Массивное оружие

Глава 1

‎— Былые улицы сербии все так же красуются, да воздух чище, машин все меньше, а мустанг того лихача и подавно пылится на парковке. Быть может к лучшему все это, на электромобили перейдут, разве это так сложно?

‎Стук в дверь рассеивает задумчивость Максима. По звуковому оповещению слышно что уже зашли.

‎— Ну что как поживаешь? Спрашивает с улыбкой Генадий.

‎— Да все так же, сижу да в окно гляжу, не видать мне больше дыма грузовиков. отвечает Максим.

‎— Еще как увидишь, грузовые то от дизеля работают.

‎— Эх а стоило же понадеяться. Слегка с усмешкой молвит Максим.

‎Генадий аккуратно лишь бы не задеть провода выходит из коридора к гостиную, нероком осматривая осеяную медью полуторку Максима.

‎— Чего явился то Гена? Есть что рассказать иль помощь нужна?

‎— Да нет Максим, решил друга старого проведать, с того месяца не виделись.

‎— Ну насчет старого ты еще обдумай. С насмешкой отвечает Максим.

‎— Ближе к делу Гена.

‎Генадий кусая внутреннюю губу все же решается спросить.

‎— Я помню ты книги таскал по молодости, остались еще?

‎— Книги то есть, тебе чего конкретней надо?

‎— Есть Пушкин? С надеждой спрашивает Генадий.

‎— Если Пушкин это какой то физик иль иной учёный, то может найтись. Опять насмехаясь отвечает Максим.

‎Металлические дверцы разрывая обои раскрываются из стены, целая библиотека явилась казалось бы из пустой стены.

‎— Да не о том ты думаешь. Уже с грустью проговаривает Генадий. Я о литературе просил.

‎— А, о литературе, эх да десяток лет уже не читал ничего что не имеет смысла.

‎Опустив взгляд и не попрощавшись Генадий выходит из квартирки, входная дверь за ним сама закрывается, а библиотека вновь запирается на неизвестный даже Максиму срок. В квартире вновь царит тишина, которую в тот же миг нарушает жужжащий звук электро мотора. Это робот потаскун, по натянутым по потолку рельсам несёт Максиму еду.

‎— Спасибо милый, Да ток дотянуться не могу, а встать живот не позволяет.

‎Бездушная машина все так же ждала когда он снимет тарелку с датчика. Стиснув зубы и собрав все силы Максим еле-еле подпрыгивает и едва не роняя забирает тарелку.

‎— Ах словно полетал. Уже жуя еду и смеясь произнес Максим.

‎Трапезу прерывает резкий звук, зазвучало радио которое Максим собирал из того что нашел в мастерской. Такой звук, был только при экстренных новостях, которых никто не видел уж десяток лет.

Глава 2

‎Диктор серьезным голосом вещает:

‎— Граждане Сербии, в связи с последним кризисом нефти и газа, правительство предприняло экстренные меры.

‎Максим на своем кресле каталке со встроенным электро приводом подъезжает поближе к радио.

‎— Сербия объявила войну соседним странам, а именно Румынии и Болгарии.

‎Максим выключил радио и отбросил подальше.

‎— Что же им мирно не живется, ишь вы воевать захотели, нет чтобы перейти на электронные альтернативы, как школьники что покуривают электронки, они по старым методам пошли.

‎Уже давно разочарованный Максим в еще большей обиде на свою страну подъехал к своей комнате - мастерской, там на столе стоял уже несколько дней включенный паяльник, а под столом катушка около килограмма высококачественного припоя.

‎Паяв микросхему, казалось для пушки Гаусса, Максим окончательно вышел из себя из за грохота на улице. В ужасном настроении он подъехал к окну и увиденное привело его в истерический смех. По гражданской дороге как ни в чем не бывало проезжает зелёный тяжеловес, задняя часть которого накрыта бледным полотном.

‎— Да что же вы так скрываетесь парни. Уже откинувшись на спинку говорит Максим.

‎— Народу будто не понятно, что за продолговатые предметы вы везете.

‎За этой машиной последовали еще 3 точно таких же.

‎Вернувшись к делу Максим замечаем что от тряски проект упал на пол, тот уже не впервой пинает под кровать где уже казалось бы не хватает места для упавших проектов. Взяв новые материалы он за считанные минуты собирает новую, он хотел сделать пушку - крюк чтобы можно было брать то, до чего он не достанет физически. Задумавшись о его же словах на переход в электронную эру, Максим еще не зная зачем, но по интуиции собирает еще десятки пушек Гаусса.

‎Вновь звук сигнализирующий открытие двери, Максим выглядывает из комнаты и видит свою сестру, стройную спортсменку.

‎— О, Машенька, что же тебя привело ко мне?

‎Маша со спокойным, словно мертвым лицом подходит к нему и говорит.

‎— Максим, тебя не узнать, со студенческих лет ты набрал, это еще мягко сказано.

‎— Да, набрал. А к чему мне эта форма. Подзывая к себе робота потаскуна будто с издёвкой берет у него свеже налитую чашечку сладкого чая.

‎— Та и новости слыхала? В военное время я уж точно буду дома сидеть чем по улицам шастать, еще небось что случится.

‎— Да, слышала. Уже грустным тоном отвечает Маша, протягивая Максиму коробку.

‎— Это тебе от мамы, переживает за тебя, ты не пишешь, не звонишь. Вдруг случилось что, говорит, попросила проведать и заодно передать.

‎Максим открывает коробку так, будто владеет канцелярским ножом с рождения. Там мамина выпечка, а ее запах затмил запах канифоли.

Глава 3

Маша ушла, а Максим небрежно бросил тарелку на подоконник, откуда уже другой робот забрал ее и унес в почти коммерческий холодильник. Посматривая в окно, он увидел как Маша испугалась звуков которых не слышала с момента топливного кризиса. Десятки машин: черные, зеленые, камуфляжные, полицейские проезжали по соседней улице. Всё двигалось на северо и северо-восток.

‎Максим понимал, эта не вся мощь Сербии, но даже если весь народ объединится с военными, мощи не хватит противостоять двум странам.

‎Максим тотчас начал к чему то готовиться, словно чутье его вело, а не здравый ум. На стол были разложены уже запыленные чертежи, оттирая с них пыль он все разглядывал и параллельно исправлял ошибки.

‎Завершив, Максим звонит знакомому из оружейной конструкции:

‎— Ало, кто беспокоит? А, Максим, привет родной, что то случилось?

‎Максим с интузиазмом рассказывает о чертежах.

‎— Да Максим... Идеи у тебя бурные, да только реализация у них практически невозможна, та и дорого это...

‎— К тому же, конвенция...

‎Максим обидевшись недослушав вешает трубку, слова про невозможную реализацию его задевают, он желает доказать обратное и протерев лицо салфеткой хотел начать работать, как замечает что на улице стемнело, все же он лег спать. На утро, даже не позавтракав рабочий стол был мигом занят, все нужное лежало на настольном стеллаже и под столом. разогрев паяльник до 370 градусов, он лудит его и принимается за дело, что отнимает у него почти весь день.

Глава 4

Проработав почти неделю, умудрившись сбросить вес на пару килограмм, но все еще недостаточно, он завершает десяток проектов. По два супер конденсатора, десяток резисторов и медных катушек имеет каждое устройство, а снаряды поступают напрямую через обойму вместимостью в 100 стальных микро шариков, буквально в 15 миллиметров каждый. С трудом Максим встал, впервые за несколько лет. Сняв пластиковые тонированные окна он экипировал роботов своими пушками Гаусса, которых он назвал малышами, приписав каждому номер. Обрубив провода, сервоприводы зафиксировались и роботы остались в текущих положениях, наведенные на улицу.

‎Тем временем война на 2 фронта доказывала опасения Максима, Румыния и Болгария не только отбила нападение, но и сама стала наступать, вещали новости. В городе завыли сирены и был введен комендантский час. По не счастью именно город Максима, Неготин, находился по близости с этими странами. Бежевые улицы опустели совсем, а из дома, чьи окна украшены вставнями, была видна темнота и лишь маленькие металлические кольца торчали из каждого, это была полуторка Максима.

‎Громкий грохот выбил окна первых этажей, сирены завыли громче а за чьей то машиной спрятался молодой парнишка в камуфляже, лицо накрывала маска, но глаза отражали страх, который заставил дрожать его автомат Застава м70.

Глава 5

Парниша пал, это была первая смерть что видел Максим за всю свою жизнь. Это стало точкой невозврата, подсоеденив модули управления каждого "малыша" к единому высокотоковому тумблеру, Максим был готов. Улицу заполонили пехотинцы и легковые бронированные автомобили.

‎— Простите, соседи страны, вините наше правительство.

‎Проранив слезинку тот нажимает тумблер. В ту же секунду, едва издавая шум, из стволов вылетают снаряды, скорость из была достаточной, чтобы Солдатов превращало в фарш. Заметив откуда идет огонь, солдаты навели ПГ-9 и выстрелили. Сотни солдатов лежали в луже крови, чуть меньшим удалось выжить, но без рук или ног. Стены Максима пробились, взрывной волной его отбросило с кресла каталки и ему пришлось ползти в библиотеку, где стены были укрыты металлом. В это время его орудия продолжали поражать солдатов, а сербы заметив отвлеченность врагов, открыли по ним свой огонь.

‎Негатин был освобожден ровно за день, обоймы "малышей" опустели , а нападение отброшено до границ сербии из за моральной подавленности Болгарских войск. Максим в своей библиотеке пытаясь успокоится перебирал книги, среди которых искал законы электродинамики, именно они доставляли ему удовольствие от чтения.

‎На заседании правительства всех трех стран согласилось на мир с учётом компенсации за нанесённый ущерб со стороны сербии и под строгими санкциями за нарушение конвенций. Правительству рассказали об инциденте на Негатине, последствия себя ждать не заставили.

Глава 6

Максим аккуратно выглядывая выходит из библиотеки, живот урчит от голода а страх на глазах остался.

‎На улицу выходят сербы с поднятыми флагами своей страны и празднуют настание мирного времени.

‎— Что же это? Конец?

‎Максим под адреналином встает на ноги чего сам не замечает, его мастерская разбита, припой сплавился с самим собой а супер конденсаторы дымят. Не успел Максим сам пройти на кухню за едой, ибо его роботы больше не функционируют, как в дверь без стука с грохотом врывается SAJ.

‎— Это что... Не успев закончить Максим оказался в наручниках. Его увозят в суд.

‎На заседании он приходит в себя, адвокатом является какой то парниша в очках, в зале сидит его товарищ с оружейной конструкции и толи от стыда, толи от понимания Максиминой глупости накрывает лицо руками. Суд обвиняет Максима в нарушении конвенции и уголовного кодекса сербии, приговаривая к лешению свободы на 15 лет.

‎— 56 плюс 15 будет... Шепча рассчитывает Максим, итог в 71 его слабо говоря расстроил. Адвокат пытался ссылаться на 4 статью Женевской конвенции, но не смог из за факта заблаговременной подготовки орудий.

‎проходя мимо скамеек Максим кидает взгляд на товарища с оружейной конструкции, но в ответ лишь получает:

‎— Идиот...