"Секира Перуна" Вылазка против черной реки

Глава 1

Потасовка в баре была в самом разгаре. Кто-то отбивался от троих, наседающих весьма «датых» мужиков, размахивающих битами и ножками от табуретов. Кто-то отправил в короткий полет бармена и вплотную занялся знакомством с содержимым полок бара. Другие с шутками и весельем ломали конечности драчуну, что схватился за нож. Кто-то с хохотом лез под стол к визжащим девчонкам.Словом, отряд отдыхал в своих лучших традициях, когда Пер почувствовал зов своего байка.

Недовольно поморщившись, он высадил раму и шагнул в окно: пробираться сквозь потасовку не было никакой охоты.

Мощные штурмовые чопперы стояли стройными рядами на парковке, оттеснив местных клубных ребят на газон. Грозные горбатые обводы тяжелой техники блестели остатками лака в заходящем, чуть греющем, осеннем солнце.

Командир вздохнул, хлебнул пивка и отправил банку в последний полет, после чего напялил шлем. В ушах тут же возник обеспокоенный голос:

-Пер! Где тебя носит?!

- Отдыхаем после задания, Кирилл Игоревич.

- У нас проблемы.

-Да, я догадался. Слушаю.

- Кампания «Черная река» накрыла очередной «выход». Мы считаем, что технологии гостей могут нести угрозу сложившемуся балансу сил, а может, и самой жизни на планете. Так что необходимо их ликвидировать.

- Хм. Ну, так пошлите войска.

-Не можем. Это территория бывшего Казахстана, ныне купленная той самой «Черной рекой». К тому же официально армия нам не подчиняется.

- Тогда жахните ракетой. Раз уж такая срочность. Скажете потом, ошиблись, мол, или террористы какие-нибудь.

-Пер! Ты с ума сошел?! Правительство потом возни не оберется с кампанией. Они это так не оставят! Пожалуй, снесут его к чертям собачьим. С них станется.

-Ну, а если мы влезем? Не снесут что ли?

-Не снесут. Официально вы никому неподконтрольны. Действуете по своей инициативе.

-Ага! И все ищейки «Черной реки» будут потом гоняться за нами по всему шарику?

- А ты что, спокойную пенсию хотел?!

- Да нет, идея мне в принципе нравится. – коротко хохотнул Пер. - Выдвигаемся как обычно, немедленно?

- Как всегда, угадал. Передаю координаты, вас ждет грузовой вертолет. Конец связи.

Пер плюхнулся в седло, одновременно посылая зов отряду, мотоцикл поднял обороты, готовясь к крутому старту. Едва заметный шелест крыльчатки турбины сменился на чуть слышное басовитое гудение. Амортизаторы подстроились под привычный вес, ожила скупая приборка.

Из окон и дверей бара полетели тела местных. Следом с шумом устремился отряд, запрыгивая на своих «коней» и наспех нахлобучивая шлемы.

Дрогнула земля, басом взывала холодная плазма в массивных двигателях, и байкеры, дымя жжеными покрышками, стрелой устремился к заброшенной военной базе, где их ждал грузовой вертолет.

Винтокрылый тяжеловес снизился и открыл аппарель. В кабину ворвался стылый ветер. В разверзнутой металлической пасти показалась земля с пожухлой травой и кустарник с успевшими пожелтеть листьями. Взвыли мощные плазменные двигатели. Турели пришли в движение, дозаряжая магазины и выставляя стволы наизготовку, и тяжелые мотоциклы, не дожидаясь окончательной посадки, точно горох, посыпались за борт.

- Все разгрузились? – поинтересовался Пер на общей частоте.

-Так точно, - как всегда мрачно с пассивной угрозой в голосе пробурчал Гот. – Без происшествий.

- Отлично. В паре километров к востоку шоссе, по которому и достигнем объекта. Едем вместе! По парам! Буян! Тебя касается!

- Да понял я! – отозвался бесшабашный голос на общей частоте. – Пер скрипнул зубами, то же самое он слышал и на прошлом задании, и на позапрошлом…

-Наша цель - небольшой городок, кампания эвакуировала всех жителей и навезла туда людей, превратив городок в смертельный лабиринт. В центре города спешно возвели укрепленный объект. Это и есть наша цель. К нему ведет всего одна дорога, весьма извилистая и густо напичканная блокпостами.

-Но мы сделаем свою! – Буян задорно хохотнул, оглаживая древко секиры.

- Отставить развлечения! – отмахнулся Пер. - План простой: по дороге делаем коридор, у объекта обрабатываем окрестный квартал. Затем я, Гот, Кабан заходим внутрь. Всех, кто встанет на пути, убираем, закладываем взрывчатку и сваливаем в закат. Бабах и титры! Все ясно?

- Эй! А я?! – взбеленился Буян.

- Ты патрулируешь квартал со всеми. А то лови тебя потом по всему комплексу.

- Опять все веселье обломал,– буркнул расстроенный боец.

- Погнали! – гаркнул Пер. И небо ответило ему далеким громом, заставив вильнуть в сторону улетающий вертолет.

Вновь низко взвыла холодная плазма, приводя в бешеный хоровод сверхпрочную крыльчатку турбины. Дерн и черная земля рванули в небо из- под широких колес штурмовых мотоциклов - отряд стрелой вонзился в сумрак перелеска.

Мимо Пера со свистом пронесся легкий байк. Стволы беспокойно водили из стороны в сторону, гранатомет, как живой, щелкал барабаном, подбирая разнообразные снаряды для предстоящей миссии.

- Буян, место! – в голосе капитана лязгнула легированная сталь, а в глазах заплясали отблески молний. Легкий байк мгновенно дал по тормозам, занимая свое место.

- Что, отхватил! – злобно хохотнул мрачный Гот.

-Пшел ты! – отбрехнулся бесшабашный Буян.

Вскоре отряд выскочил на старую дорогу, растрескавшийся серый асфальт приятно зашелестел под колесами. Мотоциклисты открутили ручки, и колонна резко ускорилась. Буйный ветер тысячью кулаков упруго забарабанил по бронированным костюмам, откидывая голову на подголовник, упрямо давя на грудь и норовя оторвать руки руля.

Пер выхватил притороченный к седлу небольшой топор на длинной ручке. Влажно блеснуло полированное золото. Проведя лезвием по услужливо стелющемуся под колеса серому асфальту, он высек сноп белесых жирных искр. Капитан воздел высоко над головой древнее оружие, вдоль лезвия змеился и никак не мог сорваться небольшой электрический разряд.

Остальные бойцы последовали его примеру, обнажив оружие, и отставили его в сторону, точно готовясь к удару.

Далеко впереди небо стремительно начало темнеть. Чернильные тучи грозно собирались в низкие тяжелые клубы, сталкивались,завихрялись. Где- то глубоко в их недрах ворочались бледные молнии, сердито шевелясь в неудобном ложе и угрожающе погромыхивая. С каждой минутой электрические разряды наливались силой и ледяной яростью.

Пер снял шлемофон, отключившись от мотоцикла. Отныне он должен был сам управлять движением, выбирать цели и средства поражения, а так же в меру своего скудного разумения заботиться о своем пилоте.

Тугой ветер ударил в лицо, яростно вырывая черные, тронутые сединой, точно сполохами молний, волосы, путаясь в жесткой огненно-рыжей бороде и стараясь содрать кожу с лица. Пер отпустил руль, выбрался на бак, воздел секиру еще выше и безумно заорал; десятки голосов, приглушенных шлемами, подхватили этот яростный первобытный крик стихии. По лезвиям зазмеились разряды, перескакивая от одного бойца к другому.

Дикий нечеловеческий хохот расколол стылый воздух, казалось, сам ветер отступил от обезумевшего капитана, летящего на свидание с ослепляющей яростной смертью.

Пер видел сквозь мутную завесу облаков затихший город с высоты птичьего полета. Слышал десятки голосов и испуганные крики животных, забившихся глубоко в подвалы и норы. Он слышал, как в его рыхлом теле тонут передачи жалких людишек. Он смутно понимал, о чем говорят все эти люди. Но вдаваться в их хилые голоса не было ни желания, ни смысла. И сейчас вся эта крысиная возня внизу его страшно злила. Сам факт того, что наглые жалкие, слабые и глупые создания осмелились бросить вызов ЕГО могуществу, возвели какие-то убогие постройки, посмели скучковаться, просто выводил его из себя. Доводил до исступления! Он был в неописуемой ярости от того, что они еще дышат, и двигаются, и даже не подозревают о том, что ОН уже здесь. Но одновременно с этим он испытывал такое неземное наслаждение от своей МОЩИ, такое упоение от того, что он сейчас обрушит ее ВСЮ на головы этих глупых несчастных тварей, не оставив от них ни мокрого места, ни даже памяти!

Вновь расколов небо хриплым криком, переборов тугой и яростный ветер, Пер взмахнул секирой, точно сокрушая врага, стоящего рядом с его мчащимся байком. Одновременно толстая ослепительная молния где-то там, вдали, сорвалась вниз, разметывая преградивший улицу блок пост, выжигая бойцов, раскидывая бетонные блоки, разрывая на куски, точно надоевшие игрушки, тяжелые грузовики.

Команда Пера отозвалась каким-то заунывным и невнятным ритмом, высоко вздернув сверкающие разрядами секиры, а Пер все бил и бил, разя секирой направо и налево, превращая сам воздух в городе в густой суп из горячей плазмы, осколков бетона и остро пахнущего озона.

В это время перепуганные люди спешили укрыться под бетонными перекрытиями зданий, бегом покидали оборудованные гнезда на верхних этажах. Радисты срывали глотки, крича в свои передатчики: «Сос! Сос! У нас тут небывалая гроза! Молнии повсюду! Они рушат наши позиции! Срочно нужна эвакуация! Пришлите БТРы или танки!» Но суровое черное небо поглощало все без остатка. Вот жирная белесая молния ударила по бронемашине, начисто снеся выступающий люк и оплавив пару бронепластин. Из машины посыпались контуженные оглушительным раскатом обожженные наемники и тут же скорчились на земле, обжигая легкие острым озоном. Черное клубящееся небо мрачно давило сверху, безразлично наблюдая, как все живое стонет и гибнет под его неровным и тяжелым брюхом. Вот чудом спасшийся из полыхающего дома боец спешит к спасительному остову могучей советской постройки, виляя отчаянным зигзагом. Одна молния опаляет его и отбрасывает в сторону, но он находит в себе силы, контуженный и обожжённый, подняться и снова двинуться к заветной цели. Грозное небо недобро хмурится, еще один разряд бьет в стену такого близкого убежища, и острые осколки, разогнанные до огромных скоростей, скашивают бойца, точно спелый сноп. Красную кровь тут же припорашивает серая бетонная крошка.

Спустя минут сорок на горизонте показался городок. Полыхающие частные домики, перепаханная взрывами дорога, изуродованные разрядами молний остовы пятиэтажек. Внезапный ливень электрических разрядов проделал довольно широкую просеку прямиком к объекту, разметав блокпосты и буквально сровняв с землей некоторые строения.

«Торный путь» был густо усеян обломками и остекленевшими воронками. Отряду пришлось существенно снизить скорость. Едва справа и слева замелькали уцелевшие строения, как по темным провалам окон заработали автоматические турели мотоциклов, пресекая даже мысль об ответном огне. Скорость и напор делали свое дело. И отряд споро продвигался вглубь вражеской территории. Особо подозрительные объекты Буян и еще несколько задир на легких байках обрабатывали с автоматических гранатометов. Приглушенные взрывы отдавали басами среди частой дроби пулеметов. Хмурое клокочущее небо придвинулось поближе, чтоб послушать ответную мелодию войны в исполнении небольшого отряда.

Но чем дальше продвигалась «Секира Перуна», тем чаще встречались выжившие и на удивление быстро организовавшиеся бойцы. И вот уже на первый план вышел мрачный и сосредоточенный Гот с его крупнокалиберной «снайперкой». Он с ходу подмечал малейшие признаки жизни и с удивительной скоростью и точностью отрабатывал их автоматическим орудием. Изредка позиции врагов огрызались короткими очередями, в основном вдогонку, но, по счастью, никого не зацепило.

Сокрушительный свинцовый дождь накрывал дома, мелькавшие справа и слева от колонны. Мотоциклы прыгали по массивным обломкам, как кузнечики, и визжа тормозами обруливали коптящие остовы техники. Пер успел вновь усесться в седло и помогал своим двум автоматическим турелям, обстреливая темнеющие провалы окон скупыми очередями из автомата.

Колонна была всего в каком-то квартале от цели, когда дорогу им преградили 2 военно-транспортных грузовика. Из тентованных кузовов посыпалась пехота в защитных костюмах.

- Кабан! – рявкнул свозь ветер и шум боя Пер. Но в этом не было необходимости.

Огромный мотоцикл с форсированным двигателем рванул вперед. В задней его части открылись бронепластины, обнажая ряд боеголовок. Две миниатюрные ракеты устремились вперед, оставляя белый след. Мощные взрывы откинули многотонные машины в стороны, и колонна устремилась прямо в бушующее пламя, по пути скашивая не успевших укрыться бойцов скупыми очередями.

- БА-БААХ!- в каком-то детском упоении заорал детина на тяжелом мотоцикле.

Уцелевшие люди успели наспех попрятаться за немногочисленные укрытия, пытаясь преградить путь отряду. Но командир выхватил притороченную секиру, размахнулся: – Отведай! - с золотого лезвия сорвалась ослепительная молния, ударила в грудь противника, с него перекинулась на следующего, еще и еще, в мгновение ока поражая врагов одного за другим.

Последние двести метров отряд преодолел с трудом, не жалея снарядов, подавляя ожесточенное сопротивление врага. Видимо, подавить радиосвязь полностью не удалось, и стационарные посты, упрятанные вглубь зданий, успели подготовиться

Резко затормозив у приземистого бетонного здания с узкими бойницами окон и тяжелыми стальными дверьми, отряд распределился полукругом.

- Пока они перегруппировываются, ударим вместе! – Пер обвел своих бойцов секирой, со злобно прыгающим разрядом на лезвии.

Мотоциклисты спешились и выстроились полукругом за своим лидером, держа на изготовку топоры. Они затянули какой-то рваный волнообразный ритм. Притихший, было, ветер поднялся вновь, громыхая черепицей, он принес острые запахи озона и пороха. Холодное влажное дыхание небес опаляло одинокие фигуры на развороченной и заваленной серым бетоном площади.

Бас мотоциклетных двигателей можно было ощутить всем телом. Горячие стволы парили. Нервно щелкали барабаны автоматического оружия, пополняя боекомплект.

Пер вздымал сосредоточенно свою секиру, точно она вдруг стала неподъемной. По пунцовому лицу его ручьями лил пот, вена на лбу вспухла и пульсировала, с трудом прокачивая кровь. В воздухе замерцали белесые сполохи. Взлохмаченные черные пряди Пера поднялись дыбом. Зайчики статического электричества плясали уже просто повсюду, задорно щелкая голубыми вспышками.

-БАЦ! - за мгновение до того, как Пер с шумом опустил свою секиру, шепотом выдохнул Кабан. И десятки молний, ослепляя и оглушая все вокруг, принялись утюжить район, плавя асфальт, разметывая в крошку прочный бетон, сжигая все заживо.

-Эй, Бода! – рявкнул вечно смурной Гот, с трудом перекрывая оглушающий грохот небесной артиллерии. – Тут дверца, подсоби!

Бородатый и кряжистый Бода протиснулся среди застывших мотоциклов, нервно водивших горячими стволами по сторонам. Бегло окинул взглядом бронедверь: « Черный родник. Эти умеют делать вещи. Придется повозиться!» Крепыш почесал бритый затылок. Затем залез под распухшую от всяческих припасов разгрузку и, покряхтывая, отцепил небольшой контейнер.

Аккуратно, высыпав из него на загрубевшую ладонь какой-то черный порошок, Бода щелчком захлопнул контейнер и отправил его в объемистый карман на бедре.

- Ну-ка просыпайтесь, – шепнул он, согревая теплым дыханием, крохотные гранулы. «Песок» пришел в едва заметное движение. Боец аккуратно поднес руку с порошком к небольшому пульту, открывающему дверь, и грязно- серая масса неспешно стала втягиваться внутрь механизма сквозь малейшие щели. Бода быстро нацепил небольшой сенсорный обод на виски, глаза его тут же затуманились, точно он был далеко. Лицо приобрело напряженное выражение, как будто он решал сложнейшую задачу, пытаясь успеть в срок.

Спустя минуту дверь тихонько щелкнула, и услужливый доводчик распахнул толстую створку, приглашая в теплое и надежное убежище.

Первым в проем решительно рванул массивный Кабан, точно слетевший с рельсов паровоз. За ним тенью скользнул мрачный Гот. Последним переступил порог Пер, точно живой отзвук грозового неба, черная шевелюра всклокочена и наэлектризована. Глаза мечут испепеляющие молнии, а в руках секира, лезвие которой сосредоточенно облизывает ломаный язык тлеющего разряда.

Первым зазвучала снайперская винтовка Гота, отправив на тот свет парочку слишком ретивых бойцов.

Кабан, точно камень, брошенный катапультой, устремился вперед, щедро расшвыривая гранаты и поливая все свинцом сквозь огненный шторм.

Следом, не отставая, двигался Пер. Волосы всклокочены, в глазах боевое безумие и отблески грозы. В руках золотая секира, налитая электрической мощью, рассеивала голубоватые ветвистые разряды. Перекрывая очереди и взрывы, он то и дело рявкал: «Налево! Направо! Впереди шестеро! Ломай стену!» Ведомый им Кабан с упоением исполнял лаконичные приказы.

Замыкал шествие Гот, с нечеловеческой быстротой пресекая попытки выживших к сопротивлению.

Наконец троица достигла бронированной двери. Гот заложил массивную шашку пластида. Едва отряд скрылся за поворотом, снайпер активировал заряд. Здание тряхнуло, свет мигнул, посыпалась цементная пыль. Кабан удовлетворенно хмыкнул: «Бабахнуло что надо!»

Первым в проем устремился Пер. За сорванной с петель дверью корчились несколько контуженных охранников. Оружие валялось подле. Пер без колебаний отправил их на тот свет короткими взмахами своего топора. Оборудование почти не пострадало, но кавардак в лаборатории царил знатный.

Посреди просторного зала в окружении подмигивающих приборов висел столб света, из его основания вытекала бурая слизь. Она ветвилась, обволакивала провода, взбиралась по отвесным стенам приборов, точно уродливые старческие вены.

- Этого они боятся? - мрачно бросил Гот, поводя стволом в сторону слизи.

-Надо торопиться. Скоро тут будет жарко!

-Ты даже не представляешь насколько, – ухмыльнулся Кабан, скидывая рюкзак с взрывчаткой. – Я установлю таймер, чтоб не смогли заглушить сигнал активатора. Заряд мощный, так что придется поторопиться. Все! Ходу! У нас пять минут!

Троица пулей устремилась к выходу. Натиск был столь стремительным, что оставшаяся охрана еще не успела подоспеть. К тому же Кабан проделал пару новых дыр в стенах, сделав путь отхода более непредсказуемым.

К моменту, когда Пер, Гот и Кабан выбрались наружу, центральный квартал города, где располагалось строение, был больше похож на лунную поверхность. Воронки и рытвины, бетонные плиты, превращенные в кучи щебня, оплавленные арматурные остовы и острый запах озона.

- Валим! – рявкнул Пер, вскакивая в седло. Взвыли могучие атомные двигателя и, дымя резиной, отряд рванул вперед.

Лидер «Секиры» вновь выбрался на бензобак, чудом балансируя на скорости. Буйный ветер рвал рубашку на груди. Тяжело дыша, воин воздел сверкающий топор. «Дождь!» - крикнул он низко нависшим косматым тучам.

Не успел отряд покинуть полыхающие окраины города, как с небес сплошной стеной хлынул ливень. Дождь был такой плотный, что трудно было разглядеть собственные пальцы на вытянутой руке. Непрерывно рокотал гром, давили низкие черные тучи. По улицам устремились бурные ручьи, еще чуть-чуть, и они начнут двигать легковушки, а следом и тяжелые армейские грузовики. Безжалостные хляби утопят всех, кто не успеет забраться повыше.

-Ну, вот и контрастный душ,– проворчал на общей частоте Буян. – Вечно ты, Пер, никак время не можешь рассчитать.

- Мог бы оставить тебя прикрывать отход, у них тут целая армия!

- А когда это я бежал от заварушки?! – расхохотался Буян.

- Ладно, охолонись. Через километр фронт кончится.

И действительно, совсем скоро мокрый до нитки отряд вырвался на сухой асфальт. Воины открутили ручки своих стальных монстров и устремились к эвакуационной площадке.

Кирилл Игоревич поморщился, глядя, как Пер лихо опрокидывает пылающий шот из братской стопки. – Помянем мертвых ворогов!

- Ты уверен, что ничего не осталось?

- Разметало целый квартал, – удовлетворенно рыкнул Кабан.

- Что это за дрянь такая, ради которой нас нужно было посылать прямиком в зубы «Черной реке»? На вид просто, как куча дерьма!

- Ты даже не представляешь, что это, Пер!- резко очерченные брови куратора столкнулись, обозначив резкие складки. – Это разумное микросообщество.

- Так мы что, бацилл давили?! – шот Буяна лихо стукнул о видавшие виды столешницу. – Могли бы к сестрам Мораны обратиться.

- Ни в коем случае! - Кирилл Игоревич встал, нависнув над столом, в его холодном взгляде заиграли отблески опасного огня. – Сестры умны, но они не представляют, с чем люди столкнулись! А этот пришелец – слишком большой соблазн. Сколько весит мозг взрослого человека? – Внезапно перевел тему Кирилл Игоревич.

- Ну, килограмма полтора, - пожал плечами Гот, меланхолично добавляя сырой желток в свой коктейль.

- А теперь представь мощь мозга в несколько тонн! Притом, что для общения наш мозг использует электрические импульсы, а у этого мозга с полдесятка разных способов для передачи сигналов!

- Что-то не очень эта дрянь на мозги походила! – хмыкнул Пер и впился в сочный полусырой стейк зубами.

- В том то и дело, Пер! Это микросообщество! Чем его больше, тем оно разумнее! Набери его с пробирку, и оно идеально устроится в любой среде! Хоть в организме, хоть в жерле вулкана! Набери горсть, и оно уже учит наших профессоров высшей математике! И эта дрянь перла и перла из портала день и ночь! Страшно представить, на что способна эта дрянь, когда она достигнет критической массы! Но и этого мало, это ж микробы, они размножаются. Так что, если вы плохо сделали свое дело, то мы все, все люди, вся земля, в потенциальной опасности. Да, новые порции пришельцев не придут, но выжившие рано или поздно размножатся и достигнут критической массы!– пылающий взор уперся в лидера «секиры»

Пер невозмутимо отодвинул пустой стакан:

– Не думаю, что там что-то могло выжить. Молнии, острый озон, мощный взрыв… К тому же большие мозги не всегда значат большой ум. Киты же нас, например, до сих пор не поработили. – Буян, было, заржал, но словив суровый взгляд, тут же осекся. – К тому же мы всегда имеем ультимативный ответ – ядерное оружие. Сколь бы сильны ни были пришельцы, распавшись на атомы, они вряд ли смогут что-то предпринять. Выпейте братину, Кирилл Игоревич! Помяните мертвых, пусть они и враги, а все же люди, отпразднуйте победу. Сегодня мы живы и победили. Кто знает, как сложится завтра?!

-Пейте за Братство! – хлопнул огромной ладонью Кабан, поджигая шот.

-Пейте за Наше Дело! – торжественно уронил Гот и встал, протягивая пылающую стопку.

Весь отряд поднялся на ноги, взгляды устремились на куратора. Кирилл Игоревич молча принял шот, обвел ей всех членов отряда, как бы чокаясь со всеми, и опрокинул в себя пылающий алкоголь.