Меч Руса

Глава 1

Ефимов Антон Дарибор

Меч Руса

Свежий ветерок обдул моё лицо. О-о-о, как это приятно. Смотрю в высь синего-черного, ранее утреннего неба сквозь ветви сосны, что раскинула их надо мной. Запах её смолы навевает воспоминания о детстве и рассказах моей матери.

Помни, сын, ты не просто человек, ты русский, тот, кто хранит мир. Так завещано ещё нашими былинными предками, теми, кто наш народ образовал в союзе со своим братом и сестрой. А их звали просто: Словеном звали его брата, сестру звали Ильмера, а нашего прародителя звали Русом.

Ушли они на север, чтобы сохранить наш народ. И там мы постепенно стали теми, кто мы есть и поныне.

Голос моей матери в моей памяти остался певучим, красивым, нежным и страстным.

Когда мне было тяжко, она приговаривала:

- Русич, коснись рукояти меча, как символа свободы. Не во вред живому, а в защиту свою. Ты тот, кто стал щитом миру, светом наполненным, помни об этом. Когда враг станет пред тобой.

Словом ли, делом ли, а может, взором только, обрати его тьму вспять.

Вот за эту присказку в учебке мне дали прозвище Рус, или же князь Рус. Хотя меня зовут как сборную солянку: Иван Ахметович Пак.

Я пилот боевого роботизированного костюма, и так получилось, что на планету Александрия прибыл для прохождения стажировки и подтверждения права на получения нового звания.

Это планета земного типа, имеет три континента, два больших океана и один малый. Жителей на ней немного, так как планета находится в процессе исследования. На момент моего прилёта в трех городках проживало три тысячи шестьсот человек.

В основном это ксенобиологи, геологи и мы, военные, которые защищают гражданских специалистов.

Военный контингент состоит из двух рот. Одна мобильная пехота, вторая роботизированная, вооружённая легкими роботизированными боевыми костюмами. Раз в год проходит ротация, я как раз один из тех, кто прилетел на замену.

Враг напал сразу после отлёта нашего войскового транспорта из системы. Так что освоиться не успел.

Помню, как взревели базеры боевой тревоги, мне и моему звену приказали выдвинуться в точку примерной высадки врага для оценки их сил. Разведку мы провели успешно, данные тоже передали, вот только на отходе враг нам навязал бой.

Мародёры Арчибальда, так зовут себя эти пираты. Хотя официально это не пираты, а наёмная команда из конгломерата Атлантической зари.

Но в реальности они именно пиратством и занимаются.

Насели они на нас крепко, против двух наших щитоносцев было три пикинёра и два абордажника. Что наши, что их боевые костюмы все антропоморфные и относятся к легкому классу. Так что нам было относительно просто, так как именно против такого вида противников нас и натаскивали.

Мой костюм вооружён просто, но эффективно. Есть у меня автомат, точнее автоматическая пушка, так похожая на автоматические карабины прошлого, калибр у нее солидный — сорок пять миллиметров. Пушка у меня в той же руке, что и тактический щит, в другой руке плазменный излучатель или по-армейски просто резак. Он может стрелять, но всего на триста метров, но его главная особенность, и она самая мной любимая, — это возможность использовать его как обычный меч.

На плечах расположены контейнеры с ракетными установками универсального типа. Там ракеты двух типов: осколочно-фугасные, вторые с плазменной частью. Их у меня было по четыре на плечо.

Не самая приятная особенность моего костюма — это сниженная мобильность, а из-за дополнительной брони она упала до шестидесяти километров в час. Зато именно эта броня мне и позволила выжить, так как после прямого попадания в грудной сегмент из кумулятивной гранаты обычно мой тип костюма просто чадит жирным костром.

Мой напарник записал на свой счет двух врагов, а мне достался один, другие сбежали, как только поняли, что мы их сильнее.

В этом столкновении мы потратили все фугасные ракеты.

Вот только пираты от нас надолго не отстали. Нас загоняли по всем правилам охоты на подвижные цели. А именно нас гнали к болоту, где наша мобильность совсем станет никакой.

А база помочь нам не могла, так как сама находилась под атакой.

Мы с моим напарником отбивались, как только могли, свои ракеты потратил на два лёгких ховертанка. Снаряды из автомата смогли упокоить еще двух пикинеров и трех пиратов в костюмах легкой пехоты. Напарник тоже не отставал, его счет пополнился тремя абордажниками, десятком пехоты.

А потом один из пикинеров подловил моего напарника, его выстрел в спину привел к детонации боекомплекта к автомату. Пехота врага закидала его реактивными гранатами, уже обездвиженного.

Мы даже познакомиться не успели по-нормальному, только дежурно назвали свои имена и тактические номера. Прости, Артем, что не смог прикрыть тебя, мне не хватило всего четырех секунд, моё сердце сжимается от крика в эфире, когда одновременно три гранаты взорвались на корпусе роботизированного костюма моего напарника под номером тридцать один.

Тогда мне осталось только одно: идти в болото и надеяться на чудо.

И оно произошло, мой костюм под номером тринадцать не завяз в трясине. А враг отстал от меня, что позволило мне выбраться на остров, на котором растет небольшая роща.

Табличка, оставленная биологами на краю рощи, сообщила мне чистым голосом, что это первая роща, высаженная на этой планете.

Связь до базы не добивала, значит, у врага есть станция РЭБ. И я совсем один.

Мой трехметровый щитоносец стоит под сенью сосны, сегмент нагрудной брони отодвинут вверх. Мы с ним пробыли здесь всю ночь. Ложемент стал мне местом моего отдыха, а когда забывался коротким, но чутким сном, за пространством следил тринадцатый. Эта остановка нам обоим нужна: ему, чтобы зарядить батареи, а мне отдых после боя. Да и в режиме зарядки от олитовых генераторов нужно находится в неподвижном положении не менее шести часов.

Так что все не напрасно.

До базы около тридцати километров. И нам с моим костюмчиком нужно пройти это расстояние, там явно нужна будет наша помощь.

Всю ночь в стороне базы небо окрашено было сполохами огненных хвостов. И время от времени оттуда прилетали звуки взрывов.

Ещё раз проверил готовность своего боевого костюма. Она в зелёной зоне, и это хорошо. Вот только боезапаса осталось мало.

Два магазина каждый на двадцать выстрелов. А самое печальное то, что все они снаряжены фугасными снарядами. Против пехоты самое то, но против техники никак, значит, остаётся ближний бой.

Вздохнув, воздев очи к небу, проворчал:

- Ну что, друг ты мой железный, снова придётся танцевать танец смерти. Мы, конечно, ещё не успели спеться, на привыкание друг к другу нам нужно время. Но думаю, мы справимся, как считаешь?

С этими словами на пульте нажал кнопку активации системы синхронизации моего мозга и вычислительной матрицы блока управления костюмом.

Ложемент раскрылся, вытягивая моё тело вверх, заключая его в объятья в самых подвижных частях тела. Единственное место, где было стационарное соединение, — это пояс вокруг моей поясницы, который соединяет меня и мою машину.

Провёл тест на отклик, он оказался немного дерганым, наверное, никто в этом костюме не сражался в ближнем бою. Пришлось настраивать, получилось, увы, не с первой попытки.

Зато сейчас могу точно сказать, что могу лист, падающий в полёте, разрубить своим клинком на четыре части, при этом не спалив их.

Ложемент вернул обратно в прежнее состояние, как-никак, но передвигаться на большие расстояния всё же лучше полулёжа в удобном положении, чем просто идти, имитируя походку человека в адаптивном режиме.

Закрыв грудной сегмент, направился в сторону базы.

Используя реку как способ выбраться из болота, с трудом, но всё же стою уже на берегу реки, позади меня болото, а препятствием перед базой остались невысокие горы с проходимыми ущельями и растительный мир, который ещё не изменился на привычный нам лес.

Вот только враг вряд ли дурак, так что нужно искать место такое, чтобы перейти горы, где он меня ждать не будет.

Пришлось отмахать дополнительных пятнадцать километров вверх по течению. Тут близко к воде подходят скалы с почти отвесными стенами. Уклон, конечно, непростой для меня в Р.Б.К., но преодолимый, пятнадцать градусов — это не десять, так что сдюжу.

Ага, счас, тридцать попыток все закончились провалом, выше семи метров подняться не получилось. А надо подняться как минимум на сто.

От бессилья в каменную стену выпустил импульс плазменного клинка. И о чудо, в стене появилась приличная дыра.

А ведь тут не просто порода, а базальт, да ещё чисто особенность Александрийского базальта — его невероятная прочность на сжатие, которая превышает таковую у земного на целую тысячу и равняется шести тысячам килограмм на сантиметр в квадрате.

Так что сказать, что я обрадовался, значит, ничего не сказать.

В общем, дальше дело упорства, с помощью клинка делал углубления в породе для рук и ног, вот таким, собственно, образом скалу и покорил.

Наверху открылся отличный вид на долину, где стоит наша база.

Используя скальные останцы для маскировки, стал спускаться в долину.

Неожиданно справа от меня на расстоянии десятка километров вверх взмыл челнок пиратов. Он, выпуская облака противоракетных ловушек, делая манёвры уклонения от взлетевших на его перехват ракет с базы, стремительно ушёл в высь.

Ракеты, увы, его не достали, что говорит об очень высоком профессионализме пилота этого челнока.

План родился сам собой, до базы мне дойти не дадут, значит, будем делать то, что можем лучше всего. Криво усмехнувшись, проговорил, обращаясь к моему костюму:

- Думаю, нам нужно немного расшевелить гнездо этих тварей. Как думаешь?

Жаль, но мой костюм не мог похвастать опцией псевдоинтеллекта.

Стараясь сильно не шуметь, придерживаясь так нас выручавших скал, добрался до площадки, где высадились пираты.

На удивление, но охраны почти не было, ведь охраной не назовёшь три объёма датчиков давления, которые обманываются на раз даже простыми системами пехотных костюмов.

Включив режим осторожной ходьбы, прикрыл нас адаптивным камуфляжем, двинулся к площадке, около которой были сгружены ящики с каким-то имуществом.

Присел в проходе меж этих самых ящиков, осторожно вскрыл тот, что стоял отдельно от всех.

Там запчасти к суставам боевых роботов. Таким же образом вскрыл ещё порядка семи штук. И везде запчасти для роботов. Для рук, ног, туловища, тогда решил посмотреть на другой стороне площадки, там тоже стоят штабеля ящиков и небольших контейнеров.

К моему сожалению, но в основном там была уже распакованная тара.

Осмотревшись чуть вдали, нашёл три контейнера с русскими надписями. Увидев их здесь, обрадовался словно мальчишка, а как иначе, это же наши ПТРК. А они подходят к моим пилонам универсальных ракетных установок.

Пока подбирался к ним, думал, как здесь оказалось наше оружие. Очевидных ответов не находил. Оставались одни предположения из разряда контрабанда или, в крайнем случае, взяли в бою с нашего транспорта. Хотя это, наверное, чушь, давно не слышал, чтобы пираты брали наши военные транспорты на абордаж.

На удивление, но даже простых дройдов на разгрузочной площадке нет, интересно почему.

Площадку окружает высокий кустарник, для меня это плюс, а минус в том, что эти контейнеры находятся прям на открытом месте, но выбора нет. Быстро перемещаюсь к ним, вскрываю запорный механизм на каждом контейнере. Два из трех оказались пусты, но хоть в третьем есть то, что мне нужно. В упаковочном материале лежат два пусковых контейнера, фишки активации стоят на месте, значит, мне повезло.

Обе ракеты повесил на левый плечевой пилон.

Система определила пригодность ракет, что же, могло быть и лучше, срок годности почти вышел. Но нечего и этому рад, если они сработают как надо, то это гарантировано два трупа, а это хорошо.

Больше трофеить не стал, и так время на исходе. По возможности скрыл следы своего пребывания.

Скрылся в лесу. Стал медленно спускаться параллельно тропе, по которой в долину спустились пираты.

Примерно на половине пути пришлось остановиться, так как из долины вверх по тропе прошёл транспорт с открытым кузовом, в нем были разбитые боевые автономные боевые системы или просто роботы. Причём среди раскуроченных были и средние с приличной бронёй и эффекторами щитов.

Про себя улыбнулся, а тринадцатому сказал:

- С пограничниками шутки плохи.

Увиденное для меня стало приятной неожиданностью. Получается, живого врага здесь немного, его основная сила — это роботизированный батальон. А зная пиратов, можно с уверенностью сказать, что они сидят где-то в отдалении от поля боя.

Осталось найти, где они могут быть. Включив карту местности, выбрал несколько мест, где сам бы спрятал пункт управления. А их здесь немного, всего пять, и первое от меня находится всего в шести километрах.

К месту назначения пришёл за полчаса, последний километр шёл крадучись. Но, к сожалению, врага здесь не оказалось, вторая метка всего в двух километрах. Думаю, она самая перспективная, перед этой проплешиной и базой находится покатая сопка, покрытая останками растительности, которую наши биологи выжгли месяц назад. Иначе то, что там росло, успело бы опять разбросать свои семена по ветру. А тогда многие их труды пошли бы насмарку.

Пока шёл к месту назначения, перечитал все поясняющие метки, всплывающие на карте.

Наши биологи на славу потрудились, вот, например, прямо сейчас прошёл мимо останца, оплетённого лианой Драгунова, которая является носителем одновременно спор и семян голосемянного типа, об этом узнал из справки, которая всплыла над каменюгой.

Из леса выходить не стал, до границы осталось метров сто. Над низкими кронами выдвинул группу датчиков на телескопической антенне.

Сканирование заняло несколько минут, и то, что мне пришлось увидеть, сначала обрадовало, а вот потом очень огорчило.

КШК, или командно-штабной комплекс, стоит рядом с машиной РЭБ.

А вот их охранял средний роботизированный боевой костюм, названный создателями Ворчуном.

Его я могу завалить из ПТРК, но вот в чем проблема: если не уничтожить КШК и РЭБ, то нашим точно не выстоять.

Оборудования в обоих системах хватит, чтобы спокойно управлять батальоном роботов. Значит, выбор один.

В голове вновь зазвучали слова моей матери. Я повторяю за ней вслух:

- Русич, коснись рукояти меча как символа свободы. Не во вред живому, а в защиту свою. Ты тот, кто стал щитом миру, светом наполненным, помни об этом. Когда враг станет пред тобой.

Словом ли, делом ли, а может, взором только обрати его тьму вспять.

Слова из детства изгнали нерешительность из моего сознания.

Подобрался к краю леса, система наведения взяла цели в захват, теперь ракеты точно найдут свою добычу.

Перевёл ложемент в адаптивный режим, а в голове уже рисую схему боя. Вариант у меня только один: ближний бой, пока летят ракеты, стараюсь сблизиться с Ворчуном, ну а там как кривая вывезет.

Мысли из головы вылетели в момент, когда ракеты одна за другой нашли свои цели. Универсальные противотанковые ракеты двадцать второго века — это не прародители из двадцатого. Они могут многое, ведь им нужно пробить не только композитную броню. Но и обойти противоракетный комплекс дальней обороны. Комплекс лазерной защиты, работающий на средних дистанциях, а перед бронёй ещё есть активная броня, стреляющая метательными пластинами особой прочности, ну и последняя преграда — пирог из разных прочных материалов.

На моей сетчатке тает их бешеный танец реактивных струй. Последовательное срабатывание направленных электромагнитных импульсов, обозначившееся во время полёта облаками серых дымных колец, в конце сменились яркими белыми вспышками сверхсжатых плазменных струй хаотичной плазмы. Которые, ворвавшись в мобильные комплексы, обаяли их пламенем, грохот от взрывов чувствовал своей кожей через броню своего костюма, дробящей вибрацией.

Представляю, каким сейчас грязнулей выглядит мой костюм. Но иначе нельзя.

Пиратский костюм, несмотря на огненную вакханалию, встал, осмотрелся, ища угрозу. И он меня нашёл.

Лазеры из наплечных установок хлестнули по-моему, вовремя выставленному щиту. Делаю зигзаги, словно заяц, но расстояние сокращаю, пират из лазеров прекратил стрелять, переключился на автоматическую пушку. Сканер назвал её «скорпион». Но от её выстрелов мне удавалось уворачиваться ещё лучше, чем от импульсов лазера. Тогда он решил идти тоже на ближней контакт.

Из-за спины он достал абордажный топор.

Расстояние осталось всего сто десять метров, пора, моя автоматическая пушка застучала в максимально быстром темпе.

Цель одна: хоть на несколько секунд ослепить его датчики.

Фугасные разрывы накрыли голову и плечи костюма пирата. Делаю рывок с расстояния двадцати метров, рукой со щитом отбиваю топор, который опускался на меня сверху. А сам с разворота втыкаю свой плазменный клинок в грудной сегмент костюма врага.

Вражеский костюм, весь покрытый сажей, вместе со мной рухнул на спину. Из дыры в грудном сегменте вместе с чадным дымом вырываются небольшие язычки пламени.

На автомате проверяю состояние костюма, одновременно стараюсь унять бешено бьющееся сердце. Почему-то автоматическая аптечка не выполнила свою задачу.

Вызов своего командира увидел лишь спустя полминуты.

Дал команду костюму принять вызов.

На меня смотрели уставшие и одновременно счастливые глаза капитана Трофимова.

Его грубый, сорванный голос прошипел или прокряхтел:

- Ваня, ты молодец. Дважды молодец, первый раз за то, что выжил. А второй — за то, что оборвал связь роботов и снял блокаду их станции РЭБ. Ну и твой костюм нам отправил запись боя от первой секунды до последнего мгновения жизни Ворчуна. Все, кто смотрел, впечатлены.

- Спасибо, служу России!

Устало произнес, сворачивая ложемент в статичное состояние.

Капитан продолжил.

- Благодаря тебе мы вызвали дежурный эсминец пограничной службы, они будут здесь через два часа, так что пиратам не повезло.

Также, думаю, ты будешь представлен к награде. Ну а пока не расслабляйся, тебе ещё нужно вернуться на базу. А про пиратов можешь не беспокоиться, теперь мы их добьём. Так что, Рус, так держать.

Приложил ладонь к шлему, соединение разъединилось.

Из-за перенапряжения синапсы в правой части головы стали плохо проводить сигналы. Пришлось перейти на упрощённое управление.

Вот так, страдая головными болями, мой костюм меня привел на базу.

За это геройство на церемонии вручения награды «Щит Родины», которую вручают пограничникам, мне вместе с орденом присвоили внеочередное звание старший лейтенант. А за то, что мой бой стал вирусным на просторах галонета, мне от благодарных граждан вручили клинок, так похожий на древнерусский меч. На его гарде русской вязью выгравировано «Рус» с одной стороны. А с другой «Храню и защищаю покой и мир русского мира».

Ножны сделаны из материала, так похожего на простое лакированное дерево. Но оказалось, что они сделаны из александрийского базальта.

Так что частица того мира навсегда осталась со мной.

Спасибо тебе, Александрия!