На островах Крозе

Глава 1

Глава 1

Действия происходят в 2033 году.

Два террориста, плывшие на остров Эст, напевали песни, пытаясь перекричать рёв мотора новейшей быстроходной лодки, на которой они рассекали воды океана. Продолжалось это до тех пор, пока один из них не охрип.

‒ Что, Ворон, (почти у всех террористов, с какими нам придется познакомится, была своя собственная кличка) вижу ледяная вода случайно попала тебе в глотку? Ха, не расстраивайся ‒ будешь слушать, как твой приятель сам напевает этот мотив!

Ворон тотчас нахмурился, плюнул в сторону и, проговорив шёпотом какое-то ругательство, принялся внимательно смотреть на морской путь, который они должны были преодолеть.

Внезапно Ворон увидел что-то серое над собою в небе. Пытаясь разглядеть это что-то в течение пяти секунд, он так и не понял, что это, как вдруг почувствовал, как пуля угодила ему в спину и всем телом пал на дно лодки.

‒ Ворон, Ворон! Что с тобой?! Ты что ранен?! Чёрт, да кто же тебя так…

Но тут и второй террорист получил пулю: ему она угодила прямо в голову, и он моментально свалился, задавив труп своего приятеля.

Спустя полминуты в лодку приземлилось двое спецназов в тёплой, специально предназначенной для местных погодных условий экипировке. Их выстрелов не было слышно благодаря новейшим глушителям, с помощью которых звук выстрела был слышен разве что на расстоянии пяти и ближе метров.

‒ Ну что, Рольф Майер, как тебе твоя новая униформа? Не давит? ‒ спросил первый.

‒ Нет, вовсе не давит, Генри Браун, напротив, слегка великовата на меня, я считаю, ‒ ответил второй, употребив так же, как и его напарник в фамилию в обращении.

‒ Это потому что ты мало ешь и снова похудел.

‒ Возможно, но даже если и так, то это ничуть не повредит моей физической подготовке.

‒ Бери пример с меня. Я вот, скажем, наелся вдоволь, а потом в спортзале сразу ликвидирую возможные последствия всего съеденного и в итоге отлично выгляжу. А что касается лёгкой атлетики, возвращаясь к нашему разговору, то она безусловно поможет сбросить лишний вес, но, в целом, ‒ это не то. Для слабаков всё это.

‒ А ты что, хочешь сказать, что я слабак? ‒ ехидно спросил Рольф, медленно выговаривая каждое слово.

‒ Ну, нет, ты, наверное, исключение. Хотя, если сравнить меня с тобой, то я окажусь сильнее. Во многих видах нашей деятельности: бокс, борьба, восточные единоборства и армрестлинг – я оказывался сильнее тебя.

‒ В восточных единоборствах у нас, вообще-то, равные силы, ‒ с упрёком проговорил Майер.

‒ Ладно, спорить не буду.

‒ И не забывай о том, что я лучше тебя в фехтовании, стрельбе, плавании и ещё в…

‒ Разного рода забегах, конечно! Это и неудивительно, учитывая, сколько времени ты тратишь на этот вид спорта. И вообще, мы сейчас обсуждаем именно физическую силу, а не наши навыки и умения. Причём здесь фехтование и стрельба?

‒ Я к тому это сказал, чтобы ты не говорил о собственном твоём превосходстве в конкретных видах нашей деятельности, не указывая при этом на другие, в которых я являюсь лучше тебя. Ты ведь не собирался говорить о последних, верно?

‒ Хм… да, верно. А ты чертовски умён и сообразителен, я вижу. Вот в чём уж мне точно до тебя далеко, так это в умении думать, мыслить и рассуждать. Так, ладно, долой наш разговор, давай лучше займёмся делом: вспомни, как управлять этой лодкой; она только что перестала плыть по инерции и остановилась. Заводи её, и поплыли на остров Поссесьон.

Майер подошёл к водительскому месту, присел и, вспомнив некоторые особенности управления конкретно данной лодки, завёл её, нажал несколько кнопок, достал из своего ранца две ветрозащитных шлема, одел одну, а вторую дал товарищу и направил лодку вперёд. В это время Браун достал две маски из своего рюкзака и начал что-то с ними делать, а чуть позже запел:

«Weigh anchor, hoist the sails!

Cruisin’ for booty on watery trails».

‒ Слушай, Рольф, а ведь хорош этот ваш немецкий классический тяжёлый металл! ‒ крикнул Генри, пытаясь перекричать шум моторной лодки и рассекания ею волн. ‒ Спасибо за то, что ты подсадил меня на эту музыку.

‒ Не за что. Ты, считай что, сам для себя её открыл, когда спросил меня однажды, что я слушаю. Ты маски уже сделал?

‒ Доделываю. Сейчас окончится сканирование лица второго террориста, а потом начнётся его генерация, так что ждать недолго осталось.

‒ Когда всё будет готово, дай мне маску с лицом того, который высокий, а себе забери вторую.

‒ Ты на ходу её оденешь?

‒ Да.

После этого оба спецназа смолкли, а спустя некоторое время Генри подал своему напарнику готовую маску, и теперь их лица были вовсе неотличимы от лиц только что убитых ими террористов. А сейчас настало время рассказать, кто эти двое, зачем они плывут на остров Поссесьон и что им вообще нужно сделать.

Всё началось с того, что два острова Крозе: Эст и Поссесьон, являющиеся французкими южными территориями, где находилась группа исследователей, захватили террористы. Они хотели убить всех членов исследовательской группы так, чтобы те не успели дозвониться кому-либо на родину, и, обосновавшись здесь, производить оружие, боеприпасы и всё в этом духе, дабы в дальнейшем можно было совершать террористические акты в разных точках земного шара. Причём острова Крозе были выбраны не просто так: здесь так холодно и ветрено, что никого кроме пингвинов и учёных с исследователями, которые прилетают сюда довольно редко, здесь нет, и поэтому эти места являются неплохим местом для укрытия. Собственно, первый пункт своего плана по устранению членов экспедиции террористам удалось сделать... почти. Дело в том, что одному молодому исследователю удалось каким-то немыслимым способом скрыться в пещере, затем чудом незаметно срезать близлежащие кусты и замаскировать ими вход в пещеру так, что издалека его вовсе не было видно и кусты выглядели вполне естественно на новом месте. Следует также отметить, что террористам за очень короткий срок удалось соорудить несколько огромных помещений для разного предназначения. Благодаря тому, что технологии 2033 года достигли такого уровня, что теперь можно было дозвониться из любой точки мира в ту, какую захочешь, вводя интернациональный номер телефона того, с кем хочешь связаться; так вот, благодаря этому молодой парень смог позвонить своему начальнику во Францию и сообщить ему обо всём, что случилось на островах Крозе, а начальник уже дал знать об этом Международной Организации Чрезвычайных Ситуаций (МОЧС). Но, стоит отметить, что в разговоре со своим начальником парень сказал, что направлять сюда много военных не стоит, так как у террористов здесь есть несколько рпг, которые они не преминут использовать в случае чего, и даже если в итоге и получится разгромить террористов, то ценою жизней немалого количества солдат, а потому лучше будет отправить парочку профессиональных спецназов на столь опасное предприятие. Решение было одобрено МОЧС, и на роли двух спецназов выбрали Рольфа Майера и Генри Брауна. Теперь поговорим о них самих.

Рольф был немец двадцати восьми лет. Он отличался высоким ростом, своей неповторимой обаятельностью, а также был плечист и слегка худоват. По всем параметрам он был похож на Клина Иствуда, и Браун часто так его и называл в шутку.

Сам Генри был чистокровный англичанин двадцати девяти лет. Он был чуть выше среднего роста, стройный и крайне сильный. Причём сильным он является с рождения, и теперь, когда он провёл несколько лет своей жизни в постоянных тренировках на работе и в спортивных залах в свободное от работы время, в физической силе среди спецназов всего мира ему почти не осталось равных.

Теперь же спецназы плыли, как известно, на остров Поссесьон в самогенерирующихся масках тех людей, которых они только что убили. Нетрудно догадаться, для чего они их надели, но встаёт вопрос, как они поняли, что именно сегодня и именно сейчас двое террористов отправятся на лодке в сторону острова Эст? На самом деле всё просто. К 2033 году искусственные спутники достигли такого уровня, что могли передавать изображение того, что происходит в любой точке мира в реальном времени, и перед тем, как МОЧС выслала двух спецназов на столь опасную операцию, сотрудники этой организации, имеющие доступ к управлению спутниками, направили несколько штук к архипелагу. Люди, настраивавшие спутники, в течение двух суток наблюдали за всем тем, что происходило на островах, и в итоге собрали базу данных, а после этого сотрудники, отвечающие за выдачу средств и оборудования, снарядили спецназов всем необходимым для предстоящей нелёгкой операции и оснастили путников важными знаниями из собранной базы данных.

Каждый день двое террористов направлялись на промыслы на соседний остров Эст: они убивали там пингвинов и привозили их мясо своему высшему руководству в качестве деликатесов. Так вот, зная эту информацию, на третий день после захвата островов, когда лодка, как и положено, отчалила от берега, на Крозе вылетел скоростной самолёт. Когда с помощью радара пилоты самолёта поняли, что находятся вблизи выслеживаемой ими лодки, они включили режим «тихого полёта», чтобы двое охотников не услышали подозрительные звуки в небе и ничего не заподозрили (хотя из-за шума моторной лодки охотники бы всё равно ничего не услышали). И в момент включения этого режима Браун и Майер спрыгнули с самолёта. Ну а дальше уже вам всё известно.

Глава 2

Мы оставили спецназов тогда, когда они только начали плыть на лодке в сторону острова Поссесьон. Теперь же, возвращаясь к ним, мы видим, как им уже удалось подплыть к берегу острова. Его изящные холмистые и горные изгибы восхитили спутников своей неповторимой красотой, но, увидев небольшое здание со смотровой башней, в которой стоял часовой, они тут же сосредоточились на предстоящем деле.

‒ Боже, как у этих «теров» хватает совести убивать таких милых созданий, как эти пингвины? ‒ искренне возмутился Генри.

‒ Как ты сказал? «Теров»? ‒ выразительно спросил Рольф.

‒ Да, предлагаю впредь называть так террористов. Так гораздо короче.

‒ Хорошо, как скажешь.

Наступил момент, когда лодка причалила к берегу, и оба спецназа, выйдя из неё, стали максимально подробно имитировать тех двух убитых ими террористов-охотников, движения которых спецназы тщательно изучили со съёмок спутника, чтобы не вызвать никаких подозрений у часового. Потом, когда Генри взял с собой мешок с пингвиньим мясом, как это и делали оригинальные охотники, спецназы пошли с ним по левой части берега. Им нужно было, зайдя за гору, пройти до того момента, пока башня с часовым не окажется полностью прикрыта горой, так как это была ежедневая дорога террористов, и потом начать действовать по составленному заранее плану действий.

‒ Так, мы, кажется, должны ориентироваться по вот тому камню, правильно? ‒ простодушно спросил Генри, указывая пальцем вперёд.

‒ Да совершенно верно, ‒ медленно ответил Рольф, ‒ и так как башня с часовым исчезла из вида примерно полминуты назад, то, думаю, можем приступать прямо сейчас.

‒ Тогда начнём.

После этой задорной фразы Браун вмиг выбросил в океан мешок, снял маску, как и его друг, и достал из своего ранца два летающих раскладных скейтборда, а Майер в это время снова вытащил ветрозащитные шлемы, и теперь они оба полностью приготовились к предстоящему полёту.

‒ Ну что, поехали? ‒ воодушевлённо спросил Браун.

‒ Поехали – ты лети впереди, а я за тобой.

Тут же оба спецназа резко оттолкнулись от земли и на огромной скорости полетели наискось в гору. Они в течение двух минут описывали весьма необычные линии на своём мощнейшем средстве передвижения, пока наконец-то не добрались до той части горы, где со стороны базы террористов ближе к вершине было немало кустарников, за которые можно спрятаться для безопасного осмотра базы. Там спецназы соскочили со своих летающих скейтбордов, Генри положил их обратно в свой ранец и сказал:

‒ А всё-таки меня поражает их компактность и мобильность. Ещё год назад это казалось чем-то невероятным, а теперь…

‒ Потом об этом, ‒ холодно перебил Рольф, ‒ давай подберёмся к кустам и посмотрим, что у них там на базе творится.

Вслед за этим спецназы легли на землю и стали медленно ползти наверх. И вот, когда они подползли к самому густому и большому кусту, их взору представилась обширная террористическая база, состоящая из четырёх больших зданий, различных стратегических сооружений и разнообразного, разбросанного по всей территории базы вооружения.

‒ Доставай свой бинокль, ‒ шёпотом скомандовал англичанин.

‒ Достаю. Слушай, а что нам делать в случае, если…

‒ Если вышлют разведчиков из-за пропажи этих двух террористов, убитых нами? ‒ перебил Генри.

‒ Да.

‒ Перестреляем их, и дело с концом. К тому же то, что ты говоришь маловероятно. Во второй день они, как помнишь, задержались у часового на два с лишним часа; так и теперь посчитают, что задержались, но, правда, немного дольше обычного. Да даже если и обеспокоятся тем, что их нет и вышлют нескольких человек на поиски, то, во-первых: не факт, что они нас заметят, а во-вторых: если они нас и заметят, то, когда мы их перестреляем, никто не обеспокоится уже за их исчезновение, так как остров немаленький, а значит, что и поиски должны занять немалое количество времени. Так что всё под контролем.

‒ Боюсь, что ты не совсем прав. Я участвовал в десятках операций разной степени опасности и сложности и могу сказать, что нынешняя наша ситуация уж больно не однозначна, и мы не можем знать точно, что нас ждёт в дальнейшем.

‒ Ах, не был бы ты столь умным, я бы с тобой не согласился, но… а, впрочем, забудем всё это. Ты достань свой бинокль и осмотри хорошенько каждую деталь базы и в особенности склад, а я пока что поем.

‒ Приятного аппетита.

Не ожидая такой любезности со стороны немца, Генри выпучил глаза, потом улыбнулся и проговорил:

‒ О, ну что вы, мосье, благодарю. Скоро придёт и ваш час потрапезничать.

Прошло много времени с того момента, как они обосновались на горе; его они истратили на различные силовые упражнения и разговоры о здешнем ветреном климате. Естественно, занимались они всем этим, поочерёдно меняясь между собой биноклем.

Наступила ночь. Спецназы после захода солнца подождали ещё пару часов, зная, что действовать лучше тогда, когда все точно заснут и затем пешком спустились с горы в сторону океана, обошли её и побежали на базу.

Спустя некоторое время, когда они были от неё уже примерно в двухсот метрах, им пришлось перестать бежать и перейти на стремительный шаг, а когда оказались в двадцати метрах, то стали идти буквально на цыпочках. Собственно, первым зданием, которое им попалось, оказался нужный им склад. Заглянув в окно и внимательно осмотрев всё, что там находилось, Генри сообщил, что людей внутри нет и что можно начинать. Тут Рольф достал из ранца специальное стеклорезное оборудование, после чего, бесшумно устранив прозрачную преграду на своём пути, успешно залез внутрь помещения вместе со своим товарищем.

Чего здесь только не было: пусковые установки для стрельбы реактивными снарядами, различные миномёты, бомбы и, конечно же, тонна разнообразной огнестрелки. Вот только пистолетов здесь почему-то не оказалось: террористы, видимо, всегда держали их при себе на случай чего. Но среди всего этого вооружения Брауну и Майеру нужны были только бомбы.

‒ Я буду настраивать, а ты носи и закладывай, ‒ сообщил Генри.

‒ Хорошо, только говори, как можно тише.

‒ Как прикажешь, Государь, ‒ шёпотом произнёс озорник и, дав одну бомбу Рольфу, добавил: ‒ Эту иди сам закладывай. Я здесь время выставил, а всё остальное делай сам. Все другие просто будешь носить. Удачи, ‒ и, легонько похлопав его по плечу, принялся за работу.

Рольф подобрался к двухэтажной казарме, на первом этаже которой спали те, кого можно было бы назвать рабочими или же солдатами, но так как к террористам эти термины вряд ли применимы, то можно назвать их просто «обыкновенными»; а вверху находился начальник подразделения вместе с двумя своими помощниками, советчиками и также по совместительству заместителями; причём для всех троих были выстроены отдельные спальни. Майер уже хотел начать нажимать кнопки, как вдруг вспомнил, что ему необходимо выключить звук на приборе, чтобы никто не услышал «пиликанья», и подивился своей невнимательности: такие оплошности с ним происходили крайне редко. Выключив звук, он принялся изменять выбранное Генри время.

А в этот час наш весельчак заметил в комнате гамак и, перенеся к нему все бомбы, запрыгнул в него и стал работать лёжа. Зайдя обратно в склад и увидев макушку головы качающегося на гамаке напарника, Майер широко улыбнулся и чуть было не засмеялся, но он великолепно умел владеть своими эмоциями, а потому сдержал столь неуместный в сложившейся ситуации порыв чувств.

‒ А ты давай там не ухмыляйся, ‒ прошептал серьёзным тоном Генри, выглянув наружу, ‒ иди ко мне, я тебе ещё одну приготовил.

‒ Подхожу, подхожу. Скажи, а какой радиус взрыва у этой штуки?

‒ Мне сказали, что довольно большой. Собственно, поэтому и решено было подложить по одной бомбе под каждое здания, наверное. Ты давай бери их и ставь скорее ‒ не теряй время попусту.

Самообладание у обоих спецназо было поразительное: настолько спокойно и в то же время быстро они проделали всю операцию, что создавалось ощущение, будто они вовсе не на опасной миссии находятся, а на какой-то ночной тренировке с тренером, который, вдруг чего, в любой момент может предоставить свою помощь. И вот уже пришёл тот час, когда Генри стоял возле входа в склад, ожидая своего напарника, который закладывал последнюю бомбу. Вскоре напарник явился.

‒ Ну что, везде заложил? ‒ спросил Браун.

‒ Везде, ‒ умиротворённо ответил Рольф.

‒ А не забыл ли взять с собой две бомбы для Острова Эст?

‒ Нет, не забыл. Они, кстати, такие лёгкие, что мне их и самому нести вовсе нетяжело.

‒ Ну, в настройках тех бомб, которые ты устанавливал, я думаю, ты не лазил, поэтому можем уверенно и спокойно уходить отсюда.

‒ Почему ты так решил?

От этих слов сердце у Генри точно сердце в пятки упало, и он прерывисто произнёс:

‒ А что ты там поменял, позволь спросить?

‒ Время.

‒ И сколько же ты поставил, вместо моих десяти минут?

‒ Не помню точно, но зато могу сказать, сколько осталось до взрыва.

‒ Ну и сколько?

‒ Двадцать… двадцать пять секунд.

‒ Зачем ты это сделал?! ‒ тихо возмутился Браун.

‒ Чтобы ты побегал, дружище. Тебе ведь этого так не хватает.

‒ Ну, так побежали, чёрт возьми!

И оба спецназа рванулись к ближайшему холму. Подбежав к нему, они рухнули за него и Генри спросил:

‒ Фух, ну что, теперь нам ждать, пока мы не услышим «кабум»?

‒ Нет, не совсем. Я бы назвал это…

И тотчас, перебив спецназа, послышался первый взрыв и последовавшие почти что одновременно за ним ещё три. О громкости взрывов и говорить страшно: хоть спецназы и находились в это время в стороне от эпицентра за холмом, но, когда прозвучала череда взрывов, Рольф и Генри страшно испугались и даже ненадолго растерялись. Через семь секунд после всего случившегося начались доноситься человеческие стоны, а порою и крики. Это вывело спецназов из состояния растерянности, и те вскочили из-за укрытия и помчались в сторону пылающих зданий. Атмосфера стояла воистину устрашающая, в прямом смысле слова ‒ адская. Специально не подготовленному для таких ситуаций человеку было бы настолько непривычно лицезреть всё это, что последствия для его психики могли бы быть крайне плачевными. Повсюду царил хаос: смертоносный дым от огня, сам огонь, множество летающего в воздухе пепла и человеческие стоны с криками. Но спецназы уже не раз проходили через подобного рода испытания огнём, а потому действовали быстро и слажено.

Подбежав к горящему складу, они разделились и оббежали его с разных сторон. С них открывалось два обширных обзора на всю территорию базы.

‒ Видишь этого низкорослого и худого «тера» возле казармы? ‒ спросил Генри по рации Рольфа.

‒ Да, вижу. Несомненно, что это и есть их начальник, учитывая, как бережно помогают ему передвигаться двое его помощников.

‒ Ага, значит бомба не задела второй этаж казармы и… эй, смотри: он достал рацию и с кем-то разговаривает. Должно быть, сообщает о происшедшем на остров Эст.

‒ Отлично, всё идёт по заранее намеченному плану. Теперь избавимся от оставшихся в живых террористов, если они вообще остались, и возьмём этого командира в заложники.

Рольф достал из чехла свой пистолет с глушителем, сделал пару точных выстрелов из своего укрытия в виде небольшого грузового автомобиля и попал в двух помощников главаря. Не ожидая такого поворота событий, тот вытаращил глаза на двух убитых соратников, а потом быстро достал пистолет и уже готов был выстрелить в отместку, как вдруг оружие мигом вылетело у него из рук: это Браун метко выстрели в цель. После этого, громко выругавшись, начальник начал что-то кричать на неизвестном спецназам восточном наречии. В ответ послышалось несколько голосов.

‒ Ага, кто-то всё-таки остался в живых, ‒ рассудил по рации Генри. ‒ Значит так, из склада вести огонь не имеет смысла, так как обзор маленький, поэтому разделяемся: ты беги к самолёту, а я ‒ вон в тот маленький сарай. Давай, скоро встретимся.

Выслушав своего напарника и промолчав в знак согласия, Майер сильно толкнул автомобиль вперёд, а сам побежал в сторону поломанного взрывом, огромного грузового самолёта, который находился недалеко от фабрики, где могли остаться выжившие. Пока Рольф бежал к нему, послышалось три выстрела, но огромная скорость спецназа и неумение стрелять в движущиеся мишени издалека террористов сказались на том, что пули пролетели в радиусе больше семи метров от бегуна, и он, в конце концов, добежал до самолёта, с которого можно было удобно и безопасно вести перестрелку. Немец надел специальные очки для того, чтобы лучше видеть стрелков на фоне пламени, и запрыгнул на обломок кабины пилота, в котором сразу увидел три великолепные позиции.

Высунувшись из первого тёмного места слева, Майер заметил за углом фабрики двух вооружённых террористов, наполовину спрятавшихся за ней, и моментально выстрелил обоим в головы, а затем резко спрятался. Спустя десять секунд он перебрался на второе место, находящееся внизу на расстоянии в восьми метрах от предыдущего. Там ему пришлось присесть на корточки и выглянуть из-под горящих деталей кабины: в том месте, где его, как ему самому показалось, никто не ожидал увидеть из-за очевидных неудобств, возникающих при стрельбе отсюда. Но всё оказалось иначе: со стороны второй, дальней фабрики сразу послышался выстрел; причём пуля пролетела приблизительно в двух метрах от Рольфа. Он понял всю бесполезность и опасность выбора этой позиции и вновь скрылся. Ему также стало ясно, что среди выживших террористов остался один такой, чья реакция, внимательность и точность может сравнится с его собственными. Теперь же Майер решил расположится в середине обломка кабины вверху, где по бокам находилось ещё два небольших металлических обломка, выполняющие роль укрытия, из-за которых попасть в спецназа издалека было бы крайне затруднительно. Забравшись туда, он принялся рассматривать всё, что находилось в углу его обзора. Долго ему не удавалось никого обнаружить, кроме беспомощно озирающегося по сторонам, хромого начальника, как вдруг в разбитом окне второго склада (который, к слову сказать, был просто-таки на огромном расстоянии от самолёта) появился стрелок. Тут-то Рольф мастерски прицелился и попал ему в грудь, пока тот пытался найти своего оппонента. Но вдруг главарь, заметив Майера, выстрелил три раза без сведения из своего второго пистолета, а когда увидел, что спецназ спрятался, злобно и громко, подобно льву, зарычал. Снова его оружие вылетело у него из рук благодаря очередному меткому выстрелу Генри, теперь правда слегка подкосившемуся, из-за чего пуля попала хромому именно в кисть, а потом он уже выронил своё оружие с дикими воплями.

‒ Так, судя по всему, ‒ начал Браун по рации, ‒ выживших здесь больше не осталось, учитывая, что мы больше никого не видим и что этот сумасшедший так себя странно ведёт, поэтому я, пожалуй, начну к нему подходить, а ты всё это время пристально наблюдай за всем происходящим вокруг.

‒ Хорошо, начинай подбираться к нему, ‒ отозвался Рольф.

И Генри начал уверенной походкой надвигаться на раненого, лежащего между казармой и маленькой электростанцией с одной лишь деревянной дверью. Тот, по мере того, как спецназ приближался к нему, переставал громко стонать и всё больше и больше начинал смотреть в лицо англичанину. И вот наступил тот момент, когда Браун находился в нескольких шагах от главаря, а совсем рядом находилась электростанция с открытой настежь дверью, и в этот момент начальник на четверть секунды отвёл свой взгляд на дверь. Увидев эту мимолётную деталь, Генри сразу всё понял. Он побежал на начальника, затем прыгнул, падая на спину, и в полёте выстрелил внутрь помещения и попал стоящему там террористу, который не успел ничего сделать, в плечо, а когда полностью упал на спину, выстрелил ещё раз и теперь попал террористу в голову. Как раз в этот момент главарь встал на ноги и достал с помощью второй рабочей кисти из-под своей одежды кинжал, надеясь отомстить за своих людей хотя бы одному спецназу, ‒ но судьба штука суровая, как знаете: Майер, доселе лишь наблюдая за происходящим, выстрелил теперь и раздробил вторую кисть начальника. О чувствах и эмоциях теперь уже дважды раненого «тера», думаю, говорить не имеет смысла, так как они, в целом, весьма предсказуемы.

‒ Теперь уж точно всех перебили, ‒ со вздохом сообщил по рации Генри, ‒ так что можешь вылазить.

Потом Рольф спустя минуту неторопливо подошёл к своему напарнику и спросил:

‒ Скольких ты уложил?

‒ Двоих, кажется, но это, если не считать вот этого последнего. Кто бы мог подумать, что он находится в этой будке! Интересно, как он туда вообще попал?

‒ Отложим это пока что в сторону, ‒ бесстрастно сказал Майер. ‒ Нужно выпытать у нашего заложника информацию о том, что он сообщил на остров Эст.

Браун, следуя совету товарища, взял пленника за волосы и, приложив дуло своего пистолета к его голове, выговорил с чистым британским акцентом:

‒ Разговариваешь по-английски?

Раненый молчал.

‒ Разговариваешь по-немецки? ‒ вежливо спросил Рольф.

Снова одно лишь молчание.

‒ Генри, спроси его теперь на арабском и на других восточных языках. Уж их он наверняка знает.

Перепробовав множество языков ближнего востока и не получив ни слова в ответ, измученный неразговорчивостью собеседника языковед разозлился и закричал на своём родном языке:

‒ Да я тебя сейчас пристрелю! Не смей молчать! ‒ и сильнее прижал оружие к голове пленника.

‒ Не надо! ‒ вырвалось у того случайно на арабском.

‒ Ага, значит арабский всё-таки знаешь, ‒ зловеще произнёс мучитель на том же языке, что и его жертва.

‒ Я сообщил на остров Эст, что у нас здесь случился погром, – заговорил террорист, – и что нам необходима помощь, а командир мой ответил, что подкрепление прибудет примерно в три часа ночи или же, если что-то помешает, задержится максимум на час.

Всё сказанное показалось спецназам настолько искренним и в то же время печально произнесённым, что у них вовсе не возникло сомнений в правдивости слов заложника.

‒ Отлично, у нас ещё есть много времени, ‒ неожиданно весело заявил Генри. ‒ Сейчас, как и планировали, пойдём к исследователю, сообщим ему хорошие новости и дадим что-нибудь съестного; ну, и сами тоже поедим.

Майер утвердительно кивнул головой в знак согласия с тем, что сказал его напарник, и все трое направились в указанное место.

Глава 3

Вы, наверное, спросите: а не забыли ли спецназы о четырёх башнях с часовыми, которые расположены на берегу всего острова? Ответ последует такой: нет, не забыли. Они посчитали, что эти самые часовые скоро как раз прибудут на базу, так как они всё же постоянно меняются, и, увидев здесь только лишь руины базы, сообщат об увиденном на уже осведомлённый этим происшествием остров Эст. После этого возможными становятся два варианта: либо эти часовые останутся ждать подкрепления с базы, либо займут свои прежние позиции у смотровых башен. К обеим ситуациям у спецназов был чёткий план действий с возможными, по мере возникновения проблем, ответвлениями.

Но сейчас же заглянем в пещеру к исследователю, ожидавшего в это время прибытия двух спецназов, которые по словам сотрудника МОЧС, позвонившего ему, прибудут в пещеру поздно ночью. Парень очень волновался и не мог всё время своего пребывания в пещере толком спокойно усидеть на месте. Он ходил по всей её площади, занимался физической активностью и переписывался по смс со своими близкими друзьями ‒ и всё это для того, чтобы успокоится, но, к сожалению, ему всё это почти что не помогало. Его беспокойство в некоторой степени было вызвано ещё и тем, что он уже очень долго ничего не ел, и, когда ему сказали по телефону, что спецназы прибудут с пищей, у него рекою потекли слюни и так громко забурчал живот, что он сам испугался услышанного им звука и побоялся, как бы его случайно никто не услышал снаружи.

Вдруг недалеко от входа в пещеру послышались шаги. Исследователь понял, что это могли быть, как те, кого он ожидал, так и террористы, поэтому счёл нужным не издавать лишних звуков. Затем на несколько секунд шаги прекратились, но вскоре снова продолжились, но только теперь стало ясно слышно, что это шагает один человек и что, судя по отчётливому и становящемуся всё громче и громче звуку, этот человек стремительно приближается к пещере. И вот послышался шорох кустарников, прикрывавших вход в пещеру, и сердце молодого парня готово было буквально вырваться из его плоти от волнения. Кусты полностью раздвинулись. Нашедшим пещеру оказался хромой террорист в изорванной одежде.

‒ А! Не подходи ко мне! ‒ завопил от страха исследователь на французском и нервно вытащил из-под своего халата маленький ножик. ‒ Уходи отсюда! У… уходи!

Террорист находился в каком-то странном состоянии то ли забытья, то ли ещё чего-то: он шатался стоя на месте, уставив совершенно по-дикарски глаза на исследователя. Простояв так в течение долгих и мучительных для парня десяти секунд, он внезапно яростно на него набросился, крикнув при этом что-то на арабском. Началась схватка.

Несчастный, до смерти испугавшийся исследователь, бросил в нападающего нож, но никаких серьёзных ранений ему не нанёс, и тот, подбежав вплотную, впился руками в шею своей жертвы и попытался свалить её на землю. Ему это удалось сделать не сразу, но вскоре парень не смог больше держаться на ногах и, в конце концов, упал. Началась борьба. Тут у француза не понятно откуда появились силы, и он начал достойно оборонятся. У террориста в момент борьбы было только одно на уме: поскорее задушить эту, по его мнению, беззащитную букашку, и эта мысль настолько его опьяняла, что организм его вовсе не чувствовал усталости во время борьбы. Со временем исследователь вновь стал терять свои силы, а нападающий, почувствовав это, ещё сильнее взбесился и начал сдавливать горло соперника с нечеловеческой силой. Но только «тер» начал агрессивно душить, как вдруг что-то раздробило ему голову; брызги его крови моментально разукрасили лицо парня, и убитый задавил своим весом спасённого. Тот отбросил труп в сторону и, посмотрев на двух своих ангелов-спасителей, в лице Рольфа и Генри, проговорил, заикаясь, с дрожащей улыбкой:

‒ Спасители мои. Как я рад вам… как я рад вас видеть… дорогие.

И после этого он побежал к ним и изо всех оставшихся у него сил обнял их.

‒ Ну что ты, не стоит, не стоит, ‒ добродушно сказал Браун. Тебе жутко повезло, что мы вовремя сюда подоспели, а не то бы этот негодяй тебя точно задушил. Слушай, а как он сюда вообще забрёл?

‒ Я… я понятия не имею, но могу ска… сказать, что он находился в каком-то очень странном состоянии и, посмотрев на меня несколько секунд, набросился с криком, подобно дикарю.

– Это всё наводит меня на мысль, ‒ начал рассуждать Майер, ‒ что этого террориста контузило после взрыва в каком-то здании базы, где мы только что были, и у него помутился рассудок. Он, возможно, ударившись, испугался огня и хаоса, который там в это время царил, и от страха побежал подальше от горящей базы. Бежал он долго, видимо, потом остановился и стал искать убежище, и тут-то он и заметил эту пещеру.

‒ Да, неплохая гипотеза, ‒ вставил, улыбаясь, Генри.

‒ Ребята, ‒ вставил француз, ‒ фонаря моего те… телефона недостаточно, чтобы нормально осветить пещеру ‒ может быть, у вас что-нибудь найдётся?

‒ Конечно, найдётся, ‒ сказал Браун. ‒ Ой, я чуть не забыл, что ты страшно проголодался, дружок. Сейчас я достану тебе консервы… или лучше кашу; у нас ещё есть хлеб, мясо ‒ чего же ты раньше молчал, не стесняйся, говори, чего желаешь. Только ешь сейчас понемногу, а то опасно спустя много дней без еды сразу много наедаться.

‒ Мне хлеба, пожалуйста, ‒ робко произнёс исследователь.

‒ Боже, да твоей скромности нет предела. Чтож, держи. И воду ещё возьми. Держи.

‒ Ох, спасибо вам ребята, спасибо.

‒ Ну, и спальный мешок тебе дадим тоже. Рольф достань из своего, ладно?

‒ Ох, спасибо вам.

‒ Слушай, а тебе не холодно здесь в твоей лёгкой одежде находится? Мы можем дать тебе кое-что тёплое, если захочешь.

‒ О, нет, нет, не стоит. Мне и так хорошо.

После этих слов парень принялся есть, глядя на еду, как дитя, да так что оба спецназа, невольно бросивших на него взгляд, посмотрели на него точно материнскими глазами.

Окончив трапезу, во время которой никто не проронил ни слова, Генри принялся рассказывать дальнейший план действий. Он состоял в следующем: сейчас им нужно отправится на разрушенную базу, где они потенциально могут встретить сбежавшихся со всех точек берега острова часовых. Затем им не составит особого труда справится с ними, после чего остаться на базе и ожидать прибытия подкрепления с соседнего острова. Если же часовых не окажется, то спецназы просто осядут на месте и будут следить за всем происходящим в ожидании теперь уже и тех, и других.

‒ Кстати, а как тебя зовут? ‒ поинтересовался Браун.

‒ Меня? Шарль.

‒ А меня Генри, очень приятно. Моего верного напарника и лучшего друга ‒ Рольф.

‒ Очень приятно.

‒ Очень приятно.

‒ Кстати, ‒ решил рассказать Браун, ‒ если увидишь возле пещеры парализованного и спящего террориста, можешь не беспокоится ‒ это наших рук дело. Он наш заложник, видишь ли.

‒ Когда мы разберёмся со всеми террористами на базе, ‒ вмешался в разговор Майер, с целью дополнить слова своего напарника, ‒ то мы с помощью маленького дрона проверим, остались ли на своих постах часовые, и в том случае, если их там не окажется, мы вновь придём к вам с новым заложником и с вестями о удачно проведённой операции. Ну, а ежели часовые окажутся на местах, то мы постараемся как можно быстрее перестрелять их и, немного задержавшись по времени, в итоге всё равно приедем к вам.

‒ Ну, чтож, не буду вас здесь задерживать. Ступайте. И да хранит вас бог!

Вслед за этим спецназы вышли из пещеры и отправились вновь на место недавней «лютой сечи».

Глава 4

‒ Который час? ‒ спросил один часовой другого.

‒ Половина третьего.

‒ Нам ещё долго ждать подкрепления. Чёрт, кто же всё это мог натворить? Что думаешь, Койот?

‒ Понятия не имею, кто виновен в этом погроме, но если я этого кого-то встречу, то вырву ему сердце, можешь быть в этом уверен.

‒ Я тебе верю, Койот. Знаешь, я никогда не… чёрт меня побери, что это там? Позови Павлина и Быка, скорее! Оно приближа… точнее они. Их двое. Где мой бино…

И тут без всякого шума выстрела пуля пронзила террористу голову, и он тотчас рухнул на землю. Его напарник при виде смерти своего товарища испугался и прерывисто закричал:

‒ Павлин! Бык! На нас на…

Но пуля не пощадила и его и влетела в область печени.

Спустя некоторое время, когда спецназы находились приблизительно в ста метрах от того места, где только что были застрелены двое часовых, из-за разрушенных зданий выбежала ещё парочка, но, выбежав, оба сразу же пали наземь от двух точных выстрелов в голову.

‒ Отлично сработали, Рольф, ‒ сказал Генри, сложив и убрав обратно в свой рюкзак два скейтборда, когда оба спецназа доехали к базе

‒ Согласен, не дурно, но первый раз, когда ты издалека выстрелил, пуля попала в туловище, ‒ укоризненно заметил Майер.

‒ Да я, вообще-то, и не собирался стрелять издалека в голову. Лучше попасть некрасиво, чем не попасть вовсе, как говорил мой тренер по стрельбе.

‒ Чтож, если всех часовых мы уже прикончили, то нам теперь остаётся только лишь ждать.

‒ Да, ‒ протянул Браун, ‒ ждать. Подбирать позиции, кстати, будем сейчас?

‒ Не знаю, как ты, а я уже подобрал.

‒ Нам повезёт, если подкрепление прибудет до того, как начнёт светать, потому что в темноте гораздо удобнее, нежели при свете пользоваться той тактикой, которую выбрали мы с тобой. Я называю её «тактикой ниндзя».

Последующий час прошёл для спецназов в утомительном ожидании. Забравшись на две самые высокие точки разрушенной базы, они удобно на них расположились и наблюдали за всем, что происходило в темноте при помощи специальных очков, паралельно с этим играя в «города» друг с другом по рации. Причём, игра их была крайне увлекательной, учитывая, что благодаря своей эрудированности в области географии каждый из них знал великое множество разных городов. Но вот пришёл конец их томительному ожиданию, и на горизонте появились неясные очертания чего-то.

‒ Ага, Рольф, видишь, как что-то приближается к нам вдали? Сейчас я увеличу изображение и… воаля! Те, кого мы так долго ждём, уже совсем рядом.

‒ Так, теперь и я их вижу. У них два небольших грузовых автомобиля и пять…

‒ Скутеров. Кажется, это скутеры.

‒ Спорить не буду, но сейчас это не так уж и важно ‒ на позиции.

Вслед за этой командой спецназы скрылись.

Через две минуты отряд террористов добрался до базы. Среди них всех больше всего выделялся один толстый со странной повязкой на лбу ‒ это, вероятно, был предводитель. Спрыгнув со скутера, он подозвал к себе восемь человек, сказал им что-то, затем все восемь разделились на четыре пары и, сев на скутеры, поехали в разные стороны острова. Вполне очевидно, что он отдал такой приказ потому, что ожидал увидеть часовых на базе, но, поняв, что их здесь нет, выслал своих людей проверить смотровые башни. Остальным предводитель выдал налобные фонари и приказал тщательно осмотреть руины. Тут-то и началось самое интересное.

Двое ничего не подозревавших «теров» зашли в разрушенный склад и начали его осматривать, светя в каждый угол, в надежде найти трупы своих соратников. Теперь вспомните тот самый гамак, на котором Генри настраивал бомбы. Так вот, этот самый гамак, правда теперь с несколькими дырками, находился, как ни в чём не бывало, на прежнем своём месте, и когда террористы заметили его, то им невольно пришлось насторожится, ибо наряд ли после взрыва он мог остаться и дальше висеть на своём месте, а значит, что, скорее всего, кто-то его туда повесил. Они, дабы не привлекать внимание других, вместо того, чтобы выстрелить, бросили два ножа в гамак, подошли к нему, заглянули вовнутрь и увидели уже давно безжизненное тело неизвестного им террориста. И тут неожиданно сзади них из-под огромной опрокинутой канистры выскочил Браун и двумя бесшумными и молниеносными выстрелами уложил обоих за считанные секунды, да так, что им не удалось даже обернутся, чтобы увидеть лицо своего убийцы. Потом, убедившись, что оба мертвы, Генри положил их лицами на пол, подошёл к гамаку, выбросил оттуда труп, снял гамак, выбросил его в сторону и спрятался в другое место склада.

Тем временем Рольф находился в казарме. Туда вошло пять человек, и все они принялись осматривать лица всех лежащих там трупов, с целью проверить, нет ли среди убитых тех четырёх часовых. Когда один из осмотрщиков, шедший позади всех, подошёл вплотную к перевёрнутой в левом нижнем углу помещения койке, находящейся возле двухметрового обломка стены, чья-то рука, держащая тряпку с усыпляющей жидкостью, выскочила из-за этого обломка, схватила его и увлекла за собой. Следующими жертвами оказались двое террористов, шедшие (изначально) в середине. Когда один из них отошёл от своего напарника вправо, чтобы осмотреть лицо одного из трупов, Майер выстрелил из маленькой дырки в стене в голову тому, который шёл и слева, таким образом, что тот упал чётко на второго, и в момент соприкосновения двух «теров», Рольф сделал второй выстрел, убив им второго. В итоге два террориста были почти что бесшумно убиты: звука выстрела не слышно; звук падения тела на тело и тела на кровать слышны, но еле-еле, и поэтому никаких подозрений не вызвали; а вот звук брызг крови долетел до уха одного, шедшего впереди. Он не спеша обернулся и, увидев своих мёртвых соратников, хотел было закричать, но в этот момент Рольф помешал ему это сделать, когда произвёл два новых выстрела из уже гораздо большей, нежели первая щели, и убил тем самым последних двух террористов в помещении.

Теперь переместимся в склад, где спрятался Генри. Туда теперь зашло четыре осмотрщика, которые так же, как и их предшественники, ничего не подозревая, начали осматривать внутренности разрушенного здания. Шли они до тех пор, пока не дошли вплотную к стене, внизу которой лежал лицом в пол труп, а на спине у этого трупа был начерчен кровавый иероглиф. Он был вырезан ножом так ровно, изящно и искусно, что надолго бы привлёк на себя внимание всех четырёх, если бы из входной двери не выскочил Браун и, достав из чехлов два пистолета, не принялся ритмично и неторопливо, дабы не промахнутся, палить из них. Все четверо оказались успешно устранены.

В это время в казарме дела у Рольфа шли не самым лучшим образом. Когда в неё спустя некоторое время зашли ещё трое, то спецназу не составило большого труда справится с ними, но, когда он спрятал своё оружие обратно в чехол, сзади послышались шаги, и Майер только лишь успел обернутся и защитить своё тело руками, как на него яростно накинулся отчаянный террорист с кинжалом. Лезвие частично порезало Рольфу трицепс, но благодаря тому, что он смог резко отбросить нож в сторону, ранение оказалось не серьёзным. Нападавший, оказавшись без своего единственного оружия, хотел уже было, наверное, от злости вырвать своему противнику кадык, но спецназ не растерялся и, схватив сразу же после уклонения от кинжала, террориста, начал плавно падать на спину и удерживать при этом тело соперника с помощью ног, а потом бросил его. Последствия оказались смертельными для «тера»: он ударился спиной о стену и, упав с высоты одного метра на голову, сломал себе шею.

Теперь же вернёмся к Генри, который на протяжении трёх минут следил за предводителем уже несуществующего отряда. По нервным движениям этого толстого и слегка неуклюжего человека создавалось впечатление, что он сильно обеспокоен тем, что уже давно не видел своих подчинённых. Он больше не выдержал и прокричал две, три, пять, десять кличек, но в ответ услышал только глухое молчание ночи. Браун понял, что и он, и Рольф справились со всеми террористами, и теперь можно приступать к взятию в заложники этого главаря. Полностью высунувшись из-под своего укрытия, он сразу же с лёгкостью прострелил две кисти предводителю, после чего позвал Майера и направился к пленнику.

‒ Почему ты меня не убил?! ‒ вскричал раненый, когда Генри уже был у его ног.

‒ Сейчас увидишь, ‒ чуть ли не дружелюбно отозвался Браун. ‒ А вот и Рольф идёт к нам. Я вижу, ты быстро справился, дружище! – поприветствовал он товарища.

‒ Да. Так же быстро, как и ты, ‒ учтиво ответил тот.

Заложник тем временем громко стонал и, лёжа, корчился от боли.

‒ Мы тебе сейчас сделаем два укола в обе руки, и вся боль тут же пройдёт. Доставай препарат, Рольф.

‒ Зачем вам это нужно? ‒ зловеще и, немного утихомирившись, проговорил пленник. ‒ Сначала прострелили мне обе кисти, а… а теперь пытаетесь спасти!

‒ Э, нет, мы делаем это не просто так, ‒ с искренним торжеством сказал Генри. ‒ Ты сейчас будешь разговаривать со своим начальником с острова Эст, и потому голос у тебя не должен дрожать и прерываться от боли, как сейчас, ‒ вот мы и вводим тебе этот препарат. А кисти я тебе прострелил затем, чтобы ты не мог нам ничем угрожать, пока мы будем к тебе подходить.

‒ А что я… я ему буду говорить?

‒ Ты скажешь ему, что у вас операция по ликвидации двух спецназов прошла успешно, и твои подчинённые некоторое время потратят на залечивание ран, а также скажешь, что ты ждёшь от начальства дальнейших поручений.

‒ Я не буду этого говорить! ‒ строптиво крикнул пленник.

‒ Тогда мы тебя пристрелим, ‒ хладнокровно сообщил Браун.

Наступило десятисекундное молчание, которое закончилось, когда Майер вынул шприц.

Почувствовав, что боль полностью исчезла, предводитель почти полностью душевно успокоился и принялся покорно исполнять указание двух спецназов.

‒ Приём, Мудрый Лев, мы выполнили ваш приказ и убили двух спецназов, ‒ начал говорить по рации заложник. – Мои подчинённые некоторое время будут залечивать раны, а потом, как вы и приказали, мы вернёмся обратно на остров Эст.

‒ Прекрасно, Буйвол, я тобою доволен. Будете выезжать ‒ возьмите с собой раненых с ранней ночи, если они там вообще есть. Приезжайте, и будем решать, что делать с разрушенной базой.

‒ Как прикажете.

На этом разговор окончился.

‒ Ну вот и прекрасно, ‒ порадовался Генри, ‒ коль уж сторожевые башни нам проверять не нужно с помощью дронов, потому что четырёх часовых мы уже устранили, то теперь отведём тебя к Шарлю и оставим гостить у него.

Глава 5

Как и обещал Рольф, спецназы снова пришли к исследователю в пещеру. Он в это время сладко-пресладко спал в предоставленном ему Майером спальном мешке.

‒ Слушай, а мне так-то и будить его не хочется: он так прекрасно спит, ‒ прошептал Генри.

‒ Придётся, ‒ со вздохом сказал Рольф.

Потревожив спящего, который, ничуть не испугавшись появления людей и сразу поняв, что эти люди его друзья-спецназы, зевнул и стал протирать свои глаза. Рольф и Генри принялись готовить завтрак и заваривать чай, когда достали всё нужное из своих рюкзаков.

‒ Доброе утро, ребята, ‒ ласково проговорил Шарль.

‒ Доброе утро.

‒ Доброе, доброе. Хотя чересчур раннее, как мне кажется, для подобных фраз, ‒ заметил Браун.

‒ Слушайте, ребята, а как вам удаётся не уставать ночью, когда любому здоровому человеку, так или иначе, захочется спать?

‒ Нам ещё в самолете, перед тем, как высадится на этот остров, ввели специальный препарат, который помогает не спать в течение трёх дней, ‒ объяснил Генри.

‒ Понятно. Как ваша операция? Успешно прошла?

‒ Да, более чем успешно: нам даже не пришлось дроны высылать для осмотра башен, потому что всех часовых мы прикончили на базе.

‒ Ясно. Так это, получается, что я теперь могу отправится в лабораторию?

‒ Да, ты теперь можешь осесть там. Теперь на этом острове тебе ничего не угрожает.

‒ Отлично. Мне, кстати, весьма интересно, что вы дальше собираетесь делать?

‒ О, ну об этом, пожалуй, после обеда поговорим, Шарль. Если ты не против, конечно.

‒ О, нет, что ты, конечно не против.

‒ Ну и прекрасно. Вот твой завтрак, держи, ‒ промолвил Генри и подал парню пластиковую тарелку с кашей, мясом и овощами.

Во время завтрака никто не разговаривал до тех пор, пока Браун, как всегда, не съел всё первее всех и не начал рассказывать план дальнейших действий.

‒ Когда мы соберёмся, то сядем в ту лодку, на которой на этот остров приплыли, и поплывём в объезд на соседний. Нам этот манёвр необходимо совершить для того, чтобы приплыть в одно заранее выбранное, безлюдное место, откуда сможем пробраться на базу.

‒ Затем, ‒ решил перебить своего напарника и продолжить его повествование Рольф, ‒ мы направимся на одну из двух баз: ту, которая наибольшая по площади. Там мы заложим две бомбы, взятые нами из базы того острова, на котором мы сейчас находимся, и, установив на них усилители, подорвём здание. Потом…

‒ Ну а потом, ‒ в отместку за наглость Майера перебил Генри, ‒ отправимся на вторую, которая меньшая, и там всех перестреляем. Это будет последним этапом нашей миссии.

‒ Нет, я, право, до сих пор не могу поверить в то, что пережил за последние дни. Моя жизнь доселе была такой спокойной, умеренной, неторопливой, а тут вдруг за три дня такое случилось, что до сих пор не могу прийти в чувства от увиденного.

‒ Мда… как бы странно это не звучало, но мы тебя понимаем, ‒ заметил Браун. ‒ Раньше, ещё в молодости, когда мы только начали свои карьеры спецназов, наши душевные качества и слабости были, как и у любого нормального человека, но по мере того, как мы всё больше и больше тренировались, наши сердца начали закалятся и становится всё более… беспощадными и суровыми что ли. Это очень трудно объяснить, пойми.

‒ Да, Шарль, Генри прав, ‒ флегматично произнёс Рольф, ‒ мы со временем сильно очерствели от нашей работы и превратились в некоторой степени в бездушных убийц.

‒ Эх, ладно, думаю, вам обоим пора в путь.

‒ Да, Шарль, ты прав. Собираемся, Рольф, собираемся. Ах, чуть не забыл сказать: мы там возле пещеры ещё одного заложника усыпили, так что не пугайся, если его увидишь, хорошо?

‒ Да, хорошо. Я ещё здесь немного посплю, а потом направлюсь в лабораторию. Надеюсь, в ней хоть что-нибудь ещё да осталось.

После этих слов спецназы бесцеремонно попрощались с исследователем и пошли к лодке. Последующие события я расскажу вкратце.

Сев в лодку, они, как и планировали, понеслись на ней в объезд вправо. Перед отъездом они, конечно же, хорошенько оделись, для столь необычной для человеческого тела поездки. Причём для того, чтобы удобно было общаться и не кричать постоянно друг другу, каждый положил внутрь своего ветрозащитного шлема рацию и включил режим постоянной связи. Управлял лодкой Рольф, а Генри в это время тренировался напевать мотивы из песен, которые и он, и Майер хорошо знали. Путь занял у них три с лишним часа, но, когда на горизонте показался невероятно красивый берег острова, оба спецназа тут же воодушевились и приготовились к причаливанию. И вот, добравшись до берега и ступив ногой каменистую землю, они спрятали лодку за скалами и отправились искать большую базу.

Глава 6

Ещё перед отлётом на острова спецназы тщательным образом изучили местность, по которой им придётся ходить, и выбрали самый безопасный путь до базы; но путь сей был тернист. Дабы оставаться незамеченными, им приходилось постоянно карабкаться в горы и часто спускаться с них: такова была местность острова. И проделывать всё это приходилось пешком, потому что неподалёку всё время могли ходить террористы, которые могли услышать звук скейтбордов, если бы спецназы решили на них прокатиться. Ориентир для нахождения базы был выбран весьма удачно – вторая по высоте гора острова, под которой, собственно, и находилась территория базы. И вот спустя примерно двадцать минут ускоренной ходьбы Рольф и Генри как раз-таки добрались до основания этой горы. Они достали скальные крючья и с их помощью принялись залазить наверх. Гора в целом была гладкая и некаменистая, что повлияло на довольно быстрое её прохождение. Забравшись на самую вершину, спецназы принялись наблюдать за потрясающей картиной, открывшейся перед ними: буквально в десяти метрах внизу от пещеры находилось огромное здание; оно опералось на умопомрачительные своей толщиной колонны, а под ним самим находилось в тени несметное множество зданий и различных сооружений (правда, спецназы смогли разглядеть лишь маленькую часть всех этих сооружений, так как смотрели на всё это «великолепие» с большой высоты).

– Который час? – спросил Генри.

– Половина седьмого, – медленно проговорил Рольф.

– Так, это хорошо; многие ещё спят, а значит нужно действовать как можно быстрее. Усилители будем ставить, когда уже будем внутри.

– Хорошо, а как будем делиться?

– Ты налево, а я направо. И с помощью пульта, когда мы оба с тобой вернёмся сюда, я подорву это громадное здание.

– Я помню, помню. Ты мне, пока мы плыли, всю дорогу это твердил.

– Ну ладно, начинаем.

После этих слов спецназы поменяли наконечник скальных крючьев, бросили их в два разных окна и, используя верёвку как канат, спустились вниз на обширный балкон здания, затем устранили стёкла на своём пути и запрыгнули внутрь помещения.

Рольф оказался в длинном корридоре. Под ногами был металлический пол, а вверху и по бокам – округлая арка, сделанная из толстого стекла. Немец понял, что в его случае действовать придётся максимально быстро, потому что по корридору, вероятно, часто прохаживаются дежурные, поэтому снял обувь, надел тёплые носки и бесшумно побежал на цыпочках к развилке, находящейся прямо. Добежав до неё, он достал третий по счёту вид очков, предназначенный для того, чтобы можно было разглядеть что-либо движущееся через стену, и, посмотрев сквозь обе стены и убедившись, что поблизости никого нет, продолжил бежать дальше, когда свернул влево. Но тут послышались шаги. В новом корридоре всё было несколько иначе, нежели в первом: стелянная арка сменилась на металлические потолок и стены, а по сторонам появились двери, возле которых стояли мусорные корзины; так вот, когда послышались шаги, то Рольфу показалось, что они звучат из дальнего корридора справа. Они становились всё слышнее и отчётливее, и вот из него вышел один террорист с автоматом в руках, по всей видимости, сторожевой. Зайдя в новый корридор, он не увидел в нём ничего, кроме закрытых повсюду дверей и одной мусорной корзины поблизости и пошёл вдоль него дальше. В тот момент, когда он находился вблизи корзины, ему захотелось зевнуть, и он расскрыл свой рот так, что в него можно было бы засунуть теннисный мячик, и в этот момент что-то с дъявольской скоростью вынырнуло из-за корзины и свернуло ему шею. Это, как вы поняли, был Майер. Он побоялся выстрелить, так как тогда тело убитого рухнуло на пол с таким грохотом, который мог бы разбудить других; а так он свернул ему шею, тихо положил его тело на пол и направился в тот коридор, откуда так беспечно вышел этот сторожевой.

Но, как оказалось, – это был не коридор, а большая комната, где спало двое «теров». Рассердившись на себя за то, что не осмотрел комнату перед тем, как в неё входить, Рольф тихо ударил себя по лбу и затем выстрелил обоим спящим в головы. Спецназ внимательно оглядел всю комнату, в которой было две маленьких и одна большая двери, и понял, что большая – это та самая, которая ему и нужна – дверь, выходящая на фабрику. Зайдя туда, он оказался в заводском помещении средних размеров, где была куча разных станков для изготовления оружия и боеприпасов, но не было при этом ни одного человека. «Здесь-то я и заложу бомбу» – подумал Майер и принялся закладывть её и вслед за тем устанавливать на неё усилитель. Проделав эту несложную операцию, он уже хотел было уходить обратно, как вдруг за спиной у него послышался крик: «Эй, кто ты?» Спецназ моментально обернулся с готовым к выстрелу оружием и начал искать глазами сказавшего эту фразу человека. Спустя три секунды ему всё-таки удалось этого человека найти и тут же прострелить ему череп. Теперь Рольфу оставалось только бежать, ибо крик был довольно громким и мог разбудить спящих террористов, кроме того нужно было скорее бежать на гору, пока всё здание не подорвалось от взрыва.

Тем временем Генри попал в место, сильно отличающееся от того, где был Майер. Это был центр управления всеми лифтами в здании. В комнате было много приборов и техники, но Брауна не интересовало всё это – он направился прямо к единственной здесь двери. Внезапно, из-за угла на него накинулся молодой террорист с ножом. У Генри была великолепная реакция, поэтому он успел перехватить ту руку соперника, в которой тот держал своё оружие, и отбросить нож в сторону. Затем спецназ сделал мощнейший лоу-кик и, когда противник от столь сильного удара упал, спецназ выстрелил ему в голову. Насторожившись, англичанин продолжил идти к двери и больше никаких препятствий по пути к ней не встретил.

Следущяя комната, куда он зашёл, была чем-то наподобие маленького заводского помещения, где повсюду лежали бомбы и стояли недвижно станки. Генри хотел пройти дальше, чтобы установить взрывчатку ближе к середине, к центру огромного здания, но передумал, когда понял, что второго такого выгодного для закладки места может больше не предоставится – и пускай оно находится далеко от центра, но, тем не менее, гораздо правильнее будет поставить именно здесь. И он принялся за работу. Заложив бомбу и не забыв установить усилитель, Браун стремительно направился туда, откуда пришёл и, в общем-то, не ожидал никого увидеть. Он вышел из заводского помещения, беспрепятственно прошёл через комнату центра управления лифтами и аккуратно выпрыгнул из рамки недавно устранённого им окна на обширный балкон, как вдруг его заметил сторожевой с автоматом, прохаживавший в это время мимо балкона. Он заметил выпрыгнувшего спецназа и выстрелил в него. Генри, так же в свою очередь бросив беглый взгляд в сторону и заметив «тера», не растерялся и, прыгнув вперёд, свернулся в клубок, когда оказался в воздухе. Пуля пролетела мимо. Затем, когда он мягко приземлился на землю, его бездарный оппонент решил отступить и уже было почти забежал за укрытие – только лишь макушка головы, лопатки да правая нога виднелись из-за укрытия – но пуля возмездия всё-таки покарала его, прилетев в макушку головы. Браун был поистине поражён своим великолепным выстрелом: никогда ему доселе не удавалось так мастерски обращаться с оружием.

После этого он свернул канат, оставленный здесь несколько минут назад, приделал к нему крюк и поднялся с его помощью быстро на гору, не забыв при этом оставить один Рольфу. Вскоре и второй спецназ выбрался наружу и, воспользовавшись скальным крюком, оставленным его товарищем, за полминуты забрался на вершину.

– Как дела? Где заложил бомбу? – поинтересовался Генри.

– Как можно дальше, – холодно ответил Майер.

– Итак, я нажимаю.

– Давай спрячемся хорошенько и наушники наденем.

– Хорошо, давай. Теперь можно?

– Можно.

Бдджжж… прозвучал мощнейший взрыв, масштабы которого спецназы и представить себе не могли. Они даже услышали, как какие-то обломки ударились о вершину горы, с которой им только что пришлось спуститься чуть ниже.

– Мамочки, – не стесняясь, проговорил Генри после взрыва.

Рольф тоже в этот раз не отличился самообладанием: его руки неволно начали проделывать несколько крёстных знамений подряд.

Лишь по прошествию минуты спецназы пришли в чувства и решили посмотреть, как изменилось это огромное здание. Впечатление, произведённое при осмотре руин только что величественного и устрашающего сооружения, было неизгладимым. Этот не поддающийся осмыслению и сумасшедший в своём неповторимом хаосе вид ещё надолго останется в памяти обоих и, вероятно, не раз мелькнёт в каком-нибудь страшном сне Рольфа и Генри: пламя кое-где достигало просто-таки немыслимых размеров и, казалось, в любой момент может подняться до небес; повсюду были разбросаны большие и маленькие обломки здания; стоял невыносимый жар.

– Ктобы мог подумать, – пробормотал неуверенно Генри, – что эти усилители окажутся такими мощными.

– Я никогда ещё ничего подобного не слыхал, – дрожащим голосом произнёс Рольф.

– Я чувствую, как к нам сюда прямо этот жар попадает – боюсь подумать, что сейчас происходит ниже.

– Что мы будем делать дальше?

– Ждать.

– Прибытия подкрепления с другой базы? Ты это имеешь в виду?

– Да, конечно.

– Так, хорошо, на той базе человек, насколько я помню, всего девять и у них ещё есть две рпг. И это меня пугает больше всего.

– Почему же?

– А вдруг они так будут хорошо владеть ими? Тогда воевать с ними нам будет крайне опасно.

– Ты прав, здесь есть над чем поразмыслить.

– Поразмыслить?

– Да, поразмыслить. Нужно выбрать хорошое место для того, чтобы с ними более-менее безопасно можно будет повоевать.

– Так, гора, как возможный вариант сразу отпадает сразу отпадает.

– Верно. А это значит, что нам придётся искать хорошие места вот в этих руинах.

– О, чёрт, тогда мы не можем долго здесь сидеть в ожидании, когда спадёт температура воздуха – нам нужно начинать действовать прямо сейчас.

– Хм… нет, мы всё же десять минут подождём, потому что при такой температуре ходить там крайне опасно.

– Ладно, пускай будет по-твоему. Подождём немного.

Последующие десять минут прошли в несколько беспокойном состоянии для обоих. Но время бежит неутомимо быстро, и даже в такой обстановке для Рольфа и Генри оно почти что пролетело, и они обошли гору и зашли тем самым на руины базы с безопасной стороны. На этот манёвр им пришлось потратить немало времени.

– Огонь довольно быстро унимается, – заметил Браун, стоя со своим напарником в пятнадцати метрах от огромного скопления обломков, – поэтому мы уже скоро сможем там внутри находится.

– Да, согласен, и это не может не радовать, учитывая, что «теры» могут прибыть с минуты на минуту.

– Мне вот это место нравится: оттуда будет удобно вести перестрелку.

– Не знаю, как тебе, но мне кажется, что наилучшее всё-таки – это вот это, справа.

– Так, советую выбрать не одно место, потому что во время перестрелки придётся перебираться в другие.

– Я уже несколько выбрал.

– Хм… надо же, какой ты быстрый! Неуспел я и взгляд перевести на другое место, как ты уже несколько нашёл. Я тебе поражаюсь, и знаешь…

–Тихо, – неожиданно перебил Рольф. – Слышишь? Это, кажется, к нам кто-то приближается на колёсах.

– Ты точно в этом уверен?

Немного помолчав и прислушавшись к столь интересовавшему обоих звуку, Майер ответил:

– Да, к сожалению, уверен.

– О, чёрт, прячемся по нашим местам, Рольф, прячемся!

И после этого оба спецназа за считанные секунды спрятались в выбранные ими заранее места.

Глава 7

Через сорок секунд к месту, где только что стояли Рольф и Генри, подъехал небольшой грузовой автомобиль, на котором находился водитель и восемь пассажиров. Помимо этого в автомобиле находились два рпг. В тот момент, когда автомобиль остановился и из него начали выходить люди, на только что прибывших откуда-то из обломков базы вылетела граната.

– В сторону от машины! – закричал водитель, и все террористы последывали его указанию.

Граната взорвалась в двух метрах от автомобиля, и он перевернулся вместе с двумя находящимися там рпг.

– Вы двое, хватайте рпг и отходите назад. Живо! – скомандовал начальник.

Подчинённые покорно исполнили его прихоть и приготовились к стрельбе.

После гранаты несколько секунд ничего не происходило: все террористы стояли на своих позициях, а из обломков не доносилось ни шороха.

– Эй, вы, шестеро, чего стоите? Продвигайтесь вперёд – это всего лишь те двое спецназов; их всего лишь двое и им не спастись!

Подчинённые после этого приказа неуверенно побежали в сторону того места, откуда недавно вылетела граната. Неожиданно все шестеро ритмично попадали на землю от бесшумных выстрелов в головы. Произошло это всё настолько быстро, что главарь очнулся только спустя пять секунд после того как, был убит последний «тер».

–А! Мы пропали! Эй, вы, двое, палите во все стороны. Давайте, палите быстро и яростно, как только можете.

И тут начали двое рпгшников без конца и края тратить снаряды на слепую стрельбу, но продолжалось это до тех пор, пока из одного здоровенного обломка крыши не выскочил Рольф и не побежал с огромной скоростью зигзагом.

– Огонь! – закричал начальник.

Но всё пролетело мимо. Майер долгое время продолжал бежать в надежде, что его товарищ воспользуется удобным моментом для атаки – и товарищ в итоге не подвёл. Генри удалось уложить двух террористов, так что главарь этого и не заметил, пока спецназы не начали к нему подходить, и он не бросил взгляд на бездействующих, по его мнению, подчинённых, которые в это время лежали мёртвыми на земле.

– Прострелить ему кисти, как думаешь? – спросил по рации Рольф.

– Я думаю, можно, – воодушевлённо ответил Генри.

Но в этот момент оставшийся в живых террорист метнул цепь гранат в Майера, которого он, к слову, в отличае от Брауна видел, и планы спецназов пошли под откос. От страха быть покалеченным, или даже убитым, Рольф при виде цепи гранат резко метнулся в сторону, и ему удалось отделаться только лишь головокружением после того, как он, приземлившись, покатился и потом остановился. Главарь решил воспользоваться этим и, выстрелив из своего пистолета, попал беззащитному спецназу в ребро. Тут же у него из руки моментально выпало оружие – это Генри выстрелил и нечаянно после этого споткнулся обо что-то. Пуля не задела кисти главаря, а потому он продолжил действовать, но только теперь сосредоточившись конкретно на Брауне.

Генри, встав в полный рост, вновь высунул дуло своего пистолета, но, когда выстрелил, то было уже поздно: террорист успел увернутся до того, как спецназ нажал на курок, и после этого сам произвёл выстрел. К счастью, пуля не задела Брауна, и он скрылся из виду. В течение полминуты спрятавшийся спецназ не появлялся и не издавал ни звука. Ожидавший его появления «тер» начал волноваться. И вот из-за отломанной кровли какого-то здания справа, выскочил Генри, спустил курок, и одновременно с ним это же сделал и его оппонент – у обоих из рук повылетали пистолеты. Поняв, что он безоружен, террорист ринулся на недруга, в то время, как этот самый недруг принялся искать свой второй пистолет, которого он неожиданно не обнаружил. Когда отчаянный подбежал слишком близко к Генри, тот очнулся и попытался классическим приёмом свалить соперника на землю, но противник предвидел это и, ухватив Брауна за голову, сам повалил его. Потом, когда оба стали боротся, террорист сместил свои ладони к горлу спецназа и принялся нещадно его душить. Но не был бы Генри самим собою, если бы не придумал что-нибудь в этот момент – и ему это удалось сделать. Он резко перехватил вражину за пояс и порывистым изгибом перебросил через себя. Вслед за этим Браун, став полностью на ноги, прописал «теру» жестокий удар ногой в челюсть и потом отправил его в нокаут при помощи хука. Так окончился этот нелёгкий бой.

Увидев, что его товарищ ранен, Генри тут же ринулся оказать ему первую медицинскую помощь. Проделав всё необходимое, Браун спросил:

– Ну и что с ним дальше делать?

– Убей его, – бесстрастно ответил Рольф.

– Как, просто убить? Да ты в своём уме?! Что ты такое говоришь? У тебя, наверное, горячка, дружище.

– Нет. Слушай, он столько всего ещё наделать может, что лучше поскорее от него избавиться.

– Нам же сказано было, чтобы мы обязательно взяли его в заложники, помнишь.

– Эх, ладно.

Рольф неторопливо достал из чехла свой пистолет и, прицелясь в лежачем состоянии в террориста, выстрелил ему в голову.

– А… ты… ты…

– Спокойнее, Генри, за него лично буду отвечать я, в случае чего, поэтому можешь не беспокоится по этому поводу.

– Чёрт с тобой, – грубо пробормотал Генри.

– Ты не просиживай штаны, а в штаб давай звони. Мы своё дело сделали – теперь пришла их очередь.

– Эх, хорошо, как скажешь. Звоню.

Глава 8

Теперь спецназы лежали на земле и ожидали скорого прилёта сотрудников МОЧС на самолёте (причём Рольф лежал, потому что он был ранен, а Генри, видимо, просто решил составить компанию своему напарнику).

– И всё-таки, предлагаю вернутся к одному нашему разговору, который мы начали ещё тогда у Шарля, – начал умиротворённо Генри.

– К какому такому разговору? – поинтересовался Рольф.

– О наших зачерствелых душах.

– Ну, хорошо, я не против. Начинай.

– Видишь ли, дружище, за время нашей работы мы и правда сильно изменились. Если ещё тогда мне молодому сказали бы: держи пистолет и поди-ка пристрели того террориста, то я бы не решился; а не решился бы я из-за свойственной каждому человеку в подобной ситуации слабости, малодушия и какого-то чувства сострадания к тому, кого тебе сказано убить. И даже если мне сказать, что этот бандит убил нескольких абсолютно невинных людей, то значит ли это, что я могу спокойно и хладнокровно убить его самого? Я считаю, что нет… вернее, считал так… а-а-а, чёрт, я теперь не могу разобраться: я запутался.

– Да, я понимаю тебя, Генри. Каждый убийца, по сути, уникален, и что могло сподвигнуть его на совершение его злодеяния не всегда досконально известно. Кто-то родился в такой среде, где повсюду царит насилие, жестокость, беззаконие и другие пороки общества, и поэтому сам таким стал; кто-то, может быть, просто получил очень серьёзную травму в детстве и теперь мстит за пролитые им в прошлом слёзы и причинённую боль. И поэтому, когда таких людей приходится убивать, в голове моментально всплывают эти мысли и начинается некий диссонанс.

– Да, но терерь все эти человеческие чувства нам с тобой, ходячим роботам с металлическими сердцами, не присущи от слова совсем.

– Вцелом, ты прав, но не забывай, что такими мы именно стали.

– Ну да, да, безусловно. И это весьма печально, как я полагаю. Эх, так бы сейчас хотел вернуть своё молодое, не обрызганное кровью, серде, но нет… теперь уже поздно.

– А вот уже и наши подлетают, – с лёгкой улыбкой на лице сообщил Рольф. – Не долго нам ждать пришлось.

– Ура! Наконец-то я покину эти проклятые острова! – радостно заголосил Браун и начал напевать гимн Великобритании, отчего Майер добродушно засмеялся, несмотря на свою типичную в таких случаях безэмоциональность.

Теперь же перенесёмся ненадолго в полуразрушенную лабораторию на остров Эст, где находился в это время Шарль. Вы помните, что он длительное время совсем ничего не ел, и теперь, когда ему предоставилась такая возможность, ему необходимо было есть маленькими порциями. Так вот, пока спецназов не было, всё чем он занимался – это беспрестанно ел, с каждым новым приёмом пищи увеличивая порцию. В итоге ему стало ужасно интересно, сколько он теперь стал весить и, достав из-под одного шкафа весы, решил на них взвеситься, и именно в этот момент к нему в лабораторию вошли Генри и Рольф. Увидев эту занятную картину, оба засмеялись, и Генри, не переставая хохотать, произнёс:

– Можешь, не беспокоиться, Шарль: ты не потолстел. Чтобы вернуть прошлые показатели твоего, и без того небольшого, веса, тебе ещё очень и очень много придётся съесть!