Повторно связывающий | ReLinked

Глава 1. Сибирь - Дальний Восток

Пора отправляться.

На столе стояла чашка недопитого кофе, а на стене висел портрет Владимира Ильича Ленина. В честь него меня и назвали мои родители. Нет, меня зовут не Владимир. Моё имя — Владлен. Его относят к так называемым именам советского происхождения. Некоторые из них особенно были потешными.

Даздраперма — Да здравствует Первое мая.

Рэмбо — от сокращения «Революция, электрификация, мировой большевизм, красный Октябрь».

Севморпутина — от сокращения понятия «Северный морской путь».

Прошу меня простить за столь странное начало моего рассказа, но мне хочется немного разрядить обстановку. Я взглянул на календарь. Да, уже апрель 1975 года, какое совпадение, ведь день рождения Ильича был всего неделю назад.

Перед отправкой я заглянул в почтовый ящик и обнаружил в нем письмо от старого друга, коих у меня почти не было. Если быть точнее, отправителем числился мой профессор из Дальневосточного Университета. Оно пролежало несколько дней перед тем как я его заметил. Обычно мы не пользуемся письмами. Благодаря современным технологиям люди способны отправлять информацию в мгновение ока в любую часть страны.

Пора отправляться.

Я возвращался из командировки. Моё отделение участвовало в учениях в горах Сибири. В целом ничего необычного, кроме одного. Мы испытывали новую, как было принято называть на западе штурмовую винтовку, или по нашему автомат. Дизайн у нее был по настоящему футуристичный, пусть и образец который нам выдавали был сделан четыре года назад. Наверное, неправильно говорить, что мы её испытывали, это громко сказано. Скорее просто дали побаловаться экспериментальным оружием, усиленным обогащенными энергией минералами.

Часто меня посещали мысли, что я мог добиться большего, чем быть просто сержантом или продолжить обучение в университете и заняться наукой. У меня была больше чем предрасположенность к изучению псионики, но не было главного — желания. В целом, и в армию я не стремился, да и выбора у меня не было. Отслужив срочную службу, я в армии остался. Кто-то посчитает меня аморфной личностью, возможно, но разве это так плохо?

Пора отправляться.

Эта мысль крутилась у меня в голове уже несколько минут. Только сейчас я понял почему. Черт, поезд! В спешке я схватил портфель с документами и помчался на вокзал. Фух. Еле успел на посадку, надо же было так замешкаться. Да, я настолько часто утопаю в своих мыслях и забываюсь в них, что реальность отходит на второй план. Вспоминая о недопитом кофе, я достал письмо и принялся читать:

Здравствуй, дорогой Владлен Александрович! Пишу тебе из славного города Владивостока. Я наконец-то нашел применение той формуле, о которой ты писал мне несколько месяцев назад. Твои догадки оказались верны, псионическая энергия под воздействием того сплава меняет свое поведение при заданных тобой пропорциях.

Это было элементарно.

Зря ты не остался учиться дальше. Зря... Ты всегда говоришь, что просто предчувствуешь поведений псионической энергии. Словно Паункаре с его теоремой, которую он не смог доказать при своей жизни, но знал что она верна. Когда ты вернешься, я попрошу тебя уточнить некоторые подробности. У меня как говорится не сходится дебет с кредитом в одном моменте.

Вы даже не представляете насколько много мне известно, профессор... Да, вы правы, это определенно не предчувствие.

Я все-таки предлагаю тебе место на нашей кафедре после того, как служба тебе надоест. Советская наука нуждается в таких талантливых людях как ты!

Мне это не нужно. Я... Мои таланты являются моим проклятием. Иногда я чувствую себя взрослым человеком среди младенцев. Псионическая энергия — штука непослушная, не каждому поддается. Конечно, овладеть ей в какой-то степени может каждый, но чтобы достичь успехов в её манипуляцией нужно иметь предрасположенности. Сейчас наука не может выявить, чем отличается обычный человек от псионика, но в будущем мы найдем ответ на этот вопрос. Несмотря на наличие у меня явных способностей, я никак не могу передать свои знания другим людям. Моё подсознание делает всё за меня, я не мог объяснить людям, как именно я манипулирую энергией.

Декабрину я видел месяц назад, передает привет, и не только. На втором листе её письмо. Ждем тебя с нетерпением. Твой Святослав Сергеевич Фадеев!

Я с улыбкой читал письмо. В этом есть своя атмосфера — мелькающие из окна деревья, возвышающийся пар от кружки с горячим чаем и пустой вагон. Хотя недолго мне оставалось сидеть в одиночестве. Мое чтение нарушил вошедший рядовой Шелестов. Он держал в руке телефон, кажется кто-то мне позвонил. Я не догадывался, кто бы это мог быть.

— Рядовой Шелестов прибыл. Вам звонок от товарища Полякова.

— Самого Полякова? — Вырвалось из моего рта. — Вольно, товарищ рядовой. Вы свободны, я переговорю с ним.

— Есть!

Шелестов покинул кабинет и я остался один на один с Поляковым, который был на другом конце провода. Хотя нет, эта аналогия не верна, ведь у современных моделей телефонов нет проводов. Они работали на той неизведанной энергии, а впрочем, вы сами о ней всё узнаете в дальнейшем. Товарищ Поляков был главой экстренной комиссии по вопросам этой самой псионической энергии. Один из лучших в своем деле.

— Слушаю вас, Александр Владимирович, скажите сразу, дело серьезное?

— Здравствуй, Владлен Александрович. Не спеши вперед паровоза и слушай внимательно, вникай в каждое моё слово. Любое действие имеет свои последствия, верно?

— Совсем не любое, но сойдемся, что в большинстве случаев да.

— Тебе знакома фраза «Мир, Ленин, СССР»?

— Никак нет, Александр Владимирович. Ну, я предположу, что они символизируют наши социалистические ценности?

— Не только. Стыдно такое не знать, тебе уж тем более. Хотя, ты не специалист по космическим исследованиям, поэтому я и спросил.

— Ближе к делу.

— Надвигаются серьезные неприятности. Дела, совершенные в прошлом, отзываются в настоящем. Как приедешь во Владивосток, направляйся ко мне.

— Меня Фадеев вызывал уже к себе, мне нужно помочь ему с исследованиями. Он вывел новый сплав, кото...

— Отложи этот вопрос. Есть более серьезное дело.

Связь прервалась. Поляков бросил трубку? И что он этим хотел сказать? Что я должен был вытянуть из этого потока бессвязных слов? Сначала Фадеев, теперь Поляков. Не вовремя же я им всем понадобился. А вот чего уж не стоит делать, так это пытаться пристыдить меня. На деле Поляков совсем меня не знал, мы виделись с ним несколько раз на научных конференциях.

Несмотря на должность заместителя, он не был видным деятелем, пусть и являлся профессионалом. Этот седой и вечно угрюмый мужчина тёмная лошадка. Фадеев был знаком с ним и часто рассказывал обо мне Полякову, может быть именно из-за моего профессора он связался со мной? Они дружили более двадцати лет, однажды даже Александр Владимирович спас жизнь моему профессору, по крайней мере Фадеев так мне рассказывал.

Нужно набрать Полякову еще раз, что я и сделал, но кроме гудков ничего не услышал. Может здесь нет связи? Что-то случилось с Александром Владимировичем? Нас глушат, вряд-ли? Не к добру все это.

Мои ноги потащили меня в один из вагонов, в котором находилась книжная полка. Перебрав глазами пару десятков книг, я обнаружил Большую Советскую Энциклопедию. Пролистав содержание еще нескольких книг, я не добился нужного мне результата и смысл этих трех слов оставался для меня загадкой. Компьютера с подключением к государственной базе данных в поезде естественно не было и быть не могло, поэтому сейчас я не найду ответа на свой вопрос. Могу ли я сделать что-то сейчас? Видимо нет, придется разбираться по прибытии во Владивосток.

Следом я пошел до уборной. В таких случаях, в ситуациях неопределенности я укрывался в одиночестве, но не из-за страха. Проскользнув между двумя рядовыми, я заскочил в кабинку и заперся. Дело было утром, поэтому вряд-ли кто-то заметит, то что я сейчас сделаю. Отдельно поясню, почему меня тревожил этот звонок. Поляков не самый простой человек, он просто так звонить не будет. Почему он связался именно со мной? Так много вопросов и так мало ответов. Я уже сказал, что он глава экстренной комиссии, обычно она занимается расследованием преступлений или устранением катастроф, связанных с псио-энергией.

Я достал из внутреннего кармана красный камень. Мы не знали почему некоторые минералы способны накапливать псионическую... Я устал, далее я буду сокращать до «псио-энергии» и «пси-эн», или «псай-эн». В странах Варшавского договора был более употребим последний англоязычный вариант, а первые два были в обиходе русскоязычных кругов ученых. Так вот, я держал этот камень был как раз на случай такой непредвиденной ситуации.

Я тут понял, что не пояснил вам главное, что это за энергия такая. Я бы мог вернуться и зачитать определение из словаря, но в этом нет необходимости ведь у нас каждый знает, что псио-энергия — это особая форма энергии неизвестного происхождения, способная взаимодействовать с человеческим разумом. Моя рука была протянута в сторону окна, лучи солнца проходили через минерал, который я держал тремя пальцами. Прижав его к груди я произнес небольшую фразу «Psy-en, bless me». Кабинку озарил яркий свет, от него мне очень резко пришлось прищуриться. Спустя мгновение он пропал.

Дело сделано. Сколько раз этот ритуал спасал мою жизнь! Мне оставалось надеяться, что я хорошо подавил выброс энергии, высвобожденной из камня и использованной мной для... В средневековье люди сказали бы "заклинания" или "магической способности", но нет, это не магия. Это наука!

Следом я направился в свой вагон, но проходя мимо товарищей я заметил замешательство в их глазах. Не уж то я выдал себя? Тут неожиданно мне прилетел легкий толчок в плечо:

— Что с твоим лицом, Владлен Саныч? Что-за шум у тебя там был?

Голос этого человека конечно был мне знаком. Черт, видимо я спалился.

— Лучше ты мне скажи, Николай, от чего все остальные в замешательстве?

— Оттого, что наш маршрут изменился и мы все с тобой напрямую едем во Владик.

— Тебе известна причина?

— Да откуда...

— Мне нужно идти.

— Постой-ка, вот, держи.

Он протянул мне пару бумаг. Это были письма. Мои письма! Он разозлил меня не на шутку.

— Ты их читал?

— Конечно, твоя подружка уже заждалась тебя. Одинокая птица сидит в тесных кабинетах университета и ждет когда к ней...

Я этого терпеть не собирался. Выхватив письма левой рукой, правой я всей силой вдарил по лицу этого горделивого наглеца. Точнее хотел вдарить. Точнее все-таки вдарил, но сил у меня не оказалось. Все они были потрачены на воплощение заклинания (я не хотел использовать это слово) и удар мой вышел не таким сильным.

— Черт, повезло тебе, что я не выспался сегодня, — скрипя зубами сказал я.

Казалось начнется драка, но нас оттянули друг от друга и я направился обратно в свой вагон. Перед этим я попросил товарищей оповестить меня в том случае, если с поездом свяжется Поляков или кто-то еще из командующих. Хотя чего ждать? Отправлюсь в первые вагоны и узнаю всё сам, только для начала ознакомлюсь с письмом от Декабрины.

Я снял своё серое армейское пальто, именно такие носили псионики, и бросил его на спинку дивана в моём купе. Нас одновременно любили, боялись и ненавидели. Ненавидели, особенно такие как Николай, он не обладал предрасположенностями, скорее они были у него отрицательными. При этом во владении стрелковым оружии он был очень неплох, но это не делало его сколько нибудь привлекательным человеком. Типичный будущий карьерист, поднимающийся по чужим головам.

Надо проверить не прихватил ли он еще чего-то. Пошарив в своих сумках, я убедился в сохранности моих вещей. Что-же происходит? Свою обиду он решил выместить на мне? Пусть покатается на поезде, хоть страну посмотрит, но зачем нас отправили во Владивосток? Эти события не укладывались в моей голове. Мне совершенно не дают расслабиться после учений. Я достал из под полки книгу Чернышевского «Что делать?». Может сегодня мне наконец-то удастся её прочитать. Прочитать, конечно, после второго письма, отправленного мне Фадеевым. И после того как я схожу к первому вагону.

Декабрина была моим другом, не более. Эта девушка с голубыми глазами, узким лицом и белыми волосами училась со мной на факультете и в отличии от меня осталась в университете. Она была умной, но не умнее меня, пусть это звучит горделиво. Никто не был умнее меня в вопросах пси-эн из-за моего дара (проклятия). Для меня Декабрина остается хорошей подругой, да и сама она не испытывала ко мне большего интереса. Тихая, но амбициозная и увлеченная, она отличалась от меня. Мне не хватало её качеств, ведь с самого детства мне всегда с легкостью давались школьные задачи, а впоследствии и учеба в университете меня не напрягала, из-за чего всё это мне казалось скучным решением банальных и бесполезных заданий. При этом я не подавал виду, и лишь Фадеев догадывался, что я растрачиваю свой потенциал попусту.

Я достал свернутый пополам лист и принялся его разворачивать как тут произошел взрыв. Поезд сошел с рельс, меня хорошенько тряхануло и я потерял сознание.

Темнота.

Чернота.

Пустота.

Сколько я пробыл в отключке? В глазах все еще было темно. Постепенно я приходил в себя, но встать сил не было. «Надо же было так влипнуть» — подумал я, но потом сообразил — «Вовремя я провел ритуал, редко так может повезти». Солнце находилось всё там же, значит недолго я был в отрубе. Неким образом мое тело оказалось вне вагона. Я снова попытался встать. Не получилось. Оглядевшись я все понял — меня угораздило вылететь в окно, а подняться я не мог из-за придавленных вагоном ног. Черт возьми, я не умру здесь. Мое сознание вновь помутнело, глаза стали закрываться. Не спать! Не спать, сука! Меня вернул в чувство чей-то необычный голос:

— Человек? И такая сильная аура. Невероятно.

Я попытался приподнять голову и увидел силуэт. Этот человек был в капюшоне. Он смотрел на меня свысока с протянутым в руке пистолетом.

— Террористы? Вы кто, кто такие? — Вырвалось из меня. Я всё еще не мог встать. Безуспешные попытки сдвинуть свое тело с места раз за разом оканчивались неудачей. Всё таки я понимал, чем всё закончится.

Прозвучал выстрел.

***

— АААААААА, — мой крик пронзил весь вагон.

Получилось. Хвала Марксу у меня получилось. Услышь политрук от меня «Хвала Марксу» или «Psy-en, bless me», я бы получил подзатыльник, но сейчас я снова получил толчок от Николая. Он стоял в кабинке напротив меня. Видимо я забыл запереться? Нет. Кто-то из псиоников снаружи открыл мою дверь с помощью телекинеза, услышал мой крик. На их месте я сделал бы также.

— Чё ты орешь, совсем с ума сошел? Ну и странный ты, как вообще твоя… - он взглянул на мои письма – Как твоя Декабрина с тобой общается? Поехавший псих.

Я стоял как вкопанный и не отвечал. Думаю вы и сами догадались о произошедшем. Верно, моя киллер-фича, позволяет мне вернуться в прошлое, но как вы видите она напрочь лишает меня сил. Поляков. Он точно, что-то знает. Я направился к Шелестову и попросил связать меня с ним. Моя просьба была удовлетворена, потому что по сути являлась приказом.

Мои ноги отправили меня в вагон. Сколько минут у меня? Четыре, пять? Я не могу терять ни секунды. Поляков снова не отвечал на мой звонок. Надо вернуть телефон Шелестову. По пути я спрашивал каждого, знакома ли ему фраза «Мир, Ленин, СССР». Никто не знал ответа на этот вопрос. До моей смерти оставалась минута. Точно, нужно запомнить время взрыва поезда, я стал наблюдать секундной стрелкой часов, висящих на стене. 11:06:25. 26 секунд. 27. 28. Мои глаза озарил белый свет, и я вновь вернулся в прошлое.

Циклы 18 и 19 были завершены.

Глава 2. Петля времени

Мой крик пронзил вагон. Почему-то психологически я не был готов к этой смерти. Мне не было страшно. Я просто не любил боль (да и вы думаю тоже).

За всю жизнь я умирал уже раз... Не могу вспомнить... Точно. Семнадцать, но с этими двумя уже девятнадцать. Мог бы давно привыкнуть. Сейчас я понял, что мне нужно подумать кто-же это был. Я вышел из кабинки, проигнорировав очередные выпады Николая в мой адрес и ушел в свой вагон. Мой чай уже остыл. Я уселся на диванчик, хлебнул пару глотков и стал обдумывать ситуацию. Получается, через 6 минут я умру. Тут вошел Шелестов. Почему он вошел? Он уже приносил мне телефон, так что-же ему нужно сейчас?

— Товарищ рядовой — обратился я к нему.

— Представь, что сейчас наш поезд взорвут. Кто бы это мог быть?

— Ну и шутки у вас, товарищ сержант.

— Гипотетически.

— Да кому сдался наш поезд?

— Вот и я о том же думаю. НАТО-вцы? Откуда они в лесах Сибири? Террористы? Тоже не клеется... Свободен.

— Вы в порядке? Я пришел передать вам письмо, которое Николай забрал у вас.

— А, благодарю. Тебе знакома фраза «Мир, Ленин, СССР»?

— В каком контексте?

— Значит нет. Свободен.

Мне хотелось поскорее избавиться от него. Видимо он в том же недопонимании, что и я после звонка Полякова. Я также задавил Шелестова странными вопросами, ха-ха. Взглянув на письмо, я понял кто может мне помочь. Я снова окликнул Шелестова:

— Погоди, телефон с собой? Если да, дай мне его, срочно!

Он передал мне телефон. Я позвоню Декабрине, наверняка сейчас она в университете... Но я же не знаю её номер!

— Принеси мне телефонную книгу, скорее!

Шелестов быстрым шагом направился к выходу.

— Быстрее, не теряй времени, — крикнул я ему в след. Наверное, мне стоило пойти с ним. Спустя минуту или две он вернулся с книгой. Я быстро стал листать по страницам и нашел нужный мне номер. Мои пальцы стали набирать его на диске. Пошли гудки. Черт, я не успеваю.

— Возьми трубку, возьми...

Ответа я не дождался. Вагон озарила белая вспышка. Чую я, что надолго это затянется. Ой как надолго.

***

В этот раз я сумел удержать себя от крика и теперь я знал, что мне делать. Я передумал звонить Декабрине и побежал расспрашивать сослуживцев о фразе «Мир, Ленин, СССР». Естественно все смотрели на меня с недоумением. Мне не привыкать. Так. Должен же быть выход из такой ситуации... В целом я могу не торопиться, у меня имеется ∞² попыток для решения проблемы, но умирать и испытывать боль, знаете, не очень-то уж и приятно. Поляков не просто так сообщил мне эту фразу. Он слов на ветер не бросает. Что-же он зашифровал в своем послании? Не люблю я разгадывать загадки.

Заполучив телефонную книгу и непосредственно телефонный аппарат, я набрал номер нашего факультета. Хоть бы Фадеев оказался в университете. Пошли гудки. Трубку взяли! Ответила секретарь, я попросил её позвать профессора и к моему счастью он не был занят:

— Святослав Сергеевич, здравствуйте, это я Владлен Вернадский. Наконец-то я смог вам позвонить.

— Ооо, привет-привет. Неожиданный звонок, ты уже получил моё письмо?

Почему в условиях доступности телефонной связи мы пользовались письмами? Считайте это небольшим хобби. В век доступной связи иногда так приятно получить бумажное письмо, в моем детстве они еще были в ходу, но с появлением телефонии они стали утрачивать популярность. Сейчас письма используют только для отправки документов, либо такие чудики как я и Фадеев.

— Да, получил. Послушайте, у меня очень мало времени, но мне срочно нужно узнать значение фразы «Мир, Ленин, СССР»?

— В ней нет ничего сакрального, это всего лишь слова означающие ценности нашего народа и...

— Я это и без вас знаю, в них должен быть другой смысл. Декабрина с вами?

— Она в лаборатории, позвать её?

— Да, скорее.

Спустя мгновение я услышал столь знакомый мне голос. Как давно я не...

— Да, я слушаю.

— Декабрина, привет!

— Владлен, ты ли это? — Волнительно спросила моя собеседница.

— Да, я. Послушай, с чем ассоциируется у тебя фраза «Мир, Ленин, СССР», ты знаешь её значение?

— Мы столько друг друга не слышали, а ты мне допрос устраиваешь? Хотя, ты не меняешься и это прекрасно. — ответила она. В её голосе чувствуются нотки недовольства. Я с этим ничего не поделаю.

— Это очень важно, ты же знаешь, что это в моем стиле. Ответь!

— Дай подумать.

— Времени нет, просто знаешь ли ты это выражение? Может читала в книгах по космическим исследованиям? (точно, я вспомнил, что Поляков упомянал про них! Значит эта определенно фраза связана с астрономией, космосом и другими смежными темами).

— У меня нет догадок, да я и не читала таких книг толком.

— Я позже тебе перезвоню, у меня срочные дела. Извини, что пропадаю, я обязательно свяжусь с тобой позже.

— Ты звонил по такой мелочи?

— Пойми, это не мелочь. До скорой встречи, Рина.

Я бросил трубку, тем временем у меня оставалось полминуты. По-дружески я иногда сокращал имя Декабрины до четырех последних букв. Конечно, мне не хотелось так резко завершать разговор, но что поделать. Я открыл окно вагона и стал отсчитывать секунды до взрыва. Если проследить за этим со стороны, может тогда мне удастся найти больше ответов.

Время подходило, поезд вот-вот будет атакован. Три. Два. Один. Я прыгнул в распахнутое окно и спустя мгновение вагон, в котором я провел свой ритуал, взлетел на воздух, а поезд сошел с рельс и повалился на левую сторону. Кувырком скатившись по снегу (Сибирь, месяц апрель как никак), я оказался в нескольких десятках метров от последнего вагона и потихоньку забежал в лес. Надо было прыгнуть чуть раньше, так я бы успел узнать причину взрыва. Ощупав пояс, я сообразил, что забыл свой меч в вагоне. Ах, я не рассказывал вам о мечах, созданных из сплавов металлов, способных взаимодействовать с псио-энергией? Сейчас мне не на чем продемонстрировать их силу, поэтому ваш покорный слуга вернется к этой теме позже. Хотя почему же слуга? Ваш товарищ, так будет правильнее.

То, что я увидел, ввело меня в некоторое смятение. Я увидел восемь пар людей в темных и необычных одеждах. Их лиц я разглядеть не мог, волна взрыва и падение с поезда несколько ухудшили мои когнитивные способности. Что было понятно сразу — была устроена засада. Интересно, мне просто так повезло создать точку возврата во времени, или они прибыли на всплеск энергии? Второе маловероятно, я ведь подавил его?

Первое что мне пришло в голову — религиозный культ. Их движения, одеяния и повадки выглядели непривычно. Они говорили на неизвестном мне языке и явно что-то выискивали, или кого-то? Один из них начал разгребать завалы, он определенно был хорош в манипулировании псио-энергией, видать учился в неплохой академии, да судьба его повернула не туда. Силой мысли он очищал себе путь, откидывая в стороны обломки поезда. Другой взмахом руки отворил дверь поезда и осматривал вагоны. Еще четверо патрулировали местность, а последний командовал ими.

Прозвучали звуки выстрела, кажись кто-то из наших уцелел. Последние вагоны пострадали меньше остальных. Было рискованно, но я решил прорваться. Для начала надо найти оружие. Так как мои враги отвлечены выстрелами, я резко выскочил из леса и на остатке сил двинулся к одному из фанатиков. Рывком я преодолел почти десять метров за пару секунд и выхватил пистолет из рук мужчины. Он был в маске и лица его видно не было. Направив пистолет к его голове, я попытался выстрелить, но я не смог. Никогда в жизни я еще не видел такого оружия! Спусковой крючок отсутствовал, я не понимал как вообще из этого стрелять! Резкий поток псио-энергии отбросил меня в сторону поезда. Ушиб был не сильный, если бы не нехватка сил я смог бы подняться. Пистолет соответственно я выронил. В самом деле я столкнулся с непосильным для меня противником.

— Человек? И такая сильная аура. Невероятно.

Я уже слышал этим слова. В силуэте я узнал своего убийцу, его голос все также звучал необычно. Вокруг него собралась толпа, вначале я определенно недосчитался. Сколько же вас тут? И этот раз ситуация повторится. Ну же! Стреляй, чего ты ждешь — подумал я. Белый свет.

***

Агррхх... Снова я здесь. Нужно найти решение за эти несколько минут... Что же, что-же делать? Решение пришло само собой. Не любил я врать людям, но в этот раз придется.

— Товарищи! Поступила информация от командования — через несколько километров будет засада, об этом сообщил Поляков, нам необходимо...

— С каких пор Поляков владеет такой информацией? Разве он не занимается делами по...

— Мне почем знать откуда от это знает? Приказ есть приказ, всем быть наготове. Особенно псионикам! Если с нами связался Александр Владимирович, значит в ситуации завязана псионическая энергия. Это просто как дважды-два.

— Он не сказал что нам угрожает?

— Террористы, религиозные фанатики, — сочинять на ходу у меня получалось неплохо. — Хватайте оружие и будьте наготове, скорее всего железно-дорожные пути заминированы, но Поляков точно не знает.

— Остановите поезд!

Бойцы высадились из вагонов. коих было несколько десятков. Мы решили держать оборону, до атаки оставалось две минуты. Отряды были во всеоружии. Отделение, которым я командовал, состояло из 11-ми человек, экипаж БМП-1 как никак, хотя конечно самой техники у нас не было с собой. В основном мы были вооружены Автоматами Калашникова, но некоторые из нас имели Автомат Коробова, в том числе и я. Они упоминались в начале моего рассказа. Это футуристичная винтовка, модифицированная псионическими пулями. Опытные псионики, такие как я, способны задавать примерное направление пули и менять траекторию полета от чего точность стрельбы повышалась. Часть солдат поезда собиралась отправиться в лес и прочесывать местность, но командиры сошлись на том, что лучше держаться рядом.

Тактика была следующая — развернуть защитное поле вокруг поезда. Оно способно защитить от крупных снарядов и артиллерии, а уж от пуль и подавно. Уложиться до атаки времени у нас не хватало, поэтому часть псиоников развертывала щит, а другая отражала выстрелы противника. Особенность купола заключалась в блокировке материи поступающей на высокой скорости внутрь щита, но при этом пули, летящие изнутри спокойно преодолевали этот барьер. На создание защитного поля у нас могло уйти от десяти минут до получаса, нужно было подготовить оборудование внутри поезда. Само поле представляет из себя полупрозрачный купол, переливающийся волнами. Изнутри выглядит красиво на самом деле.

— Товарищ сержант, что с вами?

— По неизвестной причине меня одолело бессилие, и я не могу помочь вам в развертывании щита. Мне придется держать оборону и отстреливаться. Шелест, отправляйся помогать парням в поезд. Там ты нужнее.

— Есть!

В этот раз мой меч был уже при себе. В руках я держал Автомат Коробова. Мы выжидали атаку. Из леса показались отряды противника, в этот раз их почему-то было намного больше чем в прошлую мою жизнь, если это можно так назвать. Завязалась перестрелка. Нашей целью было не подпустить противника к поезду и сохранить его в целости и сохранности. Ранее я приказал соорудить пулеметную точку.

Я посмотрел вдаль и увидел знакомый мне силуэт. Тот самый фанатик, который убивал меня уже два раза. В этот раз он не добьётся своего. Я прозвал его «Тень», он точно был их лидером. Приближаться Тень ко мне не собирался. Держит дистанцию и мелькает между деревьями. Я пропалил очередью из автомата по деревьям, к сожалению, безуспешно.

В течении шести минут нам удавалось сдерживать натиск фанатиков, но после нас накрыло минометным залпом. Мне чудом удалось остаться в живых, кому-то повезло меньше.

Часть солдат, разворачивающих защитное поле мы перевели на отражение минометного обстрела. Здесь тактики было две, мы могли либо точечно развернуть небольшое защитное поле, либо попытаться изменить направление полета вражеского снаряда. Как бы мы не старались, нам не удалось сохранить состав целым. Были выведены из строя вагоны в центральной части поезда и нам пришлось их отцепить.

Так как нужна в защите части поезда отпала, мы быстрее закончили разворачивать купол и спустя 10 минут солдаты начали возвращаться в вагоны, а локомотив начал страгиваться с места. Я тоже двинулся к нему, но почувствовал чье-то присутствие, приближение. Это он. Моя рука схватилась за меч, моё тело развернулось на 180 градусов и я отразил удар клинка своего противника. Он ловок, проворлив и начал наносить мне удар за ударом, а я раз за разом их отбивал. Скорость его движений меня обескураживала. Я НЕ МОГУ ПРОИГРАТЬ ТЕБЕ. Мой разум работал на пределе, я направил поток энергии, сбил его с ног и пронзил своим клинком. Он стоял на коленях, выронив меч. Нужно снять с него маску, что я и сделал. Что? Его кожа, она белая. Бледная как тень. Может это грим? Я протер лицо рукой, нет. Неужели он настолько заморил себя наркотиками, что его кожа побелела? Это объяснило бы такую силу. Я побежал к поезду. Шелест протянул мне руку и с его помощью я оказался в вагоне.

Мы побывали в аду. Никакие учения не сравнятся с тем, что произошло сегодня. Было потеряно более половины личного состава. Из моего отделения остались только Шелест, я и ранее не упоминавшийся стрелок с позывным «Сова». Я потерял восьмерых бойцов. В одном из отцепленных вагонов я оставил то самое письмо Декабрины, но сейчас до него мне уже не было дела. У меня имелся вариант умереть и вернуться в прошлое чтобы избежать больших жертв, но я не хотел проходить через это снова. Но ведь...

Я потерял восьмерых бойцов...

Я потерял восьмерых бойцов...

Я потерял восьмерых бойцов...

И я могу спасти хоть кого-то из своих боевых товарищей. Я не прощу себя, если имея такую возможность упущу её. Я буду жалеть об этом. Я взялся за рукоятку автомата. Моя рука дрогнула... Чего же я боюсь? Природа сделала меня бессмертным. Действуй.

***

Я вернулся на полчаса назад. Все повторилось точь-в-точь, но с меньшими жертвами. На самом деле была еще причина, по которой я отмотал время своей смертью — я решил взять тело фанатика на поезд, о чем подговорил двух своих коллег. Также я прихватил его меч и пистолет.

В поезде еще минут десять царила гробовая тишина. Мой задира явно как и мы все были не в духе. Я подошел к нему:

— Николай, на тебе лица нет. В этот раз ты выглядишь как-то вяло. Где-же твоя уверенность?

— Как ты можешь в такой момент издеваться надо мной? Ты видел, что произошло с нашими? Серега, Саня, Лёня, Косой, Матвей, Маяк — они все мертвы и лежат на снегу в нескольких километрах!

— Колян дело говорит, — сказал рядовой с позывным Скрипач. — Сейчас нам всем не до шуток.

Пожалуй, они были правы. Из-за своего отклонения, делавшего меня гением, я не всегда понимал людей. И почему мне показалось уместным выпустить колкую фразу в сторону Николая? В это время Шелест и еще один парень с позывным «Кузнец» осмотрели неизвестный меч. По словам Кузнеца (думаю понятно почему у него такой позывной), это определенно псионический, но не советский сплав, и не сплав из стран наших союзников. Скорее всего НАТО-вский, или еще чей-то. Стоит упомянуть, что западные страны втайне начали свои псио-исследования совсем недавно и у них псионика до сих пор остается под запретом.

Но нас всех больше интересовал слон в комнате, то есть конечно тело фанатика, лежащее на полу. Моим товарищам только предстоит увидеть его, а я знал что кроется под маской, поэтому мои ноги шагнули к трупу и я резким движением руки сдернул маску с его лица. Только сейчас я понял что это не человек. Это определенно не человек!

Циклы 20, 21, 22 завершены

Глава 3. Давайте уже перестанем делать вид, что не замечаем слона в комнате

Холодный пот охватил каждого стоящего в вагоне. Солдаты были в недоумении от произошедшего и они не решались сделать первый шаг к действиям. Я тоже. Мы не знали, что делать с трупом. Кузнец также достал из-за пояса убитого пистолет. Модель была незнакомой даже ему. Да уж, чертовщина какая-то.

Наше отделение БМП-1 носило наименование «Вороны» и состояло из одиннадцати человек, включая Шелеста и Сову. В живых осталось восемь. Продолжу вас знакомить с пассажирами поезда. Шелест был наводчиком-оператором, а также радистом и спецом по связи. Сова же простым стрелком. Еще я не упоминал про механика-водителя Алексея «Эльбруса», сейчас он отправился в соседний вагон за медиком с позывным «Янтарь».

И Шелест, и Эльбрус также как и я были псиониками, весьма неплохими, но вот Янтарь заслуживает отдельного внимания. Он боевой хирург. От его взгляда обычного человека бросало бы в дрожь. Это был мужчина в очках, лысый и с небольшими усами и щетиной. Иногда носил халат, но не сегодня. Его морщинистое лицо сообщало о том, что он видал некоторое дерь... Но это было и его преимуществом. Никакого стеснения. Никакой скованности. Никакой брезгливости. Опытный хирург, да еще и псионик! Такому цены не было. Ох, а вот и он.

— Что случилось, зачем вы притащили этот тру... — начал было говорить Янтарь, да увидел тело погибшего. — Беру свои слова назад. Хо-хо, интересно, чем его накачали и что вообще с ним сделали, раз его кожа настолько побелела?

В его глазах заиграл азарт. Нам всем было не до этого, а вот для хирурга погибший был очень хорошим образцом для исследований. Янтарь начал осматривать его, снимать одежду. Увиденное поразило нас еще сильнее. Форма тела была гуманоидная — голова, руки, ноги, но структура кожи, положение костей и прочее отличалось от людского. Самое пугающее ждало нас далее — у него отсутствовали половые органы. Янтарь ехидно улыбался и явно был доволен тем, что именно он первый из медиков ознакомился с таким, как он всегда говорил, образцом:

— Хо-хо, видимо здесь у нас жертва генетических экспериментов и мутаций?

— У кого есть такие технологии? Это же невозможно! — возразил Николай.

— Вы либо правы, Николай, и это дело рук НАТО, шанс чего равен 0.01%.

— Либо..?

— Либо это дело наших. Шанс того еще меньше. Где-то 0.001 или 0.002 процента.

— В таком случае зачем это Советскому Союзу? — заметил Николай.

— Хороший вопрос. Тут мы упираемся, во-первых, в мотивацию, а во-вторых, также в технологии. Возможно, он жертва эксперимента в сверхсекретных лабораториях на севере, а зачем им нападать на нас? В любом случае можно выдвигать бесконечное количество гипотез.

Никто не мог поверить в эту версию. Я в том числе. Янтарь продолжил копаться с телом, брал анализы, делал тесты. Мы решили не отвлекать его, я с Шелестом направился в соседний вагон. Он налил мне стакан чая, но после увиденного мне не хотелось ни есть, ни пить. Я отказался и присел на стул.

Снова я попал в ситуацию, в которой ничего не могу сделать. Тут мой талант, т.е. проклятие никак не помогало. Так я и заснул на стуле, а когда я проснулся было уже темно. Поезд остановился. Никого вокруг не было, свет почему-то был отключен. Я поднялся с необычайной легкостью, словно выспался на десятки лет вперед и отправился к окну. Приоткрыв его, я вытащил голову на воздух и заметил, что и в остальных вагонах не было освещения. Кромешная тишина.

Собравшись с силами, я создал небольшой огненный шар, используя псио-энергию. Им я решил осветить путь, но для начала я оглядел вагоны. Ох! Я увидел трупы, кучу трупов наших парней. Я всё проспал! Почему я так отрубился? Черт. Почему мы стоим? Пути перекрыты? Меня никто не разбудил, нужно разбираться в том, что произошло.

Я направился в соседний вагон, если быть точнее в замыкающий, в котором лежало тело убитой мной Тени. Двери были открыты, но внутри никого не оказалось. Куда он пропал? Куда ушли мои товарищи? Живы ли они еще?

Что делать? Я побежал по вагонам и в каждом из них были мои товарищи. Сова и Николай, черт возьми даже Коля лежал на полу и истекал кровью. Я почувствовал боль в животе от увиденного. Это не в моём стиле. Тело наклонялось из стороны в сторону, силы будто снова улетучились и мой ангел вместе с ними, бросив меня одного в этом мире. Хотя, ангелов ведь не существует. У меня заболела голова, мои виски словно просверливало дрелью. Я бы не отказался сейчас от виски. Я подшагнул к Николаю и наклонился чтобы проверить пульс. Слабый, но он был. Теперь на меня обрушилась тошнота. Мои ноги уже не держали меня и я упал на колени перед Николаем.

Я приподнял руки и стал накапливать пси-эн. Потом приложил их к груди Николая и попытался возвратить его к жизни. Сублимируя пси-эн в его жизненную силу я хотел спасти его. Николай всхлипнул и прошептал: «Беги, Владлен... Беги» и издал последний вздох. Почему я хотел помочь ему? Черт... Что делать? Я в попыхах забыл свой меч и автомат. Нужно найти другое оружие, но его тут не было.

Я продолжу двигаться в сторону головы поезда. У меня нет оружия, но есть сила. Я снова создал огненный шар и пошел по вагонам. С каждым разом трупов становилось всё больше, видимо и другие солдаты действовали как я, направляясь в главный вагон.

За окнами мелькали деревья, а между ними двигались Тени. Они смотрели своими глазами и пожирали меня, думая, как добраться и расквитаться с рыжеволосым сержантом. Моя удача видимо оставалась со мной, раз я все еще жив, поэтому мне было безразличны их взгляды. Внимая тишине, я продолжал двигаться, но непереносимая тошнота подступала еще сильнее.

Пройдя шагов пятьдесят, я наткнулся на лежащего Шелеста. «Рома, очнись, ты жив?» — я попытался привести его в чувство. Пульс отсутствовал. Я потерял всех своих товарищей. Рядом с телом лежал телефон. Мои пальцы стали набирать на диске все номера, что я мог вспомнить. Декабрина, Фадеев, Поляков, отец... Никто не отвечал. Мои глаза снова пристально вгляделись в окно. Тени были уже ближе. Ноги потянули меня дальше, я перешагивая через трупы и шатаясь то влево, то вправо, пошел вперед.

Вот и последняя дверь. Она была заперта. Силой мысли я отломил одну из металлических балок и используя её как рычаг, отворил дверь. Передо мной стояла Тень. Как невредимая! Никаких порезов на одежде не было. Неужели он также, как и я бессмертен или хуже того способен возвращать время? Нет, я же всё-таки спал и всё еще здесь. Я вошел к нему в вагон и дверь позади меня закрылась. У меня со лба упала капля пота. Я хотел было схватиться за меч, но забыл, что его у меня не было. Только металлическая балка. Буду драться тем, что имеется.

Мы стояли с минуту, вглядываясь друг другу в глаза. Он видимо не хотел говорить со мной, а вот я бы не отказался перекинуться с ним парой слов.

— Живучая ты тварь, конечно.

— Не того ты живучей тварью назвал, — ответила Тень и протянула зеркало. В его отражении я увидел себя. Ясно, на что она намекает.

— Издеваешься, значит? Держись, бледнолицый!

— Тень всё поняла. Тень всё знает.

Я ринулся к Тени и замахнулся что было сил, но противник приблизился ко мне быстрее и пнул ногой в живот. Агрхх! Балка выпала из моих рук. Все так же, как и в тот раз. Силы покидают меня. И снова потемнение в глазах. Всё повторяется.

— Человек. И такая сильная аура? Невероятно.

Это те же слова! Быть того не может. Опять начинать сначала?

Тень направила на меня пистолет. Выстрел. Белый свет. Я проснулся. К счастью для меня это был просто сон.

Середина дня.

— Владлен, проснись, давай же, не время спать, — кто-то с усердием пытался меня разбудить.

После пробуждения я встретил лицо Совы, кажется он тряс меня, но сил было настолько мало что... Я зевнул и закрыл глаза. Тряска продолжалась и тут я почувствовал легкий удар по щеке. Что-же я такое делаю, если поднимают значит это важно. Мои веки вновь приоткрылись.

— Слушаю тебя, Совушка.

— Владлен, нам нужна информация от тебя.

— А? Какая?

— Ты же взаимодействовал с этим человеком?

— Это не человек, а мутант какой-то. Да, мы обменялись парой ударов.

— Пойдем, расскажешь. Я понимаю, тебе тяжело, но нам нужна информация. Янтарь уже третий час крутится вокруг тела со скальпелем, шприцами и колбами.

— Спасибо за понимание, да, я уже поднимаюсь.

Я кое-как встал со стула, меня немного пошатывало из стороны в сторону. Всегда так после создания точки возврата, она требует очень много энергии и сил.

Мы направились в последний вагон, а в процессе меня посещали мысли о сне. Что он мог значить? Почему именно Николая я попытался спасти? Я боюсь этой Тени? Не хочу повторения произошедшего? Тьфу! Я уже сам себя достал этими вопросами. Пора выбросить мусор из головы и сосредоточиться на ситуации. Время поразмышлять еще у меня найдется.

Вот перед нами лежало бледное тело. Янтарь как всегда улыбался, кажется он что-то понял.

— В чем дело? — спросил я.

— Хо-хо-хо, проснулся таки? Пока тебя не было мы убедились в том, что это не человек.

— Мне это было понятно сразу, что вы выяснили?

Янтарь натянул перчатки и протянул колбу с синей жидкостью.

— Как думаешь? Что это?

— Очередной твой эликсир?

— Нет.

— Алкогольный коктейль?

— Снова нет. — улыбнулся Янтарь. — Это его кровь.

— СИНЯЯ? — крикнул я невольно. — Да ты прикалываешься!

— Ты же сам сказал, что он не человек.

— Да, но я видел его кровь, она была красн... — тут я понял, что я не видел его крови. Не видел... — где мой меч?

Он лежал в дальнем углу. Моя рука подняла его, и я заметил остатки синей жидкости. Изначально я их не заметил. Пазл начинал складываться. Янтарь продолжил:

— Структура его крови устроена по-другому, она практически мгновенно залечивает, можно сказать зашивает, затягивает его раны. Я достал из него несколько пуль, возможно твоих.

Янтарь протянул мне еще одну колбу. В ней лежал по-видимому кусок кожи Тени, в котором застряла пуля. Она обволакивалась какой-то странной тканью. Янтарь пояснил:

— Пуля была остановлена затвердевшей органической тканью и предотвратила повреждение органов. Влад, скажи всё что думаешь об этом и о своей встрече с ним.

— Это не моя пуля, я стрелял из Коробова, а тут пуля от Калаша. Ну... Тень определенно мощный псионик. Один из самых сильных что я видел, когда я поставил его на коле...

— Тень? Ну и прозвище ты ему дал. Тогда почему ты его так легко сбил с ног, если у тебя было так мало сил? — перебил меня Янтарь. Я подумал, что он прав, это в самом деле странно.

— Я не знаю. Из него исходила очень мощная аура.

— Не такой он и сильный, как тебе показалось. Наоборот, это ты был обессилен, поэтому тебе так и подумалось. Касательно пули от Коробова, я могу предположить, что они прошили его насквозь. На некоторых участках тела видны рубцы и следы от пуль.

— Возможно.

— Будь у меня лаборатория... Хо-хо, я бы узнал намного больше. Моя версия такова — оружие, сделанное псионических сплавов, более эффективно в сражении с этими существами. Об этом говорит и то, как легко ты пронзил его мечом. Мы можем сделать вывод, что механизмы регенерации у него очень неплохие.

Я не знал, что сказать. К нам подошел Кузнец. Он тоже был в недоумении и держал в руках пистолет.

— Парни, заберите этот металлолом.

— Пистолет? — спросил я.

— Да, я не знаю, что это такое. Только убитый мог объяснить нам как из него стрелять. Я разобрал эту пушку, нифига не понял и собрать обратно не смог. Такого в университете мы не проходили.

— А что насчет меча?

— Идеальная работа. Не наших рук естественно. Клинок обогащен псио-сплавами. У меня нет оборудования, большего не скажу.

— Так может и пистолет такой же?

— В том то и дело, что да. Для меня это неизвестная технология.

Тут в вагон ворвался запыхавшийся Шелест, в руках он держал телефон. Он явно хотел сообщить нам что-то важное.

— Поляков вышел на связь!

Я ринулся к нему и хотел выхватить трубку, но Шелест оттолкнул меня.

— Что? Дай трубку, Шелест! — возмутился я.

— Связи уже нет. У меня есть к тебе парочка вопросов, — он помотал головой.

— Каких?

— Поляков ведь не передавал тебе информации о засаде. Откуда ты узнал?

— Ах... Да, это так, — ответил я, скрипя зубами, — это было моё предчувствие, я чуял приближение псиоников.

— Да ну? Мы же сошлись на том, что они крайне слабы. Как ты их мог учуять? Еще и на таком длинном расстоянии в полтора десятка километров, — ввязался в разговор Янтарь.

— В любом случае он спас нам жизнь, — заметил Шелестов.

— Так-то оно так, хо-хо, — ухмыльнулся Янтарь, — темная ты лошадка, Владлен. Что сказал Поляков?

— Миру конец, - ответил Шелестов. Его голос дрожал.

— Что? - переспросил я.

— Нам всем конец, - повторил Роман.

— Говори понятнее!

— Мне тяжело собраться с мыслями. Поляков сообщил о нападении сильного врага, с коим люди еще не сталкивались.

— Люди? Человечество? Значит это вирус, под воздействием которого люди мутируют? В эту версию я бы мог поверить, - сказал Янтарь, - но меня как медика напрягают некоторые факты. Во-первых, почему у...

— Нет, Янтарь, это не вирус... Я сказал ему, Полякову, о нашей ситуации... Я...

— Спокойнее, Ром, спокойнее. — сказал Янтарь и приобнял Шелестова за плечо, — что Поляков ответил тебе?

Было крайне необычным наблюдать как Янтарь успокаивает товарища. Кого он вообще может успокоить с его-то грозным, пугающим и одновременно ухмыляющимся выражением лица.

— Я попробую воспроизвести его слова.

С кем я говорю? Шелестов? Мы с тобой видимо не знакомы. Слушай, связь может прерваться. Кто напал? На вас? Была засада? Не люди? Владлен знал про нападение? Я понял. Слушай, дай слово сказать. Мир полыхает. Объявлена мобилизация. Никто не понимает, что происходит. Связь не работает. Продолжайте ехать во Владивосток, как и планировали. Поищите в поезде книгу «Космическая социология», откройте её на 198 странице и всё поймете. На нас напали...

— И связь прервалась.

— Ты принес книгу? — спросил я.

— Конечно.

— Так чего ты ждешь? Открывай.

Все с нетерпением смотрели на Шелеста. Он перелистывал страницы и найдя нужную, начал зачитывать:

Группа китайских ученых во главе с Ло Цзи вывела теорию «Темной пещеры» как решение парадокса Ферми. По их словам, вселенная — это темная пещера, в которой «выдать себя» = «обрести себя на смерть». Именно этим объясняется тишина в космосе. Цивилизации боятся за себя и не хотят идти на риск. Зажечь факел в пещере равносильно сказать «Посмотрите на меня! Я здесь!». Мы не можем ручаться, что во вселенной другие цивилизации это мирные и добрые ребята, с которыми мы обязательно подружимся. Отнюдь. Люди не могут даже друг с другом договориться на кухне, чего уж говорить о политиках, странах, альянсах и государствах. А о космических державах уж подавно.

У нас встрял ком в горле. Мы всё поняли. Теперь каждый из нас знал с кем мы столкнулись. Шелест, тем временем продолжал:

Другая группа ученых из Германской Демократической Республики совместно с Советским Союзом выдвинули еще одно предположение в ответ на китайскую теорию. Если бы во вселенной был судья, который держал всех под контролем, был великим уравнителем и следил за порядком, в таком случае теория «Темной пещеры» не имела бы смысла. Он мог бы осветить всю пещеру, расставить фонари и быть вершителем цивилизаций. Тогда во вселенной было бы относительно спокойно.

Конечно, это всё были только гипотезы и предположения. Реального положения дел никто не знал. Дискуссии проводились в научном сообществе ежегодно и таких версий выдвигалось огромное количество. Кто прав, кто виноват — рассудит время. Роман зачитал продолжение:

Но если теория темной пещеры верна, то человечество уже совершило самоубийство. И не одно. Мы сами выдали свое положение в космосе.

Дальше приводился список всех, среди которых было то самое...

Послание «Мир, Ленин, СССР». 24 ноября 1962 года. Евпаторийский центр дальней космической связи.

Глава 4. Неожиданные вести

На следующий день

Поезд продолжил свой путь. Псионический щит уже несколько раз спасал наши жизни, не давая снарядам пробить обшивку. Несколько раз по нам палили то из артиллерии, то небольшими ракетами. Железнодорожные пути были свободны и мы двигались без особых трудностей. Пару раз нам приходилось останавливаться и ремонтировать дорогу, но благодаря опытным инженерам мы быстро справлялись с проблемой и чинили поломанные рельсы.

По плану следующей крупной остановкой был город Иркутск. Транссибирская магистраль тянулась от уральских гор, если быть точнее Челябинска, до Владивостока, нашей конечной точки прибытия. В нем находился один из главных научных комплексов Советского Союза. Мой родной город. По приблизительным подсчетам мы прибудем до пункта назначения через три дня. Путь неблизкий и наверняка опасный. Мы проезжали через пустые села и поселки. Скорее всего была объявлена эвакуация. Только так мы могли объяснить отсутствие людей.

В Иркутске уж точно мы сможем кого-то найти. Город крупный как никак. В нем мы планировали остановиться, разузнать о ситуации и возможно двигаться дальше во Владивосток. Связи как обычно не было, что являлось крайне необычным и из ряда вон выходящим. Псионическая связь – современный и надежный канал передачи информации, поэтому у нас появилось три версии, почему мы не получаем ответа.

Первая – нас глушат. Самая простая версия, но есть один вопрос. Нельзя же нас глушить по всей территории Сибири? Это было бы крайне затратно. Хм. Нет, все-таки нам неизвестны возможности инопланетян. Их технологии превосходят наши, тут к гадалке не ходи. С другой стороны, насколько? Нам известны случаи, когда небольшие и менее продвинутые страны давали отпор более сильному противнику, например, африканские страны, боровшиеся против европейских колониалистов. Нет. Я сравнил сами знаете что с пальцем. Ситуация другая и мои примеры слабо отражают нынешнее положение дел.

Вторая – оборудование у принимающей стороны пришло в неисправное состояние, повреждение аппаратуры, вышек связи и прочего. Тоже сомнительная версия. Враг взял и в один щелчок отключил всё оборудование? Ну.. Если подумать, то это вполне возможно. Я слышал вспышки на солнце могут нарушить работу электросетей, так почему инопланетная цивилизация не сделает тоже самое каким-нибудь мощным излучателем?

Третья, и самая пугающая теория – отвечать уже было некому. Все живое в городах было уничтожено контролируемым вирусом или их просто сравняли с землей.

У вас (как и у нас) может возникнуть вопрос из разряда математики. Почему вторжение произошло так быстро? Мы сами не знали и начали искать ответ этот вопрос. Если посчитать, то 1975 – 1962 = 13. Всего тринадцать лет прошло между отправкой сообщения и нападением.

Мы обратились с этим вопросом к Валерию «Килогерцу», астрофизику из соседнего отделения радистов. Что он тут забыл вообще? Это вы у него и спросите. Озадачив его вопросом, мы оставили его одного и спустя два часа изучения умных книжек, он выдал нам следующее:

- Я нашел ответ на ваш вопрос из вот этого журнала, - Валерий кинул на стол выпуск научно-популярного издания от 1962 года.

- Что это? – спросили мы.

- Ответ на ваш вопрос, зачитываю.

При отправке сообщений в космос советскими учеными были использованы технологии ускорения сигнала с помощью псио-энергии. Десятки псиоников извлекали её из минералов и общими усилиями направляли на радиотелескоп для усиления сигнала. Сотни килограммов минералов и сплавов использовались для отправки сообщений. Послание «Мир, Ленин, СССР» было направлено в сторону Венеры, часть сигнала отразилась от планеты и была принята на Земле, другая же прошла напрямую и отправилась в далекий космос в сторону созвездия Весов.

Шелест вскочил со стула:

- Так почему бы нам не использовать пси-эн по обратному принципу? Попытаться отловить сигнал самим? Сколько бы я не пытался, ни радио- и псио-устройствами не смог ни с кем связаться. Но если мы повысим радиус и силу приема передач нашей аппаратуры через пси-эн, то возможно у нас что-то получится?

- Рома, ты гений, сделаем это. Владлен, ты же нам поможешь?

Моя голова трещала, но делать было нечего.

- Конечно, ты еще спрашиваешь, - ответил я.

Если нас и в самом деле глушат, то идея Шелеста могла бы сработать. Мы начали подготовку. Для начала нами было собрано оборудование в одном месте, мы принесли несколько псио-батарей. Они содержали энергию, которую мы решили извлечь. Из похожих батарей мы брали пси-эн и для создания защитного купола поезда.

Спустя двадцать минут мы были готовы. Псионики обступили аппаратуру и начали перенаправлять потоки псио-энергии из батарей в пространство вне поезда в радиусе нескольких сотен метров и возвращать обратно, чтобы антенны приняли сигнал. Тишина. Точнее только помехи.

Мы не могли поверить, что совершенно нет никаких сигналов. Ну так ведь не делается? Государство всегда оповещает о всех чрезвычайных ситуациях, направляет население в убежища, дает указания и прочее. Так почему сейчас мы ощущаем себя, словно мы планета Земля в вечной космической тишине?

Тут наш поезд приблизился к какому-то селу. На нем находилась станция и мы решили остановиться. Шелест схватил одну из небольших радиостанций чтобы попробовать словить сигнал вне поезда, а мы вышли и направились искать людей.

Никто нас не встретил. Вокзал пустовал и только птицы время от времени щебетали о своём. Я в компании с Совой и Эльбрусом зашли на станцию. Табло были выключены, свет не горел, значит электроэнергии не было. Что же произошло в мире? Мы словно попали в пост-апокалипсис.

Нас окликнул Шелест: «Парни, сигнал принят, скорее» и мы ринулись со всех ног к нему. Он что-то покручивал в аппаратуре и внимательно слушал. Когда мы подошли, то кроме белого шума ничего не услышали. Роман начал ходить по станции и пытаться поймать сигнал. И он это сделал, устойчивый радиосигнал был принят.

Мы стояли вокруг него и внимали словам диктора.

Первого мая в день международной солидарности трудящихся человечество встретилось с невиданной угрозой. Пролетарии всех стран подверглись атаке внеземных империалистов. Мы думали такие сюжеты были возможны только в научной фантастике, но нет! Теперь мы сами столкнулись с этой неизвестной силой.

Министерством обороны была объявлена всеобщая мобилизация населения. Приходите в ближайшие военные комиссариаты и вступайте в народное сопротивление. Перестроим экономику на военные рельсы. Объединимся в борьбе против единого врага!

Только рабочие всех стран взявшись за оружие могут дать отпор противнику. Немногое нам известно об их намерениях. Наши города пылают, но наши сердца никогда не потухнут!

Но были и те, кто решил предать свою Родину. Свою планету. Свой вид. Они решили поддержать нашего врага. Стать коллаборантами и помочь внеземным империалистам подчинить человечество.

Связь прервалась. Его голос был грациозен, как у Левитана. Отрывисто и четко он произносил каждое слово. Завораживающая речь. Пока я, Сова и Эльбрус недоумевали, Шелестов снова стал искать частоту и носиться по станции. Ну и мы вслед за ним.

Волна была поймана, в этот раз Роман аккуратно пошел до поезда чтобы поделиться новостями с товарищами. Когда он приблизился к вагону связь внезапно прекратилась. Тогда он отошел назад, и передача возобновилась. Шелест снова попытался зайти в вагон, но снова услышал белый шум. Килогерц, наблюдавший за нами из окна крикнул – «Эврика!».

Он выскочил из вагона, отвел нас в сторону и начал разговор:

- Я все понял. Мы сами оградили себя от мира!

- Что? Как? – удивились мы его словам.

- Псионическим куполом! Чем же еще? Нашим щитом! Он создает сильные помехи, именно поэтому нам было так тяжело поймать связь. Мало того, в тайге вышек не так много, так еще и купол не пропускал радио- и псио-волны.

Мы открыли рты. Это было так очевидно! Щит глушил сигнал! Пазл в очередной раз сложился. Все отряды вышли из поезда, развернули несколько радио и псио-приемников, и стали слушать диктора. Мы были открытой мишенью, но кажется противник перестал нас преследовать.

Далее началась новостная передача.

Сегодня, второго мая 1975 года, правительство Советского Союза совместно со странами НАТО во главе со Римской Империей создало на базе ООН Совет Обороны Земли.

Что известно о нападавших? Это некая космическая держава, совершившая скачок в развитии псионики. Флота нападавших обнаружено не было. Ученые не знают противник оказался на планете и почему они прошли незамеченными. Вероятно, вторжение готовилось уже давно.

Как так? Флота нет? Откуда тогда они прибыли?

Такой вывод сделал глава новый экстренной комиссии Александр Поляков. Напоминаем, что прошлый руководитель организации Иосиф Хмельнов погиб в ходе атак противника.

Парни сразу стали обсуждать услышанное:

- Поляков стал новым руководителем? Ничего себе.

- Он мужик достойный, надерет им по полной!

- А какие у него достижения? Он какой-то тёмный сам по себе, странный человек.

- Я слышал, что он участвовал в решении проблем после гражданских техногенных катастроф, но об его регулировании военных конфликтов было мало информации.

- Может никого другого просто не нашли на замену?

- Тише, слушайте дальше.

Как сообщает Поляков: В первые часы противник атаковал всевозможную инфраструктуру страны – электростанции, ГЭС, военные базы, научные учреждения, предприятия и железнодорожные пути. Следующие 12 часов они волнами отправляли контингент войск. Через 18 часов пали Рим, Лондон, Константинополь, Пекин, Вашингтон и к сожалению Москва.»

- Вот и надрали мы им по полной, ага…

- Как Москва пала? Что-же делать дальше?

- Да помолчите вы уже.

Сейчас нам нужно взять волю в кулак и защитить социалистическое отечество. Правительство СССР формирует план по урегулированию ситуации и разработке тактики борьбы с захватчиками. Мы активно изучаем их способы атаки. Попыток договориться противник не предпринимал.

Мы не могли поверить своим ушам. Москва пала за 18 часов. Инфраструктура разрушена. О состоянии армии и народного ополчения информации не поступало. Мы продолжили слушать радио:

К следующим новостям. Октавиан Моретти, глава Римской Империи, выступил с обращением. Он заявил о необходимости забыть прежние обиды с социалистическими странами. Холодная война теперь кажется детской игрой и по сравнению с инопланетным вторжением является просто пылью. Человечество уйдет в подполье. Станет партизанами и будет бороться до последнего за свою свободу и демократию!

На этом передача завершена, она повторится через два часа. Просьба населению сохранять спокойствие и вступать в сопротивление. Конец передачи.

Белый шум. Все ясно, передачи ведутся не постоянно, но куда нам направляться? Какое сопротивление? Где их найти, есть ли у повстанцев лидер? Кто вообще мог подумать об объединении сил НАТО и ОВД? Стоит вам думаю рассказать об этих военных блоках.

НАТО состояло из Римской Империи, части стран западной Европы, США, Канады, Японии, Южной Кореи и еще некоторых стран. Это были либо либеральные страны, либо конституционные монархии. ОВД состояло из социалистических стран - СССР, Польши, Восточной Германии, Болгарии, Венгрии, Румынии, Чехословакии и т.п. Холодная война была противостоянием этих двух блоков. Страны соревновались между в военной, промышленной и экономической мощи. Они участвовали в прокси-конфликтах, таких как Корейская или Вьетнамская войны.

Октавиан был вторым императором из династии и после смерти отца он пообещал сделать Рим снова великим, да забавно получилось, что если Москва – это третий Рим, то сейчас сам Рим является четвертым.

Вообще история возрождения Римской Империи довольно интересная и когда-то Советский Союз в обнимку дружили с ними, но то была другая история. На самом деле Российская Империя приняла участие в создании Римской, хотя тогда она называлась Византийской Республикой. Если кратко, то во время первой мировой войны в ходе Дарданельской Операции войска Антанты штурмом берут Станбул, городу возвращается название Константинополь. Османская Империя следом выходит из войны и в мире образуется новое государство – та самая Византийская Республика. В ходе Второй Мировой войны она выступает на стороне СССР, и совместно с США, Великобританией и другими странами одерживает победу над Осью – Третьим Рейхом, Италией и Японией.

Германию следом делят пополам, а Византия забирает себе Италию. В 1953 году в Византии происходит военный переворот и к власти приходят имперцы, которые и решили возродить былое величие.

Вот такой вот экскурс в нашу историю.

Мы вернулись в поезд и продолжили путь. Щит отключать никто не собирался, это было опасно, он уже не раз спасал нашу жизнь. Пришло время обсудить произошедшее. Николай поднялся со стула и обратился к нам:

- Парни. Я понимаю, вы…

- Да что ты можешь понимать, - крикнул один из рядовых.

- Я понимаю, что вы, что мы все в замешательстве. С каждым часом ситуация накаляется все сильнее и сильнее. Мы скоро прибудем в Иркутск, там то и вступим в ряды сопротивления.

- Не понятно, существует ли Красная Армия теперь, почему Поляков говорил именно о сопротивлении и ополчении?

- Существует. По радио говорили о мобилизационных пунктах, кажется. Министерство обороны еще работает, значит и Красная Армия еще жива!

- Почему бы не долбануть ядерным оружием по противнику? – спросил другой боец.

- А по кому ты бить собрался? Ты знаешь где дислоцируется враг?

Так мы и провели еще некоторое время в жаркой дискуссии, кажется зарождался разлад в наших рядах. Мы разбились на два лагеря.

Первые решительно поддержали Николая и его желание мстить за человечество. За наших родных, за нашу страну и за мир во всем мире. Их сердца горели, и они даже пробовали разработать план действий, но в условиях дефицита информации это было очень проблематично. Как было сказано ранее, они хотели обсудить дальнейшие действия в Иркутске.

Другие же впали в уныние, надежда в их глазах угасала с каждым часом. Мне было тяжело смотреть на них и слышать эти речи о том, что «все пропало» и «миру конец». Тут мне пришла мысль о том, что передача по радио могла быть фальшивкой и психологической операцией противника. Доказать это конечно никак было нельзя. Я чувствовал, что сейчас мне нужно попробовать прекратить распри между товарищами, но я не знал, что им сказать. Николай, я кстати не упоминал его фамилию – Орлов, стал негласным лидером поезда. Что-то изменилось в его глазах, будто он постарел за это время.

Конечно, была еще третья категория людей - те, кто решил оставаться в стороне. Невольно и я присоединился к ним.

Мы тем временем приближались к Иркутску. Сначала мелькали поселки, потом из-за деревьев стал виднеться город. Еще через пару минут мы выехали на отрытую местность и увидели охваченный огнем город, он пылал ярким пламенем, клубы дыма поднимались ввысь. Здания горели. Поезд подбирался все ближе и ближе к городу. Мы увидели затопленные улицы, видимо инопланетяне ударили по ГЭС. Значит всё сказанное по радио оказалось правдой.

Наш путь был закрыт, железнодорожные пути оказались затопленными. Солдаты были наготове и во всеоружии. Я прижимал к своему сердцу экспериментальный образец Автомата Коробова, а меч решил оставить в вагоне. Вот мы и прибыли. Постепенно парни вышли на свежий воздух. Псионики держали щиты наготове. Здравствуй, Иркутск! Давно не виделись, да?

Глава 5. Здравствуй, Иркутск!

Иркутск же в свою очередь приветствовал нас почти ясным небом, не считая огромного количества столбов дыма в разных частях города. Мы не знали куда именно били инопланетяне и находились ли наши жизни под угрозой. У нас были все обстоятельства чтобы думать об этом, но видимо сейчас противник отказался от преследования какого-то случайного поезда. На самом деле я думал... Хм, нет, я знал — наш поезд не просто так стал целью врага, и возможно именно я был добычей пришельцев. Судя по словам того темного типа, как он там сказал? Человек и такая сильная аура? Возможно они догадывались о моей силе и в приоритете их задачей стояло ликвидировать меня. Почему тогда они прекратили попытки?

Никто из моих товарищей не жил в Иркутске, поэтому мы не могли знать какие именно предприятия были атакованы, конечно кроме ГЭС. Это было печальное зрелище, некогда живой город оказался затоплен в мгновение ока из-за разрушенной плотины и теперь его судьба неизвестна. Сейчас на повестке дня стояла цель связаться хоть с кем-то и разузнать о ситуации в городе и стране, кроме того, увидеть своими глазами то, что мы услышали по рации. Попытки выйти на связь успехом не увенчались, видимо частота не та. Новостей также слышно не было.

Внезапно мы заметили два вертолета, курсирующих по маршруту. Шелест попытался связаться с ними. Сова сдернулся с места и побежал в поезд, вернувшись с сигнальным пистолетом. Он поспешил зарядить его и оповестить летчиков о нашем прибытии. После выстрела один из вертолетов полетел в нашу сторону, другой продолжил путь по заданной заранее траектории.

Ну наконец мы встретимся с товарищами. Спустя несколько минут аппарат уже кружил над нами и заходил на посадку. Когда он был на земле и дверь открылась, из кабины вышел вооруженный мужчина в военной форме, он направился к нам, отдал воинское приветствие и представился:

— Григорий Чернов, хотел бы я быть рад знакомству, да нечему тут радоваться. Мир вновь испытывает нас. С кем я имею дело?

Николай как лидер нашего поезда выступил вперед и обратился к нашему новому коллеге:

— Николай Орлов, временный, считайте самопровозглашённый командир поезда, — и улыбнулся, — мы не имели связи с миром и ни черта не знаем о произошедшем. Мы хотели бы получить оперативную информацию об обстановке в стране и мире. Нам известно только о нападении каких-то бледных и весьма живучих инопланетян.

— Что? Вам удалось с ними встретиться раз вам известен их внешний вид? Еще и живыми вышли? Вы вызываете восхищение! Радуйтесь что остались целы. Вы все пройдете с нами, для начала эвакуируем вас отсюда. На вертолетах лететь опасно да и месте не хватит. Будет отправлена техника, он вас и заберет. Я останусь с вами, вертушка вернется на базу.

— Вы введете нас в курс дела?

— Несомненно я расскажу, что знаю, но если вы слышали новости по радио, то новой информацией я вряд ли поделюсь. Пусть все покинут поезд, опасно в нем оставаться. Забирайте всё важное и сваливаем.

— Стойте, у нас есть тело пришельца. Мы можем его отдать вам.

— ТЕЛО? — крикнул Чернов, — чего же вы молчали?!

Мы перетащили труп и оружие Тени, и Чернов отдал жестом приказ вертолету улетать, а сам отправился с нами. Я забрал документы, прихватил меч, автомат и пару оставшихся магазинов. Шелест взял радио-аппаратуру, Янтарь аптечку, а Сова и еще один товарищ прихватили пулемет. Псионики развернули вокруг нас щит и мы пошли за Григорием.

Сам же Григорий засверкал. Когда он увидел тело его глаза горели, как сердце пионера! Он был доволен, что именно его вертолет привезет на базу важную находку, поэтому благодарил нас за такой «трофей».

— Я немного знаю Иркутск, поэтому следуйте за мной. — продолжил он и повел нас в неизвестном направлении.

Пройдя тихо несколько улиц, мы встретили группу гражданских. Они присоединились к нам. За поворотом также навстречу вышел один из множества отрядов сопротивления, организовавшихся в городе.

— Свои, свои! — обратились они к нам.

— А разве здесь могут быть не свои? — спросил Сова у Чернова.

— Могут, конечно. Мародеры, банды, преступники. После паники они мгновенно появились в Иркутске. Чести нет никакой в этих людях. Думают раз наступила анархия, то они могут вести себя безнаказанно? Нет, конечно власти сделали всё возможное и очень грамотно объявили эвакуацию и мобилизацию. В этом районе уже пусто из-за затопления, но дальше мы встретим больше людей, если перейдем через магистраль. Уровень воды еще низок тут, так что у нас есть время. Кстати две группы мародеров уже были ликвидированы полицией и спецназом. В городе объявлен комендантский час и режим ЧС, а вообще...

Он говорил без умолку. Язык у него явно был подвешен. Вооружение у ополченцев конечно было устаревшее, но чем больше нас, тем лучше. Ребята собрали отряд на базе одного из военных университетов, а оружие взяли оттуда же. Мы решили обойтись без лишних вопросов.

Наша толпа вышла к большой магистрали на возвышенности, если поторопиться, то мы сумеем выбраться по этой дороге. Оставалось ждать пока за нами приедут. Мы организовались в одном большом административном здании и заняли пару этажей. Ополченцы стали наблюдать за обстановкой вокруг, а Чернов сел в центре комнаты и начал свой рассказ:

— Согласно донесениям свыше, мы подверглись атаке ранее неслыхан...

— Да знаем мы это, ближе к сути можешь? — крикнул один из бойцов сопротивления.

— Погоди ты, у нас ведь тут есть живые свидетели, и те, кто вплотную столкнулся с врагом и даже смог дать отпор.

— Кто?

— Да эти ж парни с поезда.

— Да ну на? Серьезно? — нас окружили странными и косыми взглядами.

Орлов вышел вперед и снова взял на себя роль оратора:

— Всё так. Дело было следующим образом. Наш поезд возвращался с учений, и внезапно был атакован врагом в лесах Сибири. Мы развернули оборону и отбились от пришельцев. Целыми мы добрались.. Ну не все, конечно. Мы многих потеряли, это большая утрата для нас. В общем, псионические щиты эффективно работают против врага.

Из толпы начались возгласы недоверия:

— Придумывают!

— Врут и не краснеют.

— Совсем совести нет у вас.

Орлов им отвечал:

— Да нет же! Это чистая, как вода Байкала, правда. Янтарь, ты взял образцы с собой? Покажи-ка им.

— Конечно. — и достал из сумки несколько колб.

— Что это? — поинтересовались люди.

— Глядите. Тут кровь, остатки пораженных пулями тканей.

— Подделка! Синяя? Быть не может! — снова возмутились гражданские и ополченцы.

Тут на сцену вышел Чернов:

— Нет. Я сам видел тело пришельца. Это был бледный гуманоид, также взгляните на структуру тканей и то как они обвалакивают пулю! Это не может быть подделкой. Но мне интересно, Николай, как вы с ними справились?

— Если бы не Владлен, наш местный гений, мы бы уже давно были бы мертвы. Он предсказал нападение противника, учуяв их псионический след! — вступился за меня Николай.

Я кивнул головой в ответ. Недоверчивые взгляды сменились одобрением и воодушевлением. Кажется, настрой постепенно стал улучшаться. Тем временем Орлов продолжил.

— Владлен один из сильнейших псиоников, что я знаю. Тип странный несомненно, мрачный, но как он скрестил клинки с пришельцем! Я сам видел. Мы выяснили, что против них лучше всего работает псионическое оружие, оно прошивает насквозь. А что касается обычных пуль — они их могут останавливать тканями своего организма и не давать пробить органы.

И с чего он посчитал меня мрачным? У меня рыжие волосы, вполне цветной и яркий я человек.

— Крайне полезная информация, я обязательно передам её командованию, хотя, вас наверняка заставят писать рапорт по ситуации.

— Да они и без нас это знают наверное.

Теперь же в основном говорил наш новый знакомый:

— Так, расклад такой. Ходят слухи, что ООН вели переговоры с пришельцами, да не смогли договориться. Наверняка им нужны ресурсы нашей планеты, мы не поделились, вот они и долбанули по нам. Версии можно строить бесконечно. Что касается римлян, они объявили о прекращении запрета на псионические исследования. Раньше же они говорили — от дьявола, это магия сатаны и прочее. Религия не позволяла им заниматься изучением этой отрасли науки, а теперь вот как заговорили.

— Да нет, скорее всего они и так её развивали, просто тайно — предположил Янтарь и поправил очки.

— И все же вопросов так много, — сказал Николай.

— С нами связывался Поляков, — начал я, — он подсказал нам, точнее, мы вычитали в одном журнале... Шелест, он у тебя? Давай сюда. Мы вычитали, что человечество отправляло сигналы в космос, так мы себя и выдали. Нужно было сидеть молчать, тогда ничего не случилось бы.

— Да... Мы даже не знаем с кем воюем. Расскажите, как вы встретили атаку? — спросил Николай.

— Есть один момент, о котором я неумышленно умолчал. Правительство знало о готовящемся нападении, именно поэтому и проводило учения с псионическими оружиями с которых вы возвращались. — ответил Чернов.

— Да ну? С чего вы это взяли?

— А почему враг напал только после того как учения были закончены? Вся страна была в режиме подготовки к бою, но его так и не настало.

— Все сходится, — подумал я.

— Что касается атаки, она произошла мгновенно. Были подорваны военные объекты, электростанции, предприятия, инфраструктура из ниоткуда взявшихся ракет. При этом враг не тронул атомные электростанции. Видимо они им нужны.

— А дальше?

— Тишина. Связи нет. Атаки прекратились сразу же.

Спустя несколько часов так никто за нами не приходил, а уровень воды рос с каждой минутой. Не успеем мы выбраться по дороге, её уже затопило, и вода подступала к нашим этажам. Мы начали перебираться на этажи повыше и ждать помощи. Вот мы уже сидели на крыше и были совершенно открыты для атаки врага.

Шелест поймал сигнал, но не наш:

— Человечество нарушает баланс. Человечество должно знать своё место. Человечество опасно.

И сигнал прекратился. Мы насторожились и ожидали удара. Не зря. По нам были выпущены десятки снарядов. Вот наша вторая встреча. Дадим отпор этим тварям и покажем, кто тут на самом деле должен знать своё место.

Мы засекли противника в двух кварталах. Снова палили из миномётов. Пулеметный расчет был развернут на крыше. Псионики генерировали микрощиты и отражали обстрелы.

— Владлен, держи, ты знаешь, как этим пользоваться? — крикнул ополченец.

Я поймал гранатомет и ответил, что знаю. С помощью псионики я смогу задать траекторию полета снаряду.

— Заряжайте мне гранатомёт. Есть псионические боеприпасы?

— Нет, откуда у нас они, только обычные, кумулятивные.

— Понял, тоже пойдет.

Мы устроили такой конвейер и начали вести ответный огонь. Основной проблемой было предсказать расположение врага, это можно было сделать по следу от вражеских снарядов, что я и сделал. Было непонятно откуда ведут огонь. Скорее всего также с крыши. Черт, вода подходила всё ближе. Где же помощь?

Начало подтапливать крышу, я промочил все ноги. Боеприпасы закончились, и я переключился на отражение снарядов. Сил все также было очень мало, но чтобы изменять траекторию ракет противника много ума и псио-энергии не нужно. Это базовые возможности большинства псиоников.

Черт! Самая большая опасность была от разрушения здания. Несколько раз врагу удалось пробить стены, от чего угол начал разрушаться и нам пришлось скучковаться. В тесноте, да не в обиде.

Шелест пытался связаться и вызвать подмогу, тишина. Когда он настраивал каналы в стену под ним прилетел снаряд и крыша снова начала валиться. Шелест потерял равновесие, упал и начал провалиться вместе с ней. Последний этаж дома еще не был полностью залит водой, видимо из-за закрытых окон. Я побежал к нему и попробовал схватить за руку, но не успел, и он упал в воду.

Делать нечего, я приказал продолжать уклонять ракеты врага, а сам изо всех сил попытался с помощью псио-энергии притянуть Шелеста к себе. Он сделал тоже самое, но наоборот, вытолкнул себя из воды, я схватил его за руку и вытащил обратно на крышу.

Тут к нам приблизилось чуть больше десятка катеров. Это было интересное зрелище. Наши! Наши! Обрадовались мы прибытию товарищей. Как-только лодки подплыли к крыше, мы запрыгнули в них и отправились пока неизвестно куда, попутно отбиваясь от врага.

Мы были спасены! Ура!

Ближе к вечеру мы подплыли к суше, на берегу нас поджидали несколько БТР. Мы направились на какую-то военную базу и через час уже были на месте. Угадайте, кто прибыл нас встречать? Товарищ Александр Поляков, нынешний глава Экстренной Комиссии.

Откуда он здесь? Кажется он очень был рад видеть именно меня:

— Владлен, родной, ты жив!

— Здравия желаю, товари... — начал было я.

— Да брось ты, Владлен, к черту эти формальности.

— Так точно!

— Оставить! Еще раз. К черту формальности. — сказал Поляков.

— К черту формальности. — повторил я.

— Вот! — с довольной улыбкой ответил он, — в народе поговаривают, ты убил Просвещенного?

— Кого?

— Ах, ты не знаешь, как они себя называют? — удивленно спросил Поляков.

— Нет, — ответил я.

— Ребят, идем со мной. Сразу говорю, во Владивосток вы не едете, смысла нет. Последние новости, получается вы тоже не слышали.

— Почему вы здесь, Александр Владимирович? — задались мы вопросом.

— Я всё вам расскажу, вы провели отличную работу. Если вы выжили, значит вы уже показали свои способности. Это похвальный результат.

— Не все из нас выжили, — высказал свое мнение Николай, — сколько наших полегло во время боя! Мы были в аду!

— А мы думаешь нет? Думаешь мы не потеряли друзей, товарищей, родных? — парировал Поляков.

Николай замолчал, а после ответил:

— Вы правы.

Ого, мало кто мог заставить извиняться самого Николая.

Когда мы шли по базе я заметил те самые вертолеты, возможно убитый Просвещенный где-то тут. Интересно, почему они называют себя просвещенными? Они больше похожи на варваров, захвативших и спаливших Рим. Сейчас это даже соотносится с происходящим. Рим, столица Империи, она ведь тоже пала?

После ужина нас отправили в бараки. Накормили конечно до отвала, давно я так не ел. Потом мне, Янтарю и Николаю дали бумагу и приказали писать рапорт о противнике. Как оказалось, мало кто из обычных людей выживает при встрече с инопланетянами, а вот псионики способны дать отпор. Также нас могут представить к награде. За полученное тело врага, его оружие и любую полезную информацию государство очень щедро награждало, но не сейчас. Да и зачем мне эти награды. Всё что я знал о противнике я перенес на бумагу и вернулся к товарищам.

Перед сном мы сидели в казармах, болтали о своём. Одни рассказывали о своей девушке, ждущей его с нетерпением, другие о своих делах на гражданке. Тут кто-то достал гитару и запел:

На полях родной России льется золотая рожь,

Гость незваный у порога, ты друзей моих не трожь!

Ой возьми винтовку братец, и постой ты за меня.

У тебя в долгу товарищ не останусь я.

Вьется красный флаг над нами и тебя я обниму

Как ту девушку родную, как и родину свою

...

Мы знали эту песню, она была очень известна по всей нашей стране, но допеть мы её не успели. К нам вошел Александр Владимирович. Он изменился с моей последней встречи с ним год назад. Хотя может перед нами он просто раскрылся? Поляков относился к нам как-то по-отцовски или может даже по-дедовски. По-доброму. Он улыбался и почесывал свою бородку время от времени.

— Поёте, ребята? Молодцы. Не теряете духу, родные! Я собрал вас здесь, чтобы вы знали правду. Вы — наш ударный кулак. Вы — будущее Страны Советов. Вы — меч пролетариата. Вы — щит человечества.

Поляков начал свой рассказ.

Глава 6. Новая угроза

— Что вершит судьбу человечества в этом мире? Некое незримое существо или закон вселенной? По крайне мере истинно то, что человек не властен даже над своей волей, а ныне ясно только одно. Выживание нашего вида зависит только от нас самих. И будем мы или истреблены, или одержим победу.

Поляков поднялся со стула и начал расхаживать по казарме:

— Да. Вы сами всё видели, родные мои. Произошедшее несомненно шокировало каждого из нас. Удивит вас и то, что правительство и Союза, и Рима, и ООН, все они знали о предстоящем нападении. Поэтому и были повсеместные учения по всей стране. Украина, Беларусь, Казахстан, Ленинград, Дальний Восток и конечно Сибирь. Мы были во всеоружии и готовились к войне.

— С кем же мы воюем!? — выкрикнул парень, сидящий неподалеку от меня.

— Друг мой, значит вас интересует в первую очередь кто наш враг?

— Конечно!

— А не подумали ли вы, почему несмотря на нашу подготовку мы оказались безоружны и за первые 24 часа войны потеряли более трети, если не половины вооружения, а наша инфраструктура в руинах? — с улыбкой, но какой-то горечью спросил Поляков.

— Ну... — замялся тот парень.

— Просвещенные. До недавнего времени я ничего не знал о них. Последние пару суток я почти не спал, не считая времени в самолете. Судя по их самонаименованию, они очень высокомерная раса, раз называют себя так.

— Почему они Просвещенные?

— Нам неизвестно. Пытались ли провести переговоры с ними? Да, они первые вышли к нам на связь чтобы договориться, но меня не было за закрытыми дверьми и если бы я был там, то сейчас я уже был бы мертв. Мой убитый предшественник был одним из членов делегации, но среди нас есть и те, кто выжил на том заседании. Приведите их сюда.

С задних рядов стал пробивать через толпу невысокий, но крепкий мужчина. Его лицо было в шрамах от ожогов, рука видимо сломана, а сам он прихрамывал. Рядом с ним шла красивая девушка в серой официальной одежде, она была чуть выше него, а её коричневые волосы свисали до плеч. Девушка и еще один мужчина помогали ему идти. Они усадили его на кровать.

— Александр Константинович Смирнов. Рад знакомству, а это моя ученица — представился он.

Кажется, этот человек пережил ад. Его раны и шрамы были совсем свежими. Кроме того, почему-то его имя было мне очень знакомо, но где я его слышал?

— Мы пытались договориться, — чуть ли не закричал Смирнов, — твою ж мать! Я был там! Я видел их! Хмельнов погиб по собственной глупости! Нельзя противиться судьбе!

— Александр Константинович, будьте спокойны, пожалуйста, — взволнованно обратилась к нему его ученица.

— Настя, тихо! Ты там была и просто сидела в сторонке, а я общался с ними!

— Простите, вам нужно...

Кажется, ему снесло крышу. В лице Смирнова было явное помешательство, его глаза дергались, с виду и не скажешь, что он потерял зрение. Жестикуляция, мимика и движение рук также выдавали его. Свихнулся дед после пережитого, можно понять.

— Владлен, ты тут? — закричал Смирнов.

— Да, — ответил я, — вы меня знаете?

— Мне говорили про тебя и только ты сможешь меня понять! Ты ведь видел нимб над головой убитого тобой просвещенного?

— Нет, как еще нимб?

— Не ври, ты должен был его видеть! — сорвался мой собеседник, — Я думал ты поймешь меня! Мы встали против Бога! Их направил к нам сам Господь! Просвещенные - это ангелы. У них нимбы над головой!

Я обратился к Полякову:

— Александр Владимирович, что он имеет в виду?

— Это хотели мы узнать у вас, он все время талдычит о каких-то нимбах и ангелах. Я думал, вы проясните это момент, — ответил Поляков.

— Нет, мне ничего неизвестно о нимбах, — ответил я.

— Не смейте противостоять воле Господней! — заорал Смирнов, я потерял зрение и обошелся малой кровью. Прочие же погибли! Я понял свою роль, я обязан предостеречь каждого из вас! Направить на праведный путь!

— Александр, мы вас поняли, но не могли бы вы поведать здесь сидящим о том, что произошло и как именно нам выйти на праведный путь? — поинтересовался Поляков.

— Сложите оружие. Я всё сказал, уведите меня.

Сопровождающие вывели Смирнова из казармы. Обстановка напряглась и в лицах людей возникало сомнение.

— Простите его, он немного не в себе, — сказала Анастасия.

— Немного!? ДА У НЕГО КУКУХА СЛЕТЕЛА, — ответил Николай, — Зачем вы привели его сюда? Он явно не в своем уме и даже толком ничего нам не сообщил! Он только ввел смуту в наши ряды.

— Я сама вам расскажу всё что видела.

Анастасия встала в центр и начала свой рассказ.

— Просвещенные связались с нами полгода назад. Ну, не со мной конечно. Произошло это довольно странным образом. Когда глава нашей страны, товарищ Брежнев, включил радио после того как проснулся, вместо привычных утренних передач он услышал короткое обращение к нему от Просвещенных. Содержания не знаю, но то же соо...

— Анастасия, а вы вообще кто такая чтобы мы вам верили? — не унимался Николай.

— Ах, вы я вижу очень разочарованы чем-то, раз пытаетесь меня задеть?

— Я просто не понимаю, почему я должен вас слушать?

— Николай, ей можно верить. Я сам её знаю, она хорошая девушка — вмешался Поляков, — она сотрудница Академии Наук и занимается теоретическими исследованиями в области космической социологии.

Точно! Так это книгу Смирнова мы читали в поезде, вот почему его фамилия показалась мне знакомой.

— Парни! Ей можно точно верить, я вспомнил, что мы читали книгу Смирнова в поезде!

— Точно, — воскликнул Шелест, — я сам её зачитывал вам!

Николай, явно недовольный, ответил:

— Ах... Как я мог забыть, пожалуй... Да, я вас слушаю, Анастасия.

Она улыбнулась и продолжила:

— То же самое произошло и с другими правителями. Моретти получил сообщение от них по телевизору. Еще несколько лидеров — Великобритании, обоих Германий, Франции, Штатов, Японии, Китая получили послания с предложением встречи в Женеве. Сообщалось о том, что передача сообщения идет с зонда неподалеку от планеты. Конечно никто в эту чушь поверить не мог. И никто бы и не поверил, если бы их зонд не был обнаружен в орбите Земли. Начали подготовку делегации. От каждой страны были направлены ученые и дипломаты. В ночь с 30-го апреля на 1-е мая состоялась встреча.

Женева. Огромный тёмный зал. Сцена. Телекамер не было. Внезапно двери открываются и в помещение заходят две высокие фигуры. Над их головами были нимбы, а их кожа была бледна. Одеты они были в белые длинные... Что-то по типу японских кимоно, или туника как у древних римлян. Чистые создания и столь невинные... Двери закрылись, и гуманоиды поклонились залу.

Они начали речь на английском языке:

— Мы рады приветствовать цивилизацию номер один планеты Земля Кайнозойской Эры из Солнечной Системы, находящейся в Рукаве Ориона, если выражаться вашей терминологией.

— От лица планеты Земля мы также рады видеть вас здесь. Это большая честь для нас! Как к вам обращаться? — спросил спикер ООН.

— У нас нет имен, но для вашего удобства называйте нас Первый и Вторая — ответили Просвещенные, в нашем обществе не принято долго разглагольствовать, поэтому мы скажем сразу. Человечество — опасно и оно должно быть остановлено. Ваш прогресс идет слишком быстро, и мы здесь, чтобы обсудить с вами условия вашей капитуляции.

Гробовая тишина. Люди начали переглядываться.

— Это что? Шутка? — возмутился посол США, — если да, то крайне неудачная!

— Кто нас тут собрал ради этого? Мы будет жаловаться на вас!

— Снимите эти костюмы!

— Что за цирк тут устроили?

Просвещенные в свою очередь продолжили:

— Спокойно, мы знали, что вы нам не поверите, поэтому сейчас мы предоставим вам доказательства.

Что произошло дальше мне понять было невозможно. Они достали какой-то аппарат и начали рассказывать о себе, своих технологиях, науке, об устройстве мира и прочем. Словно это была презентация их цивилизации. На аппарате они показывали как они считали "физически невозможные вещи".

Мне было ясно одно. Послы Просвещенных совершенно не понимают людей и то, как мы мыслим. Просвещенные хотели показать нам демонстрацию своих достижений, но это сродни муравью объяснять устройство двигателя внутреннего сгорания. К тому же, человеческий язык не может полностью раскрыть, то что они хотели до нас довести.

— Мы даем вам время до шести часов утра для капитуляции на наших условиях.

Этим закончилось их обращение. Большинство сидевших в зале решили, что это все шутка и покинули его. Среди делегаций конечно были ученые, которых аппарат заинтересовал, они крутились вокруг него и общались с просвещенными. Смирнов был среди них, но разговаривал на другие темы. При этом, Просвещенные могли вести беседу одновременно со всеми людьми. Странное зрелище. На самом деле, никто не понимал, что происходит, и никто не думал, что это все всерьёз. Нам было просто интересно поговорить с ними.

Наступило долгожданное время, но зал оказался почти пустым. Никто не поверил им. Никто! На сцену вышел тот же спикер ООН, чуть ли не смеясь ответил: «Наш ответ - нет, арестуйте их за этот нелепый розыгрыш» и охрана двинулась к сцене. Первый и второй взялись за руки, подняли их вверх и сказали: «Человечество само выбрало свою судьбу». После этого началось вторжение. Как-то так... Здание взлетело на воздух, но нам со профессором Смирновым удалось выжить. У меня вроде всё. Даже не знаю, что и говорить дальше.

Знамя просвещенных

Поляков обратился к нам:

— Дорогие мои, Смирнов был очень восхищен просвещенными. Вы сами видели его помешанность. Он чуть ли не молился на них, рассказывал о прекраснейших нимбах, гладкой текстуре кожи и прочих странных вещах, но я хочу обратить ваше внимание на другое. Просвещенные обладают развитыми технологиями в области псионики и они опередили нас на множество поколений, но из-за ограничений физики им требуется очень много времени, чтобы добраться до нас на космическом флоте.

Я призадумался, тем временем он продолжал:

— До созвездия весов 800 световых лет! Именно туда мы отправили первый сигнал. Одно дело послать туда псио-волны, другое оттуда флот! Как они смогли преодолеть такое расстояние? Ведь их кораблям потребовалось бы восемь столетий, чтобы добраться до нас? Они не могут нарушить законы физики?

— Возможно это мы мало знаем о законах физики, — предположил Килогерц.

— Возможно ты прав, да, но несколько академиков сказали, что именно псионика может позволить преодолеть это расстояние. Итак. Ближе к делу, — Поляков нахмурился, — Зачем я это рассказал? Осведомлен — значит вооружен. На этой военной базе собраны лучшие войны, псионики и ученые Дальнего Востока и Сибири. Вы здесь чтобы на основе всего сказанного выработать план противостояния нашей угрозе. Мы разделим вас на группы, и каждая будет предлагать свои варианты. Только вместе мы сможем победить врага и отомстить Просвещенным!

Николай вышел вперед и встал перед Анастасией. У них завязался жаркий спор.

— Товарищ Поляков, разрешите прервать вас. У меня пара вопросов, но не к вам. Настенька, мне кажется, что ты о многом нам не договариваешь.

— Почему ты так подумал... Коленька?

— Я Николай.

— Тогда я не Настенька, а Анастасия.

— Хорошо, А-на-ста-си-я, — проговорил Орлов, — почему только вы выбрались оттуда живыми, а прошлый экстренной комиссии Хмельнов погиб?

— Потому что его не было вместе с нами.

— Как не было?

— А вот так, многие из делегации кто ушли, были убиты при неизведанных обстоятельствах.

— Говоришь, здание взлетело на воздух? Почему тогда Смирнов так искалечен, а ты цела и невредима?

— Я, также как многие здесь псионик, мне удалось защитить себя, но своего профессора я уберечь от травм не смогла.

— Ты упомянула, что они рассказывали о своем мире, технологиях и прочем. Почему ты умолчала в подробностях об этом и не раскрыла тему? Говори!

— Я не умалчивала, просто там не о чем говорить.

— Так это же самая важная часть! Знай своего врага в лицо.

— Да, но кроме того, я не могу быть уверена, что они говорили правду.

— Плевать, расскажи нам. — требовал Николай.

— Там нечего рассказывать, они говорили, что-то о галактическом господстве, сохранении баланса во вселенной. Знаешь, всю эту философскую дичь, что они несли, мы пропустили мимо ушей.

— Нет, ты же сама общалась с ними!

— Только на тему взаимодействия цивилизаций.

— И что они сказали, Анастасия?

— Если в кратце, то просвещенные взяли на себя роль регулятора и...

— Всё ясно. Империалисты! Каждый кто так говорит, это империалист и захватчик. Спасибо, на этом достаточно. Мне большего знать не нужно. Ответный удар человечества будет очень болезненным.

— И как ты планируешь уничтожить космическую цивилизацию?

— Не знаю, разберемся. Мы и не из так ситуаций выкарабкивались.

— Например каких, Николай?

— Э... Неважно.

И тут я задумался на счет слов Смирнова о предназначении человека. Только сейчас я понял, как сильно они повлияли на мое подсознание. Что же он говорил? Его судьба - довести до нас правду, наставить на верный путь и не сопротивляться воле Господа... Но что если именно моё предназначение было заложено в этом мире? И я должен спасти человечество? Только я могу это сделать, ведь я фактически бессмертен.

Второй вопрос, который крутился в моей голове и возникал сам собой «Почему все так просто?». Этого же не может быть! Почему наша, наверняка отсталая цивилизация, до сих пор жива? Почему просвещенные просто не пустят вирус, убивающий только людей? Или облучить всех какими-нибудь волнами? Поляков прав, они превосходят нас в сотни, если не в тысячи раз! Почему они просто не убьют нас!? Это же сверхдержава во вселенной!

Разве есть какие-то трудности уничтожить людей (по сути муравьев) для инопланетной расы, освоившей космические путешествия? Для них мы наверняка всего лишь насекомые! Просвещенные убили тех, кто покинул зал и сделали это спустя шесть часов. То есть они выследили каждого и нанесли по ним удары ракетами или чем они там атакуют? Это же из области фантастики. Хотя, инопланетяне сами по себе уже фантастика, не так ли?

Тут я вернулся в реальность и спросил у Анастасии:

— А почему бы просвещенным просто не выйти к человечеству публично, и по всем телеканалам записать обращение? Мол, здравствуйте люди, мы ставим вам ультиматум, и прочее?

— Возможно они не хотели паники и желали втайне руководить планетой, или еще что-то.

— Именно поэтому долбанули по нам ракетами, ага.

— Я не знаю, что у них в головах.

Что-то в её словах не складывалось, но что? Поляков обратился к людям:

— Итак. Товарищи, родные мои, вспомните, что я спросил у вас в начале нашей беседы?

— Что вершит судьбу человечества в этом мире? — спросил Сова.

— Да. Ответ на вопрос теперь известен! Это не Бог. И не закон. Космическая цивилизация, пытающаяся подчинить себе всю вселенную! Нас пытались сломить в 1941 году. Пытаются сломить и сейчас. Мы знаем, что победа будет за нами. Наше дело правое. Враг будет разбит!

— Ураааа! Дааа! Всё верно! — Солдаты стали вставать с кроватей и аплодировать Полякову!

Хах, какие мы все-таки наивные, да? Тут Анастасия показала мне какой-то знак, видимо позвала меня, но я решил сделать вид, что не замечаю её и воодушевленно слушаю речь Полякова.

— Эй, она зовет тебя? — толкнул меня Шелестов по-дружески.

— Кто? О чем ты, Рома? — наигранно спросил я.

— Глянь на Дементьеву.

Анастасия вглядывалась в мои глаза. Я улыбнулся через силу ей и отвел взгляд.

— Как думаешь, чего ей от меня надо?

— Ты её заинтересовал, — ответил Шелест.

— Да ну, и чем же? Поляков или Смирнов видимо наговорили ей про меня. Я был надеждой Смирнова, ведь я видел Просвещенного, ха-ха. Даже убил его. За это он должен был меня возненавидеть, разве нет?

— Не знаю, видимо после увиденного он уже плохо соображает.

— Странная она какая-то.

— Да ладно тебе, Влад. Познакомься, она вроде ничего.

— Я подумаю.

— Смущаешься весь, наш недопонятый гений, - подколол меня Шелест.

— Тише, всё. С Николаем она смотрится более интересно, ты слышал какие у них жаркие споры.

— А ты завидуешь? - не унимался Роман.

— Отстань.

Тут в казарму влетел запыхавшийся рядовой.

— Мужики, флот Просвещенных прибыл!

Глава 7. Какая встреча!

— Как прибыл? — воскликнул Килогерц, — мы же подсчитали... К черту ваши подсчеты!

Парни вскочили с коек и рванулись в сторону выхода, но оказавшись на улице не обнаружили никакого флота.

— Где же он? — спросил Чернов вглядываясь в ночное небо. Время уже было близко к полуночи. Нам сияли только далекие звезды.

— Мы его не увидим, — сказал рядовой.

— Ааа, вероятно их корабли крайне малы, но откуда же у тебя информация о флоте? — поинтересовался Николай.

— Его обнаружили в обсерватории, точнее след флота. Или может не флота вообще. В ходе сканирования солнечной системы одна из обсерваторий отследила аномальные магнитные волны около Сатурна и периодические всплески активности псио-энергии около Титана.

— Титана? Это где?

— Спутник Сатурна.

— Далековато. Как они там расположились? И разве он пригоден для жизни?

— Титан схож с Землей по некоторым характеристикам, но конечно человеческий организм не может существовать там без средств защиты. Возможно там есть вода, озера из метана или еще чего-то, но жить там не получится — поддержал беседу Килогерц.

Мы всё также стояли и вглядывались в бескрайние просторы вселенной. Мы ощущали себя песчинкой в этом мире и чувствовали, что против нас вся галактика, и что все сущее хочет нас уничтожить. Люди всегда задавались вопросом «А есть ли кто-то там? Вдалеке?». Теперь мы знаем ответ. Есть, и они не очень-то дружелюбны к нам. Теория Темной Пещеры, описанная в космической социологии, гласит, что нельзя выдавать себя, иначе будешь уничтожен, так как ты представляешь угрозу для существования. Будь скрытен. Будь как тень. Притворись, что тебя нет и тогда вселенная не заметит тебя. Люди же как существа глупые и наивные решили зажечь факел в этой пещере и обнажить свою спину. Предстать перед миром и позволить ему распять себя на кресте!

— Была выявлена корреляция между атаками Просвещенных на Землю и импульсами в той зоне. Как только возникала активность псио-энергии за Титаном, так по всей планете начинались атаки противника, — пояснил тот парень, — с чем именно это связано, на данный момент не понятно.

— Это насколько сильной должна быть активность за миллионы километров, что мы её можем отсюда заметить.

— Подробности мне неизвестны.

Постепенно люди стали расходиться по койкам. Делать нечего. Утро вечера мудренее.

Когда я проснулся солнце уже светило. Кажется, нас никто не будил и нам дали время отоспаться. В любом случае мы в подвешенном состоянии и не знаем, что делать дальше. Тут уже зависит от руководства, куда они нас направят. Им стоило бы провести небольшую экскурсию по базе, но видимо им не до этого. Надо поскорее разобраться с рутиной, умыться, привести волосы в порядок.

Покончив с утренними делами, я пришел в столовую и начал выискивать своих между рядов. Ага, вот они! За столом сидели Сова и Шелест. Я встал в очередь за едой, получил тарелку каши, пару блинов со сгущенкой, хлеба и стакан чая. Роскошно!

— Доброго утра, — поздоровался я и сел за стол.

— Привет, как спалось?

— Отлично, а чего мы так спим долго?

— Черт его знает. — задумчиво ответил Шелест, — все в замешательстве, никто не знает, что будет дальше. Может нам дали отоспаться перед смертью.

— Ты умеешь утешить. Есть новости какие-то?

— Полно, двое пацанов из соседней казармы всю ночь следили за происходящим, — ответил Сова.

— Что говорят?

— По радио передали, что правительства огромной части стран объявили о капитуляции и готовности сотрудничать с Просвещенными.

Тут кто-то поперхнулся за соседним столом. Оказалось это был Николай:

— У меня уши в трубочку сворачиваются! Не могу слышать, как столь жестокую цивилизацию называют Просвещенными. С этого момента я начну именовать их Скудоумцами, Невежественными или Пустоголовыми. Я еще не определился с финальным вариантом.

Мы решили его проигнорировать.

— Ну так что дальше, — спросил я, — какие именно страны сдались?

— Проще сказать кто остался на нашей стороне. Тут такое дело, за ночь была нанесена еще одна серия ударов, очень масштабная, но Советы, Римляне и другие европейские крупные державы остались в стороне, а вот Африка, Азия, Америка получили по полной.

— Именно поэтому..?

— Да, соответственно Просвещенные ударили по самым слабым странам. Тактика устрашения. Им нечем противостоять. При этом НАТО и ОВД они атаковать перестали.

— Я не могу понять, откуда они бьют?

— Орбитальные зонды.

— Так почему бы нам не ударить по ним?

— Это мы сейчас и делаем. ВКС СССР ведут поиски и обстрелы зондов Просвещенных, но это не такая простая задача. Мы никогда не вели космических боёв. — прояснил Сова.

— Какой тип снарядов используют просвещенные?

— Черт его поймешь, этой информации не поступало.

— Какие дальнейшие наши действия? — спросил Шелест.

— Чьи именно? Конкретно нас или нашей страны?

— Ну... И тех, и тех.

— Ты меня спрашиваешь?

Как оказалось, большая часть НАТО и ОВД продолжали бороться и пытались сдерживать обстрелы с помощью псионических куполов. Я только утром заметил, что он накрывает и нашу базу. Это изобретение поистине прорывное. Вы сами видели как хорошо щиты защищали наш поезд. Но толку? Половина планеты уже капитулировала за два дня. Пусть для нас наступила передышка, другим странам было ох как нелегко.

В столовую вошел Чернов:

— Мне нужна пара десятков парней, желательно псиоников. Скоро на базу приедет подкрепление — ученые, военные и прочие. Надо будет помочь им разгрузиться.

— Оп, а вот и дело появилось, пойдемте, Влад, Рома? — позвал нас Сова.

— Да, только дай доесть. — ответил Шелест.

— Собираетесь у восточного входа, — добавил Чернов, — заодно по базе прогуляетесь и спуститесь в научный отдел.

Научный отдел? Спуститесь? Видимо он находится под землей. Закончив с завтраком мы пошли к воротам. По пути Чернов показал вкратце, что где находится. Запомнить это трудов не составило, подумаешь, пара десятков зданий, а в них отделы, и прочее, да. Кроме того нам дали поглазеть на карту базы.

Я вовремя понял, что мне нужно создать точку возврата также, как я это сделал в поезде. Если меня убьют, то время отмотается далеко назад. Я отошел в уборную и создал там точку возврата. Мои силы покинули меня как и прошлый раз. Да уж...

— У нашего ботаника такая хорошая память, — Николай в очередной раз кинул камень в мой огород.

— Ты видимо выспался, дружище, раз у тебя вернулось настроение шутки шутить.

— Да нет, завидую твоим способностям.

— Это называется фотографическая память.

— Ах, точно, ладно, не буду тебя донимать, — отвязался от меня Николай.

— И на этом спасибо. А вот и они.

Из-за деревьев выехало несколько грузовиков, и мы отправились встречать гостей, вернее теперь наших товарищей. Да уж, работы тут на пол дня. Чернов мог бы побольше людей к нам послать. За грузовиками подъехала пара автобусов. Ученые, сразу видно по ним. Мрачные лица. Люди были очень подавлены. Интересно, зачем они на этой базе?

Хм. Из второго автобуса начал выходить знакомый силуэт. Быть не может? Фадеев!? Если и он здесь, значит и Декабрина? Я сдернулся с месте.

— Святослав Сергеевич! Здравствуйте! — замахал я руками.

— Ооо, да это же Владлен Вернадский собственной персоной. Рад тебя видеть? Какими судьбами?

— Это я хотел у вас спросить, давно не виделись. Во Владивосток я так и не попал, как видите.

— Видел бы... — Фадеев резко изменился в лице, — делать там больше нечего.

— Все настолько плохо? А Декабрина здесь?

— Да, сейчас выйдет.

— Что случилось? Почему все такие подавленные? — спросил я.

— А ты будто не знаешь, Владен?

— Не знаю.

— Человечество находится на грани уничтожения!

Черт, какой же глупый вопрос был с моей стороны.

— А... Да, это тяжело, — попытался ответить я.

— Есть еще одна новость. Твои родители погибли.

— Да?

— Да. — подтвердил Фадеев.

— Печально...

И что я такое говорю? Конечно. Наверняка Фадеев думает «Циничный ты человек, хоть бы слезинку выдал». Не бьется у меня сердце чаще от таких новостей. Я почему-то принимаю их как должное. Иногда... Тяжело это объяснить словами. В такие моменты я мыслю рационально. Я знаю, что не могу их уже спасти. Да... Я их не увижу никогда.

Почему же я так спокоен? Потому что этого не изменить. Вы помните, как я вернулся во времени, чтобы спасти своих товарищей во врем атаки на поезд? Сейчас же я ничего не могу сделать. Точка возврата уже была создана.

Я увидел знакомые волосы. Передо мной стояла Декабрина. Также поникшая. Она была одета в свое привычное бежевое пальто. На ней была черная рубашка. Под её голубыми глазами виднелись синяки. Она плакала? Я вопросительно посмотрел на Фадеева.

— Её родителей постигла та же судьба, — шепнул мне на ухо Святослав Сергеевич.

— Понял, — ответил я и повернулся к Декабрине, — Здравствуй, Декабрина.

Она молчала. Что ей сказать? Что я должен сказать? А должен ли?

— Я сочувствую твоей утрате.

— Спасибо, Владлен. Здравствуй.

Я приблизился к ней, чтобы обнять её. Она позволила это сделать. Интересно, что чувствуют люди в такие моменты? Мы простояли так секунд десять я отпустил её. Она взглянула мне в глаза, улыбнулась и опустив голову, пошла дальше. Ее лицо было всё в слезах.

— Зачем вы здесь? — обратился я к своему профессору.

— Ты правильно сделал. Можешь же когда хочешь. В общем, здесь находится какой-то навороченный научный комплекс, разрабатывающий псионическое оружие массового поражения, ну это всё, по слухам. Вас уже распределили по отделам?

— Пока нет. Я был бы рад продолжить разговор, Святослав Сергеевич, но мне нужно разгружать машины.

— Да конечно, мы... — хотел ответить Фадеев.

— Нет, Владлен, ты поведешь ученых в научный комплекс, — сказал Чернов и протянул мне карту.

— Понял, карта мне не понадобится.

— Возьми и не выёживайся.

Пришлось взять. На самом деле это было мне на руку. Не придется таскать тяжелые грузы, ибо сил у меня уже не было. Группа около тридцати-сорока человек пошла к воротам. Нас встретили Поляков с Анастасией.

— Анастасия, и вы здесь? — спросил я.

— Конечно, я ведь работаю в Академии Наук.

— И что будет делать социолог здесь? — ехидно улыбнулся Николай, перетаскивающий ящик с какой-то аппаратурой.

— Мне больше интересно, что тут забыл не псионик и не ученый, а обычный вояка?

«Опять эти двое что-то не поделили» — подумал я. Мы тем временем направились в одно из непримечательных зданий. Оно хорошо охранялось и каждого из нас проверили на входе. Нас вёл Поляков, поэтому я не особо понимал зачем я тут вообще нужен. Пройдя по коридорам, мы наткнулись на лифт. Александр Владимирович нажал на кнопку и мы стали ожидать прибытие лифта. Он поднимался с самого низа.

Пока мы стояли, я услышал радио, доносившееся из соседней комнаты. По нему передавали речь Моретти, главы Римской Империи. Я начал вслушиваться. Хм... Кажется, что-то важное!

— Стойте, дайте послушать радио, — воскликнул я, ворвавшись в комнату и подбежав к приемнику.

— Кто вы? Что вы тут делаете? — обратилась ко мне девушка в халате.

— Прибавьте пожалуйста радио!

— Владлен, что ты творишь, — недовольно спросил Поляков и схватив меня за шиворот, потащил вон из кабинета.

Та девушка всё-таки прибавила громкость и мы услышали Моретти, он произносил речь: «Сегодня страны, предавшие человечество, объявили нам войну! Латинская Америка, Африка, Азия, вы все предали нас! Я предлагаю военный союз блоку ОВД. Вступите в борьбу против подстилок инопланетных захватчиков. Защитим демократию! Ради этого мы не постесняемся использовать ядерное оружие.»

Черт. Ситуация в мире меняется слишком быстро!

— Да Просвещенные же просто хотят разжечь Третью Мировую войну! Это же очевидно! — высказал свое мнение Николай. Я был согласен с ним. Что проще, чем посеять раздор между народами? Заставить их воевать между собой. Политтехнологии Просвещенных конечно интересные. Нашим политрукам стоит у них поучиться, хотя нет. Наоборот! Нечему учиться у настолько жестоких цивилизаций.

Речь закончилась, и мы пошли дальше. Мне было интересно, что произошло во Владивостоке. Я шепнул Фадееву:

— Святослав Сергеевич.

— Что такое, Владен?

— Что было во Владивостоке? Как вы вообще здесь оказались?

— Город сравняли с Землей. Его научный потенциал был велик, количество исследовательских институтов зашкаливало. Главный город изучения псионики на дальнем востоке не мог остаться невредимым. Нас вывезли военные.

— Разве вы не были тогда в университете, я вам звонил, помните? Вы оба были на кафедре.

— Когда ты нам звонил?

Ах, черт! Я же отматывал время и они не знают, что я им звонил, ну конечно. Я слишком неосторожен.

— А, нет? Не звонил? — пришлось строить из себя дурочка.

— Не звонил, но откуда ты знаешь, что мы тогда были в университете на кафедре?

— Просто предположил. Это очевидно если подумать.

— Первого мая? В выходной день? Не так уж и очевидно.

«Да он меня насквозь видит» - подумал я.

— Довольно точное предположение, Владлен, - продолжил Фадеев, - и все-таки, сколько научных достижений было уничтожено... Нас хотят откатить в средневековье, если не в каменный век. По сути нам всем просто повезло выжить.

Спустившись, мы в самом деле обнаружили гигантский научный комплекс. Ого, мои карты были неполными! Мы стояли на балконе. Перед нами распростились большие свободные пространства, а внизу был небольшой искусственный парк, везде стояли скамейки, было множество лестниц, коридоров, комнат. Это не описать словами!

— Где мы? — спросил Фадеев.

— Сверхсекретный научный комплекс «Горизонт», занимающийся исследованиями псионики, в том числе и военными разработками. Они велись на случай войны с НАТО, но теперь разрабатываемое оружие будет использовано против Просвещенных.

— Что мы тут забыли? - спросил я.

— Владлен, тебя, меня и Декабрину включат в команду, — пояснил Фадеев, — та формула, о которой ты писал мне в письме произведет прорыв в псионике! Ученые хотят знать, как ты пришел к ней. Обычный человек не смог бы до неё додуматься. Только ты и твой синдром саванта могли придумать её. Это будет революция в науке!

— Только этого мне еще не хватало.

— Мы создадим космические двигатели на основе псионической энергии, — вставил Поляков.

— Это звучит слишком фантастично, разве мы сможем сделать это в столь короткие сроки? — поинтересовался я.

— Конечно! Многое уже готово. Мы отправляли человека в космос еще в 1961 году. Так что нам мешает сделать это сейчас, спустя больше чем 10 лет?

— Александр Владимирович, тут очень много ньюансов, — сказал Фадеев с серьёзным выражением лица, — Владлен прав. Вы слишком оптимистичны. Мы не знаем, как будет вести себя тело при долгих полетах. А космическая радиация? Как вести бои в космосе? Наша научная база слишком слаба. Нам нужно еще несколько десятилетий, чтобы освоить путешествия по космосу.

— Я не ученый, — ответил Поляков, — но я верю в лучшее.

— Одно дело верить, другое дело знать, — возразил Фадеев.

— Постепенно в этом центре мы соберем лучшие умы страны и будем вести разработки, сколько бы сил, денег и времени не потребовалось бы!

Поляков явно верил в человечество и в наши силы.

— А что-за оружие массового поражения на псио-энергии? - задал вопрос Николай.

— Мы называем его НПП. Расшифровка такова — Нестабильное Псионическое Поле. Как вы знаете, сама пси-эн крайне стабильна, последовательна и предсказуема, из-за чего поддается манипуляциям, но эту стабильность можно нарушить некоторыми химическими соединениями.

— Получается, тот сплав может изменить поведение и нарушить стабильность псио-энергии? — уточнил Фадеев.

— Не совсем сплав, там все несколько сложнее, но в целом да. Мы можем использовать некоторые вещества для создания начинки ракет и снарядов. Важно понять, что сейчас мы используем псио-энергию для манипуляции материей, но то, что предлагаю я и Фадеев крайне отличается от привычного использования псио-энергии. Здесь предполагается попросту уничтожать пси-эн, нарушая стабильность псио-поля и псио-потоков. Всё это будет сопровождаться взрывом, — пояснил Поляков.

— Я не понял. Так в чем все таки отличие? — спросил Николай, — мы же сейчас и так используем псионические пули и снаряды.

— Тут совершенно другой принцип. В обычном способе псио-энергия выступает как не как горючее, а как спичка! А мы предлагаем использовать пси-эн как горючее, а спичкой будет нарушение стабильности её полей, — пояснил Фадеев.

Поляков продолжил:

— Да. Мы все знаем, что псионика прошла три основных этапа развития. На первом этапе мы научились накапливать псио-энергию в минералах и высвобождать её. Так мы создали обычные псио-снаряды, а в последствии псио-батареи. На втором этапе мы научились двигать материю с помощью псионики. Поднимать ящики силой мысли, направлять снаряды по нужной нам траектории. А на третьем этапе мы совместили псионику и радио-электронику для создания продвинутых систем связи, телефонов и компьютеров.

Теперь же мы открыли новый этап! Название я ему еще не придумал конечно. Пусть этим займутся другие ученые.