Самый большой волк

Глава 1

Я - Красная шапочка и я охочусь на волков. Нет, не на тех милых серых зверушек, что живут в лесах и воют на луну, а на гораздо более опасных хищников, что ходят на двух ногах и любят дорогие костюмы.

Волки любят две вещи - неограниченную власть и массовое убийство других людей. Нам не интересны маньяки или серийные убийцы, поскольку люди, с которыми мы боремся, готовы к убийству не единиц, а десятков и сотен тысяч других людей. Если же у них получается, то они не против уничтожить ещё больше. Не знаю кто и когда создал нашу организацию, но я точно знаю, что благодаря ей, сохранена жизнь миллионов людей. А жизнь сотен волков была внезапно прекращена.

Наша организация не имеет названия и состоит из отдельных семей. В каждой семье есть Красная шапочка, это я, отвечаю за работу в поле, матушка - отвечает за планирование и материальное обеспечение операций, а бабушка - за аналитику и выявление волков. Вот такими тройками мы и работаем. При этом никто не знает сколько других троек, кто и где они. В целях безопасности организации все подобные контакты запрещены. Только координационный центр имеет информацию обо всех семьях, сам при этом находясь в глубокой конспирации.

Единственное, что мы получаем из центра - досье на новых волков. Центр тратит много ресурсов на их выявление - анализ доходов, мониторинг всех потенциально опасных людей, мониторинг соцсетей, большие данные, машинное обучение, и прочие достижения современного анализа информации. Не брезгует центр и незаконным доступом в государственные системы и использованием в тёмную платных агентов-информаторов. Как только кто-то начинает свое движение к власти, тот сразу попадает в мониторинг систем центра.

К сожалению, не всегда центр работает оперативно, иногда его предупреждения запаздывают, что собственно и произошло в этот раз. Но это скорее не вина центра, а то что некоторые процессы происходят подспудно, скрытно от всех взоров и некоторые люди слишком быстро получают большую власть, больше чем способны переварить. Но проблема не в объеме власти, а в другой незримой вещи, которая характерна только для волков - тяге к уничтожению других людей. Это трудно выявить, как нам рассказывали на лекциях по психологии наших противников, но ещё труднее бывает подобраться к найденному волку и в этом мне помогут другие лекции и занятия - стрелковая подготовка, тактика, минно-взрывное дело, применение ядов и отравляющих веществ. Меня даже учили танцам и современному искусству, видимо на случай, если придется ликвидировать волка на светском рауте. Однако в этот раз никакие светские рауты мне не светили.

Кровь стекала сквозь пальцы из пробитого предплечья и капала на пыльный бетонный пол. У меня было секунд 30, чтобы наложить жгут и подумать как я в этом всем оказалась, прежде чем они снова пойдут в атаку.

Старая империя стремительно летела к концу. Престарелый диктатор умер и его соратники и все кто набрал силу под его дряхлеющей властью теперь рвали страну на куски. Само собой, что в этой мутной водице стали проявляться и наши серые братья. До этого они могли сидеть где-нибудь на заштатной должности и не имея достаточно власти, только копить злобу и амбиции, не в силах их реализовать. Однако с развалом прежних сдержек, у таких как они возник шанс, реализовать свои черные мечты.

У наших компьютеров сразу прибавилось работы, количество отслеживаемых целей разом скакнуло на пару порядков - демагоги, националисты, глобалисты и прочие, которые могут повести за собой массы на убой. Но они были не столь опасны, как те кто по привычке оставался в тени и кто имел реальные возможности уничтожить миллионы.

Моя цель выплыла из небытия внезапно. Обычно у нас было время подготовиться, провернуть операцию незаметно под видом болезни или несчастного случая. В этот раз у меня было буквально 3 часа форы и кроме силового решения ничего не оставалось. Статус цели из безобидного розового в один миг стал бордовым - высшей степенью опасности.

Мой фрахтовый самолёт приземлился в Кольцово за три часа до цели, что позволило мне пораскидать по полю несколько дронов для контроля пока я буду обустраивать место засады, дальше по трассе. Перегрузив, ящики с оружием из самолета, в арендованный внедорожник, я выехала в сторону Нижнего Тагила, чтобы занять наиболее возможный путь движения цели. Нам была известна финальная точка назначения и некоторые допущения давали надежду, что цель поедет именно этой дорогой.

Когда я выезжала с территории аэродрома навстречу мне проскочили 4 бронемашины, пара из которых с новыми тяжёлыми модулями с автоматическими пушками. Притормозив, я проследила, что они завернули к армейским ангарам на краю взлетного поля, очевидно это встречающие генерала подготовили ему достойный эскорт.

Моей целью в этот раз оказался довольно молодой ещё генерал РВСН, прошлые поступки которого вроде никак не выдавали в нем волчьих повадок. Однако наши компьютеры редко ошибаются и выдали неумолимый расчет ожидаемых потерь - 10-50 млн. жизней. Такое сразу же привлекает внимание и требует немедленной реакции. Тем более, что генерал уже начал свой маршрут из Москвы с финальной точкой на базе РВСН под Нижним Тагилом, одним из командных узлов, так называемой системы "Мертвая рука". Все усложнялось тем, что по информации агента, генерал летел из Москвы не с пустыми руками, а с прихваченным тактическим зарядом-рюкзаком на 10 килотонн.

Место засады было идеально. Трасса делала лёгкий поворот вокруг заброшенной рембазы строительной техники - пара двухэтажных домиков с мастерскими, большой бетонный ангар для техники и пятиметровый круглый бак для топлива. С другой стороны дороги было небольшое поле с небольшими рощами на нем. Именно там я и разместила основной свой арсенал - три ракетных установки с самонаведением. В базе образов целей как раз были те самые бронемашины, которые я встретила на выезде с аэродрома.

Я затянула покрепче перевязку и в самое время. Пули снова зацокали на головой, впиваясь в противоположную стену. Судя по выстрелам, стрелков оставалось трое и один все чаще промахивался. Я отползла вглубь комнаты, чтобы скрыть силуэт и привстала на колено. Колонна продолжала гореть, три машины были подбиты прямыми попаданиями, как только появились в поле поражения ракет, а четвертая развитая была зажата между ними. В какой машине был генерал было пока ещё непонятно. Когда ракеты попали и конвой встал, я успела срезать очередью двоих, выскочивших из средней машины, но трое из других машин смогли на время подавить мою атаку. К счастью, тяжёлые бронемашины были разбиты и получить разрывной 57-мм снаряд мне уже не грозило.

Однако счёт был все ещё трое, может четверо против однойи стоило постараться сократить разрыв. Приподнявшись в глубине комнаты, я сквозь разбитое окно увидела две головы, поводившие дулами автоматов из-за разбитых машин. Коллиматор четко подсветил цели и две коротких очереди откликнулись краткими криками боли. В ответ на мои выстрелы из конца колонны раздалась длинная очередь и характерный хлопок подствольного гранатомёта. Рывок из комнаты, и я распласталась в коридоре, как раз вовремя чтобы не быть посеченной осколками влетевшей в окно гранаты, ударившейся в низкий потолок. В этом здании мне больше делать было нечего, надо было менять позицию, пока стрелок ещё не сообразил где я.

Вторую позицию я успела оборудовать на верхушке большого бака, который когда то хранил то ли мазут, то ли дизельное топливо для техники. К счастью, лестница наверх была скрыта от дороги и поэтому я успела до засады сделать небольшой бруствер из всякого хлама - кирпичей, досок и старых оконных рам. Взобравшись наверх, не смотря на боль в простреленной руке, я проползла к брустверу и осмотрела поле боя сквозь подготовленную щель.

В задней двери единственного целого бронеавтомобиля дергались ноги в брюках с лампасами, как будто человек пытался или забраться внутрь или наоборот, что-то вытащить. Судя по всему, это была моя цель, но пока она в меня не стреляла, она меня не интересовала, да и положение не позволяло произвести гарантированный выстрел на поражение. Я ещё не знала насколько мне придется потом пожалеть, что я не попробовала воспользоваться этим шансом.

Осматривая машины в двукратный прицел, я наконец увидела, что последний солдат прячется за капотом этой же машины. Генерал что-то крикнул ему и он на мгновение приподнялся над капотом. Похоже это был личный телохранитель генерала, судя по нестандартной форме и разгрузке. Мне оказалось достаточно этого мгновения, чтобы дать короткую очередь по его торчавшей голове. Очередь не откинула его, он просто упал на капот и затих. Я секунд пять смотрела на него, а потом ещё раз обвела взглядом разбитые машины и зоны, куда могли отползти их экипажи. Нигде не было движения, только брюки с лампасами теперь сидели на земле у машины, но по прежнему были закрыты от меня дверцей машины и каким-то контейнером.

У меня заняло не более двух минут, чтобы осторожно спуститься и через дыру в заборе рвануть к первому взорванному автомобилю. Ударившись плечом о бампер, я кинулась на землю, готовая стрелять на любое движение, но все было тихо. Переведя дух, я медленно выглянула из-за капота и начала медленно двигаться в сторону лампас, стараясь не высовываться при этом из-за машин.

Надо было поторопиться, ведь хоть с начала боя прошло не более пятнадцати минут, я не знала успел ли генерал вызвать подмогу с базы. По широкой дуге обойдя раскрытую дверь генеральского бронеавтомобиля, я наконец увидела его целиком. Генерал сидел на земле, вытянув ноги и опираясь спиной на заднее колесо. Он выглядел точь-в-точь как на фотографии в досье, если не считать кровоточащей ссадины на лбу и неестественно выгнутой руки, в том месте где никакого сустава у человека нет. Видимо, открытый перелом, потому что кровь текла по кисти из рукава кителя. Он был ещё не стар, хоть уже и весь седой. Другую руку он держал внутри цилиндрического контейнера с откинутой крышкой, который стоял около раскрытой двери машины.

Медленно подняв на меня взгляд, он спросил: "За что?" Вряд ли я могла позволить себе долгие разговоры с ним с рассказами о Красных шапках и волках, поэтому моим ответом была автоматная очередь ему в грудь. Хоть у нас и была ритуальная фраза про ненаказанное зло, разрастающееся как снежный ком, вряд ли в этой ситуации она была уместна.

Я быстро подошла к генералу и заглянула в открытый контейнер. Рука его выпала и моему взгляду открылся механизм с ключом запуска, несколькими тумблерами и электронным таймером рядом с ними. Таймер уже вел отсчёт и показывал 03:45. Три минуты и сорок пять секунд. Нет, уже сорок четыре.

И тут в моей голове все сошлось, я поняла зачем сюда приехал генерал, что тикает в контейнере и что задумал генерал.

В следующую секунду я уже бежала, с места взяв спринтерский темп. В контейнере было ядерное устройство и мое выживание сейчас зависело только от его мощности и смогу ли я найти укрытие на достаточном удалении от него. Быстро обогнув двухэтажный домик, где у меня была первая позиция, я стремглав побежала к бетонному ангару автомастерских. От ядерной бомбы до ангара по прямой было метров 200, плюс он был прикрыт административным зданием, которое я уже миновала. Это позволяло надеяться на то что первое здание примет на себя основной удар и немного ослабит воздействие взрыва.

Добежав до ангара, я не побежала до торца где были ворота, а сразу же полезла в разбитое окно. Внутри ангара царило запустение и валялись обломки разных механизмов. Но меня интересовало только одно - узкая траншея в полу ангара. Смотровая яма для осмотра и ремонта автомобилей. Не раздумывая, я спрыгнула в нее и о, чудо - внутри траншеи были довольно большие ниши в стенах, видимо для какого-то оборудования или инструментов. Как раз, чтобы я могла в одной из них разместиться. Сорвав со спины рюкзак, я быстро вытянула из медотсека фольгированное одеяло, пусть слабая, но надежда на защиту от ионизирующего излучения и жара при взрыве. Закутавшись в одеяло, я забралась в нишу, которая была со стороны взрыва. Теперь не оставалось ничего, кроме как ждать и молиться чтобы заряд оказался малой мощности. Полкилотонны, ну край килотонна и я бы вышла из этой схватки победительницей, но если мощность была больше, то этот раунд лично для меня оказался бы за мертвым генералом.

У меня была где-то минута и я ещё раз провернула в голове то, что сообразила в тот момент, когда увидела контейнер и его содержимое. Очевидно, что генерал вез ранцевую бомбу на базу, контролирующую систему "Мертвая рука". Именно она была в прогнозном маршруте. Ядерный взрыв зарегистрированный возле нее, автоматически запустил бы систему тотального ответного удара. На самой базе ядерного оружия не было, но на расстоянии десятка километров был стартовый полигон ракет на колёсном ходу - главная цель при возможном ударе. Генерал похоже собирался подорвать заряд в окрестностях базы и наверняка попробовал бы ещё отрубить связь с базой, чтобы не дать возможность остановить запуск системы. Скорей всего персонал базы подлежал перед этим ликвидации, а может они были такие же фанатики как и генерал. Если бы план "волка" сработал бы, то это был бы самый кровавый "волк" за всю историю. Автоматика базы отдала бы сигнал на старт всем ракетам шахтного базирования. Более 700 боеголовок. Счёт убитым шел бы не на миллионы, а на миллиарды. Генерал хотел сделать реальностью слова своего почитаемого диктатора про рай и мучеников, желая просто сдохнуть всему остальному человечеству.

К счастью, я выбрала место засады на достаточном расстоянии от базы, так что там зарегистрируют только остаточное излучение, а этого явно недостаточно для того чтобы вывести "Мертвую руку" в боевой режим. В эту секунду меня ослепил яркий свет, как будто земля стала прозрачной и я увидела вспышку взрыва даже из под земли. В следующий миг за вспышкой последовали жар и ударная волна. Огненный смерч пронесся у меня над головой, снося здание ангара, пока я задыхаясь от жары вдавливала себя в угол ниши, где пряталась. Здание над моей головой затрещав, рухнуло, прикрыв мое импровизированное убежище обломками крыши и бетонных стропил. Что происходило дальше я уже не помнила, потому что что-то тяжёлое ударило меня по голове и окунуло в благословенную тьму беспамятства.

ДОКЛАД СПАСАТЕЛЬНОГО ОТРЯДА ЦЕНТРУ

Отряд прибыл на место спустя 5 часов после взрыва. Осмотр места взрыва показал, что было взорвано ядерное устройство мощностью около 0,5 килотонны. Радиус гарантированного поражения составил около 200 м. Судя по найденным элементам экипировки агент КШ-23 спрятался в отдельно стоящем ангаре в нише смотровой ямы на расстоянии 250 м от эпицентра. Вероятность выживания агента 70% с повышением до 90% при условии своевременного принятия антирадиационных препаратов и отсутствии серьёзных физических повреждений. Однако агент на месте взрыва не обнаружен. Аварийный маяк агента был сорван и уничтожен выстрелом. На месте взрыва найдены следы посадки вертолета, чья принадлежность сейчас устанавливается. Производится анализ радиолокационных и спутниковых данных для установления маршрута полета вертолета. После проработки версий поиски агента будут продолжены.

Конец доклада.