Последняя битва

Глава 1

И вот два гиганта сошлись в яростной схватке. Их мечи высекали искры, сталкиваясь друг с другом. Доспехи проминались от пропущенных ударов – настолько велика была сила воинов. От разгоряченных тел шёл пар. Кружась в смертоносном танце, двое потомков атлантов сметали всё вокруг себя: стены, колонны и даже сталактиты, усеивавшие пещеру тут и там. Но ни один из них не мог победить другого. Уже в который раз. Удар, за ним новый, ещё и ещё, но всё тщетно – оба соперника невредимы. Лишь прибавилась пара вмятин на искусно сделанных доспехах. И не было ни в чём разницы между ними – ни в мастерстве владения мечом, ни в силе, ни в скорости.

Лишь по тому, как воины вели себя во время боя, можно было различить их. Спокойный и рассудительный Гадас проводил серии, не торопясь, выверяя каждый удар. Он расчётливо выставлял блоки, просчитывая каждое движения соперника. И хладнокровно наносил своим мечом всё новые и новые вмятины на доспехах Атрея, который, в свою очередь, был полной противоположностью. Ярость управляла его атакой, а злость помогала отражать мощные удары собрата. С криками полными ненависти он совершал выпады и в бою полагался на неистовый напор больше, чем на хладнокровный расчёт.

Бой продолжался бы ещё несколько часов, и гиганты обменивались бы ударами до тех пор, пока не ослабели, если бы Гадас вдруг не промолвил:

- Стой, Атрей! Неужели ты не понимаешь, что эта битва закончится ничьей? Как и все предыдущие. Сколько раз мы должны ещё сразиться, чтобы ты понял?! – увернувшись от удара, крикнул он.

- Столько сколько потребуется. Пока я не пролью твою кровь, – с вызовом ответил соперник.

- Ты всё ещё надеешься на это?! Глупец! Мне жаль тебя. Неужели наш поединок, затянувшийся на тысячи лет, ни о чём тебе не говорит? – перешёл от крика к шёпоту воин, - Пока мы тут будем выяснять отношения, объект нашего спора может и вовсе исчезнуть.

- Это был сарказм, братец? - ухмыляясь, произнёс Атрей, - Что ж, покончить со всем этим очень просто – признай, что я прав. Признай это и отправь войска на поверхность. Сколько можно отсиживаться в этом треклятом подземном городе? Признай, что люди – это овцы, которым нужен пастух. Возьми власть в свои руки и веди их к Свету, как ведёшь нас. Сделай так, как завещал Атлант.

- Атлант был глупцом и поплатился за свою глупость. Поверь мне, люди сами разберутся в своих проблемах. Они способны сами дойти до того, что поняли мы.

- Хорошо. Если ты не хочешь вести их, хотя бы дай им свет знаний. Какое право мы обладаем скрывать то, что может помочь изменить их жизнь. Ведь, кто много знает, тот крепче спит… Как жаль, что твои приспешники учат их обратному, - отвернувшись, скрывая намокшие глаза, промолвил воин.

- Это только погубит их.

- Тогда зачем мы из века в век совершенствуем свои познания?! Зачем вторгаемся в те вещи, которые постигнуть может лишь Творец?! Зачем нарушаем Его заветы?! – вспылил Атрей.

- Затем, что после падения Атланта, Гадир сказал: «Атланты и гадиры, скройте своё присутствие от глаз людских, и оберегайте их от ненужного. Но будьте готовы, когда придёт час, встать на защиту их.» И вот уже многие тысячи лет мы этим занимаемся. Но вы, атланты, всё время пытаетесь вернуться к прошлому. Гордость мешает вам признать, что путь, избранный тогда вашим царём лишь к поражению привёл его. И теперь, когда вас осталось совсем немного, вы всё равно так же безрассудны, как и раньше. И я скажу тебе то, что говорил всякому до тебя, кто бросал мне вызов. Есть три пути: первый – принять слова Гадира, как истину, ибо таковой она и является, второй – уйти в изгнание и, там, среди людей, увериться в свой неправоте, и третий – умереть, - с этими словами Гадас совершил мощный выпад мечом. Схватка продолжилась.

И опять мелькала сталь, гремели звуки битвы и сотрясались стены от ударов. Так продолжалось несколько часов, пока кто-то, вдруг, не вторгся в битву двух гигантов. Сияние, подобное солнечному свету, раскинуло сражавшихся по разные стороны пещеры. И в том месте появился седобородый старец, сложением ничем не уступавший войнам.

- Великие герои, я вынужден прервать ваш спор столь бесцеремонно, ибо не время сейчас для битв междоусобных. Люди приближаются к нашему городу. Оседлав землеройные машины, они пробираются сквозь толщею земли, чтобы найти нас.

- Старейшина, скажи, откуда люди могут знать о нашем городе? – спокойным тоном спросил Гадас, - ведь его невозможно обнаружить, не зная, где он точно есть.

- В твоём вопросе и содержится ответ, правитель.

- Ха! Значит, кто-то из твоих сподручных предал тебя, - ехидно заметил Атрей, - ну что ж, как говорится, если гора не идёт к Атланту, Атлант идёт к горе.

- Этого не может быть…

- Простите, что перебиваю, правитель, но сейчас нет времени, чтобы это выяснять.

- Сколько у нас осталось?

- Несколько минут.

- Почему вы их заметили так поздно?! – сорвался на крик Гадас, но, тут же, взял себя в руки, - телепортируй нас на место прорыва.

Вспышка света охватила воинов и старейшину. Они мгновенно оказались в небольшой зале, вырубленной в пещере. Местом прорыва оказался склад солнцемётов. За спиной у переместившихся уже стояло с десяток стражей. В воздухе чувствовалось напряжение. Воины не знали, что им делать. Ведь Гадир наказал защищать людей, но что делать, если они сами нападут, он не сказал. Гадас, как прирождённый лидер, чувствовал смятение своих людей, но и сам не мог просчитать, что теперь будет с его народом. Убить людей – значит ввергнуть свой полис в хаос. Отпустить – и тайна, скрываемая им тысячи лет, будет раскрыта. Его размышление прервало спасительное воспоминание:

- Старейшина, а как же наше защитное поле? Их машины не смогут его пройти?

- Вопрос хороший ты задал мне, но боюсь им не страшно оно. Ведь поле не пускает механизмы, а плоть сквозь них пройдёт, - обречённо ответил тот, - остаётся лишь надеяться, что появленье их случайно, и, наткнувшись на преграду, повернут они назад.

- Я должен отключить поле и пустить их сюда! – вмешался в разговор Атрей, - умоляю, дай мне такой приказ! Поверь, так будет лучше, брат! Люди склонятся перед нашей силой и знаниями, и сами попросят их вести!

- Ох… Сколько раз ещё мне нужно повторить, что ты глупец? – вздохнув, ответил воин, - что ж, если ты выбрал третий вариант, тогда достань свой меч – нас ждёт последняя битва.

С этими словами Гадас активировал доспех и принял боевую стойку. Вокруг него сгустилось защитное поле, словно состоявшее из мрака. Казалось, он провалился в небытие, оставив после себя лишь гнетущую черноту. В ответ и брат его включил защиту, озарив пещеру ослепительно белым сиянием. В своих позолоченных латах он был похож на солнце. Подняв эспадон над головой, Атрей бросился на соперника. С ураганной скоростью, нанося серии ударов, он теснил одновременно столь ненавистного и любимого двоюродного брата. Шаг за шагом они приближались к стойке с противомашинными солнцемётами. Внезапно Гадас, отбив очередной удар, сделал шаг в сторону и, что было мочи, ударил соперника по спине своим двуручным клеймором. Тот же, не успев опомниться, продолжал замах…

Мощный взрыв сотряс своды залы. Заполнивших её атлантов и гадиров разметало в разные стороны вместе с уцелевшими солнцемётами. Стражей, не успевших включить защитные поля, испепелило взрывом, и лишь троё из них лежали оглушённые в одном из углов склада. Старейшина же левитировал в воздухе, обрамлённый невидимым полем, кое-где заметным из-за потрескивания статического электричества. Лицо его выражало скорбь: - Сие есть предзнаменование дурное. Нельзя нам убивать друг друга, ведь дело есть у нас иное – решать сейчас же стоит, как встретить нам людей! - Старейшина, послушай хотя бы ты меня, - вставая с пола, взмолил его Атрей, - ты же можешь посмотреть в их разум. Пожалуйста, узнай, зачем они идут сюда? И если за войной, то мы – атланты, убьём их всех! Тогда гадиры не нарушат указ своего отца. И смогут дальше заблуждаться насчёт разумности людей. - Ты знаешь, что запрещено нам использовать способности свои. Ведь разум их – имущество чужое, и забираться внутрь не можем мы. - Тогда ответь Старейшина, зачем вы с братом мучаете меня? Я же хочу блага для людей, а вы лишь безучастно смотрите на страдания невинных. Не горько ли вам видеть их муки и ничего не делать?! - Горько, брат, горько, - очнулся от беспамятства Гадас, - но сам подумай, если мы будем делать всё за них, то как же смогут люди возвыситься? – с этими словам он поднял с пола, валявшийся неподалёку, противомашинный солнцемёт и выстрелил в брата. Защитное поле выдержало, но этот залп был последней каплей, и оно начало мерцать. Ещё пара выстрелов, и яркое сияние вокруг Атрея погасло. - Возвысится?! – выкрикнул чей-то грубый голос, - Да вы посмотрите на себя! Из дыры в стене вышел человек, облачённый в серый спецкостюм и герметичный шлем. Он поднял, одни из уцелевших солнцемётов, и дал знак другим войти в залу. Через несколько минут все шестеро вооружились солнцемётами и наставили их на братьев. - Чем вы отличаетесь от нас?! – гневно выкрикнул всё тот же человек и начал осторожно отстёгивать шлем, не выпуская из виду потомков Атланта и Гадира, - Вы такие же, абсолютно такие же, как и мы! Что делает вас такими «возвышенными»?! Объясните! Сила?! Технологии?! Или, быть может, ваше эго? Нет, ну мне просто интересно, - ухмыльнулся он. Как улыбка, так и всё остальное в нём не выделялось ничем – обычный представитель гомо сапиенс, коих многие миллионы. Лишь самоуверенный взгляд и что-то непонятное в глубине его глаз, отличали этого человека от сотен тысяч других. - Почтенный гость, да будет вам известно, что в чужой обители негоже угрожать оружием его хозяевам. Сие вы прекратите, и представьтесь, как подобает гостю, - вежливо сказал Старейшина. - Брось, свой надменный тон, старик! Оружие останется у нас в руках. А представиться я могу – всё равно моё имя вам ни о чём не скажет. Я капитан Глен Айро, руководитель отряда «Посейдон». И если, кто-нибудь из вас, сделает, хоть одно резкое движение, мои парни распылят его к чертям собачьим! - Не смей так разговаривать с нами, червяк! – сплюнул Атрей, - я тебя и весь твой отряд сейчас избавлю от всех вопросов! - Нет, брат. Ты не сделаешь этого. Только посмей, и я сам лишу тебя жизни, собственноручно. – спокойно сказал Гадас. - Ты будешь защищать их даже перед ликом собственной смерти? – почти не вопрошая, даже наоборот, словно утверждая, промолвил его брат. И, словно обезумев, размахивая мечом, всего одним, невероятным для человека, скачком преодолел расстояние до Гадаса. Забыв о людях, о нацеленных солнцемётах, обо всех своих заветах и знаниях два гиганта опять продолжили свою битву. И лишь где-то вдалеке послышался голос капитана Айро: «Ну всё, сукины дети, это точно ваша последняя битва! Огонь!»