Небесный Воин

Глава 1

Возращение Конфедерации.

По корпусу станции прошла мягкая дрожь — первый предвестник того, что к ним приближается судно, способное пробивать бреши в пространстве на далёкие даже по меркам гиперсветовых перемещений расстояния. На палубах станции уже стояли делегаты, готовые встретить наместников Конфедерации и решить последний спорный вопрос: стоит ли расе Маал вступать в войну. Все прекрасно понимали, что от их решения не будет зависеть, завершится противостояние между несколькими фракциями или нет, тем более как о них будут говорить потомки. Они были мирной расой, а передовые технологии в медицине и науке делали их важными для двух Федераций, Конфедерации, всех трёх видов пиратов, не говоря уже о мелких фракциях и альянсах.

Решение о том, кто будет контролировать пространство их системы и ближайших звёзд, должно было быть принято до начала прямых столкновений сторон. Планета Курлин‑3 — третья планета в системе двойного созвездия Малла — считалась мирной зоной для всех. И сегодня им предстояло выбрать одну из сторон.

Сразу пять делегаций летели к их планете: каждая должна была говорить от имени своей фракции. Большинство жителей системы выступали за присоединение к Звёздной Конфедерации, которая успешно вела войну против Тио’Шха. Но лидеры думали иначе. Они полагали, что с их технологиями находятся в безопасности и от флотов Тио’Шха, и от врагов коалиции. И потому планировали отказаться от присоединения, чтобы получить собственную выгоду — поставлять необходимые технологии всем сторонам конфликта.

— Конгрессмен, радары показывают около десятка кораблей — они в паре минут от системы. Вам известно что‑нибудь о кораблях свыше дипломатических?

— Около десятка? Планетарную защиту — к бою! Пробейте, что это за корабли. От одной делегации — один корабль, не больше.

Магмин был кем‑то вроде правителя планеты и по факту нёс на себе всю ответственность за неё. С его восхождения на трон на планете и в её системах стали развиваться малые колонии иных цивилизаций — в отличие от других миров, где действовал жёсткий запрет на посещения дольше нескольких циклов солнца.

Вдали от планеты начали появляться змееобразные существа пустоты. Их округлые, тупорылые пасти со стороны напоминали гигантские мясорубки, а у некоторых ещё и тянулись тентаклевидные клешни длиной в половину тела…

— ПОЖИРАТЕЛИ! — закричал один из наместников.

Небольшой торговый и внушительный техно‑медицинский флоты оказались под ударом существ пустоты. Заоравшая сирена лишь усилила панику: на орбитальных станциях воцарились кризис и бесконечная суета. Сводки стремительно заполнялись именами погибших — счёт экипажей с кораблей всех флотов уже шёл на сотни тысяч. Один из пожирателей вонзился в станцию, где находились наместники и приглашённые представители разных рас. До планеты существам оставалось около трёх минут пути. Из динамиков тем временем послышался скрежет — будто голос иных, неведомых созданий.

-Переведите.

-....хотте жит, подчинитес.

****

— Адмирал, донесения от наших людей на планете Курлин‑3. Там говорится о раннем прибытии остальных делегатов. Дальше сообщение обрывается.

Адмирал Офрам посмотрел на крейсер Федерации, летевший сбоку от них. В виске что‑то кольнуло, и странный звон будто ударил по мозгам.

— Все летят вместе с нами — все четыре корабля. Не может быть, чтобы кто‑то ушёл настолько вперёд. Что‑то тут не так. Сообщите на станцию аванпоста.

Пять кораблей шли в получасе от точки сбора в гиперпространстве, и они были связаны: если кто‑то ускорялся, он разгонял и остальной флот. Но Офрам понимал: их корабли не оснащены вооружением. И если там бой, то они, считай, мертвецы.

Спустя пару десятков минут выход из гиперпространства показал, что там ничего не было. Даже обломков. Только разрушенный метеорит, который врезался в станцию — и, скорее всего, именно на той станции и был их человек. Но странный колокольчик в голове звенел всё чаще и чаще. Что‑то тут было не так… Где весь флот?

****

— Адмирал, сообщение от группы. Связной прекратил связь, и мы не можем с ней наладить контакт. Предполагаю, что они могли попасть в аномальный шторм.

— Будем ждать. Но на всякий случай направьте туда пару разведчиков. Если через полчаса они не выйдут на связь, пошлите туда крейсера шестидесятого корпуса.

Стационарный порт Конфедерации располагался около системы Янутай. Абсолютно пустые планеты и почти затухшая звезда делали эту часть территории Конфедерации непригодной для жизни. Однако наличие ценных ресурсов на этих планетах и огромный наплыв охотников за редкими минералами позволяли системе ещё какое‑то время оставаться востребованной — ради жадности и тщеславия торговцев. Планеты потихоньку разбирали на составляющие: в итоге ядра использовали для энергореакторов кораблей среднего класса — их поставляли сами верфи Конфедерации.

Внушительная станция, на которой трудились несколько тысяч существ разных цивилизаций, стала неотъемлемой частью этой системы работ. На случай неожиданной агрессии со стороны иных миров рядом с такими портами всегда дежурила часть флота для защиты. А в паре часов полёта располагался аванпост с внушительной армадой — на случай серьёзной угрозы для порта.

— Адмирал, разведка доложила, что всё спокойно.

— Хорошо. Тогда ждём.

****

— И что с нами теперь будет?

— Не знаю…

Речь адмирала прервал удар по его щеке шипастой конечностью неизвестного существа. Они были похожи на чёрных осьминогов, у которых выросло ещё несколько десятков щупалец. Именно на этих щупальцах они и передвигались.

Корабль, на который их всех привели, напоминал вытянутый мяч — узкий по бокам, длинный, весь утыканный шипами. По цвету он походил на железяку, покрытую ржавчиной.

— Ау ру ка, ка ну, ка щу, ур ин ту кар… — произнесло одно существо другому.

Потом пленников подняли и отправили обратно на их корабли. Сами существа скрылись за невидимым щитом и словно растворились в пространстве — будто их и не было. Остались только связанные экипажи.

— И что дальше?

— Видишь, вдали мелькнул чей‑то разведчик. Либо их не заметили, либо они перестраховываются.

Разговор прервал взрыв пространства под ними, а потом…

— «Вавилон» прибыл!

— Шестой флот прибыл!

И началось. Взрыв нагнетаемого пространства вокруг химер, а затем его резкое размагничивание срывали камуфляж кораблей существ. Пара залпов — и вражеский корабль был уничтожен. Из пространства появлялись пожиратели, но ракетный залп с «Вавилона», одного из головных и передовых супердредноутов Конфедерации, разбил в клочья первую волну.

Затем в тылу существ пустоты открылись воронки пространства — и оттуда стали выходить дредноуты Федерации, «Королевский Наследник». Они сразу попали под атаку роя. Через пару минут один из «Наследников» взорвался. Подошедшие химеры отбросили часть роя, но их было слишком мало.

Тут же в бой вступили крейсера и линкоры, ракетные эсминцы и сверхманёвренные миноносцы. Около планеты будто вспыхивали звёзды — каждый раз, когда уничтожался один из кораблей воюющих миров.

****

— Подсчёт роя завершён. Более трёхсот тысяч особей.

— Нам важно продержаться до прибытия основы. А это минут двадцать.

Вышедшая из гиперпространства химера бортовыми орудиями разнесла пожирателя за несколько залпов. Затем она сгенерировала волну сжатого пространства и взорвала её — и все увидели часть непонятного корабля, который вышел из энвиза. В пару залпов он практически испепелил химеру, а затем был уничтожен торпедированием с двух эсминцев — ракеты ударили ему в борт.

Вдали появился флот Федерации. Он оказался слишком близко к рою, и через пару минут один из дредноутов был разорван на части.

Несколько химер ударили из главных калибров по скоплению роя перед дредноутами, но поразили всего с десяток существ. Ещё пара химер ушла к флоту с наместниками и взяла его под защиту, создав двойной щит.

— Теперь у нас на два корабля меньше в бою, — проговорил один из помощников адмирала.

Залп ракет уничтожил первую волну роя. Но вторая была уже совсем близко. Внушительная огневая мощь «Вавилона» — крупнейшего боевого корабля, чья масса превышала пятьсот миллиардов тонн, — была поистине титанической. Казалось, в этой махине воплотилась чистая ненависть к пожирателям и тем, кто их создал. Но даже у такой мощи была немалая перезарядка.

Волны пожирателей накатывали одна за другой. Уже третья химера была уничтожена, а основной флот всё не появлялся.

— Адмирал… Адмирал, вы нас слышите?

— Слышу.

— Говорит адмирал торгового флота Наваров. Мы обнаружили сигнал в зоне аномалий. Приём.

— Говорит адмирал шестого флота Конфедерации. Вас понял. Идём внутрь.

Ультразвук в ушах говорил не о шестом флоте. То было нечто другое. Такое сопротивление пространству создавалось либо при движении застрявшего в исторических сводках прошлых веков «Минотавра», либо при движении парных дредноутов. Но из открывшихся врат выходили химеры, «Атланты» и линейные крейсера.

— С нашей стороны — тысяча сто восемьдесят кораблей. Рой превысил отметку в полмиллиона и продолжает расти. Приказ?

— Стоим до конца.

В один момент перед планетой высыпал весь рой пожирателей. Гул залпов главных калибров и свист торпед накаляли нервы. Но рой гасился волна за волной. И тут в командирскую рубку ворвался пожиратель. Секунда. Темнота.

****

Навязчивая мелодия резко заиграла на грани сознания. Он проснулся, судорожно втянув воздух ртом. Он лежал и смотрел в потолок, а по телу ручьём бежал пот. Глядя в окно, он увидел красное небо планеты — оно отливало пурпурно‑красным, словно его срисовали с неудачных комиксов про далёкие звёзды.

— Ты мокрый. Опять снился кошмар?

— Да. Какие‑то существа захватили наместников около планеты Маалов. Наши корабли пришли на помощь, но начал появляться рой — всё больше и больше. А в конце я был в рубке «Вавилона», и в него впился огромный пожиратель… а потом — темнота.

— М‑да, не слабо. Сходи к психологу. Глядишь, отпустит.

— Не, спасибо. Пока мне это не мешает.

— Не мешает? Не мешает?! Ты не высыпаешься, тебя мучают кошмары, ты слышишь какие‑то звуки из‑за этого — и это нормально? Прости, друг, но если не пойдёшь сам…

— То меня понесёте вы.

Вошёл Лабимит из расы фурни. У него была красная кожа, внушительная мышечная масса, вполне человеческое лицо и рост под два метра. Он был штурмовым медиком — и если он что‑то говорил, то непременно делал. Обладая влиянием на высокопоставленных чинов, он был потомком одного из тех, кто получил звание мушира во время Ададского конфликта. Но выбрал путь медика, странствий и, как он сам говорил, «горячих красоток с лавовых планет».

— Хорошо‑хорошо. Схожу. Только отстаньте.

Он снова лёг на кровать. И его посетила мысль: а что, если он окажется в эпицентре событий? Что тогда? Что он будет делать?

На соседних кроватях сидели ещё двое: фурни и элюнтианин. Гостиница была неплохой, да и соседи — классные. Служба во флоте Конфедерации оставляла свой след на психике. За одну небольшую стычку с роем можно потерять до пары десятков тысяч членов экипажей и кораблей. Хорошо, что он всего лишь старший на фрегате, который возит провизию на исследовательские станции вдали от аванпостов.

В глубине души он представлял, как под его рукой подчиняется тяжёлый крейсер или даже дредноут. А когда он пролетал мимо настоящих гигантов или гипергигантов, его пробирала дрожь. Он запретил себе даже думать о службе на таких судах и старательно выкидывал эти мысли из головы. Но, видя корабль, чья масса составляла пару тысяч, или миллионов, или даже несколько миллиардов тонн — а то и пять, а то и больше, — он невольно чувствовал, как замирает сердце.

— Ты сейчас куда?

— Угадай.

Он встал и пошёл к психологу. Да, с этим надо заканчивать. Иначе… лучше не думать об «иначе».

****

— На связи, — проговорил он, выходя из гостиницы поселения Талов.

Разумные существа, населявшие эти места, по своей природе принадлежали к классу насекомых, но со временем развили высокий интеллект и собственный язык. Поначалу их считали паразитами — и даже всерьёз обсуждали возможность сжечь поверхность планеты, чтобы избавиться от них. Однако учёный Федерации Тио Хольцман вместе со своим коллегой Донамом Родерманом (родственник которого, Форм Грен Родерман, работал в сфере иных технологий) доказал, что эта раса — полноценное проявление разума. Устраивать геноцид недоразвитой, но мыслящей цивилизации было бы настоящим преступлением.

Теперь эта планета стала чем‑то вроде курорта. Умеренный уровень солнечной радиации позволял многим существам чувствовать себя здесь комфортно — в том числе и людям.

— У вас заканчивается отпуск. Через сутки за вами придёт ваш фрегат. Он заберёт вас и необходимый ресурс. Далее вас проинструктирует ваш помощник. До связи.

— Принял.

В конце улицы стояло огромное здание релаксационного центра. Его основали представители расы Маалов — и весьма успешно: центр уверенно конкурировал с другими подобными заведениями.

Зайдя внутрь, герой сразу почувствовал, как привычный мягкий цвет окружения расслабляет глаза, а приятная музыка постепенно отгоняет тревожные мысли.

— Доброе утро. Мне к психологу.

— С вас двести кредитов.

****

— Ну что он там сказал? Ты уже сутки ходишь и молчишь. Нам же тоже интересно.

— Всё хорошо. Сказал, что я много перегружаю себя лишними проблемами.

— А‑а‑а. Именно поэтому ты начал жрать по девять таблеток без воды?

Над портом планеты завис шаттл, который перевозил всех в звёздный док для погрузки на корабли. Но они ждали не его. Вдали мелькнуло что‑то красно‑зелёное, а потом, почти через секунду, резко затормозило над челноком. Вот он.

Челнок фрегата класса «Б6Г3». Для него уже освободили место, и он стоял на платформе. Подойдя к нему, герой увидел в иллюминаторе женский силуэт. Это была его помощница Мия — она родом с Плутона. После того как планету вернули на привычную орбиту, а люди получили технологии для покорения космоса, уже через десяток лет они освоили всю Солнечную систему. А там, где жить было нельзя, начали добывать ресурсы.

— О, а вот и главный умник нашей экспедиции!

— И тебе привет.

Лея была странной девушкой: вне зависимости от чина она относилась ко всем одинаково. Даже присутствие на борту адмирала какого‑нибудь колонизатора — не говоря уже о боевых кораблях и их адмиралах — не вызывало у неё ни малейших проявлений субординации. Зато она знала очень много о пространственных аномалиях, и на таком небольшом судне была просто незаменима. На более массивные корабли она тоже отказывалась переходить, объясняя всё своей привязанностью к этому экипажу.

— Я, наверное, что‑то должна сказать… — промямлила она про себя и посмотрела на вернувшегося старшего судна.

— …А, ну да. Адмирал на мостике и так далее.

«Угу…» — пронеслось по небольшому челноку, и из кабины раздался голос Мии. Вслед за этим её силуэт метнулся к пилоту, сопровождаемый энергичной жестикуляцией.

— Всем пристегнуться! Адмирал адмиралом, но сейчас это моя машина. А ему ещё семь минут в отпуске быть. Так что держитесь крепче — взлетаем!

«Распустил экипаж», — подумал он. Другие бы не церемонились: железная дисциплина и всё такое. Но его логика была проста, как часы: чем дружнее экипаж, тем слаженнее работа. А постоянные нагоняи от начальства лишь посеют споры, неприязнь и ненависть к командиру. Поэтому он улыбнулся и посмотрел на удаляющийся город‑муравейник.

— Вообще‑то пять минут. И если ты не поторопишься, то останешься без премии.

— Слушаюсь и повинуюсь. Но не обещаю!

Свист в ушах и приятное ощущение, с которым сиденье плотно обхватывало тело, говорили о том, что челнок набрал скорость. Он посмотрел на поверхность планеты — теперь её уже можно было охватить взглядом целиком. Челноки этого типа летали сверхбыстро, и вдали уже виднелся силуэт знакомого фрегата.

****

— Итак, какие планы? Что за груз и куда его нужно транспортировать?

— Это крайне необычный груз. Нам надо лететь вместе с научной группой в систему Белого Ангела. И ещё взять на борт боевую группу.

Этим окончательно добила докладом Лея. Помимо нескольких изотопов в грузовом отсеке для Федерации и несчётного количества литературы по существам пустоты, их ещё отправили за границы Конфедерации — в систему Диких Звёзд, чтобы сопровождать и доставить научную группу, а сверху накинули почти сотню вояк. Эта экспедиция должна была стать весёлой: неподготовленный разум тех, кого дрессируют до мозга костей, вряд ли сможет перенести такое разгильдяйство вокруг.

— Все на борту. Ждём приказ.

— Курс четырнадцать, конечный пункт — звёздный порт 1…1443. Разгон до входа в сверхсветовой туннель. Всем занять штатные места. Движение…

— …три, два, один… — рапортовала Мия.

— …разгон.

Фрегат мягко набирал скорость. Дрожь по корпусу говорила о небольшом перегрузе в отсеках, но новые двигатели спокойно тянули достаточно старое судно.

— Эх, к этим движкам да корабль новый!

Он проговорил это про себя. Хотя в душе понимал, что это всего лишь мечты. И вряд ли он увидит в своей карьере новый капитанский мостик: ведь его фрегат был самым большим из возможных вне военного значения. А с таких судов на корабли нового класса не переводили — считалось, что гражданским нельзя доверять полувоенный или военный флот. Зато перевозки военных грузов, медикаментов и прочего вполне доверяли как раз таким судам, как у него.

— Судно «Б6Г3», приём.

— На связи.

— Вы идёте по нашему курсу. Мы можем вас разогнать.

— Принял. Считайте…

— …разгон через три, два, один.

Судно сильно тряхнуло. Те, кто не успели сесть, почти упали, а те, кто не нашёл, за что ухватиться, завершили кульбит и поздоровались с полом лицом к лицу. Ещё секунда — и тряска закончилась. Далёкие огоньки звёзд стали очень быстро пролетать, пока не превратились в полосы света.

Вдалеке мелькнула бежевая точка, которая начала расти на глазах. Ещё пара секунд — и вот он.

По правому борту от корабля шёл тяжёлый грузовой крейсер класса «Титан». Сказать, что он был больше, — значит не сказать ничего. Фрегат уступал ему в размерах почти в шесть раз. А груз, который нёс «Титан», был совершенно неподъёмным для их корабля. Не говоря уже о том, что на «Титанах» стояло серьёзное вооружение — такое, что могло дать отпор паре пожирателей, а при удачном стечении обстоятельств и уничтожить несколько десятков существ пустоты малого класса.

Такие корабли могли разогнать любой меньший корабль до любой доступной им скорости — и без вреда для него.

По телу пробежала дрожь: он сразу представил себя на мостике этого монстра. Но тут же закрыл глаза, тряхнул головой и выкинул эти мысли из головы.

— До прибытия два часа. Приготовьте доклад — на случай, если запросят объяснение миссии. И запросите станцию: на месте ли уже научная группа?

— До прибытия. Три, два, один. Выход.

Пространство в конце туннеля образовало подобие пробки, которую нужно было пробить. Корабль тряхнуло ещё раз: все резко наклонились вперёд, судно задрожало, и весь корабль покрыла светло‑жёлтая пелена. Через пару секунд пелена рассеялась, а звёзды стали всё медленнее проноситься мимо. Когда движение пришло в норму, сбоку открылась воронка пространства — точно как во сне, — и оттуда спокойно вышел «Титан».

— А вон и порт.

Огромная станция вдали постепенно приближалась. Сбоку виднелся флот на случай необходимости защиты порта: десяток «Химер», пара «Атлантов», пара «Линкоров» и около трёх сотен истребителей среднего класса.

— На связи адмирал фрегата класса «Б6Г3», приём.

— Мы вас слышим. Научная группа уже ожидает.

Ещё минута — и двухсоттысячетонное судно ювелирно встало на крепёжи у станции. Далее пошла стандартная процедура: сканеры проверяли корабль на заражение, инфекции либо на наличие неуказанных существ в паспорте штата судна. Затем — стыковка переходными рукавами, и всё. Осталось только разгрузиться.

Он посмотрел в соседний бокс: там стоял транспорт класса «К3Н2», судно второго поколения.

— Смотри. Те бедняги вообще копейки возят.

— Вспомни нас. Мы тоже были на их месте. И да, насчёт того, что они бедняги, — я согласен.

Посмотрев на огромный порт, он подумал, что где‑то есть суда и побольше. Но он ещё ни разу не встречал ни одного «Гиганта» или «Гипергиганта», не говоря уже о более совершенных кораблях.

— Адмирал, вы готовы принять на борт группу?

— Если разгрузка завершилась, то да.

— Приняла. Вояки тоже ушли. Только мы и научники.

«Так, стоп, — подумал он. — Мы туда летим и без охраны».

— Погодите. Значит, мы летим чёрт знает куда, с теми, кого видим в первый раз, ничего о них не зная. У нас нет защиты даже от абордажа, не говоря уже о том, что нас могут просто разнести в космосе на ресурсы — пардон, на металлолом.

Они стояли в зале прибытия персонала и говорили с инициатором всего этого безумия. Перед ним была молодая девушка ростом примерно метр девяносто. При его немалом росте это делало их беседу в каком‑то смысле разговором на равных. Рядом стояли вице‑адмиралы флота наёмников и вице‑контр‑адмирал самой Конфедерации. Его присутствие ощущали все, кто был на станции: наличие такого чина — хоть и на платформе Конфедерации, о которой слышали большинство существ этого мира и не только, — не могло остаться незамеченным. При этом почти до конца разговора никто так и не понял, кем именно он был.

— Глава этой экспедиции — Намэн Хоуст, начальник научного отдела на планете Изида. Связист — Гар Ком Кеер, представитель расы Они. Поэтому поаккуратнее с ним. Младший сотрудник — Кир Хелест, чистокровный землянин. «Летите быстрей, а то не доживёт», — если поняли шутку. Специалист по внеземным технологиям — Грен Фор Родерман…

— …Так, стоп. Тот самый Родерман?

— Нет, конечно же, он. Именно поэтому мы и посылаем обычное судно — чтобы не привлекать внимания. Не переживайте, вы его присутствия даже не почувствуете. Всё, что от него будет, — это его сознание, разделённое с сознанием киборга.

— Ещё и киборг… А если его «заглючит», мы будем очень далеко от точки сопряжения.

— Вот пульт. Синяя — включить, чёрная — выключить, красная — детонация.

— Чего?!

— Шучу. Он будет руководить из кабинета через киборга.

— Ещё лучше… Это и всё? Больше никого не будет?

— Вы можете взять, помимо экипажа, ещё пять существ в сопровождение. Им мы тоже при успешном выполнении задания начислим награду.

— У меня был один друг. Последний раз я видел его в учебке. Его фамилия Остериас. Без него не полечу. Сто процентов.

*****

— Какого чёрта! Я требую адвоката!

— …Замолчи.

— …Хоть наручники наденьте.

— Зачем?

— Просто так. Неинтересно.

— Неинтересно ему…

— Я ведь сбежать могу, вот вам крест.

— Я тебя сейчас вырублю, если не заткнёшься. Мы не из законников. Тебя хочет видеть старый друг. Вроде.

Он стоял сбоку и наблюдал, как нечто похожее одновременно на его друга и на бородатого монаха в чёрной рясе вели к ним в кабинку для общения. Было слышно, как Стас пытался отшучиваться и подкалывать свой эскорт — космодесантников, закованных в броню. У них было напрочь отупевшее чувство юмора, и, возможно, они уже разработали план по уничтожению этого неугомонного индивида. Ему было интересно, как Стаса ещё не «похоронили» под этими полами. Видимо, для этой задачи выбирали самых стойких и непоколебимых — тех, кого не пробить никакими манипуляциями.

— Елена, где вы его откопали? Четыреста лет я о нём не слышал, и тут его чуть ли не на руках мне приносят.

Почти неделю они находились на станции и ждали, пока найдут и привезут нужного человека. За это время научная группа немного дооснастила фрегат своими приборами для изучения некоторых объектов. Теперь исследования можно было проводить внутри корабля, сводя к минимуму выходы в открытый космос.

К тому же ребята оказались толковыми, а несколько существ даже учились в одной академии вместе с ним.

— Привет, Остериас.

— Райнокен? Ну уж нет, я с ним не полечу… — сказал Стас, пытаясь покинуть комнату. Но тяжёлая рука космодесантника быстро и отработанно вернула его на место. А ощущение этой руки на плече закалённого в боях головореза в корне меняло отношение к любым решениям.

— Ещё раз привет.

— Прежде чем вы расскажете, куда я попал и где я в итоге склею ласты, расскажи, как ты разбил несколько учебных судов в учебке.

— Да, разбил. Ты сколько ещё будешь это помнить? Короче, видишь шестой док? Там фрегат класса «Б6Г3». Так вот, он мой.

— А если будешь хорошим мальчиком, я куплю тебе пентхаус в системе Смеш, — добавила Анна.

******

— Всё хорошее начинается с малого. Остериас, тебе просто надо будет пролететь за компанию. Помнишь, я обещал покатать тебя на своём корабле? Считай, это выполнение моего обещания.

— На твоём?

— Частично.

Разговор мог длиться сколько угодно долго. Поэтому люди Конфедерации, обсудив все нюансы, покинули комнату, оставив двух друзей наедине. Слово за слово, рюмка за рюмкой — и так по кругу. Душевная беседа получилась очень долгой, так что в себя они пришли уже на борту фрегата.

«Какая же боль», — подумал Райнокен, пытаясь понять, где он находится и в каком он состоянии. На соседней койке лежал Остериас — в ещё более плачевном состоянии.

— Поверь мне, до хорошего это не дойдёт. Вот увидишь, нас подкинули на какую‑то грязную работу, — проговорил сквозь зубы Стас. Он глянул в иллюминатор: станция потихоньку отдалялась. Это значило лишь одно — путь начат, и назад дороги нет.

Выпив горсть таблеток, он поспешил на палубу.

Анна стояла за капитанским мостиком и тихо что‑то объясняла гостям его судна. Те, в свою очередь, дружно кивали и задавали вопросы лишь тогда, когда Анна замолкала. Рядом с точкой управления прыжками стоял киборг и о чём‑то говорил с Амином из расы Тао.

Его присутствие было одновременно и плюсом, и минусом. Плюс в том, что в нём хранилось много информации, да и аппаратуру таскать будет он. Минус — если в программном коде возникнет ошибка или кто‑то взломает киборга удалённо, справиться с киборгом четвёртого класса будет очень непросто. К счастью, в кармане у Райнокена лежал пульт управления телом киборга — эта деталь его немного успокаивала.

— О чём думаете?

— А? Да ни о чём… Думаю, как скоро вернусь.

Он задумался так сильно, что даже не услышал и не заметил, как бот подошёл к нему почти вплотную.

— Скажите, только честно: почему вы взялись за это задание?

— Его взял не я — его взяла моя команда, пока я был в отпуске. Я им доверяю и не стал ничего менять в заказах.

— Вы уже придумали, куда потратите ту сумму, которую получите по возвращении? — Родерман поднял палец, показывая, что меняет вопрос. — Вы вообще знаете, какова цель экспедиции?

— Нет. Нам просто сказали: взять вас и свозить туда и обратно. Всё.

-Угадайте почему я у вас не лично нахожусь, а только через киборга? Потому что я хочу жить. А то куда мы летим это билет в один конец со всеми вытекающими. Там могут быть кто угодно, от мелких пиратов до роя. И если с первыми у нас есть шанс договориться, то от вторых хорошего явно не ждите. Вообще не ждите наступления следующего дня.

-А вся группа которая тут, они знают куда летим.

-Да. Это те, кому нечего терять в своей жизни, наличие больших долгов, отсутствие семьи, друзей и т.д. Им терять нечего, а вам?

Он глубоко задумался. Почему он не расспросил более детально о экспедиции, почему в тот момент ему были важны люди которые летят. Да, сны дают о себе знать. Возможно даже он терял свою старую хватку.

-Капитан, я рассчитал время прыжка. Оно составляет почти четыреста дней в гиперпространстве. Когда прикажете начинать вход в пространство?

-Начинайте. — он взял в руки микрофон и объявил по фрегату — Внимание всем. Всем занять места в крио капсулах и выставить таймер на, секундочку. На триста девяносто шесть дней. И всем удачи. Увидимся через год.

Потом он развернулся и пошел занимать место. Прыжок, вход и выход будет автоматическим. по этому весь экипаж последовал его примеру.

****

— …Вога… Евога… Тревога! Тревога!

Он открыл глаза под орущую сирену — что‑то случилось. В голове промелькнуло лишь: «Лишь бы долетели». После такого криосна ноги ещё неплохо держали: он мог спокойно стоять. Пусть сильно покачиваясь, но не падая. Хватаясь за стенки, он медленно шёл к рубке, чтобы узнать, что произошло. И вдруг сирена перестала орать.

Добравшись до рубки, он увидел Родермана — тот ходил по палубе и что‑то тыкал на консолях. Герой уже хотел на повышенном тоне спросить, что происходит, но Родерман лишь прижал палец к динамику киборга — тому, что заменял ему рот. Потом профессор поднял взгляд на то, что было вокруг корабля.

Обширные, круглые и овальные, длинные и короткие, с щупальцами и без. Существа превосходили фрегат в сотни, а то и в десятки тысяч раз по габаритам. Их броня цветом напоминала ржавчину и была утыкана шипами и наростами повсюду. Сотни пожирателей.

— Посмотрите, — очень тихо сказал профессор. — Это псы Тио’Шха. И они все спят. Я не стал отправлять сигнал на станцию: от сигнала они могут проснуться — и нам конец. Я уже почти месяц веду фрегат к точке назначения. Она в паре часов ходу. А теперь — тишина. Я всё сделаю сам.

— Но, профессор… Если во сне — их слабость, то почему этим не пользуются?

— Потому что, если этим пользоваться, Тио’Шха будут патрулировать сон сородичей. Возможно… А вы, я слышал, были в битве у систем Торна?

— Да. Но это было очень давно. Так давно, что я ещё учился в Звёздной академии флота Звёздной Конфедерации.

— Значит, это правда? Расскажите! Я никогда не слышал таких историй из уст очевидца. Тем более от кого‑то настолько… опытного, как вы.

— «Опытного»? Мне всего девятьсот пятьдесят лет. С хвостиком.

Он посмотрел на дроида, через которого с ним общался профессор.

— Ладно. Пока летим, есть время и поболтать. Сейчас только чаю налью.

— Не стоит беспокоиться, я налью. Начинайте, — сказала Анна. Похоже, экипаж начал просыпаться.

— Тогда начинайте.

— Ну, тогда у нас ещё не было каких‑либо привилегий. Наш фрегат летел из порта Лонтен в порт Нарма. И тут из гиперпространства нас выдернул тяжёлый крейсер «Ленит». Нам сказали, что один из корпусов флота Федерации ведёт зачистку сектора, и, чтобы не попасть под раздачу, надо подождать. К нам подошёл фрегат класса «Щитоносец», встал неподалёку и увёл нас вместе с собой в режим невидимости — или, как сейчас говорят, в «спячку».

Перед нами был рой — примерно три, а может, и четыре тысячи особей псов‑пожирателей. Всё началось с того, что неподалёку от них из гиперпространства выскочил лёгкий истребитель и пронёсся сквозь рой. Когда рой начал просыпаться и поворачиваться вслед за ним, вдалеке из гиперпространства вышли сначала линкоры, а потом и старые крейсера второго класса. Линкоры начали засыпать рой залпами ракет и торпед. Крейсера делали то же самое, но применяли кинетическое или энергетическое оружие — вместе с головными бортовыми орудиями.

— О! И что было дальше?

— А дальше в рое начали происходить взрывы. Рой начал метаться и паниковать. Некоторые пожиратели двинулись в сторону флота. Он, кстати, состоял примерно из пятисот единиц кораблей. Примерно полчаса потребовалось, чтобы уничтожить рой.

А когда всё закончилось и флот пошёл на заход для входа в гиперпространство, прямо перед ним начали появляться корабли Тио’Шха. Я окинул взглядом тот флот — их было около десяти, а то и больше тысяч кораблей. Те корабли, что шли первыми — как с нашей стороны, так и с их, — были уничтожены первыми залпами и ударами.

А потом начался хаос. Нет, не так… ХАОС. Крейсера взрывались, как новогодние хлопушки. Тяжёлые единицы флота держались долго и унесли с собой на тот свет не одну сотню кораблей флота пожирателей. А два последних, единственных тяжёлых крейсера самоуничтожились, протаранив собой орду существ.

Мы думали, нас пронесёт. И так бы и случилось, если бы один из кораблей Тио’Шха не врезался в наш фрегат, который ставил нам щит. Он закрыл собой нас от первого выстрела лучом смерти. От второго нашим пилотам удалось увернуться.

А потом прямо перед нами появился пёс‑пожиратель. Прямо перед нами, представляете? На нашем фрегате началась паника. Многие просто стояли и заворожённо смотрели на открывающуюся пасть, похожую на змеиную.

Но в тот момент, когда многие уже закрыли глаза и приготовились к смерти, что‑то произошло. Нечто протаранило пса — и исчезло. Его разорвало на две части. А потом открылся портал, и оттуда начали выходить небольшие плоские корабли — они действительно были похожи на печенюшки в белом шоколаде, хе‑хе. Эти корабли с ходу начали бить головными орудиями по псу: их лучи пробивали его насквозь. Точно так же и корабли Тио’Шха начали взрываться один за другим от попаданий этих смертоносных лучей.

— …Первый корпус Шестого флота Звёздной Конфедерации прибыл…

Услышали мы в динамиках. Над нами повис этот корабль — его туша была в десятки раз больше нашего фрегата. Корабли Конфедерации были крупнее и массивнее любого корабля Федерации. Но мы так думали — до ещё одного сообщения из динамиков…

— …Дредноут «Техно‑прорыв» прибыл…

Корабль над нами дал залп из основных орудий и отошёл. Мы снова остались без защиты, и я уже подумал, что «Техно‑прорыв» — это как раз тот корабль, что висел над нами. Пока в иллюминаторах мы не увидели борт корабля, поднимающегося из‑под нас. Дредноут. Он появился под нами и взял весь наш фрегат к себе в док. На минуточку: мы были почти четыреста метров в длину, около ста — в толщину и двести — в ширину. Мы зашли в док дредноута как по маслу.

Потом к нам на корабль, уже после швартовки, зашёл один из членов экипажа дредноута.

— Кто может помочь зачистить сектор? Может, кто заметил, где были Тио’Шха?

Вышел я и ещё несколько человек. Нас отправили лифтом в рубку капитана.

— Наводите. Сейчас вы — самые ценные на этом судне, — сказал нам адмирал.

Сначала у сенсоров встала наша лучшая ученица, Маори: она наводила бортовые орудия на тех пожирателей, что ушли под щит, похожий на тот, что был у нас изначально. А я стоял и заворожённо наблюдал за тем, что творилось вокруг. Корма дредноута была очень далеко впереди, и из всей его туши в разные стороны шли залпы крупных лазеров. «Вот это мощь», — подумал я, когда увидел, как один из кораблей, прибывших первыми, передними лазерами пробил сразу три корабля Тио.

Они знали не понаслышке о Конфедерации и старались задавить её числом в ближнем бою. Но корабли Конфедерации не давали им этого сделать, отбрасывая малые суда от больших кораблей.

А потом появились суда, не похожие ни на один из наших кораблей. У них не было ракетных турелей на корпусе — ни посередине, ни где‑либо ещё. Вместо этого по центру стояла большая бобина, которая начала отстреливать залпы ракет. Другие подобные корабли стали выпускать торпеды.

Мне на плечи легла тяжёлая рука адмирала.

— Иди вон туда. И командуй линкорами, — сказал он мне.

Я встал за панель управления флотом — точнее, за панель конкретного корпуса. Я не мог поверить, что мне подчиняется почти сотня кораблей, способных стирать с карты всё, что видит и даже не видит радар. Позади меня стоял сам адмирал и внимательно наблюдал, как я провожу разведку, а потом выявляю вражеские суда…

— …Не так. Смотри. Наводишь ионную торпеду в примерный сектор, и если там кто‑то будет, их щиты падут.

Сказать, что я был удивлён, — значит не сказать ничего. Всё, чему учили в академии о ведении боя, он разбил в прах прямо у меня на глазах. Я дал указание одному из линкоров дать веером по сектору этими торпедами. И там оказалось около тысячи пожирателей. Потом концентрированным огнём они были уничтожены.

Конфедерация тоже несла потери. Только чтобы не терять боевой флот, впереди шли особые дроны: они принимали на себя основные атаки и забирали огромный урон. Фрегаты и истребители гибли пачками.

В конечном итоге за час, а может, и больше, мы уничтожили флот пожирателей — всех, кто не успел отступить.

— Докладывает адмирал первого звена. Потеряно три сотни истребителей и примерно в шесть раз больше дронов.

— Докладывает адмирал второго звена. Потеряны две «Химеры» и один линкор.

— Флот. Походной группой возвращаемся в док. Четвёртый корпус остаётся и ждёт переработчики вместе с флотом изучения обломков.

— Адмирал четвёртого корпуса, принял.

Нас отблагодарили, отправили на фрегат и выпустили в космос. Никогда не забуду, как этот дредноут входил в гиперпространственные ворота, созданные им же.

— А как ты вообще стал конфедератом, если учился в академии Федерации?

— Я же сказал. Нас наградили. И дали право на обучение в Звёздной академии ударного флота Конфедерации — ЗАУФК.

— Вон как. Что же, мы на месте.

Перед нами была система тройного созвездия Ангела. Три огромных звезды каким‑то чудом стояли на своей оси и не меняли её. Мы так долго летели — и наконец мы на месте. Скоро мы либо выживем, либо погибнем.

— Красиво, да? — спросил профессор.

— Да. Так в чём основная ваша задача тут?

— Учёное сообщество думает, что эти звёзды не просто так стоят так близко друг к другу. Есть мнение — моё мнение, — что их удерживает некий энергетический пояс.

— Да ну? И с чего вы это взяли?

— Посмотри в центр.

В центре, между звёздами, виднелось сооружение — примерно одна девяностая от размера звёзд. Оно имело вид параллелепипеда неправильной формы, а по сторонам от него по одним и тем же орбитам летали какие‑то предметы.

— Проф… Это… Этого не может быть… Вы были правы…

Я оглядел рубку корабля. Никого не было. Абсолютно пустой корабль. Я сделал шаг, и внутри меня начало что‑то происходить — нечто похожее на то, что чувствует человек, когда отсидит ногу: покалывание, онемение, странное движение под кожей. И это ощущение нарастало, пока в одно мгновение я не начал замечать, что мои руки и ноги стали полупрозрачными, а потом и вовсе исчезли.

Я хотел закричать, но вокруг было лишь какое‑то жёлтое пространство. Я ощущал себя не как единый организм, а будто по частям — я был везде и нигде одновременно. Это было одновременно больно и странно приятно. А потом всё пошло в обратном порядке. И вдруг… всё закончилось.

Я упал на колени на чёрный металл. Помещение напоминало будку наблюдателя на каком‑нибудь производстве: огромные панельные окна, под ними — стойки со множеством кнопок и проводов. Всё горело, мигало и светилось. Перед этой панелью стояло большое кресло, и не сразу, но я понял: на нём кто‑то сидит. Что‑то большое — похожее на меня и в то же время совершенно непохожее.

Оно поднялось в полный рост и неспешно двинулось в мою сторону. На трясущихся ногах и руках я кое‑как поднялся с пола. Хотел развернуться и бежать, но за спиной оказалась глухая стена. Пока я оглядывал помещение — однотонное, тёмное, с тонкими светлыми, может, даже золотыми линиями, — оно уже подошло почти вплотную.

Заведя руки… или лапы… за спину, выпрямив плечи и чуть наклонившись вперёд, чтобы не потерять равновесие, оно нависло надо мной. Оно не было ни худым, ни толстым. Мощный торс, чёткие очертания мышц на немного согнутых лапах. Широкая шея, вытянутая морда, большие уши… Нет, не просто вытянутая — это была голова собаки с далёкой планеты. С той самой планеты, откуда пришёл Первый лидер Конфедерации.

Оно просто стояло и смотрело на меня — без эмоций, без намёка на гнев или интерес. Я наконец понял, что стою на четвереньках перед этим существом. Опираясь на стену за спиной, я с трудом выпрямился. Оно было выше меня на пару голов — примерно два с лишним метра в высоту.

Сбоку что‑то скрипнуло. Существо повернуло голову в профиль. Да, это была именно голова собаки с той далёкой планеты. Тёмно‑золотистая густая шерсть покрывала всю морду. Глаза — ярко‑голубые, пронзительные. Острые длинные уши слегка наклонены вперёд. На лапах — золотистая накидка, на ступнях — мощные ботинки, похожие на те, что носят десантники штурмовых отрядов.

«…Просыпайся…» — пронеслось у меня в голове. Щека почувствовала лёгкое жжение, в висок будто толкнули, а в ушах промелькнул резкий ультразвук. Существо ничего не делало — просто стояло и смотрело.

«…Не спи…» — снова те же ощущения, будто слова пробивались сквозь плотный туман. Существо чуть наклонило голову набок, словно прислушиваясь не к звукам, а к самой вибрации моего сознания.

«…Просыпайся!» — на этот раз фраза прозвучала в голове чётко, как удар гонга. Щека вспыхнула болью. Существо нахмурилось — будто само не ожидало такой резкости. В глазах потемнело.

— С другой стороны ударь. Сломаешь шею, — прозвучало в голове, и тут же обожгло другую щёку. Когда зрение вернулось, я увидел, как от существа летит невероятная по силе пощёчина — она замерла в сантиметре от моего лица.

— Что такое, Лендован?! — выкрикнул я, первое, что пришло в голову.

Существо остановило лапу в считаных миллиметрах от меня и тихо, почти бережно дотронулось до моей щеки.

Боль, пронзившая голову, была такой острой, что я мгновенно потерял сознание.

*****

Алиса

Через какое‑то время — не знаю, сколько его прошло, — я очнулся от воя сирены и ледяной воды, плеснувшей в лицо. Только я открыл глаза, как на секунду всё стихло, а потом по ушам ударил резкий ультразвуковой импульс.

Я снова распахнул глаза. Надо мной сидел мой второй помощник, занеся руку для очередного удара. Увидев, что я пришёл в себя, Харада остановил руку помощника.

Я посмотрел в передние иллюминаторы: корабль как раз проходил сквозь взрывную волну. Бросив взгляд в боковое окно, я увидел, как рядом с нами кружатся обломки пожирателя.

— П‑п‑п… Почему мы ещё живы?

Весь экипаж смотрел куда‑то в сторону. Я проследил за их взглядами. Издалека к бою подключился «Гипергигант» — это была «Чёрная Вдова» под командованием Елены Тандер, потомка легендарного адмирала Сергея Тандера.

— Вы были в отключке пару минут, но мы успели переломить сражение. Одна из «Химер» уничтожила некий корабль Тио’Шха — и «пузырь» лопнул. Когда до столкновения с пожирателем оставались считаные километры, пришедший с третьим флотом «Атлант» протаранил его — правда, немного зацепил и нас. Потом появилась «Вдова» и уничтожила «Гиперпожирателя». Затем на помощь третьему флоту подошли три патрульных корпуса пятого флота.

Мы нашли все скопления псов‑пожирателей и их кораблей. Да, планету взяли под защиту — дредноуты «Чёрный Ангел» выстроили щиты. Там всё в порядке. С нашей стороны в бою участвует около трёхсот тысяч кораблей, у пожирателей — чуть больше, примерно три миллиона. Уничтожено почти столько же. Флот успел вовремя, и мы смогли переломить ход боя… Вроде бы. Мы будем жить.

— Так, успокойте его.

Алиса

Громко сказал я и поднялся на мостик адмирала «Вавилона».

Стоявшая на огневой позиции «Чёрная Вдова» выпустила рой торпед по передовым пожирателям. Боезапас каждой торпеды содержал заряд тёмной материи — это придавало оружию не просто устрашающий вид, а делало его сверхпоражающим и по-настоящему опасным. При попадании в змеевидные тела пожирателей торпеды детонировали с задержкой в пару секунд. Такая задержка была необходима: на предсветовой скорости торпеды успевали пробить прочную броню, и взрыв происходил уже внутри существа.

Более тысячи торпед вспыхнули над щитом, покрывавшим планету, превратив пространство в невероятный смертоносный фейерверк. Ещё через мгновение по ушам ударил резкий ультразвуковой импульс.

******

— Вы считаете, что наше присутствие там даст свои плоды?

— Да!

— А мне кажется, что наше появление спустя столько лет даст лишь фальшивую надежду на то, что у этого мира вновь появится шанс на выживание — или хотя бы на жизнь. Сейчас этот альянс только оттягивает конец мира, а он предначертан. Ни мы, ни кто‑либо ещё не сможем пробиться так глубоко, чтобы нанести смертельный урон Древнему Ядру Резонанса, — с нажимом повторил один из старших офицеров.

— Они противостоят ему уже несколько тысяч лет…

— Несколько тысяч лет шли одни лишь битвы, когда мы принимали весь удар на себя! — закричал тот же офицер, но вовремя осёкся: в палату вошёл наместник.

— Тишина.

Тяжёлые многотонные двери, которым, казалось, было не одно тысячелетие, медленно распахнулись, открывая вид на покои потомков императора, приведшего их в этот мир. Уже почти у самого выхода из палат шёл потомок: на нём было длинное белое платье с тёмно‑синими полосами и гербом — листом Великого Древа, того самого, что осталось в их родном мире.

— Итак. Что вам известно о них?

— Это люди, Маалы, Мисалы, Эльты…

— Вы меня не поняли. Я не спрашиваю о том, кто они. Я спрашиваю, каковы их успехи?

Тёмно‑голубые глаза Ариандры смотрели в центр огромного круглого стола. Её высокий рост и статная фигура едва ли могли передать то, что сейчас творилось у неё в голове. Ариандра была последним правителем Великого Нового Города, отстроенного на месте уничтоженной системы — от той системы осталась лишь звезда, вокруг которой и возвели город из обломков кораблей и планет. После долгих лет последней битвы ушли миллионы лет на то, чтобы отстроить это грандиозное и великое сооружение, энергоядром которого служила сама звезда. На окраинах города стояли огромные верфи, способные строить даже дредноуты или производить ремонт кораблей Абсолютов.

— Это уже не Мировая Конфедерация. Она ушла, о ней никто не слышал и не видел её после битвы около тройной звезды. Когда был утерян их гигант «Иерихон», они все исчезли. Теперь на том месте — мёртвые просторы космоса: концентрация антиматерии настолько высока, что мы могли исследовать ту область лишь крейсерами, пытаясь найти причину их исчезновения. Мы прочесали весь спектр пространства боя. И не нашли ни одного целого корабля, способного хоть как‑то двигаться. Живых мы тоже не нашли.

— А сейчас?

— Сейчас там находится один из наших корпусов — на случай, если там что‑то будет происходить…

Небольшие двери напротив резко распахнулись, и оттуда быстрой походкой вошёл начальник разведки.

— Наши радары зафиксировали применение боевой тёмной материи. Очень много вспышек в одной точке. У Звёздной Конфедерации таких технологий не было.

— Ну и что? Возможно, они нашли один из целых боевых модулей старой Конфедерации.

— «Чёрная Вдова».

— И?

— Королева Проклятых!

— Зачем ты перечисляешь то, как меня называют наши недруги?

— «Вавилон»! — уже более настойчиво, с чувством серьёзного, почти предостерегающего тона, произнёс старший из разведчиков.

К Ариандре подошёл один из офицеров и что‑то тихо сказал на ухо. Её лицо изменилось: пальцы начали нервно переплетаться, зрачки забегали, а нижняя губа оказалась слегка закушенной. Она ничего не говорила — только ходила туда‑сюда по залу, погружённая в тяжёлые размышления. Все знали: когда она думает, лучше не перебивать. Последствия могли быть плачевными.

Наконец она подошла к огромному окну и устремила взгляд в даль глубокого космоса. Вдали проплывали пара крейсеров. Когда‑то этот вид был полностью заполнен флотом — так плотно, что невозможно было разглядеть тёмную даль космоса.

Город слегка тряхнуло. Скорее всего, это была ещё одна предсмертная судорога: старая звезда держалась из последних сил, отчаянно борясь со временем. Но через некоторое время в зал вошли несколько представителей иной союзной — и не менее древней — цивилизации.

— Он настолько любил золото, что создал из него флот.

— И все склонили головы перед Звёздной Мощью Флота Лендован, — закончила она про себя.

— Отречение? Вы были изгнаны из своих городов. Что вы тут делаете?

— А кто тебе дал слово, офицер? Когда приходим мы, такие, как ты, молчат. Госпожа, к вам гость.

В зал медленно вошёл рослый лендованин. Сложением тела он напоминал человека, но единственным и самым ярким отличием была голова: у лендованинов они были похожи на головы различных животных — обитателей разных планет. У этого гостя голова была как у шакала. Телосложение — среднее, чуть худощавое, но жилистое, будто в нём не было ни капли лишней силы — только то, что нужно для боя. На нём были золотые доспехи, как и на всей делегации; такая броня служила знаком высокого чина.

— Мой старый друг. Я вижу на твоём лице смятение и чувство опасности. Что тебя тревожит?

— Конфедерация.

— Что с ней не так?

— Хотя бы то, что мы не заметили, как она вернулась. Вы уже знаете, что там было использовано оружие с антиматерией? Но самое страшное — там применили оружие свёрнутого пространства. Наше оружие.

— Не может быть… Не может этого быть.

Её голос стал чётким, интонация — отточенной, будто она годами тренировала эту холодную собранность. А голос гостя, напротив, утратил привычную грубость и теперь звучал мягко, почти устало.

— Я надеюсь, что это правда и они действительно вернулись. Ведь только у них были технодредноуты и гипергиганты.

— Значит, мы более не будем оставаться в стороне. Надал, ваш флот готов?

— Мой флот готов всегда. Готовы ли вы?

— Да. Мы выдвинемся прямо сейчас. Звёздная Атлантида более не будет в стороне.

— Гость наклонил голову, и они исчезли. Над стеклом, около которого стояла Ариандра, прошёл массивный корпус дредноута «Часовой».

— Когда‑то мы были лидерами, а теперь сидим на краю Вселенной и ждём, когда нас спасут.

Она смотрела вслед уходящему дредноуту. Вдали появлялись иные, золотые корабли. Дыхание было спокойным, а голова — чистой от плохих и ненужных мыслей. Напрягая взгляд, она увидела своё испуганное отражение — и оба её сердца забились куда громче. По спине пробежала дрожь, как когда‑то в детстве. Перед глазами исчез город, и вновь возникли планеты, уничтоженные войной.

— Прошу прощения…

…Её оторвали от воспоминаний, и город встал на своё место. Повернувшись к начальнику разведки, она тихо кивнула. Он в ответ кивнул, прикрыв веки и сохранив своё несгибаемое положение.

— Готовьте флот. Я иду на Гарлагас.

*****

В давние времена, в период затишья, когда во главе Конфедерации стоял потомок выходца с планеты Земля — адмирал Антон, люди почти забыли о войне. В один момент исчезли все пожиратели и Тио’Шха. Это совпало с уничтожением одного из центральных Механизмов Резонанса. Все решили, что враги просто лишились возможности — или врат — для входа в наш мир. Но на самом деле они лишь копили силы.

Антон настаивал на строительстве кораблей, несущих в себе силу звёзд. Планет и звёзд было уничтожено очень много, поэтому для энергетической системы кораблей приняли решение использовать более‑менее стабильные ядра планет — те, что ещё не успели остыть и сохраняли хоть какое‑то магнитное поле.

Меньше чем за двести лет под его руководством с верфей Звёздной Атлантиды сошли настоящие монстры: «Славянин», «Вавилон», «Технократ», «Чёрная Вдова», «Техно Прорыв», «Королева Проклятых», «Карфаген», «Арахнид», парные дредноуты «Воля» и «Разум», «Мефистофель», «Матриарх» и «Патриарх», «Гнев Конфедерации» — и ещё множество дредноутов, гигантов, гипергигантов, супердредноутов, технодредноутов и гипердредноутов.

Армада Конфедерации пополнилась почти на пятьдесят миллионов единиц, а общая численность флота превысила пару миллиардов кораблей.

И вот однажды с далёкой тройной звезды прибыл корабль с донесением: там открылись врата между мирами, и из них хлынули орды пожирателей. Через несколько дней весь флот Конфедерации, вместе с флотами Лендован и Звёздной Атлантиды, уже был там. Миллиарды кораблей сошлись в битве с миллиардами существ. Но после этого о той армаде больше никто не слышал. Словно её и не было.

Через десятки лет, когда Мировая Конфедерация была переименована в Звёздную Конфедерацию, на месте боя возвели монумент в честь всех, кто там остался. По легендам, тот флот смог остановить орду существ ценой полного аннигилирования. Позже поле боя прочёсывали разведчики Атлантиды. О Лендован больше никто не слышал — до этого дня.

— И ты можешь рассказать, из‑за чего Звёздная Атлантида и Лендован вступили в войну против Тио’Шха?

— Могу, — как всегда спокойно ответил Намирин.

— Давным‑давно, ещё до того, как начали формироваться ваша галактика или даже вселенная. Ещё раньше — когда появилось новое измерение, ваше измерение. Оно было пустым: здесь не было ничего — ни планет, ни галактик, ни существ, ни даже нас. Из далёких миров и измерений пришли четыре расы.

Гордая, точная и верная своему делу Звёздная Атлантида. Догматы, посягнувшие на суть мировоззрения и мироздания, сумевшие победить смерть. Искусные воители, прирождённые лидеры и короли технологий — Лендован. И те, кто уничтожал всё ради могущества, — Тио’Шха.

Они поделили этот мир на четыре сектора, и каждый мог делать в своей зоне всё, что захочет, не пересекаясь с другими. Атланты начали строить города. Догматы использовали этот мир как научную платформу для работы с жизнью. Лендован добывали тёмную антиматерию.

Но Тио’Шха были циничными и алчными созданиями: они жили войной и хотели захватить и уничтожить измерение ради протоматерии. Они создали Ядро Резонанса — оно могло перемещать флоты и существ между мирами — и призвали пожирателей.

Первыми под удар попали Звёздная Атлантида и Догматы. И если Атлантида, закалённая в войнах, ещё могла противостоять врагу, то Догматы пали первыми. Понеся огромные потери, они ушли в свой мир, оставив после себя зачатки жизни — то, с чего всё здесь началось.

Затем Тио’Шха начали прямую войну с Атлантидой. Атлантида тоже понесла тяжёлые потери: миллиарды кораблей, сотни тысяч флотов были уничтожены и сожжены.

Лендован узнали о падении Догматов и потерях Атлантов слишком поздно. Но они успели подготовиться и приняли первые удары, отбросив пожирателей почти до самого ядра. Они остались один на один с пожирателями, Тио’Шха и иными существами пустоты — китами.

Несколько тысяч лет шла война, пока в один день одна точка Вселенной не стала яркой и горячей. Из разлома пустоты начали появляться крейсера и дредноуты Атлантиды — они пришли мстить. Миллиарды, десятки миллиардов тонн металла и технологий в каждом корабле несли гнев атлантов…

— И что же было дальше?

Наёмник Кун стоял позади всех и тихо слушал. Нечасто услышишь историю от бессмертного существа, которое не умирает, а перерождается.

— Дальше — больше. Появлялись новые разломы, приходили новые пожиратели, а их били новые корабли коалиции двух миров. Миллионы лет шли войны, пока один из лидеров Лендован не собрал поход на Первое Ядро Резонанса. Десятки миллиардов золотых кораблей, вперемешку с миллионами крейсеров Атлантиды, в один момент ударили прямо в сердце Тио’Шха. Их станции горели так, как никогда прежде. Спустя несколько лет боя Древнее Ядро Резонанса было уничтожено.

Тио’Шха не могли поверить, что их конец близок. Поэтому один из их Аберонов отстрелил во все стороны пучки энергии междумирья. По легенде, последние слова Апресса были такими: «Если мы не завоюем это измерение, то его сожрут». И когда они потеряли контакт со своим измерением, их щиты пали. Все Тио’Шха, что были там, были уничтожены.

Потом настали сотни лет спокойной жизни. Последствием взрыва ядра стало то, что из обломков кораблей начали образовываться планеты и звёзды. На них стала зарождаться жизнь. Догматы оставили после себя семена — и они взошли…

Воцарилась тишина. Иногда становилось настолько тихо, что были слышны пролетающие рядом волны света. Все, кто был там, молча смотрели на древнего: это была практически история из первых уст.

— …Но, когда никто не ждал, в далёких сторонах Вселенной начали образовываться небольшие Ядра Резонанса — из пучков энергии Тио’Шха. И в один день на Лендован напало облако из роёв пожирателей. Пришедшая на помощь Атлантида не могла сдержать такое количество существ пустоты даже под прикрытием огня Лендован. И когда они почти пали, открылись врата Междумирья — и оттуда появилось то, из‑за чего перед флотом Лендован склоняют головы.

«Месть Гайя», флот Абсолют. Не было ничего, что могло бы сдержать этих монстров. Дредноуты Атлантиды рядом с Гайя казались пушинками. А вёл великий флот предок Анубиса — Надал Апкеус…

МОНОЛОГ.

И сейчас вновь многомиллионный флот Конфедерации стоит против роя пожирателей. Но на этот раз никто не узнал бы, чем всё закончилось, если бы над флотом не открылись огромные пространственные ворота. Вращаясь по часовой оси, из них выходил дредноут Звёздной Атлантиды с сотнями крейсеров.

Один дредноут своей массой словно охватил под собой весь флот Конфедерации. Свидетели этого боя ещё не видели таких монстров. Дредноут уже накрыл часть вражеского флота, тараня всё, что попадалось на его пути. Сопла двигателей были в десятки раз больше планеты, а сам дредноут имел массу в несколько сотен миллиардов тонн — а то и более.

Но вдалеке пространство разорвалось надвое, и оттуда появился небольшой, но всё равно громадный чёрный корабль…

— «Гипергигант „Технократ“» прибыл.

…Из разлома начали появляться тысячи кораблей, похожих на некогда стоявшие на вооружении тяжёлые и сверхтяжёлые крейсеры «Химера». Они были во много раз больше тех, что сейчас назывались их именами.

— Говорит Верховный контр‑адмирал Дмитрий. Мы вернулись…

— Не может быть.

По флоту прокатилась волна паники. Все знали тот корабль, который поднимался из не‑пространства. Это был линейный знаменосец класса «Сверхновая Звезда» «Иерихон». Это был…

— «Минотавр»…

Самый большой боевой корабль Мировой Конфедерации. Его корпус был длиннее планеты почти в два раза. В носовой части корабля находилась надстройка в виде головы быка.

— Чей это флот?

На общей волне прозвучал вопрос — и в нём таилась опасность для флота Звёздной Конфедерации: если им не поверят, всё могло рухнуть в считаные минуты. Но прежде чем адмирал успел дать ответ, в динамике на общей частоте раздался грубый, но ровный голос:

— Это Звёздная Конфедерация. Она была создана через пару десятков лет после того, как вы исчезли.

— Пару десятков? — прозвучало в канале с явным недоверием.

— Адмирал, прошло несколько тысяч лет. Вас мало кто помнит.

— Кто со мной говорит?

— Я…

— Его зовут Амар‑Марах. Он мой преемник.

— Кто вы? — преемник не смог распознать этот голос — грубый, но при этом плавный и удивительно спокойный.

Перед флотом внезапно материализовался огромный золотой дредноут — он напоминал «Часового», но был в несколько раз крупнее. Нос корабля украшала статуя лендованина: гордая, застывшая в движении фигура с чертами волка и шакала.

— Меня зовут Надал Анубис, — прозвучало чётко, без лишних слов.

На всём флоте повисла тишина. Динамики молчали. Некоторые капитаны боялись даже пошевелиться. Казалось, даже пожиратели не ожидали такого поворота — и на какое‑то время бой стих. В зоне соприкосновения начали появляться тяжёлые крейсеры Лендован: «Погибь» и «СУН».

Ещё около минуты стояла тишина, а затем рядом с ними из сверхсветового пространства вынырнули настоящие гипергиганты. Вдали уже вёл огонь по орде пожирателей «Славянин» — корабль, названный в честь предков, подаривших первого человека, объединившего расы.

Прибывший флот по размерам напоминал те корабли, что уже были в бою: «Химеры», атлантские суда и линейные крейсеры четвёртого и пятого поколений. Те ушли в прорыв, а здесь, на этой линии фронта, остались только корабли третьего и второго поколения — менее мощные, но всё ещё способные держать удар.

*****

Чёрная пелена космоса, некогда спокойной и мирной части зоны Звёздной Конфедерации, теперь сотрясалась от взрывов кораблей и неестественно громкого шума силовых установок флотов, рёва змееподобных существ пустоты и предсмертных стонов пожирателей.

Произошло то, чего никто не ждал: вернулся давно потерянный флот ещё старой Мировой Конфедерации. Неподалёку от места столкновения пространство искривилось и порвалось, образовав некое подобие щели. Небольшой корабль, выходивший оттуда, вёл за собой ещё один корпус флота. Это был гипергигант «Технократ» — единственный в своём роде корабль, несущий в себе технологии цивилизации предтеч, которая даже смогла победить смерть.

Технологии, связанные с анти‑ и протоматерией, несут в себе как безопасные, так и воистину губительные последствия. Ценой возможности открывать с помощью протоматерии прямые мосты в любую точку Вселенной стала невозможность замены экипажа корабля в любой точке пространства: те, кто был на корабле, оставались на нём до конца его службы — или до своей смерти.

Чёрный караван

Тишина и спокойствие местной галактики, давно не знавшей взрывов и огня, сменились неловкой, лёгкой, почти пугливой эрой существования.

«Нивелир» — основной боевой корабль, оснащённый ракетами, торпедами, пушками Гаусса и плазменными установками. Его главное оружие — установки сжатого свёрнутого пространства. Масса корабля превышала шесть миллиардов тонн, а энергию давало ядро, созданное на основе сжатого ядра небольшого белого карлика.

В сопровождении семидесяти шести кораблей, среди которых многие узнали «Эпсилон», он неожиданно появился около одной из центральных систем. Местный защитный флот не то чтобы не хотел проявлять агрессию или боялся дать упреждающий огонь — просто все понимали: там, куда пришёл флот Звёздной Конфедерации, либо уже что‑то случилось, либо вот‑вот должно было случиться. Огрызаться на флагман пятого флота Конфедерации было не столько самоубийством, сколько бессмысленным шагом: для этого требовались корабли как минимум сопоставимого класса — такие, как те, что шли во флоте в звёздную систему.

— Адмирал, мы на месте. — Хорошо. Начинайте сканировать пространство.

На приёмник одного из младших адмиралов в динамике прозвучал лёгкий, слегка игривый женский голос.

По случаю освобождения системы Салкланарианского братства устроили нечто вроде праздника. Все адмиралы головных судов уже собрались в центральной зале, и никого не удивило, что из челнока «Кассалона» вышел огромный эльд — ростом под три метра — и почти такой же внушительный адмирал «Чёрного Периметра». Но всеобщее внимание привлекла делегация с «Нивелира». Мало кто ожидал, что адмиралом этого корабля окажется маленькая девочка с косичками, в тёмном платье, ростом около ста семидесяти сантиметров, — а не новый адъютант пятого флота.

Её худое, даже немного измождённое тело никак не намекало на то, что этой девочке уже больше девятисот лет и она окончила Высшее звёздное училище флота.

Её появление предсказывал Алексей — один из первых создателей Мировой Конфедерации — почти семь тысяч лет назад. В свои последние дни, когда ему было уже больше двухсот лет, он говорил о маленькой девочке на краю заброшенной империи: о той, что живёт в бедности, почти в вечном голоде, среди холодных пустынь планеты Зум.

Легенда, переходившая из поколения в поколение, дошла до той точки, где должна была начаться её история. В девятом тысячелетии мимо планеты пролетали корабли, и на одном из них был человек, знавший о девочке, в которой текла кровь атлантов.

Райзер Адорктаус, преемник самого Сергея Тандера, решил забрать её оттуда. Прилетев на планету Зум, адмирал увидел пустоши с пещерами — в них прятались от ночных хищников те, кому удалось выжить. Среди них он нашёл старое существо, назвавшее себя Хабом. Оно, как и всем, кто приходил к нему прежде, поведало историю о девочке, от которой отказались, потому что она была помесью человека и иной расы.

Райзер обдумывал это решение несколько дней, но точку поставил разговор с пожилым Сергеем Тандером. Тот напомнил ему, что сам научил Райзера почти всему, что тот знал, и что когда‑то нашёл его на планете Акрама — в одном из местных племён.

Недолго думая, Райзер приказал забрать девочку с планеты, а спустя некоторое время — и всё поселение, почти тысячу существ. Хаб в прошлом был неплохим учёным: он попал в руки пиратов во время экспедиции и даже знал самого профессора Родермана.

Через несколько недель флот достиг звёздного порта пятого флота.

— Дредноут «Агамемнон» прибыл, — прозвучало в эфире.

Райзер оповестил станцию: девочку вместе с Хабом разместили неподалёку от его квартиры. Сам же Райзер подал запрос на создание на планете Зум чрезвычайного поста наблюдения, а также хорошо защищённого города для остатков местного населения.

Начало строительства этого города стартовало почти через сто лет. Тогда ещё молодая — младший помощник адмирала — она прилетела на планету на корабле класса «Апгрейдер» и заложила первый камень будущего города. Спустя семь лет она, уже в статусе старшего помощника на дредноуте «Агамемнон», вместе с Райзером Адорктаусом прибыла на торжественное открытие — вернее, на открытие первых десяти кварталов.

Там она встретила своего старого друга. За это время он сильно постарел — в отличие от неё — и потерял руку, сражаясь за выживание в этой враждебной среде.

Они стояли и смотрели друг на друга. Она не могла поверить, что кто‑то сумел прожить на этой планете так долго. Он глядел на неё и не мог вспомнить, откуда знает это лицо.

— Не может быть… Это ты? Ты смогла выжить и выбраться отсюда! — произнёс он, и его речь звучала немного невнятно, будто язык не слушался. По щекам потекли красные слёзы.

Охрана не подпускала к ней и другим членам делегации никого из жителей города. Но она подошла к нему и обняла — так же, как когда‑то он обнимал её, когда ей было страшно, а на поверхности планеты бесновались монстры. Её белая форма уже через десять минут окрасилась в кровавый цвет: именно такой оттенок имели слёзы и слюна тех, кто годами питался мясом местных животных, изредка разбавляя рацион редкими фруктами.

— Я поклялся себе увидеть тебя в последний раз… снова.

Она стояла молча, а её друг смотрел на неё снизу вверх — старый, сгорбленный, едва держащийся на ногах. В его глазах мерцала искра жизни — оттого, что он наконец увидел её. Ту, которую всегда защищал и к которой когда‑то привёл Хаба.

Нет, это не была любовь. Это были настоящие чувства — как у старшего брата к младшей сестре. Ведь именно он нашёл её, когда её оставили в пустом челноке на поверхности планеты, с минимумом еды. Маленькую, голодную, до дрожи испуганную. Ей было всего семь лет, когда её бросили здесь — лишь потому, что в её жилах текла смешанная кровь: атланта и человека. Кровь, которую, по чужим меркам, не полагалось смешивать.

И теперь в её руках его тело становилось всё тяжелее и тяжелее. Он исполнил свою клятву, и больше ничто в этом мире не держало его.

Спустя какое‑то время она сидела на песчаном грунте, прижимая к себе друга, который умер у неё на руках. На её лице катились слёзы — обычные, но с едва уловимым голубоватым оттенком: такова была особенность крови атлантов. Чувства словно притуплялись, но всё же они были — острые, горькие, настоящие.

Через несколько дней его тело отправилось в последний путь — прямо в сердце местного красного гиганта, заменявшего здесь солнце. Она не хотела, чтобы могилу раскопали стервятники, чтобы он стал их обедом или ужином.

Правительство не дало разрешения забрать население планеты, хоть людей и оставалось немного — около ста или, быть может, двухсот тысяч. И она не могла вернуться сюда. Колония корпуса, где она училась, находилась за много тысяч парсек, и у неё тогда просто не было возможностей прилететь и спасти его — и многих других.

Пару дней спустя к ней подошёл один из помощников вместе с Райзером.

— Эй, подруга, тебя вызывают на ковёр. Пора лететь.

Она была готова ко всему. Понимала, что нарушила устав флота, приблизившись к возможно заражённому неизвестной инфекцией. Но ей было всё равно: она потеряла того, кто выходил её, научил выживать — и на этот раз потеряла навсегда, без шанса на чудо.

Местный генный инженер предложил взять клетки друга и вырастить из них нового человека. Но она отказалась. Пусть даже из его же клеток — это был бы уже не он. Другой человек, который не вспомнит их пути, не почувствует тяжести тех лет, что они прошли бок о бок.

Всё оставшееся время, пока корабль нёс её к базе, она провела в своей каюте, глядя на фотографию, которую сделал Райзер: на ней они обнимались, а по её щекам текли слёзы.

— Итак. Вы решили подать рапорт на окончание службы в Звёздном флоте?

— Да. Я устал. Хочу отдохнуть.

— И это ваша причина? Вы стояли во главе дредноута шестьсот лет — и вот так просто уйдёте? Кто займёт ваше место?

— Нала, зайди. Она. Она займёт моё место.

— Она всего лишь ваш помощник, она даже…

— …Я всё сказал! — резко повысил голос Райзер.

Он развернулся и ушёл, оставив её наедине с наместником Конфедерации.

— Ты готова? — теперь он говорил спокойно. — Я против того, чтобы ты так рано вставала на мостик подобного судна. Но из всей той команды у тебя самый высокий балл командования за всё время обучения.

— Да, я готова. Но если вы не хотите, я не стану этого делать.

— Нет, ты станешь. Он выбрал тебя — значит, ты и будешь нести эту ношу.

Первые годы дались ей нелегко. Наместник гонял её по самым сложным направлениям, нагружал труднейшими задачами. Сквозь слёзы и боль она справлялась со всем. Но настоящую, пусть и неоднозначную славу ей принёс один случайный бой — она приняла решение поддержать эскадру, чтобы защитить несколько гражданских судов.

******

— Пленных не брать. Никого не жалеть.

После этих слов ракеты с протоматерией разнесли несколько пиратских крейсеров — а заодно и сотню случайных кораблей, которые по ошибке открыли огонь не по тем целям. По её приказу был казнён и адмирал, попытавшийся поднять бунт из‑за того, что его никто не желал слушать. Она не жалела никого. Но если кому‑то требовалась помощь, сначала на выручку приходил белый дредноут, а следом — огромный чёрный гипергигант, способный разрывать пространство и появляться в любой точке Вселенной.

Спустя ещё триста лет её боялись не только враги, но и некоторые союзники. И вот теперь в галактике Белого Карлика все замерли, не зная, что привело её сюда — да ещё и с целым флотом.

— Остуди свой пыл. Это я сделал так, чтобы кто‑то из вас пришёл сюда.

Сообщение пришло с координат, лежавших заметно дальше тех, где находилась планета.

— Ну так покажись. Чего скрываться за жизнью целой планеты?

Корабль встряхнуло — и на планету упала тень огромного дредноута. «Мафусаил». Головной флагман фракции красных пиратов, дарованный им за защиту одной из ныне уже не существующих звёздных систем. Его собрали на верфях Звёздной Атлантиды и с тех пор не раз перестраивали. После битвы над системами Круанских Эгид был подписан договор: суда, совершающие лицензированный перевоз грузов внутри зоны, не подвергались нападениям, а за пределами Конфедерации такие корабли находились под защитой.

— И что же должно было случиться такого, чтобы представитель пиратской фракции явился лично в среднюю зону Империи — да ещё и на головном корабле?

— Пока ничего плохого. Но взгляните на эту запись нашего разведчика.

На экране вспыхнула голограмма: из технопространства, обвитого синей дымкой, вынырнул дредноут класса «Атлант» — корабль, давно снятый с производства. Спустя какое‑то время оттуда же показались ещё несколько таких же судов.

— Эти корабли давно сняты с вооружения и даже с производства. После того как Старая Мировая Конфедерация ушла в последний бой, остатки флота продали в частные руки. Это может быть кто угодно — любой, у кого хватает навыков управлять флотом в технопространстве.

— Я бы согласился с вами. Но на бортах — мёртвые экипажи. Их убило неизвестным облучением. А самое странное — на корпусах видны знаки Антона, первого из адмиралов Мировой Конфедерации.

— Докажи.

— Легко.

Прямо перед кораблём возник флот тяжёлых крейсеров «Охотник». На гравитационных цепях они тащили пять корпусов дредноутов. На каждом судне красовался один и тот же знак: планета, с двух сторон окутанная ветвями растения, а в центре — кулак, будто вылетающий из её недр.

— …Пару тысяч лет. Да. Это они. Но самое главное — три древних артефакта, которые наши научные сотрудники исследовали на протяжении сотни лет, начали работать. И теперь они вещают в одну точку — туда, где сейчас проходит встреча наместников о судьбе участия в войне звёздной системы Маал.

— И что вы хотите этим сказать?

— Наш дозреватель погиб. А их звёздная система словно пропала с радаров. Любой дрон, который мы отправляем, перестаёт передавать сигнал, как только входит в эту систему. И это не аномалия.

— С чего я должна верить?

— Вы — командующий одним из пяти гипергигантов, способных уничтожить Ядра резонанса. Мы считаем, что реликвии работают по принципу этих ядер — и их нужно уничтожить.

— А если вы ошибаетесь?

— Тогда я дам голову на отсечение. Тем более ваш флот в любой момент сможет меня уничтожить.

— В смысле?

— Я буду сопровождать вас со своим флотом, пока мы не выясним всё об этих реликвиях.

— Дайте координаты. Я разошлю их четырём другим кораблям и в центр — пусть собирают флот. На всякий случай.

— Держите. Они уже должны быть загружены в ваш компьютер.

******

— Адмирал, мы получили координаты от адмирала гипергиганта «Нивелир». Под ними подпись: «Расчехляйте древних».

Корабль слегка встряхнуло — в щит ударился очередной астероид размером с небольшую луну. Сейчас один из последних гипергигантов выполнял задачу вспомогательной поддержки исследовательского судна — служил своего рода «подушкой безопасности» для второго корабля. И в данный момент он пробивал путь сквозь толщу каменных и иных тел, используя свою немалую массу как таран.

— Эй, на мостике! Кому холодного напитка?

Как к себе домой, непринуждённо и без стука, на мостик зашёл тот, кто и инициировал эту экспедицию в неисследованный район космоса, — Вий Вун. Исследователь, которому однажды невероятно повезло: он сделал всего одну находку, но за неё ему заплатили столько, что теперь он мог нанимать даже гипергигант для помощи и содействия в исследованиях.

Когда‑то Вий окончил Имперскую школу прикладных наук, а потом случайно попал в группу Тио. Именно там он обнаружил древний артефакт, принадлежавший малоизвестной расе Ата’Акеров, — за эту находку представители Лендован отвалили ему целое состояние.

— Шли бы вы отсюда, доктор. Не мешайте работе экипажа. И если вы не успокоитесь, я запрещу вам подниматься на мостик, — строго отрезал старший помощник.

— Так а как же я буду наблюдать за ходом продвижения нашей группы в глубину астероидного поля?

— Вы будете за этим наблюдать. Но только со смотровой точки на корме корабля, — не терпящим возражений тоном повторил старший помощник. Это прозвучало ещё задолго до того, как они вошли в астероидное поле.

Неподалёку была зафиксирована одна из самых необычных форм жизни: огромное одноклеточное существо, обитающее в космосе. Оно питалось остаточной протоматерией и было способно генерировать практически любой тип и вид энергии. К счастью, эти существа отличались поразительным спокойствием и большую часть времени проводили в огромных стаях, сливаясь друг с другом, словно образуя единый гигантский организм. Со стороны это напоминало огромную каплю воды, будто кто‑то неосторожно пролил её в пустоте космоса.

Пройдя сквозь стаю так, чтобы не повредить существ, команда корабля наткнулась на остов уничтоженного и почти «переваренного» корабля Тио’Шха. Судно было настолько сильно разрушено, что обычный разведывательный дрон мог пробить его корпус насквозь, не повредив при этом собственную конструкцию. При этом рядом с этим исполином даже гипергигант казался эсминцем рядом с линейным дредноутом.

Уже прошло около пяти суток, как экспедиция погружалась в астероидное поле. Сутки назад было решено включить плазменный щит: его температура сжигала астероиды, которые кораблю то и дело приходилось таранить. Прямо за гипергигантом в цепочке шли ещё около десятка судов, а замыкали процессию два тяжёлых крейсера класса «Химера».

— Так что будем делать с сообщением?

— По данным радара, нам осталось идти в поле примерно полчаса. Дальше — огромный астероид. Мы оставим там исследователей, а сами вернёмся по координатам. Позже вернёмся за ними и продолжим движение.

Где‑то из коридора донёсся протестующий голос Вия. Помощник просто закрыл перед ним дверь, бросив: «Это секретная информация, вам её слышать не обязательно».

Спустя некоторое время экспедицию высадили на астероид; в качестве защиты рядом оставили два крейсера. Сам дредноут, развернув массивную тушу, дал залп из головных бластеров — и через пару минут исчез в окружении полукольца астероидов.

— Ну что, теперь мы одни, — произнёс младший помощник, оставшийся за главного в этой экспедиции.

— Наш радар засек глубокую пещеру в паре юнов отсюда. Надо укрыться там. Вокруг летает много мусора: если всё это начнёт падать на астероид, нам не выжить.

— Согласен. Крейсера тоже стоит увести подальше. Большое тело притягивает мелкие объекты — корабли могут быть сбиты. Лучше вывести их из астероидного поля.

— Так, друзья, я предлагаю забраться на кораблики и полететь дальше. Ждать тут придётся долго, а терпения у меня маловато.

— Профессор, этому астероиду неизвестно сколько лет. Возможно, здесь хранится ваше следующее великое открытие, а? — предложил Райнокен, играя на тщеславии Вия. Он ехидно переглянулся с андроидом другого учёного.

Вий на мгновение замер, впервые услышав обращение «профессор», потом сделал длинный шаг вперёд и направился к пещере. Через пару минут его подобрали на борт одного из вездеходов, и вся группа двинулась в нужном направлении. Корабли для их безопасности отправили по пути, пробитому гипергигантом, — в соседнюю пустую зону.

— Имеет место быть.

Неподалёку в поверхность астероида ударил небольшой метеор — по камню прошла зыбь, прокатилось лёгкое землетрясение. Вездеходы шли достаточно быстро, система искусственной гравитации работала исправно: машины не подбрасывало и не переворачивало. Спустя несколько часов пути группа наконец достигла нужной пещеры. Все шесть вездеходов въехали внутрь и углубились на пару сотен исок.

По астероиду снова прошла дрожь, с потолка посыпались небольшие обломки. Один из внедорожников развернул внешний щит — над небольшой зоной вспыхнула сине‑голубая сияющая плёнка.

— Эй! Взгляните, там… там!..

Члены команды бросились за тем, кто первым заметил пролом в стене пещеры. Поначалу там не было ничего, что могло бы привлечь внимание: лишь обширное пространство, уходящее в тёмные дали космоса. Из‑за обилия летающих камней свободного неба почти не оставалось. Но вдруг из‑за одного из астероидов вынырнула огромная змея — а следом ещё и ещё одна.

— Пожиратели! Возвращаемся в лагерь!

Назад уже не шли — бежали. По пути кто‑то обратил внимание на странную деталь: пещера имела почти идеальную округлую форму. Возможно, когда‑то здесь дремал один из этих чудовищ.

— Отключайте электронику! Мы не одни!

— Что случилось?

— Пожиратели.

— Где? Сколько?

— Там. Три.

Один из членов команды в нескольких быстрых фразах описал профессору то, что они видели. Вий побледнел (а казалось, даже слегка позеленел) и начал судорожно собирать вещи. Но один из его помощников тут же осадил его:

— Сейчас эвакуироваться — не лучшая идея. Если один из крейсеров заберёт нас, второму придётся остаться без защиты: чтобы поднять транспортный щит, первый корабль должен будет опустить свой. Он окажется уязвим. А в таком астероидном поле одиночный корабль легко уничтожат три Пожирателя.

— Что делаем?

— Сидим тут.

*****

Едва заметные уклоны далёкой скалы начинались с резких, почти вертикальных стен, а затем плавно переходили в изящные наклоны, почти достигавшие горизонтальной поверхности. Чёрные пески, серые камни… Абсолютно безжизненная планета, где не было даже кислорода для дыхания.

В первые разы, когда он попадал сюда во сне, он чуть не умирал в своей реальной жизни. Почти каждую ночь он засыпал и оказывался в этом безжизненном месте, думая, что больше не проснётся и останется здесь навсегда. Вновь и вновь он смотрел в бесконечный чёрный космос, где не было видно даже света ближайших звёзд. Ни луны, ни звезды, которая могла бы дать хоть каплю света… И всё же там было отчётливо видно — словно стоял ранний вечер, а порой, как сейчас, он плавно перетекал в раннюю ночь. Если хорошенько проморгаться и на пару секунд резко зажмурить глаза, какое‑то время потом всё оставалось предельно чётким.

Он смотрел в космос — и оттуда на него взирали два огромных глаза немыслимо гигантского живого существа. Оно не представилось, когда он впервые оказался здесь, но всякий раз давало совет, если задать вопрос. Иногда отвечало на один, иногда — сразу на несколько, в зависимости от того, что он спрашивал.

На этот раз он стоял в молчании. Он знал, о чём хочет спросить, — но будто целую вечность подбирал слова. Вопросы о том, что такое жизнь и откуда она взялась, ему объяснили очень давно. Порой, бродя по этому осколку камня посреди вселенной, он ловил в голове самые разные мысли, сложные и жгучие, жаждая поскорее узнать ответы. Но он также понимал: некоторые ответы он найдёт сам.

Гигантское существо несколько раз изменило угол взгляда, словно изучая его. И вот наконец он решился — задал вопрос, который давно не давал ему покоя.

— Почему я тут ещё не умер? Тут же нет ничего для жизни?

— Хм… Из миллионов вопросов, что роятся в твоей голове, ты хочешь спросить меня именно об этом?

Голос прозвучал в сознании спокойно и тихо — так, будто кто‑то убавил звук в наушниках больше чем наполовину. Это было похоже на тот момент, когда всю жизнь слушаешь всё на максимуме, а потом вдруг надоедает, и даже непривычная тишина кажется настолько глубокой, что невольно проверяешь: не выкрутил ли регулятор на минимум.

— Почему так тихо? Раньше, когда я слышал твой голос, он звучал как колокол в голове. Мои мысли разлетались в разные стороны, а в сознании ещё долго стояло эхо, уходящее куда‑то в глубину.

— Неужели тебе не нравится, что я теперь говорю с тобой по‑новому?

Мысли снова пронеслись в голове, словно возникая из ниоткуда.

— Давай сперва спросим: что ты знаешь о жизни и о своих возможностях? Впрочем, не трудись отвечать — я сам скажу: ничего. Твоё тело — лишь оболочка, которая хранит внутри настоящего тебя. Возможно, если бы оно сейчас было здесь, ты бы не смог разглядеть его даже на своей руке. А может, оно оказалось бы настолько огромным, что та гора, на которую ты смотрел, стала бы просто горсткой песка рядом с ним. Откуда тебе знать, какие вы внутри и на что способны?

Он стоял и смотрел на существо, а в ушах постепенно нарастало гудение — верный знак, что его тянет обратно в собственное тело. Он закрыл глаза и приготовился к телепортации. Тело начало распадаться на части; в первые разы от этой боли он даже не мог закричать, но теперь вместо мучения ощущал странную приятную дрожь и глубокое расслабление.

Это длилось недолго. Когда всё закончилось и он открыл глаза, оказалось, что он больше не в своём теле — он был внутри корабля. Он стоял в одной из вспомогательных рубок, а вокруг, то тут, то там, виднелись погибшие члены экипажа. Сколько времени они пробыли здесь, он не знал, но от тел почти ничего не осталось — лишь мумифицированные останки, а местами — чистые белые скелеты.

— Этот корабль не успел в своё время отлететь очень далеко. Он погиб от взрывов и ударных волн — от всего того безумия, что сотворили пять цивилизаций. Пройди выше, на главную палубу, и взгляни, что тут осталось.

Корабль сохранил свой облик: внутренности даже не покрылись ржавчиной. Лишь кое‑где лежала толстая прослойка чего‑то похожего на пыль — почти в сантиметр толщиной. Трупы не просто хаотично валялись то тут, то там: казалось, их расщепили и будто вплавили в стены, пол и потолок.

Ещё немного — и он вышел к разбитому стеклу головного поста управления судном. Здесь тела зависли в невесомости; некоторые всё ещё держались за перила, словно пытаясь не улететь в открытый космос. Потом он перевёл взгляд на огромную планету — серый камень в пустоте. Это там он был, на её поверхности. С другой стороны планеты вновь распахнулись те самые два гигантских глаза.

— Вот к чему приводит погоня за сакральными мечтами, если вовремя не остановиться. Это был звёздный город Догматов. Они сумели побороть смерть. За ту часть истории, когда они этого добились, они успели заполонить почти всю свою вселенную. В конце концов они начали браковать и казнить худших представителей своего народа. Но у них было святое правило: они ни с кем не воюют. А теперь этот город — плод их сакрального стремления к миру. Они не умели воевать… и именно поэтому их уничтожили. По крайней мере, здесь. Понимаешь?

Война кажется злом лишь для тех, кто защищается. Вот простой пример: ты идёшь и забираешь у птичек на дереве ягоды. Они делят остатки, но им не хватает, и приходится уходить в другое место — туда, где ты не отберёшь у них еду или какой‑то другой ресурс. Для себя ты сделал добро — поел. А для птиц?

Понятия добра и зла, как и жизни со смертью, очень разные — они зависят от того, какие вопросы ты задаёшь, когда начинаешь об этом думать. Иногда мнение о «зле» можно изменить, если углубиться в причины такого поведения. Одно дело, когда враг живёт войной — как те же Тио’Шха. И совсем другое, когда война — это способ выжить, особенно если весь мир тебя отторгает.

— Это слишком глубокая философия, о которой невозможно судить сразу.

— Тогда подумай, и мы продолжим в следующий раз. Прощай.

Он только успел закрыть глаза, а тело рассыпалось на мелкие частицы и куда‑то унеслось. На этот раз всё было немного иначе. Он чувствовал, что что‑то происходит, но не понимал, что именно. Решив разобраться, он открыл глаза. Вокруг была тьма — и два глаза, пристально смотрящие на него.

— А я думала, когда ты это сделаешь, — пронеслось у него в голове.

Через секунду он проснулся, жадно вбирая ртом огромный глоток воздуха. Было раннее утро. Справа от кровати стоял врач — психолог, который дежурил в их доме уже несколько лет и наблюдал за его поведением во сне.

— Двадцать девять часов. Идёшь на рекорд. Чего видел на этот раз? Расскажешь?

— Да что тут сказать… Как обычно: планета. А потом я был на корабле и видел очень много трупов. Они там уже неизвестно сколько времени… Мне так жалко их. Хочется найти и захоронить каждого.

— Вот как? — спокойно отозвался врач.

В этот момент в голове снова раздался голос, перед глазами всё потемнело, и, сделав глубокий вдох, он вновь очнулся. На этот раз — по‑настоящему. Рядом с ним лежала жена, а за окном только-только начинало светать.

Он уже почти научился различать, где сон, а где реальность. Нужно было лишь привыкнуть: в настоящем мире он чувствовал вещи, знал, как пахнет воздух. Там, в видениях, всего этого не было.

*******

Корабль прекратил движение в гиперпространстве, когда датчики зафиксировали некий жизненный нейтральный объект, существующий на территории безграничного космоса.

Прошло уже пару месяцев с того момента, как группа наёмников, случайно взявшая заказ на устранение одного из лиц Федерации, выполнила работу. Получив вознаграждение, почти все они тут же получили по пуле в затылок. Лишь трое, кто успел среагировать и уклониться от выстрелов, устроили настоящую мясорубку: в течение нескольких часов они пробивались к выходу, используя винтовки Гаусса и ружья Габолина, и уничтожали тех, кто решил ликвидировать собственных исполнителей. В итоге ещё один наёмник получил несколько пуль в спину.

Через несколько дней выжившие оказались в чёрном списке Федеративного Звёздного Флота и планетарного частного сектора охраны мирного положения. Мало того — несколько групп наёмников из Звёздной Конфедерации получили заказ от правительства на устранение последних участников группы «Кхо Тарга», которая к тому моменту уже считалась мёртвой — по вине самих нанимателей.

Именно тогда, находясь на одной из лун планеты Скара, они купили билеты на станцию нейтралитета. Там они планировали встретиться с обеими группами, взявшими на них заказ, чтобы предъявить доказательства: их наниматель — не просто недобросовестный заказчик, а преступник, причастный к устранению множества лиц Федерации.

И вот, спустя почти полгода после покупки билетов, они сели на живой корабль «Смирение» для полёта к той самой станции. Путешествие внутри существа ощущалось необычно и даже жутковато: все знали, что в случае нанесения кораблю околосмертельного урона он попросту съест всех пассажиров в своём желудке. Это было опасно, но, по их мнению, того стоило.

Когда корабль вышел из гиперпространства, вокруг был лишь пустой космос. Корабль дрогнул, люминесцентные датчики пробежали цепочкой огней — и тут снаружи они увидели, как их судно проглатывает нечто настолько огромное, что его челюстные щетинки, казалось, смыкались где‑то на горизонте вселенной.

Пасть чудовищных размеров захлопнулась, и вокруг воцарилась непроглядная тьма. Не было видно ни далёких звёзд, ни даже тех участков корабля, что обычно просматривались сквозь подобия иллюминаторов — всё поглотила окутавшая их мгла.

Прошло ещё немного времени, и по внутренней поверхности пасти монстра пробежали огоньки, уходя куда‑то в глубину. Корпус корабля снова дрогнул — и стало ясно, что они могут двигаться дальше. Наёмники облегчённо выдохнули, как и все остальные пассажиры на борту.

Спустя какое‑то время впереди вновь проступило пространство, в котором расслабленно плавали другие небольшие квинтоны. Это были одноклеточные живые корабли — часть огромной расы существ, населявших просторы вселенной. Они размножались делением, подобно клеткам в организме любого живого существа.

Доподлинно неизвестно, откуда они появились или как попали в этот мир. Начиная с размеров, которые едва можно разглядеть даже в микроскоп, квинтоны вырастали в поистине гигантских монстров. Они питались энергией звёзд: поначалу присасывались к ним, словно пиявки, живя на поверхности, а спустя время просто проглатывали светила целиком. Даже чёрные дыры не могли избежать участи быть съеденными голодным квинтоном.

Они росли до тех пор, пока сама ткань реальности и пространство не выталкивали их в межпространство. Там обитали киты, в которых и превращались сами квинтоны, попадая в иной мир — туда, где законы физики работали совершенно иначе. В этом месте они переставали размножаться делением и начинали собираться в мегаорганизм: сжимались, поглощая огромное количество энергии, вырабатываемой за счёт сжигания собственных тел. В результате долгого процесса мутации сотни, а то и тысячи квинтонов сливались в единый организм — если, конечно, за это время их не успевали съесть другие киты.

Всё пространство внутри этой громадины было усеяно группами других квинтонов — разных цветов и размеров. Были такие, что, казалось, уместились бы на ладони, а были и те, что не поместились бы даже в стандартной звёздной системе.

Спустя несколько часов парения внутри существа один из наёмников вновь подошёл к иллюминатору. По его лицу было видно: они вот‑вот подлетят к точке своего визита.

— Смотрите! Наконец‑то! Система Кванта‑Квинтон. А вон и станция — мы почти на месте!

К нему подошёл другой наёмник и положил руку на щетинистые плечи товарища, покрытые тонким слоем грубых волос металлического цвета. На обоих лицах читалось явное облегчение: они наконец добрались до места, где их ждала хоть какая‑то безопасность.

Огромная станция находилась на орбите одной из планет, которая, в свою очередь, тоже была квинтоном — как и звезда, поглощённая квинтоном, но сохранённая им внутри себя. Непонятно, как пираты ещё до распада на фракции смогли договориться с квинтоном о создании внутри него такой колоссальной структуры. Энергией её обеспечивал сам квинтон.

Корабль наконец приземлился на площадке открытого ангара, и все, кто был внутри существа, вышли наружу. Все сразу задрали головы, разглядывая стены дока, уходившие высоко к потолку. Глянцевая поверхность из отполированного камня и тёмных металлов переливалась блеском, местами в ней даже можно было увидеть отражение всего этого великолепия.

Сам ангар уходил далеко вглубь станции. Через какое‑то время за прибывшими подъехал автобус, в который поместились все пассажиры. Он плавно двинулся вглубь строения.

Алиса

— Смотри, дочь. Эти огромные колонны когда‑то служили опорами для линкоров разных классов, тяжёлых крейсеров и всевозможных дредноутов пиратского синдиката. А теперь тут — тысячи торговцев, и каждый готов предложить своё судно за целое состояние.

— А вы разве прилетели именно за этим?

— Да. У нашей дочурки скоро праздник — ей исполняется шестьсот пятьдесят лет. И это мой ей подарок.

Неподалёку от того места, где проезжал автобус, приземлилась яхта чёрного цвета — в несколько раз больше того корабля, на котором все прилетели сюда. Под её носом открылся шлюз, и яхта начала опускаться на посадочных лапах. Когда шлюз полностью раскрылся и упёрся в палубу станции, из яхты резво вылетели несколько ховербайков и устремились к входу на станцию.

Через какое‑то время мимо автобуса промчался ещё один транспорт — на этот раз ховертрак: автомобиль на гравитационной подушке резко набрал скорость и исчез в глубине дока.

Пассажиры ехали в основном молча, но время от времени по салону прокатывалась волна возгласов — все то и дело замирали, глядя на взлетающие и садящиеся корабли, принадлежавшие самым разным существам и корпорациям.

— А вот и твой корабль, — снова произнёс пожилой анлагарц, указывая на яхту в форме спрута — она была примерно вполовину меньше чёрной, зато переливалась сотнями цветов.

Алиса

— Через несколько циклов ты улетишь на этом. Обещаю, — сказал он и обнял на вид вполне взрослую анлагарскую девушку.

Через несколько минут яхта скрылась из виду, а автобус въехал в туннель. Он остановился около станции, где теснились сотни разных по величине автобусов — и не только. Некоторые парковали свои яхты прямо у входа, и им это даже поощрялось. Такая привилегия полагалась лишь тем, кто мог позволить себе приобрести торговую точку на территории станции и участвовал в её развитии, помогая двигаться к абсолютному балансу.

Спустя несколько минут наёмники оторвались от толпы и теперь бродили, прикидывая, на какой из веток железной дороги заказать железнодорожное такси. Ехать в обычном поезде они не хотели — слишком много остановок по пути. Наконец они добрались до зоны, где дежурили охранники. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, наёмники прошли вглубь и оказались у отдельно стоящего ангара, где покоилась яхта класса «Пантеон».

Это был корабль, некогда принадлежавший основателю платформы на вершине станции — той самой, где возвышался гигантский концертный зал, названный в его честь: «Арнубисхатеп». Яхта была выполнена из золота, и лишь единицы кораблей на всей станции могли поспорить с ней в размере, массе и габаритах. Доподлинно неизвестно, куда пропал Лендованин, который долгое время служил Секте Церкви Крещёных на Крови.

Среди наёмников те, кто хоть что‑то знал о нём, говорили лишь одно: при себе у него всегда были две кинетические глефы — он управлял ими с помощью телекинеза, — и бластер, которым он никогда не пользовался.

— Ну и где они? Если думают, что я буду за ними бегать по всей станции, то я пошёл пить пиво.

Тарканец резко изменился в лице, да и весь его облик будто переменился. Зрачки вытянулись в горизонтальную линию, а щетина на шее зашевелилась. Но после этих слов он вдруг расслабился и принялся неторопливо разглядывать пространство под потолком.

— О, вон! Указатели показывают, что бар там.

— Спасибо, но я лучше тут побуду, похожу, посмотрю, так сказать, местные достопримечательности, пока нас не нашли.

— Ну и ладно, ну и пожалуйста. Мне больше достанется, — шутливо произнёс тарканский весельчак и скрылся за поворотом коридора.

Второй наёмник, привычно выискивая глазами Анлага в роли гида, направился к горизонтальным лифтам. И, как оказалось, не прогадал. Та самая семья как раз стояла в очереди на лифт, который, судя по указателям, вёз в павильон зелёных растений с древней планеты. Он кивнул главе семейства — тот ответил кивком и жестом пригласил встать рядом с ними.

— Вы так интересно рассказывали истории по пути сюда, что я осмелился попроситься в недолгую компанию к вам. Надеюсь, вы не будете против, если к вам присоединится молчаливый слушатель? Если, конечно, не возражаете.

— Уна Хаури. Я не против. Буду даже благодарен, если мои знания дойдут ещё до кого‑то, кроме моих отпрысков. А где ваш напарник?

— Он решил отдохнуть — и, наверное, опрокинуть пару кружек пива, а может, и чего покрепче.

— Понимаю. Полагаю, вы впервые летите в желудке живого корабля?

— Ну, лично я — да. Довольно странное чувство: всё время думаешь о том, что в теории можешь стать чьей‑то пищей заживо.

— Понимаю. Но это лёгкое судно — оно нас не сможет переварить: у него ещё не набралось столько пищеварительной железы. А вот корабли покрупнее — те вполне способны. Правда, процесс этот крайне неприятен и, скорее всего, болезнен.

Заговорившись с новым знакомым, он чуть не забыл об обычае своего народа. Вовремя опомнившись, решил проявить должное уважение:

— Прошу прощения. Могу ли я почтить ваше былое величие, возраст и глубину вашей мудрости… Древнейший?

— Как это мило… Я уж и забыл, каково это — слышать почтение. Последний раз такое было так давно, что и сам не вспомню.

Он положил руку примерно на область желудка и наклонил голову вперёд. Услышав эти слова, собеседник уже почти решил оставить эту затею — но тут прозвучало:

— Да воздастся тебе былое величие, какое было у твоего древнего предка по неродственному колену. Потомок Усураи и рода Человеческого.

И в этот момент он наконец понял, кто стоит перед ним.

— Успокойся. Я тут тоже гость — прилетел просто отдохнуть.

— Да я, в общем‑то, спокоен. Просто думал, что вы ушли тогда со всеми.

— Не совсем. Некоторых оставили — в том числе и меня — для наблюдения за этим миром.

— Тогда я ещё больше рад знакомству с вами.

Стоя напротив него, краем глаза он заметил, как его слегка захмелевший напарник возвращается из бара, держа за талию представительницу расы, сильно похожей на атлантов. Увидев его, напарник тут же расплылся в улыбке, обнажив щетинистую ухмылку.

Выходцы с Земли и их потомки получили возможность понимать и говорить на всех известных языках вселенной. Но в случае с этой девушкой его способности не помогали — её диалект он разобрать не мог.

— О, ещё один из древних! Не думал, что окалиты ещё существуют. Меня зовут Уна Хаури, — первым протянул руку стоявший перед ним новый знакомый.

Попутчица некоторое время внимательно смотрела на Уна, а затем сделала глубокий наклон вперёд, проведя кистью руки чуть выше колен. Уна в ответ приложил ладонь к груди, но руку по-прежнему держал протянутой. Они перекинулись парой фраз на незнакомом наречии, после чего напарник с девушкой продолжили путь в каком-то только им известном направлении.

К этому моменту подошёл горизонтальный лифт, и они с Уна вошли внутрь.

— Платформа тысяча сто девяносто три.

— Платформа 1193, — повторил механический голос встроенного в лифт робота, и платформа плавно двинулась к указанной точке.

Находиться в компании одного из адмиралов целевых дредноутов Мировой Конфедерации было непривычно. Странное чувство, будто тебя вот-вот поволокут на допрос с пристрастием, не отпускало до самого конца пребывания на станции.

— Вы на меня так смотрите, словно хотите просверлить взглядом. Не переживайте, спрашивайте, если есть что.

— Да мне просто непривычно быть рядом с вами, зная о подвигах, которые вы совершили в прошлом.

— Вот оно что. Всего-то. Я такой же древний, как и ты, человек. Нас различают лишь принадлежность к виду и возраст — не более. А мой статус на флоте имеет вес только в чрезвычайных ситуациях или в тех случаях, когда иначе никак не решить какой‑либо спор или вопрос.

— Я к тому, что я даже не то чтобы не мечтал…

— …но и в самых тайных мыслях не думал об этом. Не переживай.

— Хорошо.

— Тогда расскажи, что ты собрался делать тут, на этой станции. Это сердце вне зоны влияния звёздного флота — и Федерации, и Конфедерации. Вы явно тут не для того, чтобы отдыхать с другом.

— Да, вы абсолютно правы. Но это должно остаться между нами.

Уна смотрел на него с неподдельным интересом, а наёмник прекрасно понимал: ничем адмирала не удивить — подобные истории тот слышал, наверное, не одну, а тысячу раз. Переборов страх, он собрался с мыслями и, пока они ехали до остановки, рассказал о причине их появления на станции. Попутно он заметил, как в ангар приземляется «Трилайнер» — небольшая яхта боевого класса, принадлежавшая тем, из‑за кого они здесь оказались. Он указал на неё Уна, и тот, улыбнувшись, перевёл взгляд на свою дочь, которая почти всё время хранила молчание.

— Посадочный порт, — произнёс Уна, когда они уже могли выходить из кабинки. Кабинка поехала назад, повторяя его команду.

Наёмник переглянулся с девушкой, а потом они оба уставились на адмирала.

— Считаю, что сначала надо решить вопросы, а потом уже отдыхать. Вызови своего напарника к платформе лифта.

Наёмник сделал, как тот сказал. В наушнике раздался недовольный голос, и он услышал, как напарник медленно встаёт с очень скрипучей кровати, бормоча что‑то про то, что он вертел на рельсотроне гипергиганта этих проклятых жаб — тех самых, что пунктуальны до тошноты.

Но через двадцать минут — точнее, через три доли цикла — они вернулись в портовый комплекс. Напарник уже ждал их там, вытаращив глаза на Уна и пытаясь что‑то произнести. Осознание того, что совсем недавно, будучи подвыпившим, он стоял рядом с самим адмиралом и это не было приступом галлюцинаций, буквально лишило его дара речи.

— Я тоже рад тебя видеть.

— А‑а‑а…

— Да, я тот, о ком ты думаешь.

— …А‑а‑а…

— Нет, это не последствие того, что ты недавно выпил.

— А‑а‑а‑а… А‑а!

— Согласен, неловко получилось.

— А‑а‑а‑а… А‑а.

— Не переживай, я никому не скажу. Это останется между нами.

— Оки, — наконец выдавил напарник и сделал жест из большого и указательного пальцев, сложив их в круг.

После этого все направились туда, где была назначена встреча с жабоподобными жителями Кту и представителями Федеративного флота.

По мере приближения к бару, который переводился как «Тьян», делегация могла всё лучше разглядеть вооружённых до зубов бойцов в экзоскелетах Федерации и представителей Кту. Те в основном полагались на боевой телекинез и телекинетические клинки.

— Так вот кто решил лично встретиться с вами. Охотники на охотников… Ну‑ну. Сейчас мы и узнаем, чего они стоят, — пробормотал кто‑то из группы.

Придя в бар, все сели за тот самый стол, который был оговорён в договоре о встрече задолго до прибытия на станцию.

Уна занял место посередине, а остальные, не мудрствуя лукаво, распределились по сторонам от него — словно подчёркивая, что они одна команда. И, в общем‑то, именно так всё и было задумано.

— Как вас много… Мы думали, уцелели всего двое, — произнёс один из представителей Кту.

Уна сделал едва заметный жест официанту, и тот принёс всем по стопке местного напитка. Для напарников наёмника отдельно подали бокалы с уже знакомым цитрусовым пивом.

— Итак, сегодня с вами буду говорить я, — заявил представитель Кту и выдержал короткую паузу, будто давая словам осесть в воздухе.

— Нам нужны эти двое. Они причастны к устранению нескольких высокопоставленных чинов. За живых — награда. За мёртвых — смерть.

После этих слов Уна замер, погрузившись в раздумья. Казалось, даже гул генераторов станции, работавших на износ, не смел нарушить ход его мыслей. Представители Кту и Федерации заметно напряглись, когда адмирал наконец поднял взгляд и улыбнулся.

В этот момент сознание у меня поплыло, мир затянуло туманом, и сквозь него донёсся голос:

— Что же… Забирайте. Они ваши. Но корабль — мой.

Один из наёмников уже отключился. Ему снился сон: он шагал по раскалённой планете в защитном комбинезоне, с прибором для поиска залежей ископаемых. Над ним кружил дрон, а микророботы‑наниты, действуя слаженной стаей, добывали руду из‑под поверхности.

Когда он пришёл в себя, то обнаружил, что они с напарником привязаны к жерди — висят, удерживаемые за руки. Осознание накатило ледяной волной: глупо было довериться и выложить всё не кому‑нибудь, а адмиралу Звёздного флота самой Звёздной Конфедерации. Смирившись с неизбежным, беглец понял: впереди — суд, а следом и казнь за исполнение того заказа. В голове мелькнула горькая мысль: «Даже оплату не забрали».

— И так… Вы действительно думали, что мы вас не поймаем в этом пристанище пиратов? Насколько же надо было быть глупыми, чтобы в это поверить! Да ещё и наёмникам, работающим на империю…

Подняв голову и пытаясь раскрыть тяжёлые от наркотика веки — а препарат всё ещё крепко держал сознание в вязкой дымке, — пленник успел уловить фигуру того, кто стоял перед ними. Высокий представитель Кту, почти два метра ростом, в чёрном балахоне, с маской на лице. Одна рука у него была протезом — или, возможно, изначально являлась протезом. На поясе тускло поблескивал красный клинок.

«О, перед нами высокий чин головорезов», — пронеслось в голове у одного из пленников. В этот момент он почувствовал укол в руку, а следом — странное приятное ощущение: начал действовать препарат, аннулирующий действие наркотика. По телу пробежало лёгкое покалывание, и на мгновение возникло чувство, будто он вот‑вот рассыплется на мелкие песчинки.

— Не надо мне ничего говорить. Мы везём вас в палату содержания. Там вы будете находиться до тех пор, пока мы не выбьем за вас стоящую цену — за живых или мёртвых.

С этими словами он подошёл и несколько раз хлестко ударил по щеке одного из пленников. В дверь внесли бочку с водой, в которой плавал лёд. Взяв некое подобие кружки, стражник зачерпнул воду и брызнул ею в лицо пленника. По коже пробежали мурашки — вода была почти обжигающе холодной.

— А теперь мы повеселимся, — усмехнулся представитель Кту.

Он подошёл, облил наёмника ледяной водой с головы до ног, влепил пощёчину — и снова облил. Удары продолжались, и в какой‑то момент пленник отключился. Уже теряя сознание, он вдруг ощутил на себе чей‑то прохладный, странно успокаивающий взгляд. А следом — ещё один укол, на этот раз в другую руку.

— Так, если этот препарат не поможет — везите его на корабль, — раздался сквозь пелену знакомый голос Уна.

На этот раз приходить в себя было легче. Когда наёмник открыл глаза, над ним склонилось несколько фигур: напарник, Уна, его дочь и ещё какие‑то существа. В глазах всё ещё плыло, но взгляд уже мог фокусироваться.

Повернув голову, он увидел, как уносят тела других наёмников — тех, за чьими головами охотились. В стороне замерли штурмовики Конфедерации, держа оружие наготове. Неподалёку стоял представитель пиратской фракции — той самой, которой принадлежала станция.

— Да уж, серьёзно тебе по башке дали, пси. Твой напарник уже пару часов как оклемался. Мы уж думали — всё, того… — произнёс кто‑то рядом.

*****

Жнец мирно дрейфовал на просторе своей системы, когда его потревожило давление энергии от куда то из глубины. Огромный титан лениво стал двигаться в сторону далёкой планеты, он знал, он не убежит от него так далеко, чтобы он не разнюхал что да как там. Но через время, энергии стало всё больше и больше, так много что жнец стал злится и в конце концов разогнавшись до возможного, после сотен тысяч лет сна, начал двигаться к конкретной точке. Пока его злость не сменилась страхом. Тем самым древним, времён самой титанической войны. Когда такие же как и он были слабы перед существами, пришедшими из другой стороны, убийцы, уничтожавших всё что видели на своём пути. Но пути назад не было, и жнец на полной скорости влетел в маяк, который спал с времён разрушений. С времени, когда иные, другие существа той стороны вступили в битву против убийц. Те, что даровали свободу жнецам и иным титанам. А теперь он так же как и те, кто пал ранее станет снарядом.

-Я Зул КУм. Жнец чьё бытие было предрешено древними. Последний из роков звёзд, родивших меня и моих предков. Предаю своё тело дару жизни после тьмы. Ибо дар мой сокрушение и воля моя, хаос.

Не успев закончить молитву перед самопожертвованием жнец был откинут сильнейшим гравитационным толчком судна. Оно было больше него, из него веяло иной силой. Он чувствовал что в нём есть души не рождённых титанов.

Но это судне не несло зло ему, оно появилось тут не случайно а потом полился дождь из вспышек и шквал огня. Всё взрывалось словно рождение древних звёзд. Но это был не один корабль, начали появляться те кто нёс разрушение. Снова появились те самые монстры, но в этот раз они не могли начать разрушать их убивали в самом начале их пути.

-Корпус тридцать три, говорит капитан передовой химеры, подтверждаю, тут ядро резонанса. Класс системный, возможно морфер. Работает как врата и питает узел резонанса. Запрашиваю флот зачистки.

-.....тридцать третий, слышим вас. Эскадра девять, девять, шесть. Уже в гиперпространственом колодце. Держитесь.

-Сотый, в щит. Огонь с головного орудия, далее работа автономна.

-Тридцать третий уходим в право, пожиратель класс Б, увожу от существа.

Отряд патрульных тяжелых крейсеров класса *Химера* находился не по далёко и в момент выброса энергии сразу же направился к источнику. Небольшое ядро резонанса было разбужено и начало свою прямую работу. А именно перенос пожирателей и псов Тио'Шха прямо сюда. Но подоспевшие химеры выбили первых и стали на отстрел новых.

Жнец наблюдал за всем этим со стороны, он вспомнил как когда то так же по остовам разрушенных титанов проходили десятки миллионов очередей из всех орудий, не предавая чести их славных имён. Но его последней каплей было видение как на яви, когда на его глазах была разрушена его родная станция. Его дом. Как были уничтожены планеты с теми кто не мог покорять око звёзд.

Расправив плечи и развернувшись он из простого монстра из звёздного метала и лавы что течёт внутри него, перевоплотился в боевого юнита, расправив свои руки и трансформировав их в орудия он принял бой.

-База, существо имеет возможность трансформироваться, наблюдайте чтобы оно не напало.

-Уже. Но оно крушит пожирателей, мы не можем определить тип его орудий. Это что-то, о чём мы не слышали.

-Это Титан. Древнее существо, таких осталось очень мало. Но они рождены войнами.

-Кто это?

-Адмирал Гипергиганта Адаптатор, Зон Кур.

-Мы засекли активность в этом квадрате и по прибытию сюда увидели это. Такое упоминается только в хрониках времён Мировой Конфедерации.

Ещё не понимая с кем он говорит, быстро закончил свой диалог капитан.

-Ну во первых. Где ваши манеры офицер. Во вторых, мы вернулись. В третьих где химеры. И да, это не ядро резонанса. Это стабилизирующий маяк и его необходимо уничтожить.

Над пространством битвы стал появляться корабль в сотни раз больше химер, которые находились в дозоре и вступили в бой.....

-....тринадцатый корпус прибыл...

...волны пожирателей становились всё больше и больше, но открытые гиперпространственые врата стали выпускать из себя корабли, которые выглядели точно также но были больше и массивнее. Шквал огней и вспышек был всё больше и ярче, белые корабли казалось заполонили всё вокруг когда...

-...дредноуты класса атлант прибыли...

...как по команде в этот же момент с маяка появились, казалось что миллионы пожирателей. Казалось, что без шумный космос начал гудеть от взрывов и визга лазеров. Змееподобные существа шли и шли, им не было конца. Но появившийся флот и не думал уходить в защиту.

-Высота три, дальность триста. Класс девиант, системный огонь.

-Принял. Три, два, один.

В дали, там где виднелись звёзды, в клочья был разорван пожиратель от выстрела рекурсионных орудий одной из химеры. Шесть лучей с головных орудий химеры четвёртого поколения наносили нещадные повреждения телам змеевидным существам меж пространственного состояния. Неся в себе с каждым новым поколением всё более и более смертоносное орудие уничтожения.

Наконец появился головной корабль размерами который, казалось доставал до самого ядра.

Вдруг на сенсорах судов появилась голографическая проекция с несколькими существами, некоторые при этом носили форму старой конфедерации а некоторые вообще были как будто из легенд.

-И так, с кем имею честь иметь диалог?

-Верховный адмирал шестого флота, первого корпуса, первой армады Звёздной Конфедерации.

-Погодите, это шутка?

-Мы похожи на шутку?

-Нет. Но вы пропали тысячи лет назад.

-А теперь вернулись.

-Адмирал, мы на орбите мёртвой системы Арус Титанум. Тут ядро и из него появляются пожиратели и корабли Тио.

-Тио'Шха?

-Да.

-Не может быть. Их не должно быть тут.

-Я проверю.

Через несколько мгновений над полем боя был уже дредноут Лендован, казалось ему нет предела.

-Что? Тут не только Тио'Шха, тут ещё и цефалон. Мы считали что они все погибли в великой войне. Защитите его любыми средствами, и ценой.

От самих врат, от куда из гиперпространства появлялись новые белые корабли. И примерно до передних линий флота Тио,Шха, над флотом завис огромный корабль созданный из чёрного золота со статуями Лендован по корпусу корабля. Не реальная масса и титаническая огневая мощь энергии обрушилась на флот пожирателей. Луч раскалённой энергии ударил в змеевидное существо и рассыпался как паутина на соседние корабли и существа. А потом снова и снова. Флот Тио,Шха, медленно но верно стал покрываться ярко золотистой, почти белой сеткой энергии и казалось она не с кончаема. Существа в страхе рассыпались кто куда, сея хаус в рое. Корабли Тио,Шха, пытались совершить прыжок но энергия как вспышка света расползалась по флоту.

-Надал. Мы уничтожили почти весь флот. Добиваем или оставим работу союзникам?

В чёрном капюшоне от чёрной рясы. Скрывающей нейроимпланты, соединяющие его мозг с корпусом Лендованского Древнего Дредноута. С застывшим и кажется мёртвым взглядом в пустоту. Восседающий на троне созданного из обсидиана с его родной, давно умершей планеты. Адмирал, чей путь начался за долго до прихода на флот Анубиса или даже его рождения, тот кто создал обсалюты принеся в жертву тысячи чужих миров. Тот чьё имя может изменить исход любого спора или конфликта. Имеющий влияние даже на Звёздную Атлантиду и тот кто освободил этот мир, прийдя в последние часы жизни вселенной. Надал Апкеус.

Паратер стоял перед троном и ждал ответ, в хронном зале висела мёртвая тишина и кажется даже само время перестала идти склоняясь перед ним, перед возрастом и его величием.

-....уничтожьте маяк..

Пронеслось в голове паратера. Он склонился и уходя быстрым шагом, еле слышным шёпотом передал команду на мостик. Пространство содрогнулось а в ушах всех кто там был пробила волна ультразвука. В дали появилась вспышка подобная рождению звезды. А дредноут исчез как его и не было, оставив за собой раскалённую зону обломков и новое огненное море бесконечно горящей плазмы.

******

-Пространство два-два приём.

-Слышу вас отчётливо, у нас в астероидах пару пожирателей. Просим помощь.

В ответ была тишина, лёгкий удар в голове а затем далёкая вспышка, и следом ещё одна? поставила точку в существовании двух клонированных экипажей кораблей, под командованием нескольких групп вполне оригинальных офицеров.

-И что теперь?

-Теперь мы сами по себе, пока нас кто-то не услышит в эфире.

Один из группы повернулся и был готов возвращать в пещеру, где ждали их внедорожники, но сделав пару шагов замер на месте. Стоявшие перед ним участники экспедиции, смотрели в стекло скафандра, и по их лицам можно было понять что им конец. Обернувшись Райнокен увидел крейсер Тио,Шха. От него уже на астероид приземлялся небольшой челнок.

-Ну вот и всё, прощайте.

Через пару десятков минут, вся экспедиция уже была на корабле в состоянии полусна. Один из Тио, был псиоником и держал в состоянии близкому ко сну всю группу. Существа о чем-то общались, их разговор был похож на то, как тонкой расчёской из пластика провести по уголку стола. Это было и приятно и уже болела голова от такого количества этих звуков на корабле. Датчик внутри скафандра показывал сто процентов непригодную для дыхания среду.

Они все были в полусидячем положении, уперевшись спиной на колючие стены. Один а затем еще несколько членов экипажа экспедиции попытались перевернуться или упасть на пол. Но иголки со стен в тот же миг прорезали титановую оболочку скафандра и последнее что было видно в их костюмах, как их плоть стала стекать оголяя голый светлый череп.

Увидев это ещё некоторое количество команды дёрнулись в их сторону, но их ждала та же участь. Завидев это один из Тио,Шха. В секунды подлетел к оставшимся в живых и в одно движение по сбрасывал их на пол, при этом шипы уже не повреждали экзо костюмы. Тело было тяжелое, в голове была пустота и как будто бетон залили. Руки и ноги не слушали, даже самые сильные порывы хоть как то пошевелится. Только глаза, издавая адскую боль в глазницах, при попытке хоть как-то ими пошевелить, могли двигаться. Райнокен сквозь боль посмотрел в глаза лежащей к нему лицом Анне, даже через стекло скафандра было видно как по её лицу именно текли ручейки слёз.

Телепат который держал всю команду в таком состоянии, так же в мгновения времени оказался рядом с ними. Перевернув первого лежащего к нему, он уставился в глаза и тело механика изогнулось и задёргалось в конвульсиях. Спустя пару минут его тело отбросили в сторону, только небольшие судороги по телу которое уже не сопротивляется и возможно было мертво сотрясали скафандр. Через мгновение уже следующий был в руках телепата а прошлого начало обволакивать нитями из пола корабля и погружать в себя. Второй помощник инженера по видимому мог сопротивляться, телепат долго пытался поймать его взгляд и видимо не получилось. Через пару секунд его тело было разорвано и разбросано по коридору судна. Тело механика уже не было видно. Его полностью поглотил корабль.

Очередь дошла до крупного инженера из расы камне кожих существ планеты Нурий, его так же телепат перевернул к себе и поймал взгляд. По ощущениям, как будто прошло минут пять он всё смотрел в его глаза. Щупальца телепата стали нервно дёргаться, по ощущению было непонятно получилось ему взломать разум нурийца или нет но..

-...издохни..

...удар под дых телепату от трёх метрового существа заставило того согнуться от боли. тело стало поспешным и лёгким, нуриец уже был на качающихся ногах и его рука с кулаком вновь ударила телепата в район головы тот упал на пол и получил мощный пинок в стену. Телепат попытался снова всех взять под контроль и у него почти получилось но, нуриец уже в прыжке в полу трезвом состоянии разума упал на телепата и у того что-то хрустнуло. Тело которое тяжелело стало снова послушным. И уже Маал поднялся на ноги и присоединился к избиению телепата.

-Не убивайте его, это хороший экземпляр. Пожалуйста.

Прозвучало через динамик робота. Телепат уже в панике стал метаться в имеющемся пространстве, но полутора метровый Маал и трёх метровый Нур, не давали пройти мимо них, даже скорость не давала ему преимуществ. Реакция обоих была на высоте мастерства. Спустя пару тройку ударов телепат упал на пол, подовая лишь еле заметные признаки жизни.

-Сейчас. Одну секунду, я уже направил к вам наемников.

Пси-шторм начался крайне неожиданно. Тентакли телепата забились в конвульсивной истерике, а по телу еле живого существа стали надуваться волдыри с неизвестным газом внутри. По кораблю прошла отчётливая дрож а коридоры корабля стали более округлой формы, напоминая из себя скорее артерию или кишечник существа. Часть группы, которая осталась в живых после встречи с телепатом упали на колени держась друг за друга. Стены корабля надувались и сдувались, создавая эфект дыхания. А переборки между отсеками коридора стали распахиваться и вновь смыкаться. При каждом резком закрытии двери и паза куда она входила вылетали брызги тёмной слизи, похожей на кровь.

Не имея ни какого плана на будущее, ориентируясь только за резвым, впереди бегущем Маалом выжившие стали продвигаться пытаясь устоять на ногах. Через несколько отсеков на полу корабля стали попадаться лежащие без чувств Тио'Шха. Их внешний вид оставлял желать лучшего, а тело было усыпано разорвавшейся структурой волокна, заменяющую им одежду. Из рваных дыр то тут то там, были видны куски серой кожи, мяса и внутренностей. Те что были ещё живы, пытались кричать, охрипшими в порыве внезапной вспышке ядовитой боли.

Шторм только усиливался и уже у самих беглецов стало мутить в голове, еле живая девушка упала на колени и облокотилась на локти, не в силах продолжать дальнейшее бегство в неизвестно куда. Корабль всё сильнее и сильнее стал подавать признаки жизни через более усиленные мелкие конвульсии, говорящие о том что он тоже что-то чувствует.

-Вы знаете, порой потеря одного члена отряда, может преподносится как героизм. Даже во имя науки.

Все стали смотреть на учёного, через нейробионический глаз-камеру робота. Что нёс в руках ещё еле живого псионика. Все кто мог ещё стоять на ногах, шатаясь и кажись держась за последние силы, стали подходить и пытаться поднять девушку. И через мгновения уже второй упал на колено тяжело дыша. Рядом с ними послушался хруст шеи, а затем тело уже мёртвого Тио, с глухим ударом упало на пол.

-Но кто мы такие чтобы менять своих друзей. Тем более когда все мы испытали такое. Точнее вы. Вы испытали такое. Ради того, чтобы утешить желания какого-то безумного учёного.

-Да вы док моралист чёртов.

Робот подошёл к девушке и поднял её на руки, ему на плечи упёрлись двое, а спереди шёл Нур, держа на руках Мала.

Его тело уже еле двигалось, и он из последних сил показывал куда им идти. Но гул в голове стал утихать и корабль стабилизировался. Идти стало проще, хотя перегородки могли закрыться в любой момент. Экипаж по немногу стал приходить в себя, хотя через стекло скафандра девушки было видно что из носу тёк маленький ручиёк крови.

-Судя по показателям сканера жизни. Мы её теряем. Я дал повторный сигнал помощи наёмникам, они сказали же на подлёте. Осталось молится, что-бы они нашли нас быстрее, чем экипаж корабля, что остался в живых.

Они вышли в пяточёк, где было несколько дверей, и все они были открыты частично. Когда Нур, ударом ноги смог пробить отверстие в обоих переборках, Мал уже не шевелился, но его мимка говорила о том что он был ещё жив. А пройдя ещё несколько отсеков. И приодолев пространство похожее на зал. Наконец показался огромный отсек похожий на платформу для небольших кораблей. В огромных воротах была дыра а с наружи виднелись тела улетащих в неизвестность существ.

Они стояли на навесной дорожке, ведущую к спуску в ангар. Райнокен стал осматривать корабли, что стояли на швартовке. Вдалеке виднелся небольшой фрегат торгового союза. Остальные корабли в ангаре были не больше чем истребителями пожирателей.

Обрадовшийся находке, и уже готовый сказать что они практически спасены. В агар, сначало пробив обшивку а затем, и подорвав сам фригат, влетели несколько обордажных торпед. Взрыв фрегата разбросал все истребители что были установлены на борту вокруг себя. От фрегата остался только контейнер, и большое количество обломков. Волна от взрыва чуть не сбила сног команду, когда на плечо Райнокена легла тяжёлая рука облачённая в экзоскелет наёмников.

-Упс. Мы только что уничтожили ваш план побега. Да-а, беда-беда.

Проговорил наёмник. Ростом под два с полвиной.

-Ой, ребятки вы как раз во время. Мы вас заждались.

-К сожалению вы ждали не нас, но мы были ближе. По этому мы и тут.

На этих словах в трюм пробились еще пару тройку торпед, разрывая физюляж корабля. Корабль стал востанавливаться, заращивая пробоины, и разрушения внутри. В одну из пробоин на скорости, резко затормаживая влетел челнок. Наёмник подхватил Райнокена на плечё, взял под мышку Нура и повёл к эвокуации. Из челнока выскачили несколько солдат в той же броне и стали раскидывать мины, стреляя из ручных установок.

Уже на пол пути с зади услышался шорох открывания ворот. А солдаты стали стрелять в сторону выхода. Заведя выживших на челнок все погрузились, двигатели взревели и челнок резким задним ходом вылетел из крейсера. Набирая скорость и унося прочь жизни, в иллюминатор челнока райнокен увидел как около крейсера Тио'Шха, появились несколько пиратских боевых фрегатов.

У них не было ни каких шансов на то, чтобы уничтожить крейсер. Они только разрядили торпеды в рубку и двигательный сектор корабля. И исчезли так же, как и появились. Челнок мчал в пустоту, в далике виднелись обломки двух "Химер", ещё дальше практички в конце зоны видимости, между метеоритами носились два пожирателя.

Наконец за одним из метеоров стал виден эсминец, с красными знаками отличия. Красная фракция пиратов, лояльная ко всем кто находится на территории Конфедерации. В отличии от двух других, принимала участие в защите планет от вторжений ульев, и держала оборону применяя дредноуты, до подхода основных сил.

Райнокен уснул. Уже не понимая и не воспринимая окружение. Вымотаный приключениями и испытанием на прочность психики. Он просто уснул. Его тело упало на пол челнока, когда тот заходил на посадку в эсминец. Девушку, Маала и его, погрузили в востанавливающий коктель. Нур сел на пол в мед блоке и уснул. Его сонный храп, ещё долго затавлял вздрагивать медиков.

-Док, куда дальше?

-Давайте их ко мне в лабараторию. Они выжили в пси-шторме. Но самое главное и ценное я смог достать совершенно случайно.

Робот открыл грудную клетку, в которой находилась банка с жижей. В ней плавол мозг, вместе с частью позвоночного.

-Я вскрывал псионика, пока мы бежали от туда. К сожалению не смог вытащить полностью. Если бы не девушка.

-Что будет с ними?

-Надеюсь они ничем не заразились. Потому как в противном случае, из пробирки они уже не выйдут. Если с ними всё хорошо, то проведу серию иследований и отпущу на все четыре стороны.

-Док, Не уж то так и на все четыре?

-Да. К сожалению эта экспедция была профинансирована куда более влиятельными организациями.

Робот и наёмник посмотрели на комнату наблюдений, нависающую над лаборатории мед отсека. В тусклом синем свечении и панорамных без бликовых окнах. Если присмотреться, можно было заметить несколько существ. У одного был длинный балахон под капюшоном виднелись очертания округлой вытянутой головы.

-Они? Не думал что при всём вашем влиянии вы по боитесь Атланиты. К слову кто тот второй, как по мне у него очень интересный наряд с ушками.

-Лендван. И я бы подумал на твоём месте о том, что говорить в их сторону.

К стеклу подошел воин, смотря на зал через глазницы брони, он сильно и с хрустом сжал руку. Что даже медики, что были близко к комнате. В отсеке посмотрели наверх, и сглотнули ком в горле.

*******

Астомный легион пиближался к гиперпланете Гладия. Десяток барж, и несколько Архарианских крейсеров гиперпространственого значения в течении нескольких часов медленно выходили из под пространственого тунеля. Несмотря на то, что планета была достаточно бедна. На её орбите находился один из многих центров подготовки, в котором проходили обучение экипажи флотов.

Кои в будущем желал занять место ведущего эскадры Архарианского флота, Красной фракции пиратов. Не смотря на то что, по сути это были пираты. Красная фракция отличалась от двух иных, крупнейших фракций в секторе. Они завоевали доверие лидеров Конфидерации, и Федеративного флота. Что дало возможность вывести подготовку юнитов на новый уровень. Попав изначально к белой фракции, и занимаясь только тем, что разворовывая планеты. Да убегая в безконечных прыжках от флотов. В один из дней он попал в сектор красного влияния, созвездия красного гиганта Аурсура. Именно тут экипаж фрегата услышал, что другая фракция не станет защищать их, потому что доверие Конфедерации выше, и дороже. Чем цена потери одного судна.

Единственный выход, это было переметнутся на сторону красных. Хоть у них и были разногласия с белыми, Таррилионским саюзом, и Сектой Церкви Крещёных На Крови. И по сути их положение, это безконфрантационая война. Крейсер Красного Барона соправодил их до планеты Адельта. Где в течении нескольких часов больше сотни существ экипажа присягнули на верность Барону. Остальные были выведены в нейтральную зону, и их координаты были переданы дому Драмгарма. Но прибывший за ними крейсер белой фракции, разнес фрегат, вместе с теми кто захотел вернуться.

Именно тогда Кои осознал, на сколько правильный выбор он сделал, присягнув Барону. Потом несколько лет на планете, в доках. Работа на погрущиках и снаряжение судов, способных взлетать с поверхности. Редкие вылазки в глубины территорий контролируемых различными саюзами, перевозка контрабанды, оружия, редких существ. и всего остального, что нельзя достать или доставить офицально. А теперь, когда он накопил достаточно автономной валюты, он смог купить шанс на востановления на корабль. Но сначало необходимо было переучится, чтобы встать на мостик, недостаточно уметь наводить курсы кораблей. Нужно стать професионалом и доказать, что это действительно твоё место.

- Всем сохранять спокойствие. В доки возвращаются баржи с внешних систем звёздного флота Федерации.

Прозвенело через динамики, а вскоре из-за планеты вышло полсотни кораблей в черно-красной расцветке. Доки находились на несколько ярусов ниже, чем учебные классы. Всё это масивное строение создавало огромное кольцо вокруг планеты, дополнительно фиксируя мощные генераторы щитов. Благодаря которым планета ещё не превратилась в радиоактивные пустоши, из-за редких но сверх мощных вспышек на местном светиле.

- Сближение, тысяча семсот.

Это была одна из тех планет, где все, кто хотел спрятатся от закона, мог найти укрытие. Взамен все они должы были работать на Барона, выполняя работу по утилизации, разбоку и ремонту мелких судов. Все захвачеые и поврежденные суда, которые невозможно было продать целиком, или им требовался ремонт. Свозились именно на такие планеты. Для всех трёх фракций подобные миры мусорки, были золотой жилой. Ведь на них всегда были те, кто за еду, крышу и молчание. Мог спокойно укрытся от правосудия.

- Сближение, тысяча пятцот.

Нередко такие планеты становились центром конфликта ннскольких сторон. И на их орбитах происходили ужасные столкновения за право контроля узла системы. Барон эту систему освоил сам, ещё несколько сотен лет назад. Но за неё уже было вдвое больше боёв, в одном из таких яхта Барона была уничтожина. А сам он пропал. И хоть формально у Красной фрации не было офицального лидера. Его роль выполняли десяток бывших приближенных к нему существ. Крепко продолжая его политику, и не склоняясь перед попытками развалить империю, построеную считай одним человеком.

- Сближение, семсот.

Корабли были уже чётко видны, и было заметно как работают их турели, потрулируя огневой сектор. В этот раз баржи привезли дейтерий. Важный элемент топлива для генераторов щитов, и того количества что было на бортах, хватало на сотню лет вперёд.

- Сближение, флот ушел в гиперподпространство. Тревога, замечен линкор Церкви "Святой Апостол".

Это уже было третье появление церкви в этом цикле, на орбите планеты. Последний раз, когда появился их дредноут, понадобилось около сотни крейсеров чтобы выгнать эскадру из системы. Из корпуса кольца по вылезали турели планетарной батареи, и медленно вели линкор. Не начиная столкновение первыми. Хоть это были по сути и противники. На подобных планетах даже враги прилетали торговать, и делать предложения.

В этот раз линкор не предпринимал попытки агресии, он просто летел на доки. В момента силовые установки отключились и корабль стал падать на планету. Не управляемый. На перехват падению вылетело около сотни стыковочных дронов и с десяток истребителей. На подходе к критической отметки, не контролируемого падения судно удалось замедлить. А гравитационые захваты перехватчиков перенаправили корабль по арбите мимо планеты.

- Проведён скан корабля. Внимание, угроза. Неизвестная форма биологического наполнения корабля. Внимание угроза, неизвестный тип бактериального наполнения судна. Угроза биологического уничтожения планеты. Рекомендации: вывести судно за территорию системы и уничтожить.

Как только динамики замолчали. Из линкора стали выррываться языки фиолетового пламени. Истребители моментом отцепились и улетели от судна. Но дроны продолжали отводить корабль как можно дальше от планеты. Точно так же как и перехватчики.

- Внимание угроза. Обноружена искуственая ржавчина. Рекомендации, корабли и дроны, имеющие сопрекосновения с обломками корабля. Не приземлять на палубы кольца. До выявления отсутствия заражения обшивки подобным видом ржавчины.

Прошло ещё около минуты, и корабль был введён в гиперпространственый тунель. Перехватчики и дроны были утеряны. Без носителя они там разваливались за считаные минуты. А экипажи умирали, как только пересекали порог входа.

-Исходя из того, что сейчас произошло. Я вынужден прервать наше занятие. Боюсь о следующей нашей встрече, я сообщу в ближайшее время.

Кои проводил взглядом старика, наставника, друга и учителя. Сайлон Тцор, представитель Архарианского содружества. Его система одна из первых присоеденилась к Барону, и согласилась разместить на воей орбите примитивнуюна тот момент станцию. Он хоть и не был в числе ведущих первых кораблей флота, однако его навыки бывшего капитана контрабандного судна. Помогли воспитать не одно пооление достойных ведущих эскадр.

Сейчас он занимал место в совете, и хотя ему было под двести лет. Несмотря на почтенный возраст, трость и хромату. Случаи когда он отказывал в помощи были единичны. Практический каждый кто учится на этой станции прошел разговор с ним лично. И многие там были потому что он, дал одобрение на это. Евляясь представителем одного из богатейших домов. Он был из немногих, кто не цену жизни ставил выше денег.

-Профессор.

-Да мой мальчик?

-Вы идёте в круглый зал?

-Я так пологаю, это предказуемый вывод. Чего ты хотел?

-Вы говорили что, можете брать с собой по одному, или нескольких учеников. Давая возможность учится дипломатии на подобных собраниях. Если мы будем вас слушать.

-Ты хочешь со мной? Найди хотя-бы ещё одного, и я подумаю.

-Я могу пойти.

-Тэт, ты ходишь со мной постоянно. Давай сегодня отдохни.

-Но вам нужен второй.

-О. Да. Я уже забыл. Кои, у тебя планы на сейчас есть?, хотя зачем я спрашиваю, ты идёшь с нами.

-Что? Он всего пару недель с нами.

-Я так решил. Ему надо набираться опыта так же как и вам. Вы все уже ходили, а кто-то и по несколько раз. Я думаю это будет честно.

К Кои подошла немного полноватая девушка и протянула руку. Её светло красная кожа и зелёные глаза. Вполне человеческая форма лица, синие волосы и два ряда костяных выступов на голове. Не вызывали большого доверия. А взглянув на зубы, которые напоминали зубы пираньи с родной планеты. По коже пробегала легкая дрож. Он был один, он был человеком с калыбели от куда вышли люди. Таких как он называли чистый человек, он был с Земли....

-....долго будешь смотреть? Пойдём пока не передумали.

Встрепенувшись и выйдя из небольшого шока. Протяну руку в ответ, эта девушка сорвала его с места. Аэлоринкая пиратка, обхватила ладонь всеми семью пальцами и резко потянула на себя..

-..ой прости, я забыла что мы отличаемся физическими показателями. Меня зовут Окта, я тут уже несколько лет и готовлюсь в ближайшее время уже уйти на корабль. Расскажи о себе.

-Ну я с планеты Земля, мне двадцать девять лет, и уже почти десятилетия я не видел дом и родных....

...слово за слово, они в троём шли по корридорам росшитые орнаментом. Практически пяти метровые своды кое где проходили на грани открытого космоса. Защещёные только полями силового барьера. Над головой примерно уже нависал огромный круглый зал. Место где собирались чины этой станции.

-Послушайте внимательно. Там будут практически все старосты этого места. Если всё же будет желание что-то сказать. сначало дайте об этом знать мне. Если же вы решите сами вставить слово, вся ответственость за последствия будут на вас. Я предупредил.

-Значит ты с той самой Земли?

-Да профессор.

-И что нового там сейчас происходит? Не сочти за дерзость, юноша. Но мне известно, о том что, то место где сейчас она стоит. Не является её родным. Ты слышал что нибуть о системе родителе, месте где планета зародилась, и в целом появилась ваша раса?

-Да, профессор. Мне в силах допустимой информации, конечно известн. Что место где сейчас стоит планета, не является её первоначалом. Изначально, ходят слухи. Что сутки длились двадцать четыре часа. А год составлял, чуть больше трехста пятидесяти дней....

-...прошу прощеня, а сейчас сколько...

-...Окта, некрасиво перебивать рассказчика.

-Ничего страшного. Сейчас год длится почти пять тысяч дней. А сутки, исходя из часового счёта, что до сихпор является мерой измерения времени на планете. Практически тысяча сто семнадцать. Но, подобный счёт времени, не является основным. И основой является всё таже, двадцати четырёх часовая шкала, по шестьдесят минут в каждом часе.

-О как. Сколько тебе лет? Около тридцати? Ты ведёшь очень информативный диалог. Я не ожидал такого развернутого ответа, на поставленый вопрос.

-На Земле, в Белом Городе, я получил начальную степень наук. Но дальше третьего курса я не ушёл. Я влип в финансовые долги, и единственый вариант, который видел, это сбежать с планеты.

-Что ты зделал? Для того чтобы сбегать с планеты, нужно сделать чтото очень страшное.

-Ну о сути оно так и есть. Я работая на гравитационом кране, уронил плиту, на портовую площадку, где стоял взлётный шатл. Одной шишки. И он когда узнал, предложил купить новый, или лечь спать в битон. Для Земли цена баснословная. Вот я и при первой возможности улетел.

-А что за шатл?

-Тракар.

Профессор остановился и уставился в одну точку. Левая щека и веко, дёрнулись пару раз в порыве удивления. Кои сделал пару шагов вперёд, и посмотрел на профессора. В его глазах была пустота от удивления, и возможно даже. Если присмотреться, можно было увидеть пробегающую, как строка рекламы, только в глазах. Слово *придурок*.

-Я стесняюсь спросить. А как тракар попал к вам на планету?

-Не знаю. Я в космопорте работал примерно восемь лет. И поседние пять там он прилетал.

-А ты уверен что это он?

-Да, на нём было написано. Плюс именно так о нём говорили все, кто разбирался в кораблях.

-Окта, девочка моя. Дай свой планшет. Смотри. Это он?

Над экраном планшета, была галограмма корабля. Гладкого, вытянутого, серебристого, где двигатели были как бы размазаны по корме корабля. Три пары шасси, огромная дверь и ни одного элюминатора или окна.

-Нет, это не он.

-Нет. Это как раз он. Тракар, это личная яхта принца звёздной атлантиды. Да прибудет свет его деяниям. И самое интересное то. Что эта яхта оснащена вечным гравитационым полем. От таких случаев. Все известные корабли, я имею ввиду те, что легализованы и имеют свой код. Им дают имена на верфях, и первый корабль серии, называется именем. А последующие имеют имя в скобках, или приставку класса. Малые суда, могут называться одним именем, в количестве тысяч единиц. Но дать имя корабля, подобное яхте принцы. Это оскорбление его рода. Тем более написав подобное на обшивке корабля.

-Профессор. Я могу примерно показать корабль, что был там.

-Не сможешь. Эти планшеты не печатают образы из сознания. Но я могу узнать о происшствии на земле. Смотри это он? А этот? Тоже нет.

-Разрешите профессор. Так. Не то, не то, не то. Вот.

-Мама моя. Это "Шершень". Да на нём действительно так написано. Но этот корабль не имеет уникальности.

-Почему вы так заинтересовались, кораблём?

-Девочка моя. Тракар, размером почти в сотню лун Земли. А на сколько мне известно, на земле нет подобных космопортов. Самое большое строение, это фазовые врата. И то они стоят на луне.

-Кои, а ты хотел бы узнать историю планеты?

-Не надо ничего говорить. Мы и так опаздываем. Но если всё же хочешь. То посети видицу на Крастоне. База "Лу". Она как ходят слухи, одна из первых кто пережил варп прыжок. И вроде одна из не многих, кто живёт за счёт энергии варпа.

-Понятно профессор.

По корридорам ходило много разных представителей различных рас. Иногда пробегал очередной наряд охраны. Да и в целом станция была достаточно цевильна, сравнить можно было только с полноценными торговыми станциями. Чистота, порядок, охрана, отсутсвие признаков пиратства. Вполне очередное строение торгового союза.

Медлено заходя в лифт, было слышно что у Окты сильно стучали все три сердца, перекачивая литры крови. Пытаясь боротся с наступивей неувереностью в своей просьбы.

-И так, можем ли мы считать этот корабль, актом начала войны, полноценной войны Церкви против нас?

-Аркатариум, я смею предположить. Что это была попытка унечтожить жизнь на планете. У наших моментных союзников, не получается завладеть данной планетой уже не один десяток лет. И эта провокация могла быть попыткой того. Что-бы эта планета не досталась никому. В этом секторе, это крупнейшая точка по переработке и найме изгнаников.

-Я поддерживаю Амтма. Наша система действительно живёт в постоянных конфронтациях с белой фракцией и их саюзником. Но я не стану отклонять и ту возможность. Что это случайное событие. Потом как если о биологической атаке узнает Матракторий. На орбитах белой фракции появится обьеденёный флот. В лучшем для них случае. Мараторий на боррьбу за территорию строго запрещает использовать подобныем методы.

-Аркатариум, я смею предположить что церковь, с небольшой долей вероятности. Действовала без договора с белыми.

-О чём вы говорите. Теорин?

-Возможно церковь хотела избавится от вируса, потому что они не смогли его безопасно транспортировать в лабараторию.

-А мы при чём?

-На этой орбите они потеряли уже около тысячи своих линкоров. Не говоря уже о меньших судах.

-Месть? Я предпологал то, что они могут опуститься так низко. Не одна из рас, что состоит в нашей фракции не взяла их веру.

-Прошу прощения. Там сидит человек, и у них их вера.

-Экланэй. Я сказал рас. А не представителей. Если кому то нравится поклоняться фантомным созданиям. Я этому препятствовать не стану. Но навязывать свою точкку зрения, не позволю.

-Мы сейчас говорим не о религиях. А о том, что пол часа назад, чуть не потеряли планету.

-Тцор. И вы тоже тут. Какова ваша точка зрения?

-Аркатариум. Магистры. Я думаю нам необходимо оповестить Матрактат. Это пускай даже будет случайностью. Но так мы защитим себя, и сможем расчитывать на помощь флота дракаров.

-Они союзники белой фракции. И нам откажут в помощи дредноутов. Хотя против Церкви. Они нам бы пригадились.

-Напомню друг мой, Лое. Секта Церкви Крещёных На Крови, союзник только одной фракции, и по кодесу она не попадает под защиту от обьеденёного флота. Мы их не любим, а синяя фракция вообще обьявила, что любой корабль Церкви. Зашедший в их системы без приглашения. Будет обьявлен целью охоты за вознаграждение. И таким образом...

-....они не попадают в список. У них нет двух союзников у пиратских вракций, стоящих под крылом Матрактора.

-Тцор. Возможно я правильно понял. Вы хотите отомстить за их месть?

-Пологяю не отомстить, а дать понять что они слишком много на себя взяли.

-Интересное предложение. И как же это мы сделаем. Вылавливать их корабли и разбивать бессмысленно. Их и так рвут мелкие дома пиратов.

-Профессор. Разрешите слово.

-Ты уверен? Аркатариум. Мой новый ученик желает произнести речь.

-Ученик? Это тот самый ученик что смог накопить на обучение за короткое время. А до этого присягнул нам на верность, после нашего спасения их корабля от сил федерации? Это будет забавно, но я послушаю.

-Магистры, Аркатариум. В общем в одной из ближайших систем к нам. Есть станция Церкви. Они там создали торговый пост, точнее создали вербовочный центр под

видом торгового поста. Я думаю что потеря подобной станции будет большим ударом по ним. И на сколько мне известно из работы на корабле белой фракции. У церкви в этом секторе, это крупнейший подобный центр.

-Ты хочешь сказать что у нас под носом, они вербуют всех в свои ряды?

-Да Аркатариум. Я говорил об этом уже всем чинам что со мной общались, и общаются до сих пор.

-Ох.. Я совсем забыл об этом. На прошлой неделе я проверял эту информацию. Там действительно стоит их станция. На её орбите находится тритцати тысячный флот. Пять из которых это линкор Святой Апостол.

-Я лично вам куплю для памяти таблетки. Тцор. Проверьте эту информацию немедленно. И если это так. Мы нанесём им везит.

-Я думаю об этом стоит оповестить Матрактат. Не стоит расчитывать. Я знаю. Но есть надежда на пару дредноутов.

-Этого делать. Не нужно.

В комнату собрания вошёл несовсем, но высокий представитель звёздного флота. Белая форма, осанка и выправка. Сразу дали понять нескольким сидящим там, что перед ними..

-...Уууна. Дружище. Ты не как решил навестить своих старых друзей?

-Считай. Мимо пролетал. Но я не просто так тут. Мой корабль.

-Прости Уна, но у нас нет таких ресурсов что-бы, как-то монипулировать подобными кораблями.

-Нет, нет. С ним всё хорошо. Вы слышали слухи?

-Не все. Но я один из немногих кому известно, о прибытии флота. Но это всего, слухи.

-Уна. - к нему в упор подошёл сам Аркатариум. - У нас небольшая проблема. Секта чуть не спустила на планету корабль, на борту которого был неизвстный вирус. И мы все, тут, решаем что с этим делать. Какая нам разница до слухов.

-Обычная. Флот Церкви разбит, существами пустоты. При чём уже очень давно. То место о котором вы говорите, да, действительно. Там есть огрызок Церкви. Но наврятли они будут целеноправлено бить по вашей планете. Им не выгодно. Они строят корабли медленее, чем чем теряют их. Уже больше половины территории Конфедерации, изгнали их. Они там не больше чем торговцы, и разносить свою веру им не льзя. Всё что они могут. Это создавать подобные центры. И веровать в них всех, кто захочет. И если вы в открытую нападёте на них. То не забывайте. Что существует добрая половина, Конфидерации. Только лишь половина. Которая всё ещё почитает их. И ответные действия со стороны вольных флотов. Приведут к большому конфликту. Мафусаил достаточно далеко, и его присудствие будет не скоро.

-Да ты прав. Разборки с вашими флотом, исходя из наших отношний, на протяжении почти тысячи лет. Будет ударом. По нашему саюзу. Так зачем ты тут?

-Как раз из-за Мафусаила.

-А что с ним?

-Некоторое время назад, я был на станции Квинтона-Кванта. И мой корабль подал сигнал о нейросвязи со всеми гипергигантами.

-Это нормально. Так работает алгоритм передачи информации на таких судах. Что тут такого?

-До этого момента у меня была связь с двумя кораблями подобными. Мафусаил, Нивелир. А теперь со всеми.

-Бред. Этого не может быть. Они не просто в каком то пространстве. Они в другой вселенной.

-Извольте. - Около огромного стекла сидел старший флота. И молча наблюдал до этого момента. Я хотел поднять этот вопрос немного позже. Но боюсь сейчас самое время. В двадцати семи минутах, сверх светового полёта. Радары и сенсоры зафиксировали пучки эктоплазматического уровня. Ранее подобное фиксировалось только при встрече квинтовонов и эйдолонов. Которые в силу своих изменёных форм нападали на квинтовнов. Но для нас всё так же были безобидны...

-..тогда как это может иметь общего к нащему вопросу...

-...Я не закончил. - Поднял голос флотоводец. - Обычно такие пучки создавались при, разрушении тела эйдолона. И длились примерно пару микроциклов. Однако на этот раз, подобные эктоплазматические всплески длятся около пяти часов. Уна, ваши предположения, что это может быть?

-Достаточно интересную информацию вы преподнесли. Мне известно что с диких звёзд прилетают охотники на эйдолонов. В некоторых секторах они уже истребили их. На своей территории. И теперь летают к нам. На наши корабли не нападают, и все на них смотрят через прикрытый глаз. скажем так. Могу предположить что такой флот нашел стаю, и начал их уничтожать в своих целях. Всё таки эйдолоны, как и пожиратели. Существа межпространства. И если их ктото бьёт, нам меньше будет работы, с обезумевшими, потерявшими разум квинтонами.

-Значит нам не стоит беспокоится по этому поводу.

-Нет. Стоит. Моё судно стоит в гиперпространстве. Примерно час назад, примерно в территорию указаную командером, прошё флот дракаров. Именно по этому я тут. Дракары подчиняются только общему совету. И капитану Мафусаила.

-Ха ха. Мы же не станем проверять что там. Полетев всем флотом прямо туда? Мы же не станем?

В практической истерике проговорил один из присудствующих в зале. Командер флота, вытянул длинную шею и осмотрел всех присудствующих там. Потом в зале повисла тишина, все смотрели только на Аркатариум.

-Уна. Вы с нами? Если да, мы туда полетим немедленно. Если там Мафусаил. Мы должны быть там.

******

-Передаём сообщение ближайшим союзным фракциям. Перед нами реактор резонанса. Рой пожирателей поддерживается флотом Тиo'Шха, и кораблями ковенанта. Исход из наличия у противника преследователей, и вербовщиков. Предпологаю, что живых во флоте ковенанта нет. Подсчёт существ пустоты равен тринадцити миллионам. Флот ковенанта двести сорок семь тысяч. Всё остальное флот Тио'Шха. Общий флот противника у реактра резонанса, практически двадцать миллионо едеиниц. Нас меньше сотни кораблей, среди которых флагман красной фракции пиратов Мафусаил, и мой гипергигант Невилир. Мы вступаем в бой.

На мгновение тишина окутала весь присутствующий флот. Но только на мгновения. Через примерно столько же, первым прервал молчание Мафусаил. Порядка десяти тяжелых рельсотрорнов и пушек гауса отработали по ближайшим кораблям тио. Уничтожив даже несколько кораблей вебовщиков. Что напровляли особо сильных пожирателей. Один из кораблей ковенанта ударил по химере, и её разорвало из нутри. В ответ уже другая химера ударом с головных бластеров пробила с десяток кораблей, существ и в итоге уничтожила несколько линкоров ковенанта.

Корабли тио в этот моменат сосредточили огонь на менее опасных атлантах. Пытая сократить численость союзного флота. Но торпеды Невилира моментом уничтожили примерно пять десятков кораблей тио, и ковенанта. А пушки протонна разрядились по ближайшим крупным пожирателям. Взорвав несколько из них. Что в свою очередь взрывом оглушило ближайших меньших существ.

-Девять один, повторяю девять один. Заряжаю оружие свернутого пространства. По часам курс от Невилира, один час двадцать семь минут. Должен быть свободен. До зарядки четыре минуты.

Примерно сорок атлантов что прибыли к тому времени уже были в бою.

-Доквладывает атлант девять. Потери с нашей стороны восемь кораблей. Со стороны пративника семьсот четырнадцать. Шанс на победу ноль целых, ноль одна десятитысечная процента. Самым разумным будет покинуть поле боя.

-Как глава пиратского флагмана, соглашусь. Шанс на победу максимально низок. Это практически, даже не практически. Это самоубийство. С такими шансами. Они малы, крайне малы. Но не ровняются обсолютному нулю.

После чего выпустил несколько тысяч ракет. Канонада взрывов окутало первые ряды роя. От взрывных волн прошла дрож даже на Невелире, от чего один из экипажа невнятно выругался в сторону устаревших систем защиты. С право от гипергиганта, пару десяток химер скоцентрировав акцент на головных бластерах, каждым залпом выбивали по десятку существ. И в одном секторе даже образовалось астеройдное поле.

По левую сторону от гипергиганта, по мимо Мафусаила. Весь флот атлантов активно выбивал приближавших к ним пожирателей. Но всё равно медленно но верно корабли поглащались роем. Небольших змеевидных существ было куда больше, чем могли отбить дозорные корабли. Не имеющих серьёзного вооружения.

-Один час, двадцать семь минут. Огонь.

Сначало ничего не произошло. В ушах медленно стал наростать звук похожий на свист, рёв, гул, крик, низкочестотный звук. А потом в в голове стало мутнеть, ощущение нехватки кисорода. Как будто последствия солнечного и теплового удара в перемешку. Пол капитанского мостика стал уходить из под ног, а пространство внутки корабля как бы стало закручиваться. В какой-то момент кого-то стошнило. Всё что было рядом с кораблём начало таять а сложеный звук из других звуков упал в одну ультрозвуковую волну ударившей по голове всем на корабле. Секунда темноты, тло даже не успело потерять равновесие. А перед кораблём уже само пространство стало закручиваться в адскую мельницу. Перемалывая всё до чего дотронется луч концентрированого пространственного энергетического колапса.

-Отчёт нанесённого ущерба вражескому флоту согластно замерам и изометрическим параметрам известных нам. Луч свёрнутого пространства зацепил по меньшей мере, сто тринадцать тысяч кораблей и существ пустоты, нанеся урон, не совместимый с возможностью дальнейшего существования, и или дальнейшего ведения боевых действий.

Согластно известным данным о кораблях и существ пустоты, возведённым в условные числовые значения. Общая единица прочности обьектов обьединёных в общее составляющее, составляет пордка двухста сорока миллионам единиц. С учётом повреждений пожирателям класса планетарный и системый.

И исходя из условных единиц мощности технологии свёрнутого пространства. Исходя из того что было использовано всего семь процентов мощности оружия. Итоговая мощность выстрела, согласно предельному значению. Составила одим миллиар, семьсот тридцать миллионов единиц. Не учитывая подробности.

Луч генератора свёрнутого пространства достиг длины в девятнадцать миллионов космических единиц. Что является приблизительно сорок четыре парсека. дальнейшее распространение луча преградил щит реактора резонанса. поглотив всю энергию луча. Но получив урон приблизительно в пятьдесят четыре процента.

Рекомендации. Создать условия для второго подобного выстрела, для уничтожения щита. Тогда гигант Мафусаил сможет торпедировать ядро, что приведёт к его дитонации. Что приведёт к уничтожению примерно сорока процентов роя и флота стороны апонента.

Замер провёл адмирал девятого атланта.

Череда вспышек окутало в глубине роя. Там были все, корабли тио, ковенанта, пожиратели. На осколки разрывало всех. Пространство было закручено, но оно стабилизировалось. Выпрямлялась. Нарушение естественых законов физики не могли пройти без последствий. И в глубине роя произошел разрыв материи. Практически чёрная дыра. Только на изнанку. Это был разрыв в межпространство. Практически то, что научились контролировать тио. Посредством ядер резонанса. И из разлома вырволось с десяток существ, нкоторые были незавершённой формы. Кванто-квинтоны. Те которых выдавило из разных вселенных, изза их сверх массы. Тех что сжало в среде межпространства. Киты пустоты.

-Сюда надо научный флот. Это поможет лучше понять что обитает по другую сторону того что мы видим.

-Согласен. Но сначало генератор. Нас осталось около восьмидясяти кораблей.

-Кто нибудь, видит цефлона?

Голос прозвучал неожиданно, и даже Нала немного вздрогнула от неожиданости. Но вернув взгляд на поле боя, было видно что противник в замешательстве. Небольшие пожиратели двигались в сторону кораблей. А суда тио и ковенанта, стояли и как будто на каждом из них был спор. Стоит ли продолжать давить на флот с кораблём подобной мощи.

Но спустя пару минут затишья, все корабли обрушили град плазмы на Невили. Понимание опасности этого корабля заставило сфокусировать огонь на самом опасном. Гипергигант став в щиты в ответ отстреливал ионым и тахионым излучением. Нейтронный щит поглащал энергитическое оружие, но даже реактор подобного судна стал не справляться с подоюной нагрузкой. В скоре щиты были усилены до сорока процентов. Но из оружия было возможно использовать только тахионные устанвки.

-Распределить огонь по боевым судам. Защитить Невилир. Это корабль не для лобового столкновения.

Прозвучало из Мафусаила. После чего химеры и десяток атлантов ресредаточившись перед кораблём стали в щиты, погащая часть урона.

-Они хотят поиграть по серьёзному. Хорошо. Протокол двадцать два. Последний рубеж. Протокол десять, десять, шестнадцать. Манёвреный бой.

Корабли испарился, как его и не было. Но тут же появился между двумя дредноутами тио, и паре секунд корабли были поломаны на части. После чего гипергигант опять исчез оставив после себя нейтронные мины. Что тут же взорвались высвободив энергию равную сверхновой, уничтожив около тысячи кораблей.

Сам корабль уже был над роем и его кинетические орудия разбивали рой, выбивая один за одним пожирателей и тио. Флот тут же подключился и активировав щиты пошёл на сближение. Нанося урон более мощным но менее эфективным в дальней перестрелке оружием. Мафусаил сделал прыжок в практически тыл флота. И стал бить в спину коралям.

Рой расыпался в огромное облако. То тут то там появлялся и исчезал гипергигант, постоянно нанося колосальный урон флоту. Химеры уже били по тяжелым судам тио. На них сразу двинуло облако из пожирателей. Казалось их сейчас сметут как пыль. Но в этот момент стали происходить вспышки фактор-резонанса гиперпространственого прыжка. И перед флотом стали появляться фрегаты и эсминцы Звёздной Атлантиды.

Моментально вступая в бой, и выкашивая рой как траву. Моментом космическое пространство стало напоминать салют в праздники. Но было только начало. Корабли приходили и приходили. Где-то позади флота часть космоса поделилась на две половины. То тут - то там, из разломов стали появляться и крейсера. Разворачивая крылья, корабли похожие на бумеранг, как только проходили процедуру прибытия. Врезались во флот тио. В моменте, на просторах космоса, где распространение звука, крайне редкая и практически невозможная вещь. Создав звуковую волну, что у многих заложило в ушах, в бой врезался дредноут Атлантиды. Гарлагас.

-Простите нас. Слишком поздно мы получили от вас сообщение.

Ариандра как и положено извенилась за опоздание. Для неё не было важно, на праздник или войну. Она считала что надо извеняться в любом случае. Королеве непростительны опоздания.

Противостояние наросло с новой силой. Прибывший флот изменил правила битвы. Защита реактора стала большей проблемой для тех кто там был. Чем игра в перестрелку с сотней кораблей. И когда показалось что всё идёт к завершению. Из врат реактора появились пару тысяч друдноутов тио. И только они появились перед ними материлизовался флот из десяти тысяч дракаров.

-Говорит адмирал атланта девять. флот защиты ядра составляет шестнадцать миллионов кораблей, и они прибывают. Флот атаки составляет один миллион триста тысяч едениц флота. Шанс на победу, тринидцать процентов.

-Какой у нас план Ариандра?

-Я думаю, вы тут чтобы уничтожить механизм. Что же, мы его уничтожим. Достаточно подойтии ближе.

-Атлант девять. Растояние до ядра.

-Растояние с учётом новоприбывшего флота, и натиска союзных сил уменьшилось до тридцати семи парсек. Практически. Цифра с верху.

-Девять, время от времяни, оповещай нас о растоянии.

Тяжелые залпы дредноута, прорубали как топором пространство в рядах обороны. Никаких медленых распадов реакторов, и долгой детонации судна. Каждое попадание колосального оружия оставляло только поле обломков. Дракары с неменьшей эфективностью продвигались в глубь зоны, прикрываемые дальнобойными фрегатами Атлантиды. Пространство горело.

Из врат вышел огромный, даже колосальный для такого корабля. Будет преуменьшением его размера. Судно.

-Что это?

-Я уже давно не видела эти корабли. Считайте что к нам пришёл корабль, что командует всем флотом. Его уничтожение будет уаром для всего флота Тио'Шха.

В моменте около сотни торпед ударило в щиты корабля. Он на миг моргнули и востановились. Хоть Нала и могла направить Невилир в центр и уничтожить сразу реактор. Сам гипергигант был бы утерян. В момент уничтожения его могли затолкать во врата, и перенести на ту сторону.

-О да, это один из сотни кораблей, что предназначены для уничтожения кораблей подобных моему. И флагманов Лендован. Я думаю моё появление и заставило появится его тут.

-Растояние до реактора, двадцать девять парсек.

-ЧТО? Кто смог так глубоко пройти.

-Флот пиратов по мимо усиления фрегатами и эсминцами Атлантиды, получили подкрепение в виде гиганта Мировой Конфедерации под командованием Уна Хаури.

-Направить туда часть флота.

-Нам надо уничтожить охотника.

Сказав это дредноут атлантиды исчез как его и не было. А на его месте уже находися охотник тио. Несколько залпов и сотня крейсеров атлантиды испарилась. Но высоко над ним появился Гаргалас. Заливая плазменым ливнем охотника. Но приняв пару попаданий на щит, он так же испорился. И появился позади дредноута. Который тут же монёвром ушёл от атаки.

Пока охотник был на месте Нивелир так же появился с зади, и сбросив неётронную бомбу исчез. Охотник исчез во время взрыва. Но при появлении его борт был помят а сам корабль отбросило как от ударной волны. И на него смоневрировал дредноут, атакуя в щиты. Которые на мгновения спали а перед его исчезновением, в его корму гипергигант вбил несколько стержней с рельсотронов.

Охотник появился за Невилиром и атаковал в двигателя, но перераспределение щитов на корму, анулировало больший урон. После чего уже гаргалас, удачно выбрав момент отстрелил часть брони. Но ответным огнём потеря один из генераторов щита.

В то же мгновение рядом с охотником появился Нивелир, и бортовым огнём сбил щиты а затем прошёл по корпусу. Получив практически такой же размен. Охотник появился над Невилиром и атаковал в рубку, но подошедший Мафусаил торпедами заставил охотника уйти из под огня.

В итоге охотник появился около врат, и было похоже что его чинят. Но по нему стал течь энергетический импульс.

-Если он зарядится нам всё?

-Нашим кораблям да. Для остального флота ему и заряжаться не нужно.

-До залпа охотника. Три. Два. Один. Охотник взорван.

Свист, рёв, гул, крик, низкочестотный звук. Снова повторилось. Энергия с выстрела охотника ушла мимо крупных судов. Но уничтожила часть дракаров.

-До реактора, восемнадцать парсек.

-Сейчас будет детонация ядра. Уводите флот.

Как только Ариандра это сказала, все корабли что были рядом с дракарами, как и сами дракары ушли в гиперподпространство. Остальной флот последовал их примеру. А флот атлантов просто испорился. Последним ушёл Мафусаил.

-Подтверждаю сильное повреждение реактора. По хоже полноценно он работать не может. Да и флот с существами там не сильно видимо по косило. Даже мой корабль обгорел за доли секунд.

Вернувшись на поле боя. Флот атлантов уже был гдето около ядра. Гаргалас активно бил по стабилизаторам а крейсера добивали оставшийся флот.

-Делаю выстрел ОСП. Уйдите от реактора.

-Что такое ОСП?

-Оружие свёрнутого пространства.

****

-Подтверждаю уничтожение реактора. Потери флота тридцать семь процентов. Адмирал атланта девять.

****

-И так. Кто бы мог подумать. Пелегрим собственой персоны. Все говорили вы вымерли, ваша планета уничтожена. Слишком много рассказов о том. Что вы исчезли. Вы хоть и разумны в каком-то смысле. Но. Ваша кровь ценна. Очень ценна. Но ты не умрёшь, не переживай. Таких как ты нйти очень трудно, вы всё сделали ради того, чтобы о вас не слышали.

На против охотника за головами в клетке, в которой стоять легче, чем сидеть. Находился пелегрим. Пернатое создание, ростом под сто восемдесят. Клюв, вполне человечьи глаза. На груди панцирь из черствых обработаных перьев, сложеных в виде чешуи. Руки которые в ходе эволюции образовались на крыльях, За место крайних перьев. И четыре пальца острые как бритвы а концах. Не громозкие но мощные ноги, с шестью пальцами и когдями под двенадцать сантиметров.

-