должны быть колонии, которые производили бы выбросы энергии, потребляли бы ресурсы. Будь это так, мы в два счета нашли бы их родной мир. Но кроме нас в этой части галактики никого нет, а чтобы попасть в другую, требуются такие затраты энергии, что для строительства чревоточин нам пришлось бы гасить звезды и то, мы смогли бы отправлять в такую даль исключительно зонды – люди такое путешествие не пережили.

Но хроносы, как демон из коробочки – появляются, вредят нам и исчезают. У них нет цивилизации – нам не по чему ударить, мы вынуждены обороняться. У них нет транспортной системы – мы не можем ее заблокировать. Они ведут себя непредсказуемо – мы не можем выработать стратегию. С тех самых пор, когда мы начали колонизацию галактики, треть всех баз, которые мы когда-либо создали на планетах, пришлось оставить, потому что колонизация провалилась: мы не смогли приспособиться к условиям планет, оставаясь людьми. Иногда, те генетические изменения, которые предполагалось сделать, приводили к тому, что конечное существо уже никак нельзя было отнести к виду homo. Еще треть баз уничтожена сингулярностями, которые создают хроносы… Остальные с разной степенью успешности развиваются.

Это Аля знала. Были такие миры-неудачники, как тот на котором размещалась девятая база, а были такие как Седан и Гемза, которые в ближайшие столетия должны были существенно опередить материнскую Землю по темпам развития. На этих планетах даже не слышали про сингулярности. Баз там уже не существовало – в этих мирах были нормальные города.

- ВЫ знаете, я хочу вам рассказать об одной необычности, которая со мной приключилась… Но скажите мнесначала: в исследованиях Дарка есть что-нибудь связанное с перемещениями хроносов по поверхности планет?

- Это очень интересный вопрос, Аля…

Но ответа на него она получить не успела. В голове вспыхнуло и нервная система Али приняла сообщение местной системы оповещения. На всех базах частоты для каналов связи использовались одинаковые, а Аля не успела сдать свой нейромодуль штурмовика.

- Внимание! Черная тревога! Полная эвакуация базы! Внимание черная тревога! Полная эвакуация базы. Атака хроносов в первом, втором, третьем, четвертом, пятом, шестом секторах. Штурмовикам – код омега – зед.

Сознание Али едва не начало трансформацию предписанную кодом. Но Вики не дремала и заблокировала протоколы – Аля уже не была штурмовиком, а это была не 28-ая база и не ее война. Не успей ИИ прервать команду, которую отправил нейромодуль, Алю ожидала необратимая перестройка психики. При коде омега зед штурмовик превращается в живое оружие, все ненужные человеческие инстинкты штурмовика отключаются: подавляется инстинкт самосохранения, подавляется воля. Штурмовик полностью переходит под управление своего ИИ. После такого преобразования обратной дороги нет. Штурмовик должен выполнить свое задание и умереть… То что задействовали код омега-зед означало, что конец света для базы 9 наступает немедленно.

- Вики! Летун!

- Уже делаю.

Теперь только в бегстве с планеты могло быть спасение. Черная тревога – это последняя степень: внезапный рост сингулярности, массовая атака хроносов. Единственная задача штурмовиков при этом - выйграть как можно больше времени для эвакуации. Задача всех остальных- во что бы то ни стало добраться до орбитальной станции.

Борис тоже, видимо, получил какое-то сообщение, потому что стремительно побледнел и вскочил со стула.

Стекло витрины разлетелось и в зал ресторана влетел костюм Али. Секунда и она оказалась внутри привычной оболочки.

- Борис, сюда. Хватайте меня!

Они вылетели из ресторана наружу и увидели, как стремительно гаснет искусственное небо, погружая базу во мрак. Похоже, что главный ИИ базы пустил всю энергию на защиту периметра. Через несколько секунд мягко загорелось тусклое аварийное освещение, встроенное в жилые модули и поверхность улиц. Его слабый свет превратил пейзаж базы в мир теней. Боевой костюм переключился в инфракрасный диапазон. Здесь по-прежнему было «светло».

Аля соображала быстро. Быстро для штурмовика означает практически мгновенно для обычного человека.

Аля сразу отмела возможность использовать систему эвакуации базы. Слишком медленный способ. Счет идет на минуты. Аварийные челноки будут заполняться до крайнего времени, необходимого для безопасного старта, что в данной ситуации для Али и Бориса гарантированно означает смерть – они просто не успеют попасть на борт корабля…

Значит надо своими силами. Но топлива в ранце не хватит подняться на высоту орбитальной станции даже в одиночестве, не говоря уже о двоих. Но вначале надо хотя бы доставить Бориса до дома. У него там должен быть эвакуационный костюм. Не чета боевому костюму штурмовика, но дотянуть до станции в безвоздушном пространстве хватит. Але даже не пришлось озвучивать приказ Вики – та сама вела их к дому Бориса.

- Нужны дополнительные топливные ячейки. Где их можно взять? – Спросила Аля у Бориса.

Он отреагировал быстро. Быстро для обычного человека – за то время пока он соображал, они успели пролететь пару кварталов. Зато его ответ был обстоятельным, как у любого научного работника.

- Электрокары. Они имеют аварийную систему для полетов на небольшие высоты. Там схожие топливные элементы с теми, что используются у вас в ранцах.

Они уже подлетали к его жилому модулю и Борис поспешно добавил:

- Для того, чтобы добраться до станции вам понадобится около десяти топливных ячеек. Десять каров.

- Мы летим вместе, так что двадцать. Дарка я не смогла спасти – постараюсь вернуть свой долг вам.

- Вам не хватит мощности ранцевого двигателя…

- Ну если не беспокоиться о его ремонтопригодности, то должно хватить. У вас на сборы очень мало времени. Сколько у вас займет копирование архивов?

- Минут пять!

- О! Да вы очень аккуратный человек!

Борис вбежал в свое жилье, а Аля с помощью Вики занялась поиском техники, у которой можно было позаимствовать топливных ячеек. Это оказалась почти не решаемая задача – все население сейчас пользовалось карами, чтобы добраться до эвакуационных точек. Но Але повезло. Недалеко от дома Бориса выполнялись ремонтные работы и стояло несколько единиц тяжелой техники. Бывший штурмовик занялась потрошением ближайшей машины. Даже в боевом костюме это было делать непросто. Как в любой транспортной технике у строительных машин бак располагался внизу. Экзоскелет позволял с легкостью переворачивать машины и отрывать защитные кожухи, но справиться с тяжелым тягачом даже у него не было возможности. Аля решила этот вопрос быстрого демонтажа с помощью взрывных снарядов из набора штурмовика.

Первый тягач подскочил и рухнул на бок. Эхо взрыва прокатилось по темному нутру базы. Не отвлекаясь, за неполные три минуты Аля привела в негодность три машины.

А потом был неуклюжий старт в обнимку с Борисом и с висящими на тросах вспомогательными баками. Если бы не помощь старшего клона Дарка, Аля не справилась бы с закреплением дополнительного веса. Полет требовал постоянного внимания с ее стороны. И это внутри базы, где атмосфера движется как ламинарный поток. Что же будет снаружи, когда они начнут проходить облачность и зоны турбулентности? Но это будет потом - вначале необходимо миновать шлюз.

Они поднимались в померкшее искусственное небо базы номер 9. Все штурмовики были сейчас снаружи, а аварийные челноки только заполнялись – и Аля с Борисом были единственными пользователями небес. Женщина взглянула на раскинувшийся под ногами темный город. Он напоминал обезумивший муравейник. По улицам двигались на предельных скоростях тысячи электрокаров, подвозя к местам эвакуации жителей базы и отправляясь в обратный путь за следующими пассажирами. Челноки, единственное, что хорошо освещалось. Они стояли одинокими свечками, обещающими спасение, через вознесение на небеса.

- На станцию придется лететь по спиральной траектории. – Подал голос Борис. – По другому у вашего ранца даже на пределе возможностей не хватит тяги. А это увеличивает время в разы, по сравнению с прямым стартом.

- Ну так будем молиться, чтобы у нас оказалось необходимое время. Другого пути у нас нет. Челноки не успеют стартовать вовремя.

Аля знала это от Вики. Та, подключилась к сети базы и, используя стандартные протоколы безопасности 28 –ой базы, запросила информацию о скорости расширения сингулярности. И получила ответ: всего семь минут осталось до того, как фронт достигнет внешней границы корпуса базы.

Шлюз оказался закрыт. Тут пригодился уровень доступа Бориса. По его запросу ИИ базы открыл для них проход. Они миновали переходный тоннель. Аля влетела в него не очень изящно: один из баков процарапал по стенке и женщина с ужасом ждала, что сейчас их сожжет энергией взрыва в узком пространстве тоннеля, но им повезло. Бак пережил удар, и они оказались снаружи.

Аля зажмурилась – костюм переключился на видимый диапазон света, но не откорректировал светофильтры. Когда зрение вернулось, Аля увидела последний бой штурмовиков девятой базы. Хроносы превосходили их числом раз в десять. Но штурмовики каким-то образом умудрялись сдерживать их на приличном расстоянии от базы. И те и другие напоминали рой безумных мух. А на горизонте неотвратимо приближалась граница сингулярности. Она была прозрачной, но легко различимой – за ней время переставало существовать и пространство застывало статичной картинкой.

Аля выбрала траекторию с максимально быстрой скоростью взлета, которую мог ей позволить ранцевый двигатель. Но до вертикальной ей было далеко…

Борис, Аля и дополнительные топливные баки успели подняться на несколько десятков километров, когда стартовали первые челноки. К этому времени бой с хроносами шел уже почти над куполом базы. Оптика костюма штурмовика позволяла приблизить изображение и Аля наблюдала как челноки поднимаются в атмосфере. И в голову закралась мысль, что все же стоило воспользоваться ими. А потом траекторию одного из челноков пересек хронос. Он пролетел сквозь челнок и казалось, что ничего не случилось, но через несколько секунд из места, где пришелец вылетел из летательного судна, вырвалась струя плазмы, а потом челнок вздрогнул и взорвался маленьким солнцем.

- Вот задница! – Воскликнула Аля, а через несколько мгновений их настигла взрывная волна.

Их закружило словно перышко в яростном порыве ветра. И пока через них проходил фронт ударной волны, несколько секунд они летели в неизвестном направлении, с диким ускорением. Остальные челноки из первой партии вроде бы прорвались, а второй партии не случилось: сингулярность накрыла базу.

- Расстояние до сингулярности 4 километра – Сообщила Вики, единственная, кого не смущало кувыркание.

Прошло несколько минут с момента как их накрыло взрывной волной. Уничтоженный челнок был ниже и от его взрыва они получили дополнительный пинок ударным фронтом. Их подбросило на несколько сотен метров. Благодаря костюмам они выжили, хотя один из топливных баков врезался в женщину и, кажется, поломал пару ребер. Борису каким-то чудом не снесло голову другим баком. Тот разминулся с лицом бывшего научного координатора буквально на пару сантиметров. А потом были пируэты в атмосфере, чтобы вернуть систему из людей и топливных баков в равновесие.

- Не двигаются. – Услыхала она голос Бориса. Он, не отрываясь, глядел вниз на базу.

- Что?

- Челноки не двигаются.

Оказывается у его костюма тоже были какие-никакие оптические приборы.

- Накрыло сингулярностью? – Уточнила Аля.

- Я не хочу, чтоб это было правдой. Вы можете взглянуть сами? У вас в костюме техника должна быть помощней…

Аля сначала нашла глазами место, откуда они вылетели. Вся поверхность планеты под ними превратилась в статичную картинку. Единственные кто двигался – это были они сами. Аля поискала взглядом челноки и нашла их. Всмотрелась, увеличивая изображение, и поняла, что Борис все правильно разглядел. Челноки стали частью последнего изображения планеты. Сингулярность не отпустила их.

- Похоже, что мы единственные, кто оказался по эту сторону от границы, Борис. – Она услышала предупреждающий писк системы. – И нам надо подключить новый топливный элемент…

Они беспрерывно посылали сигналы на орбитальную станцию, но никто не отвечал. Вернее ничего нельзя было услышать из-за радиошума сингулярности. Они пока были слишком близко к ней. Где-то через час и три истраченных топливных бака они должны будут выйти на высоту достаточную для приема ответного сигнала. Если конечно их услышат. Станция сейчас находилась с другой стороны планеты. Борис подсчитал и сказал, что в зоне приема они окажутся через два часа. На ретрансляторы он не надеялся. Дважды они по его указке корректировали свою траекторию, чтобы приблизиться к коридору, в котором происходило обычное обращение станции, но после случившегося ее орбиту могли изменить. Скорее всего, для безопасности орбиту подняли и теперь вся надежда оставалась на то, что радиоэфир на аварийных частотах слушают, и за ними отправят помощь.

Как именно эту помощь будут осуществлять, Аля старалась не думать. Да как вообще можно синхронизировать орбиты на такой высоте, чтобы их не расплющило о борт станции?

- ..витесь! Мы слышим ваш сигнал. Назовите себя!

Аля не поверила своим ушам. Сигнал был четкий, помехи исчезли, словно они миновали какую-то радиограницу.

- Здесь научный координатор базы 9, Борис и штурмовик Аля с 28 базы. Подтвердите прием!

На той стороне замолчали. Потом ответили:

- Укажите свои координаты, мы уже три дня пытаемся запеленговать ваш сингал, но сингулярность все искажает.

- Какие три дня? Мы покинули базу всего 96 минут назад!

- Координаты свои укажите!

- Сейчас вышлю вам данные навигационной системы. Но есть подозрение, что она сбилась.

- Приняли! Вы, судя по всему, недалеко. Включите на бортовой панели кнопку «автопеленг».

18.04. 21

- Мы не на челноке. Повторяю. Мы не на челноке.

- Как это? А на чем?

- Мы летим на моем летуне штурмовика.

- Ни хрена себе… А сколько вас?

- Я же говорила – двое!

Голос ненадолго замолчал, а потом ответил, но уже с меньшим энтузиазмом в голосе:

- Хорошо. Оставайтесь на связи. Будем думать, как вас доставить на станцию.

Спустя шесть часов после того, как они покинули базу, Борис и Аля все-таки добрались до своего спасения.

Для этого понадобился ремонтный челнок, ибо станция снизить свою высоту орбиты до той, на которой находились Борис и Аля, не могла, а ранец итак уже работал на честном слове, и на дальнейший подъем у них просто не было нужного количества топлива. В итоге после двух витков станции вокруг планеты, и хитрых перестраиваний и выравниваний, они синхронизировали свои орбиты в одну плоскость. Борис очень хорошо изначально рассчитал их полет и на финальную коррекцию ушло немного топлива. Когда станция второй раз их догнала на орбите, к ним отправили челнок. Пилот проявил чудеса пилотажа, поднырнул челноком под орбиту летуна и раскрыл приемные ворота, которые предназначались для погрузки крупных элементов, вроде космических телескопов. Теперь им надо было как в игре футбол – попасть в ворота. Только в отличие от мяча сильный удар они не переживут. Аля приблизилась к челноку и, совершив последний рывок, они упали в нутро суборбитального грузовика. Дальше было несколько секунд падения вместе с челноком, пока ворота закрывались, и сингулярность опасно приближалась, а потом падение сменилось взлетом с пятикратными перегрузками и, наконец, они вышли на безопасную орбиту и состыковались со станцией. Аля поверила, что все закончилось, только когда медики извлекли ее из боевого костюма и повезли в медицинский отсек.

Они оказались единственные, кто смог добраться с базы на станции. Аварийные челноки стартовали слишком поздно и сингулярность поглотила их. Были еще те, кто оправился накануне на станцию для пересадки на межзвездные космические корабли. Они прибыли за несколько часов до того, как на планете произошла катастрофа. Некоторые уже отправились в другие звездные системы, другие ожидали на орбитальной станции своих рейсов, когда внизу случился рост сингулярности. Около сотни выживших везунчиков, а остальной части почти миллионного населения базы везения не хватило. Наверное, Але надо было радоваться своему спасению, но у нее не осталось сил на эмоции. Она даже не испытывала жалость к тем, что остались внизу. Понимала, что это немного эгоистично, но она слишком устала. Борис вот переживал. По нему было заметно, что гибель базы очень сильно отразилась на его душевном состоянии.

В медицинском отсеке они лежали в одной палате. В полете Аля неверно оценила свои повреждения. Кроме ребер у нее оказалась сломана нога, а тело со стороны удара превратилось в одну большую гематому. Даже в условиях пониженной гравитации двигаться было больно. Борис получил средней тяжести ожоги ног, когда они крутились во фронте ударной волны. В какой-то момент Борис оказался за спиной у Али и его ноги попали под реактивную струю ранца. Защита костюма сработала, но все тепло удалить у охлаждающей системы не вышло. И Борис летел все эти часы, и терпел сильную боль, даже не считая нужным сообщить о своей проблеме. При этом он находил силы, чтобы менять топливные баки.

Однако страшнее всего оказалось эмоциональное потрясение, которое он пережил за время полета от осознания того, что все остальные погибли. Врачи говорили, что с ожогами будет справиться легче, чем с душевными ранами.

На второй день Аля узнала, что по времени орбитальной станции они добирались до нее почти трое суток. А ведь по их часам прошло всего несколько часов с момента старта! Чем ближе к границе сингулярности, тем медленнее течет время. Это было неожиданным открытием, которое могло помочь в дальнейшем в изучении их свойств.

Спасенные провели в мед отсеке целую неделю. За это время медики вернули их физическое состояние практически в норму. Психиатр станции просил Алю разговаривать с Борисом как можно больше. Он сказал, что это поможет ему побыстрее оставить пережитое в пролом. И Аля честно исполнила свое задание. Они успели поговорить о многом. Аля поведала о своем последнем бое с хроносами и о том, как Вики, пользуясь написанной Дарком библиотекой, спасла ее от встречи с хроносом. Борис в ответ рассказал о своих попытках разобраться в исследованиях Дарка. Потом как-то незаметно Борис начал говорить о своей семье и Аля узнала, что на увлечение Дарком наукой повлиял именно Борис, а вот от того, чтобы стать квантовиком старший клон, наоборот, Дарка отговаривал. Но не отговорил и теперь винил себя в этом...

Они оба шли на поправку и время их пребывания на станции заканчивалось. Алю ждало возвращение на 28-ую базу, откуда ей уже приходили эмоциональные письма от Гали, а Борис планировал остаться на орбитальной станции пока решается вопрос присутствия человечества в этой звездной системе.

Было время сна и в их палате царили густые сумерки, когда Алю разбудил взволнованный шепот Бориса.

- Аля! Я кажется понял, что же открыл Дарк. Аля, вы спите?

- Спала. Может, отложим разговор до завтра? Я сейчас не очень хорошо соображаю после сна…

- Аля. Он понял природу хроносов. Это штурмовики!

Похоже, что препараты, которыми кормили Бориса, влияют на работу мозга не так как предусматривалось производителями. Аля подобралась – если у Бориса, что-то произошло с психикой, вдруг придется от него отбиваться?

- Звучит как бред, но дослушайте! Это не те штурмовики, в рядах которых вы служили. Хотя, как же не те – те же самые. Так. Дайте минутку. Сейчас переформулирую мысль.

Он замолчал, а Аля уже полностью проснулась и придумывала способ, как незаметно нажать кнопку вызова санитаров.

- Попробую с другой стороны. Вы ведь знаете, что есть теория о голографической вселенной? Она довольно маргинальна, и ее мало кто в научном сообществе рассматривает всерьез, но у нее есть кое-что, что поможет вам понять мою мысль. В голографической вселенной все объемные объекты получаются проецированием информации, находящейся на границе этой вселенной в ее центр. Так вот, хроносы – это в некотором роде проекция штурмовиков в определенную точку пространства. Причем как я полагаю, в одном месте могут «проецироваться» штурмовики с разных баз. Понимаете? С разных планет!

- Вы знаете, Борис, я, пожалуй, соглашусь с вами – звучит как бред!

- Подождите, я еще не закончил. Вспомните: сражения с хроносами не похожи на сражения с разумными существами. Они действуют хаотично, у них нет системы, а все почему? Потому что они«спроецированы» каждый из своего пространства-времени. И если в обычной реальности штурмовики организованы и скоординированы, то в виде проекции они как броуновские частицы – абсолютно непредсказуемы. А все потому что они проецируются с разных мест! Получается эдакая рекурсия: штурмовик сражается с хроносом, который сам является штурмовиком и считает, что он сражается с хроносом...

- Чушь! – Воскликнула Аля. – Тогда хроносы должны сражаться друг с другом тоже. Ведь для них получается все враги.

- Именно так. Надо посмотреть видеозапись хотя бы одного боя и, скорее всего, ваши слова подтвердятся. И еще подумайте, как Вики смогла отклониться от летящего на полной скорости хроноса? Я знаю над чем работал Дарк, и там точно не было ничего про расчет траекторий хроносов.

- Так как же Вики удалось отклониться?

- Вы ушли от столкновения с самими собой!

- Ну потрясающе!..

- Нет, вы дослушайте! Представьте, что вы бежите навстречу самой себе и понимаете, что столкнетесь. Вы (а в нашем случае ваш ИИ) принемаете решение отклониться, чтобы избежать столкновения, вправо. С другой стороны тоже вы и тоже уклоняетесь вправо. Только право у вас разное и вы гарантировано расходитесь! Понимаете теперь? В какую бы сторону вы не отклонились – вы уйдете от столкновения! Вас спроецировало на ту же планету и в то же место. Вероятно, вы попали в какую-то особую точку - навроде точки на оси симметрии.

- Да ерунда, все ваши домыслы! Кто же их, то есть нас проецирует в разные точки галактики? И почему так всегда получается, что хроносы попадают только на поверхность планеты, а не в глубокий космос? Или не в недра планет или звезд? И почему меня спроецировало в исходную точку?

- Все просто. Проекции фокусируют сингулярности, которые поглощают планеты. Область вокруг сингулярности – есть зона, с которой и на которую все и проецируется. Кого-то проецирует из другой системы, от другой сингулряности, а кого-то со своей. Это случайный процесс... Вспомните, ведь хроносов никогда не встречали далеко от сингулярностей. Ее появление или расширение всегда предваряется всплеском активности хроносов. Эти два события взаимосвязаны. Поэтому мы и не встречаем хроносов нигде больше. И еще – скажите, кто из людей всегда находится около сингулярности? Кто ведет там активную деятельность кроме вас, штурмовиков?

На это Але возразить было нечего. Появление хроносов действительно было главным признаком того, что сингулряность на планете активизировалась. А кроме штумовиков около сингулярностей, действительно, никто не летал - опасная зона. ИИ базы развернет любой летательный аппарат не дав приблизиться даже на километр.

- И что же происходит, если штурмовик уничтожает хроноса? Он уничтожает другого штурмовика? А хронос, который уничтожает штурмовика – это штурмовик, который думает, что уничтожает хроноса? Как-то все чересчур запутано выходит.

- А вы не думайте о хроносах, как о чужих. Нет хроносов. Есть люди, которые сражаются друг с другом… И поэтому уничтожая хроноса, штурмовик убивает другого штурмовика…

- Но откуда же тогда берутся сингулярности, которые проецируют хроносов?

- Нет хроносов, значит и нет их сингулярностей. Это все мы сами. Это ведь мы используем сингулярность для путешествия между звездными системами. А поглощение сингулярностями планет, возле которых они открыты - побочный эффект.

- Ну здесь я вам легко смогу доказать вашу ошибку. Седан, Гемза… Земля, наконец. На их поверхностях никогда не было сингулярностей хроносов, и вместе с тем, около каждой висит сингулярность для транспортировки наших кораблей. И никаких хроносов на них тоже никогда не видели…

- Хм… Действительно. – Голос Бориса звучал смущенно. Похоже, что его стройная теория развалилась.

- Знаете что? – Сказала Аля, зевнув. – Давайте спать. С утра и думается лучше.

- Да… - Рассеянно согласился Борис. – Давайте. Спокойной вам ночи, Аля…

Но судя по голосу он не собирался засыпать. Но Але было все равно. Не хочет отдыхать – его дело. Главное, вроде бы он не сошел с ума. Ну не больше чем любой из ученных, бьющийся над нерешаемой задачей…

Хотя его идеи были интересны, пусть Аля не очень-то им поверила. Ну кто, в самом деле, поверит в такое! Хроносы, которые являются проекциями штурмовиков, Сингулярности, которые являются проекциями… Или отражениями… самих себя…

На этой мысли Аля уснула.

Когда она проснулась, Бориса в отсеке не было. Он нашелся в смотровой комнате. Через нее проходила ось орбитальной станции и поэтому здесь царила невесомость, а еще здесь располагалось огромное круглое окно, из которого можно было смотреть на планету. Вокруг окна вращалось кольцо смотровой площадки, компенсирующее вращение станции – иначе уже через пару минут созерцания крутящегося сине-желтого шара, начинала болеть голова.

Борис наблюдал за статичным пейзажем за окном. Станция оборачивалась вокруг планеты за два часа. И ее орбита проходила над местом, где раньше находилась база №9.

- Вы во время. Сейчас будем над ней пролетать. – Сообщил Борис, не оборачиваясь.

Внизу появилось застывшее кольцо фронта ударной волны, а потом и само место взрыва челнока – замершая яркая вспышка. Настолько мощная, что ее даже с орбиты можно разглядеть. Как только они умудрились уцелеть, когда их зацепило? Потом рядом со вспышкой от взрыва мелькнуло серое пятнышко – купол базы. Едва Аля успела вглядеться в картину, как станция уже пронеслась дальше, и место катастрофы ушло из поля зрения. Хотя, если посудить – тут вся планета место катастрофы…

Аля протянула Борису пакет с трубочкой, в котором находилось питательное пюре.

- Держите. Ваш завтрак. Мне сказали, что вы не явились в столовую.

Он взял пакет, но не стал есть, а сказал:

- Все встает на свои места, если предположить, что штурмовики проецируются не только в пространстве, но и во времени, а сингулярности, которые поглощают планеты – это искажения времени от наших пространственных сингулярностей…

- Но вы по-прежнему ничего не сказали, почему на одних планетах сингулярности есть, а на других нет.

- У меня есть два объяснения этому. Первое, в которое я не верю, но оно все-таки возможно - это то, что причиной появления сингуряностей, поглощающих планеты, являются сами базы. Вы же знаете, что базы используют энергию выделяемую транспортными сингулярностями. Простой и дешевый способ. Генераторы энергии на базах – это просто линзы, которые фокусируют энергию, испаряемую транспортными сингулярностями. На колонизированных планетах баз нет. И источники энергии там другие. Это одно объяснение, а второе… Представьте себе, что планетарные сингулярности – это исключительно искажение времени, а не пространства. То есть планета там под нами, никуда не делась, просто время на ней теперь идет по-другому. А теперь представьте, что в будущем придумали способ убрать этот эффект, и вернуть ее в пространство-время, в котором существует привычная нам вселенная… И вот сейчас самое неожиданное: возвращая в будущем планету в нормальное пространство-время, люди вырывают ее из нашего. И на планетах в нашем времени возникают сингулярности и проецируются хроносы…

Аля быстро переварила информацию.

- А люди? Те, кто попал внутрь сингулярности? Выходит они теперь просто в будущем?

- Боюсь, что нет. Я покопался в расчетах, которые делал Дарк. Он в математике был гораздо лучше меня. Так вот, по его выводам, временной промежуток от возникновения сингулярности до ее полного расширения в нашем времени, что в будущем соответствует ее полному исчезновению, просто теряется. А на тех планетах, где сингулярность остается в зачаточном состоянии, она со временем может исчезнуть. Испариться, в прямом смысле этого слова. Дарк даже нашел способ, как ускорить испарение сингулярности.

Аля попыталась себе представить то, о чем говорил Борис. Действие в будущем, которое влияет на прошлое, проекции разных мест и времен в одну область пространства-времени. Ей на ум пришло сравнение с улиткой, которая выползая из своей спиральной раковины, на самом деле вползает в ее начало.

- Как парадоксально! Выходит, пытаясь решить проблему в будущем, мы сами создаем ее себе в настоящем?

- Человечество мастер по созданию проблем, в том числе для себя самого… Но знаете что? Мне вспомнились развалины того древнего города, который был еще до людей на вашей планете, на Максиме. Мы ведь так и не встретили в космосе ни одну инопланетную цивилизацию, только следы. А что если они тоже создавали свои транспортные сингулярности, и у них появились свои хроносы и свои планетарные сингулярности? И тогда они вступили в борьбу, активную, жестокую, принялись устранять их, нашли свой способ и… устранили, стерев себя? Нам надо быть осторожными, чтобы не повторить судьбу предшественников. Еще так много предстоит понять о вселенной!

- Вы правы, Борис. Но человечество находится в более выгодном положении. Мы теперь знаем, что причиной сингулярностей, которые поглощают наши планеты, являемся мы сами. Остается только без спешки и аккуратно размотать эту нить… Наверное, это будет нелегко, но я верю, что мы, люди, с этим справимся!