Красная Цикада

Глава 1

Он ощущал лёгкое дыхание весеннего леса. Звонкое пенье птиц, согревающие ласковое солнце, приятный ветер рассеивал аромат цветущих деревьев. Его босые ступни касались нежной травы что была покрыта инием. Там за деревьями вырисовывается зеркальная гладь. Прозрачная голубоватая вода просвечивается на сквозь. В озере отражается небо с воздушными облаками. Старый деревянный мостик чуть скрипел под его ногами. Она сидела на его краю. Капельки воды едва заметно блестели на её бархатной коже. Он подошёл ближе, присел на колени и обнял её за плечи. Прислонившись к её затылку он почувствовал знакомый сладкий запах её светло русых волос и тихо произнёс: — Ты не замёрзла? — Нет… — О чём ты думаешь? — Ни о чём, просто наслаждаюсь моментом… — Я дописал шестую главу, хочешь прочитать? — А ты всё ещё в своих грёзах, пытаешься мир изменить и книгу дописать. — Ну а если у человека нету цели… Тогда зачем жить? — Ради меня… — ответила она развернувшись к нему лицом. Теперь они сидели на против друг друга, он поймал любящий взгляд её огромных светло зелёных глаз. — Но ты ставишь на первое место другие вещи, — продолжила она. — И я тебе наверное не нужна. Других ты возможно любил, стихи посвящал и так отчаянно переживал за каждую, а я единственный человек который тебя всерьёз воспринял, поверил тебе и полюбил. — Я не в праве давать чему либо первые и вторые места, ты прежде всего человек которого я люблю… Ты то единственное настоящие что у меня есть! — А если ты меня придумал? Вдруг я не настоящая? После её слов ветер стих, облака будто бы застыли в небе. Щебетание птиц сменилось пронзительным пением Цикад. Она смотрела на него и отрывисто повторяла одну и туже фразу — Вдруг я не настоящая? — Вдруг я не настоящая? Пение Цикад становилось более громким и невыносимым, а солнце более тусклым и холодным. Он почувствовал сильную боль в затылке и жжение в своих глазах. Мостик под его ногами начал постепенно тлеть; земля, деревья, небо и солнце, вода и птицы — всё обратилось в пепел и пыль…

Тусклый электрический свет рассеивался по пустой комнате. На экране мелькали три цифры. Монотонный белый шум и помехи притупляли его сознание. Здесь было невыносимо холодно. Он сидел в центре комнаты на единственном стуле, уставившись в экран который был встроен в стену. Слёзы скатывались по его бледному безэмоциональному лицу и падали на лёгкую больничную пижаму. Из потолка тянулся провод который был подключён к его затылку. На большом экране появились слова:

«Вариация 2 6 8 — сеанс окончен»

Это ведение рассеялось словно песок сквозь пальцы. Его пустое сознание остановилось на тонкой границе между сном и реальностью. Её образ растворяется в памяти и остаётся лишь чувство глубокой безысходности. Будто бы у него отняли тёплый сладкий сон и дали в замен блёклую холодную явь. Тактильное ощущение постепенно возвращается к его измождённому сухому телу. На большом экране читаются его физиологические показатели и высвечивается команда:

«Альтернативный заключённый номер 268 вынужденный выход из гибернации. Осуществляется отстыковка нейронных контактов».

С противным звуком стоматологической бормашины из его тела вывинчиваются три провода подключённых к грудной и шейной областям позвоночника. Жгучая боль проникла в каждую спящую клетку, в мышцы, кости и ткани. Будто-бы удар током или десятки ядовитых жал одновременно вонзившихся в кожу. Его разум провалился в кратковременную прострацию и обездвиженное тело свалилось на холодный металлический пол. В разрозненной памяти возникло мутное воспоминание, оно было одновременно уютным и тревожным; Белая постель, её теплоё обнажённое тело в его обЪятьях. Бледный свет полной луны проникает через панорамные окна в просторную комнату. Он замечает посторонний звук. В доме кто-то есть, они не одни. Зелёные лучи от лазерных прицелов рассекают тёмный коридор. Несколько человек в экипированных экзоскелетных костюмах, движутся цепью перекрывая друг друга. Накинув на себя лёгкую одежду, они успевают покинуть комнату через раздвижные панорамные окна, позади вспышка от светошумовой гранаты, вслед огонь из шокового оружия. Он держит её за руку, они вместе бегут через лес. Пучки плазмы пробивают защитные костюмы оставляя сквозные запёкшейся отверстия, и разносят зеркальные шлемы вместе с черепами на куски. Он успел убить троих из группы захвата до того как закончился заряд в его бионическом оружии встроенном в запястье правой руки. Электрический гул беспилотных летательных аппаратов. Несколько точечных залпов из шоковых орудий. Его парализованное тело на сырой земле, она прикрыла его собой... Оставшейся в живых из группы захвата приближаются в плотную...

Сильный толчок от которого содрогнулись стены, привёл его в чувство. Помехи и трещины на экране. Резкий глубокий вдох, вязкий воздух наполнил его лёгкие. Металлический привкус и липкие слюни во рту. Он почти ни чего не помнит, ни своего имени, ни своего прошлого. Он попытался проползти вперёд к чуть открытым автоматическим дверям камеры, но почувствовал, что ему что то мешает. На конце полупрозрачной трубки через которую подавался питательный физраствор в его организм, беспорядочно вращался заевший винтовой механизм. Он не давал ей автоматически отсоединится от его руки. Он с силой выдернул трубку и почувствовал звон в ушах. Через полуоткрытые двери камеры доносился металлический скрежет и звуки сирены. Он прополз сквозь щель в дверях и попробовал встать на ноги. По правую и левую сторону тянулся длинный коридор с одинаковыми дверьми. Десятки таких же камер с мутными круглыми окнами. Дрожащий белый свет от встроенных в стену ламп, освещал их номера и букву с цифрой сектора. Он заметил красную стрелку и надпись под ней «200 метров до платформы». Безобразными, неуклюжими шагами он побрёл вперёд облокачиваясь на стены и двери, которые были покрыты тонким слоем иния.Он шёл пока не наткнулся на одну из открытых камер с номером 862. Внутри был человек, мертвенно-бледный, замёрзший и сухой, из его спины и затылка торчали провода. На экране ещё высвечивались его нулевые физиологические показатели. Дальше по коридору было ещё несколько открытых камер, в них были замёрзшие заключённые которые не вышли из гибернации... Он продолжил идти. Очередной сильный толчок сбил его с ног. Он услышал глухой удар об пол, но не почувствовал боли. Незримая, но осязаемая волна прошла сквозь его тело. Он открыл глаза, тусклый желтоватый свет падал на ржавые стены, отражался от потрескавшихся окон и помятых дверей. Стало теплее. Сладковатый трупный запах повис в сыром воздухе. Липкий пол был покрыт чёрной плесенью. В коридоре стояла гнетущая тишина. В грязных камерах разлагались тела заключённых. Он медленно поднялся и встал на ноги. Нужно было идти... Надо идти пока не закончится этот сплошной коридор. Мелькающий тусклый свет постепенно гаснет за его спиной. Из густой темноты проявляется слепой ужас и овладевает его избитым сознанием. Невольно он ускоряет свой шаг. В след за ним гаснут лампы, ему кажется что мрак пытается его догнать. Из темноты разноситься лязг ржавых дверей, мертвецы повылазили из своих камер. Они чуют страх и жизнь которые пульсируют по его венам. Пронеслась новая волна и время застыло... Он снова почувствовал холод. Пар изо рта развеивался в воздухе, платформа несла его истощённое тело на верх. Незыблемый взгляд был устремлён в пустоту, из пустоты струился свет, из света вылетела маленькая Цикада... Он протянул свою руку и она с монотонно-усыпляющим жужжанием села на указательный палец.

Подул лёгкий тёплый ветер с солёным запахом моря. Береговая галька шуршит под их ногами. Кудрявые волны мерно разбиваются о каменный берег. Раскаленный лик солнца тускнеет на закате, и наливается густым малиновым цветом. Далёкий и мелодично-мягкий звук Ханга. Эта космическая вибрация плавно ложиться на слух и гармонично сливается с шумом морского прибоя. Он нежно держал её за руку. Они шли по пустынному дикому пляжу.

— Их нимфы, питаются соками корней деревьев, проводят под землей годы — и лишь через тринадцать лет выбираются наверх, чтобы спариться, отложить яйца... и умереть. — Да уж... Жить под землёй столько лет и один раз выбраться для такой простой функции. — А ты знал что Цикады — это самые громкие певцы среди насекомых, и кстати поют исключительно самцы. И каждый вид обладает своим характерным набором звуков, на который настроены уши самок. — А твой слух настроен на моё пение? — Наверное... Мне всегда нравился твой голос. — Ну значит ты будешь моей маленькой Цикадой. — А ты напишешь что небудь для меня? — Как только закончу свой манифест... — А если будет поздно? — Ну лучше поздно чем никогда... — Я могу считать это за обещание? — Конечно можешь. — Твоя маленькая Цикада... Мне это нравиться...

Его сухие потрескавшейся губы без звучно двигались. В мыслях ютилось только одно слово - «обещание». Искажённый женский голос произнёс:

«Сектор Б 13 выявлена системная ошибка наличие допуска не требуется».

Он выжил чтобы собрать себя заново из осколков разбитой памяти.

Сецессия - демонстративный уход плебеев в Древнем Риме. Это являлось эффективной формой борьбы плебеев против патрициев за свои политические и социальные права, поскольку массовый уход населения из Рима парализовывал экономическую жизнь города.

Любая власть утратит своё влияние, когда народ поймёт что сила в количестве.

За тобой пойдут сотни тысяч... Тоталитарный режим падёт! Циклопический мегаполис охвачен пламенем. Чёрный асфальт окроплён свежей кровью. Высотные здания утонули в оранжевом, огненном дыме. Грязные подворотни многоэтажек на окраинах города, мусор и крысы. Отблески от неоновой голографической рекламы, заливают голубоватым светом надпись на стене:

"Один из сотни лиц. Оппозиционная партия - Красная Цикада"

2026 год.

Мир переживает сильнейший экономический кризис после массовой пандемии нового вируса. Безработица, голод и нищета. Правительства многих стран продолжают сохранять меры по контролю за гражданами которые были приняты ещё при вспышке нового вируса.

2028 год. Россия.

Убит глава крупнейшего конгломерата - объединенной группы компаний которые специализировались на инновационных технологиях. Он был известен по своей меценатской деятельности и радикальным политическим взглядам. Все права на управление перешли его сыну. Он стал преемником огромного наследия своего отца и проникся идеологией не законченного манифеста.

2030 год.

Правительство Российской федерации отвергает проект о поднятии экономики страны предложенный сыном главы конгломерата, и не допускает независимых оппозиционных кандидатов до выборов. Народная неприязнь нарастает. "Красная Цикада" обретает новых сторонников.

2031 год.

Сторонники оппозиционного движения "Красная Цикада" обвиняются в экстремизме. Арестован основатель Цикады. При задержании были убиты три сотрудника спец группы. Он и его девушка были приговорены к пожизненному, альтернативному заключению без права досрочного выхода из гибернации. Его арест спровоцировал массовые акции протеста, митинги и беспорядки.

2032 год.

Затяжной кризис приводит к тяжёлым экономическим последствиям в ряде ведущих мировых держав. Зафиксирован мощнейший корональный выброс массы на Солнце, который повлёк за собой отключения электроэнергии по всему земному шару. Бьющийся в агонии мир погрузился во тьму. 2032 год стал последним для цивилизации.

Приятное послевкусие от 12 летнего Шотландского виски наполненное оттенками ванильного крема, имбиря и мускатного ореха, перемешалось вместе с дымом от крепкой сигары. Восемьдесят шестой этаж башни "Восток". Он томно смотрел на город сквозь толстое панорамное стекло и ощущал себя безучастным наблюдателем, за жизнью которая кипела в низу. Огни ночных дорог, тянущиеся длинной вереницей, убегали куда то в даль.

— Ты вообще покидаешь свой офис? - спросил он у своего отца допивая виски. — Для меня уже давно исчезли границы разделяющие работу и личную жизнь. Это всё что у меня осталось после её смерти. - ответил отец не отрывая взгляд от электронного договора на сенсорном экране. - К тому же это всё станет твоим. — Ты уверен что я этого заслуживаю... — Это не главное, оно по праву будет твоим. Расскажи о ней... — Иногда мужчине свойственно выбирать женщину которая похожа на его мать... Возьмем к примеру негативные стороны характера мамы, если я вижу их в девушке, они вызывают у меня лишь умиление и чувство чего-то знакомого и понятного. — А если взять позитивные стороны? - произнёс отец медленно поднимаясь с масивного, руководительского кожаного кресла. — Наивность и тонкая женственность которая сочетается с довольно крепким и целеустремлённым характером. - ответил сын подставляя снифтер из хрусталя под горлышко бутылки. — Если эта девушка вдохновляет тебя, то ты не ошибся в своём выборе... Твоя мать была со мной рядом когда у меня не было абсолютно не чего. С милым и рай в шалаше... Ну а мы из шалаша, построим крепость не спеша. - проговорил отец монотонно и медленно. - Знаешь, мне кажется, что она всё равно бы меня тянула, не зависимо от того кем бы я был. Заправский вонючий небритый алкаш, или же сильный мужчина которого вдохновила преданная, любящая женщина.

Повисла минутная пауза, они стояли вдвоём у окон и выпивали виски мерными глотками.

— Скажи, а я останусь человеком после внедрения? — Ты останешься человеком внутри; душа и сознание, мысли и чувства, всё это будет неизменным, но твоё биологическое тело и физическая оболочка станут практически бессмертными... Ты будешь способен прожить сотни, ото и тысячи лет... Твой клеточный материал будет обновляться ежесуточно, иммунная система станет сильнее, тебе достаточно просто загорать на солнце чтобы наночастицы впитывали энергию. Ещё ты получишь весомое дополнение на запястье правой руки. — О чём ты? — Когда проснёшься, узнаешь... — Если всё получится, что станет со мной через тысячу лет? — Ты станешь Богом... - ответил отец слегка улыбнувшись посмотрев на сына. — Богом? Но по сути своей я останусь человеком... — Нет... Спустя сотни лет ты станешь другим существом. В человеческом соотношении таким же древним как вселенная. — А почему она не согласилась на внедрение? — Она боялась сойти с ума от вечной жизни... — Тысяча лет... Чувство будто бы я сейчас продам душу дьяволу подписав договор. — Можешь быть, оно так и есть... - тон, с которым отец уранил эту фразу был печальным и горьким.

Ему был нужен солнечный свет после долгих месяцев забвенья. Осколки его памяти сложились в мутное зеркало отражавшее яркое, но теперь бесцветное полотно его судьбы. Отползая от края платформы, он грезил о ласковых и тёплых солнечных лучах которые могли согреть его тело и наполнить энергией наночастицы. Он полз соскребая ногтями холодный иней с металлического пола, цепляясь за крупицы своей воли к жизни. Уже знакомый женский голос отражался эхом от давящих белых стен, от длинных коридоров и технологических отсеков:

"Выявлен сбой в центральной системе управления. Искусственная гравитация отключена".

С непривычной лёгкостью его тело плавно оторвалось от пола, и было отброшено ещё одной волной.

— Ты чувствуешь? Спускайся ко мне...

Её голос, её слова проникли отдалённым эхом в его сознание. Поломанные кости, выбитые зубы и рассечения, ему не хватает света что бы восстановиться. Волна была очень сильной и кидала его тело об стены как тряпичную куклу. Он смог доползти до служебно-бытовых отсеков, переходной люк был открыт, далее длинный тёмный тоннель и центральный пульт управления. Шесть замёрзших и высохших тел - обслуживающий инженерный персонал. 862 человека политических альтернативных заключённых и небольшой инженерный штат - все они были мертвы, кроме одного... Через золотое напыление световых цветофильтров на лобовых стёклах космического судна, пробивался слабый солнечный свет. Неспящий экипаж корабля, был опьянён волшебным космическим закатом солнца над голубой планетой. Космическая тюрьма превратилась в склеп с сотнями мёртвых тел на борту, их всех сгубила солнечная радиация от мощных корональных выбросов. Пространство и время были вывернуты на изнанку колоссальным объёмом частиц солнечной массы. Корабль попал в пространственно-временную яму. Замкнутая петля бросала его в три основных промежутка времени; в прошлом он был на окраинах солнечной системы, в настоящем на околоземной орбите, в будущем ближе к солнцу. Ему хватило солнечной энергии для регенерации, когда корабль был в будущем. Он лежал в бессознательном состоянии, в помещении где находился центральный пульт управления. Лучи согревали его поломанное тело, наночастицы впитывали свет, раны затягивались и кости постепенно срастались. Он стал частью этого судна. Единственным живым и мыслящим существом. Он общался с мёртвыми и слушал космос... Он скитался безликим отшельником по трюмам и секторам призрачного корабля бес права на смерть. Он нашёл её среди сотен окоченевших трупов.

"Сектор Б 1 альтернативная заключённая номер 862".

Он узнал её по татуировке на затылке - чёрная Цикада на бледной коже. Он взял её холодную ладонь и крепко сжал в своей руке.

— Я закончил свой манифест... - сказал он глядя в её мутные, замёрзшие глаза. — Теперь у нас с тобой есть вечность... - донёсся её голос из пустоты.

Иногда он сутками не выходил из её тёмной камеры. Он говорил с ней и она отвечала ему. Время исчезло, оно кануло в небытие.

— Знаешь, я иногда слышу голос вселенной... Это просто осязаемый звук. Он проникает в меня, заглушая шёпот погибших заключённых. Он дарит мне покой, и не даёт мне сойти с ума. — А на что похож этот звук? — На пенье птиц, на шум ветра, на рокот грома и гул морского прибоя. Этот звук... Он идеально сбалансирован, гармоничен и сообразен. — А я в твоём голосе слышу пенье Цикады... Ты возьмёшь моё тело с собой? Я хочу увидеть солнце. — Возьму...

По трюмам, отсекам и коридорам пронеслась новая волна. Корабль попал в тот временной отрезок, когда он находился ближе всего к солнцу. Огненные лучи согревали его фюзеляж. Он нёс её гниющие тело по длинному коридору к краю платформы. Она понесла их на верх. Они поднялись на тринадцатый сектор. Потоки пламенного света пробивались сквозь толстые, лобовые стёкла. Мощное, гравитационное солнечное поле, затягивало космическую тюрьму в самое пекло. Он стоял с её телом на руках и смотрел на ослепляющую, величественную звезду которая выбрасывала в холодный космос гигантские сгустки плазмы.

— Теперь у нас есть вечность... Это наш последний восход.

Их тела превратились в пепел и рассеялись серой пылью по застывшему во времени кораблю. Их мысли, разум и чувства, поглотила космическая тюрьма. Их души стали частью холодных стен судна обречённого скитаться вне времени и пространства по просторам солнечной системы.