"Пёрышки" 1(4)

"Пёрышки" 1(4)

Новые технологии – поистине чудо, даже здесь, в сердце Запретной Зоны, они обретают свою жизнь. Азот, наш неугомонный техник, неустанно колдует над своими изобретениями. Недавно он оснастил шлем одного из сталкеров инфракрасным сканером. Теперь, стоит лишь появиться живому существу в радиусе ста пятидесяти метров – будь то мутировавший зверь или нечто куда более зловещее – в ухо врывается короткий, настойчивый писк.

Техник бережно протирал лопасти одного из своих "Пёрышек" – так ласково он называл свои новейшие творения.

«Лень – двигатель прогресса, а не прогрессивно двигать!» – хохотал он всякий раз, когда его спрашивали, почему он не покидает Янов. – «В Запретной Зоне остаются лишь те, кто готов хранить чужие секреты и погребать свои собственные. Иначе рано или поздно столкнёшься с правдой, которой лучше не знать». Именно поэтому Азот тщательно скрывал каждое своё изобретение. Благо, Сенька, местный забулдыга, всегда возвращался со своих вылазок пьяным в стельку…

«Пёрышки» представляли собой три редуктора с лопастями, сплетённые вокруг единственного двигателя и питающиеся от всем известного артефакта «Батарейки». Небольшие камеры видеонаблюдения, доставленные Гавайцем – тем самым, греческим – служили им глазами, но «Грави» вносил своё, неповторимое дополнение… Прямая наводка, чувствительность к аномалиям, панорамный обзор на сто восемьдесят градусов, да и сама опасность, видимая лишь сквозь экран, делали «Пёрышки» идеальными союзниками в этой нелёгкой войне против Запретной Зоны.

Обычно дроны работали тройками – два «ударных» и один «наблюдательный». Управлялись они двумя разными пультами, имевшими стандартное сопряжение по каналу «bluetooth».

Каждый человек, уцелевший в Зоне, знает: переделывать её под себя – бесполезно. Поэтому сталкеры, видевшие эти «тройки», падали в ступор, строя самые невероятные догадки о причинах этого «гудения» в Запретной Зоне. Самые отмороженные открывали огонь, тем самым слепо наказывая себя. Воздушная смерть работала молниеносно.

Очередная вылазка представляла собой обычную разведку ситуации на заводе «Юпитер». Две группы взмыли к небу. По пути им открылся вид на тот самый, знаменитый заброшенный карьер. В низине беспомощно, но величаво, чистил свои копыта огромный роторный экскаватор. Зелёные всполохи раз за разом освещали, навеки заросшие рогозом, глубокие земные болота. Дальше виднелось опасное аномальное поле, прозванное Битум.

"Пёрышки" 2(4)

Азот, сгорбившись над мерцающими экранами в полумраке своей мастерской, наблюдал за обстановкой. Тихие, настойчивые сигналы с дронов – его верных, стальных глаз и ушей в этом проклятом краю – наполняли воздух.

— Первый ударный, стой на высоте, как вкопанный, — бормотал он, пальцы скользили по гладкой поверхности сенсорной панели, словно по живой коже. — Наблюдательный, дай панораму карьера… Вот же ж, черт возьми!

На главном экране, словно по велению злого рока, развернулась картина, от которой техника пробрал озноб. У подножия величественного, но истерзанного временем экскаватора, почти сливаясь с ржавым металлом, таилось нечто. Нечто огромное, зловещее. Силуэт, смутно напоминающий псевдогиганта, но с искаженными, вывернутыми пропорциями – донельзя длинные руки, неестественно изогнутая спина, будто сама гравитация не желала иметь с ним дела.

— Сенька, проклятый! Вставай, пока тебе в голову кирпич не прилетел! — Азот ощутил укол тревоги, легкий толчок в бок сонному забулдыге, что дремал, развалившись на старом ящике. — Гляди, что за чертовщина выползла!

Сенька, протирая затуманенные глаза, издал звук, похожий на хрюканье, граничащее с изумлением. — Мать честная… Не иначе, как мутант эволюционирует! Я таких видел, когда они еще мелкими были, а теперь… вон во что превратились!

Дроны, словно заблудшие души, продолжали свою обреченную разведку. Наблюдательный, с плавным, гипнотическим движением, повернул камеру. Изображение, пролистывая склон карьера, замерло, выхватив еще более зловещую деталью: наполовину погребенные под слоем земли, виднелись останки других тварей. Ржавый скелет, с неестественно вывернутыми, словно в предсмертной агонии, конечностями, истлевшие кости, свидетельствовавшие о жестокой борьбе и неминуемой гибели.

— Не нравится мне это, Сенька, — пробормотал Азот, чувствуя, как леденящий пот стекает по затылку. — Слишком много костей для одного места. Это не просто охота, это… бойня.

В этот самый момент, подтверждая его худшие опасения, на экране появилось зловещее предупреждение: «Обнаружена пси‑активность». Изображение с наблюдательного дрона начало искажаться, пошло полосами, а затем, на мгновение, сменилось хаотичным, пугающим набором символов, как и сама реальность рассыпалась на части.

— Что за чертовщина?! — Азот вскочил, резкое движение выпрямило его, как будто он выдернул из себя изрядную долю страха. — Сенька, черт побери! Вызывай группы на заводе! Пусть занимают круговую оборону! Готовятся к худшему! Но было поздно.

На заводе «Юпитер», в лабиринтах проржавевших цехов, две сталкерские группы, подобно теням, пробирались сквозь опасные территории. Вдруг детектор аномалий одного из бойцов запищал, надрываясь от тревоги.

— Битум активизируется! — крикнул командир группы, голос его был напряжен. — Всем к административному корпусу! Быстро!

Но отход оказался не просто невозможным, а поистине кошмарным. Из темных, зловонных болот, шипя и разбрызгивая болотную жижу, выползали мерзкие болотные кровососы, их силуэты мелькали в тумане. А из темных проемов цехов, из пасти ада, доносилось рычание – там явно кто-то был, кто-то, жаждущий крови.

— Командир, где дроны? — один из сталкеров, его голос дрожал, указал вверх. — Они же должны нас прикрывать!

Азот, следивший за этой адской картиной с Янова, чертыхнулся, его кулаки сжались. — Связь пропала! Bluetooth‑канал глушится пси‑полем! Черт бы их побрал!

Он лихорадочно перепрограммировал дроны, переводя их на автономный режим, выставляя приоритетом защиту людей, своих подопечных. «Пёрышки», крошечные, но смертоносные, ринулись вниз, словно ангелы-хранители, несущие спасение.

Ударные дроны, сверкая синими вспышками, открыли огонь из своих импульсных излучателей. Слепящие лучи врезались в мутантов, заставляя их отступать, их вой смешивался с шипением и рычанием. Наблюдательный дрон, вращаясь, сканировал местность, транслируя на портативные экраны сталкеров безопасные маршруты, нити надежды в смертельной паутине.

— Вижу проход! — крикнул командир, его голос звучал увереннее. — За мной, к трансформаторной будке! Это наш шанс!

Группы рванули вперёд, словно загнанные звери, а дроны, кружа над головами мутантов, отвлекали их внимание, защищая тылы. В один критический момент, когда казалось, что все потеряно, один из ударных дронов попал под удар псевдогиганта. Лопасти разлетелись вдребезги, но второй, верный, продолжил бой, словно остервенелый пес, отбивающий своих.

Когда сталкеры, изможденные, но живые, добрались до укрытия, Азот наконец восстановил связь. На экране, словно после бури, вновь появилось чёткое изображение. Псевдогигант, тот самый, что уничтожил дрон, вдруг замер. А затем… началось нечто непостижимое. Его тело, искаженное, пульсирующее, покрылось новыми наростами, а глаза, раньше тусклые, теперь засветились фиолетовым, зловещим светом. Это было не просто существо, это был символ мутации, символ того, что эти земли никогда не будут прежними.

"Пёрышки" 3(4)

Когда сталкеры, выжатые как лимоны, но живые, добрались до схрона, Азот наконец-то пробил эфир. На экране, будто после бури, опять проступила картинка. Псевдогигант, тот самый, что дрон в хлам разнёс, замер как вкопанный. А потом… началось такое, что словами не передать. Его туша, перекорёженная, дёргающаяся, покрылась новыми наростами, а глазищи, что раньше тусклые были, теперь горели фиолетовым, жутью какой-то. Это тебе не просто зверюга — это ходячий символ мутации, знак, что эти земли теперь никогда прежними не будут.

— Он… он законнектился, — просипел Азот, вперившись в экран. — К чему-то. К пси-сети, к самому нутру Зоны!

Сенька, тот уже в себя пришёл, аж перекрестился:

— Да он ж теперь как ретранслятор! Все твари вокруг его чуют… слышат!

На экранах с дронов картина становилась всё тошнее: из топей выползали кровососы — не по одному, а целыми стаями; в цехах завода задвигались снорки, их прыжки эхом разносились по пустым заводским кишкам; даже контролёры, которые обычно никому не покоряются, маячили на горизонте — их красные глаза мерцали в полумраке, будто сигнальные маячки.

— Зона мобилизуется, — хрипло выдавил Азот. — Этот псевдогигант — её голос. Он команды отдаёт.

Командир группы тогда на "Юпитере", Лысый, по рации прорвался:

— Азот, у нас тут полный треш! Они лезут со всех щелей! Чего делать будем?

Техник лихорадочно думал. Его железяки ещё могли помочь, но надо было что-то совсем радикальное.

— Слухайте сюда внимательно, — его голос стал стальным. — Есть у меня мысля.

Азот за какие-то пару минут перелопатил оставшихся дронов: «Наблюдатель» должен был засечь эпицентр пси-активности — то место, откуда валил сигнал псевдогиганта. Ударные дроны получили команду долбануть не по тварям, а по самому псевдогиганту — задача была железная: обрубить передачу. Вдобавок он врубил режим самоподрыва на подбитом дроне — тот, чьи винты разлетелись в щепки, ещё мог послужить делу.

— Сенька, готовь запасной канал связи! — заорал Азот. — Если пси-поле снова взорвётся, вручную будем переключаться!

На заводе сталкеры заняли позиции. Лысый раскидал бойцов: часть уселась у окон трансформаторной будки; другие готовили фугасы и гранаты;

Тем временем дроны пошли брать штурмом. «Наблюдатель» наконец определил источник сигнала — грудная клетка псевдогиганта, где под шкурой пульсировал какой-то странный, светящийся узел.

— Вот он, передатчик, — прохрипел Азот. — Ударные, валить! Цель — грудина!

Два дрона ринулись вниз. Импульсники замигали, выпуская ослепительные синие разряды. Псевдогигант взревел, замахал лапами, пытаясь сбить дронов. Одна пуля попала точно в цель — узел засветился ярче, потом хрустнул, разбрасывая фиолетовые искры.

Но мутант не сдавался. Он метнулся к одному из дронов, схватил его когтистой лапой и сжал. Лопасти захрустели, двигатель заглох.

— Самоподрыв! — выкрикнул Азот.

Дрон взорвался в лапе мутанта, оторвав её почти целиком. Псевдогигант взвыл от боли, отшатнулся. В этот момент второй дрон выпустил последний заряд прямо в эпицентр сигнала.

Фиолетовое свечение погасло. Тело мутанта обмякло и рухнуло на землю, подняв облако ржавой пыли.

Сразу после этого твари замерли. Кровососы остановились на полпути, снорки застыли, не решаясь прыгнуть, контролёры пошатнулись, будто опору потеряли. Потом, по одной, они начали отступать — сначала медленно, потом всё быстрее, пока не растворились в тумане.

— Связь налаживается! — радостно заорал Сенька. — Зона… она отпускает!

Азот вытер испарину со лба:

— Не отпускает, — поправил он. — Просто перегруппировывается. Но мы дали ей по зубам.

На «Юпитере» сталкеры выдохнули с облегчением. Лысый связался с Азотом:

— Ты нас спас, техник. Эти твои «Пёрышки»… они больше, чем просто дроны.

— Они — наши глаза и кулаки, — усмехнулся Азот. — Но запомни: Зона не прощает тех, кто слишком много о себе воображает. Так что празднуем, но держим порох сухим.

Вечером, когда уцелевшие дроны вернулись на базу, Азот осмотрел железяки. Один дрон был потерян, второй нуждался в капитальном ремонте.

— Ну что, Сенька, — он похлопал забулдыгу по плечу, — пора готовить новые «Пёрышки». Похоже, наша война с Зоной только начинается. Сенька зевнул, потянулся и достал из-за пазухи флягу:

— Война так война. Главное, чтоб эти птички летали, а я… я прикрою.

Азот улыбнулся. Где-то вдали, за горизонтом, мерцали зелёные всполохи над карьером. Зона наблюдала. Она не забыла. Но теперь у неё появился достойный противник — человек с железными птицами и упрямым сердцем.

"Пёрышки" 4(4)

На рассвете, когда первые лучи солнца пробивались сквозь свинцовую мглу, сталкеры, измотанные, но не сломленные, выныривали из-под укрытий. Очищенный от пси-излучения воздух казался непривычно легким. Схрон, их временное убежище, вновь обрел сейсмоустойчивость.

— Эй, Азот, — промямлил Сенька, трезвым взглядом осматривая прорехи в броне. — А что, если оно… оно вернется? Или оно такое… не одно?

Азот, склонившись над искореженными обломками подбитого дрона, поднял голову. На лице его, испещренном сеткой морщин от усталости и пережитого стресса, мелькнула тень.

— Вернется, Сенька. Или появятся другие. Зона — это не просто место, она живая, она учится. И этот псевдогигант… он был лишь первым звонком, предвестником. Но мы показали ей, что и у нас есть зубы.

Лысый, матерый сталкер с взглядом, закаленным в бесчисленных передрягах, подошел, присев рядом.

— Ты прав, техник. Ты сегодня спас нам шкуры. Эти твои "Пёрышки"… они и правда чертовски хороши. Только ты их в следующий раз побольше делай, чтобы на всех наших приключений хватило.

Азот кивнул, задумчиво вглядываясь в останки дрона.

— Надо будет модифицировать. Усилить броню, прикрутить новые системы обнаружения. Зона не будет дремать. А мы должны быть на шаг впереди.

Неделя пролетела незаметно. Схрон снова гудел от работы, словно улей. Азот, одержимый, дни и ночи проводил над новыми моделями "Пёрышек", не чувствуя усталости. Сенька, отбросив флягу, помогал, как мог, собирая детали, тестируя системы. Даже Лысый, обычно предпочитавший сталь и порох, теперь с неподдельным интересом наблюдал за работой техника, иногда подавая инструменты.

Они научились. Научились предвидеть. Научились отвечать.

Новый "Наблюдатель", более совершенный, с улучшенной системой засечки аномалий, парил над землей, вычерчивая невидимые карты окрестностей. Несколько ударных дронов, прозванных "Жалами", были готовы к немедленному вылету.

Однажды, на рассвете, "Наблюдатель" подал сигнал. Источник — тот же карьер, где ранее мерцали зловещие зеленые всполохи. На экране появилась дрожащая картинка: не один, а сразу три мутанта, похожих на псевдогиганта, но меньших по размеру, медленно, но целеустремленно приближались.

— Они идут, — прошептал Азот, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась сталь. — Идут рейдом.

— Командуй, техник, — сказал Лысый, его бойцы уже заняли позиции, каждая тень казалась врагом.

Азот нажал несколько клавиш.

— "Наблюдатель", веди прицел. "Жало 1", "Жало 2" — цель — левый крайний. "Жало 3" — цель — центральный. Сбрасывайте заряды синхронно.

Дроны ринулись в атаку. На этот раз они не стали выжидать. Удары были точны. Трое дронов, выпустивших свои кумулятивные заряды, удалось серьёзно ранить одного из мутантов. Зона ответила. Из-за спин мутантов вынырнули стаи кровососов, и снорки, их прыжки казались еще более бешеными и агрессивными.

— "Жало 1", "Жало 2" — цель — отступающие твари. "Жало 3" — добить центрального! — командовал Азот.

Битва разгорелась с новой силой. Пули, осколки, хриплые крики мутантов и лязг металла слились в единый, жуткий гул. Но на этот раз сталкеры были готовы. Они встретили натиск, как единое целое, как один организм.

В один момент, когда казалось, что силы иссякают, с неба, словно молния, спустился новый дрон. Он был больше других, с внушительным вооружением, источая ауру подавляющей мощи.

— Это что за чудо? — изумленно спросил Лысый.

— Это — "Страж", — сказал Азот, с гордостью глядя на экран. — Моя последняя разработка. Пусть Зона знает, что мы умеем не только обороняться.

"Страж" с грохотом обрушился на оставшихся мутантов, сея хаос и разрушение. Его пушки сметали врагов, а защитное поле отбивало атаки, словно щит бога.

Когда пыль улеглась, на поле боя остались лишь обломки мутантов и сломанные дроны. Уцелевшие "Пёрышки" кружили над головами, словно птицы-победители, осматривая поле боя.

— Мы… мы сделали это, — выдохнул Сенька, валившись на колени.

Азот, уставший, но счастливый, наблюдал за возвращающимися дронами.

— Мы показали им, что такое человек, Сенька. Сила Зоны велика, но сила нашего разума, нашей воли — еще сильнее.

Лысый подошел, протянув руку. — Это не конец, — сказал он, глядя в сторону мерцающего горизонта. — Это только начало. Зона будет мстить. Но мы будем готовы. Потому что мы — сталкеры. Мы — стражи этой проклятой, но такой манящей Земли.

"Страж" приземлился рядом, его металлические суставы тихо скрипели, издавая мелодию новой эры. Это был символ новой эпохи — эпохи, когда человек, вооруженный разумом и технологиями, больше не был просто добычей Зоны. Он стал ее противником. И эта война, как понял Азот, будет долгой. Но он был готов. Как и Зона.